Единственный выживший Кунц Дин

– Тогда спроси у знающего человека, – без тени враждебности посоветовала ему Роза.

– Проклятье!!! – Джо внезапно охватил сильнейший гнев, который был таким же иррациональным как и во время его разговора с Барбарой Кристмэн. Впрочем, чем больше он кипятился, тем спокойнее держалась Роза.

– То, что ты испытал, называется синестезией, – пояснила она.

– Как-как?

– Синестезия, – пояснила Роза Такер, и Джо неожиданно увидел перед собой ученого. – Это явление восприятия, когда при раздражении одного определенного органа чувств наряду со специфическими для него ощущениями возникают ощущения, характерные для другого органа.

– Шаманство какое-то…

– Ничего подобного. Например, когда звучит какая-нибудь известная мелодия, ты можешь увидеть определенное сочетание цветов или почувствовать определенный запах. При обычных условиях синестезия встречается достаточно редко, но люди, которые видят эти фотографии, как правило, впадают именно в такое состояние. Кроме того, синестезия хорошо известна мистикам – тем, кто коротко знаком с основами мистического учения.

– Мистикам!.. – Джо едва не сплюнул на пол. – Я не мистик, доктор Такер. Я журналист, во всяком случае, был им. Для меня имеют значение только факты, а не выдумки.

– Синестезия не имеет никакого отношения к религиозному помешательству, если ты это имеешь в виду. Это физиологическое явление, реальность которого подтверждена научными наблюдениями. Кстати, синестезия часто встречается и среди атеистов, так что вопросы веры здесь ни при чем. Многие серьезные ученые, которых никак нельзя назвать фантазерами – настолько крепко они стоят на земле, – считают синестезию одним из атрибутов высшего по сравнению с нашим уровня сознания.

Ее глаза, напоминавшие прежде свежие, прохладные озера, неожиданно стали горячими, словно наполнившись лавой, и Джо, случайно наткнувшись на взгляд Розы. поспешно отвернулся, боясь, что жгучее пламя может охватить и его. Он не знал наверняка, действительно ли он увидел в ней что-нибудь злое или просто хотел увидеть, и от этого его смущение и растерянность возросли еще больше.

– Если бы снимок действительно был обработан контактно-диффузионным наркотиком, – сказала Роза так тихо, как мог бы разговаривать бес-искуситель, – тогда он продолжал бы действовать на тебя даже после того, как ты выпустил фотографию из рук.

Джо ничего не ответил. Его душа пребывала в смятении, а чувства – в беспорядке.

– Как только ты бросил фотографию, эффект сразу исчез. Дело здесь в том, что явление, с которым ты столкнулся, не имеет ничего общего с иллюзиями, вызванными химическими стимуляторами. Оно имеет иную природу и способно утешить человека по-настоящему.

– Где Нина? – требовательно спросил Джо.

Роза снова указала ему на снимок, который все еще лежал на столе, куда Джо уронил его.

– Смотри. Смотри внимательнее, и ты увидишь…

– Ее там нет

– Не бойся.

Гнев и злость на нее, на весь мир вспыхнули в Джо с новой силой. Это было то самое неистовое бешенство, которое так пугало его раньше, но всякий раз Джо удавалось как-то с ним справиться. Теперь же это оказалось выше его сил.

– Где моя Нина, черт побери?!!

– Открой свое сердце, – негромко повторила Роза Такер.

– Чушь собачья!

– Распахни свой разум, Джо.

– Зачем? Чтобы у меня все мозги высыпались? Ты этого от меня хочешь?!.

Роза дала ему несколько секунд, чтобы остыть и совладать со своими эмоциями.

– Я ничего от тебя не хочу, – спокойно сказала она. – Ты спросил, где твоя Нина. Ты хочешь узнать. что стало с твоей семьей. Я дала тебе фотографию. Смотри же!..

Ее воля была настолько сильна, что Джо непроизвольно потянулся к снимку и взял его в руки.

– Вспомни свои ощущения, – словно подталкивая, тихо произнесла Роза. – Пусть они снова войдут в тебя.

Но, как Джо ни старался, странные ощущения не желали возвращаться. Он вертел снимок в руках, водил пальцами по его глянцевой поверхности, но фотография оставалась просто листом бумаги, и он так и не сумел прикоснуться к шероховатому граниту и жесткой траве. Тогда он попробовал призвать ослепительную голубизну, но и она не появилась.

В конце концов он с отвращением швырнул фотографию на стол и сказал с досадой и злобой:

– Бесполезно. Не понимаю, что это на меня нашло… Бессмыслица какая-то!

Роза, чье ангельское терпение раздражало его гораздо сильнее, чем все остальное, сочувственно улыбнулась и протянула ему руку, но Джо не взял ее. Он был бесконечно разочарован ее замашками нового пророка, но вместе с тем Джо казалось, что своей неспособностью еще раз вызвать – хотя бы только в воображении – яркое голубое сияние, он каким-то образом подвел Мишель, Крисси и Нину.

С другой стороны, если все, что пережил Джо, было галлюцинацией, спровоцированной неизвестной разновидностью наркотика или умелым гипнозом, следовательно, оно не могло иметь никакого значения и, заново пережив этот голубой сон наяву, он не смог бы вернуть тех, кто был навсегда для него потерян.

Вопросы, вопросы, вопросы проносились у него в голове с такой скоростью, что Джо никак не мог сосредоточиться ни на одном из них.

– О’кей, – сказала Роза. – Ничего страшного. Настроенной фотографии обычно бывает достаточно, но не всегда.

– Какой фотографии?

– Все в порядке, Джо, не волнуйся. Некоторые люди… такие, как ты… бывают недостаточно чувствительны. В этом случае единственным, что может их убедить, является гальванический контакт.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Я говорю о прикосновении.

– О каком прикосновении?

Вместо ответа Роза взяла со стола фотографию и вгляделась в нее с таким видом, словно она ясно видела на ней что-то, что Джо оказался не способен различить. Если она и была разочарована или раздражена. то не подавала вида – во всяком случае, Джо женщина казалась спокойной и безмятежной, как деревенский пруд безветренным вечером.

Но эта ее сдержанность разъярила его еще больше.

– Где моя Нина?! – выкрикнул он, теряя последние крохи самообладания. – Где она, черт возьми?!

Роза хладнокровно убрала фотографию во внутренний карман своего жакета.

– Выслушай меня, Джо, – сказал она. – И постарайся поверить тому, что я тебе сейчас скажу. Я работала в группе ученых, которые занимались революционными медико-биологическими экспериментами. Во время серии опытов мы по чистой случайности наткнулись на нечто удивительное – такое, что вполне может служить доказательством существования жизни после смерти. Это не выдумка и не фантастика, Джо, это – реальность! Самая настоящая реальность.

– Меня будет трудно убедить в этом, – едко заметил Джо.

Мягкие, убедительные интонации и терпеливое спокойствие Розы резко противоречили его взвинченному тону.

– Эта идея не так уж нелепа и беспочвенна, как тебе кажется, – сказала она, покачав головой. – Новейшие открытия в области молекулярной биологии и некоторых отраслях физики, сделанные за последнее пять-десять лет, довольно недвусмысленно указывают на то, что Вселенная скорее всего была сотворена.

– Ты не ответила на мой вопрос. Я хочу знать, где Нина. Где вы ее спрятали? Зачем вам нужно, чтобы я считал ее мертвой?

И снова лицо Розы не отразило никаких чувств. Джо даже показалось, что сидящая перед ним женщина невероятно, сверхъестественно спокойна.

Ее негромкий, мягкий голос действовал умиротворяюще, и Джо решил изо всех сил противиться этому.

– Если бы наука дала нам возможность убедиться в том, что жизнь после смерти действительно существует, разве не захотел бы ты увидеть доказательства своими собственными глазами? – спросила Роза. – Большинство людей не медля согласились бы на это, даже не задумываясь о том, как подобное знание изменит их самих и их отношение ко всему, что было для них важным. Больше того, этим людям пришлось бы пересмотреть свои взгляды на собственную жизнь и на то, к чему они столько лет стремились. Таким образом, Джо, у любого чуда есть своя оборотная сторона, которая может оказаться не слишком приятной, поэтому я тебя и предупреждаю. Подумай и скажи: захотел бы ты лицезреть истину, способную не только воодушевить, но и испугать, не только подарить радость, но и внушить ужас, – истину настолько же непривычную и странную, насколько она логична и проста?

– Все это пустые разговоры, доктор Такер, – перебил Джо. – Псевдонаучная, псевдорелигиозная болтовня, вроде исцеления с помощью кристаллов, разговоров с духами и зеленых человечков, которые похищают людей и увозят их в своих летающих тарелках.

– И опять ты смотришь, Джо, но не видишь.

Джо, который уже давно смотрел на все окружающее сквозь багровую пелену гнева, неожиданно решил, что ее спокойствие – это просто инструмент, с помощью которого она пытается манипулировать им самим и его чувствами. Сжимая кулаки, он вскочил со стула и наклонился к Розе Такер.

– Что ты везла с собой в самолете? Почему люди из "Текнолоджик" не колеблясь убили триста человек лишь бы остановить тебя?

– Я пытаюсь объяснить тебе…

– Так объясни же!

Роза Такер закрыла глаза и сложила на груди свои изящные коричневые руки, словно давая Джо выговориться, но ее спокойствие только сильнее раздувало костер его ярости.

– Гортон Неллор! – выкрикнул он. – Когда-то это был твой босс! И мой тоже. Какую роль он сыграл во всем этом?

Роза ничего не ответила.

– Почему Лиза, Дельманы, Нора Ваданс и капитан Блейн совершили самоубийство? Почему ты называешь это убийством? Кто эти двое там, наверху? Что все это значит? И где, черт бы вас всех побрал, моя Нина?!!

Очевидно, Джо удалось пробиться сквозь ее безмятежное спокойствие, так как Роза открыла глаза и посмотрела на него с очевидной тревогой.

– Кого ты имеешь в виду? – озабоченно спросила она. – Что это за люди, о которых ты упомянул?

– Два наемных убийцы, которые работают на "Текнолоджик" или на какое-то секроетное правительственное агентство. Мне казалось, ты должна лучше знать, кто они такие.

Роза со странной беспомощностью посмотрела в сторону лифта.

– Ты уверен?

– Я узнал обоих, пока ужинал.

С неожиданным проворством вскочив на ноги, Роза уставилась на низкий потолок банкетного зала. Лицо ее стало серым и вытянулось – точь-в-точь как у капитана потерпевшей аварию подводной лодки, который, чувствуя, как субмарина проваливается все глубже в пучины океана, лихорадочно подсчитывает. сколько сот фунтов давит сейчас на каждый квадратный дюйм обшивки, и с тревогой ждет первых признаков течи.

– Если в ресторане двое, – сказал Джо, – я готов поспорить на что угодно, что остальные ждут снаружи.

– Боже мой… – прошептала Роза.

– Махалия обещала придумать что-нибудь, чтобы незаметно вывести нас отсюда после того, как ресторан закроется.

– Махалия не знает… Нам нужно уходить немедленно.

– Но лифт наверняка уже завален коробками и ящиками, – возразил Джо.

– Я не боюсь ни этих людей, ни их пистолетов и ружей, – мужественно заявила Роза, огибая стол. – Если они придут за нами сюда, я как-нибудь с этим справлюсь. Во всяком случае, Джо, я не имею ничего против того, чтобы умереть от пули. Но им вовсе не обязательно спускаться сюда. Им достаточно знать, что мы где-то здесь, в этом здании, чтобы дистанционировать нас.

– Как-как?

– Дистанционировать, – со страхом повторила Роза Такер, бросаясь к одной из дверей, ведущих на побережье и причал.

– Что это значит – дистанционировать? От чего? – в отчаянии спросил Джо, догоняя ее. – Объясни ты толком!

Дверь была заперта на железный засов и замок с собачкой. В первую очередь Роза потянула засов, и он с лязгом выскочил из гнезда.

– Где Нина? – Джо протянул руку и накрыл ладонью замок, мешая Розе отключить стопорный механизм замка.

– Пусти! – потребовала она.

– Где Нина? – повторил свой вопрос Джо.

– Ради всего святого, Джо!..

За все время это был первый раз, когда Роза Такер показалась ему слабой и уязвимой, но Джо не мог позволить себе быть джентльменом, когда речь шла о его дочери. Он твердо решил воспользоваться ее слабостью, чтобы добиться своего.

– Куда ты спрятала Нину?

– Потом. Джо! Обещаю тебе!

– Сейчас!!!

Откуда-то сверху донесся громкий стук и лязг. Роза негромко ахнула и, отвернувшись от двери, с ужасом поглядела на потолок, словно боялась, что он вот-вот обрушится на них.

Джо тоже прислушался и разобрал голоса, доносящиеся из шахты лифта. Один из них принадлежал Махалии, остальные два или три были мужскими. В природе шума, который раздался чуть раньше, сомневаться тоже не приходилось: Джо был уверен, что наверху кто-то разбирает ящики и отодвигает стеллажи, за которыми была спрятана дверь лифта.

Что последует дальше, предугадать было несложно. Как только двое в кожаных пиджаках узнают, что в ресторане имеется еще один, нижний этаж, они сразу сообразят, что побережье оставлено без присмотра и их жертвы могут попытаться бежать этим путем. Возможно, агенты "Текнолоджик" уже вызвали подкрепление и отправили нескольких своих людей на край сорокафутового обрыва, откуда отлично просматривалась – и простреливалась – береговая линия внизу.

Но, несмотря на опасность, которая грозила ему и Розе, Джо не оставил попыток любой ценой вырвать у нее ответ на свой главный вопрос.

– Где Нина? – свирепо спросил он, скрипя зубами.

– Мертва, – был ответ.

Джо показалось, что Роза совершила над собой насилие, прежде чем сумела произнести это короткое и страшное слово, но он не был расположен жалеть ее.

– Черта с два!

– Пожалуйста, Джо…

Она лгала ему, лгала точно так же, как и все остальные, кто обманывал его на протяжении целого года, и за это он ее ненавидел.

– Черта с два! – повторил он. – Ты врешь. Этого не может быть. Я сам разговаривал с Мерси Илинг. Нина спаслась, она была жива той ночью, и сейчас она тоже жива! Где ты ее прячешь?

– Если они узнают, что мы в этом здании, они смогут дистанционировать нас, – сказала Роза, призвав все свое мужество, но голос ее предательски дрожал. – Как Дельманов. Как Лизу. Как капитана Блейна.

– Отдай мне мою Нину!

Где-то наверху защелкали реле и глухо заурчал мотор лифта.

– Где моя Нина?!

Лампы под потолком банкетного зала заметно потускнели – возможно, из-за того, что мощный электродвигатель отбирал мощность у электрических цепей. Увидев это, Роза глухо вскрикнула от ужаса. В следующее мгновение она толкнула Джо всем телом, словно надеясь сбить его с ног, а когда это не удалось, в отчаянии вцепилась ногтями в его лежащую на замке кисть.

Джо пошатнулся и, зашипев от боли, отдернул руку. Щелкнула собачка,

Роза повернула рукоятку, и дверь отворилась. В зал ворвался свежий, пахнущий солью и йодом морской воздух, а Роза Такер выскользнула в сгустившуюся темноту.

Джо бросился за ней и оказался на деревянном причале двадцати футов в ширину и восьмидесяти футов в длину, большая часть которого перекрывалась нависшим над ним зданием ресторана. Доски настила отзывались на каждый шаг гулким звоном, словно Джо бежал по огромному барабану.

Багрово-алое солнце давно опустилось в свою кровавую могилу где-то далеко на западе, за Японскими островами; небо и океан стали черны, как вороново крыло, и прекрасны, как сама смерть.

Роза Такер, едва различимая в темноте, была уже у лестницы.

Джо последовал за ней и обнаружил два лестничных пролета, по которым можно было спуститься на пляж. Высоты здесь было футов пятнадцать, но Джо не решился прыгнуть, хотя внизу должен был быть мягкий песок.

Темнокожую Розу Такер, одетую к тому же в одежду темных тонов, нелегко было рассмотреть на ступеньках лестницы, и, только когда она побежала по светлому песку, Джо наконец увидел ее.

Обжигая ладони о перила, Джо ринулся вниз по ступенькам.

Пляж в этом месте был больше ста пятидесяти футов шириной, и фосфоресцирующие волны, мерно накатывавшиеся на светлый песок, издавали негромкое монотонное шипение, которое, казалось, доносилось одновременно со всех сторон, словно какое-то призрачное море окружало их слева и справа, позади и впереди. Официально этот участок берега не был открыт для купания или серфинга, и здесь, насколько хватает глаз, не было ни костров, ни фонарей. Только на востоке темное небо было испещрено пятнами гнойно-желтого света, но это было зарево города, которое, хотя и выглядело зловеще-ярким, только мешало Джо. Единственным, что кое-как освещало полосу песка вдоль берега, были окна ресторана высоко на обрыве.

Ни останавливать, ни хватать Розу Такер Джо не собирался. Легко нагнав ее, что было достаточно удивительно, учитывая его физическое состояние, он побежал рядом и даже слегка укоротил шаг, чтобы не опередить ее. Как-никак, Роза была единственной ниточкой, которая связывала его с Ниной, и он должен был быть очень осторожен.

Несомненно, Роза Такер была странной женщиной. Все в душе Джо активно восставало против той мистической чепухи, которую он от нее услышал, а ее неожиданный переход от безмятежного спокойствия к почти сверхъестественному ужасу еще сильнее сбил его с толку. Но главным было не это, а ложь о Нине, которой она пичкала его весь вечер и которая противоречила всем его надеждам и уверенности, что он наконец-то узнает всю правду. Каждый раз, когда Джо задумывался об этом, он в бессильной злобе стискивал зубы, но сделать ничего не мог. Он знал, чувствовал, что отныне их судьбы переплелись слишком тесно, чтобы их можно было разъединить, не повредив ни одному, ни другому… Не повредив Нине, потому что только Роза Такер знала, где ему искать свою младшую дочь.

Когда они миновали угол ресторана, кто-то бросился на них из темноты справа. Нападение было настолько неожиданным, что в первое мгновение Джо даже показалось, что это не человек, а просто тень, большая и быстрая, безликая и опасная – совсем как та жуткая тварь, которая ищет нас в кошмарных снах и гонится за нами по темным коридорам подсознания.

– Берегись! – крикнул Джо, но Роза уже заметила опасность и проворно нырнула в сторону.

Увидев, что тень пытается отрезать от него Розу, Джо прыгнул вперед, но со стороны моря на него неожиданно бросился второй мужчина, которого он не заметил в темноте, и сбил с ног ловкой подсечкой. Он был здоров и тяжел, как полузащитник профессиональной футбольной лиги, и, когда они вдвоем упали на песок, Джо ожидал, что удар собьет ему дыхание, но этого не случилось. Мягкий, рыхлый песок вдалеке от линии прибоя смягчил падение, и Джо, хоть и с трудом, сумел вдохнуть воздух.

Это дало ему возможность защищаться. Джо лягался, размахивал руками и вовсю использовал локти и колени. Должно быть, один из его беспорядочных ударов попал в цель, поскольку вскоре ему удалось выбраться из-под прижавшего его к земле тела и подняться на ноги. Вставая, Джо услышал донесшийся из темноты крик: "Лежать, сука!", и сразу за ним сухо треснул громкий пистолетный выстрел, разнесшийся над темным пляжем словно удар бича.

Джо не хотел думать о том, что это мог быть за выстрел; не хотел думать о Розе Такер, которая, должно быть, лежала на влажном от крови песке с пулей в затылке; он боялся думать о Нине, которая снова – и теперь уже навсегда – была потеряна для него, но он не мог не думать обо всем этом, и эта страшная мысль обожгла его, как раскаленное тавро. Увидев, что его собственный противник с проклятьями поднимается с земли, Джо резко повернулся к нему. Ярость и злоба – те самые неконтролируемые ярость и злоба, которые двадцать лет назад помешали ему продолжить занятия боксом в юниорской лиге и заставили осквернить церковь после смерти отца, – переполняли его. Они превратили Джо в бешеного зверя – хищного, опасного, не знающего жалости и равнодушного к боли, быстрого, как кошка, свирепого и отважного, и поэтому он встретил своего противника так, как будто это он был виноват в том, что Фрэнк Карпентер стал калекой и умер, как будто он свел Донну в могилу непосильным трудом, как будто это он каким-то образом заразил капитана Блейна безумием и заставил его направить самолет к земле.

Не дав противнику выпрямиться, Джо изо всей силы пнул его ногой в пах и, когда тот, взвыв, согнулся от боли, схватил его за уши и резко рванул вниз, выбросив навстречу ему согнутое колено.

Со стороны это, должно быть, выглядело даже изящно, но удар вышел самый сокрушительный. Джо явственно почувствовал, как хрустнул сломанный нос, и ощутил острую боль в колене, которым он выбил врагу несколько зубов. Его противник сразу обмяк и повалился на песок. Как ни странно, сознания он не потерял, и Джо услышал, как здоровый и крепкий мужчина захлебывается кровью и плачет от боли, словно маленький ребенок, но это его не остановило. потому что сейчас он был как дикий зверь – нет, хуже зверя, хуже чем самый неистовый ураган. Вулкан ненависти, ярости и горя продолжит бушевать внутри его, затопляя душу жгучей лавой, и Джо одним прыжком подскочил к упавшему, чтобы переломать ему все кости. Он бил его ногами куда попало и наносил удары такой силы, что они причиняли ему самому почти нестерпимую боль, поскольку – к своему великому сожалению – Джо был обут не в тяжелые ботинки с жестким носком, а в мягкие кроссовки. Стремясь исправить это упущение, Джо попытался нанести врагу удар в горло, чтобы разбить кадык, но промахнулся. Он как раз собирался повторить свой выпад и, наверное, в конце концов убил бы распростертого на песке врага – убил бы, сам того не заметив, – когда сзади на него прыгнул еще кто-то.

Джо упал на песок лицом вниз и остался лежать, прижатый к земле по меньшей мере двумя сотнями фунтов живого веса своего нового противника. С трудом повернув голову и выплюнув набившийся в рот песок, он попытался сбросить врага, но на этот раз сильный толчок сзади и неожиданное падение сбили ему дыхание, а вместе с воздухом, с шумом вырвавшимся из его легких, Джо покинули и силы.

Кроме того, пока он жадно хватал ртом воздух, к его щеке прижалось что-то тупое и прохладное, и Джо догадался, что это может быть, еще до того, как услышал произнесенную вслух угрозу.

– Не дергайся, если не хочешь, чтобы я вышиб тебе мозги, – сказал незнакомец довольно звучным и громким голосом, и Джо без труда распознал решительную интонацию профессионального убийцы. – Я сделаю это с превеликим удовольствием.

Джо поверил ему сразу и прекратил сопротивление. Единственное, за что он продолжал бороться, это за глоток воздуха.

Его безмолвная покорность, однако, не удовлетворила оседлавшего его мужчину.

– Отвечай, ты, сволочь! Хочешь, чтобы я отстрелил тебе башку?

– Нет…

– Не слышу!..

– Нет!

– Будешь паинькой?

– Д-да…

– Смотри у меня!

– Да, да… Хорошо.

– Сучий сын! – злобно выругался тот.

Джо промолчал. Ему удалось более или менее выплюнуть набившийся в рот песок, и он, стараясь дышать как можно глубже, собирался с силами в надежде, что в конце концов ему представится возможность что-нибудь предпринять. Он знал, что его спасение только в хладнокровном и точном расчете, и прилагал неимоверные усилия, чтобы справиться с новым приступом бешенства, который готов был вновь овладеть им.

"Что с Розой?" – подумал он.

Противник, продолжавший прижимать его к земле. тоже дышал тяжело, с присвистом, и Джо, уловив тяжелый чесночный запах, подумал, что ему, по-видимому, тоже нужно перевести дух. Это было кстати. Любая проволочка давала Джо время успокоиться и обдумать свои дальнейшие действия.

"Где Роза, что с ней?"

– Сейчас будем вставать, – сказал мужчина, снова обдав Джо чесночным перегаром и запахом табака. – Я первый. Не вздумай трепыхаться, потому что ты у меня на мушке. Начнешь вставать, когда я тебе скажу, а до тех пор заройся в песок и не дыши. Понял, Карпентер?

В подтверждение своих слов он с такой силой ткнул стволом пистолета в лицо Джо, что его щека болезненно прижалась к зубам, а рот заполнился металлическим привкусом крови.

– Да.

– Я могу пристрелить тебя, когда мне захочется, и мне ничего за это не будет.

– Я буду лежать тихо.

– И никто меня и пальцем не тронет.

– Я, во всяком случае, уже ничего не смогу сделать, как бы мне этого ни хотелось.

– У меня есть полицейский значок.

– Не сомневаюсь.

– Хочешь взглянуть? Я приколю его к твоей нижней губе.

Джо промолчал.

Перед нападением эти люди не стали кричать: "Полиция!", но это вовсе не означало, что они не были настоящими полицейскими. Кем бы они ни были на самом деле, они не хотели поднимать шум и привлекать к себе внимание. Они рассчитывали сделать свое дело быстро и чисто, по возможности не оставив следов, и исчезнуть прежде, чем на побережье появились бы копы из местного полицейского участка, потому что тогда им пришлось бы долго объясняться с местными властями по поводу разграничения полномочий, а в процессе этого разбирательства могли возникнуть неприятные вопросы о том, какую, собственно, правоохранительную структуру они представляют и чьи права охраняют. С другой стороны, если эти люди не состояли непосредственно в штате "Текнолоджик", следовательно, за их спинами стояли федеральные власти. И все же, прежде чем возникнуть из темноты, они не стали представляться ни сотрудниками ФБР, ни АКН «АКН – Администрация по контролю за применением законов о наркотиках», ни АТФ «АТФ (аббревиатура слов "алкоголь, табак, оружие") – Администрация по контролю за оборотом оружия, алкогольных напитков и табачных изделий», так что скорее всего это были оперативники какого-нибудь секретного агентства, финансируемого из тех миллиардов, которые правительство щедрой рукой списывало в счет так называемого "теневого бюджета".

Давящая тяжесть наконец исчезла со спины Джо; его противник встал сначала на одно колено, потом выпрямился и отступил на пару шагов назад.

– Поднимайся!

Вставая с песка, Джо с удовлетворением отметил, что его глаза успели привыкнуть к темноте. Когда две или три минуты назад он выскочил из банкетного зала и побежал вслед за Розой Такер вдоль побережья, ночной мрак казался ему значительно более плотным. Теперь Джо различал окружающее довольно отчетливо, и это было как нельзя кстати, поскольку позволяло ему не только увидеть свой шанс, но и воспользоваться им.

Человека, который держал его на мушке, он, во всяком случае, узнал сразу. Правда, сейчас на нем не было щегольской белой панамы, но сомневаться не приходилось – перед Джо стоял рассказчик с пляжа, человек, которого он видел в самолете и в аэропорту. Его белые брюки, белая рубашка и длинные светлые волосы слабо и зловеще светились в темноте, делая стрелка похожим на разгневанного духа, явившегося неумелому медиуму в самый разгар спиритического сеанса.

Стараясь не делать резких движений, Джо медленно повернул голову и посмотрел на ресторан. В окнах горел свет и виднелись темные силуэты клиентов за столиками, однако им скорее всего не было видно ничего из того, что происходило на ночном берегу.

Первый агент, которого Джо едва не прикончил, все еще валялся на песке поблизости. Он уже перестал плакать – только шипел от боли и, бормоча ругательства, постоянно сплевывал кровь, – и Джо понял, что он тоже приходит в себя.

– Роз!.. – крикнул Джо в темноту.

– Заткнись, – приказал ему Седой и взмахнул пистолетом.

– Роза! – снова крикнул Джо.

– Заткнись, кому говорят!..

За спиной одетого в белое агента неожиданно появился еще один силуэт, приблизившийся совершенно неслышно, поскольку песок надежно заглушал шаги. Поначалу Джо решил, что это – еще один человек "Текнолоджик", и сердце его упало, но новоприбывший сказал спокойно и негромко:

– У меня в руках "дезерт игл" сорок четвертого калибра, и я держу его на расстоянии одного дюйма от твоей головы.

Седой – Джо уже не мог называть его "Панамой" ввиду отсутствия последней – был удивлен внезапным поворотом событий не меньше, чем его пленник; в то же время был настолько ошарашен, что у него даже закружилась голова.

– Ты и сам должен знать, какое это мощное оружие, – спокойно проговорил новоприбывший. – Откровенно говоря, я тебе не завидую. Если мне придется стрелять, то от твоей головы просто ничего не останется.

Удивленный агент "Текнолоджик", все еще светившийся в темноте, но теперь ставший таким же бессильным, как и настоящий призрак, коротко выругался.

– Твой череп превратится в пыль, а мозги улетят так далеко в океан, что их уже никто никогда не найдет, – почти доброжелательно втолковывают незнакомец. – "Дезерт игл" – настоящая карманная гаубица. А теперь брось свою пушку. Подальше.

Седой заколебался.

– Живо!

Стараясь не уронить своего достоинства, светловолосый агент "Текнолоджик" шнырнул свой пистолет к ногам Джо с такой силой, что тот зарылся в песок.

– Возьми его, Джо, – сказал спаситель.

Джо наклонился и поднял оружие. В следующее мгновение он увидел, как незнакомец воспользовался "дезерт иглом" как кастетом. Седой рухнул сначала на колени, потом опустился на четвереньки, но второй удар по голове доконал его. Не издав ни звука, он ткнулся лицом в песок и остался лежать неподвижно.

Спаситель Джо – высокий негр, одетый во все черное, – подошел к потерявшему сознание головорезу и осторожно перевернул его на бок, чтобы он не задохнулся.

Увидев, что его товарищ потерял сознание и не может быть свидетелем его слабости, первый агент позволял себе снова захныкать.

– Пойдем со мной, Джо, – сказал негр.

Джо, на которого "мальчики" Махалии произвели самое приятное впечатление (в том, что негра с пистолетом послала именно она, он не сомневался), спросил:

– Что с Розой? Где она?

– Вон там. Похоже, мы успели вовремя.

Всхлипы и стенания раненого агента разносились над побережьем как жалобы проклятой души, но Джо равнодушно повернулся к нему спиной и поспешил за своим темнокожим спасителем в том же направлении, куда они с Розой бежали перед тем, как на них напали люди "Текнолоджик".

Несмотря на то что глаза его неплохо адаптировались к темноте, Джо едва не упал, споткнувшись о еще одно распростертое на песке тело. Очевидно, это был самый первый из нападавших – тот, кто успел выстрелить.

Роза была совсем недалеко, но она стояла в чернильной тени высокого обрыва, и разглядеть ее было нелегко. Джо, однако, показалось, что, несмотря на тепло августовской ночи, она сильно дрожит, словно ей очень холодно.

Облегчение, охватившее Джо при виде Розы, было таким сильным, что он даже удивился. И дело даже вовсе не в том, что Роза была единственной ниточкой, которая могла привести его к Нине, – он действительно был рад видеть ее живой и невредимой. Еще несколько минут назад Джо страшно злился на нее, разочарованный ее уклончивыми ответами и озадаченный ее странными речами, но, несмотря на все это, он продолжал считать ее особенной женщиной, потому что помнил их первую встречу на кладбище, помнил светившиеся в ее умных глазах бесконечную доброту и сострадание. И сейчас, даже не видя ее как следует. Джо отчетливо и ясно ощущал властное присутствие этой маленькой женщины, ее внутреннюю силу и даже окружавшую ее ауру таинственности и мудрости, и он невольно подумал, что подобные качества были, наверное, свойственны древним святым и знаменитым военачальникам, которым в разные времена удавалось подвигнуть своих последователей на великие жертвы. Стоя здесь, на ночном пустынном берегу, можно было поверить даже в то, что доктор Роза Такер только что вышла из неведомых океанских глубин, чтобы поведать людям сокровенные тайны мироздания.

Рядом с ней стоял второй высокий человек в черной одежде. Он казался просто сгустком тьмы, и только его светлые волосы слегка мерцали в темноте, словно выброшенные на берег фосфоресцирующие водоросли, в которых запутались клочья пены.

– С тобой все в порядке? – спросил Джо, обращаясь к Розе.

– Пожалуй, да… – отозвалась она неуверенно. – Если не считать нескольких ушибов.

– Я слышал выстрел, – заволновался Джо. Ему хотелось дотронуться до нее, но он не был уверен, можно ли это делать. В следующее мгновение, не отдавая себе самому отчета в своих действиях, Джо шагнул вперед и крепко обнял ее обеими руками.

Роза не сдержала стона, и Джо уже готов был выпустить ее, но она обняла его одной рукой за плечи и несильно пожала, давая понять, что благодарна ему за это проявление заботы и участия.

– Со мной все О’кей, Джо. Все будет в порядке.

От ресторана, от самой кромки обрыва, донеслись громкие мужские голоса. Слов Джо не разобрал, но зато он услышал, как из темноты слабо отозвался, зовя на помощь, искалеченный им агент.

– Пора убираться отсюда, – сказал блондин. – Они сейчас будут здесь.

– А вы, собственно, кто такие? – спросила Роза.

– Разве это не приятели нашей Махалии? – удивился Джо.

– Нет. – Роза покачала головой. – Я вижу их впервые в жизни.

– Меня зовут Марк, – вмешался блондин. – А это… – он указал на негра, – Джошуа.

Чернокожий спаситель Джо пробурчал что-то, что прозвучало как: "Мы оба из ФОБСа"…

– Будь я проклята! – ахнула Роза.

– Что-что? Кто? – переспросил Джо встревоженно.

– Все в порядке, Джо, – успокоила его Роза Такер. – Признаться, я удивлена, хотя удивляться тут, наверное, нечему.

– Как мне кажется, мы сражаемся по одну сторону баррикады, доктор Такер, – сказал Джошуа. – Во всяком случае, у нас один и тот же враг.

Откуда-то издалека – сначала не слышнее ударов сердца, а потом все громче и громче, словно грохот копыт гигантского невидимого коня, – донесся шум вертолетных винтов.