Привет, Каролинка! Крюгер Мария
— Четыре — это потому, — перебил её Петрик, — что я так нарисовал стрелки. Выходит, часы у нас есть, а, сколько времени, мы всё равно не знаем. Жаль, нет у нас телефона. А то можно было бы справиться…
— А не мог бы ты нарисовать телефон? Это очень трудно?
— Вот ещё!.. Совсем даже нетрудно. Знаешь, мысль очень хорошая.
— Поставили бы мы его на маленький столик у дивана…
— Сейчас сделаем…
Но это оказалось не так-то просто. Нарисовать телефонный аппарат вместе с трубкой — работа не маленькая. Пришлось Петрику попыхтеть. Зато, когда он кончил, на столике у дивана красовался голубой телефон. Может, трубка чуть покривилась, но на это не стоило обращать внимания. Тут же раздался мелодичный звонок.
— Как серебряный колокольчик! — заметила Каролинка и сняла трубку с телефонного аппарата.
— Алло! — сказала она, — кто это говорит?
— Здравствуй, Каролинка, — послышался в трубке знакомый голос, — узнаёшь ли ты меня?
— Это ты! — радостно воскликнула Каролинка и, прикрыв трубку рукой, как это делают взрослые, сказала Петрику: — Голубой кот.
— Спроси его сразу, не знает ли он, по какому номеру узнавать время, — попросил Петрик.
— Конечно, знаю, — прозвучал в трубке голос голубого кота. — По номеру 926. До свиданья, Каролинка!
— Девятьсот двадцать шесть, — повторила Каролинка, положив трубку на рычаг.
Когда они наконец дозвонились, оказалось, что уже первый час.
— Ой, как поздно! — сказала испуганно Каролинка. — Через два часа придёт мама, а потом — папа. Бедной маме придётся готовить обед, а до этого ей ещё надо бежать за покупками. Знаешь что, — продолжала вслух рассуждать Каролинка, — не попробовать ли приготовить обед мне? Вот мама обрадуется! Она придёт домой усталая и будет думать, что ей надо возиться на кухне, а я попрошу её, чтоб она только вымыла руки и села к столу вместе с папой. Я подам вкусный суп, потом жаркое, потом что-нибудь ещё, на третье.
— А есть у тебя мясо и всё, что надо для обеда? — спросил Петрик.
— Кажется, ничего нет. Мама собиралась купить всё сама.
— Пошли тогда за покупками.
Каролинка помотала головой.
— Во-первых, нет денег, во-вторых, я обещала маме не уходить далеко от дома. А магазин, где продают мясо, не близко.
Каролинке стало грустно. Что теперь делать?
Оба сидели на кухне, огорчённые, что ничего не получается, как вдруг Каролинке пришло в голову, что обед может быть и без жаркого.
— Приготовлю обед без мяса. Это называется «вегетарианский обед». Мама даже говорила, что полезно для здоровья есть вегетарианские блюда — например, из яиц. Я сделаю омлет или яичницу! И сварю томатный суп: помидоры в доме есть. И яйца, кажется, тоже. Надо в шкафу посмотреть.
В шкафу и в самом деле оказалось несколько помидоров и миска, где лежали яйца.
— Сейчас посмотрю, сколько яиц! — сказала Каролинка и переставила миску на стол. Она вынимала яйца по одному, клала на стол и считала: раз, два, три, четыре… Но не успела она пересчитать все яйца, как они покатились — стол был, наверно, с наклоном, — упали, и, тихо треснув, раскололись на полу. Теперь не пересчитаешь!..
— Ай-ай-ай, — запричитала Каролинка. Она стояла и глядела, а самой хотелось расплакаться. — Что мне теперь делать?
— Если хочешь, я пойду и куплю, — вызвался Петрик, который всегда был готов прийти на помощь. Но Каролинка только покачала головой.
— Купишь? На что? Мама не оставила денег.
— У меня есть свои, слышишь? Я откладываю в глиняную свинку. Если хочешь, одолжу тебе. Там немного, но на яйца хватит.
— Не могу! Мама рассердится, если узнает, что я взяла в долг. А потом — надо убрать всё это.
— Давай уберу я.
И Петрик принялся за работу. Не очень-то это у него получалось, но в конце концов он всё-таки справился. Каролинка меж тем в полном отчаянии сидела на табуретке.
