Мертвый инквизитор Магазинников Иван

Глава 34. Первое расследование

Итак, в сосновом гробу на этот раз восстал не жалкий зомби, а целый Темный Инквизитор и истинный жрец Нааму Безликого собственной персоной! Осталось только выяснить, что все это значит, а поэтому я забрался в окно свойств своего персонажа, одновременно открывая лог сообщений – в Храме было как-то не до них.

Во-первых, все мои зомби-умения и таланты выросли, это приятно. Десятый уровень в «Фанмире» считался чем-то вроде переходного периода, своеобразным взрослением персонажа. Теперь из меня при смерти могли выпадать вещи, можно было вступать в кланы – да много всего! А еще при переходе на десятый давалось чуть больше очков навыков и умений, и можно было получить классовую специализацию.

Я стал Инквизитором, получив аж три новых навыка и повышение всех моих умений и талантов, завязанных на специализацию и Восприятие. И, кстати, достиг своего лимита, так что больше не мог ничего выучить. Обычно рекомендовалось к десятому уровню учить три-четыре навыка, потом специализация добавляла еще три, а к уровню этак пятидесятому игрок добирал оставшиеся, успевая прилично развить уже имеющиеся. Я же сразу нахватал всего и побольше.

Пока было непонятно, какие плюсы и минусы мне достались – для того нужно было основательно покопаться в справке. Зато симпатия с богом-покровителем… ммм – ради одного этого стоило переться черт знает куда, нагадить на чужой алтарь и заполучить еще одного божественного врага!

Почему я не принял покровительство Менкаура? Во-первых, не люблю, когда мне указывают, что делать. Против моей воли меня засунули в гроб, заперли в игре, напялили этот дурацкий ошейник, отправляют бить поклоны богу-садисту и превращаться в Дохлого Рыцаря… Хватит, достало!

Во-вторых, как оказалось, жрец лишь помогал выбрать путь, а посвящение нужно было проходить у своего покровителя, а не обязательно у того же Мучителя. Хватит с меня одного «Безбожника»…

Ну и самое важное – это «человеческие» качества богов, как бы странно ни звучала фраза. Несмотря на жуткое описание в справке, Нааму оказался неплохим парнем. Не побрезговал обычной птичкой, с радостью принял драгоценный камень в жертву, даже помог мне в бою. Да и там, на поляне гворлингов, только его вмешательство и помогло мне выжить и успешно выполнить задание. Что до утопленных дикарями детишек и красоток, так это просто иллюстрация к старинной пословице про молящихся дураков…

Тогда как Менкаур первым делом устроил испытание с жертвоприношениями и подставами. Согласно игровой справке, это была жестокая и избалованная вниманием сущность, требующая от своих последователей кровавых убийств и ритуальных пыток – бог Смерти и Боли, одним словом. Да еще и один из Круга Власти, а это значит тысячи и тысячи почитателей, множество храмов и жрецов-прихлебателей, готовых друг другу глотки рвать за лишнюю крупицу Благодати.

Уж лучше быть одним из немногих сторонников полузабытого болотного духа, чем так. Да и «симпатия» в графе отношения божества была лучшим доказательством того, что я сделал верный выбор. Думаю, как носитель веры, я ему нужен не меньше, чем он мне – глядишь, и сработаемся. Еще и достижение отхватил…

Истинный жрец Нааму. Доказав покровителю на деле свою преданность, вы получили возможность нести свет знания и веры другим людям и нелюдям, а также создавать Алтарь Нааму для поклонения и жертвоприношений Владыке Болот, но не чаще, чем раз в сутки.

Дополнительно: для Алтаря требуется лужа или естественный водоем со стоячей водой.

Отлично! Выходит, у меня появился мобильный походный жертвенник модели «лужа», создаваемый при помощи фляги с водой и любой ямки. А значит, теперь появился смысл в теологическом умении «Малое служение», которое я тут же выучил.

Вот теперь я взялся за изучение своего подкласса. В требованиях у него стояли параметр Восприятие, впрочем, оно и так уже понятно. Исходя из описания, Инквизитор был чем-то вроде следователя, дознавателя и палача – три-в-одном, этаким специалистом по особо тяжким и мистическим преступлениям, совершаемым нечистью и темными силами.

Теперь навыки. Здесь все оказалось довольно непривычным для меня, привыкшему к стандартным архетипам, потому что навыки Инквизитора больше походили на компиляцию из умений нескольких разных классов, не укладываясь в привычную схему.

Ветка «Преследования» предназначалась для поиска, погони и поимки подозреваемых Инквизитором. Больше всего она напоминала смесь умений взломщика и следопыта: там были Поиск нежити, Поиск демонов, Запутывание следов, Чуткое ухо, Маскировка, Тихий шаг, Тайное-явное и прочие штуки из набора юного шпиона-диверсанта. Параметры: Восприятие и Удача.

Навык «Дознания» отвечал за умения, которые по большей части были благословениями и проклятьями. Причем последние были направлены не столько на ослабление жертвы, сколько на ее подчинение, запугивание, причинение телесных и душевных мук и ломание воли: Игла Инквизитора, Пожирание плоти, Допрос с пристрастием, Превозмогание, Оковы веры, Стальная воля, Ментальный взлом и так далее. Завязано все это было на Волю и Харизму.

Ну и последний раздел, «Экзекуция», содержал боевые молитвы и умения: Экзорцизм, Смертельное раскаяние, Паралич, Аутодафе, Воздаяние, Вердикт инквизитора и прочие неприятности, которые можно было сотворить с врагом. Прокачивала эта ветка Волю и Выносливость. Похоже, Инквизитору приведение приговора в исполнение тоже не давалось даром.

– Бес? Это ты? Ты уже вернулся? – раздался голос Карла снаружи.

Значит, разбираться со своими умениями буду уже потом. Пока же я просто отметил, что все три новых навыка были развиты до десятого уровня, так что я получил дополнительно +1 к Восприятию и Харизме и +2 к Воле. Приятный довесок ко всем прочим плюшкам!

– Э! – отозвался я, выбираясь из гроба. Судя по голосу, у хозяина были какие-то неприятности…

Карл ждал меня у склепа. Выглядел он неважно: лицо осунувшееся, под глазами темные круги, взгляд блуждающий, а одежда покрыта пятнами грязи и прилипшей травой.

– Она ушла! Выбралась и ушла! – выкрикнул он мне в лицо.

Собственно, я сразу понял, о ком речь. Бросил быстрый взгляд в сторону могилы дочери хозяина и убедился, что она разрыта.

– А?

– Не можешь разговаривать? Сегодня ночью какие-то идиоты проникли на кладбище и разрыли несколько могил… Ее могилу не тронули, но присутствие такого количества живых, да еще и в темное время суток… В общем, одного я нашел у выхода с кладбища, а второго на дороге.

Достаю листок бумаги, быстро пишу: «Куда ведет след?»

– Она пошла в Ривенку, – едва слышно прошептал Карл. – Даже мне не удержать ее, если она доберется до поселения…

«Время?»

– Судя по следу, часа два назад.

Поздно, слишком поздно!

– Найди ее, слышишь? Отыщи и верни мою дочь, я приказываю тебе!

Внимание! Вам предлагают задание «Возвращение дочери могильщика».

Принять задание?

Да / Нет

Цель задания: дочь могильщика Карла, превращенная в зомби, смогла выбраться из своей могилы и устроить кровавую охоту. Вам нужно отыскать ее и вернуть.

Награда: +1000 Опыта

Условие: девочка должна быть живой или неживой.

Штраф за невыполнение: продажа на рынке рабов.

Квесты квестами, только зачем же так в ухо орать? Разумеется, отказать столь любезной просьбе я не смог, так что задание принял.

«Вы дознаватель. Почему не отыщете сами?»

– Пару раз она уже выбиралась… на охоту… И возвращалась назад.

Понятно. Значит, папаша надеется, что изголодавшаяся упырица вернется, когда перекусит. Кстати удивительно. В игре существовал такой параметр, как «голод». Голодный человек расходовал больше энергии и не мог ее восстанавливать, как и здоровье. Тем же вампирам нужна кровь для заклинаний и, опять же, чтобы утолять голод. Иначе они начинали стремительно терять здоровье.

Девочка-зомби, судя по всему, тоже чувствовала себя неуютно без куска свежей человечины. Тогда как я вообще не нуждался в пище. Ни шкалы голода, ни каких-то иных потребностей. Жрал всякую дрянь, да и то, чтобы бонус от умения получить или немного подлечиться. Странно.

Я мало что знал о поиске беглецов и еще меньше – об охоте на голодных зомби. Но был уверен, что начинать следует с осмотра места преступления.

Могильщик молча шел за мной, наблюдая. Он был профессиональным сыскарем, так что его присутствию я был рад: если что, то есть у кого спросить совета.

Все вокруг могилы было изрыто. Лопата со сломанным пополам черенком валялась рядом, а на дне глубокой ямы были разбросаны обломки гроба. Обрывки цепей валялись там и тут: похоже, малышка была сильна не по годам, толщина звеньев была едва ли меньше моего мизинца.

Талант Следопыта мне ничем не помог: ну есть несколько следов, ведущих к выходу с кладбища, и что? Так что я полез в инквизиторские навыки.

«Преследование». По умолчанию игра выдала мне аж три умения десятого уровня. «Поиск нежити» показывал умертвий или путь к ближайшим из них в радиусе сотни метров. «Взятие следа» явно помечал следы в выбранной области, а «Чуткое ухо» позволял лучше слышать, сосредоточиваясь на конкретных звуках. Первые два были больше похожи на классические заклинания и «кушали» ману, а не Благодать, а «Ухо» было ограничено по числу применений.

На выбор было предложено еще три умения: «Поиск улик», «Поиск демонов» и «Легкий шаг». Первое позволяло находить в выбранной области вещи, которые не принадлежали этому месту или своему нынешнему хозяину. Второе было похоже на «Поиск нежити», но искало призванных из инфернальных планов существ. Третье пассивно повышало скорость ходьбы и бега, если я шел по следу, при этом я не мог затоптать взятый след и избегал возможных ловушек.

Изучив «Поиск улик» и улучшив его до второго уровня, сперва применил заклинание, помечающее следы, выбрав для этого самое натоптанное место возле могилы.

Словно какой-то неведомый художник разрисовал землю в радиусе четырех метров. Мои и Карла следы были окрашены в серый и багровый цвета, и еще четыре следа разных цветов. Черным, как я понял, были помечены следы девочки – вряд ли кто-то из грабителей носил туфельки тридцатого – тридцать второго размера. Через десять секунд эффект пропал, но в целом картина была ясна: трое неизвестных что-то стояли обсуждали, когда появилась Рианна. А потом вся троица бросилась к выходу с кладбища, преследуемая оголодавшей упырицей…

Теперь «Поиск улик». Это заклинание словно обвело тонким меловым контуром предметы, которые не должны были здесь находиться. Обломки гроба, почти полностью засыпанный землею нож, который я тут же поднял и передал Карлу: у него и опыта побольше, и умения прокачены не в пример лучше.

– Правша, медвежатник, тридцатый уровень минимум. Этим ножом никого не убивали, – сразу же «прочитал» тот оружие, – хозяин за последние два дня не менялся. Идем-ка!

Могильщик отвел меня к первому телу. Похоже, незадачливый грабитель надеялся оторваться от преследования, перебравшись через ограду, да так и остался на ней, насаженный на острые шипы. Правая нога отсутствует, спина – сплошное кровавое мессиво.

Я глянул его информацию:

Шустрила (НИП), Эльф. Вор-медвежатник 32-го уровня.

А вот и хозяин ножичка нашелся. Наверняка дознаватель уже успел его обыскать, так что мне там и смотреть нечего.

– Нога лежит за кладбищем, у дороги. В карманах набор отмычек, лом, лопата, точно такой же нож, шелковый шнур и кошель. Две сотни монет. Ни бумаг, ни ключей – ничего.

«Татуировки, символы, украшения», – пишу.

– Рисунки самые обычные, тюремные, ничего индивидуального или цехового. Из украшений серебряная цепочка на шее и все. Даже знака цеха нет, хотя медвежатники его на дело всегда берут, чтобы метку цеха на месте преступления оставить – традиция у них такая. Что-то вроде конкуренции за количество успешных и громких дел.

Второе тело лежало на обочине. Причем сразу на обеих обочинах – голова и руки с одной стороны, а все остальное с другой.

Пыхатый (НИП), Человек. Вор-медвежатник 30-го уровня.

– Набор такой же, только, помимо лопаты, еще и мешок с драгоценностями. Они вскрыли могилу одной не особо бедствующей хозяйки пары рыбных магазинчиков, сняли с нее все.

Я снова проявил следы. Синий и черные отпечатки дальше шли в одном направлении: в сторону Малой Ривенки.

«Стража?» – написал и показал хозяину.

– Нет! Они с ней церемониться не станут. Хоть и знают, кто такая, но…

«Некромант?»

– Да. Я отправил за ним. Собственно, это единственный способ вернуть ее назад… живой…

Дальше мы разошлись: Карл вернулся на кладбище, а я отправился по следу. В сторону единственного места, кроме «родного» кладбища, где мне были рады люди. По крайней мере, некоторые из них.

След привел меня к раскидистому дубку, одну из сторон которого словно глодали бобры. Впрочем, вряд ли бобры способны оставлять такие следы от когтей и человеческих зубов. Мне всегда казалось, что зубы у покойников гниют и выпадают первыми, вот только игровая некробиология считала иначе. Здесь синие отпечатки обрывались, а вот Рианна ушла дальше.

– Э! – крикнул я, задрав голову вверх и прислушиваясь.

Скрип ветвей и шум листвы отвлекали, поэтому пришлось прибегнуть к «Чуткому уху». Присел у дуба, опираясь о него спиной, и закрыл глаза, прислушиваясь.

Дыхание. Дышит через раз, подолгу и аккуратно выдыхая, и так же вдыхая. Скрип коры под пальцами. Черт! И ведь и не крикнуть ему, чтобы слезал по-хорошему! И не допросить по-человечески, без языка-то.

Кстати о допросах!

В ветке «Дознания» также было открыто три умения.

«Игла Инквизитора» причиняла жертве невыносимую боль и наносила 10–20 единиц урона каждые 2 секунды в течение 10 секунд. Вот только сам инквизитор испытывал такую же боль и получал половину этого урона. Впрочем, с уровнем умения «отдача» снижалась, а боли я все равно не чувствовал.

«Слово Истины» позволяло определить, говорит ли жертва правду, но если третий подельник тоже был уровня тридцатого, то расколоть его таким способом мне не удалось бы. Умение «Стальная воля» относилось к благословениям и повышало Волю на 2–4 единицы на 10–20 минут, причем чем сильнее прирост, тем меньше действует благословение. В данной ситуации тоже бесполезно.

На выбор мне были предложены: «Допрос мертвеца», позволяющий получить от свежего трупа ответ на один вопрос в формате «Да, Нет, Не знаю»; «Оковы веры», запирающие любой замок соответствующего уровня так, что открыть его мог только я или кто-то с более сильной волей; и «Чувство вины», с некоторой вероятностью указывающее на того, кто недавно совершил преступление, связанное с убийством или святотатством.

Итак, что у нас в наличии? Отправившаяся в поселок ремесленного люда девочка-зомби со странными гастрономическими наклонностями, странный молчаливый фрукт, созревший на дубе, верная праща и «Игла Инквизитора» – как способы вот такие необычные плоды собирать. И гарантированный метод получить ответ от свеженького покойника в виде бонуса.

Вот только задавать вопросы мне нечем. Да и незачем, и так все ясно: три дружка разочаровались в нелегком ремесле медвежатников и отправились на ближайшее кладбище «щипать» дохлых старушек. А чтобы не позориться, все бумаги и цеховые знаки припрятали.

Оставив «фрукт» висеть дозревать, я двинулся дальше по следу, к поселку.

Ворота были сорваны с петель и лежали метрах в десяти от ограды. Два неподвижных тела валялись тут же. Присмотрелся: стража. И ни единой души кругом. Не слышно даже кур и собак. Впрочем, с последними-то как раз все было понятно, несколько разодранных тел я заприметил возле будок. «Поиск нежити» ничего не дал – скорее всего, Рианна давно убралась отсюда. Может, даже вернулась на кладбище. Но где люди? Не могла же десятилетняя упырица слопать их всех?

Еще одно очко умений ушло в расовый «Поиск жизни». Тонкие нити протянулись от домов к центральной площади, сливаясь в одно большое пятно. А от него словно толстый канат вел дальше, в глубь поселка и дальше, уводя за ограду, в сторону высокого пригорка. Похоже, жители села успели убраться подальше, в надежде укрыться в каком-нибудь тайном месте. Удалось ли?

Боковым зрением я заметил едва тлеющую искру жизненной силы в одном из домов, прямо через стену, и бросился туда. Перешагнул через выбитую дверь и нагнулся над огромной дырой в полу: часть выломанных досок валялись тут же, разбросанные по всей комнате. Похоже, кто-то из местных пытался отсидеться в погребе. Вот только, судя по всему, у малышки те же классовые умения, что и у меня. И она его тоже нашла…

Внизу лежал умирающий мужчина лет сорока – сорока пяти. Лицо мне незнакомо, зато он меня узнал и захрипел, пуская кровавые пузыри:

– Ты…

Он был не жилец: грудная клетка разорвана, ребра торчат наружу, а между ними пока еще трепыхается сердце. Впрочем, это же «непись». Переродится заново через двадцать четыре часа после того, как игра решит, что динамическое событие «нападение маленькой мертвой девочки на поселок» закончилось. Разумеется, вся память его при этом очистится.

– Уа? – я пальцами изобразил шагающего человечка.

– Они ушли за село, к церкви пресветлой Амалии… Их увел отец Хаим.

Связываться с последователями светлой богини мне не хотелось, но делать нечего – нужно было убедиться, что с жителями все в порядке. Из милосердия добив раненого, я отправился по следам. «Поиск следа» превратил выбранный мною участок в такой пестрый ковер, что невозможно было в этой мешанине отыскать черного следа крохотной детской туфельки…

До церкви оказалось километра полтора. Даже без таланта Следопыта любой полуслепой идиот смог бы идти по такому следу, который оставили за собой десятки жителей Ривенки. Когда вдали ярко засверкали на солнце круги-обереги, украшавшие шпили церквушки, я невольно сбавил шаг. Все предыдущие встречи с последователями богини-целительницы заканчивались для меня возрождением в склепе. А теперь я еще и предан анафеме лично Амалией, и любой жрец с радостью притащит меня на алтарь ради лишней сотни-другой Благодати. Да еще и Рианна вполне могла оказаться где-то поблизости.

Вложив в пращу снаряд, я начал спускаться с холма к церкви…

Глава 35. Маленькая мертвая девочка

– Я вижу тебя, исчадие Тьмы, и именем Света приказываю остановиться!

Заявление было сомнительным, учитывая, что сделавший его священник был слеп. В мою сторону «смотрели» лишенный зрачков глаза, а к ноге жреца Амалии жался крупный пес-поводырь. Вот только я словно уперся в невидимую стену и не мог сделать ни шагу вперед, натыкаясь на препятствие.

– Тебе нечего делать здесь. Убирайся прочь! Только просьбы людей, укрывшихся в Храме, удерживают меня от того, чтобы испепелить тебя!

И ведь не врет слепой, тут и никаких хитрых умений не нужно:

Отец Хаим (НИП), Человек. Старший жрец Амалии, 52 уровень.

Такому чихнуть достаточно, чтобы меня отправить на перерождение. Вот только мне нужно было узнать, в порядке ли люди и куда делась упырица. Поэтому я разложил прямо на земле лист бумаги и взялся писать. Но едва успел начать, как лист бумаги вспыхнул.

– Я слеп и не смогу увидеть твои дьявольские письмена, нежить. Но я могу тебя услышать.

Прекрасно. Разговор немого со слепым. Нам еще глухого для комплекта не хватает.

– Именем своей госпожи, пресветлой Амалии Целительницы я повелеваю тебе: говори!

– И рад бы, да… – произнес я вслух.

Вы получили 20 единиц урона (Свет).

Здоровье: 45/65

– Волею богини, трижды я смогу услышать твои слова, – торжественно заявил жрец.

А я пытался провести новообретенным языком по зубам, но раз за разом терпел неудачу, словно тот был фантомным, а не настоящим. И от его присутствия у меня во рту все горело.

– Где жители Ривенки? С ними все в порядке?

Вы получили 20 единиц урона (Свет).

Здоровье: 25/65

– Они все здесь. Стены храма и мои молитвы уберегли их от зла.

– Куда отправилась девочка?

Вы получили 20 единиц урона (Свет).

Здоровье: 5/65

– Мне нет дела до проклятых Тьмой, вроде тебя. Тварь не смогла проникнуть на святую землю и убралась восвояси. И ты тоже убирайся прочь!

Вот и поговорили. Ощущение жжения во рту пропало. Я отошел на сотню метров и покружил вокруг храма, пытаясь отыскать следы. И не был удивлен, когда отыскал цепочку крохотных отпечатков, уходящих в сторону города. Значит, мне туда…

Почти у самых городских стен я наткнулся на отряд стражи и тут же попал в окружение. Шестеро здоровых, хмурых блюстителей порядка наставили на меня арбалеты.

– А ну стоять, мертвяк!

– От свезло нам так свезло! Не успели за город выйти, а уже мертвяк сам к нам в руки идет!

– Только, чур, награду как и собирались – делим поровну!

Неужели я так похож на мертвую маленькую девочку? Впрочем, подробного описания им могли и не давать. Самое обидное, что я не мог ни говорить, ни писать – слишком нервные были ребята, так что лишний раз я старался не шевелиться. Тем более что после беседы с милым святошей у меня здоровья осталось столько – страшно под голубем сидеть.

– Сам пойдешь, или тебя за ноги отволочь?

Киваю: сам.

Так мы в город и вошли: я в центре круга ощетинившихся арбалетами стражников. Вошли через Западные ворота, где стража меня знала, и подняла моих конвоиров на смех.

– Эй, вы бы еще одного из своих переодели в тряпье да грязью обмазали!

– Вы бы хоть документы у него спросили… Это же один из наших!

– Как это наших?

– А что, не слыхали? Оливьери в казарму еще одного мертвяка притащил да на службу поставил.

Сильный тычок в бок, поглощенный броней.

– Слышь ты. Ты чего не сказал что в южной башне работаешь? – вспылил конвоир.

– Сильнее бей. Говорят, если немому печень отбить, так он сразу разговаривать начинает, – продолжали глумиться воротные стражи над нерадивыми коллегами.

– А на кой вашему Оливьери сдался немой мертвяк?

– Да пес его знает. Крыс ловить по камерам, трупы таскать на свалку, болтать по душам… Сам его спрашивай.

– Ы… – пожимаю плечами, закатываю рукав и демонстрирую татуировку.

А вот имя Маркуса Оливьери всплыло весьма кстати: он же как раз и занимался поимкой всяких колдунов, монстров и прочей неестественной дряни! Следовало наведаться к дознавателю и выяснить, что ему известно о случившемся.

Пара не поверивших коллегам стражей отправились со мной к казармам. Получив там подтверждение, что я действительно состою на службе, они с нескрываемым разочарованием извинились. Маркуса на месте не было, поэтому я остался дожидаться его во дворе, закопавшись прямо там, чтобы восстановиться. Теперь «Закопаться» восстанавливало по десять единиц здоровья за раз.

Сыскарь появился лишь через час, причем сразу направился в приемную спрашивать, не заходил ли я нему. С ним был еще один человек: щуплый мужчина лет пятидесяти, с покрытым язвами лицом и постоянно кутающийся в теплый плащ. Моему появлению за их спиной Марк не удивился – ему уже доложили, что я «отдыхал» во дворе. Работники южной башни относились ко мне с подозрением, неприязнью и любопытством одновременно. Старались держаться в стороне, но глаз не спускали. Кстати, один из воротных обмолвился, что Оливьери не первый раз привлекает к службе таких необычных «рекрутов»!

Мы втроем прошли в кабинет дознавателя.

– Бес, у нас тут чрезвычайная ситуация, и ты мне нужен. Но сперва давай наладим между нами вербальную связь. Мастер Лурьери, можете приступать…

Худощавый мужчина оказался портным. И у него с собой был припасен свиной язык. За дело он взялся, не выказывая ни страха, ни отвращения, ни даже брезгливости. Пальцы его были ловкими и необычайно сильными.

– Возможно, ты принял господина Лурьери за портного. Но он всего лишь полевой врач. Врач, который штопал наших бойцов при Сагаре, на Кровавых водопадах и в Ущельи Боли.

Все это мне ни о чем не говорило, кроме того, что язык мне пришил мастер своего дела.

Травма «Вырванный язык» исцелена!

Вам пришили язык. Прочность соединения: 100/100.

– Вот теперь поговорим! – буднично и даже весело заявил Маркус, когда дверь захлопнулась за спиною врача.