500 великих загадок истории Николаев Николай

Вибрации и мистерии Александра Скрябина

Жизнь гениев всегда необычна. Александр Скрябин родился под самое Рождество, в 2 ч. дня 25 декабря 1871 г. по старому стилю – под праздник, знаменующий приход в мир Силы, преобразующей его. Мистицизм этого праздника, его сверхзадачу Скрябин «носил в себе» с детских лет. Его не увлекали игры и проказы, и, хотя он чисто по-детски забрасывал взрослых вопросами о смысле всего сущего, ответами не удовлетворялся, выказывая в рассуждениях недетскую продуманность. Он был равнодушен к любым игрушкам, раздаривая их сверстникам все, кроме музыкальных.

Музыкой маленький Скрябин буквально заразился после первого посещения итальянской оперы, изводя свою тетку вопросами о каждом инструменте в оркестре, об их предназначении. Пяти лет он уже играл на рояле обеими руками. Талант музыканта однажды объединился с любовью к механике. Впервые посетив музыкальный магазин, мальчик загорелся желанием изготовлять рояли собственноручно! Получив в подарок ящичек с маленькими столярными инструментами, Саша начал выпиливать лобзиком деки и ножки. Он смастерил около десяти роялей, последний был просто совершенством: около полуаршина длиной, с проволочными струнами разной толщины. Дека поднималась, и даже пюпитр выдвигался, была и педаль!

Уже в том возрасте Скрябин начал постигать, что музыка – это творящая энергия, способная воздействовать на окружающую жизнь, на порядок вещей. Нужно лишь найти ключи, позволяющие открывать двери тайн мироздания.

В 27 лет Скрябин – преподаватель Московской консерватории. Свои «нетипичные», «странные» воззрения о природе музыки он перенес и на уроки. В 1900 г. Скрябин создает свою первую симфонию, как бы приветствуя в ней рождение нового тысячелетия. 11 ноября она была исполнена в зале Дворянского собрания. Учитель Скрябина, Василий Ильич Сафонов, явился на репетицию, потрясая партитурой: «Вот новая Библия!»

В первой же симфонии Скрябин обнаружил способность буквально завораживать слушателя и в особенности музыкантов. Даже разруганные критиками части произведения оркестранты назовут своими любимейшими.

Тогда же композитор увлекся идеями Ницше и, по свидетельству близких, буквально бредил сверхчеловеком. Закончив Четвертую сонату, он ощутил, что вплотную подошел к тайной завесе музыкального искусства.

Он начал на деле овладевать «мантрами», способными изменять человеческое сознание и, следовательно, материальную сторону его феноменов – физический мир. Ведь известно, что определенные звуковые сигналы способны воздействовать на материальные объекты. В Южной Франции некий духовой оркестр репетировал вблизи старинного замка. Трубач, «разогреваясь», взял странную пронзительную ноту – и замок развалился, как карточный домик!

В 1904 г. Скрябин задумывает еще более грандиозное произведение – «Божественную поэму», по замыслу призванную показать эволюцию Духа. В третьей части «Наслаждение» Дух преодолевает оковы чувственной материи и достигает в теме «Божественная игра» полного освобождения.

Но Скрябина переполняют более высокие идеи – создать сверхмузыкальное произведение «Мистерия», которое должно преобразовать жизнь на Земле. «У меня есть мечта создать такую мистерию. Для нее надо построить особый храм – может быть, здесь, а может быть, далеко отсюда, в Индии. Храм я вижу сферическим, меняющим очертания, с текучими формами, колоннами из фимиама… Танцы и шествия в нем будут сочетаться с симфониями ароматов, музыки и цветных лучей… Семь дней мистерии означали бы миллионы лет космической эволюции, а в конце седьмого дня должен наступить Момент Истины – вселенский экстаз, уничтожающий бытие и проявленный мир… Но человечество еще не готово для этого. Надо проповедовать ему, надо повести его по новым путям». Сферический храм «Последнего Свершения» был, по сути, пространственно-временным порталом перехода в иные миры, измерения, не соприкасающиеся с нашей реальностью, а Скрябин – высшим магом, способным ощущать иные миры и вознамерившимся научить этому других людей.

Скрябин прилежно изучал философию и теософию, собственноручно перевел с французского «Тайную доктрину» Е. Блаватской. Работая над «Мистерией», он решил, что выполняет волю Белой Иерархии Махатм, так как видел в своей музыке большое сходство с космическими законами, содержащимися в восточных эзотерических учениях.

«Нужно понять, – учил композитор, – что материал, из которого создана Вселенная, есть (наше) воображение, (наша) творческая мысль, (наше) хотение, а потому нет в смысле материала никакой разницы между тем состоянием нашего сознания, которое мы называем камнем, который мы держим в руке, и другим, называемым мечтой». Частоту вибраций мира можно видоизменять другими вибрациями – музыкальными, создавая собственный ритмический рисунок Вселенной. «Мистерия», будь она сочинена и исполнена, – к какому «космическому резонансу» привела бы?..

Александр Николаевич скончался 14 апреля 1915 г. после скоротечной и очень странной болезни – от опухоли на губе, после неудачной операции.

За несколько дней до смерти Скрябин говорил о великих катаклизмах, которые неизбежно надвигаются. А перед самым уходом близкие услышали от него: «Так, значит, конец… Но это же катастрофа!»

Материал М. Штерна

Материал А. Дьяченко

Загадки Врубеля

Загадки неповторимой индивидуальности выдающегося художника Михаила Александровича Врубеля продолжают волновать умы искусствоведов и психологов. Из-за того, что живописец не оставил личных архивов, почти не вел дневников, многое в его жизни надо домысливать и восстанавливать по крупицам… За 96лет, которые минули со дня смерти Врубеля, так и не удалось разгадать многие тайны его великих полотен.

Будущий живописец родился в Омске в 1856 г. Его отец – военный юрист – был поляком. Мальчик с детства любил рисовать, но судьба распорядилась так, что вначале юноша закончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета и лишь после этого поступил в Императорскую академию художеств.

Больше всего на свете его влекли сказки и мифы – Врубель вообще был человеком, далеким от реальной жизни, неспособным решать бытовые проблемы, человеком медитативного склада и переносил на бумагу и холст свои видения… Некоторые изображенные художником формы напоминают кристаллы. Кристаллическими кажутся сирень, деревья и даже лица людей. Чувствуется, что кристаллы как природное явление очень привлекали Врубеля.

Магия Врубеля объясняется не только его попытками имитировать структуру кристаллов. В начале XX в. в Европе распространилось увлечение так называемым гейзингом – рассматриванием изделий из хрусталя с целью увидеть там заранее заданный сюжет. Людей, обладавших умением предсказывать события по хрусталю, разглядеть сцены будущего в слое стекла, называли гейзерами. Очевидно, Врубель знал об этом интересном явлении, ибо во многих его рисунках и картинах действительность словно увидена сквозь хрусталь или толстое стекло. Причем в мутноватой толще появляются главным образом фантастические образы. Картина «Жемчужина», полная тайн и мистических откровений, стала реакцией Врубеля на сверхъестественные явления, о которых тогда много писали. И хотя перед нами совсем не кристалл, а перламутровая раковина, видения, которые возникают в толще перламутра, напоминают о картинах, описанных гейзерами под впечатлением рассматривания кусков хрусталя и стекла.

М.Н. Врубель. Автопортрет

После окончания Академии художеств его стала манить фресковая живопись. Живя в Киеве, Врубель работал также над фресками для знаменитой Кирилловской церкви – церкви, которая целиком была задумана в стиле «модерн». Здесь манера художника оказалась «к месту», особенно удачным получился образ Богоматери. Важнейшая часть врубелевского наследия связана с поэмой М. Лермонтова «Демон»… Современники отмечали, что врубелевский Демон – это не столько гений зла, сколько воплощение страдания. Врубель, сам будучи в жизни страдальцем и мучеником, очень глубоко понимал суть лермонтовской поэмы. Считается, что живописец отразил в картинах собственный опыт медитации, когда художник сам чувствовал себя Демоном. Однако насколько автобиографичен этот образ?

Характер самого Врубеля вполне можно назвать демоническим. Он был вспыльчив и иногда резок с коллегами. Однако за внешней резкостью скрывалась нежная и ранимая душа. В начале 1900-х гг. в жизнь художника ворвалась тяжелая душевная болезнь. Последние годы жизни он провел в психиатрической лечебнице. Врачи-психиатры обычно дают художникам возможность творить в больнице, к тому же Михаила Александровича курировал доктор Усольцев, который относился к нему с величайшим почтением. Но Врубелю-пациенту не пришлось брать в руки кисть: в 1905 г. он ослеп и не смог работать. Врубель скончался в 1910 г., который считали роковым для русской культуры. Ушли из жизни Лев Толстой, Вера Комиссаржевская и Михаил Врубель. Врубеля высоко ценили в зарубежных странах. Например, в Италии его творчество знали лучше и изучали полнее, чем, например, творчество Репина. Хорошо знают знаменитого символиста и на исторической родине его отца – в Польше.

Но отношение к живописцу в советской России было очень сложным. В начале 1920-х гг. в Москве был утвержден спорный по своему содержанию «ленинский план монументальной пропаганды», по которому следовало увековечить в скульптурных бюстах выдающихся деятелей российской и мировой культуры. В перечне художников, которых предстояло увековечить, было и имя Врубеля. Однако памятника «демоническому художнику» так и не появилось. Более того, в советских учебных заведениях ругали символизм, школьникам внушали, что это достояние «горстки эстетов».

Лишь в начале 1960-х гг. – в эпоху оттепели – началось своеобразное возвращение широкому читателю имени Врубеля. Начали появляться книги и статьи о художнике, сборники его писем и документов, касающихся его творчества. Но долгое время почти никто не решался писать о мистической направленности творчества Врубеля…

Гудини: жизнь и смерть человека-легенды

В наши дни найдется не так уж много людей, которые никогда в жизни не слыхали этого имени – Гарри Гудини. Куда больше тех, кто суверенностью скажет: а, это великий американский иллюзионист, «мастер освобождения», человек, проходивший сквозь стены, умевший дышать под водой и выбиравшийся даже из могилы. Львиная доля трюков Гудини по сей день остается неразгаданной. Секрет его успеха люди объясняют по-разному: кто говорит, что Гудини был чудовищно везучим, кто – что он обладал сверхъестественными способностями.

Гудини всегда отрицал наличие у себя хоть каких-нибудь необыкновенных, экстрасенсорных способностей. Он только эксплуатировал образ сверхчеловека.

Главный секрет его успеха заключается в том, что Гудини был трудоголиком.

А вот особой везучестью он не отличался. Даже наоборот. И блестящие легенды о себе он придумывал сам, резонно рассудив, что славы много не бывает.

Настоящее имя Гарри Гудини – Эрих Вайс. Он родился в Венгрии, в Будапеште, пятым ребенком в дружном семействе прекрасно образованного и благочестивого человека – раввина Самюэля Вайса. Точная дата рождения Эриха Вайса осталась неизвестной; некоторые его биографы полагают, что 24 марта. Сам Гудини отмечал день рождения 6 апреля – потому что так делала его матушка.

Вскоре после его рождения семейство эмигрировало в Америку, страну больших возможностей и религиозной свободы. Он уже в девять лет, будучи подмастерьем слесаря, изучил конструкции всех замков и превзошел своих учителей. Да и выступать он начал с девяти лет: в балагане, где подбирал с пола разбросанные булавки – подбирал веками, будучи подвешен вверх ногами. Английский язык будущий Гудини учил на улице – и впоследствии его произношение вызывало не только нарекания импресарио, но и недобрый смех публики. Кто знает, не объяснялись ли неудачи первых лет и этим тоже? Так или иначе, но Гудини совершенно не умел, как сказали бы в наше время, презентовать себя и работать на публику. Ему даже в голову не приходило, что это – необходимые навыки для артиста.

Эрих Вайс устроился раскройщиком на галстучную фабрику, когда ему было около 16-ти. Его лучшим приятелем стал такой же молодой рабочий Джек Хейман, и с этого момента начинается поворот в биографии Эриха Вайса. Джек Хейман обучил Эриха нескольким простым фокусам. Движимый неукротимым тщеславием, Эрих немедленно попробовал силы на сцене. Но Эрих не понял главного: в номере важно не проявить ловкость, а поразить воображение публики. Зрителя нужно сначала убедить, что предложенная задача практически непосильна, и уж точно нельзя ее решить за считанные секунды.

Другим знаковым событием стала случайно приобретенная книга – воспоминания французского иллюзиониста Робера Гудэна. Зачитываясь ею, Эрих Вайс думал: если провинциальному приказчику удалось подняться до вершин славы, то почему это не получится у него? Надо лишь трудиться. А трудиться он умел. Книга произвела столь сильное впечатление, что Эрих Вайс в качестве псевдонима берет фамилию Гудэн, немного видоизменив ее. А имя Гарри он взял в честь великого Гарри Келлара, своего предшественника по части трюков с освобождением.

….Ему было 20, ей – 16. Матушка Гарри (доктор Вайс к тому времени скончался) невестку приняла если и не как дочь, то весьма любезно. Мисс Ранер происходила из хорошей семьи – ее отчим был сыном раввина.

С этого момента «Братьев Гудини» не существовало, Гарри выступал с женой. И хрупкая женщина с неиссякаемым терпением сносила все тяготы и лишения гастрольной жизни, верила в грядущий успех Гарри, не жаловалась – хотя ее здоровье оставляло желать лучшего – и никогда не упрекала мужа, что он загубил ее юность.

Словом, если Гудини в чем-то и повезло, так в том, что он женился на идеальной спутнице для гения.

Потянулись мрачные годы. Супруги Гудини трудились как пчелки, но усилия оказывались бесплодными…

Событием, определившим его жизнь, стал визит к медиуму.

В ту эпоху спиритизмом увлекался весь мир. Впоследствии он использует многие чисто сценические приемы медиумов в своих выступлениях. Использует двояко – и как фокусник, и как разоблачитель. Гудини позаимствовал спиритические театральные эффекты – и устраивал целые лекции, объясняя слушателям, какие уловки пускают в ход медиумы, чтобы одурачить клиента.

В последние годы жизни противостояние Гудини и медиумов дошло до крайности. В мире не было, казалось, ни одного медиума, который не плевался бы, услышав имя фокусника. Гудини получал письма с недвусмысленными угрозами, но воспринимал их в свойственной ему манере – как вызов – и упорствовал еще пуще. Он даже участвовал в обсуждении законопроекта, который перевел бы всю оккультную деятельность в разряд преступной. Законопроект провалился, поскольку вместе с оккультизмом он запрещал деятельность всех зарегистрированных церквей.

Вскоре после провала этого законопроекта погиб и Гудини.

Жизненный путь Гудини круто повернул на «полдень», когда ему исполнилось 26. Отчаявшись добиться успеха в Америке, Гудини по примеру многих отправился искать счастья в Старый Свет. Он едва-едва наскреб денег на билеты для себя и жены и на английский берег сошел без гроша, зато с амбициями.

Тут ему повезло второй раз. Он встретил молодого и деятельного англичанина Гарри Дэя. Тот стал менеджером Гудини и наконец снял с фокусника непосильную задачу саморекламы.

Приевшиеся в Америке трюки с наручниками настолько пришлись по сердцу англичанам, что Гудини мигом стал гвоздем сезона. А его традиционный визит в полицию с предложением запереть в камеру потряс публику. Ведь Гудини сумел убежать не откуда-то, а из Скотланд-Ярда!

Гудини подходил к 40-летнему рубежу. Ему на пятки наступали конкуренты.

И тогда Гудини решил переквалифицироваться из циркача в киноартиста. В своих фильмах он выступал одновременно как продюсер, сценарист, режиссер, постановщик трюков и главный герой. Но кино не принесло ему ни славы, ни денег, и Гудини вернулся к испытанному ремеслу.

…Смерть Гудини выглядит загадочно. Некий поклонник Гудини попросил разрешения зайти в гримерку к артисту вместе с другом. Друг был чемпионом колледжа по боксу, он слыхал, будто Гудини умеет выдерживать любые удары в корпус выше талии без вреда для себя. Конечно, он захотел испытать стойкость «сверхчеловека». Гудини никогда не отказывался принять вызов, от кого бы он ни исходил. В минуту, когда студент расспрашивал его, Гудини лежал на кушетке; приняв вызов, фокусник начал подниматься, но студент, не дожидаясь, нанес ему сильный удар в живот. Гудини согнулся от боли, но взял себя в руки, распрямился и сказал: «Попробуй теперь, я готов». И тут от боли взвыл уже студент, ударив словно в кирпичную стену.

Два дня после этого Гудини давал концерты. Когда он приехал в Детройт, очередной гастрольный пункт, его прямо с поезда отправили на больничную койку. Диагноз был крайне неутешителен: разрыв аппендикса и острый перитонит. Ему сделали операцию, дали некую только что изобретенную сыворотку. В тот же день Гудини, признавшись брату, что устал бороться, скончался.

Гудини сгубил имидж. Его сгубил образ сверхчеловека, которому все нипочем. Перед ним стоял нелегкий выбор: или притворяться, что здоров, сохраняя образ ценой жизни, или сдаться – и выжить физически, но умереть для сцены.

Гудини предпочел умереть, чтобы остаться легендой.

Материал С. Прокопчик

Александр Стеффен, сын Ленина

По свидетельствам людей, близко знавших Владимира Ильича, он производил магнетическое впечатление на женщин. Сам же отзывался о дамах иронично: «Никогда не встречал ни одной женщины, которая умела бы делать три вещи: читать “Капитал ’’Карла Маркса, играть в шахматы и разбираться в железнодорожном путеводителе».

Со своей будущей женой, Надеждой Константиновной, Ленин познакомился в 1894 г. в Петербурге на одной из революционных сходок. Через три года его отправили в ссылку в село Шушенское Красноярского края, лежащее на берегу Енисея, в 60 км к югу от Минусинска. Крупская последовала за ним.

В конце 1909-го или в начале 1910 г. Ленин и Крупская познакомились в Париже с Инессой Арманд. Дочь актера Стеффена, она родилась в этом городе в 1874 г., но рано лишилась отца и воспитывалась в Москве в семье фабрикантов Арманд, впоследствии вышла замуж за одного из них, А.Е. Арманда. Член Коммунистической партии с 1904 г., Инесса (она же Елизавета Федоровна) активно участвовала в революции 1905–1907 гг., ее неоднократно арестовывали и отправляли в ссылку. Несколько лет жила в эмиграции, в частности, на своей родине, в Париже.

Ленин сразу же ей увлекся. Она являла собой полную противоположность застенчивой и фригидной Крупской, к тому же была на пять лет младше ее. Инесса имела пятерых детей от двух скоротечных браков, пару любовников, прекрасно вела домашнее хозяйство и при этом оставалась душой любого общества. С Крупской Ленину было уютно, но безнадежно скучно. С Инессой он открыл мир, полный страсти и наслаждения. Казалось, их отношения закончатся свадьбой, но Крупская вдруг серьезно заболела. Ленин сделал выбор в пользу больной супруги.

После Февральской революции 1917 г. Арманд возвратилась в Москву, участвовала в подготовке московского вооруженного восстания. С 1918 г. занимала ряд ответственных постов в административном и партийном руководстве Москвы.

В 1920 г. Инесса Арманд умерла от холеры. Узнав об этом, Ленин упал в обморок. Похоронили Инессу на Красной площади. Среди множества венков на свежей могиле выделялся один – из белых цветов с черной лентой: «Инессе от Ленина». На похоронах любимой женщины его вели под руки. Именно после этого здоровье вождя заметно пошатнулось и стало неуклонно ухудшаться.

Известно, что тайны великих мира сего, как правило, уходят вместе с ними. Но иногда они возвращаются. Россиянам наверняка интересно узнать о том, что в Германии знают почти все школьники. Так, в учебниках истории для учеников восьмых классов, в главе, посвященной Владимиру Ульянову (Ленину), говорится о некоем Александре Стеффене, единственном сыне вождя революции и шестом ребенке Инессы Арманд, урожденной Стеффен.

В 1998 г. журналист Арнольд Беспо разыскал в Берлине 85-летнего Александра Владимировича. Преклонный возраст этого человека не располагал к длительной беседе, но герр Стеффен все же согласился дать журналисту небольшое интервью. Вот что он рассказал о себе.

«Я родился в 1913 г., через семь месяцев после рождения меня пристроили в семью одного австрийского коммуниста. Там я и рос вплоть до 1928 г., когда неизвестные люди забрали меня, посадили на пароход в Гавре, и я оказался в Америке. Думаю, что это были люди Сталина, которые, скорее всего, хотели в будущем использовать меня в пропагандистских целях. Но, видимо, не получилось…О своих родителях знаю от матери. Весной 1920 года, незадолго до своей смерти, она побывала в Зальцбурге. Рассказала об отце, привезла письмо из своего личного архива, написанное Владимиру Ильичу в Париже в 1913 г., и попросила сохранить его на память».

Александр Владимирович любезно разрешил опубликовать отрывок из письма Инессы Арманд Владимиру Ульянову, который жил в ту пору в Польше, в Кракове.

«…Глядя на хорошо знакомые места, я ясно сознавала, как никогда раньше, какое большое место ты еще здесь, в Париже, занимал в моей жизни, что почти вся деятельность здесь, в Париже, была тысячью нитей связана с мыслью о тебе. Я тогда совсем не была влюблена в тебя, но и тогда я тебя очень любила. Я бы и сейчас обошлась без поцелуев, только бы видеть тебя, иногда говорить с тобой было бы радостью, – и это никому не могло бы причинить боль. Зачем было меня этого лишать?..»

Материал В. Ильина

Кто убил Колчака?

Десятилетиями господствовало мнение, что расстрел А.В. Колчака, бывшего Верховного правителя России, без суда и следствия был решен Иркутским революционным комитетом. Иногда упоминалось о согласовании «акта возмездия» с Реввоенсоветом 5-й армии.

Не так давно один из советских авторов привел документ, свидетельствующий о том, что приказ расстрелять Колчака иркутским партийно-советским властям отдал председатель Ревсовета 5-й армии И.Н. Смирнов. Считалось, что те хотели сохранить жизнь находившегося под арестом в Иркутской губернской тюрьме бывшего Верховного правителя России А.В. Колчака, дабы впоследствии предать его суду.

На Западе уже более 20 лет известна телеграмма Ленина председателю Революционного совета 5-й армии, председателю Сибирского ревкома И.Н. Смирнову. Впервые этот документ был опубликован в Париже составителем двухтомного издания «Бумаги Троцкого» Ю.Г. Фелыптинским. Вот его содержание:

«Шифром.

Склянскому: Пошлите Смирнову (РВС 5) шифровку: Не распространяйте никаких вестей о Колчаке, не печатайте ровно ничего, а после занятия нами Иркутска пришлите строго официальную телеграмму с разъяснением, что местные власти до нашего прихода поступали так и так под влиянием угрозы Каппеля и опасности белогвардейских заговоров в Иркутске.

Ленин.

Подпись тоже шифром.

1. Беретесь ли сделать архи-надежно?

2. Где Тухачевский?

3. Как дела на Кав. фронте?

4. В Крыму?

(написано рукой тов. Ленина).

Январь 1920 г.

Верно.

(Из архива тов. Склянского)»

Мы видим, что телеграммой документ называть не вполне правомерно. По существу, это записка заместителю председателя Реввоенсовета республики Э.М. Склянскому с текстом для телеграммы и рядом вопросов.

Председатель РВС 5-й армии И.Н. Смирнов в воспоминаниях писал, что еще во время пребывания в Красноярске (с середины января 1920 г.) получил шифрованное распоряжение Ленина, «в котором он решительно приказал Колчака не расстреливать», ибо тот подлежит суду.

А.В. Колчак

Смирнов утверждал, что на основе этого распоряжения штаб авангардной дивизии направил телеграмму в Иркутск на имя А.А. Ширямова. Текст телеграммы сохранился и датирован 23 января. Телеграмма гласит: «Реввоенсовет 5-й армии приказал адмирала Колчака содержать под арестом с принятием исключительных мер стратегии и сохранения его жизни и передачи его командованию регулярных советских красных войск, применив расстрел лишь в случае невозможности удержать Колчака в своих руках для передачи Советской власти Российской республики. Станция Юрты, 23 января 1920 г. Начдив 30-й Лапин, военком Невельсон, за начдива Голубых».

Как видим, телеграммой штаба 30-й дивизии расстрел Колчака не запрещался.

Другая телеграмма – Смирнова, посланная 26 января Ленину и Троцкому: «В Иркутске власть безболезненно перешла к Комитету коммунистов… Сегодня ночью дан по радио приказ Иркутскому штабу коммунистов (с курьером подтвердил его), чтобы Колчака в случае опасности вывезли на север от Иркутска, если не удастся спасти его от чехов, то расстрелять в тюрьме».

Вряд ли возможно, что такое указание Смирнов мог дать без санкции не только партийного центра, но и лично Ленина. Вопрос был архиважным.

Пожелай Ленин на деле сохранить жизнь Колчаку, он прислал бы телеграмму иного содержания, действительно запрещающую расправу. Здесь же он совершенно недвусмысленно одобряет намерения Смирнова. Ленина беспокоит только то, как бы тень за бессудебную расправу над Колчаком в глазах общества не пала на него или на кремлевское руководство.

В телеграмме речь идет об «угрозе Каппеля». Но главнокомандующий остатками колчаковской армии генерал-лейтенант В.О. Каппель умер еще 26 января. До этого он отморозил ноги, их ампутировали, после чего он скончался от воспаления легких. В командование войсками вступил генерал-лейтенант С.Н. Войцеховский.

В приписке к тексту телеграммы Ленин спрашивает у Склянского о делах на Кавказском фронте и о том, где находится М.Н. Тухачевский.

24 января 1920 г. Тухачевский был назначен временно исполняющим обязанности командующего войсками Кавказского фронта. В штаб Кавказского фронта, находившийся в Саратове, он прибыл только 3 февраля.

Лишь с 4 февраля 1920 г. его имя появилось в каждодневных сводках. Значит, в дни, предшествующие 7 февраля, вождь точно знал о местонахождении и действиях командарма.

То есть в наших поисках мы снова выходим на дни, когда Лениным была получена телеграмма И.Н. Смирнова – конец января, на которую следовало отреагировать соответствующим образом.

Комментарии к ленинской записке, как мы полагаем, – Л.Д. Троцкого, датирование ее январем никоим образом не могут игнорироваться. Троцкий был в курсе подготовки расстрела Колчака.

Итак, телеграмма составлена не после 7 февраля, даже не в начале этого месяца, а в январе, очевидно, в конце 20-х чисел.

В начале января Колчак еще находился в пути, не был ни арестован, ни доставлен в Иркутск. В это время в Иркутске только что пришел к власти эсероменьшевистский политический центр. До захвата его коммунистами оставались недели.

Итак, совершенно очевидно, что И.Н. Смирнов имел установку на расстрел А.В. Колчака непосредственно от В.И. Ленина. И он выбрал момент – выход белогвардейцев к Иркутску – и направил Иркутскому Совету телеграмму: «Ввиду движения каппелевских отрядов на Иркутск и неустойчивого положения Советской власти в Иркутске настоящим приказываю вам: находящихся в заключении у вас адмирала Колчака, председателя Совета министров Пепеляева с получением сего немедленно расстрелять. Об исполнении доложить».

Что касается требований Ленина о «непечатании ровно ничего» о расстреле Колчака, о присылке после вступления в Иркутск Красной Армии «строго официальной телеграммы с разъяснением, что местные власти до нашего прихода поступали так и так», то оно в главном было выполнено. По запросу из Москвы Сибирский ревком во главе с И.Н. Смирновым 3 марта сообщил об обстоятельствах расстрела, естественно, сваливая все на иркутские власти и опасность белых войск.

Но, видимо, перед расстрелом Смирнов должным образом не проинструктировал иркутских руководителей, чтобы до прихода Красной Армии о Колчаке ничего не сообщать в прессе. Или, наоборот, все было согласовано, и публикация только способствовала камуфляжу? Во всяком случае, текст «Постановления № 27» ревкома о расстреле и его мотивах был опубликован незамедлительно – уже 8 февраля. И пошла гулять по свету версия, что Колчак был расстрелян по инициативе и решению Иркутского ревкома. В это поверили и белые. Но, как говорится, тайное в конце концов всегда становится явным. Так и в данном случае. В вопросе о том, кем, где и когда было принято решение о расстреле А.В. Колчака, кто приказал и кто исполнил этот приказ, полагаем, можно поставить точку.

По материалам И. Плотникова, доктора исторических наук

Пуля для комбрига Котовского

Фигура Григория Котовского весьма противоречивая, во многом даже одиозная. Котовский тем не менее превосходно вписался в то непростое время, в котором ему довелось жить. Лихой разбойник до переломного Октября, без зазрения совести грабивший толстосумов и раздававший свою долю добычи – не все в отряде были столь бескорыстны – беднякам, он, когда грянула Гражданская, стал лихим красным командиром.

Душной августовской ночью 1925 г. в военном совхозе Чебанка под Одессой прогремели два выстрела. Вторым, если верить официальной версии, был наповал сражен герой Гражданской войны Григорий Котовский. Стрельба разразилась рядом с дачей, где семья Григория Ивановича проводила отпуск. Позже экспертиза определила, что пуля малокалиберного пистолета пробила аорту. Это сразу вызвало определенные сомнения: человек мощного телосложения (силушке Котовского дивились многие) при таком характере ранения агонизировал бы еще некоторое время. А тут мгновенная смерть.

Уже через несколько часов после трагедии был задержан предполагаемый убийца – Майер Зайдер, фуражир кавалерийского корпуса, в который незадолго до случившегося была преобразована бригада Котовского. Котовский неожиданно для всех приблизил его к себе летом 19-го. В царские времена Зайдер, известный в воровских кругах содержатель публичного дома под кличкой Майорчик, несколько раз прятал у себя Котовского от жандармов. В ту роковую ночь Майера Зайдера в Чебанке видели многие… Когда Майера арестовали прямо на проселочной дороге, он шел как ни в чем не бывало из Чебанки в Одессу. После судебного разбирательства, проведенного по горячим следам, Майорчика судили за обычное бытовое преступление, совершенное на любовной почве. Мол, у комбрига была интрижка с женой Зайдера, который в отместку и порешил соперника. На суде Майорчик всячески подыгрывал следствию, утверждал даже, что, убивая любовника супруги, будто и не знал, что стреляет в Котовского. И судьи за убийство в состоянии аффекта дали Майорчику 10 лет тюрьмы.

Г.И. Котовский

Но Майорчик даже свою «законную» десятку не отсидел – через два года его освободили по амнистии в связи с десятилетием Октябрьской революции и отправили из Одессы от греха подальше.

Освободившись, Зайдер обосновался в Харькове, где работал сцепщиком вагонов на станции. Спустя два года его нашли мертвым на задних путях. Майорчика задушили, а тело положили на рельсы, чтобы имитировать несчастный случай, но поезд опоздал. У многих котовцев осталась в памяти церемония прощания с комбригом: гроб с телом, выставленный на всеобщее обозрение, на подушечках два ордена Красного Знамени, почетное революционное оружие, кандалы… На голове комбрига рядом с правым ухом зияет глубокая рана. Ее даже запечатлели фотографии, впоследствии куда-то самым таинственным образом исчезнувшие. Разве могла эта рана образоваться от прямого попадания… в сердце?

Многие очевидцы события утверждали, например, что выстрелов в ту роковую ночь было не два. Что погиб комбриг не у дачи, а на пляже в Лузановке, где прилег Котовский отдохнуть, возвращаясь со встречи с детьми из пионерского лагеря. На берегу моря и прогремел первый, ставший смертельным, выстрел. А у дачи была лишь имитация убийства. Потому-то могучий комбриг и не агонизировал от пули.

По горячим следам эту версию почему-то отвергли. А спустя годы проверить ее уже не было возможности – важнейшие свидетельства происшедшего оказались утрачены. И главное – исчезло тело Котовского. В 1941 г. румынские оккупационные власти распорядились взорвать усыпальницу. А саркофаг с прахом был вывезен в неизвестном направлении.

Утрачено и сердце комбрига. Пробитое, по официальной версии, малокалиберной пулей, оно, заспиртованное в специальной колбе, хранилось вместе с другими экспонатами на кафедре судебной медицины Одесского мединститута, о чем поведал в свое время недавно ушедший из жизни ее заведующий Анатолий Фадеев. Сын героя, ведущий сотрудник Института востоковедения Российской академии наук 78-летний Григорий Григорьевич Котовский говорит, что еще в 1936 г. Тухачевский сообщил Ольге Петровне, что убийство Котовского было политическим. Маршал ссылался на вышедшую в Варшаве книгу, в которой якобы утверждалось, что Котовского убила советская власть.

Григорий Григорьевич в 1969 г. нашел эту книгу в Варшавском университете. В ней действительно доказывалось, что Котовского убили большевики, поскольку он был человеком прямым и независимым, обладал огромной популярностью в народе и мог в случае чего повести за собой не только воинские подразделения, но и население Правобережной Украины.

Более серьезным основанием полагать, что власть причастна к смерти отца, Григорий Григорьевич считает озабоченность тогдашнего советского руководства дружбой Котовского с Михаилом Васильевичем Фрунзе. Легендарные военачальники сблизились в 1922 г. А уже в 1925-м Фрунзе принял решение назначить отца, вспоминал сын комбрига, своим заместителем – Нарком-военмора и председателя Реввоенсовета. Однако перевести Котовского в Москву Фрунзе не успел. Всем понятно, что тандем прославленных полководцев мог бы существенно изменить расстановку политических сил в стране, где в те годы между Сталиным и Троцким шла отчаянная борьба за власть.

Фрунзе официальную версию смерти друга воспринял с недоверием и затребовал материалы по этому делу. Но увидеть их не успел, поскольку вскоре и сам погиб…

Если проанализировать ситуацию периода гибели Котовского, невольно напрашивается вывод, что сразу после Гражданской войны в стране начался отстрел «неуправляемых». Первым не менее загадочным образом погиб легендарный Камо (Тер-Петросян) – до революции самый отчаянный боевик в партии большевиков. В 1922 г. он попал в Тифлисе под колеса автомобиля. Котовский, выходит, был вторым. Вскоре не стало и Фрунзе. А за ними последуют и многие другие.

По материалам А. Тхорова

Анархия батьки Махно

26 октября 1889 г. в селе Гуляйполе Александровского уезда Екатеринославской губернии в крестьянской семье Ивана Родионовича и Евдокии Матвеевны родился сын Нестор. Мать с отцом, конечно, не предполагали, что их чадо станет одной из замечательных личностей российской истории. Впрочем, получить реальное представление о деятельности Махно мы смогли только в последние годы.

Отец Нестора умер рано. На руках Евдокии Матвеевны остались пятеро детей, поэтому Махно пришлось много работать еще мальчишкой. Был подпаском, маляром. Чуть повзрослев, поступил чернорабочим на чугунолитейный завод. В 1905 г. участвовал в забастовках. Энергичный и бесшабашный Нестор примкнул к террористам, которые называли себя анархистами. Его привлекло непонятное слово «экспроприация», что оказалось обыкновенным грабежом. В 1910 г. Махно был арестован и приговорен к смертной казни через повешение. Не одни сутки Нестор промаялся в камере смертников, находился в постоянном напряжении: ну, когда, когда… Террористов помиловали: заменили смертную казнь заключением в Бутырской тюрьме. На свободу, которую он обрел в первые дни Февральской революции, Махно выходит уже убежденным анархистом. Он не усомнился в своем выборе даже после встречи с Лениным. Наоборот, он очень быстро понял, что большевики обманули народ. Как написал батька в своих «Воспоминаниях», партия Ленина «оседлала революцию», всеми средствами стараясь остаться у власти. Махно видел цели 17-го г. в другом.

Н.И. Махно

12 марта 1917 г. Нестор вернулся в Гуляйполе. Здесь он начал создавать свою «черную гвардию». Первый отряд состоял из 60 человек, наводивших ужас на местных богатеев. Но представлять Махно бессердечным убийцей, ни во что не ставящим человеческую жизнь, было бы преувеличением. Тому есть подтверждения. Махно вообще до определенного момента выступал против террора. Некоторые оценки в «Воспоминаниях» Махно выглядят настоящим откровением: «Уже теперь, говорил я друзьям, видно, что свободой пользуется не народ, а партии. Не партии будут служить народу, а народ – партиям. Уже теперь мы замечаем, что во многих случаях в делах народа упоминается лишь его имя, а вершат дела партии. Народ знает лишь одно – слушать, что правители ему говорят!»

С осени 1917 г. в районе Гуляйполя возникает ряд сельскохозяйственных коммун. Четыре из них организовывал непосредственно Махно. Каждая коммуна насчитывала 100–300 человек, в нее входил примерно десяток крестьянских семей. Земли брали ровно столько, сколько могли обработать. Орудия труда и «животина» распределялись «всем миром», для чего существовали районные съезды земельных комитетов. От работы никто не увиливал. Кстати, и сам Нестор Махно участвовал во всех сельскохозяйственных работах. Руководителей у коммун не было – все рядовые. Стратегические направления ведения хозяйства вырабатывались общими совещаниями.

Коммуны просуществовали недолго и были разогнаны Красной Армией. Тогда Махно взялся за оружие. Для защиты «своей» анархии он создал хорошо организованную, мобильную армию, которую недруги боялись и называли «бандой».

Большинство крестьян Гуляйпольского района было на стороне махновцев. Они защищали и от немцев, оккупировавших часть Украины, и от петлюровцев, и от белых, и от красных. Доставалось от повстанческой армии всем. Неудивительно, что на Махно началась настоящая охота.

В июне 1920 г. в расположение махновцев ЧК послала двух убийц: Федора Глущенко и Якова Костюхина по кличке Яшка Дурной. Но авторитет Махно был так велик, что в последний момент Глущенко одумался и пришел к «батьке» с повинной. Яшку Дурного обезоружили.

Входя в село или город, большевики брали заложников и расстреливали их, как «сочувствовавших бандитам». По самым скромным подсчетам, на Украине таким образом погибли около 200 тыс. крестьян и рабочих. Действия красных только увеличивали число сочувствовавших Махно.

В районе села Большая Михайловка атаман с 30 бойцами был окружен спецотрядом, в котором насчитывалось около тысячи штыков. Со словами «вот здесь-то мы и должны умереть…» Нестор Иванович повел «хлопцев» в атаку. Они не только прорвались, но и разгромили спецотряд. После этого случая все партизаны (они себя и так именовали) решили звать Махно батькой.

Кстати, Деникин обещал награду в полмиллиона рублей тому, кто убьет Махно. «Премию» не удалось получить никому.

Успехи повстанческой армии не были случайными. Махно обладал незаурядным полководческим талантом. В лучшие времена его войско состояло из нескольких прекрасно организованных полков кавалерии и пехоты. Причем пехотинцы передвигались на тачанках (это не просто телега, а легкий рессорный экипаж). Это позволяло армии делать по 60–70 верст в день, а когда нужно, и 100. Поэтому удары всегда были для противника внезапными. Можно смело сказать, что махновская пехота – прообраз современных моторизованных частей. В течение лета 1920 г. махновцы дважды вступали в бой с частями белых. Но в тыл им наносила удар Красная Армия. Махно понял: при борьбе на два фронта его полки будут разбиты, поэтому пошел на союз, предложенный большевиками.

Сколько было описаний того, как мужественные красноармейцы осенней ночью форсировали Сиваш. Но оказывается, через «холодные воды Сиваша» переправлялись не «красные герои», а «бандиты батьки Махно». Переправа шла под ураганным обстрелом со стороны противника и стоила больших жертв. Однако упорство и смелость наступавших обратили врангелевцев в бегство. Тогда Семен Каретник, командующий крымской армией махновцев, направил все свои части на Симферополь, который и был взят. Одновременно с этим красными частями был взят Перекоп.

20 ноября 1920 г. появляется приказ командующего Южным фронтом Фрунзе. Суть в следующем: Врангель разбит, следовательно, задача партизанской армией выполнена, и она подлежит расформированию. Последняя «охота» на Махно окончилась неудачей. Батьке с 78-ю бойцами удалось уйти в Румынию, затем Нестор Иванович вместе с женой Галиной Кузьменко перебрался в Польшу, где местные власти определили супругов в концлагерь. Советской России их не выдали.

После суда Махно был освобожден. Поселился в городе Таруне. 14 апреля 1924 г. в газетах промелькнуло сообщение, что Махно предпринял попытку самоубийства. Дальнейшие сведения о его судьбе отрывочны: перебрался в Германию, затем в Париж, где прожил 10 лет. Жена работала прачкой, батька занялся литературным трудом. Умер Махно в 1934 г. Галину Кузьменко в 1945-м вывезли в СССР, и она прошла «все круги ада» сталинских лагерей.

Материал М. Ершова

Золотая голова на плахе

Восемьдесят с лишним лет прошло с той декабрьской ночи, когда трагически оборвалась жизнь Сергея Есенина. Но до сих пор четкого ответа на вопрос: «Что же произошло в пятом номере гостиницы “Англетер "»? – никто не дал.

Сергей Есенин приехал в Ленинград 24 декабря и устроился в гостиницу по протекции журналиста Георгия Устинова, который проживал здесь с женой. Как только друзья поэта узнали, что он в Ленинграде, в его номере постоянно собиралась компания из нескольких человек. Вольф Эрлих даже оставался ночевать. По приезде Есенин угостил друзей двумя полубутылками шампанского. 27 декабря на несколько человек было выпито 5–6 бутылок пива. Других алкогольных напитков у Есенина не было. Сам он приехал без денег, а у друзей деньги водились крайне редко. Да и по случаю Рождества спиртные напитки в Ленинграде не продавались. Никаких конфликтных ситуаций или скандалов у Есенина в эти дни не было. Никто не отмечает, что видел у Есенина на лице или теле следы побоев. Следовательно, телесные повреждения поэту были причинены после вечера 27 декабря.

Поэт Вс. Рождественский писал, что гибель Есенина была для него полной неожиданностью. В то утро было холодно. В помещении Союза поэтов не топили. Он видел, как П. Медведев взял телефонную трубку (кто звонил в Союз поэтов?), как исказилось его лицо от страшного известия. Рождественский и Медведев тут же побежали в «Англетер».

«Прямо против порога, несколько наискосок, лежало на ковре судорожно вытянутое тело. Правая рука была слегка поднята и окостенела в непривычном изгибе. Распухшее лицо было страшным – в нем ничто уже не напоминало прежнего Сергея. Только знакомая легкая желтизна волос по-прежнему косо закрывала лоб». П. Медведев так описал увиденный труп поэта: «…Как сейчас вижу это судорожно вытянувшееся тело. Волосы, уже не льняные, не золотистые, а матовые, пепельно-серые, стоят дыбом. На лице нечеловеческая скорбь и ужас». Таким образом, понятые Рождественский, Медведев и Фроман увидели труп только на полу. А между тем они подписали акт (протокол) и тем самым подтверждали, что тело поэта висело под потолком, что веревка не имела затяжной петли, что труп висел лицом к трубе и т. д.

Подписывая акт, трое литераторов были, видимо, так потрясены случившимся, что не обратил внимания на такие «мелочи», как то, что Есенин завязал порезанной рукой веревку на вертикальной трубе под самым потолком и ни одна капля крови не упала ему на лицо, рубашку, брюки. А как вообще дотянулся низкорослый поэт до высоты 3 м 80 см? И где он взял веревку? И почему веревка без петли не съехала вниз по трубе?

…В номер прибежал выдающийся русский художник В. Сварог, сделавший моментальный рисунок лежащего на полу трупа. На этом рисунке вся одежда на Есенине в беспорядке, расстегнуты и слегка спущены брюки, «американские» подтяжки не на месте, рубашка растрепана. Патологоанатом Гиляревский отметил наличие в желудке покойного около 300 см³ пищевой смеси, издающей нерезкий запах вина. Известно, что последний раз Есенин употреблял пищу не позднее 6 ч вечера. Пища была легкоусвояемая. Наличие пищевой смеси в желудке свидетельствует, что смерть наступила не позже 8 ч. вечера 27 декабря. От 20 ч. 30 мин. до 23-х ч.

Кто же установил факт самоубийства? Какой следователь провел расследование и пришел к этому выводу? Кто первым произнес это слово – самоубийство? Первыми это сделали газетчики и враги Есенина. Еще не имея на руках решения следственных органов и заключения экспертов. Распространяли явную ложь. Был пущен слух, что Есенин английский шпион и покончил жизнь самоубийством из-за боязни быть разоблаченным.

Сергей Есенин и Айседора Дункан. 1920-е гг.

В 1927 г. художник В. Сварог конфиденциально делился своими впечатлениями о происшедшем в номере гостиницы:

«Сначала была “удавка” – правой рукой Есенин пытался ослабить ее, так рука и закоченела в судороге. Голова была на подлокотнике дивана, когда Есенина ударили выше переносицы рукояткой нагана. Потом его закатали в ковер и хотели спустить с балкона, за углом ждала машина. Легче было похитить. Но балконная дверь не открылась достаточно широко, оставили труп у балкона, на холоде. Пили, курили; вся эта грязь осталась… Почему я думаю, что закатали в ковер? Когда рисовал, заметил множество мельчайших соринок на брюках и несколько в волосах… пытались выпрямить руки и полосонули бритвой “Жилетт” по сухожилию правой руки, эти порезы были видны… Сняли пиджак, помятый и порезанный, сунули ценные вещи в карманы и все потом унесли…» Однажды выдающийся врач Казимир Маркович Дубровский в разговоре с известными художниками рассказал некоторые подробности гибели Есенина. В декабре 1925 г. он, тогда молодой медик «скорой помощи» Ленинграда, выезжал в гостиницу и лично вынимал из петли труп поэта. По его мнению, Есенин был убит…

В ходе своего расследования я получил письменные показания научного сотрудника ленинградского Эрмитажа В. Головко. Он до войны учился в техникуме, и ему преподаватель В. Шилов перед отправкой на фронт доверительно рассказал следующую историю. За день до смерти поэта он договорился с Есениным о встрече. Поэт пригласил его к себе в номер. В назначенный час вечером Шилов подошел к двери и постучался. Ему не открыли. Он решил дождаться в вестибюле и увидел, что из номера Есенина вышли двое мужчин, закрыли за собой дверь на ключ и направились к выходу, где их ждал автомобиль. На следующий день все узнали о «самоубийстве» поэта.

Для установления подлинных обстоятельств гибели поэта необходимо ознакомить исследователей с шифротелеграммами ленинградского обкома партии и ГПУ, переданными ими в Москву 28 декабря.

А продолжать расследование трагической гибели поэта сегодня еще более необходимо. Мне удалось установить, что против него возбуждалось в советское время 12 уголовных дел, значительная часть которых не что иное, как провокация, желание ВЧК-ГПУ расправиться с поэтом «законным путем».

Частное расследование Эдуарда Хлысталова

Выстрел в сердце был точен

Не так-то просто попасть прямо в сердце. Надо хорошо знать, где оно расположено. А тут с первого выстрела – наповал. По свидетельству Полонской, когда она вбежала в комнату после выстрела, Маяковский был еще жив и даже что-то пытался сказать. Потом лицо на глазах стало смертельно бледным. Полонская не видела, как стрелял Маяковский, а может быть, не видела, «кто» стрелял, но умер поэт у нее на глазах.

Следователь, снимавший показания Полонской, был срочно отстранен от дела, а затем без объяснения причин расстрелян. Заметим, что на дворе стоял не 1937 г., а еще только 1930-й. Автобиография Маяковского заканчивается 1928 г. Черным по белому написано: «Пишу поэму “Плохо”». Где же она? Маяковский не сжигал свои рукописи, как Гоголь.

Поэтам лучше подальше от власти и от политики. Власть не перехитришь, в игре с дьяволом всегда побеждает дьявол. Пуля Дантеса прервала жизнь Пушкина в 37 лет. Чья пуля прервала в 37 лет жизнь Маяковского, пока неизвестно. Ясно лишь, что руководил операцией опытный агент ЧК Агранов. Такими же специалистами по тайным терактам были Волович, Горб и особенно странная фигура – Лев Эльберт, участник похищения и убийства генерала Кутепова. Бриков неожиданно услали за границу, Маяковского так же неожиданно не пустили, и на квартире в Гендриковом переулке стал «маячить» Эльберт. Маяковский, конечно, знает, что обложили его со всех сторон. Чего стоит мрачная шутка за утренним чаем, когда поэт предлагает послать за границу Маяковского с заданием физически устранить какого-то политического деятеля. Шутка с довольно мрачным подтекстом. Здесь и намек на то, что Маяковского не пустили с Бриками в зарубежную поездку, и недвусмысленное напоминание, что поэт знает о его основной профессии – похищения и террор.

Владимир Маяковский и Лиля Брик

Маяковского хоронил чекист Агранов. Если нет прямых доказательств о причастности Лубянки к гибели поэта, то нет ни малейшего сомнения в активнейшей деятельности Агранова по заметанию каких-то следов во время похорон. К удивлению друзей и близких, похороны поручили возглавить не писателю, не поэту или, хотя бы для приличия, какому-нибудь партийному боссу, а малоизвестному широкой общественности агенту ЧК.

Художница Лавинская вспоминает, что видела в его руках снимок мертвого поэта «распростертого, как распятого, на полу с раскинутыми руками и ногами и широко раскрытым в отчаянном крике ртом». «Я оцепенела в ужасе, – пишет Лавинская, – ничего общего не было в позе, лице фотографии с тем спокойным спящим Маяковским, которого я впервые увидела на Гендриковом. Больше эту фотографию я никогда не видела».

Вместо этого снимка появился позднее другой. Поэт благообразно лежит на диване, лицом вверх, слегка запрокинув голову набок. Первый снимок исчез бесследно.

«Я самый счастливый человек на свете и должен застрелиться», – сказал поэт незадолго до рокового выстрела. Обратите внимание на слово «должен». К удивлению Маяковского, в самый разгар травли вокруг него ему передают от Лубянки огнестрельное оружие. Удивленный поэт отсылает оружие обратно: но ему мягко и настойчиво возвращают оружие с мотивировкой, что так положено.

Маяковский не агент ЧК и не член Коммунистической партии, ему оружие не положено.

Знал ли Маяковский о том, что готовится? Конечно же знал. «Баню» с постановки сняли, приказали вырвать все портреты поэта из уже готового тиража. Многие замечали, что Маяковский стал какой-то странный. Слишком прямолинейные, слишком лояльные агитки и высказывания в адрес властей никак не вязались ни с текстами его настоящих стихов, ни с его упорным нежеланием вступать в партию. Даже в поэме «Владимир Ильич Ленин», продолжавшей традицию царетворческой оды XVIII в., Маяковский в полном соответствии с той же традицией нашел возможность вставить строки против деспотизма и обожествления власти.

Мысль о самоубийстве Маяковскому внушалась на фоне ожесточенной травли. При этом поэт очень плохо себя чувствовал. А что если чаи с чекистами были отнюдь не безвредными. Психотропными средствами обработки ЧК по-настоящему овладело к моменту показательных процессов 37-го, когда жертвы наговаривали на себя бог знает что, и со стороны это выглядело убедительно даже для Лиона Фейхтвангера.

Ясно, что обилие странных специалистов на квартире Маяковского в последние дни и даже часы его жизни не может быть результатом простой случайности.

Я не знаю, нажал ли поэт на курок или помогли нажать.

Причина гибели Маяковского в его поэзии. Он хотел подчинить себя социализму; но поэзия никому и ничему не подчиняется, «все сто томов партийных книжек» уйдут в историю, а «простое как мычание» останется навсегда.

Смерть Маяковского оказалась очень важным событием XX в. Возможно, что выстрел в сердце поэта возвестил начало сталинского террора и геноцида русской интеллигенции.

По материалам К. Кедрова

Загадка смерти «Буревестника революции»

В конце сентября 1935 г. Алексей Максимович Горький приехал из Москвы в Крым, в Тессели. Рядом с ним был только один близкий ему человек – Олимпиада Дмитриевна Черткова (Липа).

Алексей Максимович уже давно «под колпаком» у власти. В Крыму же он практически в полной изоляции. Даже

Крючков, его многолетний секретарь и бессменный осведомитель Лубянки, остался в Москве. Сталин и глава НКВД Генрих Ягода перестали отвечать на письма писателя.

Казалось бы, теперь он стал власти неинтересен. Однако всего полгода назад его не пустили в Париж на Международный конгресс писателей в защиту культуры. А в Тессели он по-прежнему был окружен сотрудниками НКВД в форме и в штатском. К Горькому почти никого не допускали, вся его корреспонденция просматривалась.

Но вот в конце мая 1936 г. заболели гриппом Марфа и Дарья, две его любимые внучки, оставшиеся в Москве. У Алексея Максимовича появился предлог вырваться из крымского заточения. Он немедленно выехал в Москву. А 1 июня он серьезно заболел. Диагноз – грипп, а дальше – крупозное воспаление легких и сердечная недостаточность…

Лечили и консультировали писателя 17 (!) самых известных врачей из Москвы и Ленинграда. Но больному становилось все хуже. «Правда» с 6 июня 1936 г. начала публиковать бюллетени о здоровье Горького.

8 июня врачи признали его состояние критическим. И тут раздался звонок из Кремля. Сообщили, что в Горки едут Сталин, Молотов и Ворошилов. Черткова (она была акушеркой) на свой страх и риск ввела Алексею Максимовичу очень большую дозу камфары. «Результат оказался ошеломительным, – пишет Аркадий Ваксберг в своей книге “Гибель Буревестника”, – Сталин ожидал увидеть если еще не труп, то уже умирающего, а увидел писателя, к которому явно вернулась жизнь». Горький не пожелал говорить о своей болезни – перевел разговор на «текущие дела»: об издании «Истории гражданской войны», «Истории двух пятилеток»… Сталин потребовал вина, и трое «вождей», выпив за здоровье «великого пролетарского писателя», отбыли в Москву.

И.В. Сталин, В.М. Молотов и К.Е. Ворошилов у постели больного Горького. С картины В. Ефанова. 1944 г.

К 16 июня наступило настолько очевидное улучшение, что врачи решили: кризис миновал. Но в ночь на 17-е вдруг, без всякого видимого повода, ситуация резко изменилась. Горький начал задыхаться, пульс делал невероятные скачки, температура то сильно поднималась, то внезапно падала, губы посинели…

Медицинские документы – история болезни, заключение о смерти, судебно-медицинская «экспертиза» на процессе «врачей-убийц» 1938 г., ретроспективная экспертиза 1990 г. и другие – полны противоречий и не отвечают на главный вопрос, от чего же, собственно, Горький умер. Всю жизнь его лечили от туберкулеза легких, но эта болезнь вообще не отмечена в заключении патологоанатома И.В. Давыдовского.

В медицинском заключении говорится о какой-то «тяжелой инфекции», от которой якобы наступила смерть, а в акте вскрытия – об «острой инфекции», хотя медики прекрасно знали, что инфекции «вообще» – ни тяжелой, ни острой, ни легкой – не существует, а есть конкретные, притом различные инфекции, порождающие ту или иную болезнь.

Недавно стало известно, что за эти две с лишним трагические недели в Горках один за другим заболели люди из обслуживающего персонала: комендант, его жена, повар – всего семь человек, и каждому был поставлен один и тот же диагноз – ангина. У всех были симптомы, похожие на те, что отмечались у Горького. Никакого контакта с ним эти люди не имели, заразиться от него не могли, а близкие, постоянно общавшиеся с писателем, ничем не заболели. Остается предположить, что источником заражения была пища, которую готовили для Горького и которую могли есть и заболевшие. Подобную картину болезни могла вызвать сыворотка из смеси пневмококков и стафилококков.

Еще в 1933–1934 гг. Генрих Ягода, в прошлом фармацевт, организовал в недрах ОГПУ-НКВД секретную лабораторию по производству ядов для устранения «врагов народа» сначала за границей, а затем и внутри страны. На Лубянке создавались специальные яды, приводящие к моментальной или быстрой смерти с имитацией симптомов других болезней. Складывается впечатление, что, дав толчок болезни Горького, инициаторы понадеялись на ее естественный ход, поскольку измученный множеством всяких недугов организм писателя был действительно очень ослаблен. Но резервные силы организма, воля Горького к жизни начали побеждать болезнь. Когда это стало очевидным (скорее всего – 16 июня), болезни решили «помочь»…

Отметим еще некоторые, почти мистические странности этих драматических дней. Алексей Максимович заболел, как уже говорилось, 1 июня, а «профессор-философ» Юдин, он же секретарь Союза писателей и негласный сотрудник НКВД, еще 31 мая говорил своим знакомым, что Горький смертельно болен и надежды на то, что он выживет, нет никакой.

Вряд ли болезнь и смерть писателя были «организованы» Генрихом Ягодой по собственной инициативе. Подобную самодеятельность в отношении крупных фигур Сталин не терпел. Значит, распоряжение убить Горького отдал сам Сталин. Но почему? Какую опасность представлял для него Горький в 1936 г.?

«То, что он мог дать Сталину, он уже дал, – пишет Ваксберг. – Мертвый Горький автоматически превращался в союзника, за живого никто поручиться не мог. Его дружба с Бухариным была очевидной, дружба со Сталиным – воображаемой. Горького надо было скорее канонизировать, объявить лучшим сталинским другом, советским святым, и сделать это раньше, чем он мог что-нибудь натворить, поставив под сомнение такую возможность».

Аркадий Ваксберг излагает и другой, более конкретный мотив этого преступления. В 1935–1936 гг. готовилась новая, «сталинская», конституция. Часть оппозиционно настроенной советской научной и творческой интеллигенции, и прежде всего Максим Горький, выдвинула идею создания так называемой партии беспартийных, или «Союза интеллигентов», который мог бы выступить на выборах в советский парламент отдельным списком, а в дальнейшем «конструктивно помогать» правящей партии – ВКП(б).

Предполагалось, что список кандидатов в депутаты от этой партии возглавят А.М. Горький, академики И.П. Павлов, А.П. Карпинский (президент АН СССР) и В.И. Вернадский. Павлов и Карпинский были известны своим неприятием советского партократического режима. Павлов открыто говорил, что ежели то, что делают большевики с Россией, – это эксперимент, то для такого эксперимента он пожалел бы предоставить даже лягушку…

Максим Горький стремился гуманизировать власть, пытался «перевоспитать» сначала Ленина, а затем Сталина. Конечно, из этого ничего не могло выйти. Но Горький думал иначе. Ради этой иллюзорной цели он шел на многие жертвы, компромиссы, перешагивал через собственные нравственные принципы, и в результате потерял свободу, а потом и жизнь.

Кровавый романтик Яков Блюмкин

Страницы: «« « ... 3738394041424344 » »»