— Что теперь делать? Уж, конечно, мама не будет довольна.
— Не будет, — согласился Петрик. И сел на другую табуретку. Они сидели с минуту в молчании, и вдруг Петрик вскочил.
— Слушай, я придумал!
— Что? — спросила Каролинка, не поднимая головы. И даже слегка пожала плечами. Что можно придумать, раз яйца разбиты?
— А что, если мы попробуем их нарисовать… я про голубой мелок…
— Про голубой мелок?… — отозвалась, как эхо, Каролинка.
— Да. Может, стоит попробовать… — снова сказал Петрик.
Каролинка помотала головой.
— Думаешь, получится? Ведь яйца — это то, что едят…
— Попробуем!
— Ладно. Хочешь — пробуй. Только на чём их рисовать?… На столе? Мама будет недовольна, если увидит каракули.
— Давай — на бумаге. Дай вон ту, которая на окне.
Это был листок из старой тетради Каролинки, ещё с первого класса, где по всей странице было написано множество раз: «У Али есть кошка». Учительница велела тогда Каролинке написать это, наверно, больше двенадцати раз, чтоб выучить её писать хорошенько. Петрик на исписанной страничке нарисовал мелком одно за другим три яйца. И Каролинка, которой не верилось, что из всего этого может что-нибудь получиться, вскрикнула от изумления. Потому что стоило Петрику нарисовать яйца, и они лежали уже на столе, готовые скатиться на пол, как те другие — настоящие. Тем только они и отличались от настоящих, что скорлупа у них была голубая, на которой там и сям виднелась надпись: «У Али есть кошка».
— Но ведь это же — не настоящие яйца! — закричала с отчаянием, увидев их, Каролинка. — Что скажет мама? — И на глазах у неё стояли слёзы, потому что она была очень расстроена.
— Только не реви, — сердито сказал Петрик. — Может, они не совсем такие, как настоящие, но если они вкусные и если их можно есть, то в чём же дело? Надо только попробовать. Я нарисую ещё несколько штук, и мы положим их в мисочку.
— Рисуй, если хочешь, — ответила Каролинка, махнув рукой. — Всё равно не буду делать из них ни яичницы, ни омлета. Что скажет мама: голубой омлет! Да и вообще мне расхотелось готовить.
— Это верно! — согласился Петрик. — Самое лучшее, когда дома есть домработница, которая варит обед. У одной нашей знакомой тётеньки есть домработница, она ходит в белом переднике, готовит вкусные вещи и умеет печь пирожные.
— Ну тогда, — сердито сказала Каролинка, — вместо этих дурацких яиц надо было нарисовать домработницу!
Само собой разумеется, Каролинка сказала это просто так — она была сильно огорчена. А этот Петрик!.. Тотчас схватил мелок и нарисовал тётеньку в длинном платье и в переднике. Пририсовал ей растрёпанные волосы, рот, глаза и нос. Нос ему не очень удался. Был он длинный, остроконечный и напоминал клюв у аиста. Он даже хотел подтереть его резинкой, но прежде, чем он успел это сделать, посреди кухни стояла уже голубая с ног до головы худущая тётенька с необыкновенно длинным носом.
— Ха, — произнесла тётенька своим скрежещущим голосом. — Ха! Наконец-то я с вами встретилась!
— Кто вы такая? — прошептала в ужасе Каролинка.
— Кажется, это я её нарисовал, — сказал не менее напуганный Петрик.
— Кого-то она мне напоминает… Только кого?…
Он был уверен, что с ней когда-то встречался. Эти маленькие злые глазки, взъерошенные волосы и длиннющий нос!
«Кажется, она похожа на продавщицу из универмага. — Стал припоминать Петрик. — А может, на секретаршу городского президента? А может, на них обеих?»
— Но ведь это же Филомена! — крикнула вдруг Каролинка. — Я узнала её! Это Филомена!
— Я рада, что мы встретились снова! — затараторила меж тем Филомена. — Не удалось мне отобрать у вас бусинку, зато сейчас вы отдадите мне этот проклятый мелок!
И она протянула свою тощую руку, похожую на когтистую лапу большой птицы.
— Не отдавай, Петрик! Не отдавай! — крикнула в отчаянии Каролинка.
— Ни за что! — храбро крикнул Петрик и выскочил из кухни. Но не успел он и двери закрыть, как Филомена выскочила за ним следом, и в комнате началась беготня вокруг стола — Филомена, к сожалению, бегала ничуть не хуже, чем Петрик.
— Скорей, скорей, она поймает тебя! — кричала Каролинка.
И в самом деле, в какой-то момент Филомена почти-почти схватила Петрика. Она потянулась к голубому мелку, который Петрик зажал в правой руке. Но Петрик был не увалень, не разиня! Он рванулся в сторону. И тогда Филомена, которая на это не рассчитывала, грохнулась с размаху на пол и растянулась во весь рост. Она хотела было подняться, но Каролинка ухватилась за её тощую ногу, стараясь хоть на секунду удержать её на месте. Это было не так-то просто, потому что Филомена стала лягаться: казалось, она вот-вот вырвется, догонит Петра и отберёт мелок.
И вдруг Каролинка вспомнила то, что говорил голубой кот. И как только вспомнила, сразу крикнула Петру:
— Перечеркни её! Перечеркнии!..
Тогда Пётр, у которого мелок был по-прежнему в правой руке, махнул наискось один раз, потом другой.
И Филомены не стало.
КТО СВАРИЛ ОБЕД?
Не успели ребята прийти в себя, как раздался звонок.
— Кто-то звонит в квартиру, — сказал Петрик.
— Кто ж это такой? — удивилась Каролинка и побежала открывать, но за дверями никого не было. В ту же самую минуту звонок послышался снова. Петрик хотел было уже сказать, что это, наверно, чьи-то глупые шутки, как вдруг Каролинка сообразила: да ведь это же телефон! И в самом деле, она оказалась права! Каролинка подбежала к столику у дивана, на котором стоял телефон, сняла трубку:
— Алло!
— Мяу! — отозвался голубой кот. Оказалось, что это он. — Мяу! Это ты, Каролинка? Кажется, у вас была не очень-то приятная встреча с Филоменой, а?
— Вот именно, — подтвердила Каролинка, — она была тут, но теперь её тут нету.
— Знаю, что нету, но зачем вы её к себе пригласили? То есть, я хочу сказать, зачем нарисовали? Она и без рисунка постарается отобрать у вас мелок.
— Мы не нарочно. Просто Петрик хотел нарисовать домработницу, которая приготовит нам обед, чтоб помочь маме, когда она придёт с работы. Сама-то я готовить по-настоящему пока не умею.
— Пора научиться, — заметил кот. — Это в жизни понадобится. Но вообще вам нужно было нарисовать не домработницу, а повара.
— Повара? — протянула Каролинка. — Постой, постой, сейчас я спрошу у Петрика. Петрик, ты умеешь рисовать повара?
Петрик ответил, что повар у него не получится.
— Он не может, — сказала Каролинка в телефон.
— Но ведь всегда можно нарисовать и поправить, — заметил кот и добавил: — Пожалуйста, извини, Каролинка, но мне пора кончать, я очень спешу. Желаю приятных игр, до свиданья.
Каролинка хотела продолжить разговор, но как поговоришь с тем, кто уже повесил трубку?
— Собиралась я спросить его кое о чём, — заметила Каролинка со вздохом. — Придётся подождать, когда позвонит снова.
— А не можешь ли ты ему позвонить сама? — поинтересовался Петрик.
— Конечно, могу. Только я номера не знаю.
— Правильно. А почему ты его насчёт повара спрашивала?
Каролинка объяснила.
— Хм, — буркнул Петрик, — вообще-то, если ты очень хочешь, я могу срисовать. Только с чего? Не помню я, чтоб где-то была книжка с поваром.
— А нам и не надо книжку! Я знаю, что делать! Знаю! — закричала Каролинка и убежала на кухню.
Минуту спустя она вернулась оттуда с небольшим прозрачным пакетом. Сбоку на нём была надпись «Шоколадный крем», а под надписью красовался улыбающийся повар в колпаке — рот от уха до уха.
— Тебе нетрудно будет его срисовать, — сказала Каролинка Петрику.
— Не рисовал я ещё поваров. Я умею рисовать коней, и самолёты, и корабли, но повара… Это очень трудно.
— Подумаешь! Совсем даже не трудно! Дай-ка мелок! Ведь его можно срисовать через копировальную бумагу! Сам увидишь! У папы в столе есть копировальная бумага…
И Каролинка вернулась вскоре с листком синей копировки и кусочком белой бумаги.
— Увидишь! — повторила она. Каролинка положила белую бумагу на стол, на неё копировальную бумагу, сверху пустой пакет, и принялась за работу.
Петрик подумал, что лучше посидеть спокойно и посмотреть, что у этой Каролинки получится. А Каролинка, устроившись за столом, рисовала вовсю.
«Осторожно! Продерёшь ещё бумагу!» — хотел крикнуть Петрик, чтоб позлить Каролинку, уж очень здорово нажимала она на мелок, но не успел и рта открыть, как случилось нечто необыкновенное: в одну и ту же секунду явились два толстых высоких повара в голубой поварской одежде и высоких колпаках. Оба были, казалось, из фарфора. Оба держали в вытянутых руках блюдо с шоколадным кремом. В комнате запахло шоколадом и ванилью. Повара произнесли с поклоном:
— Наше почтение! Мы пришли по твоему вызову, Каролинка.
Каролинка не знала, что и сказать, но она встала со стула и сделала реверанс.
Повара снова поклонились и сказали:
— Не откажите, пожалуйста, отведать нашего крема. Он вкусный, здоровый и питательный.
— С удовольствием, — заикаясь, произнесла Каролинка. — Мы с удовольствием попробуем… Только почему вас — двое?
— Как это почему? — удивились в один голос повара. — Так ведь ты рисовала нас через копировальную бумагу!
Каролинка бросила взгляд на пакетик с рисунком и убедилась, что рисунка там больше нет. Пакетик был белый и чистый. Повара меж тем поклонились ещё раз.
— Приказывай, Каролинка! Но сначала не откажите в нашей просьбе: отведайте крему!
Неизвестно откуда повара достали две голубых тарелки и положили на них две огромные порции крема.
— Неплохо! — сказал Петрик, доедая свою порцию. — Правда, Каролинка, неплохо?
— Замечательно! — с жаром воскликнула Каролинка. — Добавки можно?
— И мне, и мне, — и Петрик тоже протянул тарелку.
— Мы рады, что крем вам понравился, — произнесли с улыбкой повара.
— Ждём ваших приказаний.
— Как тебе кажется? — спросила Каролинка, глянув с вопросом на Петрика. — Можно их попросить приготовить нам обед?
Не дождавшись ответа, Каролинка улыбнулась поварам.
— Наверно, скоро придёт с работы мама. Потому-то я вас и нарисовала. Мне бы хотелось сделать ей сюрприз. Но я не уверена, что шоколадный крем можно считать обедом…
— Ну разумеется, — воскликнули разом повара. — Шоколадного крема недостаточно! Но мы в одну минуту приготовим любое кушанье, какое ты пожелаешь.
— Правда?
— Правда. Мы хоть сейчас за работу.
— Вот это здорово! — обрадовалась Каролинка. — Надо только подумать, что бы вам заказать… Может, томатный суп? Мама очень его любит. А на второе — что-нибудь из мяса. Только что?
— Моя мама говорит, что не может быть ничего вкуснее жареной индейки, — вмешался в разговор Петрик.
— Весьма изысканное блюдо, — похвалили Петрика повара.
— Пусть будет жареная индейка, — согласилась Каролинка. — Только прошу вас, сделайте что-нибудь на десерт.
— Может быть, ванильный крем? — спросил один из поваров.
— Или мороженое? — предложил другой. — Сливочное и ореховое.
— Ой — мороженое! Мороженое, мороженое! До чего ж здорово, а, Петрик?
— Верно — здорово!
— Ты со своей мамой тоже должен прийти к нам на обед!
— Не знаю, согласятся ли твои мама и папа, чтоб мы пришли, — заметил Петрик.
— Ясное дело, что согласятся, — уверила Петрика Каролинка.
— Побегу тогда, скажу маме, что вы её пригласили. Наверно, она наденет нарядное платье, чтоб всё было, как на празднике.
И хлопнув вовсе даже не нарочно дверью, Петрик помчался на третий этаж. Повара меж тем, весело мурлыча что-то себе под нос, возились на кухне. Они разрешили Каролинке сесть на высокую кухонную табуретку и следить за работой. На кухне появились вдруг огромные блестящие кастрюли, которых прежде там не было, и повара рубили что-то, мешали, сыпали приправы и взбивали белок. То и дело заглядывали они в духовку, где на противне жарилась аппетитно подрумяненная индейка. Ещё минута — и обед будет готов.
— Что скажет мама, когда увидит вас на кухне? — забеспокоилась вдруг Каролинка. — Как я ей объясню?…
— Что-нибудь изобретём… — успокоили её повара. — Мы всегда можем вернуться на рисунок. Только какая это жизнь… Сплошная скука! — и один из них расплакался: тот, которого Каролинка нарисовала был с копировальной бумаги. Он был побледнее.
— Хорошо, хорошо! Только что же нам делать? — воскликнула Каролинка.
— Тсс, — приложил один из них палец к губам. — Твоя мама может прийти каждую минуту. Давайте подумаем, что ты ей скажешь.
— Может, вы спрячетесь в шкаф?
— В этот шкафчик? Да мы там не поместимся! Знаешь что, ты скажешь ей, что мы из бюро добрых услуг.
Каролинка покрутила головой.
— Это будет враньё. А я никогда не вру.
— Ты права, Каролинка! — воскликнули оба повара и даже покраснели от стыда. — Ты не должна врать! В таком случае, мы сами ей это скажем. Мы ведь ненастоящие, так что нам — всё равно.
— И обед тоже — ненастоящий? — забеспокоилась Каролинка. — И индейка, и мороженое? Все будут очень голодные.
— Нет, обед — настоящий. Теперь…
Но Каролинка не дослушала, что ещё сказали повара — раздался скрежет ключа в замке. Она лишь крикнула:
— Это мама! — И побежала в прихожую.
В самом деле, это была мама.
— Здравствуй! — сказала она Каролинке и чмокнула её в щёку. — Чего ты так раскраснелась?
— Что-то мне жарко…
— Может, смеряем температуру? — забеспокоилась мама. Она часто волновалась из-за здоровья Каролинки. Наверно, потому что мама работала в детской больнице.
— Мама, у меня всё в порядке, я совсем-совсем здорова.
Мама, однако, чтоб удостовериться, коснулась ещё раз Каролинкиной щеки, и, успокоенная, воскликнула:
— Ах, как тут аппетитно пахнет!
— Мама, это сюрприз! Я тебя прошу: иди в комнату и подожди там немного, пока не придёт папа.
— А что будет на обед, Каролинка?
— Сама увидишь. Я пригласила и Петрика с мамой.
— Пригласила Петрика с мамой? Так ведь ничего ещё не готово.
— В том-то и сюрприз. Иди, иди в комнату.
Едва закрылась за мамой дверь, Каролинка побежала на кухню. Но там всё было в полном порядке. Оба повара трудились не покладая рук, готовили какой-то соус, проверяли, хорошо ли пропеклась индейка. Каролинка хотела спросить у них о чём-то, но вдруг услышала крики из комнаты. Со всех ног помчалась она туда. Оказывается, это были крики восхищения и радости. Только что вернулся папа, и они с мамой были вне себя от счастья, обнаружив в квартире телефон. Мама к тому же сказала, что у него приятный цвет.
— Ни разу в жизни не видела ещё голубого телефона, — сказала мама.
— То-то все удивятся.
— Самое главное, что это очень удобно, — заметил папа. — Столько времени мы ждали, пока проведут телефон, и вот — пожалуйста. Кому мы сперва позвоним? — спросил он у мамы и снял трубку. Но не успел он набрать номер, как в трубке вместо обычного сигнала — Каролинка расслышала это — раздалось знакомое мяуканье.
— А это что? — удивился папа. — Кто-то мяукает!
— Наверно, чьи-то шутки, — сказала мама. — Дай теперь попробую я, позвоню одной знакомой.
Но стоило маме взять трубку, как вновь послышался голос кота.
— Что это значит? — спросила мама в досаде.
— Может, поговорю я, — робко предложила Каролинка. Взяла у мамы трубку и сказала:
— Алло!
— Алло! — отозвался голубой кот. — Почему не отзываешься сразу, почему прикидываешься, что меня не узнала?
— Я не могу сейчас с тобой разговаривать, — строго сказала Каролинка, — мама и папа пришли обедать.
— Тогда другое дело, — протянул кот, явно пристыженный. — В таком случае прошу прощения. Позвоню в другой раз. Только ты не рассказывай, что говорила с голубым котом. Всё равно не поверят. Привет!
— Привет! — и она повесила трубку.
— Кажется, это кто-то из твоих друзей, — покачал головой отец. — Надеюсь, Каролинка, он прекратит свои глупые шутки… Что за новость — мяукать по телефону? Кто, собственно, это был?
— Это кот! — вырвалось у Каролинки, и она поспешно добавала: — То есть… один такой… значит… Сейчас будет обед! Прошу к столу!
— К столу? Каролинка, что случилось? Стол накрыт, словно к празднику!
Действительно, стол выглядел необыкновенно. Он был накрыт скатертью — голубой, как небо. На этой скатерти красовались тарелки с голубыми и золотыми узорами, посредине ваза с цветами, тоже голубыми, а ложки, ножи и вилки были, наверно, серебрянные, так они сверкали.
Откуда всё это? Каролинка сразу догадалась, что это повара постарались по всем правилам убрать стол.
Мама продолжала удивляться вслух, а папе пришла в голову мысль, что сегодня, по-видимому, день рождения мамы.
— Весьма возможно, — согласилась мама. — Никак не могу запомнить, когда мой день рождения.
В эту самую минуту в прихожей раздался звонок. Это пришёл Петрик вместе со своей мамой. Оба были по-праздничному одеты и принесли букетик с незабудками.
— Ах, голубой букетик, — обрадовалась мама. — Не знаю, отчего сегодня всё голубое. Я очень люблю этот цвет.
А Петрик прошептал на ухо Каролинке:
— Это повара, да? Вот постарались! Что ты с ними сделала?
— Сейчас сам увидишь, — ответила Каролинка и побежала на кухню. Там оба повара ждали только знака, чтоб подавать обед. Каролинка распахнула двери, и они друг за другом вошли в комнату. Первый нёс в супнице томатный суп, второй держал с достоинством фарфоровую разливательную ложку.
— Добрый день! — произнесли оба. — Разрешите разливать суп?
— Пожалуйста, — сказала мама, кивнув головой, — только как вы сюда попали?
— Их Каролинка нарисовала! — вырвалось у Петрика. Но, к счастью, никто не обратил на него внимания, потому что оба повара отвесили по поклону.
— Мы из бюро добрых услуг. «Голубое небо». Варим супы на пробу. Надеемся, наш обед вам понравится. Как вам томатный суп?
— Великолепно!.. — произнесли все хором.
Обед удался на славу. Мама говорила, что индейка прекрасно пропечена, а папа съел даже две порции.
А мороженое! Мама Петрика сказала, что в своей жизни она не ела ничего подобного.
Когда обед был закончен и со стола убрали, папа решил отправиться на кухню, чтобы поблагодарить этих замечательных, хоть и несколько странных, как он выразился, поваров.
— Надо же как-то с ними рассчитаться, ведь это такая работа, — добавил папа.
Не успела Каролинка рта открыть, как он поднялся из-за стола.
— Папочка! — крикнула она, но было уже поздно. Петрик посмотрел на Каролинку понимающим взглядом, но и он, по-видимому, не знал, как остановить папу. Впрочем, тот не задержался на кухне.
— Там никого нет, — заявил он. — Но самое странное, что всё прибрано. Когда они успели — ума не приложу. Видно, один из них в спешке оставил на столе пакетик из-под шоколадного крема.
— Папочка, — спросила обеспокоенная Каролинка. — Скажи, где пакетик… он ещё там?
— Этого только не хватало! Я хотел его выкинуть, чтоб не было лишних вещей на кухне, как вдруг его подхватил сквозняк, и он улетел в окно.
— В окно! — повторила с сожалением Каролинка. — Жаль!..
— А потом вот ещё что… — продолжал папа. — Почему ты разбрасываешь вещи на кухне, Каролинка? Я полагаю, это должно быть в пенале. — В руках у папы был голубой мелок.
— Да, это мой мелок! — вскрикнула Каролинка и кинулась к папе. Она взяла у него мелок, и в эту самую минуту зазвонил голубой телефон. Каролинка подбежала к аппарату.
— Мяу! — послышался в трубке весёлый голос голубого кота. — Это ты, Каролинка?
Читать бесплатно другие книги:
