Вечеринка в турецких банях Хрусталева Ирина
– Нет, мама, тебе там делать нечего, – возразила Вероника. – Пусть идут мужчины и Марина с Юлей, этого более чем достаточно. Марина, ты, кажется, сказала, что машина проехала на большой скорости? – обратилась она к Марго.
– Пронеслась, как ракета.
– Тогда за рулем не мог быть дядя Веня, он очень аккуратно водит.
– Нечего гадать, заявимся к нему и узнаем, кто за рулем сидел, – нетерпеливо сказала Юля. – Марина, пошли, что стоять-то? – поторопила она Марго. – Мужчины, присоединяйтесь!
Те послушно пошли за девушками, негромко переговариваясь.
– Ты знаешь этого соседа? – спросил Виктор у Романа.
– Конечно, он действительно порядочный мужик, – ответил Ребров. – Если в преступлении и была как-то замешана его машина, то сам сосед не имеет к этому никакого отношения, я уверен.
– Откуда такая убежденность?
– Не забывай, что я адвокат, Витя, видеть людей насквозь – это моя профессия, – очень просто ответил Роман. – Вениамин Васильевич – нормальный работящий мужик, на пенсию пару лет тому назад вышел. Наш садовник заразил его цветоводством, и они сдружились на этой почве. С началом весны каждый почти день они ходят друг к другу в гости, обмениваются новыми сортами цветов, семенами, опытом. На них так смешно смотреть, когда они начинают спорить, – усмехнулся он – На рыбалку тоже вместе ходят. Нет, не может он быть причастен, не похож он на преступника.
– Как сказать, как сказать, – вздохнул Виктор. – Я за годы моей работы в милиции такого насмотрелся, что и во сне не увидишь. Иногда такие люди преступниками оказываются, что только диву даешься. Так что не говори, Рома, гоп, пока не перепрыгнул. Нет никакой гарантии, что эти два старика не вступили в сговор. Ведь ваш садовник знает, что к хозяйке приехала из Америки мать-миллионерша?
– Конечно, он каждый день цветы срезает и ставит в ее комнату. Да нет, Витя, этого не может быть! Чтобы наш дядя Степан… бред какой-то, – нахмурился Роман. – Он служит в нашем доме уже не один год, Ника еще не стала тогда моей женой. Он же ее от смерти спас однажды!
– Что ты мне рассказываешь? Я прекрасно помню, как Степан попал к Нике, знаю, что он ее от смерти спас. Ты думаешь, мне самому приятно думать, что он в сговоре с преступниками? Очень неприятно, но факты – вещь упрямая, против них не попрешь.
– Не будем заранее прогнозировать. Зайдем к Вениамину Васильевичу, выясним, кто ездит на его машине и где она находилась три дня назад, тогда и сделаем выводы. – Роман нахмурился. Он вообразил перспективу – узнать вдруг неприятную правду.
Через несколько минут четверо следопытов вошли в калитку дома Вениамина Васильевича, и их встретил грозным лаем огромный дог. Юля, пронзительно взвизгнув, мигом оказалась на ближайшей яблоне, а Марина повисла на заборе.
– Хазар, фу, быстро на место! – крикнул псу хозяин дома, выходя на крыльцо. – Простите его, гости дорогие, у него романтическое свидание сегодня сорвалось, вот он и лютует, – добродушно засмеялся он. – Добрый день, Роман. Проходите в дом.
– Здравствуйте, Вениамин Васильевич, – произнес Ребров, подав соседу руку. – Извините за беспокойство, но мы к вам по делу.
– Что за дело?
– Машину вашу пришли посмотреть, – влезла в их диалог Юля. – Она где сейчас?
– На ней мой внук уехал недавно, – ответил сосед. – Неужто натворил чего? – испуганно спросил он и обессиленно опустился на скамейку, схватившись за сердце. – Господи, я как чувствовал, не разрешал ему брать машину, ведь всего семнадцать, еще и прав-то нет! Сам я почти месяц за руль не садился, а он все твердит – обязательно ездить надо, чтобы машина не застоялась. По поселку-то, я думал, ничего страшного, пусть катается. Неужели он задавил кого-то, не приведи господи?
– Нет-нет, Вениамин Васильевич, никого он не задавил, мы и не видели его совсем. – Роман поторопился успокоить соседа. – Надеюсь, с вашим внуком все в порядке. А кроме внука, вы никому свою машину не давали?
– Третьего дня приятель попросил, тещу хотел на дачу отвезти, – ответил дядя Веня. – А что случилось?
– Что за приятель? Где он живет? Где тещина дача? Адрес назовите! – снова затараторила Юля.
– Демидова, помолчи хоть минуту, – прикрикнул на нее Виктор. – Что ты, как сорока, трещишь?
– Нечего мне рот затыкать, – не уступила Юля. – Так где же живут ваш приятель с тещей? – спросила она, с прищуром глядя на Вениамина Васильевича.
– Да что случилось-то? – нахмурился сосед, переводя взгляд с одного гостя на другого и ничего не понимая.
– А то и случилось, что на вашей машине… – начала было Юля, но Роман ее резко оборвал:
– Да замолчи ты наконец! – прикрикнул он. – Вот уж действительно сорока! Может, это и не та машина, что мы ищем, похожих авто хоть пруд пруди. Нужно посмотреть и убедиться, что это именно она. Вениамин Васильевич, куда уехал ваш внук? – обратился он к соседу.
– На речку с друзьями, – ответил сосед. – Что же произошло с моей машиной?
– А когда он вернется?
– Не знаю, часа через три-четыре, они только-только уехали:
– Этот ваш приятель далеко живет?
– В городе, на Автозаводской улице, зовут его Михаилом, фамилия – Заречный.
– Спасибо. Мы еще разок вечерком зайдем, когда внук ваш с речки приедет. Извините за беспокойство, – смущенно проговорил Роман.
– Да ничего, только вы мне так и не сказали, что произошло, – напомнил озадаченный дядя Веня. – Беда приключилась или еще что?
– Нет-нет, ничего страшного, просто нам проверить кое-что понадобилось. Вечером поговорим, ладно? Только позвоните нам, пожалуйста, когда ваш внук вернется, ладно? Всего доброго, Вениамин Васильевич.
– Ну, бывайте, коли так, – сосед пожал плечами. – Как только этот шельмец Сашка мой появится, я вам сразу позвоню.
– Спасибо.
Когда все вышли за ворота, Юля набросилась на мужчин с упреками:
– Кто так ведет следствие? Что вы с ним рассусоливаете, словно должны ему что-то? Нужно напором брать, неожиданностью, а вы… Да ну вас, – махнула она рукой. – Тоже мне, Пинкертоны! Толку от вас, как от дохлой кошки.
– Демидова, прекрати трещать, у меня голова от тебя разболелась, – сморщился Виктор. – Ты что, не слышала, что сказал Вениамин Васильевич? Он целый месяц за руль не садился.
– И что из того? Я и не говорю, что он лично участвовал в похищении, иначе Марина сразу бы его узнала. Речь идет о его причастности к этому преступлению, и мы должны были узнать, так ли это.
– Вот когда увидим его тачку и убедимся, что это именно та машина, на которой преступники подвозили Марину с Анной, тогда выясним и все остальное. А пока что следует успокоиться и терпеливо ждать звонка Вениамина Васильевича, – спокойно произнес Роман. – Надеюсь, все согласны?
– Легко сказать – успокоиться, когда тебя с минуты на минуту могут арестовать ни за что ни про что, – усмехнулась Марина. – Знала бы, что начнется такой геморрой, сидела бы в своем Майами. Нет, понесла, блин, нелегкая к черту на рога!
– Мы вас не бросим, обязательно добьемся справедливости, вот увидишь, – заговорила Юля. – Да и вообще, стоит мне только позвонить Демидову, и он всю Москву на уши поставит, а этих уродов найдет. Просто лишний раз беспокоить его не хочется, он страшно занят. Да и дело выеденного яйца не стоит, сами управимся. У меня, например, не вызывает никаких сомнений, что у этого приятеля вашего дяди Вени рыльце в пушку, к бабке не ходи.
– Ты о ком? – не понял Виктор.
– О том, кто на Автозаводской улице живет и так трогательно любит свою тещу, – напомнила Юлия.
– Михаил Заречный, – подсказал Роман.
– Ах, ты об этом? – вспомнил и Виктор. – Все может быть, все может быть, – он неопределенно пожал плечами.
– Да не может быть, а точно!
– Я не буду с тобой спорить, Юля, да и не хочу, если честно, – сказал Краснов. – Придет время, и мы все узнаем.
– А может, нам на речку смотаться и взглянуть на эту машину? – предложила Юля.
– Нет, лучше подождем.
– Почему?
– На пляже наверняка полно народу, и я не собираюсь при всех объяснять семнадцатилетнему пацану, почему мы с таким пристальным вниманием рассматриваем машину его деда. А рассмотреть ее надо как следует… Роман прав, похожих автомобилей пруд пруди, ошибиться мы не имеем права. Надеюсь, тебе все понятно?
– Понятно, – нехотя согласилась Юлия. – Хуже нет – ждать и догонять, терпеть этого не могу!
Глава 15
– Вечер уже, а он все не звонит, – заметила Вероника, хмуро глядя на часы. – Рома, может, ты сам позвонишь Вениамину Васильевичу, вдруг он забыл о своем обещании?
– Хорошо, – откликнулся Ребров и, встав с дивана, подошел к домашнему телефону. – Номер не отвечает, – сказал он через некоторое время, растерянно глядя на жену.
– Ну вот, что я говорила? – подпрыгнула в кресле Юля. – Доигрались в благородство? А он тем временем сбежал!
– Не говори ерунду, – нахмурилась Вероника. – Вениамин Васильевич всю жизнь в этом поселке прожил. Куда ему бежать?
– А куда он тогда испарился? Если телефон не отвечает, значит, его нет дома. Где же он, по-твоему?
– Ну мало ли? В магазин мог уйти, в поликлинику.
– Какая поликлиника в воскресенье? Точно говорю: он удрал.
– Юля, прекрати, никуда он не удрал. Что угодно могло у человека случиться, и обвинять его голословно, мне кажется, это не совсем красиво.
– Ладно, ладно, не кипятись, – отмахнулась Юля. – У него мобильник есть?
– Понятия не имею, – пожала Ника плечами. – О, я, кажется, знаю, у кого об этом можно спросить. Пойду к нашему Степану, он наверняка знает его номер, если, конечно, у Вениамина Васильевича трубка имеется.
Она сорвалась с места и побежала в сад, к домику садовника Степана. Через несколько минут Ника вернулась, размахивая листочком бумаги, где были написаны какие-то цифры.
– Вот, это номер мобильника Вениамина Васильевича. Рома, звони!
Тот послушно набрал номер и через некоторое время услышал угрюмое:
– Алло.
– Вениамин Васильевич, это вы? – спросил Роман.
– Да.
– Извините за беспокойство, это Роман Ребров. Вы обещали позвонить. Уже семь вечера, и я подумал, что вы могли забыть.
– Не до звонков мне, Роман, ты уж прости, да и не дома я, – тяжело вздохнул дядя Веня.
– У вас что-то случилось?
– И не спрашивай! Случилось.
– В чем дело? Я могу вам чем-то помочь?
– Помочь мне уже ничем нельзя.
– Так в чем же дело?
– Машина моя всмятку, восстановлению не подлежит. Вот сижу в ГАИ, третий час на вопросы отвечаю – как же я мог несовершеннолетнему внуку автомобиль доверить?
– А внук? С ним все в порядке?
– Слава богу, жив, негодник. Но уши я ему оборву, это я гарантирую, – грозно пообещал рассерженный дед.
– Как же вышло, что он машину всмятку разбил? Авария?
– Да уж и не знаю, как это можно назвать, то ли авария, то ли не пойми что, – раздраженно ответил Вениамин Васильевич. – До пруда пацаны доехали, а машину на обочине дороги бросили. На пляж-то теперь запрещают заезжать, он стал коммерческим, чтоб им пусто было, предпринимателям этим! Забором все огородили, по тридцатнику за вход берут. Ушли пацаны купаться, а через два часа мне из ГАИ позвонили. Очевидцы рассказали, что какой-то грузовик с огромным груженым прицепом задел мою машину, протащил метров пятьсот и о бетонный бордюр шарахнул. Скорость была приличной, кузов, как скорлупа, лопнул, а мотор и все внутренности во все стороны разлетелись. Вот такие дела, – вздохнул сосед. – Ты уж извини, Роман, зовут меня, не могу больше говорить.
– Да-да, конечно, до свидания, Вениамин Васильевич. – Роман отключился. – Похоже, удача решила категорически нас игнорировать, – невесело усмехнулся он, глядя на притихших друзей. – Машина попала в серьезную аварию и восстановлению не подлежит. И я очень подозреваю, что опознать хоть что-то нам, не удастся.
– Ну вот, что я говорила? – повторила Юля свою любимую фразу. – Теперь-то вы мне, надеюсь, верите?
– Ты о чем? – не поняла подругу Вероника.
– Да о том, что ваш Вениамин Васильевич имеет прямое отношение к преступлению!
– С чего это вдруг ты сделала такой вывод?
– Неужели не понятно? – прищурилась Юлия. – Все это специально подстроили, чтобы Анна с Мариной не смогли опознать машину.
– С ума сошла? – Ника покрутила пальцем у виска. – Подстроить такую аварию – это что, просто высморкаться? Думай, что говоришь.
– Ника права, не все так просто, – поддержал супругу Роман. – Тем более что аварию наблюдали очевидцы. Грузовик случайно задел машину прицепом и протащил на хорошей скорости метров пятьсот. Хорошо хоть, что ребята на пруду резвились в это время.
– Ладно, будь по-вашему, – нехотя согласилась Юля. – Тогда срочно едем на Автозаводскую, к этому приятелю с тещей. Что мы с Мариной и сделаем. Да? – обратилась она к Марго, сидевшей в кресле и лениво жевавшей жвачку.
– Не вопрос, поехали, – кивнула Марго. – Эн, ты с нами?
– Нет, мама останется дома, с вами поедут мужчины, – возразила Вероника. – И я, – добавила она.
– А как же я? – возмутилась Светлана.
– А ты останешься здесь. Сторожи дом и Анну. Маму нельзя бросить совсем одну, ты же понимаешь. Варвара с Наташей не в теме, и рассказывать им о происходящем, думаю, не стоит. От Степана тоже толку мало, его запросто соплей перешибешь.
– Тогда уж лучше я останусь со Светкой и Анной Михайловной, – вызвался Виктор. – Из моей супруги сторож как из меня балерина, она и тараканов до смерти боится, – засмеялся он. – А Анну Михайловну нельзя оставлять одну, ты права, мало ли что еще может произойти.
– Вот и отлично, – повеселела Вероника. – Отсюда до Автозаводской час езды, полчаса – на выяснение обстоятельств плюс обратная дорога. Итого, часа через три мы вернемся, если в пробке, конечно, не застрянем.
– Да, о пробках ты вовремя вспомнила, подруга, – заметила Юля. – Сегодня же воскресенье, все дачники рванули в Москву. Придется визит к господину Заречному отменить, иначе мы попадем к нему только завтра утром. У меня есть другое предложение.
– Какое?
– Пруд недалеко, авария произошла на дороге рядом с ним, думаю, нам стоит съездить туда и посмотреть на останки машины. Может, все же удастся ее опознать?
– Как ты ее опознаешь, если Вениамин Васильевич сказал, что от нее почти ничего не осталось?
– А чем черт не шутит, вдруг получится? Марина, ты как считаешь? Ты поедешь?
– Легко, – ответила Марго.
– Тогда не будем тянуть время, едем, пока еще светло на улице, – сказала Юля и первой ринулась из дома.
Остальные поторопились за ней. Ехать пришлось на двух машинах, так как разместиться в одной такая компания не смогла. Минут через пятнадцать-двадцать обе машины остановились возле места, где произошла аварии. Стоило им только взглянуть на останки «Фольксвагена», и они сразу же поняли: ничего не выйдет, опознавать просто нечего.
– Едрит твою в Мадрид, – услышали они хрипловатый удивленный голос и, как по команде, повернули головы.
На обочину вскарабкался до невозможности грязный мужичонка, позвякивая пустой посудой в авоське.
– Это ктой-то ее так? – показал он на останки машины. – Когда же это? Неужто я все проспал?
– А вы знаете эту машину? – насторожилась Юля.
– Какую? – захлопал глазами мужик.
– Вот эту.
– Не-е, откуда мне знать? Я и ездить не умею.
– А почему же тогда интересуетесь, кто ее так? И что вы все проспали?
– Дык интересно же, – добродушно ответил мужичонка. – Я однажды уж такую аварию видал. Ой, что там было! – закатил он глаза под лоб. – Мужик словно пробка из бутылки выскочил, прямо через ветровое стекло. Гляжу – полбашки нет, а к руке чемоданчик пристегнут. Раскрылся чемоданчик-то, а там деньжищ – видимо-невидимо! Ко мне одна пачечка аккурат под ноги и подпрыгнула. Я, не будь дурак, хвать ее – да бежать со всех ног, пока не увидал никто. Не поверите – сто тыщ рублей там было!
– Что же весь чемоданчик не прихватил, сердешный? – усмехнулась Марина. – Сейчас бы не под кустом спал, а на каком-нибудь заграничном курорте в пятизвездочном отеле на перинах валялся.
– Говорю же, к руке его он был пристегнут. Да и люди начали быстро собираться, машины одна за другой останавливались. Увидали бы и в милицию меня сдали, вот я и дал деру, я ж не дурак! На опохмелку не разживусь ли у вас, а? – как ни в чем не бывало спросил он. – Мне сторублевки хватит, я дорогую водку не покупаю.
– Неужели ты всю пачку уже пропил? – не удержалась от ехидного вопроса Марина.
– Давно, – махнул рукой пьяница. – Цельных три месяца с друганами кутили, ох и хорошо нам было. Это ж в прошлом году мне так подфартило, а в этом что-то никак разбогатеть не получается: инфляция, – тяжело вздохнул он. – Так дадите на поллитровочку али как? – спросил он, прищурив хитрющие глаза.
– На, выпей за наше здоровье, – засмеялась Юля и сунула ему в руку пятьсот рублей.
Тот посмотрел на купюру, радостно крякнул и, развернувшись, резво понесся в сторону автобусной остановки, гремя пустой посудой и выкрикивая на ходу:
– Вот спасибо! Вот это я понимаю! Ах, добрая душа! Дай бог тебе доброго здоровья! Вот спасибо!
– Ну что, едем домой? – вздохнула Вероника. – Ничего у нас сегодня не получается.
– Завтра получится, не переживай, – подбодрила ее Юля, залезая в свою машину. – А сегодня отдохнем. Столько волнений, мне даже выпить захотелось.
– Не вопрос, немножко выпьем, – засмеялась Ника.
Когда машины загнали во двор и все собрались в гостиной дружной кучкой, Роман спросил:
– Ну что, дорогие дамы, не растеряли по дороге свой энтузиазм насчет выпивки?
– Отнюдь нет, даже наоборот, – за всех сразу ответила Юля.
– Тогда я иду разжигать мангал. Сегодня был не наш день, надеюсь, приятный вечер исправит эту несправедливость. Ника, лезь в погреб, доставай вино, которое нам привезли из Еревана.
– Весь двадцатилитровый бочонок?! – Ника округлила глаза. – Я же его не подниму!
– Зачем же весь? – засмеялся Роман. – От двадцати литров мы все под столом окажемся, а завтра утром не встанем. Там сбоку есть краник, нацеди из него в графин и принеси.
– А сколько литров в графине? – насторожился Виктор. – Маловато не будет на такую ораву?
– Не волнуйся, не хватит – еще подбавим.
– Эй, эй, други мои, а не рано ли вы расслабились? – подбоченилась Светлана. – Речь шла только о дамах, о вас же не было сказано ни слова! Вы не забыли, что на завтра намечены серьезные дела и вам нужно быть свежими как огурчики?
– Я иногда завидую холостякам, за ними никакого контроля нет, – засмеялся Виктор. – Делай что хочешь, пей сколько влезет, иди куда ноги несут. Все, срочно – развод и девичья фамилия!
– Мне нужно срочно позвонить супругу и доложить, что сегодня я не ночую дома, – сказала Юля, направляясь к телефону. – Ника, я позвоню с вашего домашнего номера, чтобы он сразу понял, что я у тебя. Он в командировке, в Праге, через пару дней обещал вернуться.
Через час компания сидела за накрытым столом в большой беседке, укрывшейся под густыми ветками яблони. Все, кроме разборчивой в еде Анны, с аппетитом уплетали шашлык, запивая его отличным виноградным вином. Со стороны все выглядело непринужденно и весело, и только сами участники застолья понимали, что веселье это – добровольно-принудительное. Просто захотелось немного отвлечься, расслабиться и хоть на время забыть, по какому поводу они собрались, когда нет никакого праздника, ни дня рождения, ни крестин, ни свадьбы. Повариха Варвара только успевала бегать из сада на кухню и обратно, подкладывая на тарелки то колбаску, то рыбку, то хлеб.
– Анна Михайловна, вы почему ничего не едите и не пьете? – спросила Юля. – Или у вас опять какая-нибудь новомодная диета?
– Никакой диеты, я уже почти три года веду исключительно здоровый образ жизни. Не пью, не курю, люблю соки, настои из трав. – Анна прочла присутствующим настоящую лекцию о здоровом образе жизни.
– У меня тост, – выкрикнула Юля, подняв бокал. – Давайте выпьем за красоту, не требующую жертв, а еще – за нашу давнюю дружбу. За то, что каждый из нас знает: у него есть настоящие друзья и они придут по первому зову в любое время дня и ночи, всегда будут рядом, и в горе и в радости, и помогут, что бы ни случилось. Ура!
– Ура! – подхватили тост присутствующие. – За красоту и дружбу!
– Счастливая ты, Эн! Прикольная у тебя семья, и друзья твоей дочери – клевые, – прошептала Марина на ухо Анне. – Как у мушкетеров: «Один за всех и все за одного».
– Да, они всегда вместе, с самого детства, – ответила Анна. – Друг за друга в огонь и в воду, что бы ни произошло.
– Здорово, – сказала Марго.
– Я отдохну немного, веселитесь, друзья. – И Анна ушла в дом.
Глава 16
Анна проснулась оттого, что кто-то осторожно тряс ее за плечо.
– А? Что? Кто здесь? – испуганно спросила она, спросонья ничего не понимая.
– Тихо, не кричи, это я, Марго, – услышала она шепот девушки. – Просыпайся, есть серьезный разговор.
– Погоди, свет включу. – Анна включила светильник. – Что-то случилось? О господи, что ты с собой сделала? Я сплю или это в самом деле ты? – удивленно округлила она глаза, уставившись на Марго.
Волосы Марины обрели темно-русый цвет и были гладко причесаны. Украшения, сверкавшие в ее носу, ушах и бровях еще вчера, исчезли, да и одежда выглядела вполне обычной, повседневной, как у многих.
– Я, я, расслабься. – Марго присела на кровать Анне. – Не смотри на меня такими глазами, – усмехнулась она.
– Ты выглядишь гораздо симпатичнее, – улыбнулась Анна. – И что сие превращение означает? Ты сама на себя не похожа. Как тебе это удалось Марго?
– Нет ничего проще. – Марго пожала плечами. – Вечером я принимала душ и в ванной обнаружила оттеночный шампунь, этим решилась проблема с цветом волос. Гель для укладки помог сделать новую прическу, а пирсинг… Я просто вытащила украшения и замазала дырочки тональным кремом. Нормальная, не привлекающая особого внимания одежда была в моем чемодане.
– Почему ты вдруг решила кардинально изменить имидж?
– Дело в том, что… смена маскировки есть наипервейшая задача государственного преступника, – улыбнулась Марина. – Меня прежде легко было запомнить, зато сейчас трудно узнать, и этим все сказано.
– Я не поняла, – нахмурилась Анна. – Ты таким образом решила скрыться от правосудия? Но это глупо, мы с тобой ничего не сделали.
– Эн, что за бред? Не хватало еще, чтобы я от кого-то пряталась. Мы действительно ничего не натворили, просто защищались по мере своих сил. Нет, дорогая моя, у меня совсем другие, далекоидущие планы!
– И какие же?
– Мы ведь решили сами найти преступников?
– Ну да.
– Они меня запомнили в моем вчерашнем виде, а теперь… Посмотри внимательно, я тебе никого не напоминаю? – лукаво прищурилась Марина.
– Постой-постой, и в самом деле кого-то напоминаешь, но кого, не могу вспомнить, – нахмурилась Анна, силясь припомнить, где она уже видела эту гладкую прическу и лукавый прищур. – Какая-то актриса, да?
– Посмотри, – засмеялась Марина, вытаскивая из-за спины фотографию.
– О, так это же та девушка, Надежда, кажется… У бандита был ее снимок, – удивленно произнесла Анна, переводя взгляд с Марины на фотографию.
– Прикольно получилось, правда? – засмеялась Марго.
– Да, сходство есть, у вас даже кофточки одинаковые.
– Именно эта кофточка и подала мне кое-какую идею. Мы действительно похожи?
– Да, только ты моложе выглядишь.
– Надеюсь, на это никто не обратит внимания. Улавливаешь, куда я клоню?
– Нет пока.
– Тогда слушай меня внимательно, подруга… – Марина выложила все, что она придумала, и спросила. – Как тебе мой план?
– Ты думаешь, у нас получится?
– Не вопрос!
– А что мы скажем Веронике и всем остальным?
– Зачем им что-то говорить? В наших интересах сделать все быстро и тихо, а когда такая прорва народу друг у друга под ногами мешается и каждый высказывает свое особое мнение, ничего не выйдет.
– Ты не во всем права, мне думается, – засомневалась Анна. – Одна голова хорошо, а две – лучше.
– Согласна, но когда этих голов целое стадо… – заметила Марго. – Так ты согласна с моим планом или нет? – настойчиво спросила она.
– Мне, если честно, страшновато так рисковать. – Анна передернула плечами.
– У твоей дочери и ее подруг – маленькие дети, не забывай об этом, – привела Марина свой последний аргумент.
– Да, об этом я как-то и не подумала. Хорошо, раз ты считаешь, что это единственно правильный выход, тогда я согласна. Кстати, я хотела спросить почему ты никому не сказала о том, что мы нашли у бандита паспорт?
– Сначала хотела, а потом передумала, – сказала Марго.
– Почему?
– Потому что я уже в тот момент решила, что мы сами должны разбираться в этом деле, оно касается только нас двоих.
– Ты это точно решила?
– Да! – твердо ответила Марина. – Тебе бы тоже не помешало изменить внешность. Твоя фотография имеется у ментов, а нам совсем ни к чему, чтобы тебя неожиданно узнал какой-нибудь чрезмерно бдительный постовой. Бравые ребята из ФСБ уже сегодня запросто могут разослать по постам ГИБДД ориентировку с твоей фотографией. Когда дело касается иностранных граждан, все делается быстро и без проволочек.
– Господи, до чего я докатилась! – вздохнула Анна. – Если бы месяц назад кто-нибудь сказал, что мне придется доказывать свою невиновность, когда я действительно ни в чем не виновата…
– Ты же не захотела идти в милицию, заявила, что мы сами во всем разберемся. Вот и выясним все сами, раз уж решили.
– Как же мы выйдем из дома и на чем уедем, если у нас даже машины нет? Прав у меня, кстати, тоже нет, они остались в моей сумочке, а она в милиции.
– Насчет этого можешь не волноваться. Я позвонила одному приятелю, он приедет сюда часам к пяти утра, будет ждать нас у дороги. Незаметно улизнем из дома, а дальше – дело техники. Я специально сказала Мавру, чтобы он приехал пораньше.
– Мавру? Его так зовут? Маврикий, что ли?
– Да нет, это прозвище, – засмеялась Марина. – Он метис с шоколадным цветом кожи. Огромный такой негритосик, отсюда и прозвище – Мавр, а вообще-то его Игорем зовут. Помнишь у Шекспира – Отелло? Наш Игорек – такой же «шоколадный заяц». Мать у него русская, коренная москвичка, ее русскую кровь разбавили горячей африканской, и получился очень симпатичный экземпляр в лице нашего Маврика.
– Он – твой друг? Надеюсь, ты не собираешься еще раз «разбавить»…
– Нет, он просто мой хороший друг, не более, – засмеялась Марина. – Мы в одной команде карате занимались. У нас вообще была многонациональная команда… Ты со мной?
– Естественно! – категорически заявила Анна. – Который час?
– Четыре утра.
– Я приведу себя в порядок, к пяти буду готова. Только не знаю, как мне изменить внешность, у меня для этого ничего нет, покрасить волосы уже не успею и вообще…
– В городе заедем в магазин и купим тебе парик, не парься, – успокоила ее Марина. – А пока прихвати солнечные очки и какую-нибудь косынку. Оденься попроще, без изысков и костюмов от Шанель. Найди удобную обувь без каблуков. У тебя, кстати, есть деньги?
– Мои кредитки в милиции, но немного есть. Я взгляну, сколько, – ответила Анна и, открыв шкаф, вытащила чемодан. – Надо же, всего тысяча евро, – разочарованно вздохнула она, пересчитав купюры.
Читать бесплатно другие книги:
