Седьмая вода на коньяке Хрусталева Ирина

19

– Да-а-а, история, достойная пера писателя, – протянул Андрей, когда Наташа закончила рассказывать. – Только вот что-то верится в нее с большим трудом, – откровенно признался он.

– Ты что, хочешь сказать, что я тебя обманываю? – округлила глаза девушка.

– Нет, я не берусь утверждать это, но… согласись, Наташ, что как-то неправдоподобно все, – ответил Савинский. – Не очень похоже на правду.

– Что, например, здесь неправдоподобного? – нахмурилась Наташа. – И что именно не похоже на правду? Кстати, это тавтология!

– Наташа, ты не злись на меня, пожалуйста, – улыбнулся Андрей, увидев, как обиделась девушка. – Просто поставь себя на мое место. Сама подумай, если бы к тебе кто-нибудь пришел и рассказал такой странный «детектив», ты бы поверила?

– Если бы кто-нибудь?.. – задумчиво спросила девушка. – Даже и не знаю… Но ведь я – не «кто-нибудь», я правду говорю, – спохватилась она. – Зачем мне тебя обманывать, с какой такой стати? Мне что, больше делать нечего, как придумывать для тебя всякие небылицы? Нет, вы только посмотрите на него, – все больше и больше возмущалась Наташа. – Я, можно сказать, из кожи вон лезу, а в благодарность за это получаю… ну, вообще-е-е-е… – возмущенно пропыхтела она, не находя нужных слов для выражения своего крайнего раздражения.

– Ну, хорошо, хорошо, не кипятись, – постарался успокоить свою гостью Савинский. – Давай мы сегодня не будем больше спорить, а завтра все обсудим на свежую голову. Договорились? – снова улыбнулся мужчина. – Между прочим, уже почти час ночи, а мне вставать рано. Нужно уже в девять утра быть на месте, у меня очень важная встреча с немцами. Утро, как известно, вечера мудренее, а посему отложим решение всех проблем на завтра. А сейчас – отбой.

– Хорошо, завтра, значит завтра, – покладисто согласилась Наташа. – А где я буду спать? – тут же поинтересовалась она. – Надеюсь, ты не собираешься загонять меня снова под свою кровать? Или раздеть и выпроводить на улицу? – не забыла вставить шпильку девушка, язвительно прищурив глаза.

Савинский сделал вид, что не заметил этого камешка в его огород, и задумчиво почесал затылок.

– Располагайся пока в комнате для гостей, – предложил он.

– Что? – округлила глаза Наташа. – Там же твоя красавица спит! Ты предлагаешь, чтобы я с ней одну кровать разделила?! – возмутилась она.

– Успокойся, – засмеялся Андрей. – Никто тебя к ней не посылает. В моем доме семь таких комнат, так что вы с ней даже и не встретитесь.

– В чем я лично сомневаюсь, – проворчала девушка. – Она имеет особенность выскакивать, как черт из табакерки, в самый неподходящий момент.

Как будто в подтверждение ее слов ручка на двери задергалась, и из коридора послышался голос Анжелины:

– Дорогой, ты еще не спишь? Я смотрю, у тебя свет горит. Мне тоже не спится. Почему закрыта твоя дверь? Открой же мне, наконец, – прокричала она.

– О, легка на помине, – прошептала Наташа и вопросительно посмотрела на Андрея. – Что делать-то? Мне что, снова под кровать лезть? – недовольно спросила она.

Савинский развел руками, не зная, что ответить девушке. Дверь уже сотрясалась от настойчивого стука Анжелины.

– Андрюша, ответь мне, я волнуюсь! Тебе что, плохо? Мне позвонить доктору?

– Да сделай ты, наконец, что-нибудь! – зашипела на Савинского Наташа. – Так и будешь стоять, как истукан?

– Ангел мой, со мной все в порядке, я уже сплю, – крикнул Андрей и закатил глаза под лоб в крайнем раздражении.

– При свете? – тем временем спросила красотка.

– Сейчас уже выключаю, дорогая, просто перед сном я просматривал кое-какие документы, – снова прокричал Савинский.

– Милый, открой мне на одну минутку, я только поцелую тебя и пожелаю спокойной ночи, – не хотела просто так уходить Анжелина.

– Я уже удобно лежу на подушках, мне лень вставать, девочка моя, – старался как можно спокойнее сказать мужчина, готовый уже зарычать, как потревоженный леопард.

– Я хочу увидеть тебя и убедиться в том, что с тобой действительно все в порядке! Я волнуюсь, у тебя давление, а тебе прекрасно известно, что женщинам в моем положении нельзя волноваться, – стояла на своем Анжелина. – Открой мне, Андрей.

Наташа пожала плечами, скорчила недовольную гримасу и, встав на четвереньки, полезла под кровать. Уже оттуда она одарила Савинского таким взглядом, что он сразу же понял: ему это непременно зачтется. Он быстро скинул брюки, схватил со стула халат и накинул его на себя. Только после этого он подошел к двери и открыл ее.

– Дорогой, почему ты так долго не открывал? – врываясь в комнату, спросила Анжелина и бросила взгляд на кровать. – Ты же мне сказал, что уже лежишь, а постель у тебя не разобрана. Зачем ты обманываешь меня, Андрей? В чем дело?

– Может, уже хватит устраивать здесь допрос? – разозлился Савинский. – Я лежал на застеленной кровати, читал документы. Не понимаю, что здесь может быть странного? Или я в своем доме не могу вести себя так, как мне хочется? Тебе не кажется, Анжелина, что в последнее время ты слишком много на себя берешь? – прошипел он. – А ну, иди в свою комнату и оставь, наконец, меня в покое!

– Андрюша, я же о тебе волнуюсь, о твоем здоровье, – захлопала красавица ресницами.

– Если ты действительно волнуешься о моем здоровье, то будь добра оставить мою спальню! Надеюсь, я ясно выражаюсь? – сквозь зубы процедил Савинский и одарил свою подругу таким взглядом, что та моментально все поняла. Она испарилась из комнаты в мгновение ока, и Андрей облегченно вздохнул. – Нет, ни одна женщина в мире не затащит меня в загс, – прошептал он. – Эти ненормальные бабы могут довести своим чрезмерным вниманием до нервного срыва!

Савинский запер дверь и повернулся в сторону кровати. Рядом с ней уже сидела Наташа – прямо на полу и с кислым выражением лица.

– Она что, постоянно здесь живет? – спросила она.

– Нет, не постоянно, – ответил мужчина. – Приезжает пару раз в неделю, тогда и остается. «Правда, в последнее время она уже почти прописалась здесь, – про себя отметил он. – И с этим нужно что-то решать».

– Понятно, – вздохнула Наташа. – А со мной-то мы что будем делать? Ты как хочешь, но я остаюсь здесь и не вернусь домой до тех пор, пока этих бандитов не отправят в тюрьму. Я попала в эту дурацкую историю из-за тебя, вот ты меня и защищай, как умеешь, – вздернув нос, с вызовом проговорила девушка.

– Ну, предположим, в эту историю ты попала совсем не из-за меня, а из-за себя самой, – поправил ее Андрей. – Но ответственности за твою безопасность, естественно, я с себя не снимаю.

– Что значит – из-за себя? Почему это из-за себя? – возмутилась Наташа. – Это же не меня заказали, а тебя.

– Прежде чем брать у незнакомого человека тот кейс, о котором ты мне рассказывала, нужно было его проверить, а уж потом отпускать курьера.

– Да-а-а? – подскочила от возмущения девушка. – Если бы я проявила тогда такое благоразумие, то тебе бы уже осталось жить совсем чуть-чуть! А может, уже и этого «чуть-чуть» не осталось бы. Ты рассуждаешь, как моя подруга Машка, у нее тоже есть такая странная слабость – постоянно учить меня уму-разуму. И вообще…

– Все? Наташа, у меня совершенно нет желания спорить с тобой сейчас, – перебил ее Андрей на полуслове. – Мне и Анжелины хватает с избытком. Пойдем, я провожу тебя в комнату для гостей и уложу спать, – засмеялся он. – Для дискуссий у нас, я думаю, еще будет время.

– Сказку не забудь мне на ночь рассказать, – буркнула девушка. – Покажи, где комната, дальше я уж как-нибудь сама разберусь, что к чему. Надеюсь, там душ имеется? Пребывание под твоей кроватью… – девушка сморщила нос и чихнула. – Скажи своей домработнице, чтобы почаще пыль там протирала.

– Непременно скажу, – улыбнулся Андрей.

Его разбирал смех при взгляде на эту взъерошенную, похожую сейчас на воробья после драки девушку, и в то же время он поймал себя на мысли, что хочет защитить ее от всех неприятностей. Этот милый вздернутый носик с маленькими конопушками был сейчас испачкан в пыли, а эти до неприличия пронзительные карие глаза старались смотреть воинственно, но в их глубине читался испуг. Испуг маленькой девочки, которую некому защитить.

– У меня что, вторая голова выросла? – хмуро произнесла Наташа, увидев, каким странным взглядом смотрит на нее Савинский.

Тот тряхнул своей головой, чтобы сбросить наваждение, и улыбнулся девушке:

– Пошли, Наташ, я тебе покажу твою комнату. Будешь жить в ней столько, сколько понадобится.

– Чем быстрее я ее покину, тем лучше, – вздохнула Наташа. – У меня, между прочим, ответственная работа, свои дела, свои проблемы. Мне в твоем доме сидеть некогда. Кто за меня будет эти дела делать и эти проблемы решать?

– Ничего, дела подождут, жизнь не завтра кончается, – как мог, успокоил девушку Савинский.

– Тебе хорошо так говорить, у тебя помощников целая армия, – возразила девушка. – А я все свои дела привыкла сама делать. Сейчас, когда все это случилось, мне пришлось перепоручить все Валентине Николаевне, своей сотруднице. Она, конечно, женщина ответственная, но я все равно волнуюсь, как они там без меня. Как раз сейчас я нужна на работе, как никогда. Журнал на грани банкротства, и, если честно, я уже не знаю, как выруливать ситуацию, – тяжело вздохнула Наташа.

– А чего для этого не хватает? – поинтересовался Савинский.

– Связей, конечно, – пожала девушка плечами. – Пока моя тетушка была здесь, она мне таких хороших заказчиков на рекламу добывала, что я диву давалась. Косметика, дизайн, я даже пару раз такой крутой магазин, как «Косметик-Люкс», рекламировала. А недавно Настя вышла замуж за немца и уехала в Германию. Я сама, естественно, стараюсь, но что-то в последнее время у меня не очень получается, – развела Наташа руками и горько усмехнулась. – Вот такая я невезучая. Еще и ты мне так не вовремя на голову свалился.

– Ну, предположим, все как раз наоборот. Это ты свалилась неизвестно откуда, только, правда, не на мою голову, а под мою кровать, – улыбнулся Савинский. Он увидел, как нахмурилась девушка, и тут же постарался сгладить ситуацию: – Я пошутил. Ничего, Наташа, думаю, что все еще у тебя образуется, а я постараюсь помочь, чем смогу. Знаешь, как говорится? Что бог ни делает, все к лучшему.

– Да уж, лучше и придумать нельзя, – буркнула девушка. – Ладно, пошли, покажешь мне комнату, – закруглила она разговор. – У меня уже глаза слипаются, спать хочу – просто умираю. До того нанервничалась за эти дни, что ночью практически не спала.

– Вот и выспишься как следует. Я утром распоряжусь, чтобы тебя никто не беспокоил. А ты, когда проснешься и поймешь, что больше не хочешь спать, позвонишь по внутреннему телефону, и тебе принесут завтрак.

– Как в кино, – криво усмехнулась Наташа. – Я думала, что в реальной жизни такое может быть только где-нибудь за границей.

– Ну, почему же только за границей? Чем, интересно, мы хуже тех же американцев или англичан? Почему я не могу себя окружить комфортом и удобствами, если имею деньги? Для чего же я тогда работаю день и ночь, зарабатывая их? – то ли спрашивал, то ли констатировал очевидные факты Савинский, незаметно наблюдая за своей гостьей.

– Это так, конечно, здесь и возразить нечего, только… – и Наташа запнулась на полуслове.

– Только что? – заинтересованно спросил Андрей.

– Только мне, например, такие деньги даже задаром не нужны, не то что за трудную работу, которую приходится делать день и ночь.

– Это почему же? – искренне удивился олигарх.

– Потому! – усмехнулась Наташа. – С чем-то я, конечно, согласна, дом у тебя шикарный: прислуга, охрана, рябчик к ужину – с ананасом… В отпуск небось ездишь два раза в год, покупаешь то, что захочется, а в остальном… – И Наташа, обреченно махнув рукой, вспомнила, по какому случаю она здесь находится. – Много счастья принесли тебе твои деньги? По-моему, кроме проблем, ничего больше.

– А вот здесь ты не совсем права. Деньги – это свобода, неограниченные возможности, ну, и вообще… С самой школы я мечтал стать богатым человеком, и я им стал. Я в своей жизни всегда стремился к чему-то большому и значимому.

– Скажи спасибо мне, а то через несколько дней ты бы действительно стал чем-то «большим и значимым»! Бронзовым памятником во весь рост на Новодевичьем кладбище, – усмехнулась Наташа. – А может, всего лишь мраморным, – кисло добавила она. – В нашей стране быть очень богатым человеком опасно для здоровья.

– Ну ты и язва, – покачал головой Савинский.

– Ага, я такая, – ехидно прищурилась Наталья. – И тебе лучше подальше от меня держаться. Могу и ужалить ненароком, у меня даже кончик языка раздвоенный, как у кобры, – и девушка, сделав «страшную» гримасу, зашипела на собеседника.

Савинский засмеялся и пришел к выводу, что с этой бестией они подружатся. Он пошел к двери и, прежде чем выпустить в коридор Наташу, осторожно выглянул сам.

– Боишься, что подруга застукает тебя на месте преступления? – язвительно спросила девушка.

– Анжелина – нервная особа, она может закатить страшный скандал. И мне совсем не хочется, чтобы это случилось среди ночи. От нее все что угодно можно ожидать, а в доме есть еще гости, прислуга, охрана… Мне не нужны лишние разговоры, – откровенно признался Савинский.

– То, что от нее можно ожидать все, что угодно, мне очень хорошо известно, – усмехнулась Наташа и потрогала голову, на которой с недавнего времени недоставало нескольких прядей волос.

Андрей убедился в том, что в коридоре никого нет, и показал Наташе рукой, что она может следовать за ним.

– Я поселю тебя в дальней комнате, которая находится совсем в другой стороне от той, где находится Анжелина, – шепотом проговорил он. – Надеюсь, что завтра утром она уедет, и тогда ты сможешь спокойно передвигаться по дому, – скрывая улыбку, проговорил Савинский.

– А если не уедет?

– Тогда не знаю, – пожал плечами мужчина. – Я не могу сейчас просто выпроводить ее из дома, она… Как бы это сказать? В общем, пока я не проверю кое-что, я должен быть к ней внимателен. Может случиться так, что в скором будущем эта девушка станет моей женой, – вздохнул он.

– Прими мои искренние соболезнования, – хмыкнула Наташа.

– Язва, – пробормотал Савинский.

– А ты не можешь на то время, пока я буду здесь, отправить ее куда-нибудь? – спросила Наташа, пропустив мимо ушей его шпильку, и оглянулась по сторонам. – Чтобы она не смогла отказаться, да и не обиделась бы заодно.

– Куда, интересно, я ее отправлю?

– Ну, не знаю, – пожала девушка плечами. – У тебя же куча денег, купи ей путевку на какой-нибудь необитаемый остров, – хихикнула она.

– После того, как она вернется оттуда, мои уши наверняка не выдержат такой нагрузки, – поддержал шутку Андрей.

– Не поняла, при чем здесь твои уши?

– На необитаемом острове ей не с кем будет поговорить, и накопленный потенциал ее нерастраченного красноречия потом обрушится на меня.

– Нет, Андрей, шутки шутками, а если серьезно? Ты же можешь отправить ее на отдых? Сделай это, пожалуйста, и тогда я буду чувствовать себя в твоем доме совершенно спокойно. Ну… или почти спокойно, – неуверенно проговорила Наталья.

– Без меня она не поедет, – отмел эту идею Савинский. – Мы уже третий год вместе, и всегда ездим отдыхать вдвоем.

– Смотря что предложить, – возразила Наташа. – Думаю, что, например, от Куршавеля она не откажется.

– Мы там уже были.

– Тогда Багамы, излюбленное место новых русских, – хмыкнула Наташа. – Мне почему-то так кажется.

– Совсем не излюбленное, просто одно из многих, но там мы тоже были, – развел руками Савинский и насмешливо посмотрел на девушку.

– Тогда к чертовой бабушке в гости, – разозлилась она, когда увидела этот взгляд, который ей очень даже не понравился.

– А вот этот вариант я берусь обдумать, – засмеялся Андрей и распахнул дверь комнаты, к которой они подошли. – Располагайся, чувствуй себя свободно. Дверь закрывается на ключ, так что без твоего желания тебя здесь никто не побеспокоит. На столе стоят два телефона, один городской, а второй – для внутренней связи. Прямо на аппарате список номеров: 1 – охрана, 2 – горничная, 3 – кухня. Ну и так далее.

– А ты там есть? – поинтересовалась Наташа и тут же добавила: – Мало ли что может произойти?

– Да, есть, под номером «семь», – улыбнулся Андрей. – Это номер соединяет с аппаратом в моей спальне и в моем кабинете.

– Я тебя лишний раз не буду беспокоить, но на всякий случай дай мне еще и номер твоего мобильного, – попросила Наташа. – Мало ли какие вопросы или ситуации могут возникнуть, а ты в это время на работе будешь, – повторила она.

– Надеюсь, что в моем доме никаких таких ситуаций не возникнет, – ободряюще улыбнулся Савинский. – Спокойной ночи, Наташа. Чистые полотенца и банный халат лежат в шкафу, в ванной комнате. Все средства личной гигиены – там же. Если что-то понадобится еще, наберешь цифру «два» на телефоне и скажешь, что тебе нужно. Только не советую тебе делать это ночью, обслуживающий персонал – тоже живые люди, и по ночам они спят. Анжелина не внемлет моим советам, и из-за этого ее здесь недолюбливают.

– Надеюсь, что сия чаша меня минует, и вся прислуга, включая твоих собак, прямо с завтрашнего дня будет влюблена в меня без памяти, – пробурчала Наташа. – Все, Андрей, испаряйся побыстрее, пожалуйста, я сейчас прямо на пороге усну, спокойной ночи, – поторопилась выпроводить хозяина дома девушка и бесцеремонно закрыла дверь комнаты прямо перед его носом.

– Спокойной, – улыбнулся Андрей и пошел в свою спальню, не переставая улыбаться.

20

Наташа резко проснулась, как будто ее кто-то разбудил, и села в кровати. Сначала она не могла ничего понять и вспомнить, где она находится. Оглядела сонными глазами комнату, и до нее наконец дошло, что она в доме у Савинского.

– Уф, – облегченно выдохнула девушка. – Думала, что мне кошмар приснился, – пробормотала она, глядя на картину, где Иван Грозный убивает своего сына. Та висела как раз на противоположной стене. – Нашел, что повесить напротив кровати, – проворчала Наташа. – Просыпаешься, а перед тобой – кровавая сцена из прошлого! Да, правы люди, говоря, что у богатых – свои заскоки. Нет бы какую-нибудь «Венеру Милосскую» повесил, или, на худой конец, «Утро в лесу» Шишкина! Ох уж эти мужчины, ничего не понимают во взаимодействии сна и момента пробуждения с окружающим пространством. Это оказывает на весь последующий день огромное влияние, так как определяет настроение, – вслух подумала она, имея в виду хозяина дома, Савинского. – Интересно, что это я сейчас нагородила? – прыснула от смеха Наташа. – Это все Машка виновата со своей психологией! Взяла привычку ко всем зачетам и экзаменам у меня дома готовиться, вот и я теперь тоже запросто на «психичку» любые экзамены сдам. Пардон, подружка, на психолога, – извинилась она перед Машей и послала ей воздушный поцелуй – мысленно, конечно.

Спать уже совсем не хотелось, поэтому Наташа встала и прошла в ванную комнату. Приняв душ и надев халат, девушка почувствовала, что до ужаса хочет есть.

«Интересно, кому лучше позвонить, прислуге или сразу на кухню? – присев рядом с телефоном, подумала она. – Выходить из комнаты я не собираюсь, пока не буду уверена, что Анжелина уехала. Встречаться с этой неврастеничкой и объяснять, что к чему, я не собираюсь. Если Андрей захочет, пусть сам ей все говорит».

Наташа нажала на цифру «три» и прислушалась к гудкам.

– Интересно, а который час? – тем временем пробормотала она, обводя взглядом комнату и пытаясь найти часы.

– Алло, – раздался мужской голос в трубке, и Наташа, испугавшись, осторожно положила ее на место.

– Господи, как-то непривычно, да и неудобно мне вот так по телефону просить, чтобы меня накормили. Что делать-то? – нахмурилась она, постукивая себя пальцем по кончику носа.

Наташа вновь прилегла на кровать, прямо поверх одеяла.

– А вдруг сейчас еще рано и Савинский не успел уехать на работу? Попробую позвонить ему.

Приняв решение, девушка соскочила с кровати и, схватив трубку, нажала на клавишу «семь». Через несколько гудков трубку сняли, и она услышала мужской голос. Хоть она никогда и не слышала голос Андрея по телефону, тем не менее сразу же узнала его.

– Ой, как здорово, что ты еще дома! Я настолько голодная, что если не съем что-нибудь в ближайшие пятнадцать минут, то непременно скончаюсь, – протараторила Наташа в трубку. – Набрала цифру «три», и, как только услышала чей-то голос, не смогла вымолвить ни слова. Почему-то неудобно стало просить, чтобы принесли мне завтрак. Ты чего молчишь, Андрей? Это я, Наташа, – запоздало проинформировала она хозяина дома.

– Я уже понял, что, кроме как у тебя, ни у кого не хватило бы ума позвонить мне с утра пораньше и рассказать, что хочется есть. Ты всегда завтракаешь в такое время? – сонным голосом Савинского поинтересовались на другом конце провода.

– А в какое время ты мне прикажешь завтракать? Как просыпаюсь, так и завтракаю. А сколько сейчас времени, кстати? – поинтересовалась она.

– Если мне не изменяет зрение, пять часов десять минут утра, – хохотнул хозяин дома.

– Да ну? – не поверила Наташа.

– Ну да, – проворчал Андрей.

– Извини, – тяжело вздохнула девушка. – Спи тогда, – жалобно добавила она.

– Спать уже не получится, я не умею вновь засыпать после того, как меня разбудили.

– Я уже извинилась, – буркнула Наташа.

– Ладно, не переживай, я сейчас что-нибудь придумаю, – бодрым голосом проговорил Андрей, почувствовав, как расстроилась девушка. – Схожу на кухню и сделаю ревизию в холодильнике. Если что-то найду, принесу тебе. Не позволять же тебе скончаться от голода в моем доме? Куда мне тогда твой истощенный труп девать? – засмеялся он.

– Не дождешься ты моего трупа, и никто не дождется, – фыркнула Наташа. – Только лет эдак через пятьдесят, и никак не раньше. Извини, конечно, что разбудила тебя в такое время, но в этой комнате нет часов, а я почему-то совсем не хочу спать. Мне показалось, что уже много времени. Кстати, на кухне уже кто-то есть. Я же тебе только что сказала, что набирала «тройку», и мне ответили.

– Это мой шеф-повар, он всегда в пять утра уже на своем посту. У меня как-то даже выскочило это из головы, сейчас как раз я с ним и потолкую – выясню, чем можно тебя накормить, – объяснил Савинский.

– Только не очень там задерживайся, и скажи заодно своему повару, чтобы он потом и обедом не забыл меня покормить, – подсказала Наташа.

– Позвонишь и сама закажешь себе обед, – ответил Андрей.

– Никуда я звонить не буду, сам ему скажи, – не уступила девушка.

– Почему не будешь? – удивился мужчина.

– Неудобно мне, неужели непонятно? – вспылила Наташа. – Не привыкла я к этому, да и не хочу привыкать, если честно! Вот ты со всей этой историей разберешься по-мужски, и я сразу же домой уеду, а там мне никто кофе в постель подавать не будет. Про обед и ужин я вообще даже и не заикаюсь. Не жили богато, нечего и начинать, – проворчала она. – Андрей, ты очень много говоришь, я хочу есть, – снова напомнила Наташа, как будто это не она сейчас болтала, не давая мужчине вставить ни слова, а он. – Я кладу трубку, а ты иди на кухню, с нетерпением тебя жду, пока!

Савинский посмотрел на пикающую трубку у себя в руках, потом снова бросил взгляд на часы и, трясясь от смеха, встал с кровати.

– Кажется, я поселил в своем доме «недоразумение»: она не спит сама и считает, что все тоже должны бодрствовать в любое время суток. Никого не слушает, кроме себя, любимой, и без остановки трещит как сорока.

Он поднялся с постели, прошел в ванную и ополоснул лицо холодной водой, чтобы прогнать остатки сна. Надев халат, он вышел из комнаты и спустился, на кухню. Его повар, колоритный мужчина с внушительным брюшком, округлил глаза, когда увидел хозяина дома.

– Андрей Юрьевич, что-то случилось? – спросил он.

– Нет, Егор Данилыч, ничего страшного не случилось, если, конечно, не считать того, что я ужасно голодный, – улыбнулся Савинский. – Не могли бы вы мне собрать на поднос что-нибудь съедобное?

– Скоро будут готовы французские булочки, ваши любимые, они уже в духовке, еще есть холодная курица, салат «Карамболь», паштет из гусиной печени, а через минуту будет готов кофе, – отрапортовал шеф-повар.

– Замечательно, – потирая ладони, проговорил Андрей. – Вы поставьте все это великолепие на поднос, минут через десять-пятнадцать я зайду за ним, а пока пойду побреюсь.

– Я вам принесу поднос, – замахал руками повар. – Зачем же вам самому ходить, Андрей Юрьевич? Если бы вы меня вчера предупредили, что будете завтракать так рано, я бы уже давно все приготовил.

– Извините, Егор Данилыч, но вчера я и сам этого не знал, – развел руками Андрей и снова улыбнулся. – Хорошо, принесите завтрак в мою комнату.

Савинский поднялся к себе, побрился и уже оделся, когда в комнату осторожно постучали, и на пороге возник повар с подносом в руках. Он поставил его на стол и тут же удалился. Андрей выждал некоторое время, чтобы повар наверняка ушел, и выглянул за дверь. Убедившись, что в коридоре никого нет, он взял поднос с завтраком и пошел в комнату, где поселил Наташу. На полпути он снова засмеялся.

– Вот уж никогда не предполагал, что мне придется, словно мальчику-студенту, подавать даме кофе практически в постель! Да, жизнь удивительна и прекрасна, непредсказуема и загадочна. Никогда не знаешь, какой сюрприз она приготовила для тебя на завтра!

Андрей подошел к двери и тихо поскребся о створку. Наташа тут же ее распахнула и, увидев поднос с едой, довольно заулыбалась.

– Ну, наконец-то, не прошло и года! Почему ты так долго?

– Доброе утро, во-первых, – с сарказмом произнес Савинский. – Или тебя не воспитывали в детстве?

– Доброе, очень доброе, – заулыбалась Наташа. – Это почему же меня не воспитывали? Еще как воспитывали! Просто я так сильно волнуюсь, что готова проглотить слона. На меня всегда голод нападает, когда я сильно переживаю. Ты уж меня извини за бесцеремонность, – виновато оправдывалась девушка.

– Ладно, на первый раз прощаю, – махнул Андрей рукой. – Но впредь запомни: я очень не люблю наглость и бестактность.

– Так точно, командир, запомню, учту и приму к сведению, – вскинув руку ко лбу, как это делают военные, дала клятву Наташа.

Савинский посмотрел в ее лукавые глаза и сразу же понял, что ни одно из этих обещаний она выполнять не собирается. Он вздохнул и сунул поднос девушке в руки.

– Я тоже с тобой позавтракаю, разливай кофе по чашкам, – приказал мужчина.

– Отлично, не люблю есть одна, хотя делаю это ежедневно, – покладисто согласилась Наташа и начала проворно расставлять тарелки и чашки на столе.

– Ты живешь одна? – спросил Савинский.

– Да, уже три года, как одна. До этого жила с родителями, но они себе построили дом за городом и переехали жить туда. У каждого своя машина, поэтому проблем с транспортом, чтобы добраться до работы, нет.

– А кто у тебя родители? Ну, я имею в виду, кем они работают?

– Мама у меня преподаватель французского языка в университете, а отец – странствующий рыцарь, – улыбнулась Наташа.

– Это как – странствующий? – не понял Андрей.

– Он работает экспедитором на трейлере, импортные перевозки. Две недели в пути, потом две недели дома, – объяснила девушка. – Это его так мама прозвала.

– А почему рыцарь?

– С ним один раз случай был в дороге, о котором даже в газетах писали. Не в наших, правда, а там, в Югославии, где все и случилось.

– Что за случай? – заинтересовался Савинский.

– Им по инструкции нельзя останавливаться и брать попутчиков. Дело было ночью, папин напарник отдыхал, а отец был за рулем. Видит – на дороге молоденькая девушка стоит и голосует, чтобы кто-нибудь остановился. Как я уже сказала, ночь была, машин на трассе мало, а те, что были, проносились мимо. Отец тоже хотел было проехать, но вдруг заметил, что девушка эта беременна. Сам понимаешь, русская душа – добрая, не смог он не остановиться, посадил ее. И можешь себе представить, она через двадцать минут рожать начала! Ой, что там потом было, и смех и слезы, – засмеялась Наташа. – Отец рассказывал, а мы с мамой чуть со смеху не умерли. До ближайшего населенного пункта, где больница имелась, километров двести, а ребенок-то ждать не хочет, на волю просится! Напарник отца – парень молодой, чуть со страху там не скончался. Отцу моему говорит: «Ты, Иван Алексеевич, мужчина опытный, ты сам отец со стажем, вот и делай что-нибудь, а я еще парень нецелованный!» – Наташа хихикнула. – Короче говоря, родила та девушка ребенка прямо в машине, мальчика. Отец его в свою рубашку в клеточку завернул и доставил в больницу вместе с молодой мамашей. Потом все газеты про русского водителя-экспедитора писали, настоящим рыцарем его называли. А эта девушка до сих пор папе письма по электронной почте пишет и фотографии его «крестника» присылает. Кстати, она сына Ванечкой назвала, в честь моего отца, значит! Вот после этого мама и прозвала отца рыцарем, как в газетах о нем писали, только еще и странствующим. С тех пор уже шесть лет прошло, Ванечка в этом году в школу пошел, у них там дети с шести лет учатся. Вот такая история в нашем семейном архиве имеется, – засмеялась Наташа. – Правда, интересная?

– Да, очень занимательно, – улыбнулся Андрей. – Я бы на его месте, наверное, так не смог.

– А куда было деваться? Хочешь не хочешь, а другого выхода, как роды принимать, у него не было. Не высаживать же беременную женщину из машины? Да и не помочь тоже было нельзя, она же умереть могла! Папа рассказывал, что пробовал остановить хоть какую-нибудь другую машину, думал, может, повезет и там будет женщина. Да какое там! Никто даже не затормозил, чтобы поинтересоваться, что случилось. Папа ничуть не жалеет, что подобрал эту женщину тогда на дороге, хоть он и поседел, пока она рожала на его глазах. А если бы и он проехал мимо, она бы точно погибла вместе с ребенком. Послушай, Андрей, ты еще не придумал, с чего будешь начинать? – перескочила вдруг Наташа на другую тему.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, как это – что? Ты же собираешься что-то делать? Ведь нужно же как-то найти этих преступников, которые тебя заказали, – объяснила девушка.

– Нет, пока я над этим вопросом не думал, – нахмурился Савинский. – Но, как только освобожусь, сразу же займусь этой проблемой.

– Ты хоть соображаешь, что говоришь? – вытаращила глаза Наташа.

– А что, собственно, такого я сказал? – не понял мужчина.

– Тебе сейчас не о делах нужно думать, а о том, как обезопасить себя! Неужели еще не дошло, что тебя хотят убить? В том кейсе лежали сорок тысяч долларов!

– А при чем здесь доллары?

– А при том! Моя подруга Машка мне все популярно объяснила. Это только аванс, остальное киллер получит после того, как выполнит заказ, и в данный момент его «заказ» – это ты! А теперь, господин Савинский, прикинь своими мудрыми мозгами. Что за человек тебя заказал, готовый заплатить такие большие деньги? Может ли он быть простым человеком? Нужно искать его среди твоих врагов. У тебя, кстати, их много?

– Думаю, что есть, конечно, но чтобы явных… Я даже затрудняюсь сказать, – неопределенно ответил Андрей.

– Нужно хорошо подумать, отложить все дела и вплотную заняться этой проблемой, – по-деловому рассудила Наташа.

– Но я не могу отложить свои дела, у меня все распланировано на месяц вперед, – возразил Савинский.

– Впервые встречаю такого бестолкового человека, как ты! – всплеснула девушка руками. – Речь идет о твоей жизни, неужели ты этого не понимаешь? Да и о моей тоже, между прочим, – добавила Наташа. – А она у меня одна, и я не собираюсь ее за здорово живешь отдавать кому-то из-за твоих неотложных дел. Ты мужчина, в конце концов, или только называешься таковым? – возмутилась она. – К тебе приходит человек, раскладывает все по полочкам, а ты и в ус не дуешь!

– Я же не сказал, что совсем не собираюсь ничего делать. Сегодня вернусь, и мы составим план, решим, с чего будем начинать, – недовольно проворчал Савинский. – Как это все не вовремя!

– Имей в виду, что сейчас дорога каждая минута. У меня такое впечатление, что все, о чем я тебе рассказала, прошло мимо твоего сознания. Ты вспомни дом ветеранов! Эта женщина была там и хотела тебя убить, но, к счастью, у нее ничего не получилось, – с раздражением напомнила Наташа.

– Но ведь ты не совсем уверена, что все было именно так? Ты же сама мне сказала, что это могло быть простым совпадением, – возразил ей Андрей.

– Не верю я в такие совпадения, хоть небольшие сомнения и есть, – проворчала девушка. – Но это точно была она, я узнала ее голос, и могу это подтвердить даже на Страшном суде. Правда, не могу до сих пор понять, куда она могла так быстро испариться? – пожала Наташа плечами. – Прямо как сквозь землю провалилась. Мистика какая-то! О чем это мы сейчас с тобой говорили? – нахмурила девушка лобик. – Ах, да. Это я тебе к чему про дом ветеранов-то напомнила? Киллер делает все, чтобы побыстрее выполнить заказ, и я не берусь утверждать, что прямо сегодня не будет предпринята еще одна попытка. Кстати сказать, эта попытка может не так хорошо для тебя кончиться, Андрей, ты над этим как следует подумай, – серьезно глядя на Савинского, проговорила Наташа. – Очень хорошо подумай, – с нажимом повторила она.

– Мне нужен сегодняшний день: у меня встреча с немцами, а с остальными делами я как-нибудь разберусь, – согласился Савинский. – Похоже, что в чем-то ты действительно права.

– Ладно, сегодня делай свои дела, а как только ты вернешься, нужно будет все решить, – нехотя согласилась Наташа. – Но ни днем позже! Я не собираюсь у тебя здесь жить неизвестно сколько времени, у меня тоже уйма неотложных дел, – проворчала она.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Андрей. – Не нужно так беспокоиться, я прямо сегодня же поговорю со своим начальником службы безопасности, и мы вместе с ним решим все вопросы.

– А он надежный человек? – спросила девушка.

– Вполне, не волнуйся.

– Я уже ничему не удивляюсь при нашей жизни, – вздохнула Наташа. – И сказать «вполне надежный» могу только о близких мне людях. Насколько мне известно из источников массовой информации: как правило, в заказных убийствах принимают участие люди из близкого окружения будущей жертвы. Ты как следует прочитай «досье» на тебя, которое было в кейсе для киллера. Там же весь твой распорядок дня чуть ли не по минутам расписан! А теперь прикинь. Кто может так хорошо знать твои привычки и твой образ жизни? Дошло? – усмехнулась Наташа, когда увидела недоуменный взгляд Савинского. – Правильно, Андрей, это знает только тот человек, который проводит много времени рядом с тобой. Тот, который почти все про тебя знает!

– Позволь мне с тобой не согласиться, – перебил Савинский Наташу. – Если я, например, захочу узнать все о Мадонне, то эту информацию я получу через пару часов. В наш век технического прогресса это не составляет особого труда, – усмехнулся он.

– Я с тобой согласна, но все же не совсем, – возразила девушка. – О Мадонне, может, и не составит труда все узнать – она звезда, публичный человек. Ты же не Майкл Джексон, чтобы с ней себя сравнивать? О тебе в Интернете очень скудненькая информация, Машка проверяла, так что спустись на землю, – огорошила Савинского Наташа. – Я почему-то уверена, что заказчик находится совсем рядом с тобой. Пусть я ошибаюсь, но сбрасывать это со счетов, думаю, не стоит. Ты согласен со мной? – упрямо спросила девушка.

– Может быть, – неопределенно ответил Андрей и пожал плечами.

– Все, я уже наелась и снова хочу спать, можешь идти, – внезапно произнесла Наташа и для убедительности зевнула, прикрыв рот ладошкой. – Не забудь сказать повару, чтобы он принес мне что-нибудь на обед, – бесцеремонно напомнила она. – И скажи, чтобы постучал три раза, иначе я не открою дверь. Не хочу встречаться ни с кем в твоем доме. Да, и еще. Предупреди своего повара, чтобы он держал рот на замке и никому про меня не говорил.

– Что за конспирацию ты хочешь устроить? Для чего? Я могу сказать, что ты какая-нибудь моя дальняя родственница, приехала из-за границы и гостишь у меня. Зачем тебе прятаться? – с раздражением заметил Савинский.

– А твоя Анжелина? Как только она меня увидит, то поднимет страшный скандал, в этом я даже и не сомневаюсь. Обязательно всем растреплет, что я – якобы простая официантка, которая преследует ее жениха, то есть тебя, потому что она меня запомнила именно в роли официантки. Я не думаю, что ты захочешь всем объяснять, по какому странному поводу я здесь нахожусь. Чем меньше народу об этом будет знать, тем лучше. Еще твои охранники меня видели в одежде прислуги и думают, что я новенькая горничная, я сама им так сказала. И вдруг: «Здравствуйте, я ваша тетя из Бразилии, где много-много диких обезьян», – фыркнула Наташа. – Из меня теперь получится родственница Савинского, как из курицы соловей.

– Как? Когда это охранники тебя видели, да еще, оказывается, и разговаривали с тобой?! – округлил глаза Андрей.

– Когда, когда! Вчера, когда я в дом пробралась, – упавшим голосом ответила Наташа, поняв, что проговорилась.

– Слушай, а действительно, как тебе удалось в дом пробраться, причем в мою спальню? Да еще так, что тебя никто не остановил? – прищурив глаза, поинтересовался Савинский. – К тому же и с охраной пообщаться?

– Андрей, давай мы сейчас не будем заострять на этом внимание, – попыталась отвертеться от этого разговора Наташа и опустила глаза, чтобы не встречаться с прямым взглядом мужчины.

Ведь если она начнет рассказывать, то ей придется говорить и про молоденькую девушку Дашу, которая помогла ей, и про невнимательных охранников, которые даже не удосужились проверить правдивость ее слов насчет «новенькой прислуги». И про трех обученных кобелей, которые моментально забыли о своих обязанностях – сторожить подходы к дому, стоило им только увидеть двух очаровательных «девочек» в их критические дни. Она понимала, что этими сведениями очень расстроит хозяина дома, который наверняка платит бешеные деньги за свою безопасность и неприкосновенность личной жизни и личного пространства.

– Я тебе потом обязательно все расскажу, – пообещала Наташа. – А сейчас ты иди, пожалуйста, а я еще посплю немного.

– Ну, хорошо, потом, значит, потом, – нехотя согласился Андрей. – Я постараюсь сегодня приехать пораньше, тогда мы все и обсудим.

– Отлично, – заулыбалась девушка. Она проводила мужчину до двери, закрыла ее за ним и тяжело вздохнула: – О, господи, вот попала, прямо как кур в ощип, – проворчала она. – Скорей бы все закончилось, я ужасно хочу домой!

21

Тем временем Дама Икс выискивала новые возможности, чтобы наконец выполнить заказ. После всего случившегося в ней взыграло чувство собственного, гипертрофированного достоинства. Она хотела доказать всем и самой себе в том числе, что даже такие непредвиденные ситуации не смогут ее остановить, и она сделает все возможное и даже невозможное, но своего добьется. Большую роль здесь сыграл и азарт охотника.

«Нет, я все равно сделаю то, что должна сделать, – говорила Дама самой себе. – Я не хочу уходить побежденной с поля битвы, этого от меня никто не дождется, и уж тем более не помешает мне какая-то нелепая случайность! Я хочу, чтобы обо мне всегда вспоминали, как о непревзойденном киллере, который не пасует перед трудностями. Я войду в историю криминального мира, и обо мне будут говорить, как о легенде, – тешила себя Дама тщеславными мыслями. – Все равно я выиграю этот бой, чего бы мне это ни стоило!»

Перед ней лежал лист чистой белой бумаги, а рядом – расписание Савинского на месяц вперед. Дама начала составлять план следующей попытки достать олигарха, надеясь, что уж на этот раз дело увенчается триумфальным успехом.

– Нужно все продумать до мелочей, рассчитать до миллиметра, быть на шаг вперед, и тогда все получится, – шептала Дама, рисуя на чистом листе кружочки, цифры и стрелки. – Я – профессионал с большой буквы, и никто не сумеет меня обойти, вычислить и перехитрить. В том, что случилось, нет моей ошибки, и я за нее не в ответе. Но если я исправлю эту ошибку, их ошибку… тогда держитесь, господа хорошие! – злорадно размышляла Дама. – С того момента вы будете играть только на моем поле. – И все же, как-то странно все получилось, – прошептала она. – Таких совпадений просто не может быть! Кафе – именно то, где я должна была получить кейс, название журнала совпало с моим псевдонимом, правильный ответ на вопрос о времени, прическа именно такая, какой у меня парик, и, наконец, возраст… Что-то очень подозрительно все это, – нахмурилась Дама. – И я должна узнать, что все это значит. Я обязательно все узнаю, но только после того, как сделаю «дело»… только после этого! «Кстати, нужно будет съездить к дому этой Натальи, послушать, что там говорят по поводу ее убийства, – подумала Дама. – Надеюсь, что алкаш уже отведал мой «подарок» и находится сейчас на пути в рай. Наверняка старухи у подъезда смакуют оба эти происшествия с утра до вечера. Думаю, что для меня не составит особого труда все узнать. Прямо сегодня и съезжу», – решила она и, успокоившись, продолжила изучать расписание Савинского.

* * *

Наташа маялась от безделья, то и дело посматривая на часы.