Чужая невеста. Тайна подземелий Никольская Ева
– Но тогд… – начала было я, однако собеседница с нажимом продолжила:
– Нет напарника, – сказала она, в упор глядя на меня. – Потому что я сама… элементаль.
В пещере, чем-то похожей на уменьшенный обеденный зал Стортхэма, повисла тишина, которую перебивало лишь синхронное урчание на два голоса. Рыж наслаждался моей лаской, а Синь балдел под «рукой» своей хозяйки. Мы же все молча смотрели на Лин: я с непониманием, Керр с недоверием, а вивьера, которая, как выяснилось, большая фанатка сказок – с восхищением.
– Ну и что вы меня разглядываете, как эксклюзивный товар в витрине? – наконец не выдержала химера. – Я плод больной фантазии не менее больных на голову ученых, которые в кои-то веки, сойдясь в своих теориях, решили создать универсальное биологическое существо, способное стать вместилищем духа. Такого вот. – Она кивнула на обалдело смотрящего на нее Рила. У золотистого «солнышка» даже рот приоткрылся от услышанного.
– Ты… т-ты… это же ты, да? – заикаясь, затараторил «светлячок». – Ты та самая Мария! – выдал он и, шумно выдохнув, замолчал. Будто всем остальным было и так понятно, о какой такой Марии идет речь. Впрочем, одну Марусю мы уже видели на входе. Даже не одну, а множество.
– Маша – это ведь тоже ты, да? – сложив два плюс два, спросила я. – Маруся Савичева – иномирное имя. И если в тебе намешана куча всего от разных существ, то, может, и от нее частичка есть?
– Нет, не я. – Улыбка Лин напоминала оскал. Хотя им она в общем-то и была. – Маруся – моя подруга, которой, как я уже упоминала, больше не существует, – сказала химера, продолжая сверлить меня взглядом. И тут же в моей голове прозвучало:
«Потому что они сплавили ее личность в единое целое с духом каменного элементаля. Я больше не Маша и не Силиверс, я Нифелин-11 – каменный элементаль во плоти, ну… или просто Лин – спайка двух, к счастью, женских душ, выхваченных из разных миров, помещенная в многофункциональное тело, созданное на основе пяти разных существ, – спокойно пояснила моя ментальная собеседница, – но остальным таких подробностей знать не надо. Вряд ли они все это поймут. Для них я просто беглый образец со способностями телепата и элементаля – этого достаточно».
Мысленно угукнув, я взяла со стола чашку и принялась пить сок. Холодный, с кислинкой… самое то, чтобы охладить горло и мысли. Судя по тому, что сотворили неведомые экспериментаторы с моей предшественницей, мне еще крупно повезло. С другой стороны, от способности «выплавлять» из камня все, что вздумается, я бы не отказалась. Как не отказалась бы и от собственного напарника-элементаля. Но нифелины, похоже, проект, отдельный от нордов. Или все-таки нет?
«Отдельный. Гадов всего трое, и каждый из них специализируется на своем: Рэд занимается нами, нордов делает Рос, а Кайр плодит разную необычную живность и заселяет ею подземелья. Он самый странный из троицы. Но и самый нейтральный при этом. Рос и Рэд извечные соперники, как и их детища», – ответила мне химера, стрельнув взглядом на Керр-сая, вслух же она сказала, обращаясь к нему и к Надье:
– Вы ешьте, ешьте, пока не остыло. Если кому добавки, так я принесу.
Представив, как это четвероногое существо тащит в зубах каменный поднос, я не смогла сдержать улыбки, на что Лин, прочтя мои мысли, только фыркнула. Потом мягко, как и положено большой грациозной кошке, спрыгнула со своего места на пол и, обойдя стол, позвала:
– Лера, идем со мной, поможешь поднос с десертом донести, – а мысленно добавила:
«Заодно и поболтаем… без свидетелей».
Я, поспешно отставив недопитый сок, начала подниматься, с удивлением заметив, что норд встает вместе со мной.
– А ты куда, герой, собрался? – как-то очень по-человечески вскинув бровь, спросила химера.
– Помочь, – с готовностью ответил мужчина. – А то вдруг вы, девочки, поднос не дотащите? Он ведь тоже небось каменный, – с легкой иронией добавил он, разглядывая четвероногую собеседницу.
– Нам грубая мужская сила в перетаскивании трех чашек вряд ли понадобится, – парировала та, легко шаркая когтем по каменному полу, ожидая меня. – Даже если они каменные, – сказала и улыбнулась, демонстрируя кошачьи зубки.
– А вдруг? – не сдавался Керр-сай, продолжая изучать хозяйку пещеры.
– Нет уж, герой, – качнула лохматой головой хозяйка, – посиди тут, подожди. Как и положено гостю. А мы с Лерой прогуляемся. Разговор есть… для девочек.
– Тогда можно и мне с вами? – оживилась Надья, кокетливо похлопав ресницами, и, так и не дождавшись от химеры ответа, умоляюще посмотрела на меня. – Ну пожа-а-алуйста.
– Тебе можно… но потом. – Лин обрадовала и огорчила кудрявую одной фразой. – После десерта, – чуть мягче добавила она, и вивьера довольно заулыбалась.
Я же, не до конца понимая, что это за бабский флирт тут происходит, наоборот, нахмурилась. А Керр и вовсе помрачнел.
– Иллера? – протянув руку, остановил он меня.
– Мы скоро вернемся правда, – пообещала я, надеясь, что сейчас, как и по пути сюда, он даст мне небольшую свободу. – Не так ли, Лин?
– Ага, – продолжая насмешливо смотреть на норда, подтвердила та. – Но если наш герой так сильно за тебя переживает, возьми с собой керса. Уж втроем-то мы поднос точно дотащим.
Так и поступили. Взяли Рыжа, который, как и положено верному коту, отправился сопровождать свою хозяйку на прогулку по аномальной зоне. Керру все это явно не нравилось, но он молчал. Видимо, и правда начал мне доверять после того разговора в норе орны. По-настоящему доверять, давая свободу действий и позволяя самой принимать решения. Хотя и нервничал, если я выпадала из поля его зрения. Интересно, почему: думал, что сболтну лишнего или… просто боялся за меня? Забота предводителя была приятна, как и его нынешнее отношение ко мне.
Одна облагороженная Лин пещера сменялась другой, а мы шли и шли, удаляясь все дальше от обеденного зала. В голове моей, сметая друг друга, теснилась куча невысказанных вопросов, которые я жаждала задать своей спутнице, и, уже привычно подслушав мои мысли, химера предложила начать разговор с чего-нибудь попроще. Я очень хотела узнать про орн и Таша, но вместо этого спросила, почему Лин упорно называет Керр-сая героем.
– А как его еще-то назвать после той эпической схватки с орной. Она ж из первого поколения: дикая, дурная… голодная к тому же. И он тоже дикий, дурной и голодный, видать, раз умудрился эту тварь обезглавить.
– А ты, значит, с самого начала все видела и не вмешалась? – с легкой ноткой обиды поинтересовалась я.
– Не то чтобы сначала… – уклончиво отозвалась она. – Да и вмешиваться в такое зрелищное действо не хотелось: мужик-то хорош был. Ну и засветиться перед наблюдателями побоялась, сама понимаешь. Они же вас постоянно пасут с помощью своих вездесущих глэйзов.
– А туман тот странный…
– Их рук дело. Усыпили и норда, и обезумевшее от боли животное. Наверное, планировали потом добить орну, а Керру дать проспаться. Но мы с тобой подсуетились раньше.
– И с чего вдруг такая забота с их стороны?
– Думаю, Рос решил не рисковать одним из своих лучших опытных образцов.
– Ну да, Керр хорош, – согласно кивнула я, сама не зная, чему улыбаюсь. – Он сильный и опытный охотник, хоть и с мерзким характером, – испытывая какую-то странную гордость за нашего предводителя, поведала я химере.
– Ага, а еще безрассудный и нелогичный идио… герой, в смысле, – хихикнула та. – Да и о тебе так печется, что аж завидно. Прямо как рыцарь из моих любимых книжек, – не скрывая иронии, добавила она.
– А у тебя есть тут книги? – удивилась я, машинально поглаживая Рыжа по спине.
– Тут… нет. А там, – она грустно улыбнулась, – были.
– На Земле? – решила уточнить я. А то вдруг «там» – это в лаборатории трех гадов, в которой она провела первый год своей новой жизни. Первый… а в сумме тринадцать. Так вот о каком возрасте говорила эта хитрая бестия, когда я спрашивала, сколько ей лет.
– Именно, – отвечая то ли на заданный вопрос, то ли на мои раздумья, кивнула Лин.
– А сколько было Марусе, когда ее похитили? – решила развить тему возраста я.
– Шестнадцать, – вздохнув, призналась химера. – Даже школу еще не закончила.
– Силиверс сколько?
– Не знаю, – мотнула головой собеседница. Она шла вразвалочку, как и Рыж, мягко переступая лапами и чуть покачиваясь с боку на бок. Я же неспешно шагала в указанном ею направлении, держась за керса, который находился справа, и разговаривала с химерой, идущей слева от меня. – Элементалям перед началом экспериментов стирают память.
– А почему людям нет? – удивилась я.
– И снова – не знаю, – с легкой насмешкой ответила Лин. – Возможно, потому, что мы разные. А может, и еще почему-нибудь.
– То есть у тебя есть память Марии Савичевой, но ты сейчас лишь отчасти она? – пытаясь лучше понять, с кем именно говорю, уточнила я.
– Видимо, так. Новая личность, новые способности, новое тело… новая жизнь.
Я кивнула, соглашаясь с ее точкой зрения. Сама ведь жила по похожей схеме, хоть моя физическая оболочка была куда проще, чем у химеры, да и душу мою с чужой никто не объединял. И тем не менее в теле девятнадцатилетней серокожей лэфы я тоже начала свою жизнь с чистого листа.
– Мне проще считать Марусю подругой из прошлого, не ассоциируя с нынешней собой, – немного помолчав, пояснила Лин.
– А Силивер? – хотелось знать больше об элементале, дух которого умудрились растворить в человеческой душе. Хотя скорее наоборот. Не зря же за столом Нифелин-11 сказала, что элементаль – это она, а Маша – воспоминание из прошлого.
– Нет, Лера, – отвечая на мои размышления, возразила собеседница. – Во мне в равной степени переплетены две эти личности. Память от одной, способности от другой… но я не могу назвать себя ни одной из них. Уж не знаю, как такое получилось у моих чертовых творцов, но им удалось создать совершенно новое «я». Мое «я». Понимаешь? – И, дождавшись от меня кивка, продолжила: – А еще, наверное, сказались и гены, и тесты, и сама обстановка… Отличницы Маруси больше нет, как нет и повелительницы камня Силивер. Есть я – Лин, и мне такой расклад даже нравится, – подмигнув желтым глазом, сказала эта синяя особа. А потом, меняя тему, заявила: – Ты хотела спросить про орну и Таша… Это тот норд, твой бывший жених?
– Угу, – подтвердила я, грустно вздыхая. Почему-то о пропавшем парне, на поиски которого мы, собственно, и шли, говорить было тяжело. Я подсознательно обходила эту тему, приняв за данность, что он жив, здоров и в руках тех, кому выгодно, чтобы так оно и оставалось до нашего прибытия. А иначе в чем суть их задания, если заявленный трофей погибнет раньше времени?
– Отвечу просто: к похищению этого норда ни я, ни Синь отношения не имеем. Но мне о нем известно.
– Откуда? – насторожилась я.
– С орной у меня особая связь…
– Как у нас с Рыжем? – предположила, когда она замолчала, вероятно подбирая слова для пояснения.
– Нет. Иначе. Керс просто к тебе привязан эмоционально, он тебя чувствует и может найти, даже если нет следа. Я же могу не просто мысленно общаться с Синью, как, например, с тобой, но и видеть его глазами. И если Нифелин-11, шастающую по Итировым подземельям, могут выследить те, от кого она сбежала, то орна третьего поколения здесь – дело обычное. И никаких конкретных меток на ней нет, распознать беглую особь среди похожих на нее экземпляров способен только Кайр. Но ему лень.
– Так уж и лень? – недоверчиво хмыкнула я.
– Ага. Он вообще тип со странностями, – задумчиво проговорила химера. – С большими такими странностями. Но мне его нежелание искать Синь только на руку.
– С этим не поспоришь, – согласилась я и, вспомнив момент, когда мы шли вдоль подземной реки, полюбопытствовала: – А тот ящер, что наблюдал за нашей группой из воды, случайно, не твой Синь был?
– Почему ты так решила? – чуть склонив набок голову, спросила Лин.
– Да больно взгляд странный… словно и правда кто-то другой глазами орны смотрел. Хотя, может, мне со страху просто показалось. Я ведь впервые видела это животное.
– Не показалось, – мрачно сказала спутница. – За вами действительно наблюдали. Но не я.
– Кто тогда? Кайр? Или Рос? Или все трое?
– Может, и трое. Редкий случай, когда проект одного так переплетается с проектом другого. Нифелин – невеста норда. Ха! Есть повод для временного перемирия и совместных тестов. – Усмешка на ее звериной морде была горькой и злой. – А арендовать глаза и уши орны четвертого или пятого поколения у изобретателя местной фауны – это для них раз плюнуть.
– Но зачем, если есть глэйзы? – Я действительно не понимала, к чему все так усложнять. И Лин со мной согласилась, заявив напоследок, что понять мотивы троицы экспериментаторов порой не могут и они сами, чего уж говорить о нас.
Пройдя несколько полупустых залов, мы свернули в довольно узкий тоннель, и я, чувствуя себя неуютно от недостатка пространства, забеспокоилась.
– Куда мы идем? Вряд ли за десертом, ведь так? – закусив от волнения губу, посмотрела на свою проводницу.
– Расслабься, Лера, – мягко проговорила та. – Мы идем прятать твою метку, как я и обещала.
– Прятать? – Брови мои чуть дрогнули, сходясь на переносице. – Это как? Срезать, выжигать…
– Скажи еще, выкусывать, – хохотнуло лохматое нечто, щуря ярко-желтые глаза.
– Ну а что я могу еще-то предположить? – ответила, ничуть не разделяя ее веселья. – Фирсы… вернее, гады активировали мою метку, она светится зеленым и…
– Расслабься, подруга. Это просто маячок, не бомба. По нему тебя легко отследить, но не взорвать. Впрочем, при желании Рэд легко может уничтожить свое новое детище. Но обычно нифелины сами себя прекрасно уничтожают. Так что разбрасываться удачным экземпляром, то есть тобой, никто не станет, – «утешила» меня Лин. – Но и светиться яркой точкой на лабораторных мониторах я тебе не советую. Поэтому и предлагаю скрыть метку.
– Да разве же я против? – вздохнула, идя за чуть выбившейся вперед спутницей. – А почему нифелины гибнут так часто? – спросила, не в силах подавить печальный вздох.
– Души в новых телах не приживаются, если это можно так назвать. Проект «Норд» в этом плане куда удачнее: там дух привязывается к чужому телу без замещения прежней личности. И эта связка отлично сосуществует в паре.
– А мы… – я нервно облизала губы, прежде чем продолжить, – ну, когда не приживаемся… что с нами происходит? Душа возвращается в прежнее тело или?..
– Или, – подтвердила все мои худшие догадки химера. – Самоубийства, убийства, попадание в сумасшедший дом или в главный храм Лэфандрии… а порой и просто тихая смерть. Это основной перечень того, чем закончились эксперименты «Нифелин», с первого по десятый, что с теми, кто был после меня, я не знаю. Ты какая по счету?
– Двадцать седьмая.
– Ого! – уважительно присвистнула Лин. – А Рэд, я смотрю, времени даром не теряет. Надеюсь, тебе повезет выжить, как и мне.
– Если только ты поможешь, – как-то совсем убито пробормотала я.
– Помогу, чем смогу, – усмехнулась собеседница, меняя цвет шкуры с синего на серебристый. – Отчего же не помочь подруге по несчастью, заодно и гадость нашим создателям сделаю. Пустячок, а приятно. Все, мы пришли! – сообщила она, переступая порог небольшого квадратного помещения, подсвеченного зеленым. – Знакомься, Лера, это – МОЯ лаборатория, – с нажимом на предпоследнее слово сказала химера и радостно оскалилась, когда каменная стена за нашими спинами срослась, словно там и не было никогда прохода.
Сказать, что мне не было страшно – значит солгать. От охватившей меня паники я не могла вымолвить ни слова. Впрочем, этого и не требовалось.
«Расслабься, дурочка, – мысленно усмехнулась Лин. – Резать, жечь и кусать я тебя точно не собираюсь, – а потом, помолчав, добавила: – Мы здесь ненадолго. Глэйзы, конечно, сюда не проберутся, но метку твою Рэд засечь сможет, потому что электроника тут работает исправно. Но… нам сейчас именно это и нужно».
А потом она отошла на несколько шагов от меня и от подозрительно безмятежного керса, встала на задние лапы и… начала меняться: выкручивая тонкие запястья, распрямляя когтистые пальцы, ломая обычный для зверя скелет. Под чуть светящейся серебром кожей, словно живые существа, ходили ходуном мышцы. Морда укорачивалась, становясь похожей на человеческое лицо, шея же, напротив, удлинялась. Плечи сужались, на плоской груди проступили два округлых полушария с темными точками сосков… да и вообще все тело химеры претерпевало разительные изменения. И только грива «африканских косичек» оставалась прежней, разве что на фоне тонкой женской фигурки она стала выглядеть длиннее и гуще. Как раз чтобы прикрыть наготу.
– Маруся? – забыв о собственных переживаниях, удивленно выдохнула я.
– Лин, меня зовут Ли-и-ин, – протянула серебристая девушка, облизав губы раздвоенным языком и, повернувшись к стене, подняла руку. – Я, помнится, обещала показать тебе, как делаю свои скульптуры, – сказала она, осторожно ведя ладонью в нескольких сантиметрах от рабочей поверхности. А та, становясь мягкой, как расплавленный пластилин, начинала стекать вниз уродливыми сгустками. – Ну так смотри.
И я смотрела… только почему-то не на сливающийся в форму кресла материал, который сейчас очень мало походил на камень, а на длинный чешуйчатый хвост, змеившийся из-под густой серебристой шевелюры.
Химера… двуипостастная… хм…
И почему я не так сильно удивлена, как должна бы? Всему виной конечно же статуи. Слишком много их было для образа той, кого больше не существует.
– Хватит уже прятаться, вылезай, – сказала хвостатая девушка, не оборачиваясь, чем повергла меня в замешательство. Вроде стою себе прямо, никого не трогаю, по углам не жмусь, чего это с ней? – Рил! Я к тебе обращалась, вылезай из стены! – скомандовала Лин, и на фоне серо-зеленого камня проступило золотистое зарево, которое довольно быстро превратилось в круглую призрачную мордашку с ну о-о-очень виноватым видом.
Той же ночью
В Итировых подземельях было сложно определить, день сейчас или ночь, особенно учитывая, что мы с Керром непонятно сколько проспали в норе орны, а единственные песочные часы, взятые в экспедицию, остались у отколовшейся части группы. Лин же давным-давно жила, как она выразилась, вне времени. Поэтому то, что сейчас ночь, мы приняли условно, ориентируясь на свои ощущения и на слова Надьи, которая ни с каким сонным туманом вроде как не сталкивалась.
Химера, «человеческий» облик которой видели только я и Рил, снова перекинулась в четвероногую зверюгу и, пообещав проводить коротким путем до места встречи с нордами, отправилась с нами. Вообще Лин повела себя как образцовая хозяйка: в гости пригласила, вкусно накормила, переночевать предлагала, а раз отказались, то еще и провожать пошла. Милашка во всем… угу. Не зря вивьера поглядывала на нее с любопытством, замешанным на искреннем восхищении. А вот ответные взоры желтоглазой особы лично меня озадачивали. Ровно до тех пор, пока она меня мысленно не попросила:
«Оставь мне девочку, а?»
– Что? – вырвалось у меня от неожиданности вопроса, и тут же послышался недовольный голос Керр-сая, идущего рядом с Рыжем, на котором я ехала.
– В присутствии остальных могли бы и вслух говорить… девушки.
Кудрявая, сидя на спине Синя, заинтересованно посмотрела на нас, а Лин, тряхнув густой синей гривой, менявшей цвет в унисон со всем ее телом, лениво так протянула:
– Да вот хочу Надье экскурсию предложить, а Лерка что-то странно реагирует. Может, у тебя виды свои на вивьеру? – не без ехидства спросила она, скосив на меня взгляд.
Я даже не нашлась, что ответить, только беспомощно посмотрела на норда, потом обернулась на шатенку, чья кудрявая голова виднелась среди леса звериных шей, и тут же услышала:
– Иллера, ну пожалуйста, мне так хочется еще немного пообщаться с Лин.
«Зачем она тебе?» – мысленно спросила химеру.
«Поиграться», – честно ответила та.
«Куклы во время игр ломаются, знаешь ли. А Надья живая!»
«Живая кукла – это еще интереснее», – захихикал женский голос в моей голове, мне же от таких заявлений было совсем не смешно.
«Лин, я серьезно!» – поджав губы и хмурясь, сказала я ей.
«Да ничего твоей вивьере не будет. Просто она так откровенно жаждет остаться со мной наедине… Мне любопытно, зачем?»
«А вариант, что девушка встретила ожившую сказку и прониклась к ней безграничной симпатией, тебя не устраивает?»
«Вот и хочу проверить, – снова усмехнулась химера. – Оставь ее мне. Верну потом и даже расскажу, что да как у нас было», – с таким недвусмысленным намеком добавила она, что меня малость перекосило.
– У Надьи есть обязанности, – сказала вслух и громко, чтобы слышали все. – Ее наняли на работу, а не для увеселительной прогулки. – Девчонка недовольно скривилась, но перечить мне не стала, Керр кивнул, а химера лишь хитро прищурилась, не скрывая улыбки. – И, если я не совсем потеряла счет времени, Илису помощь вивьеры нужна сейчас больше, чем когда-либо. Так что…
– А по-моему, он уже того… спит, – все же перебила меня шатенка. – И разбудить этого «принца» страстным поцелуем со всеми вытекающими вполне можно и после экскурсии с Лин!
– Керр-сай? – обратилась я за помощью к предводителю. – Ну скажи хоть ты им?
Мужчина окинул меня оценивающим взглядом, а потом проговорил:
– Тебе же нравится принимать решения, мышка. Вот и… решай. Мне-то все равно. Я с вивьеры вычту потом неустойку за прогул. Илис и так без женского внимания, а Мирта на совместную покупку шлюхи мы практически силой уломали. Поэтому, если хочет она погулять немного – ее право. Только ответственность за нее будет уже нести она. – Он кивнул на нашу новую знакомую, которая в этот момент ну совсем не походила на ответственную. Шла, пританцовывая, помахивала змеиным хвостом и разве что в голос не ржала. Ну, вот и зачем она это все затеяла?
«Скучно мне», – мысленно ответила Лин.
«Успеешь вернуть Надью до того, как мы дойдем до наших?» – тем же способом спросила я.
«Постараюсь».
«Тогда идите… гуляйте… развлекайтесь. Только без «ломаных кукол» чтоб, ладно?»
Ответом мне был тихий смех, который слышала только я.
– Вас проводит Синь, – сказала химера, прежде чем исчезнуть вместе с воодушевленной вивьерой в ближайшем ответвлении каменного тоннеля. – Да и мы догоним… чуть позже.
И они ушли. А я осталась с Керр-саем, Рыжем и чужой ручной орной, уверенно шагавшей теперь впереди, а не позади нашей поредевшей компании. На душе было муторно. Вроде и правильно сделала, что отпустила Надью с Лин, учитывая, что девочки обе жаждали уединиться, а все равно как-то тревожно. Вдруг химера не такая и хорошая, как хочет казаться? Может, она как те ведьмы в сказках: гостей накормит, напоит, спать уложит, а потом и сама ими закусит? С другой стороны, одиннадцатый Нифелин пока еще не давала повода сомневаться в своих добрых намерениях. За все время нашего знакомства она лишь помогала мне и моим спутникам. Особенно сегодня. Перед внутренним взором поплыли недавние воспоминания…
После того как химера сменила четвероногую форму на двуногую, а синий цвет кожи на серебристо-серый, она «вылепила» большое каменное кресло, ставшее продолжением стены, и усадила в него меня. Сама же короткими нажатиями на пустую, казалось бы, поверхность скалы открыла несколько темных тайников. Разоблаченный Рил, которого, вопреки моим ожиданиям, не выгнали вон, суетливо летал рядом с девушкой, подсвечивая ей то, что она просила, и выспрашивал, каким образом ей удается не попадаться на глаза создателю. Причем объяснял свой интерес тем, что и сам жаждет избавиться от зависимости, а вовсе не донести хозяевам на беглый эксперимент. Девушка кивала, делая вид, что верит. Но говорила уклончиво, как, впрочем, и сам «светлячок».
Настаивать на том, что он не имеет к троице ученых никакого отношения, элементаль даже не пытался. Хотя на вопросы о сути своей привязки к норду отвечал, что ему запрещено об этом распространяться. Из чего я сделала вывод, что призрачные «солнышки» так же, как и я, зависят от своего творца и опасаются его гнева. Пошла ведь в подземелья, получив задание, и даже не подумала как-то этого избежать. И пусть у меня был стимул в виде Таша, которому нужна наша помощь, но… я ведь прекрасно понимала, что этот поход затеян вовсе не ради него.
Меня, как фигурку в компьютерной игре, гоняют по разным уровням, подвергают опасностям, моральному давлению и прочему-прочему-прочему… а Таш – просто приз, который эти проклятые геймеры готовы отдать своей игрушке, если она дойдет до финала. А может, и не готовы, но об этом лучше не думать.
Про бывшего жениха я расспрашивала Лин, пока она доставала из тайника миниатюрные детали со светящимися кнопочками и проводками, названные ею «добычей», прихваченной из лабораторий, относящихся к проекту «Нифелин». Не скажу, что мне было уютно от созерцания того, как ловко девушка собирает из отдельных частей какой-то прибор, но я старалась не паниковать раньше времени, успокаивая себя тем, что все это ради моего же блага. И за это была удостоена одобрения химеры.
А вот новой информации насчет похищенного норда я от нее так и не услышала. Да и Рил клялся и божился нам, что не в курсе. Его дело маленькое: провожать, оберегать, не пускать, куда не надо, и отчитываться время от времени об удачно проделанной работе. Он просто марионетка… такая же, как и я! И так же, как и я, заинтересован в сохранности напарника и его друзей.
Зато меня немного успокоили слова Лин о том, что свое творение Рос вряд ли ак глупо уничтожит (если его, конечно, похитил он). Поэтому нам просто надо идти туда, куда требуется, забрать Таша и вернуть его домой, как и сказано в задании. А дальше… по обстоятельствам. Насчет временного отклонения от маршрута, если потребуется, все валить на вмешательство Лин, ибо засветиться лишний раз перед создателями и утереть им нос она совершенно не против.
Метку же мою химера, как выяснилось, не собиралась уничтожать полностью, а просто спрятала на время. Причем без членовредительства и магии! Лин просто облучила мой несчастный копчик с помощью собранной конструкции, похожей на странноватый с виду мобильник, и фосфоресцирующий «штрихкод» исчез. Именно такие (за небольшой разницей в толщине и количестве полосок) метки ставили нифелинам. И именно благодаря этому отличительному «знаку качества» с функциями радиомаяка они могли общаться между собой телепатически. Как мы с Лин.
В головы же нордов, к большому сожалению химеры, она влезть не могла. А вот с некоторыми видами животных, частица которых жила в ней, мысленные беседы вполне получались. Вернее, не беседы, а манипулирование недостаточно разумными, но живыми существами. С модифицированным зверьем, вышедшим из лабораторий Кайра, дела обстояли куда лучше. Они хоть и слышали девушку, но подчиняться не желали. Причем слышали даже те разновидности, генов которых в Лин не наблюдалось. И она сама не знала, почему так: то ли изобретатель что-то мудрил, то ли ментальные способности беглого эксперимента самопроизвольно совершенствовались. С Рыжем, кстати, химера тоже договаривалась, используя свой дар, ибо керс как раз и относился к той группе существ, на основе которых создавалось тело Нифелин-11.
– Назад метка возвращается с помощью вот этой кнопки, – пояснила девушка, сунув мне в руку устройство по «стиранию» нательных маячков. – Дарю! У меня еще пара в заначке есть. Иногда тебе будет полезно скрыться с радаров. Да и на поверхности, насколько я знаю, нашего брата не сильно жалуют. А вырезать «штрихкод» с кожи бесполезно – всплывет в другом месте. Облучение же делает ее неактивной на несколько дней, а потому и невидимой.
– А нордовские метки работают по тому же принципу? – вертя в руках подаренный прибор, спросила я. У обитателей Стортхэма, в отличие от нифелинов, метки напоминали причудливые извилистые символы, похожие на небольшие татуировки. Никакого частокола ровных палочек там не было и в помине.
– Нет. – Вместо химеры мне ответил Рил. – Метка норда – это своеобразное подключение для элементаля. Если ее как-то устранить, связь будет нарушена. А она для нас жизненно важна.
– Для вас или для лэфири? – по-прежнему сидя в кресле, уточнила я.
– Для пары, – сухо ответил «светлячок».
В этот вечер мы еще много о чем успели поговорить: начиная с того, чем развлекается в подземельях химера, и заканчивая тем, кто такие эти Рос, Рэд и Кайр, а также как они выглядят и чего вообще добиваются. Правда, Лин не так уж и много знала. Или просто не хотела выдавать всю информацию сразу. Про внешность гадов, возомнивших себя богами, сказала, что она переменчива, ибо они существа иного порядка, и сменить тело для них – все равно что надеть новый костюм. К тому же многое могло измениться за двенадцать лет, в течение которых творение ни разу не встретилось со своими создателями, разве что с их всевозможными посланниками, но это совсем не то. Поэтому четкого описания гениального трио я так и не получила.
Зато небезосновательно заподозрила, что все они относятся к какой-то высокоразвитой цивилизации, решившей найти способ для перемещения и подселения души в новое тело. Причем в разработке два разных сценария: нифелины и норды. И если вспомнить историю Стортхэма, в мире серых все это безобразие длилось уже больше шестидесяти лет. На Земле же… как знать? Элементалей, летающих за «универсальными солдатами», я на улицах не встречала, но где гарантия, что они не заперты на какой-нибудь военной базе?
Лин с моими выводами не спорила, только плечами пожимала и говорила, что она знакома с процессом, но не знает цели. Еще упомянула, что биологический материал, используемый учеными гадами, только из двух миров. Причем здесь, в Лэфандрии, находится главный рабочий полигон. Земля же – просто поставщик подопытного материала, который собирают похожие друг на друга клоны, которых я называла фирсами.
Оставалось загадкой, зачем экспериментаторы внедряют технологии в среду остроухой расы. Ведь не из благодарности же за участие в опытах, правда? Но точного ответа на этот вопрос не знали ни я, ни Лин, ни зависающий над нами элементаль, который в конце концов договорился до того, что попросил у химеры убежища в случае, если господа создатели слишком сильно прижмут, на что беглая нифелин лишь усмехнулась и посоветовала поменьше отсвечивать, чтобы не прижимали.
Небольшой плоский прибор, помогающий прятать метку, я убрала в карман штанов, поблагодарив химеру за подарок. Когда покинули «лабораторию», он перестал подавать признаки жизни, как и оставленный в обеденном зале «навигатор». Потом была почти стандартная для похода в гости программа: обещанный десерт, взятый из хорошо обустроенного погреба, очередная смена ипостаси Лин и разговор ни о чем с Надьей и Керр-саем, которому Рил в нашем присутствии не сказал ни слова о своей шпионской работе. Но я-то знала, что эти двое еще обмоют нам косточки, как только улучат подходящий момент. Ну а потом мы, отказавшись от ночевки в аномальной зоне, отправились дальше. И хозяйка с Синем нас прилежно сопровождали, пока девочкам не вздумалось уединиться.
Зачем? Мысль о том, что неизвестная зверушка с порядковым номером 11 слегка падка на доступных и раскрепощенных шлюх, допускать почему-то не хотелось. А другие объяснения в голову не лезли. Слишком странно вела себя Лин… слишком откровенно пожирала ее глазами вивьера. А ведь у нее действительно работа простаивает. Керр к ней не прикоснулся ни разу с момента раскола нашей группы. А Илис там страдает небось без сексуальной подпитки. Или уже не страдает, а спит себе крепким сном, вися поперек седла своего керса. И вместо того чтобы топать навстречу с клиентом, которому она действительно была нужна, Надья отправилась куда-то с едва знакомым чудищем, о «человеческой» внешности которого даже не знала. Извращенка она, что ли? Или просто чересчур любопытная?
– О чем задумалась, Иллера? – спросил Керр-сай, который после ухода наших спутниц велел мне подвинуться и, сев на Рыжа позади меня, теперь тоже ехал верхом. Керс шел налегке, поэтому два всадника, одним из которых был норд, а вторым – миниатюрная девчонка, для него не были обузой. Да и двигались мы недостаточно быстро, чтобы ездовой кот успел устать.
– О многом, Керр, – призналась я, вздохнув. – Столько новой информации, что голова пухнет. Еще и эта их экскурсия… к чему?
– Может, твоя новая подружка просто поняла, что нам надо побыть наедине и все обсудить? – предположил предводитель, склонившись к моему виску. Я рефлекторно дернула ухом, отстраняясь.
– Может быть, – пробормотала рассеянно. – Может быть, – повторила, мысленно прикидывая, что именно из нашей с Лин беседы стоит рассказать норду, а о чем лучше умолчать. Да и «светлячок» наверняка ему свою версию скоро преподнесет. Если уже не исхитрился это сделать. И вот пока я думала, подбирая слова для начала своего повествования, ожил «дохлый» навигатор, обрадовав нас тем, что из зоны, которая глушила все электронные устройства, мы благополучно вышли.
– И что там? – заинтересованно спросил норд, заглядывая мне через плечо, когда я достала фирское зеркало из сумки, куда переложила и подарок Лин.
– Письмо, – глядя на пульсирующий значок почты, ответила я. – Даже два.
– И чего медлишь? – поторопил элементаль, сунувший свой призрачный нос в экран. – Читай скорее! Там наверняка что-то важное.
Я и правда медлила, боясь пошевелить пальцами. Что мне прислал Рэд? Разнос за то, что сошла с дистанции? Или демонстрацию наказания за подобное неповиновение? Что?!
– Может, мне открыть? – предложил норд, притиснув меня к себе чуть сильнее, чем требовалось.
– Не надо. – Голос почему-то осип, и слова получились едва слышными. – Я сама, – сказала тихо и… нажала на первый файл.
Это послание оказалось текстовым. Под рисунком раскрытой пятипалой ладони красовалась надпись:
«Объект Нифелин-27, изменение сценария».
И под ней сухим языком пояснялось, что теперь я должна буду не позднее полуночи доходить до помеченных таким вот знаком камней, стоящих на выданном мне маршруте, и прикладывать к ним ладонь, посылая тем самым сигнал об удачном завершении того или иного этапа. Что будет, если мне отметиться не удастся, в письме не сообщалось. Но почему-то подумалось, что ничего хорошего.
А еще не давало покоя ощущение, что проклятый поход действительно до противного похож на виртуальную игру с живыми героями. Теперь вот разбили путь на участки-уровни и ограничили их преодоление по времени. Гады! Права Лин, они самые настоящие гадские гады, которым так хочется отомстить. Но как? Ведь для нас они почти что боги, и любые попытки насолить создателям просто смешны.
– Что там? – спросил Керр, глядя на русский текст под изображением ладони.
– Усложнили условия, – расстроенно ответила я. – Теперь каждый день до полуночи надо будет доходить до камня с таким вот символом. – Я указала на рисунок.
– А если не успеем?
– Не написали, что будет, – сказала я мрачно.
– А где эти камни находятся, написали?
– Думаю, в обновленной схеме маршрута все есть.
– Ну а во втором письме что? – снова влез в разговор чрезмерно любопытный Рил.
А мне почему-то захотелось послать его подальше. А еще шикнуть на Синя, одна из голов которого давно уже повернулась к нам и теперь с неменьшим интересом, чем норд и элементаль, прислушивалась к разговору. Но я, к своей гордости, сдержалась. Сжала покрепче зубы, приказала себе не паниковать и… открыла видеофайл.
На темном экране были видны два силуэта: стройная обнаженная девушка и мужчина, крепко сжимавший ее бедра. И в том, чем занималась эта парочка, сомневаться не приходилось. Еванна, а мне казалось, что это была именно она, чуть покачивалась, сидя верхом на лежащем норде. Ее длинные волосы, падая вниз черным покрывалом, скрывали лица любовников. Но мне их видеть и не требовалось.
– Итировы кущ-щ-щи, – прошипел обалдевший «светлячок».
– Эм, Лер… – неуверенно начал Керр, но я жестом его остановила, и мужчина покорно замолчал.
«Что там такое? Судя по звукам, порнушка, не меньше», – раздалось в моей голове, в то время как Синь окинул меня любопытным взглядом. Как там говорила Лин? Может видеть его глазами? Ну-ну.
«А нечего было по девкам ходить, – съязвила я, отвечая химере. – Сама бы все и посмотрела!»
«Ну, Лера-а-а-а…» – начала было канючить моя ментальная собеседница, а потом вдруг резко заткнулась, а наш трехглавый проводник замер на месте как вкопанный.
– Что случилось? – опередил меня с вопросом норд.
Из-за массивной фигуры орны мы не видели часть подземного тоннеля, по которому шли. И потому явление норда, неспешно обходящего застывшего ящера, стало неожиданностью как для меня, так и для сая. И только Рыж как-то странно напрягся, а потом и зарычал.
– Спокойно, Такердрон, спокойно, – сказал ему серокожий меченый с серебристой копной волос. – Это всего лишь я.
– Эйрикер? – ошарашенно пробормотал Керр.
– Р-р-р-р, – повторил керс, не желая узнавать своего прежнего хозяина, и… отступил назад.
Глава 6
Встреча
Странно, что бывший хозяин Рыжа оказался блондином. Я почему-то представляла себе его таким же огненноволосым, как Йен. Еще более странным было то, что Эйрикер жив, здоров и… в Итировых подземельях, учитывая то, что пропал без вести он где-то далеко отсюда. И уж совсем странно выглядела реакция Рыжа на чудесное воскрешение норда. А ведь и правда чудесное: иначе как объяснить разрыв эмоциональной связи этого мужчины и его ездового кота? Разве что так же, как ситуацию с Ташем и Фимаром.
Экспериментаторы умудрялись рвать ментальные нити между мечеными лэфири и их керсами. Но как именно? Клиническая смерть, летаргический сон… что? А может, они на время перемещали свои опытные образцы на другую планету, и поэтому их верные коты не ощущали присутствия хозяев в родном мире? Точный ответ могли дать только трое ученых, посягнувших на роль бога и взявшихся ставить опыты над людьми и лэфири. А истинный творец всего живого молчал, не возражая. И гениальные уроды продолжали плодить нордов и нифелинов, которые так же хотели жить, как и все, пусть и такими, какими их сделали итировы метки.
Я хотела жить… и Лин хотела… и этот вот Эйрикер тоже. Поэтому и явился сюда, выполняя задание фирса, вытащившего его с того света, выходив после смертельного, казалось бы, ранения. Марионетка наняла марионетку и… отправила к нам. Зачем? Как сказал блондин, чтобы помочь в поисках Таша. Лин же, чей голос прочно обосновался в моей голове, выдвинула более логичную версию – чтобы следить. А Керр, казалось, просто завис, как тот комп, который требует перезагрузки. Вот только на какие клавиши жать на теле темноволосого норда, я не знала. А он продолжал молча разглядывать нашего нового спутника, на которого по-прежнему порыкивал Рыж, и подозрительно косился Синь. Но ни тот, ни другой блондина не трогали, предпочитая сохранять вооруженный нейтралитет.
В таком вот составе мы и двигались дальше. Я по-прежнему ехала на керсе, Керр-сай, видимо, из солидарности с бывшим соратником, шел пешком. А впереди, мерно покачивая боками, уверенно топал синий ящер. Узкий тоннель сменяли просторные пещеры, темные переходы уступали место расцвеченным плесенью залам, а отсутствие растительности компенсировал седой мох, который все чаще начал встречаться на нашем пути по мере приближения к воде. Никаких грызунов, кризлов, левых орн и каменных спрутов нам не попадалось. Животный мир подземелий словно вымер, ну или просто затаился, выжидая.
Судя по звукам, где-то недалеко был водопад. Но к нему мы так и не вышли, как не вышли и к подземной реке, вдоль которой должен был проходить изначальный маршрут. Зато впереди нам попался тот самый камень с вдавленным изображением ладони, к которому я приложила свою руку, как было указано в письме. Холодная поверхность полыхнула зеленым. И мне подумалось, что это любимый цвет изобретателей, учитывая излучения фирского зеркала, значки на «навигаторе» и… странную светящуюся плесень в подземельях. В том, что и она – их рук дело, я почему-то не сомневалась.
Разговор не клеился. Керр продолжал молчать, что-то обдумывая. А мои жалкие попытки расспросить Эйрикера о его жизни вне Стортхэма ни к чему не привели, ведь я почти ничего о нем не знала. Так, толком не начавшись, беседа и сошла на нет. Дальше был лишь монотонный звук шагов, тихое то ли урчание, то ли порыкивание Рыжа и шум воды где-то за каменными стенами. Под этот аккомпанемент я и уснула прямо в седле. Спасибо страховочным ремням, не будь их – свалилась бы с керса. Очнулась же от странного ощущения спокойствия и… отсутствия ставшей привычной качки. Было тихо и тепло, а еще неожиданно удобно. Оно и понятно, ведь я лежала на разложенном спальнике, а не ехала в жестком седле.
– Где мы? – спросила сидящего у костра предводителя, рядом с которым дремал Рыж. – И где все?
– Спи, мышка, – обернувшись, сказал мужчина. – Эйрикер выбрал отличное место для привала.
– И куда он делся? – потирая заспанные глаза, спросила я. Упоминание о блондинистом норде свело на нет подозрение, что он мне просто приснился. – А Синь? А Лин с Надьей? Сколько времени прошло, Керр? – Чем больше вопросов я задавала, тем сильнее росло беспокойство.
– Все в порядке, не переживай, – ровным голосом ответил мужчина. – Эйрикер отправился на охоту. Ну а вивьера с химерой, судя по всему, загуляли. – Улыбка, возникшая на его губах при упоминании этой парочки, была далека от доброй. – Спи, Иллера, пока есть такая возмжность. До места, где мы должны встретиться с остальными, еще минимум день пути. Успеешь устать.
– А ты? – раздумывая над его предложением, спросила я.
– Ну я же не юная лэфа, чтобы так быстро выдыхаться, – ехидно заметил он. – Да и выспался в норе орны.
– Кстати, об орнах! – ухватилась я за знакомое название. – Ты не сказал, куда делся ящер.
– Понятия не имею. Встал и ушел вслед за Эйрикером, – пытаясь скрыть недовольство, проворчал собеседник. – А может, и не за ним. Откуда мне знать, что взбрело в голову этой зверюге?
– В головы, – машинально поправила я.
– Тем более, – хмыкнул норд. – Три головы, и если в каждую что-то взбредет… ну, ты меня поняла.
Вообще-то я не особо его поняла, но говорить об этом мужчине не стала. Меня не обрадовало, что все разбежались, однако поделать с этим я ничего не могла, поэтому посидела еще немного, подумала и… легла обратно. В конце концов предводитель прав, впереди длинный путь с возможными опасностями, и сонной мухой мне при этом быть вовсе нежелательно.
Когда я проснулась в следующий раз, на костре уже был готовый завтрак, а у костра – почти вся наша разношерстая компания. Не хватало только Лин и Синя. Они так и не присоединились к нам больше. Как мысленно оправдалась химера – из-за Эйрикера, который отчего-то не понравился орне. Но физическое отсутствие странной парочки не помешало моей новой знакомой в подробностях расписать мне грядущий маршрут и пообещать проследить за тем, чтобы до цели мы добрались без особых проблем. Так и случилось. Проблем в дороге у нас действительно не было. Они начались, когда наша небольшая группа прибыла на заявленное Рилом место встречи. Но там никого, увы, не оказалось. И ни зарубок на камнях, ни следов… пустая сквозная пещера, небольшое озерцо, в котором видно дно, много мха, немного плесени и… ни одной живой души, если не брать в расчет нас.
– Мы пришли первыми? – немного удивился Керр-сай.
– Вероятно, – откликнулся Рил, который все это время благополучно спал в невидимой форме внутри тела напарника и только недавно снова стал регулярно зевающим золотистым «солнышком». – Слетать на разведку? – предложил «светлячок», отчего-то покосившись на блондина.
– Давай, – тоже посмотрев на Эйрикера, с заминкой сказал брюнет.
Мы же с Надьей просто молчали. Я пыталась подавить чувство нарастающей тревоги, свившей гнездо у меня на груди. А вивьера… она вообще была подозрительно тихой после того, как явилась к разбитому мужчинами лагерю. Одна. Пешком. И с сумкой полной отборных пиотов. Хороша, видать, была экскурсия, о которой мне, кстати, химера так ничего и не рассказала.
– Все будет нормально, мышка, – потрепав меня по волосам, проговорил Керр.
– Да я и не переживаю, – попыталась соврать ему, но мужчина лишь криво усмехнулся в ответ и сказал:
Читать бесплатно другие книги:
