Тень убитого врага Зверев Сергей
– Порядок! Перекусил, все нормально. К работе готов!
5
– И как? – с интересом спросил Артем. – Как ты после этого?
Тропинин помолчал, видимо, прокручивая в памяти те дни, и ответил:
– Да ты знаешь, в общем, спокойно. Конечно, какая-то муть в душе была… Помню, приехал тогда с ночной смены. Вырубился – чуть ли не двое суток спал, проснулся и не соображу, что сейчас, то ли утро, то ли вечер… Но терзаний совести не испытывал, нет. И в самом деле, это оказался самый трудный эпизод. Потом пошло легче.
Потом пошло легче. Постепенно благородный мститель научился уничтожать мелкую сволочь, имитируя несчастные случаи – эта сволочь была, как правило, пьяной или обдолбанной, и ее конец выглядел закономерным и не вызывал подозрений. С гадами более крупного масштаба приходилось, конечно, потруднее, но и здесь удалось провести несколько успешных акций… Опыт есть опыт. И тот же опыт подсказал Андрею момент, когда пора притормаживать – опасно, можно и залететь. Некая критическая масса набралась. И он решил пока притихнуть.
Притих-то притих, но жить без большой цели уже не мог. Жизнь стала пустой и пресной. И вот тут-то…
Тут на него и накатила тоска по прошлому.
Вспомнилось былое. Те люди, которых он, казалось бы, вычеркнул из жизни, пусть и не по доброй воле. Вернулись и слова, сказанные Кротову когда-то: любовь не проходит, а жить надо. Но живешь, лишь когда есть цель. А так – день за днем встречать рассветы, провожать закаты… Андрей понял, что так жить он не сможет. Ну и в довесок к этим мыслям вспомнилось, что и самого Кротова на свете нет…
Но в покинутом родном городе живут люди, о которых он, Андрей Тропинин, будет помнить вечно.
Он и сейчас разволновался, говоря об этом – лицо пошло пятнами, рука сама нашла связку ключей, стала перебирать ее, как четки.
– Я ведь не все тогда Кротову сказал, – признался Андрей.
Тогда, в долгой ночной беседе, Тропинин поведал мафиозному боссу о роковом треугольнике, сложившемся между ним, его деловым партнером Глебом Студенецким и невестой последнего Еленой. В первый же день, когда Глеб познакомил Андрея со своей невестой, тот испытал странное чувство, словно давно знает эту девушку. Точнее, знал когда-то – в прошлой жизни, что ли?..
Улучив момент, он как бы в шутку спросил Елену об этом.
– Вы знаете, у меня точно такое же чувство, – улыбнулась она. – Как будто где-то, когда-то… но не вспомнить.
Вот с этого «где-то, когда-то» и началось.
Молодых людей потянуло друг к другу, оба они ощутили это и не стали противиться… а честно говоря – не захотели. И невеста Глеба Студенецкого стала возлюбленной его партнера.
Любовникам приходилось урывать места и время для свиданий. Час-полтора на случайной съемной квартире – и они жадно, страстно, до безумия насыщались друг другом. Обессиленные, они лежали, обнявшись, и Елена сонно мурлыкала в ухо Андрею:
– Мы с тобой как двое одиноких, выброшенных на необитаемый остров, да?..
– Почему?.. – так же сонно спрашивал Андрей.
– Потому что нам предстоит вернуться в населенный мир, и мы не знаем, как это сделать…
Упоминание о возвращении навевало на Андрея тоску. Он представлял себе разговор с Глебом, пытался смоделировать его… но всякий раз малодушно откладывал. Потом-то, разумеется, Андрей осознал, что Студенецкий почти сразу все понял, но не подал вида, а затаил злобу и месть… Осознать-то осознал, но было уже поздно. Все мы задним умом умные!
Вот и к Андрею Тропинину житейская мудрость пришла только в утлой камере СИЗО. Он клял себя: ну как же мог так лопухнуться с этими заемом и вкладом, на которых погорел! Чего стоило догадаться, что Студенецкий решил отомстить изощренно, с подвохом! Воистину когда Бог захочет наказать, то отнимет прежде разум. Жадность затмила очи, купился на разводку… ну и сам виноват. Распустил губы, вот на крючок и дернули.
– Поэтому… – Андрей улыбнулся Артему и развел руками, – обижаться, по большому счету, надо на себя.
Артем неопределенно пожал плечами. «Меня интересуют факты, а не твой внутренний мир…» – примерно так можно было перевести этот жест, после которого сыщик спросил:
– Ну а невеста… Елена то есть, я так понимаю, вышла замуж за Студенецкого?
– Да. Почему?.. Признаться, не вникал. Но ничего странного не вижу. Они были стопроцентные жених и невеста. Отступать? Скандал на весь город, дурная слава… Хотя главное, думаю не в этом. Тогда я всего этого не знал и не понимал. Она ничего не сказала, ни слова, и я помалкивал, хотя, казалось бы, элементарная житейская логика… Ну, ты меня понимаешь.
– Да что ж тут не понять, – усмехнулся Артем. – Ты хочешь сказать, что сын Студенецких…
– Да. Именно это и хочу сказать. Еще в СИЗО я узнал, что Елена беременна, и потом, естественно, об этом думал, хотя сведений никаких не имел. Ну а сейчас я уверен, что парнишка – мой.
6
Что верно, то верно: много лет Андрей не то чтобы совсем не вспоминал былую жизнь, но воспринимал ее как нечто навсегда отрезанное. Ампутированное. А память об этом… ну, она сродни неизбежной фантомной боли, с которой приходится мириться.
И вдруг в дни вынужденного затишья к нему с неожиданной силой вернулось прошлое. Вернее, прошлое от него не уходило, но сейчас он с некоторым удивлением осознал, что никто, в общем-то, не мешает ему, Николаю Ильину, купить билет на самолет или поезд и… Впрочем, нет, на самолете с пистолетом не полетишь. Ладно, пусть поезд. Деньги есть, ну а там как сложится.
Стоило только так подумать – и эта идея взяла его в плен. Он подходил к зеркалу, придирчиво всматривался в себя и так и эдак и убеждался, что трудно, почти невозможно будет узнать в этом взрослом худощавом мужике с твердым взглядом и заостренными чертами лица блестящего молодого бизнесмена Андрея Тропинина. «Повезло!» – горько усмехался он. Редко кому выпадают такие замысловатые судьбы, стало быть, редко кого так круто меняет жизнь… Теперь его вряд ли узнают даже одноклассники, однокурсники… Люди, более близкие, конечно, узнать смогут, но Андрей за годы подпольной жизни приобрел прямо-таки волчье чутье и научился избегать острых ситуаций.
Идея взяла его в плен – иначе не скажешь. Когда он понял, что не в силах больше бороться с собой, тут же уволился с работы, взял билет на поезд – и через двое суток был в прошлой жизни.
Легко снял квартиру и пару дней только и делал, что ходил по родному городу, узнавая и не узнавая его. Его же самого никто не узнавал.
И на третий день он принял решение.
Свою миссию «социального санитара» он может выполнять и здесь, гадов и сволочей хватает и в этом городе. Да вот хотя бы один из них – Глеб Студенецкий…
Работу найти ему труда не составило, найти съемное жилье тоже. Обжился, втянулся. Пару раз угораздило наткнуться на знакомых в качестве клиентов, и ничего, не узнали. После этого он проникся уверенностью, что и здесь у него все получится.
Потихоньку начал выяснять обстановку, стал заводить картотеку на кандидатов в «заслуженные покойники» – делал это он уже умело, с полным знанием ремесла. Вот тут-то и настал черед приблизиться к человеку, роковым образом изменившему его жизнь…
Разумеется, через Интернет Андрей выяснил о Студенецком многое – внешнюю, разумеется, сторону, но все же. Нашел и офис (он теперь находился в другом месте), и место жительства… Сумел увидеть самого Глеба с безопасного расстояния, поразился тому, как мало тот изменился – нет, изменился, конечно, погрузнел, заматерел, но выглядел исключительно моложаво, элегантно – да что там говорить! – шикарно, настоящий солидный бизнесмен, почти олигарх.
Увидел Андрей и Елену.
Тоже издалека, конечно. Наблюдал с безопасного расстояния. Увидел – и всего перетряхнуло, горло перехватил спазм. Словно не было всех этих лет, черт возьми!..
Но они, конечно, были.
Ему показалось, что за годы Елена стала еще красивее, чем была. И она повзрослела, конечно. Но тем самым стала и роскошнее – юная принцесса превратилась в статную королеву, прекрасно знающую себе цену.
Но самое интересное, что с Еленой был мальчик. Ее сын, совершенно ясно.
– Мне одного взгляда хватило, – усмехнулся Андрей, – чтобы понять, что здесь к чему. Чьи гены поработали… Мой парень, готов руку дать на отсечение.
– Ну, если так… – протянул Артем. – Студенецкий, может быть, и полная сволочь, но вот чего я про него точно не скажу – что он дурак. Как же он этого не разглядел за… сколько лет?
– Двенадцать, – пожал плечами Андрей. – Думал, конечно, об этом, но ответа так и не нашел. Но, вообще-то, я ведь ничего не знаю о них… об их семье. Как они живут, что там творится?..
– Судя по моему общению со Студенецким, – осторожно предположил Артем, – живут они так себе. Нет, ничего сказано не было, но по косвенным признакам… А хотя, к черту сейчас психологию! Давай к фактам.
Факты же таковы: обжившись, устроившись таксистом, Андрей осторожно и умело продолжил свою миссию тихого санитара человечества. Он скрупулезно выявлял подонков, приносящих окружающим горе и страдания – опять же на разных уровнях, от забулдыг, бессмысленно отравляющих жизнь ближним, до подлецов, делающих прибыль и строящих благополучие на людских несчастьях…
– Когда ты приступил к устранениям? – спросил Артем.
– До Нового года, – ответил Андрей. – Месяцев семь-восемь тому назад.
– Ага… – Михеев подумал, что Львов почти не ошибся в сроках, и задал несколько конкретных вопросов: про алкаша, свалившегося с моста, про депутата-наркоторговца…
– Моя работа, – не стал отпираться Тропинин. – О барыге этом я случайно услышал в приватном разговоре, взял в разработку – все подтвердилось, подлец из подлецов! И рука не дрогнула. А тот пьянчуга… Здесь отчасти случайно вышло. Приехал на заказ, и вдруг шум, крик: этот скот пьяный семью свою гоняет. Не удержался, выскочил, вломил ему от души…
– А-а, так это ты и был!.. – И Артем коротко пересказал беседу с участковым.
– Я и был. И этого придурка в свой кондуит занес, стал наблюдать, как он себя ведет…
В одно из контрольных посещений Андрей обнаружил, что поднадзорный сорвался со всех привязей, разбушевался – ну совсем потерял берега.
– И это меня разозлило до предела, – признался он. – И как нарочно, понесло его на этот мостик, и народу никого, и сумерки…
– И тут судьба, – хмуро проронил Артем.
– Я так и рассудил, – хмыкнул в ответ Андрей.
После этих слов наступило короткое молчание. Затем Артем поинтересовался:
– Ну ладно. Это я еще могу понять. Но чего ради ты за бомжей взялся?! Решил и здесь чистку устроить?.. Понятно, что публика не самая приятная. Но…
– Бомжи? – недоуменно переспросил Андрей. – Вот уж кого не трогал, того не трогал… А что, есть данные, что их зачищают?
– Похоже на то, – кивнул Михеев.
– Нет, – твердо отказался Андрей. – Не моих рук дело.
И Артем ему поверил.
– Хм… – пробормотал он, – это что же, значит, отдельная история? Весело.
– Ну, знаешь, по этому контингенту статистика шаткая…
– Да знаю, – поморщился Артем. – Но надеяться на игру случайностей здесь не стоит. Ну и последний вопрос: зачем ты решил мне открыться?
– Ты думаешь, я не осознавал себя преступником? Еще как! И что всю жизнь так тянуться не может, тоже сознавал. А когда Саша мне позвонил – я это понял до самого нутра. Все, край! Кольцо вокруг меня сжимается. Надо выйти из него!
– То есть расшифроваться, – понял Артем.
– Именно так.
– Ну, брат, ты философ!
– Жизнь заставила. А иначе никак.
– И что, считаешь, прав?
– Да, – жестко проговорил Андрей. – Даже не сомневаюсь. Хотя…
– Хотя – что?
– Не знаю, цепь смертей прервалась или нет. Не знаю! Не уверен.
– Ну, за себя-то я спокоен. – Артем встал. – Этой мистикой кого другого пугать! А что случилось, то случилось… Который час?.. Ого! Ладно, устрою-ка я себе завтра выходной. Ну что, какие выводы?
– Не знаю, – невесело усмехнулся Андрей. – Мне, должно быть, и вправду выговориться надо было. А что дальше…
– А дальше – утро вечера мудренее, – закончил за него Артем. – Отложим на завтра, согласен?
– Да.
Оставшись один, Андрей впал в безрадостное раздумье. Что уж там говорить, такая жизнь, которую он выбрал, действительно не может тянуться бесконечно. Но чем она кончится?! Вот вопрос…
Ответа на этот вопрос у него не было, да, наверное, и никто не смог бы ему ответить.
Когда он начал все это, им двигала даже не язвительная мстительность – все это за годы ушло куда-то, а, скорее, моральный долг. Студенецкий заслужил жизнь жертвы, чувствующей, что за ней ведется ежедневный присмотр, а в какой-то миг начнется и охота. Заслужил – вот пусть и живет, как заяц в чужом лесу.
Но теперь… Андрей и сам не знал, что теперь.
– Старею? – произнес он вслух и даже не улыбнулся.
Ночь за окном молчала. Было очень тихо.
Глава 12
1
Артем вернулся домой порядком за полночь. Разговор все держал его за душу, и он долго не мог уснуть.
Он отлично помнил этот миг, когда его осенила мысль соединить дела Львова и Студенецкого. Как в воду глядел!
По сути, оба дела решены. И что дальше?
Рапортовать магнату о выполнении его задания он не хотел. Виктору?.. Но ведь и здесь, по сути, придется сдать Тропинина. Конечно, была надежда, что Львов, человек умный, отнесется к этому с пониманием… но с юридической точки зрения преступления из благородных побуждений есть те же преступления, и ничего более…
Не разрешив этой дилеммы, Михеев уснул, а проснулся все с нею же и, хмурый, уселся завтракать, размышляя. Вдруг он вспомнил, что собрался сделать сегодня выходным, и воспрял духом. Житейская мудрость подсказала ему: не знаешь, как поступить, – не делай совсем ничего. Жизнь сама подскажет или найдет выход.
Целый день отдыха – непозволительная роскошь, но полдня сыщик решил отдохнуть. Просто пройтись по улице. И телефон отключить, чтобы никто не доставал.
Так и сделал. Постарался все выкинуть из головы и просто шел не спеша, наслаждаясь летним теплом. Вспомнил, что черт-те сколько времени не гулял вот так, все бегом, бегом, с работой, с заботами…
Вот эта работа неожиданно оказалась сильнее Артема Михеева. Уже минут через десять он почувствовал, что в его прогулке что-то не так.
Что?..
С полминуты он шел по инерции, пытаясь понять, в чем дело, пока шестое чувство не шепнуло: слежка! За тобой, товарищ Михеев, следят.
Разумеется, он не подал виду, но внутренне напрягся. Почудилось? Надо проверить.
У хорошего опера всегда есть набор ходовых приемов: и как самому следить, и как незаметно проверять слежку, и как отрываться, если что. Имелись такие трюки, передаваемые из поколения в поколение, и у Артема. Ничего сверхсложного, умеренный артистизм и внимательность, больше ничего.
Он умело, так, что никто из прохожих и не подумал бы, начал проверяться. Сомнений не оставалось – следят! Артем без особого труда вычислил кто.
Это был неприметный парень лет тридцати, по внешним данным идеально подходящий на роль филера и явно владеющий элементами сыскного ремесла – но Артем легко догадался, что он малоопытен, и, оценив физические возможности преследователя, принял решение.
Для достоверности он повел наблюдателя по хозяйственным магазинам: типа ходит мужик, ищет что-то для дома, совершенно естественно… Заглянув в две точки, отправился в третью…
Повадки сыщика – это на всю жизнь. Однажды побывав в этом небольшом магазинчике в глубине старого квартала, Артем сразу же отметил, насколько удобно это помещение с оперативной точки зрения: дверь для посетителей, служебный вход-выход на другую сторону плюс еще один выход в подъезд – оттуда почему-то таскали коробки с товарами. Магазинчик был популярен, народу толпилось много, две продавщицы носились все в мыле, и следить за покупателями им было особо некогда. Артем тогда еще подумал, что толковый жулик без проблем может обнести эту торговую точку – на небольшую, правда, сумму. Просто так подумал, без всякой практической цели. Но вот теперь пригодилось!
Он вошел в магазин, потолкался близ прилавков, спросил что-то для проформы. Бегло глянул в окно. Наблюдатель спокойно пристроился на лавочке пустынного сейчас детского городка, уверенный, что у него все под контролем и ничего он не упустит… Ну и отлично! Как бы разглядывая всякую домашнюю мелочь на витрине, Артем сманеврировал поближе к сквозному проходу… и, улучив момент, исчез столь искусно, что ни продавцы, ни публика ничего не заметили.
Теперь тянуть нечего! Он пустился бегом вокруг соседнего дома, сделав заметный крюк. Это заняло у него с минуту, после чего он оказался у преследователя за спиной.
Умение быть тенью – один из критериев качества сыщика. Бесшумно Артем подошел к незадачливому «пинкертону». Правда, тот все же учуял приближение кого-то сзади, но было поздно.
Жестоким повадкам вывода противника из строя Михеева тоже учили, и он в свое время к этой школе отнесся очень серьезно, ряд приемов отточил до автоматизма, в том числе и этот. Артем понял, что незнакомец угадал его приближение – но секунда! – и левая рука сыщика обхватила горло парня так, что любое его движение приводило к удушью. Замок такой Артем мог фиксировать намертво. А в правой руке у него была связка ключей, самый здоровый из которых Михеев твердо упер в ребра преследователя – пусть думает, ствол это или что иное.
– Тихо, тихо, – вкрадчиво и грозно заговорил Артем, после того как парень, инстинктивно дернувшись, чуть не задушил себя. – Чем сильнее рыпаешься, тем хуже себе делаешь… Ну, сообразил?
Преследователь обозначил кивок.
– Вот и хорошо. – Михеев чуть ослабил хватку. – А теперь, думаю, самое время познакомиться.
2
Сергей Латышев пошел в свое время работать в милицию потому, что власть, по его мнению, давала ему силу и независимость. Когда же он осознал, что служба не мед, что здесь ты сам себе не принадлежишь и реально ходишь если не по границе жизни и смерти, но уж точно недалеко от нее… он покрыл худыми словами и себя самого, и тот день и час, когда черти дернули его принять такое решение. Хотел уволиться, да не тут-то было. Начальник пообещал снабдить такой характеристикой, с какой не то что охранником, мусорщиком не возьмут. Отчасти это был, конечно, блеф, Сергей понимал, но понимал и то, что шеф и вправду может сильно нагадить, поэтому скрепя сердце продолжал тянуть лямку рядового опера с «земли» – и даже на одну ступеньку вырос в чине. Ну а когда по МВД прошла очередная волна реформаторства со всякими вздорными словечками типа: реорганизация, оптимизация, эффективность… он постарался стать оптимизированным в первую очередь, что ему и удалось. Покинул службу со вполне вменяемым послужным списком.
Сначала радостно вздохнул: свобода! Потом радость потускнела: свобода свободой, а денег всегда не хватало. Устроился охранником в банк – наобещали много, а как дошло до оплаты, так хоть плачь. Попробовал в ЧОП – тоже оказалась служба собачья, и начальство такое же дурное, как везде, и так же скупилось на копейку… Попробовал таксистом – и здесь не то.
Так шли годы. Сергей закономерно приобретал все возможные комплексы застарелого неудачника. Он начал выпивать – немного, но раньше совсем не пил, к алкоголю испытывал отвращение. Собственно, водку он и сейчас не употреблял, однако в свободные вечера осаживался пивом до отупения и тотальной расслабляющей лени, от которой не хотелось шевелить ни рукой, ни ногой… Он сделался желчным, недовольным на весь белый свет, поддатый, глядя в экран телевизора, комментировал все едко и матерно. И на работе с кассирами и покупателями общался тоже с большой иронией и язвительностью.
Все же он устроился работать охранником в супермаркет. Три смены подряд по двенадцать часов – трое суток отдыхаешь. Это давало возможность подработки, но, по правде говоря, уже не очень-то Сергей и стремился зарабатывать, лень и циничное равнодушие делались все сильнее и сильнее. Хотя давал объявления в Интернете, предлагая услуги частного детектива. И надо сказать, что на клиентов он умел произвести впечатление: обрюзгнуть еще не успел, одевался чистенько, терминологией владел… да и какими-никакими навыками оперативной работы тоже. Задания получал несложные – как правило, от ревнивых мужей и жен. Так что раз-другой в месяц срубить на этом деле немного бабла у него получалось.
Но вот попался ему клиент покрупнее, чем опутанный подозрениями супруг. Обходительный, элегантный мужчина с ловкими манерами – очевидно, небедный. Кто именно такой – разумеется, не сказал, а Сергей, разумеется, не спросил, но заметил, что в разговоре тот старается проверить его компетентность… И Сергей не упустил случая пустить пыль в глаза.
Подействовало.
– Ну, хорошо, – наконец произнес заказчик. – У меня к вам будет не совсем обычное задание. Надо проследить за вашим коллегой. Частным детективом. Справитесь?
– Не сомневайтесь, – солидно ответил Латышев.
И получил данные на некоего Артема Михеева, а когда увидел того воочию, вдруг узнал: да это ж тоже бывший опер, тоже из райотдела, но другого! Сергея и еще двоих ребят как-то кидали туда на усиление. Когда? Ох, давно, теперь уже и не вспомнить, кажется, целую вечность назад…
Сергей не ожидал, что это вызовет в нем такой ностальгический всплеск. Вспомнилось давнее, сослуживцы по конторе, ночные дежурства, тревоги, засады, разговоры по душам… да вообще все то, что уходит от нас безвозвратно, и не знаешь, что с этим делать, не вернуть и не догнать… и слов нет, чтобы все это передать.
Вот оно и всколыхнулось в душе, и стало горько и досадно: да что ж это я, за своим братом-опером, пусть и бывшим, таскаюсь по прихоти какого-то расфуфыренного буржуя?! При этом следить, конечно, продолжал – заказ есть заказ, – но в голове завихрились отчаянные мысли: а что, если подойти к этому Михееву да рассказать ему обо всем?..
На этой мысли Артем его и пленил, так что даже и подходить оказалось незачем.
Сергей все выложил, и Артем сразу же ему поверил – ибо верил своему психологическому опыту. Он решил смягчиться, повести игру на доверие.
– Ладно. А ты уверен, что этот тип тебя не контролирует? Что дублирующий хвост за тобой не идет?
– Проверялся. Вроде нет, – пожал плечами Сергей.
– Хм! Молодец… Что же меня-то прозевал?
– Расслабился. Прошлое накатило, ну и…
– Ясно. За мной давно ходишь?
– Второй день.
– Вот как! Заказчику что-то уже докладывал?
– Нет еще.
– Так. Хорошо! Будем считать, что я тебя перевербовываю. Согласен работать на меня?
– Да, – ни секунды не сомневался Сергей.
– Ладно. Еще раз опиши заказчика.
Латышев описал внешность вполне подробно и профессионально, не забыл и про особые приметы, среди которых на первом месте были явно выраженные пижонские повадки.
– Я бы вообще подумал, что он откуда-то из шоу-бизнеса или около того, – подчеркнул он.
Артем напряг память, пытаясь на основании данного описания представить облик заказчика… нет, ни с кем из известных ему лиц это прямо не ассоциировалось.
– Как, ты говоришь, его зовут? – переспросил он.
– Как зовут, не знаю, а представился как Георгий. Думаю, что врет.
– Это, пожалуй, ты верно думаешь… – задумчиво произнес Артем. – Встречались где?
– В нейтральном месте. Для связи номер мобильного, больше ничего не сказал.
– Ну-ну… Чего и следовало ожидать. Что ж, давай скоординируем легенду.
Договорились так: сегодня Сергей дает этому самому таинственному Георгию самую обыденную информацию: мол, Михеев эти два дня встречался с клиентами, заходил туда-то, заезжал сюда-то – Артем специально подобрал список адресов, которые легко проверялись и не могли вызвать подозрения. И вывод: наблюдение продолжается.
Расстались они уже как партнеры, обменялись телефонами. Артем неожиданно спросил:
– А когда, ты говоришь, вас к нам на усиление бросали?
– Да и не вспомнить уж, когда! Лет десять? Нет, поменьше, лет семь-восемь.
Артем вновь напряг память… и честно признал:
– Нет. Не припомню.
– Да мы совсем зеленые тогда были, вот начальству и не жалко было нас отдать. Трое. Один покойник уже, второй – не знаю… А с вами мы так, мельком виделись, с нами старший лейтенант Львов работал. Помните такого?
– Еще бы! – усмехнулся Артем. – Сейчас майор, в главке… Ну, договорились?
– Железно.
– Бывай! Будь на связи.
3
Расставшись с Сергеем, Артем крепко задумался. Что бы все это значило? Собственно, для выводов информации пока маловато, и хорошо бы с кем-нибудь толковым посоветоваться. С Львовым? Но ему придется докладывать про Андрея либо мямлить, что пока результатов нет. И то и другое не годится.
А что, если…
Артем внезапно остановился.
Ну да! А почему бы нет.
Почему бы не обратиться к самому Андрею? Мужик неглупый, тертый, да и в сыскном деле толк знает. Сегодня вроде бы у него выходной… Позвоню!
И он набрал номер Тропинина.
– Здравствуй, – не без иронии откликнулся тот на звонок. – Давно не виделись…
– Надо потолковать, – коротко сказал Артем и, договорившись о встрече, рванул к машине.
Азарт разбирал его, но чем ближе он подъезжал к жилищу Андрея, тем отчетливее понимал, что это не азарт, а нечто большее… И, наконец, осознал: это предчувствие. Он, Артем Михеев, находится на грани развязки. Узел судеб, спутанный много лет назад, готов распасться. В ближайшие дни, завтра-послезавтра. С этим предчувствием Артем к Андрею и прибыл.
Тот выслушал сыщика внимательно и с явным интересом – Михеев это заметил. А когда он закончил свой рассказ, Андрей задумчиво протянул:
– Любопытно… Очень любопытно…
– Что любопытно?
– Как он этого молодца описывал, повтори-ка, будь добр.
Артем повторно описал внешность вальяжного пижона, стараясь ничего не упустить. Андрей сделался еще задумчивее.
– Однако… – проговорил он. – Что-то мне этот портрет сильно напоминает одного персонажа из моей картотеки… Да что зря говорить, вот посмотри-ка сам!
Он включил компьютер, быстро вывел нужное изображение на экран. Снимок был неважный, фотограф явно снимал исподтишка, стараясь остаться незамеченным… но все же можно было различить набриолиненные темные волосы, горделивое выражение лица, прямую осанку… и правда, личность артистического склада.
– Похож, – признал Артем после внимательного рассмотрения. – Похож… Кто таков?
– Бизнесмен среднего пошиба, – усмехнулся Андрей. – Владелец автомастерской.
Михеев озадаченно приподнял брови: никак не вязался вид деятеля на фото с тусклым званием «труженик авторемонта»… Впрочем, чего только на свете не бывает!
– Занятно, – протянул Артем. – А каким манером он в твоем черном списке оказался?
– О, это очень интересная тема!..
И Тропинин поведал на самом деле необычную историю.
Что верно, то верно: работа в такси – неистощимый источник удивительной информации. И вот однажды, болтая от нечего делать в группе коллег, Андрей услышал рассказ о владельце автосервиса, который якобы содержит подпольный бордель – кто-то возил туда девок, те от большого ума всю дорогу трясли языками про оргии, устраиваемые там по ночам в скрытых помещениях, о которых непосвященные знать не знают… Ну, в общем-то, ничего странного – бизнесмен на то и бизнесмен, чтобы искать невидимую руку рынка везде, хотя бы и в помойке. Однако тайному борцу с пороками Андрею Тропинину это дело показалось достойным внимания, он как бы невзначай выспросил адрес сервиса и решил копнуть поглубже. А по мере копания перед ним стала вырисовываться отталкивающая истина.
Хозяин автосервиса, оказывается, не просто содержал публичный дом. Нет, у него имелась более изощренная и тонкая миссия, а именно он, оказывается, был широко известен в узких кругах как безотказный поставщик изысканного разврата.
– Ага… – кивнул Артем. – Кажется, понимаю.
Люди элиты – точно такие же, как все прочие, в смысле сексуальных странностей и отклонений. Вероятно, у них эти наклонности даже резче выпячены в силу сложной и напряженной жизни, а финансовых возможностей больше. Правда, и напоказ им выставляться нельзя: что какой-нибудь мелочи сойдет с рук, для солидного человека может стать крахом всего… Ну, и сумма всех этих обстоятельств, понятное дело, рождает спрос на очень потаенную индустрию извращений. А там, где есть спрос, обязательно рождается и предложение.
И оно родилось.
В кругах избранных, куда простым смертным доступ закрыт, тихонько, приватно, кулуарно заструились слухи: мол, Валерий там какой-нибудь Антонович, не хочешь ли выпустить из душевного подполья затаившихся там демонов при условии абсолютной конфиденциальности?.. Пожалуйста! У тебя неестественные половые привычки? Ты грезишь о том, как бы тебе переспать с двенадцатилетней нимфеткой?.. Тебе хочется поучаствовать в сексуальных ролевых играх на грани фола, в подземелье, при свечах, в антураже испанской инквизиции?.. А хочешь, для тебя женщину положат в гроб и загримируют под мертвую? Пожалуйста! Словом, любой похотливый каприз – любой! – фирма гарантирует. Равно как и конфиденциальность. Нигде не зарегистрированная фирма в лице одного человека, ну и, пожалуй, двух-трех молчаливых помощников. А этот человек, он в области разврата… или нет, конечно, в элитарных кругах так не говорят – в области изысканного, утонченного досуга может все. Дорого! Очень дорого. Но оно того стоит.
– Ясно, – махнул рукой Михеев. – Деньги не пахнут… Но неужели ты за это ему вердикт вынес?
– Нет, что ты! – удивился Андрей. – У меня доказательная база покрепче, чем у прокурорских будет. Цена ошибки слишком высока. Пока лишь наблюдаю. Но…
– Что – но?
– Да что-то мне подсказывает, что с этой тропинки обратного пути нет. Рано или поздно… Но дело даже не в этом! Тут в другом изюминка. Студенецкий! – вот в чем. Он пользуется его услугами!
– Да ты что?!
– Ну, по крайней мере, они знакомы. Это я установил точно. Остального не знаю, но что между ними может быть общего?
– Машина?
– Да ну, что ты! У Студенецкого «Инфинити», куда там в этой шарашкиной конторе, им и колеса отвернуть не доверят.
– Гм… – Артем крепко потер подбородок. – Ну если так, то совсем интересный замес выходит… Слушай! А у тебя в бумаге фото этого типа есть?
– Есть.
– Ага! Как его зовут, кстати?
– Хвостенко. Геннадий Хвостенко.
И тут Артем изложил свою идею: позвать Сергея и предъявить ему для чистоты эксперимента несколько фотографий на выбор. И если он опознает Хвостенко, то пасьянс сложится.
Скажем прямо, Андрей не пришел в восторг от этой идеи. Слишком уж он привык жить, не впуская никого в свою жизнь. Но и не понимать, что это необходимо для пользы дела, он не мог, поэтому все же согласился.
Артем набрал номер Сергея, не раскрывая подробностей, предложил приехать по указанному адресу: совместная работа началась. И в соответствии с договоренностями не бесплатно.
Читать бесплатно другие книги:
