Асмодей Pictures Зотов Георгий

Глава 6

Шкатулка Асмодея

(Дубининская улица, этаж 18 «бэ»)

Елизандра не могла подавить страх. Да ещё бы, кому понравится, если мертвец отправляет тебе посылку? Лицо у демона-курьера было простодушное и тупое, мохнатый горный полукровка с Эвереста: такие не догадаются заглянуть вовнутрь. И что это за сюрприз? Она ещё раз перечитала записку: «Держи у себя до дальнейших распоряжений. Асмодей». Подпись, персональная сургучная печать архонта — да, всё честь по чести. Может быть, Асмодей тогда знал, что умрёт, и заранее решил себя обезопасить, переслав ей крайне важные документы? Очень вероятно. Тогда сорри… она будет полной дурой, если не раскроет и не узнает — что там такое внутри. Руки трясутся, как же страшно.

Щёлкнув зажигалкой, она в смятении закурила.

Курение поощрялось даже на каторге — невзирая на то что open space было завалено грудами бумаг. Дым стоял коромыслом — смолили и марихуану, и нежный вирджинский табак, и турецкую пахучую дрянь, и забористый украинский самосад. Клерки не ограничивали себя, а вентиляция на такой глубине не работала. Елизандра в естественном обличье (то бишь без искусственной кожи) сидела, стиснутая между другими каторжанами — размещёнными на длинных лавках, кои в просторечии назывались «галерами». Потные демоны, обложившись бумагами с ног до головы, печатали на компьютерах, дружно орали в телефоны и щёлкали допотопными счётами (к электронике привыкли не все). У ободранной стены переминался с ноги на ногу бугристый, с квадратной головой по типу голема полинезийский бес, работавший на каторге разновидностью кондиционера — его кожа и лёгкие поглощали табачный дым.

Глядя на полинезийца, каждый понимал — у него ещё всё не так плохо.

«Что ж он такого натворил, если состоит в должности кондея?» — вздохнула Елизандра. Асмодей дурак, уверился в её слепом подчинении и наивно думал, что она не посмотрит внутрь шкатулки. Да уж, как бы не так. Женское любопытство всегда поборет страх и логику. Правда, открыть шкатулку прямо здесь нельзя — слишком много свидетелей, каждый норовит не только глянуть через плечо, а ещё и спросит — «чо это такое?». К её удивлению, Служба адских псов до сих пор не позвонила ей по поводу отношений с Корнелием Этельвульфом: видимо, в Коллегии Демонов после смерти Асмодея и Данталиона царит настоящая паника. Неудивительно, если кто-то из архонтов попросту бросил подшефные структуры на произвол судьбы и тишайше скрылся из Москвы, решив пересидеть инфернальное кровопролитие на Мальдивах. «Вот они дурачьё, — подумала Елизандра. — Всему составу Коллегии изначально следовало разъехаться по разным городам — убийца замучился бы их искать. Наша повседневная жизнь — дешёвый триллер. Вместо простых решений мы выбираем самые сложные, носимся с ними годами, усложняя в результате ещё больше, в итоге проблемы слипаются в огромный снежный ком. Положа руку на сердце, я сама с удовольствием перебила бы этих грёбаных архонтов. Проклятые феодалы. Да, я тоже первородная и чистой крови. Но с какого боку они тысячи лет решают нашу судьбу, на одном основании того, что у одного хвост ягуара, а у другого башка крокодила? Полукровок миллионы, и они низведены до обслуживающего персонала: первый разряд и звание архонта не может получить даже ребёнок первородного… они всегда будут в адской иерархии вторым сортом. А что ждёт меня? Ни карьеры, ни детей, ни мужика нормального. Этельвульф жуткий неудачник… вот он и смотрит на меня, как на говно. Нынешняя олигархия демонов прогнила насквозь. Ради чего бесконечное коллекционирование грехов, эта потогонная работа, если здесь уже морально разложились и без нас? Но нет, архонты и слова не могут сказать без цитирования „Скрижалей Сатаны“. На хрен они вообще сдались? А может быть, ангел — плод моего воображения, и убийца — это я сама? Ох, с каким удовольствием я бы хотела, чтобы так оно и было. Да, я убила бы их всех. И Астарота. И самодовольного придурка Асмодея, И Кайма. И Мурмура. И Астарту. Разве я не резала их многократно в своих снах, шинкуя золотым мечом на мелкие кусочки, как морковь для салата? До какой степени рабства мы дошли… словно этот полинезиец-кондиционер. В Коллегии Демонов царит полнейшая анархия, руководство слиняло из-за одного-единственного ангела с винтовкой, а мы сидим в полной духоте и дыму и решаем — как бы ещё больше по мелочи людям да напакостить? Словно последние долбоёбы портим конфеты, пугаем детей в шкафу, изобретаем новые законы для депутатов Госдумы — вроде отмены перехода на летнее время. Зачем? Коллегии Демонов фактически больше нет, многие убиты, иерархия развалилась. На хрена бесконечно изобретать новые виды тополиного пуха, чтобы больше аллергиков материлось в июне? КАК ЖЕ ВСЁ ЭТО ДОСТАЛО, БЛЯДЬ».

Елизандра поднялась, бросив счёты на пол.

Клерки с удивлением оглянулись на грохот, Демоница подняла руку, и все затихли.

— Зачем дальше работать? — крикнула Елизандра. — У нас больше нет плана по производству грехов, Начальство сбежало в неизвестном направлении. Мы — демоны, воплощение зла, смрадные чудовища, носители кошмаров… в кого мы превратились? Доставляем на своём горбу бомжей в подъезды для неприятного запаха. Создаём бациллы чумки для комнатных собачек. Тайно разносим в барах прокисшее пиво. Разве не мы рождены определять судьбы миров, терзать клыками тела богатых и изнеженных грешников а-ля Янукович и Депардье? Испуская адский смрад, встав с чёрными знамёнами под рога Тёмного Властелина, не мы ли по ужасной природе своей обязаны стать господами мира, искушая, соблазняя, подбивая, интригуя? К свиньям каторгу! Долой верховную власть! Берите барахло, братья демоны, и давайте пойдём домой!

Пронзительная тишина в open space висела примерно секунд десять — все смотрели на Елизандру. Далее же события начали развиваться просто с космической скоростью.

Демон-кондиционер взревел, подняв обе лапы вверх.

Он открыл пасть, откуда свесился фиолетовый язык, покрытый тёмными пятнами. Мигнул глазами и замер. Из ноздрей повалил оранжевый пар, устремившись к грязному потолку.

— Перегружается, — спокойно сказал один из бесов-клерков.

Он опустил голову и погрузился в бухгалтерские расчёты — как заставить ребёнка украсть конфеты из буфета родителей и тем самым подставиться под нарушение заповеди «не укради»? Остальные присутствующие точно так же, отведя глаза от Елизандры, начали делать записи в блокнотах, звонить по телефонам, считать на счётах. Open space заполнился трелями, костяным щёлканьем с возбуждёнными голосами. Демоны не обращали на Елизандру никакого внимания, продолжая выполнять каторжные задачи.

Послышались восторженные хлопки в ладоши.

Демоница обернулась — рядом, прислонившись к стене, ухмылялся бес Эммануил.

— Ты ещё сиськи покажи, чтобы совсем как на картине Делакруа «Свобода на баррикадах», — хохотал он. — Ух, какая ты крутая. Ну что, думала, бросишь здесь клич, и все побегут демократию устанавливать, по образцу демонов-вендиго? Да и там, милая моя, ни хрена не власть народа, а просто сказочки-клише для заграничных дебилов. Реальная империя вендиго — доллар, которому поклоняется половина населения земного шара, сотворяя себе кумира и очередного тельца, только зелёного цвета. Охолонись, бэйби. Ну, разбежалась Коллегия Демонов, ну, развалилась власть — дальше-то что? Свобода-равенство-братство? Хренушки, детка. Будет новый хозяин, новая диктатура, новая олигархия, новые драконы. Людьми надо управлять, а мы с этим лучше всего справляемся. Да и Ад никто не отменял: грохнули с десяток архонтов, так души типа прямиком в Рай отправятся? Охуе-е-е-еть…

Он расхохотался, наполняя сердце Елизандры бешенством.

— Да пошёл ты, хорёк… — устало сказала она. Пройдя к вешалке, наспех натянула на себя свою старую искусственную кожу: подчёркнуто не обращая на беса внимания.

Эммануил продолжал скалить зубы.

— Дура ты, сестричка, — заметил он. — Мы все — армия Сатаны. Есть он или нет, пофиг: его торговую марку никто не отменял. Может быть, мы даже произведём ребрендинг, покажем Тёмного Властелина в белом костюмчике или с ребёнком на руках, с сахарной улыбкой. Стоит ли так волноваться? Ты посмотри на политиков в России. Сначала одни и те же люди были коммунистами, потом демократами, потом государственниками. Да приди к власти «Аль-Каида», они тут же заявят, что ночи напролёт спали с Кораном под подушкой. И на Украине то же самое. И во всём мире. Главное — есть же бренд, Короче, я понимаю — у тебя от каторги крыша поехала. Вали домой отдохни, потом отработаешь в двойном объёме. На дополнительный штраф ставить не буду, приколола ты меня…

Вне себя от ярости, Елизандра щёлкнула пальцами.

Рот Эммануила внезапно стянуло суровыми нитками. Из лопнувших губ потекла кровь. Глаза беса полезли на лоб — он не ожидал, что «бэйби» доступно редкое, практически забытое заклинание «заткнись». Чёрт глухо застонал и закрыл обеими руками рот.

— Я первородный демон, — прошипела Елизандра. — И советую тебе это не забывать.

Она вышла из здания, зажав под мышкой шкатулку. Всю дорогу на метро (с отключенными кондиционерами: мелкие демоны, как Эммануил, продолжали слаженно выполнять свою работу) она долго и грустно думала на тему несовершенства мира. Демоница ожидала увидеть возле своего подъезда спецназ, но, к её удивлению, там было безлюдно. Войдя в квартиру и даже не потрудившись запереть дверь, она раскрыла шкатулку, вытащила свиток — с рисунком на одной стороне и текстом на другой…

Она тщательно прочитала текст. Посмотрела рисунок. Снова прочитала.

Глаза Елизандры затуманились, наполнившись слезами. Ничего более УЖАСНОГО она не видела за всю свою жизнь. Демоница почувствовала, что её мозг сейчас взорвётся.

— Как… же… это… получается… зачем… нет… постойте, я же сама… я знаю…

Ноги в один момент стали ватными. Шатаясь, Елизандра направилась к тайнику на кухне, где лежала заветная вещь — сувенир из Преисподней. Отряхнув пергаментный свёрток от вековой пыли, демоница тщательно развернула его… где-то с минуту она стояла, тупо глядя на содержимое. Потом, пошатнувшись, безвольно уронила пергамент на линолеум. В голове всё смешалось — и артефакт из Ада, и текст, и картинка на манускрипте…

— Нет… невозможно… такое попросту… НЕВОЗМОЖНО… почему… разве…

Она не почувствовала — скорее увидела, как из груди вышел кончик золотого кинжала.

В глазах потемнело. Подавшись вперёд, Елизандра ощутила жгучую боль между лопатками. Повинуясь природному женскому любопытству, она из последних сил обернулась, чтобы взглянуть в лицо своему убийце. Её губы приоткрылись.

— Ты… — пролепетала демоница. — Значит, ты… ему… всё время… помогал…

— Безусловно, — согласился гость с кинжалом.

— Но… зачем? — она уже с трудом выговаривала слова, комната завесилась пеленой.

Существо тяжело вздохнуло.

— Долго объяснять, — сообщило оно. — А у меня сейчас, поверь — совсем нет времени.

Взмахнув золотым кинжалом, он профессионально перерезал ей горло.

Глава 7

Дьявол везде

(Столешников переулок, «Адская Кухня»)

Белокурая официантка, одетая (если это можно назвать одеждой) лишь в трусики и кружевные чулки с вензелями Сатаны, взирала на Хамада с плохо скрытой неприязнью. Раджимов она не считала за клиентов — едят мало и экономно, в основном заказывают недорогие блюда, на «чай» не дают: конечно, им каждый месяц ману домой отсылать. Однако хозяин заведения крайне не приветствовал, если персонал хамил клиентуре.

— Шашлык «Осатаневшая блудница» брать будете? — попыталась она угадать вкус южного гостя. — Шеф-повар рекомендует. Острый соус «Пламя Преисподней», нежное куриное филе, поджарено в котле по типу тех, в которых мучают грешников в милом Аду.

Хамад мысленно прикинул количество маны.

— Э… — глубокомысленно сказал он. — Послушай, сестра… ты это… может, просто мне на блюдо хлеба накрошишь, маслица там, сахар-махар… смешаешь и принесёшь? Я заплачу.

От тараканьих привычек (включая любовь к сахару и крошкам) в первые часы после возвращения человеческого облика отказаться сложно. Он искал в любой еде яд, обходил ловушки. Пару раз раджим поймал себя на желании залезть в помойку и, шевеля усами, пожрать там вкуснятинки. По дороге сюда, не будучи никем замеченным, он бросил камень в витрину магазина, торгующего химикатами против насекомых. Официантка, вопреки его ожиданию, не удивилась просьбе — за время работы она видала и не такое.

— Мы приносим блюда, указанные в меню, — сообщила она жёстким тоном. — Пожалуйста, выбирайте из ассортимента. Ваш заказ считается отдельным для работы шеф-повара и оплачивается по тройному тарифу плюс чаевые. Возможно, принести чай с сахаром?

— Да, — страдальчески подтвердил Хамад. — И пожалуйста — много, много сахара…

В «Адской Кухне» было практически пусто. Только несколько парочек, сидя за столиками, тихо переговаривались. Хамад успел просмотреть людские газеты и уже знал о «гибели от рук террористов лучших сынов нации». Иблис, подумать только… Астарта, Астарот, Каим, Асмодей, Данталион, Мурмур-младший… все они мертвы… для чего он снова превратился в демона? Похоже, Раваналунофф был прав — оставаться тараканом под землёй намного приятнее и безопаснее. Одно оправдание… ему ведь нужно спасти мир — разыскать Корнелия Этельвульфа. На общей квартире напарника нет, на работе — тоже. Он позвонил ему в офис, и некая девица Юля (наверняка уже не девственница) в истерике сообщила: «Передайте, если он и завтра не явится, уволят без аванса — благодаря ему мы заваливаем сценарий „Армии любви“». Мобильный Этельвульфа отключен, Елизандра тоже не берёт трубку… уй-бай, сколько трудностей для скромного иракского демона. Он вспомнил последний провал с носительницей ложной невинности Фатимой и горестно прикрыл глаза. Проклятая земля, разрази её великий Иблис — на востоке куда проще. Чай принесли в оловянном подстаканнике в виде улыбающегося чёрта с рогами. В меню он значился как «Earl Grey, сваренный в черепах святых угодников», и сахара с перцем в нём было больше половины — не считая доброй порции кубинского рома.

— Что-нибудь ещё? — сухо осведомилась официантка.

— Спасибо, сестра, — сердечно поблагодарил раджим. — Я пока посижу, подумаю.

Служительница сервиса удалилась, прощаясь со своими чаевыми.

«И что мне делать, могучий Иблис? — мысленно рассуждал Хамад. — Корнелий в розыск. На наш квартир всё перевёрнуто, но в то же время адский псы даже засада почему-то не оставили… старушки-демоницы на лавочке шепчутся, что Элигор со дня на день объявит военный положений. Хм, сколько демонов уже убито, а падишах Элигор всё жив и неплохо себя чувствует, уй-бай… как поговаривали древний римский демоны — qui prodest, кому выгодно? Эх, да, поспешил я принять человеческий облик. Надо было сперва тараканом пробраться в Кремль, побегать у столов да послушать, о чём говорят, да».

Телевизор на стене транслировал внутренний сатанинский канал.

— Сегодня днём состоялось пленарное заседание Коллегии Демонов, — читал сообщение диктор с неестественно бледным лицом — кажется, из болотных румынских бесов. — Уважаемые адские существа обсудили работу, направленную на дальнейшее увеличение грехов со стороны человечества. Архонты Элигор и Белиал, выступив с речами, отметили, что благодаря весне сбор грехов со стороны отдела прелюбодеяний за последний квартал поднялся на 30 процентов. Их заявления были встречены бурными аплодисментами Коллегии Демонов. Стоит сказать, что, несмотря на все усилия, производительность отдела чревоугодия упала на 20 процентов — как результат традиционно предшествующего Чёрному Воскресенью Великого поста. На церемонии Devil статуэтками Сатаны были награждены бесы, обеспечившие наибольший прирост грехов в этом году. В благодарственной речи по поводу премии простой деревенский демон из Уэльса Камина Диспэйр сказала: «Это наша общая заслуга. В этом месяце я совратила на грех 144 человека. Кто-то отвернётся и скажет — нельзя столько работать. Неправда! В каждом из нас от рождения заложен потенциал лучшего сбора грехов, и мы обязаны выкладываться на всю катушку. Только таким путём мы обеспечим прямой трансфер человечества в геенну огненную». Далее мировые новости. Сегодня продолжались ожесточённые бои на Донбассе, столкновения в Алеппо и перестрелки в Ливии. Особо замечено, что демоны, обеспечивающие грех убийства, работают не покладая рук — в их сфере прирост грехов стабильно составляет 50 процентов каждый год. Благодарим, а теперь — реклама.

«Великий Иблис, — грустно подумал Хамад и хлебнул чаю с перцем. — Они, фактически, даже не сообщают, что погибла вся верхушка Коллегии Демонов, а убийца до сих пор на свободе. Может быть, бесы на Земле потому и продержались столько лет, что молчали о своих поражениях, а заявляли лишь о победах? Ну, и благодаря милости зла, конечно».

Официантка взяла его карточку и списала со счёта ману.

— Извини, сестра, — грустно сказал раджим. — Пустой сегодня. В другой раз, даст Иблис…

— Ой, вот не надо мне тут, — с ненавистью ответила демоница и удалилась.

На экране телевизора появилась заставка.

Огромная туча закрывала солнце. Посреди тьмы проглянули две красные полоски, откровенно напоминающие рога. «Дьявол везде, — произнёс приятный женский голос. — Он в свежей траве и каплях росы. Он пахнет заваренным с утра кофе и только что налитым в бокал пивом. Он в запахе сна на губах твоей девушки, он в приятной утренней прохладе, он в первой капле крови во рту демона. Верь в Дьявола и убей всех, кто сомневается. Ощути присутствие Сатаны в своей ванной и спальне. Тёмный Повелитель всегда с тобой. Принеси символическую жертву — взрежь себе палец, разотри кровь по лицу или морде. Это — твоя память о нём. Это — твоё поклонение ему. Это — твоя искренняя молитва».

Проникнувшись, Хамад потянулся за ножом, но остановился. «Э, слушай, мозгомойство, — раздражённо подумал раджим. — Прямо двадцать пятый кадр, уй-бай. Чуть не повёлся. А есть демоны — настоящий зомби становятся с этой рекламы». Собственно, под зомби Хамад имел в виду гаитянских демонов лоа, которые вообще не имели своего тела и посему вселялись в людские. Лоа демоническая тусовка в Москве не любила — их считали недалёкими тупыми гастарбайтерами: в числе высмеиваемых качеств была детская особенность верить всему, что говорят в рекламе. Он ещё раз отхлебнул, поднял стакан и посмотрел в стекло. На дне в бело-красную массу слиплись осевшие сахар и перец.

«Это — твоя искренняя молитва».

Иблис всемогущий, да как он сразу не понял! Конечно же. Сейчас он туда и поедет… и станет караулить. Рано или поздно Корнелий обязательно там появится, и он его перехватит. Правда, сейчас поздний вечер, но ничего исключать нельзя. Хамад поднялся, с грохотом опрокинул стул, вызвав недовольные взгляды официанток. Он выбежал на улицу, лихорадочно огляделся. Денег на такси уже не было — можно, конечно, вызвать демонического извозчика из каторжан или снова зачаровать узбека, но… мана на нуле, последнюю отдал за чай. Придётся «зайцем» на метро, перепрыгнуть через турникет. Очень опасно, и можно попасть в полицию… но иначе до Корнелия не доберёшься.

…Этельвульф появился у подъезда глубокой ночью, когда изрядно озябший Хамад уже потерял последнюю надежду. Корнелий был в надвинутой на лоб кепке и тёмных очках, но он всё равно узнал приятеля по походке. Раджим, озираясь, подошёл к бывшему соседу, осторожно тронул за рукав. Рука того скользнула в карман и тут же отдёрнулась. Корнелий снял очки, Хамад увидел — глаза демона округлились от удивления.

— Ты чего тут делаешь?!

— Я знал, ты придёшь сюда, — задыхаясь, прерывистым шёпотом сказал раджим. — Брат, мы здесь вместе с тобой уже бывал много раз — особенно в первый время, когда ты начал миссию-шмиссию. Да не дёргайся, во имя Иблиса — адские псы твоя не ищут. Коллегия Демонов весь разбежался, такой вещь творится… Не строй из себя Джеймс Бонд, э? Брат, сам видел, твои фото на каждом углу висят, но розыском заниматься некому — Асмодей, Данталион, Мурмур — все погибли. Слушай меня пару слов… уй-бай, знаешь…

— Да подожди же ты! — Этельвульф вскинул вверх обе ладони, оглушённый потоком слов. — Ты довольно странно выглядишь… от тебя как будто сахаром и сушёным хлебом пахнет — да ещё, извини, немного помойкой отдаёт, Ты где пропадал столько времени?

Хамад досадливо отмахнулся.

— Какая тебе разница, э? Тараканом моя бегал, брат. В подземелье шуршал-муршал, получилось такое — расколдовался, выбрался — не спрашивай, рассказывать страшно… я никак до тебя добраться не мог: то ослом был, то насекомый, потом ты куда-то пропал… Неважно. Слушай, у моя глюк был… ты знаешь, у нас припадки ясновидения, э? Так вот, я свой глаза смотрел — все демоны на Земле погибнут, их уничтожат… я ехал в пламя в автобусе, и у водителя был лицо… брат, я прямо моментально, сразу узнал…

— Ой, да ладно, — поморщился Этельвульф. — Уже понятно — я был водителем. Успокойся, Хамад не следовало тебе носиться по всей Москве. Ценю твоё усердие, но… понимаешь, убийца — вовсе не я. Это моя ангельская противоположность, существо, прорвавшееся к нам из другого мира. Ты прав в одном, что хорошо меня знаешь — я обязательно пришёл бы сюда… ибо не привык бросать дело своей жизни… Спасибо за предупреждение, но…

Хамад задрожал всем телом.

— О чём ты говоришь! — возвысил он голос до крика. — При чём тут твой лицо… он…

Корнелий в первую секунду не понял, что случилось. Левый глаз Хамада исчез, и на его месте, сочась кровью, расцвела чёрная роза. Раджим издал хлюпающий звук и шире раскрыл рот, будто продолжая разговор. Раздалось свистящее шипение — губы Хамада взорвались фонтаном крови. Он начал мягко заваливаться на асфальт, Этельвульф практически бессознательно попытался подхватить безвольное своего тело приятеля.

Из тени у дома вышла фигура, держащая в руке пистолет.

— Добрый вечер, — спокойно сказал ему незнакомец хорошо знакомым голосом. — Я тоже давно здесь сижу, а вы всё не приходите. Да-да. Ваш покойный друг видел в автобусе именно меня. Но я не стал ждать, пока он расскажет: лучше мы побеседуем вдвоём.

Он шагнул под свет фонаря. И Этельвульф разглядел его лицо.

Глава 8

Царство мёртвых

(улица Гиляровского, у метро «Сухаревская»)

— (с благодушием) Садитесь, уважаемый. Осторожно — пожалуйста, не делайте резких движений. В этом пистолете ещё пять золотых пуль, на вас более чем хватит.

Молчание.

— Ну-ну, полноте. Вы же адское существо, пусть и низшего разряда. Я прекрасно изучил вашу психологию — как-никак живу на Земле уже семьдесят лет. Вы всё так же молчите? Ладно, я не против. Логично, слишком много событий за сегодня. По идее, вы всеми клеточками своего тела должны радоваться — извернулись, подбили священника на убийство и теперь имеете полное право получить восьмой разряд. Вас можно поздравить?

Взгляд, полный ненависти.

— (с уважением) Понимаю вас. Действительно, примут ли ваш отчёт по поводу успешного завершения миссии? Это бабушка надвое сказала. Я не совсем священник… ну да это, наверное, вы уже поняли. Да и если бы я им и был? Убийство бесов разрешено христианской религией… не уверен, что Библией одобрен конкретно пистолет и золотые пули, но сие значения не имеет. Знаете, у меня отличные источники в Коллегии Демонов, на самом высоком уровне. Поэтому-то я всегда знал про ваше задание и откровенно издевался над вашими тщетными попытками сбить с пути истинного священнослужителя. Спасибо за милосердие в адрес собачки — Серапиона мне было бы жалко, и вы доставили мне много приятных минут. Пару раз я думал, что вы сорвётесь, особенно после того, как устроили жуткий кавардак в церкви. Скажите, вам тогда хотелось помолиться?

Откровенно злобное молчание.

— (со вздохом) Хорошо, такое поведение недостойно меня самого. Извините, просто кто не любит хоть чуточку позлорадствовать? Mea culpa, как говорят латиняне. Так вот, Этельвульф, бесами управляет весьма громоздкая бюрократическая структура. Да, все демоны занесены в особую базу «Сатандекс», и у многих под кожу вшит так называемый «чип распознавания» — для доступа на отдельные объекты требуется приложить ладонь к электронному сканеру. Но есть и замшелые древние демоны, особенно порождения культов амазонской сельвы и мазурских болот, которые именуют все новшества «христианской выдумкой» и всюду видят «око Христа» — такие существа наотрез отказались работать с электронными устройствами. Далее всё просто. Я убил одного из древнейших первородных демонов, надел его кожу и стал использовать для допуска на особые собрания… именно так, находясь в ту ночь на пункте охранителей в Бирюлёве, я случайно узнал о существовании вашего двойника, столь глупо упущенного вашей же бывшей любовницей. Правда, тогда я ещё не ведал, что это ваша копия, но неважно — он был мне НУЖЕН. А потом… найти его и грамотно использовать себе во благо было сущим пустяком. Я знал с точностью до минуты, куда он пойдёт и как именно будет действовать. Хотите спросить почему? Отвечу… я ведь тоже бывший ДВОЙНИК.

— Что?!

— (довольно) А, я вижу, разговор у нас всё-таки получится. Вот и славненько. Отдельные слухи по поводу двойников циркулируют в кругу архонтов уже давно, уверен, вы их слышали… или Елизандра рассказала как первородный демон… у вас почему-то называют их ангелами, предполагая, что мы пришельцы из Рая. Наивно. Полагаю, вам поведали байку насчёт ангела, для уничтожения которого пришлось бомбить Хиросиму? Да, это чистейшая правда. Кроме одного (пригнувшись к уху)… я всё-таки остался жив…

(хриплый, несдержанный кашель)

— Да-да. Я почти достиг крайней степени могущества в вашем мире. Оказывается, чем больше здесь живёшь, тем больше получаешь знаний — с каждым новым днём. Я узнал, что демонов можно убивать с помощью золота, узнал проклятия, которые следует гравировать на пулях для смерти архонтов, рецепт обязательного добавления в золото крови «двойника», словно кто-то закачивал это в мою голову со стороны, наподобие компьютерного вируса. Вероятно, в итоге я стал бы богом вашей планеты… Увы. Однажды, незадолго до бомбардировки Хиросимы, я вдруг проснулся ночью от удушья и понял — я превратился в обычного человека, а внутри меня — пустота. Только годы спустя я понял, что именно произошло. Они убили моё зеркало, демона, составляющего мою тёмную половинку на Земле, и я утратил своё могущество. Едва погиб мой двойник, я стал в десятки раз слабее. Правда, прибавилось изворотливости — я сумел избежать бомбёжки Хиросимы: повинуясь предчувствию, мне удалось покинуть её первого августа сорок пятого года. Я потерял смысл жизни. Оставалось лишь затаиться, поступить на работу в ведомство Данталиона и ждать, когда представится случай отомстить. Я знал — он обязательно подвернётся. И какое чудесное совпадение — зеркалом двойника оказались вы… да это ж как джекпот выиграть. С вашего позволения, я закурю? Теперь мне не нужно притворяться. Сразу разочарую вас — не редкость, когда Коллегия Демонов специально назначает переодетых бесов-священников для главной миссии новичков. Знаете, почему? Им невыгодно, чтобы полукровки занимали высшие должности, архонты Коллегии должны быть исключительно из первородных. Вы никогда не преуспели бы в карьере, как ни старались, — сизифов труд. Вы морщитесь? Обидно, я согласен.

Сладостное, долгое выдыхание дыма.

— Но самое главное ещё впереди. Хорошо, что вы сидите, может быть, мы избежим обморока. Так вот, сын мой… ах, извините, проклятая привычка… Я вовсе не ангел. О-о-о-о, какой взгляд. Да-да. Для того чтобы стать ангелом, должен быть Рай — а небесного Иерусалима в природе не существует. О, нет, не волнуйтесь. Ад отчасти есть, но совсем не такой, каким вы его представляли. Вам не приходило в голову, отчего вы так смутно, будто давно просмотренное старое кино, помните Преисподнюю с котлами и грешниками? Каждый из демонов имеет в голове воспоминания, как он прибыл на Землю из Ада. Но это не более чем ИЛЛЮЗИЯ. Любые впечатления по поводу Ада вживляются в мозг искусственно, автоматически, едва вы попадаете на Землю. Именно поэтому ваша подруга Елизандра так удивилась, открыв свой давний тайник с адским сувениром и обнаружив в свёртке лишь вековую пыль, Она-то думала, что украла там и принесла в наш мир скипетр с шипами для наказаний грешников — почти все бесы стараются прихватить на память именно его. Но это мираж, видение, Елизандра не могла похитить из Преисподней никаких сувениров, ибо самой Преисподней в природе нет, так же как и котлов с грешниками. Перед смертью она это поняла. Вот честное слово, я не собирался её убивать. Но было необходимо забрать свиток, каковой окончательно откроет вам глаза.

— (с ненавистью) Вы — сволочь. Я вырежу вам сердце.

— (с уважением) Похвальное желание. Увы, злоба ослепляет, и вы не в состоянии ощутить то, что я пытаюсь донести до вас. Поймите, АД НАХОДИТСЯ ЗДЕСЬ. Ваша Земля — это и есть Ад. Почему вам никогда это не приходило в голову? Тут люди убивают друг друга, предают своих ближних, лгут, выворачиваются, показывают чудеса жестокости и подлости, умирают с голоду, влачат жалкое существование, отдают своих дочерей в проститутки, а всеми мировыми правительствами и богатствами заправляют демоны — жуткие, мерзкие и отвратительные. Ни у кого нет спасения — даже миллиардеры болеют раком, а принцессы разбиваются в автомобилях. Простите, да что ж это такое, как не Ад?

Долгое, тягостное молчание.

— Но… но я… я же сам, лично…

— (нетерпеливо) Что вы? Вы хотите сказать — а как же я появился в Аду? Сын мой, я исследовал это дело семьдесят лет. Души вроде вас попадают в Преисподнюю уже со своей легендой, в вашем мозгу появляется отпечаток прошлой жизни… хотя на самом деле её нет. Тут это доведено до автоматизма. Хотите правду? Корнелий, вы пребываете в Аду всего год, и вы — обычный бухгалтер сорока восьми лет, умерший от сердечного приступа. Вы забыли ваше прошлое, а помните только настоящее — будучи искренне уверены, что вы — староанглийский демон-полукровка. И так со всеми душами. Круговорот. Умирающие здесь перерождаются заново и опять возвращаются в Ад, не помня, кем они были. Бесконечно. Мой дорогой, вы живёте в царстве мёртвых. Что, хватаетесь за соломинку? Хотите узнать, кто такие ангелы, которых ловят в сотнях туннелей по всему городу? Это — ваше второе «я». У каждого человека имеется душа-дублёр, зеркальное отражение его увлечений. Нечто вроде «внутреннего голоса», о котором так обожают рассуждать психологи. Вы — серьёзный человек, занимающийся финансовыми расчётами, но ведь не всегда же хотели им стать? В раннем детстве вам пророчили военную карьеру, вы часами играли в солдатиков и даже в зрелом возрасте обожали побегать с автоматом в играх типа Far Cry или Call of Duty, действуя ядом и удавкой, подкладывая бомбы с часовым механизмом в Hitman: быстро стреляй, беги вперёд, восстанавливайся, лечись, ищи патроны. Поэтому ваш двойник и считает себя спецназовцем, профессиональным убийцей-наёмником… эта его способность мне как раз и пригодилась. Во всяком случае, «снайперкой» и другими средствами уничтожения он владеет отлично — натренировался, пускай и виртуально. Он чувствует себя как в игре, а мне того и надо. Я нажимаю на кнопочки, управляя им в своих целях. Чудесно, правда?

В голове Этельвульфа туман. Он пытается произнести что-то — и не может. Лицо отца Георгия с улыбкой, как у чеширского кота, нависает над ним, расплываясь. Он — не демон… обычный бухгалтер… вся его жизнь здесь в тысячу лет — мираж… кто такая Елизандра? Кто такой Хамад? На эти вопросы не существует ответов… Серьёзным усилием открывается рот. Слова даются с трудом, выплывая наружу, как пузыри…

— Если Земля — Ад… откуда… сюда… попадают… души?

— (комично разводит руками) Эх, да кабы я знал. Понятия не имею, сын мой. Вероятно, с какой-нибудь другой далёкой планеты. Туннелей сотни по всей Москве — значит, где-то там, в ином похожем мегаполисе ежедневно умирают триста-четыреста человек: их души-двойники и ловят охранители. Такие же, как вы, они прибывают сюда мёртвыми, с полностью стёртой памятью о прошлом — и обычные люди, и демоны вроде вас. Это их кара. Кто знает, кем был тот же Астарот в своём мире? Может быть, миллиардером-обманщиком, кинувшим толпы людей в финансовых пирамидах. Асмодей? Вероятно, полководцем-завоевателем, отнявшим миллионы жизней. Каим? Серийный маньяк-убийца. Данталион? Лжепроповедник, качающий деньги из карманов верующих. Да какая разница! Ведь это Вселенная изуверских мучений, которым каждый человек подвергается от рождения и до самой смерти. Никакой Сатана, существуй он взаправду, не смог бы изобрести ваш мир в своём воспалённом мозгу: одна ипотека, извините меня, чего стоит, А когда торфяники горят? Меня печалит лишь одно… я так и не узнал, чьё я зеркало, двойник чьей души, кто был моим «старшим братом»? И боюсь, уже не узнаю.

Тихая, печальная пауза.

— (хрипло) Что произойдёт, если я встречусь со своим двойником?

— А, вот здесь мы и подошли к самому интересному. Если две половинки души хотя бы одного человека соприкоснутся в Аду взглядом, вы оба вспомните свою прошлую жизнь. И все остальные обитатели Преисподней вспомнят — сразу, в одну секунду. Что это означает? Коллапс. Ад рухнет, самоуничтожится. Лопнет, разлетевшись брызгами. Вы не представляете — КАК ДАВНО я об этом мечтал. Да, пусть и меня тоже не станет — я плевать хотел. Ненавижу ваш мир всей душой — ведь из-за него я даже не знаю, кто я такой, кем являлся при жизни и кто моё зеркало. Пусть Ад горит синим пламенем.

— (устало) А зачем тогда устраивать шоу с убийствами? Для чего вы уничтожали демонов одного за другим? Ощущение, что в своей прошлой жизни вы играли в дешёвом театре.

— О, вот тут вы должны меня понять. Да, кто же не любит шоу? Конечно, я мог бы устроить вашу с двойником встречу в первый же вечер. Но… разве счастье длится одну секунду? Я мечтал насладиться агонией, паникой, разложением, медленной смертью вашего мира. Всего за неделю я поверг Ад в пепел. Высшие демоны умирали тупо и бездарно, как новобранцы на фронте. Я сотворил из вашего двойника персональную машину для убийства. Фактически в одиночку уничтожил Ад, поставил его на колени, заставил целовать себе туфлю, как папа римский. Да, если бы я захотел — ваши архонты провозгласили бы меня Сатаной — но к чему? Лишь одно существо знало, чем является ваш мир. Каим с давних пор являлся хранителем свитка — двое его предшественников погибли при загадочных обстоятельствах, и шкатулка передавалась по наследству. Я уже не узнаю, кто дал этот Манускрипт самому первому хранителю — может, Бог, а может, и Дьявол? Неважно. Я убрал Кайма, но свиток не нашёл — оказалось, он отправил его Асмодею, а тот — переслал Елизандре. Там — чистая правда, что представляет из себя Земля. Неизвестно, кто её создал и когда. Но понятно, для чего: полный круговорот душ в природе. На свитке изображена схема-рисунок, как всё устроено, и объяснение, почему. Я покажу его вам: перед тем как мы вместе шагнём в бездну. Сначала, извините, придётся прострелить ваши коленные чашечки, чтобы вы не смогли встать с кресла и оказать сопротивление: да и в кармане у вас наверняка имеется пистолет. Не волнуйтесь, сразу же сделаю обезболивающий укол. Сниму с вас тёмные очки. Вы посмотрите свиток, дабы окончательно убедиться в правдивости моих слов. А затем я прикажу вашему двойнику выйти из другой комнаты, и мы разом исчезнем. Ещё раз извиняюсь — я не хотел убивать ни вашу бывшую любовницу, ни вашего друга-иракца. Но в одном случае мне требовался свиток, а в другом я действовал из соображений элементарной безопасности. Восточные демоны слишком горячи, он полез бы в драку.

— (звук плевка) Вы ублюдок. Немудрено, что я всегда хотел вас убить. Чтоб вы сдохли.

— (с участием) Безусловно, голубчик. Сдохну я обязательно, и даже очень скоро. Но только вместе с вами и со всем вашим миром. Я насытился местью даже раньше, чем думал. Демоны гоняли меня семьдесят лет назад, словно собаку, по всей Японии, я прятался в горах, питался яйцами птиц, вспоминая, кто я: а сейчас я погнал их, подчинив вашего двойника, — и архонты побежали от меня, как трусливые козы. Это потрясающее удовольствие. Давайте приступим к финальному акту. Хотите ещё что-нибудь сказать?

— (качая головой) Нет. Разве что снова плюнуть в вас.

— (усмехаясь) Хоть вы и не британец, но по-британски вежливы. Благословляю вас, сын мой. Сейчас, как я и предупреждал, будет очень больно. Но выбора у нас нет…

Подряд, один за другим звучат два выстрела.

Глава 9

Свиток колеса

(на том же месте, через несколько секунд)

Никакой боли. Вообще. Поначалу Этельвульф решил, что это шок: либо отец Георгий (или как там его зовут на самом деле) промахнулся, либо специально выстрелил над головой, издеваясь, Корнелий открыл глаза, узрев комнату в довольно мрачном свете (тёмные очки всё ещё покоились на носу). Тело мёртвого священника лежало ничком на полу, по паркету растекалась лужа крови — рядом валялись пистолет с глушителем и свёрнутый в трубку пергамент. В полном недоумении демон попытался подняться.

— Не нужно, — глухо раздалось из соседней комнаты.

Этельвульф замер. Ибо голос, звучавший оттуда, — был его собственным голосом.

— Я совершенно не понимаю, что происходит, — честно признался он.

— А тут и понимать нечего, — устало ответил двойник. — Это, зеркальный собрат, проблема всех злых гениев. Он сам тень, превратившаяся со временем в человека — но вот меня он за человека не посчитал. Я для него — лишь тупой и бездумный исполнитель его желаний. Ты думаешь, приятно было узнать, что я вообще никто? Твоё отражение, внутренний голос. Ко мне только-только начала возвращаться память, я помнил встречи с девушкой, прогулки, салют в небе, войну… кровь, грязь, ужасы, смерть… а оказалось, всё не настоящее, лишь компьютерная игра. Но если злой гений хочет застрелить тебя — значит, одновременно убьёт и меня. А я такой исход не планировал: мы с тобой единое целое. С запертой кухни заливался лаем уже изрядно охрипший Серапион.

— Что ты будешь делать дальше? — напрямую спросил Этельвульф.

— Не знаю, — честно признался двойник. — Дай мне с полчаса, я подумаю. А пока почитай свиток. Мне и самому интересно, что там внутри. И не снимай очки — на всякий случай.

Этельвульф, встав с кресла, подошёл к трупу священника. Он старался не смотреть на него: как-то неловко ощущать, что отец Георгий откровенно издевался, замечая его невидимость, и умело притворялся жертвой чар забвения, Да и Коллегия Демонов — те ещё суки. Чары забвения действуют исключительно на людей, но вовсе не на ангелов.

Хотя какой же отец Георгий на хрен ангел?

Этельвульф подцепил с пола свиток и развернул его. Пергамент, причём самый первый, а не палимпсест[28] — настоящая овечья кожа, кажется, староперсидской выделки… Рисунок на обороте изображал толстого краснокожего демона с третьим глазом во лбу и пятью черепами на головном уборе. Вместо волос у него вились змеи, хвост с иглами болтался позади. Когтистыми лапами (задними и передними), а также клыками чудовище держало перед собой огромный круглый диск, нечто вроде подноса, закрывая большую часть своего уродливого тела. «Поднос» делился на шесть секций, и каждая живописала отдельную сцену — тех же монстров, собак и овец, странных существ в белых одеждах, полулюдей-полузверей, обычных крестьян, пашущих поле, и бесплотных привидений, витающих в темноте в весьма непонятных рубашках наподобие женских комбинаций.

Этельвульф перевернул свиток.

Рукописный текст на санскрите, предположительно тибетское письмо. Первородные демоны знали его наизусть, а полукровки изучали на школьных курсах. Буквы красные, как кровь, вся поверхность пергамента покрыта аккуратными столбцами этих знаков.

«У человека нет души. Когда он умирает, от него остаётся только сознание. Круговорот рождения и смерти заключён в колесе сансары — коллекции иных миров, ограниченных человеческой кармой: всё, что ты сделал при жизни плохого и что хорошего — будет учтено сансарой. Сознание мертвеца путешествует по шести различным мирам: обществу животных, богов, низших божественных существ (асуров), голодающих духов, людей и адских демонов. После смерти обязательно происходит перемещение в другой мир, в зависимости от предыдущих дел человека. Если сознание наполнено добротой, оно может выйти из круга сансары и устремиться к полному освобождению — мокше. Если в своей реинкарнации оно творит сугубо злые дела, то душа будет перерождаться в мире сансары снова и снова, бесчисленное количество раз. В Аду и демоны, и люди считают, что они живут в естественном обществе привычной повседневной жизнью — и каждый выполняет свою работу. Они забывают, кем были до реинкарнации, и проживают одну и ту же жизнь в разных вариантах. Иногда сознание застревает в сансаре: тогда человек остаётся в адском мире навсегда, становясь демоном. Всё зависит от того, кем вы были. Всё зависит от того, что вы совершили. Мы в одном из шести миров сансары. Ад — это наша Земля. Наша Земля — Ад. И знайте — другого Ада не существует».

Пошатнувшись, Этельвульф плюхнулся на пол — рядом с телом священника.

— У тебя там всё нормально? — полюбопытствовали из-за двери.

— Да… я бы так не сказал… — с трудом произнёс Корнелий. — По-моему, полный аут.

— И что говорится в свитке?

— Мы с тобой находимся в колесе сансары… точнее, в одном из её миров — в Аду, вместе с демонами. Как и положено бесу, я подробно изучал ведущие земные религии, включая буддизм и индуизм. Но никогда не мог подумать, что наша Земля — это тот самый мир чудовищ и мучений из сансары. У тебя ещё не полностью восстановилась память. А я читал много книг о земной истории — и знаю про нашествие Чингисхана, эпидемии чумы, опустошившие Европу, Адольфа Гитлера, появление СПИДа, бомбардировки Югославии, «атипичную пневмонию», дефолт 98-го года в России и бедное население бывшего Советского Союза, мечущееся уже двадцать лет между одним и тем же вопросом — покупать доллары или продавать? Раньше я думал — чем они такое заслужили? Почему что ни делают, всё либо не получается, либо получается, но полная хрень? А теперь — очень логично. Действительно, отец Георгий прав — чем ещё может быть Земля, как не Адом? Местом, где всем заправляют демоны, а люди радуются своим мучениям, горячо аплодируя бесам. Как будто пелена с глаз спала. Однако стала любопытна одна вещь… если я был обычным бухгалтером, то почему попал сюда, за какие прегрешения?

За дверью многозначительно промолчали.

— Как твоему двойнику мне это тоже не безразлично, — сообщила тень. — Но боюсь, мы с тобой слишком далеки от истины. Кроме того, должность бухгалтера не означает мирное существо в нарукавниках и круглых очках, беспрестанно щёлкающее на счётах. Возможно, ты убил жену. Или был серийным маньяком. Или тебя призвали на фронт, и ты там был карателем, жёг деревни… В тебе скрытая агрессия, если ты мочил людей сотнями в компьютерных играх. Ладно, я шучу — когда человек ест баранину, он же не становится от этого бараном. Но за что-то мы оба попали в Ад. Кстати, надеюсь, Рай тоже есть?

Этельвульф мимолётно взглянул на свиток.

— Да, — сказал он. — Наверное, это обиталище богов. Хотя сейчас мне уже кажется, что Рай находится в мире животных. После всей фигни, каковая произошла за последнюю неделю, я уверен — лучше превратиться в корову, тупо щипать траву и ни о чём не думать.

— Логичное мнение, — согласился двойник за дверью. — Так что же мы будем делать?

Корнелий тяжело вздохнул.

— На самом деле всё зависит от тебя. Ты можешь выйти ко мне, я сниму очки. Мы взглянем друг другу в глаза, осознаем, кем мы были в прошлой жизни — вспомнив в том числе и прегрешения, за которые попали в Ад. Возможно, ты и прав… я могу быть и убийцей, и военным преступником — неспроста же мне определено не перерождаться, а жить в одном из миров сансары в качестве демона. Да и здесь настанет жизнь не сахар. Мои фотографии расклеены на каждом углу, меня ищут людская полиция и Служба адских псов. Сейчас Коллегия Демонов в панике, но рано или поздно она придёт в себя. И тогда меня постараются уничтожить. Пока ты жив, я не буду чувствовать себя в безопасности. Так что решай сам. Я знаю только одно — я зверски устал. И мне всё равно. Знаешь, впервые в жизни вдруг захотелось встать на колени и молиться. Но я даже не знаю — кому… Христу, Аллаху, Будде, Кришне, Сатане… Сейчас мне никто не ответит.

Из комнаты послышался щелчок — рука легла на дверную ручку.

— Но кто-то же создал и этот мир, верно? — поинтересовался двойник. — Значит, верховный правитель Вселенной всё-таки есть. Наверное, он давно покинул сансару и не видит, что здесь творится, а потому ты прав — он явно будет глух к твоей молитве. Давай оставим всё как было. Я ещё слишком мало пробыл в мире демонов, и то в основном прятался по квартирам. У мёртвого ангела полно денег… лежат в коробке, в первом снизу ящике стола. Возьми сколько тебе надо, а остальное заберу я. Со временем ко мне постепенно возвратятся сила и память — может, я смогу вспомнить, кто мы с тобой такие… а может быть, и нет. Хватит с меня убийств, сыт по горло. Скроюсь, исчезну где-нибудь в тропиках, куплю себе хижину на отдалённом острове в океане. Но скажу честно — когда мне это надоест или когда я окончательно пойму, что этот мир не заслуживает существования, я обязательно найду тебя, где бы ты ни был. И посмотрю тебе в глаза.

Корнелий с облегчением рассмеялся.

— Я согласен. Но вот что делать мне? Тоже скрыться?

— Не думаю, — сказал двойник. — Попробуй просто перейти в иную ипостась. Ты был одержим должностью восьмого разряда, верно? Ну, так хватай твой шанс. Игра окончена. Ступай в Коллегию Демонов и расскажи, что ангел в Хиросиме не умер. Предъяви общественности его труп и расскажи, что убил меня. Я исчезну, покушений на ведущих бесов больше не будет, всё устаканится. Я уверен — ты сможешь войти в Коллегию Демонов как триумфатор. Погибло множество архонтов, им понадобится свежая кровь… пусть даже от полукровок. Поверни Ад навстречу себе — и наслаждайся, пока он ещё существует. Но учти — я могу передумать в любой момент… память возвращается ко мне, капля за каплей. И кто знает: что случится, когда я дойду пика своего могущества?

Демон тонко улыбнулся.

— Ты тоже помни — если мне надоест мир сансары, я запросто покину его. Одна золотая пуля в моей голове уничтожит всё твоё могущество. Прощай, Корнелий Этельвульф.

— Корнелий Этельвульф, прощай и ты.

…Бес пришёл в себя уже на улице. В кармане похрустывала толстая пачка денег, взятая из тайника отца Георгия, — кажется, она состояла из банкнот по пятьсот евро. Мир вокруг расцветал странными красками, всё казалось новым и необычным, словно он прилетел на другую планету. Очень раннее утро, вокруг почти никого, лишь только через час начнут появляться люди и демоны, спеша на работу — у каждого она своя. Небеса отливали серым, накрапывал лёгкий дождь. Этельвульф остановился и посмотрел вверх — на лицо моросью упали холодные капли. «Надолго ли хватит моего двойника? — подумал Корнелий. — Как скоро он разочаруется в своём благодушии? Да, правильно сказал — в любой момент… Надо было захватить с собой собачку… хотя зачем? Бедный Серапион меня откровенно теперь ненавидит. Самое забавное — дойду ли я вообще до Коллегии Демонов? Наверняка меня найдётся кому остановить. И двойник, возможно, передумает, и фото моё на каждом подъезде с объявлением награды и предупреждением — если у вас есть оружие, опасного террориста лучше уничтожить на месте. А, пофиг».

Он двинулся дальше.

Куда? Этельвульф и сам не знал. Автобусы ещё не ходят, метро не открыто. Просто куда глаза глядят. Очень скоро он услышал за спиной шаги. Быстрые, торопящиеся. Словно кто-то его нагонял. Корнелий усмехнулся своей догадке и снял с носа тёмные очки.

Остановившись, демон резко повернулся назад…