Лорд Пустошей Буревой Андрей

Заснеженные горные вершины вместе с пронизывающим ветром и пробирающимся под мою легкую одежонку холодом остались позади. Так же как и прекрасный замок Тила. Не встретив никаких серьезных препятствий на своем пути, я выбрался в предгорье и очутился в ставших родными за годы юности местах. А там было рукой подать до дядиного дома.

А вот с дядей мне пришлось нелегко. Целый вечер ушел на то, чтобы обстоятельно рассказать ему о моих злоключениях и объяснить, как так вышло, что его ненаглядная дочь оказалась в Талоре. За тысячи миль от того места, где ее оставили. И почему учится не в Имперской академии, а в университете Элории.

Но слава богам, мне удалось разложить все по полочкам и успокоить снедаемого тревогой Нолка. Хотя я не стал говорить о том, кто именно обещался присмотреть за Элизабет и не позволить ей попасть в какие-нибудь неприятности, – этого бы дядя точно не понял. Просто сказал, что хороший друг обещал приглядеть за Элизабет и что доверять такому пригляду можно. А о том, что этим займется Кара и что она варг, я не упомянул. Ни к чему такие подробности. Дядю и так ждет потрясение, когда выяснится, что его дочь сдружилась с одной кровожадной хищницей и относится к ней как к обычному человеку.

Также я умолчал о существенных изменениях во взаимоотношениях с Мэри. Просто сам еще не знал, как все обернется. Слишком уж все непросто. Да и дядю следовало подготовить к подобным новостям. А то как бы худа не вышло. Нельзя же так сразу человека огорошивать.

Поэтому я ограничился длинным рассказом о наших походах в пустоши и привел к тому, что после всех совместно пережитых испытаний Мэри не питает ко мне ненависти и вообще мы с ней почти друзья. На что дядя недоверчиво хмыкнул и покачал головой. Но спорить не стал. И то хорошо. Начало положено, а там, глядишь, удастся втолковать Нолку, что варги только для чужих людей кровожадные демонические отродья, а для своих друзей они очень даже замечательные девушки.

Но до милых и очаровательных варгов надо еще добраться. А потому я дал себе всего денек на отдых, и уже на следующие утро мы отправились в Талор. Денег у дяди было достаточно, да и пять золотых привычно обретались в моем поясе. Так что практически сразу мы двинулись верхом, как только купили лошадей в Жирхе, крупном селище, расположенном неподалеку от дорожного тракта.

Однако как бы нам с дядей ни хотелось поскорее попасть в Талор, каждому по своим мотивам, а все же мы сделали на своем длинном пути небольшой крюк в полста миль и заехали в Тарин. Городок, полный бдительной стражи и надежных друзей.

– Дарт! – радостно ахнул Стоун, встретившийся нам прямо у порога лавки Савора. – А мы уж думали, ты в столице прижился и на каникулах здесь не появишься. Зимой-то не заглядывал.

– Я же сказал, что обязательно приеду, – улыбнулся я наивности моего старого друга, решившего, что меня закружила столичная жизнь с ее блеском и великолепием.

– Да знаешь, как оно бывает, – хитро прищурился Стоун. – Вастин вон второй год не появляется, хоть у него тут вся родня. Заучился, наверное… – И рассмеялся. – Со столичными-то красотками!

– Так Вастин вроде делом занят, – сказал я и улыбнулся, припомнив, что держит его в столице. Вернее, кто. И заметил: – Похоже, там все серьезно.

– Это правильно, если серьезно, – одобрил Стоун дела Вастина. – А ты-то как? Не гонится ли за тобой от самой столицы табун охмуренных девиц? Не закрыть ли городские ворота, от греха подальше, чтобы они тут всё не разгромили? – И расхохотался, считая, что удачно подначил меня.

– А ты как поживаешь? – усмехнулся я и поддел своего друга: – Разъелся, я погляжу… Уж не Тая ли подкармливает нашу бравую стражу?

– Кто разъелся? – возмутился Стоун, благополучно пропустив упоминание о Тае, и похлопал себя по животу: – Ни капли жира! – И, ударив ладонью меня по плечу, улыбнулся, оценив шутку.

– А что Савор, все местных девчонок Гермиусом пугает да над манускриптами корпит? – поинтересовался я.

– Да все у нас по-прежнему, – уверил меня Стоун. – Год прошел, а ничего нового, почитай, и не приключилось. Разве что… – Он на мгновение замолчал, с хитрецой поглядывая на меня и нагнетая интригу.

– Так что тут у вас приключилось? – улыбнулся я. – Опять на демонов охотились, что ли?

– Нет, – рассмеялся Стоун. – Не угадал. – И выпалил: – Мирра замуж вышла! – И с нескрываемым удовольствием протянул: – Ох и погуляли мы тогда.

– А дом им хоть не кривой поставили? – с ехидством спросил я, намекая на стародавний деревенский обычай всем миром возводить жилище для молодой семьи. – А то, как я помню, Лорк – хозяин радушный, не иначе сразу принялся угощать всех собравшихся.

– С домом не получилось, – развел руками десятник. – Мирра вышла за городского парня. А деревянные хоромы у нас не поставишь. – И спохватился: – Да что мы всё на пороге, пойдемте в дом.

Познакомив Стоуна на ходу с дядей, я полюбопытствовал:

– А куда делся Савор? Что-то его не видно… И лавка закрыта.

– В Клайм третьего дня отправился, – ответил Стоун и открыл причину, по которой старого мага понесло в дорогу: – Книжная ярмарка там проводится. Так что Савора раньше чем через пару дней ждать не стоит.

– Пару… – задумчиво протянул я и махнул рукой: – Ну да ничего, отдохну пока.

– А что, ты ненадолго пожаловал? – поинтересовался Стоун, ставя на стол в гостиной, в которой мы расположились, добытые из шкафа кубки и бутыль вина. – Когда тебе надо возвращаться в академию?

– По-моему, мне не стоит там даже появляться, – вздохнул я.

– Чего так? – подивился десятник. – Какие-то проблемы?

– Так не учусь я в академии, – развел я руками. – Всего несколько декад и пробыл-то в Ардене.

– Бросил учебу?

– Можно и так сказать, – согласился я и пояснил: – Мой клыкастый партнер и там меня отыскал.

– И что? – немедленно заинтересовался Стоун. – Опять пришлось удирать от этой демоницы?

– Не удалось, – покачал я головой. – Пришлось отправиться в Элорию и играть по ее правилам.

– И ты еще жив? – изумился мой друг и жадно спросил, ожидая услышать дико занятную историю: – Как же ты вырвался-то из ее лап?

– Так я и не вырывался, – усмехнулся я. – Как оказалось, варги не такие уж жуткие зверюки. И с ними вполне можно иметь дело.

– С варгами? – недоверчиво хмыкнул Стоун. – Смеешься?

– Да нет, я серьезно, – ответил я. – Видишь же, жив-здоров я, да еще и с прибытком.

– С каким? С целой шкурой? – съехидничал мой друг.

– За заслуги перед Элорией меня наградили наследным титулом и землями, – сделав важное лицо, заявил я. – И оградили от преследования варгов.

– У-ха-ха, – расхохотался Стоун. – А принцессу за тебя не засватали?

– Увы, нет, – подпустив в голос толику разочарования, ответил я.

– Хотел меня, как Вастина, разыграть? – спросил улыбающийся десятник. – Не выйдет.

– Это не шутка, – усмехнулся я и поклялся в правдивости своих слов.

Сказать, что после моих заверений Стоун был сильно удивлен, это значит весьма преуменьшить степень его ошеломления. Нам даже пришлось отпаивать его вином для восстановления душевного равновесия. Мое заявление оказалось для Стоуна настоящим крушением жизненных устоев – он все не мог взять в толк, как можно так продвинуться в жизни благодаря вражде со злобным чудовищем.

– Это ж надо… – пробормотал пораженный моим рассказом Стоун. – Титул и земли… Хоть сам иди варгов дразни… – И, покачав головой, одним махом осушил кубок вина, стоящий у его руки.

– Это легко устроить, – рассмеялся я. – Поехали со мной в Элорию, там этих симпатичных хищниц уйма. Дразни не хочу.

– Нет уж, – мигом отказался от своего замысла десятник. – Пусть эти демоницы мирно спят в своих логовах – мне хорошо живется и без титула, и без земель. Тихо и спокойно. И бессонница из-за опасений, что сегодня ночью кто-то точно загрызет, не мучает.

– Смотри сам, – улыбнулся я и спросил: – А куда ты топал, когда мы тебя перехватили? Не на службу, случаем?

– Совсем из головы вылетело! – всполошился Стоун, хлопнув себя по лбу. – Меня же Кирх зачем-то вызывал. Какое-то у него там дело ко мне срочное. – И спросил: – К судье не хочешь заглянуть?

– Давай сходим, – тут же согласился я.

И мы решили посетить городскую управу. Правда, вдвоем. Дядя решил, что его приглашение не касается, и переубедить его мы не смогли. Пришлось отложить на какое-то время поход к судье и разобраться с размещением на постоялом дворе. Можно было, конечно, и у Стоуна остаться, да не стали мы озадачивать его лишними проблемами. Они с Савором даже постоянную прислугу не держат, а конюха у них отродясь не водилось. А на постоялом дворе и служанки, и прачки, и за конями уход, главное – денежки плати.

– Не ого-го у вас лошадки, – заметил Стоун, когда мы решили насущные проблемы. – Вот тот, что тебе от Килпатрика достался, действительно благородных кровей конь был. – И, покосившись на меня, усмехнулся: – На таком даже барону не зазорно ездить было.

Не обратив внимания на подначку, я досадливо поморщился и спросил:

– Откуда ты знаешь о Килпатрике? Я же вроде не говорил о нем.

– А что ты хотел, Дарт? – пожал плечами Стоун. – Шила ведь в мешке не утаишь… Да и вообще непонятно, как ты хотел остаться в тени, появившись на людях с леди Ребеккой да на коне погибшего Килпатрика. Который, по уверениям его родичей, бросился в погоню за подлым негодяем, похитившим благородную девушку.

– Это еще кто негодяй, – донельзя возмутила меня подобная трактовка событий.

– Да кто есть кто, и так всем понятно, – успокоил меня десятник. – Поэтому Кирх и послал в свое время сэра Алберта лесом, не став объявлять тебя в розыск. Сослался на то, что слова леди Ребекки противоречат утверждениям несомненно благородного сэра, и поэтому никакое решение в отношении тебя не может быть принято, пока не выяснится, кто из них говорит правду. Ох и взбесился, говорят, тогда сэр Алберт, – усмехнулся Стоун. – Ну да что он мог сделать? Тарин – город вольный и платит налоги напрямую в императорскую казну. У нас благородное происхождение не дает права творить что вздумается.

– А с чего ты о нем вообще вспомнил? – поинтересовался я, терзаемый нехорошими предчувствиями. – Его же вроде отец Ребекки прикончил.

– Прикончил, – подтвердил Стоун и с сожалением протянул: – Честно говоря, все вздохнули с облегчением, узнав о его смерти. Думали, будет в округе одним мерзавцем меньше.

– И что не так? – поторопил я своего друга.

– Да вот с полгода назад его наследник объявился, – продолжил Стоун. – То ли двоюродный дядя, то ли внучатый племянник, демон разберешь. Говорят, перебрался к нам аж из самой Сатии. И оказалось, что сэр Алберт был вполне приличным человеком по сравнению с новым владельцем его вотчины.

– Что, этот совсем законченный негодяй?

– Не то слово, Дарт, не то слово. Да что говорить, ходят слухи, будто он самолично промышлял работорговлей. А такой человек в принципе не может быть порядочным. Поначалу-то все тихо было – присматривался, видать, что у нас да как, – а потом понеслось. Что не декада – так беда. То спалит чью-нибудь деревню, то нападет на какой-нибудь замок. Или в крайнем случае забаву какую жуткую учинит вроде охоты с собаками на беглых крестьян. А бегут они с его земель целыми семьями.

– И что, нет на него никакой управы?

– Пока все ему сходит с рук, – ответил мой друг. – Хотя уже и в столицу на него жаловались, и на поединки вызывали. Все нипочем. Впрочем, говорят, дело сдвинулось и сам император выразил недовольство творящимися у нас делами. Видать, дошли до него жалобы наших благородных и их родственников, оставшихся без земель.

– Без каких земель? – не понял я.

– Так этот сэр Винсент уже не один чужой удел захватил и добился, чтобы настоящие владельцы отписали земли ему. И свои захваты, очевидно, не собирается прекращать.

– Так собрались бы местные, объединили дружины и дали отпор, – высказался я. – У него же не боевая скилла.

– Нет, конечно, – кивнул Стоун. – Но воинов изрядно. С собой привел целую сотню, да прихвостней сэра Алберта порядком оставалось. К тому же у него, похоже, есть свой маг. Вот и вышло, что сила у него для нашей местности огромная. Никто ведь не держит таких дружин. Два-три десятка воинов, от силы пять десятков. Больше не прокормишь, если только не промышлять грабежом соседей.

– Да, плохо вашим сэрам придется, – констатировал я. – По одному точно не отобьются. Тут только объединяться и магов нанимать – иного выхода нет.

– Ты прав, – согласился с моим выводом Стоун. – Но в общем-то это не наше дело – сами разберутся. Тут другая беда…

– Какая же?

– Сэр Винсент тоже заглядывал к нам насчет твоей поимки, – начал посвящать меня в суть дела Стоун. – Плел что-то по поводу семейной чести и отмщении… Хотя какая честь у такого урода? И отправили его несолоно хлебавши, как и прежде сэра Алберта. Дескать, пока не прояснятся обстоятельства дела – помочь ничем не можем. А он тогда сам решил заняться этим делом – объявил награду сотню золотых за твою поимку. Кирх ему вообще приказал из города убираться со своим самоуправством. Тот уехал. Расклеил по всему Тарину объявления о розыске и солидном вознаграждении за сведения о твоем местонахождении – и уехал. Листки-то мы быстро содрали, но свое дело они сделали. Так что скоро сэр Винсент будет знать о твоем приезде и обязательно примчится поквитаться за свою родню. И пусть руки у него в городе связаны, но какую-нибудь пакость он может учинить. Подлости в нем через край…

– Вот же проблемка нарисовалась, – досадливо покачал я головой. – А мне Савор позарез нужен… Ладно, подумаем еще, как поступить. – И отложил решение возникшей проблемы на потом, тем более что мы уже дошли до здания городского совета.

– Опять спите на посту? – сделал Стоун суровое замечание стоящим у входа стражникам.

– Да ты чего, десятник?! – задохнулись те от возмущения, вполне справедливо полагая, что это наглое издевательство, так как вряд ли кто-то может заснуть стоя да в полном доспехе, и в придачу болтая с приятелем.

– Того! – отрезал Стоун и указал им на растерянно озирающуюся девицу, стоящую в нескольких десятках ярдов от нас, у которой слезы на глаза наворачивались и она даже всхлипывать начала. – Вон уже обчистили кого-то. Прямо у вас под носом!

– Так мы же на посту, – протянули стражники. – И покидать его нельзя.

– Здание городского совета у вас не сперли бы за пару мгновений, – едко подметил десятник, – а человеку помогли бы. – И пригрозил: – Вот урежут нам плату из-за таких олухов, как вы, будете тогда знать.

Стражники угрюмо переглянулись и промолчали, видимо решив не прекословить, когда их ротозейство и пренебрежение службой очевидно. Или просто учуяли идущий от нас винный дух и не стали связываться, потому как поспорить для выпившего человека – милое дело, и тогда уж точно все кому надо и не надо будут знать об их оплошности. А так оставалась надежда, что назавтра Стоун и не вспомнит о том, как их отчитывал…

Мы вошли в здание и, когда дверь за нами закрылась, переглянулись и рассмеялись. Наивные мечты стражников, надеющихся на то, что все обойдется, были просто написаны на их лицах, и невозможно было не посмеяться над ними. Уверен, Стоун, даже будучи вусмерть пьяным, не забудет о таком происшествии и стражники еще пожалеют о своем ротозействе.

Посмеиваясь, мы поднялись на второй этаж и вошли в кабинет Кирха. Судья был все таким же толстым и лысым, ни капельки не изменившись за прошедший год. Что, впрочем, неудивительно.

– Стоун, ты чего, заблудился? – недовольно проговорил судья, увидев десятника. – Битый час тебя дожидаемся.

– Больше, – внес поправку спокойно сидящий на стуле у стола мужчина средних лет с совершенно обычной, непримечательной внешностью, если бы не белая полоса затянувшейся раны на лбу, которую, видимо, лечили обычным образом, без использования магии.

– Вот, даже больше, – поддержал было его судья, но тут заметил меня, выдвинувшегося из-за спины десятника, и, вместо того чтобы продолжить попрекать Стоуна, обрадованно воскликнул: – Дарт! Вот это дело! – И засыпал меня вопросами: – Как там столица? Как академия? Ты на каникулы приехал? Надолго? – А напоследок, не дожидаясь от меня ответов, решительно заявил: – Нужно это дело отметить!

– Подожди, Кирх, – остановил его Стоун. – Давай сначала разберемся с делами. Чего ты хотел-то?

– Я бы много чего хотел, да толку-то, – отмахнулся от него Кирх. – Не бог, чай, чтобы все мои желания исполнялись. – И кивнул на сидящего у стола мужчину: – Тут вот Алекс от сэра Говарда прибыл и все пытает меня насчет магов. – Разведя руками, судья негодующе выпалил: – И я никак не могу ему втолковать, что нету, нету сейчас в городе не то что приличных, а даже самых завалящих магов. Да и как могло быть иначе, когда из-за этого сатийского пришлеца их просто завалили предложениями о найме? Слир-погодник и тот к какому-то барону на лето смылся. Остались одни детишки-школяры, которым еще учиться и учиться, чтобы из них толк вышел. – Переведя дыхание, он уже чуть спокойнее продолжил: – Вастин подошел бы, он ведь в боевой магии специализируется, так его не будет этим летом. Отписал родителям, что никак не может вырваться из столицы – очень уж сложен второй круг обучения в академии. Остается Савор, но и его сейчас нет, да и не верю я, что он согласится торчать где-то в замке почитай половину лета. И никакой платой его не заманить.

– Это точно, – согласился с судьей Стоун. – Савора можно выманить из лавки только книгами или какими-нибудь диковинками Древних, но никак не наймом на службу.

– Тем более Савор на дух Нэрима не переносит, а ведь тот у сэра Говарда обретается, – заметил Кирх и повернулся к Алексу: – Или что, рассорились вы со своим магом? На кой вам их два?

– Один для атакующего отряда, другой для защиты замка останется? – предположил десятник.

– Вот только магических битв нам в округе еще не хватало, – возмутился судья и тут же успокоил себя: – Да нет, ни Нэрим, ни Савор на такое не согласятся. Защитить замок от нападений – еще куда ни шло, а нападать – нет, не согласятся.

– Да не требуется ни на кого нападать, – устало вздохнул Алекс. – Достаточно защиты. Но маг нужен действительно хороший.

– Поговори с Савором, – посоветовал ему Кирх. – Может, и уговоришь его. – И обратился к Стоуну: – Когда наш книгочей вернется-то?

– Так дня через два, – ответил десятник.

Но Кирх его уже не слушал, он уставился на меня и просиял, видимо озаренный пришедшей в голову идеей.

– Слушай, Алекс, – не сводя с меня взгляда, проговорил судья, – а может, тебе Дарта на это дело сговорить? Он ведь тоже маг. В самой арденской академии обучение проходит.

– Молод еще, – с сомнением проговорил мужчина, окинув меня оценивающим взглядом. – Наверное, только третий круг магии и освоил.

– А свитки на что? – хитро подмигнул мне Кирх. – С их помощью ведь можно легко потягаться с магами второй ступени.

– А опыт? – возразил Алекс. – Опыт-то тоже важен.

– Тю, – отмахнулся от него Кирх. – Да Дарт такой бедовый парень, что ты просто не представляешь. Да это же он, считай, не владея магией, так охоту организовал, что они огроменного демона прикончили пару лет назад. Видел бы ты то чудовище, нипочем бы не сомневался в удали Дарта.

– Так это он? – посмотрел на меня чуть внимательнее Алекс. – Значит, и леди Ребекку ему довелось спасти?

– Именно, – подтвердил судья.

– Надо бы и с Савором поговорить… – задумался Алекс. – Вдруг он все же согласится. А то сэр Говард дал мне ясное указание – нанять самого сильного мага.

– Тогда тебе придется дожидаться его возвращения, – подметил Кирх. – До тех пор ничего не решить. А пока советую переговорить с Дартом, а то, может статься, за эти дни и его куда-нибудь сманят.

– Не сманят, – усмехнулся я.

– А ты как, вообще, насчет прилично подзаработать на каникулах? – наконец удосужился поинтересоваться моим мнением Кирх. – А то меня цельными днями так вот осаждают. Враз тебе подыщем непыльную и щедро оплачиваемую работенку.

– Спасибо, не надо, – отказался я. – Наниматься я ни к кому не собираюсь – своих дел невпроворот. Да и ненадолго я к вам. С Савором повидаюсь да со старыми знакомыми – и уеду.

– Жаль, – искренне огорчился судья. – В этом году магам предлагают действительно серьезные деньги. Даже по столичным меркам прилично выходит.

– Так ты меня вызывал только ради того, чтобы разузнать о Саворе? – недовольно протянул Стоун.

– Нет, – ответил было судья и вдруг ни с того ни сего расплылся в улыбке и, наклонившись, чуть не спрятался целиком под громадным столом, за которым заседал. Через пару мгновений что-то скрипнуло, и толстячок вытащил на всеобщее обозрение поднос, на котором стояли стеклянный графинчик с вином и здоровенная тарелка, заполненная небольшими бутербродами с колбасой и зеленью. Судья поставил на столешницу выуженное из недр своего стола богатство и снова исчез. А появившись, добавил к добыче четыре резных бокала. Потерев руки, он заявил: – Это дело нужно хорошенько отметить!

– Какое? – недоуменно уставился на него десятник.

– Стоун, ты меня недооцениваешь, – пригрозил ему пальцем Кирх. – Может, я и не определю воришку по косому взгляду, брошенному на мой кошель, но уж перстень с гербовой печатью не мог ускользнуть от моего внимания. А раз Дарт обзавелся таким кольцом, этому есть лишь одно объяснение – придется его теперь именовать благородным сэром!

– А может, это гильдейская печать, – заартачился Стоун, – откуда ты знаешь?

– Стоун, ты будешь учить меня отличать гербовые печати от гильдейских или торговых? – проникновенно сказал Кирх и, усмехнувшись, разлил вино по бокалам.

Мы выпили, и судья посетовал:

– А я-то все мыслил Дарта к хорошему делу пристроить.

– Ну еще бы не мыслил, – усмехнулся Алекс. – Должность у тебя такая – о городе радеть.

– И он с ней хорошо справляется, – заверил его Стоун. – Видел же, как всех умасливает, чтобы дела шли? А ведь с каждой бумажки, с каждого заверенного им договора городу денежка идет. – И мы опустошили еще по кубку за здоровье Кирха. – Еще лопал бы он поменьше, так ему вообще цены бы не было, – поддел мой друг судью, с аппетитом набросившегося на закуску.

– И ты бы оголодал, когда столько дел, что и отойти невозможно, – огрызнулся Кирх, налегая на бутерброды. – Сегодня вон с утра торчу здесь безвылазно.

– Все же зачем я понадобился? – спросил у судьи Стоун, после того как мы немного выпили и поболтали о превратностях судьбы, изменивших мое положение в обществе. Конечно, мой рассказ зиял провалами и я по возможности умалчивал обо всех сомнительных моментах моей жизни в Элории, но моим собеседникам хватило и этого, чтобы оценить, как нелегко мне достался титул. После этого я в качестве мага, похоже, значительно вырос в глазах Алекса. Но все же он не решился уговаривать новоиспеченного барона наняться к его господину.

– Ты с Трампом хорошо знаком? – спросил Кирх у десятника. – Вы же вроде с ним промышляли по молодости наймом?

– Было дело. А зачем тебе?

– Понять хотелось бы, что он за человек, – ответил судья и пояснил: – Приятель-то твой вольный отряд сколотил.

– Это я знаю, – перебил его десятник. – Доходили до меня слухи, что он обретается где-то на севере Империи.

– Уже нет, – покачал головой Кирх. – Сегодня утром приехал в Тарин. Прослышал о том, что у нас велик спрос на наемников, и решил дать своему отряду роздых в местах поспокойнее. Он считает, у нас тут попроще, чем в приграничных землях. Там что ни день, то или работорговцев ловить нужно, или замок защищать от коварного нападения соседа.

– И что? – недоуменно посмотрел на него Стоун. – Так оно и есть: поспокойней у нас, чем на границе с Сатией.

– Ну вот, он с Алексом вроде сговорился о найме, – подвел разговор к сути проблемы Кирх. – Сэру Говарду нужны надежные люди. Однако сомнение берет, как он себя покажет, этот Трамп. Человек он в наших местах малоизвестный… Может, ты поможешь нам понять, что он из себя представляет?

– Даже не знаю, – задумался Стоун. – Ничего плохого сказать о нем не могу.

– А хорошего? – проницательно подметил судья.

– Хорошего тоже, – развел руками десятник. – Честно говоря, мы с ним никогда не были закадычными друзьями, так, общались постольку-поскольку… Поэтому ничего путного сказать о нем не могу. В отряде он не выделялся – воин справный был, заведенных порядков не нарушал и подлостями не занимался. В общем, обычный человек, каких тысячи… Разве что прижимист немного, так это не грех.

– Этого мало, для того чтобы сложить о нем мнение, – вздохнул, мельком глянув на Алекса, судья.

– Можно сделать проще, – предложил воин сэра Говарда и обратился к Стоуну: – Ты бы положился на Трампа, случись тебе доверить ему самое дорогое, что у тебя есть? Нанял бы его, зная, что только от него будет зависеть жизнь твоих близких?

Стоун задумался на какое-то время и отрицательно качнул головой:

– Если так ставить вопрос, то нет, нет у меня такого доверия к Трампу. – И пожал плечами: – Впрочем, где таких наемников найдешь, чтобы им можно было безоговорочно доверять? Разве что сыскать отряд Седого Тима… Его-то воины потерять лицо боятся больше, нежели погибнуть.

– Седой Тим один такой в нашей округе, – хмыкнул Кирх. – И на своей честности и порядочности неплохо зарабатывает. Его отряду чуть ли не вдесятеро больше, чем иным, платят, и без найма он ни дня не сидит.

– С Седым у нас не вышло, – с досадой проговорил Алекс. – Его барон Сормель до начала зимы нанял. А отряд нужен сейчас.

– Есть еще такой вариант, – высказался судья. – Нанять Трампа, разбавить его воинами замковую дружину, а из своих выделить два десятка в отряд для нужного вам дела. Так и Трамп на попятную в случае чего не пойдет, и доверие будет к людям в отряде.

– Выйдет ли? – с сомнением покачал головой Алекс. – Крайне нужно незаметно все провернуть, а появление наемников в замке и исчезновение значительной части дружины скрыть не удастся.

– Тогда не знаю, что тебе и присоветовать, – сказал Кирх.

– Ладно, еще три-четыре дня у меня есть, – поднялся Алекс. – Может, найду еще приличный отряд или мага. – И, расспросив в подробностях, где находится лавка Савора, чтобы заглянуть к нему, когда он вернется, дружинник сэра Говарда простился с нами и ушел.

Мы же еще немного посидели за вином, поболтали о разном. И даже польза из этого вышла. Разговорились о том, что титул не только преимущества дает, но и немалые хлопоты. Тут Кирх поинтересовался, наложено ли на мое гербовое кольцо заклинание истинного владения. А то слышал он о простофилях, которые такой защитой пренебрегали. И немало проблем с этого имели. Стянут кольцо воришки, а потом объявляются заверенные гербовой печатью векселя. Или еще хуже – бумаги какие-нибудь подложные, в гнусном свете тебя выставляющие.

– Правда, такое редко случается, – успокоил меня напоследок Кирх. – Но, как говорится, береженого боги берегут. Тут хлопот-то всего – заклинание наложить, зато потом кто бы ни решил твоим кольцом воспользоваться, ничего у него не выйдет. Соединится печатка с серебряной пылью да и сплавится с ней воедино, вместо того чтобы оставить оттиск. А тут уж ее только в переплавку и отправлять.

– Спасибо за совет, – поблагодарил я Кирха за дельное замечание. – А то как бы и в самом деле не вышло каких-нибудь проблем.

– Ну как с этим делом в Элории, я не знаю, а у нас подобное случается, – сказал судья. – А там, может, и нет такой беды.

Чуть погодя и мы со Стоуном распрощались с Кирхом. Двинули из здания городского совета, да не тут-то было. Прямо у дверей нас поджидала засада.

– Стоун, разобрались мы с ворами, – оповестили десятника стоящие у крыльца стражники. – Не было их.

– Как не было? – удивился Стоун.

– А так. Девчонка сама забыла кошель в лавке у Ирмы, что женскими безделушками торгует, да запамятовала о том. А посыльный мальчишка только теперь ее и нагнал.

– Ну и добре, – усмехнулся десятник. – Но по сторонам все же поглядывайте. – Дав стражникам наставление, Стоун обратился ко мне: – Куда пойдем-то, Дарт, на постоялый двор?

– Да, надо зайти, – кивнул я и похлопал себя по поясу, который ничто не отягощало, так как добытый в покинутом городе клинок был оставлен на постоялом дворе по той простой причине, что прицепить его было не за что. Ножен-то нет. И если в поездке можно было обойтись парой кожаных ремешков, чтобы прикрепить меч к седлу, и спокойно путешествовать, то в городе такой возможности не было. Мало того что закрепленный на поясе веревочками меч будет смотреться, мягко говоря, по-идиотски, так еще и обнаженное лезвие вызовет немало вопросов у прохожих. Существенным было и то, что я до сих пор не восполнил запасы энергии этого оружия, опустошенные погибшим воином. Сам только-только начал приходить в норму и излишков сил просто не имел. То, что удавалось накопить, отправлял в защитный амулет. Поэтому я добавил: – А после к мастеру Гедрину заглянем – ножны заказать для моего меча.

– Нужное дело, – одобрил мое решение Стоун. – А то с той ерундой, в которую ты его засунул, на людях зазорно появляться. И где только ножны потерял?

– Таким и нашел, – пояснил я. – Добыча из пустошей.

– И что, так вот и ехал через всю Элорию, – недоверчиво хмыкнул мой друг, – чтобы у Гедрина ножны заказать?

– Это долгая история, – замялся я. – Давай об этом как-нибудь потом.

– Хорошо, – согласился Стоун и заметил: – И одежку бы тебе неплохо другую прикупить. – Усмехнувшись, подначил: – А то не тянешь ты в этом тряпье на барона, не тянешь… Ни тебе золотого шитья, ни драгоценных тканей, ни жемчугов с каменьями, коими так любят украшать свои наряды благородные. Хотя, конечно, какой доход с пустошей.

– Да ну тебя, – улыбнувшись, отмахнулся я. – Разберемся и с одеждой, и с доходом от пустошей, дай только срок. Есть у меня на этот случай хорошие задумки.

– Какие? Все еще хочешь разбойников погонять, чтобы доход поиметь?

– Да нет, теперь эта задумка теряет смысл, – ответил я. – Дружина мне потребна. Пусть не сотня воинов, но хоть несколько человек для начала, которым доверять можно.

– И что ты там задумал? На кой тебе дружина-то? Соседи, что ли, беспокойные попались? – засыпал меня вопросами десятник.

Я открыл было рот, собираясь объяснить Стоуну, что к чему, но понял: парой слов этого не растолкуешь – и отложил важный разговор на потом. Не на улице же о таких вещах разговаривать. Куда как лучше побеседовать за кубком хорошего вина. Тем более сначала нужно расписать все в радужных красках, чтобы заинтересовать Стоуна службой.

Отговорившись тем, что, дескать, обсудим все попозже, я увел разговор в другую сторону. Осторожненько выведал у Стоуна, не держит ли его что-нибудь в Тарине, а точнее, кто-нибудь… Но нет, проблемы в лице пригожей девицы не возникло. Стоун уже привык к холостяцкой жизни и не собирался сдавать свои позиции. Что в общем-то мне только на руку.

Так, болтая о девицах, мы и за мечом сходили, и до лавки мастера Гедрина добрались. Внутрь вошли, а там покупатели, как всегда, крутятся. Оно и понятно, Гедрин все больше луками да арбалетами занимается, а на это снаряжение спрос всегда выше, чем на мечи или доспехи. Те же деревенские завсегда зайдут в городскую лавку то тетиву новую купить, то десяток наконечников для стрел, а то и лук. Просто потому, что деньгам цену знают и каждую монетку берегут, а у Гедрина покупка всяко дешевле обойдется, чем где-нибудь на торгу. Разумеется, если на качество внимание обращать.

– Светлого вам дня, – проводил Гедрин добрым напутствием семейство, заглянувшее к нему за покупками, и вышел из-за прилавка. – Какие гости к нам пожаловали! – с улыбкой проговорил он, крепко пожимая нам руки, и не преминул поинтересоваться: – Как учеба, Дарт?

– Да неплохо, – ответил я. – А как торговля?

– Тоже неплохо! – хохотнул Гедрин. – За год продал еще четыре малых арбалета да почти три десятка дварфовых болтов. А раньше всё на полках пылились, никто брать не хотел. А сейчас вишь ты, как расходятся!

– Вот и славно, – порадовался я за мастера.

– А ты, случаем, не подарил опять свой арбалет какой-нибудь девице? – поддел меня Гедрин. – А то смотри, у меня пара новеньких всегда наготове.

– С этим попозже решим, – подумав, ответил я. – Пока неизвестно, сколько тех арбалетов понадобится.

– Неужто и впрямь решил сколотить дружину? – изумился Гедрин.

– А то, – усмехнулся Стоун и хлопнул меня по плечу. – Это ж теперь не просто Дарт, а его милость лорд пустошей!

– Да ладно! – не поверил сначала мастер, но, увидев, что мы серьезны, охнул и, хлопнув от избытка чувств себя по ногам, начал меня поздравлять. А чуть угомонившись, пригрозил пальцем: – Ток ты не забывай, твоя милость, дружину обещался у меня снаряжать!

– Да помню, помню, – рассмеялся я и протянул ему свой клинок. – Но пока мне бы ножны к этому мечу смастерить. Возьмешься?

– Да дело нехитрое, – уверил меня Гедрин. – Сделаем в лучшем виде.

– В лучшем не нужно, – отказался я. – Простые ножны требуются, без изысков. Хвастать богатой отделкой меча я все равно не собираюсь. Так только, чтобы ходить по улицам с оружием, а то идешь без меча и ощущаешь себя голым. – И тут же вспомнил еще одну вещь: – Заодно кинжал бы мне, а лучше практичный походный нож для мелких надобностей.

– Так этого добра у меня сколько хочешь, – указал на заложенный ножами прилавок Гедрин. – Выбирай какой пожелаешь. – И предложил: – Да и рапиру вот возьми на время, пока ножны будут готовы.

Выбрав себе удобно легший в руку небольшой нож с односторонней заточкой, я расплатился и закрепил свою покупку на поясе. Кожаные ножны имели очень удобные ремешки в двух местах, позволяющие расположить нож на ремне горизонтально, и оттого мое приобретение совершенно не мешалось и не болталось в движении. Словно нарост возник на поясе, немного утолстив его.

А вот рапира доставила массу хлопот – приходилось постоянно придерживать ее одной рукой. Просто беда, а не оружие. Но нужно привыкнуть ее носить, так как добытый в покинутом городе меч имеет схожую с рапирой форму и крепится на поясе. Так что, скорее всего, мне придется еще довольно долго мириться с неудобствами – ведь магического оружия получше в данный момент не достать. Денег на что-то другое, считай, и нет. Разве только попробовать выменять свою добычу на что-нибудь поудобнее и попривычнее у Савора… Но сначала нужно разобраться с магической составляющей клинка.

Покончив с делами, мы отправились на постоялый двор, где расположились в снятой мною комнате, дабы не греть лишние уши рассказами о моей насыщенной жизни, и за вином просидели чуть не до полуночи. Не упивались, конечно, так, потягивали изредка по глотку-другому, чтобы горло не пересыхало да слова ладно складывались. Стоун только охать и ахать успевал, слушая меня, ибо приключений на мою долю выпало такое количество, что не всякий баснописец сможет выдумать так много завлекательных историй.

В общем, потешил я своего друга. И раззадорил открывающимися возможностями. Для того ведь и старался расписать все покрасочнее. А уже на следующий день, рассчитывая на то, что кое-что из моего рассказа запало Стоуну в голову, я подступился к серьезным вещам.

– Стоун, ты пойми, – втолковывал я десятнику, – мне не нужно сразу много людей. Хватит нескольких. Но таких, чтобы им можно было доверить свою жизнь. Которые не предадут и не обманут. И чтобы имели разумение, так как дальше им предстоит управлять другими людьми. То есть нужны такие, как ты.

– Да я-то что? – отмахнулся Стоун.

– Да то, что ты самый подходящий человек для меня. К тебе доверие есть, а это главное. И зову же я тебя не в разбойничью шайку. Ты сам посуди, ну чего ты добьешься в Тарине? Пусть станешь сотником, но что с того? А у меня и до тысячника дорасти сможешь.

Тут Стоун поперхнулся вином и закашлялся. Видимо, ошалев от такого предложения, забыл, что отпитое вино нужно проглотить.

– Или возглавишь городскую стражу, – продолжил я, – если тебе не по душе дела дружинные. Я ведь не смыслю в том, как обеспечить спокойствие и безопасность горожан да всяким темным людишкам укорот дать, а ты в этом деле разбираешься. И будешь жить в почете и уважении. У меня ведь городская стража действительно людей защищать будет, а не ерундой заниматься. Оттого и отношение будет иное. Как к защитнику, а не как к неизбежному злу городских улиц, что может обобрать еще похлеще карманников. Тебе самому жить легче будет от осознания, что жизнь твоя не попусту растрачивается, а на доброе дело идет. К тому же, – добавил я, усмехнувшись, – есть еще кое-что…

– Что? – не удержался от вопроса Стоун.

– Девицы в Элории куда как предприимчивей будут, – с ухмылкой поведал я. – Быстро тебя к рукам приберут. Не дадут сидеть холостяком.

– Тут ты меня уел, – рассмеялся Стоун. – Не ожидал я такой подначки. – И, отсмеявшись, серьезно сказал: – Все, что ты говоришь, Дарт, с одной стороны, конечно, заманчиво… Но с другой… Жить, почитай, в логове демонов…

– Стоун, я не говорю, что все просто и никакой опасности нет, – перебил я. – Но это реальная возможность добиться чего-то в жизни добрым делом. А демоны… Честно тебе скажу, за время моих странствий я утратил иллюзию относительно жутких и безумно опасных чудовищ, обитающих в пустошах. Настоящие чудища гораздо чаще встречаются в городах… И зовутся почему-то людьми… Демоны же, по сути своей, обычные звери, только облика непривычного.

– Н-да, – только и смог сказать десятник. – Люди, конечно, бывают такие, что и говорить о них не хочется. – И решительно кивнул: – Демон с тобой, Дарт. Вернее, с вами, владетельный лорд. Согласен я.

– Отлично! – искренне обрадовался я.

– А нескольких надежных парней я подыщу, – пообещал Стоун. – Поговорю сегодня вечером с ними, должен же кто-нибудь согласиться к тебе на службу пойти.

– Савора бы уговорить, – мечтательно сказал я. – Но пока в этом просто нет смысла. Не тащить же старика на пустое место. – И, вспомнив кое о чем, добавил: – И еще, Стоун. В общем… может так статься, что один милый варг поселится в моем доме. Так что ты предупреждай об этом парней, чтобы они потом не сбежали.

– Варг? – переспросил Стоун, мигом стерев с лица улыбку. – Выходит, ты так и не уладил свои дела с этой леди?

– Не беспокойся, вражды меж нами больше нет, – успокоил я друга. – Скорее, наоборот.

Но убедить Стоуна в том, что присутствие варга не принесет моему окружению ничего плохого, оказалось нелегко. С большим трудом удалось немного развеять его опасения относительно участи людей, подвернувшихся под руку злобной хищнице, пребывающей в плохом настроении. Хорошо еще, я этот разговор затеял в отсутствие дяди, а то бы точно не переубедил Стоуна. Но все равно сдвинуть дело с мертвой точки удалось лишь после того, как я намекнул, что подумываю о женитьбе на варге. Тут уж Стоуну крыть было нечем: если такой отчаянно опасавшийся варгов человек, как я, коренным образом изменил о них мнение и перестал бояться, значит, действительно все басни об их злобе и жестокости – глупые сказки.

Решив одно из самых важных из намеченных мною дел, следующие несколько дней до возвращения Савора я провел в праздности. Только отсыпался да отъедался. Даже не упражнялся в магических построениях. Нужно было восстановиться после недавних приключений – вот я и не усердствовал с нагрузками.

Тем более что дела и так двигались. Стоун ушел из городской стражи и теперь был занят поисками подходящих для моей дружины кандидатов. А мне приходилось лишь принимать окончательное решение, переговорив уже непосредственно с желающими поступить ко мне на службу. Прямо как Кирх стал – все за столом да за столом. С постоялого двора я практически не вылезал, а где еще поговорить с удобством, как не в зале за кубком вина.

Лишь однажды за эти дни я выбрался на коротенькую прогулку до лавки мастера Гедрина. Нужно было забрать свой заказ и обговорить покупку оружия для моей малой дружины.

– Дарт, ты как к воинственным девушкам относишься? – спросил сопровождающий меня Стоун. – К тем, которые пытаются заниматься совсем не девичьими делами?

– Да нормально вроде, – пожал я плечами и поинтересовался: – А тебе к чему?

– Понимаешь, – замялся мой друг, – Курт, сотник наш, за свою старшую дочь просит… Воспитал он ее по-мужски, на свою голову. Теперь не знает, что и делать, – она все порывается в наемницы податься, а это занятие грязное и опасное. А воспитана она как порядочный человек. Не прижиться ей в вольном отряде… Вот и просит он пристроить ее в твою дружину.