Лисандра Кудрявцев Леонид

— Совершенно верно, — подтвердил джинн. — Вовсе я не собираюсь кому бы то ни было их сообщать.

— Итак, — сказал крысиный король, — первым делом ты должен пожелать узнать условия, по которым загадывают желания. Понимаешь? Только глупец пытается играть в игру, не зная всех ее правил.

Немного подумав, Аббас сказал:

— Что ж, это резонно. Однако тратить одно желание из трех…

— Все равно придется, — закончил крысиный король.

Аббас махнул рукой и возвестил:

— Хорошо, пусть будет по-твоему. Итак, джинн, слушай первое желание…

— Еще одну секундочку, — промолвил крысиный король, — ты не забыл, что я являюсь твоим советником?

— И что?

— Смогу ли я дать тебе мудрый совет, если не буду знать правил, по которым исполняются желания?

— Хорошо. Тут ты тоже прав, — сказал Аббас. — Итак, джинн, слушай мое первое желание.

— Я весь внимание, — учтиво произнес джинн.

— Первым делом я хочу, чтобы мне и моему советнику, крысиному королю, стали известны правила, согласно которым исполняются желания.

— У тебя очень хитроумный советник, — сказал джинн.

— Я позаботился об этом, — промолвил Аббас. — Не говорит ли это о моей мудрости?

— Безусловно. Я бы даже сказал — мудрости, совершенно не свойственной обычному человеку.

Аббас самодовольно улыбнулся и произнес:

— Так как с желанием?

— Я не могу его не удовлетворить.

Джинн взмахнул руками, и тотчас Аббаса, а также крысиного короля на мгновение окутал туман цвета серебра.

Некоторое время после этого рыкающий лев Сиреневой пустыни и его советник сидели неподвижно. Потом Аббас тихо сказал:

— А… как… почему их столько?

— Потому что их именно столько, — учтиво пояснил джинн.

— Но для того, чтобы их осмыслить, понадобится очень много времени.

— Разве время имеет какое-то значение для того, кто способен совершать настоящие чудеса? Конечно, в пределах двух оставшихся желаний. Впрочем, если вы пожелаете, я могу сделать так, что и ты, и твой советник усвоите и осмыслите эти правила буквально за одну минуту. Правда, на это придется потратить еще одно желание.

— Не надо, — быстро сказал крысиный король. — Вот этого не надо. Я уже усвоил кое-что, и этого вполне достаточно для того, чтобы увидеть существующие в правилах пробелы.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Аббас.

— Разве ты сам не заметил? Вслед за правилом номер 227 следует правило 256. Почему? Джинн нас обманул, не выполнив твоего желания в полной мере.

— Нет выполнил, — возмущенно сказал джинн. — Просто правила, начиная с 228-го и вплоть до 255-го, являются дополнительными и касаются обстоятельств, при которых клиент высказывает желание, исполнение которого допускает возможность его превращения в джинна. Как я уже сказал, эти правила дополнительные и никак не влияют на исполнение желания, поскольку касаются всего лишь возможности использовать для этого определенный способ. А насколько я помню, вы хотели всего лишь знать правила исполнения желаний. Однако при этом вы не изъявили намерения знать все правила, в том числе и дополнительные.

— Это обман, — заявил Аббас. — Гнусный и мерзкий.

— Отнюдь, — с достоинством промолвил джинн. — Сообщая свое желание, ты должен был произнести слово «все». В таком случае мне пришлось бы сообщить действительно все правила.

— Он прав, — мрачно сказал крысиный король. — С первым желанием мы слегка дали маху.

— Слегка? — возмутился Аббас. — Почему ты не посоветовал мне добавить слово «все»? Ты мой советчик и должен был это сделать.

— Для того чтобы дать правильный совет, я должен был знать хоть что-то о правилах исполнения желаний. Давая тебе первый совет, я не знал о них ничего. Конечно, если не считать того, что с джиннами связываться не стоит. Но этим советом ты пренебрег.

— Хорошо, — сурово произнес Аббас. — Теперь ты кое-что знаешь. Каков будет твой второй совет?

Крысиный король усмехнулся:

— Сообщить джинну второе желание и узнать эти дополнительные правила.

— Ты смеешься? — разозлился Аббас.

— Нет. Я очень серьезен. Неужели ты думаешь, будто играешь в бирюльки? Если так, то позволь тебе напомнить о том, что сейчас на кону достаточно серьезная ставка.

— Моя жизнь?

— Я бы так не сказал. Скорее — твоя свобода. Неужели тебе улыбается провести пару тысяч лет в медной лампе, поджидая еще одного идиота, желающего сыграть с джинном в игру под названием «три желания»?

— Но джинн сказал, что эти правила касаются всего лишь возможности исполнения моих желаний путем превращения меня в раба лампы.

— А ты думаешь, он не воспользуется хотя бы малейшей возможностью это проделать?

— Гм… Джинн, это правда? — спросил Аббас.

— Правда, — подтвердил джинн. — Честно говоря, последние несколько тысяч лет меня все настойчивее одолевает желание как-то изменить свою жизнь. И вообще мой дом мне несколько прискучил. Я бы хотел сменить его на другой.

Аббас скрипнул зубами.

— Но если я узнаю эти проклятые дополнения, у меня останется всего одно желание.

— Зато у тебя будет гарантия, что ты не угодишь в лампу, — напомнил крысиный король.

Вполголоса пробормотав что-то на незнакомом языке, скорее всего ругательство, Аббас заявил:

— Ладно, пусть будет так. У меня останется одно желание, но зато оно исполнится в точности.

— Вот это разумно, — поддакнул крысиный король. — Кстати, загадывая второе желание, не забудь вставить фразу: «…а также не только знать все эти правила, но и в полной мере понимать систему их применения». Это сэкономит нам время.

— Хорошо, — буркнул Аббас. — Пусть будет так.

Он сообщил джинну второе желание, не забыв о словах крысиного короля. На этот раз окутавшее их облачко оказалось золотистого цвета. После того как оно рассеялось, крысиный король и Аббас опять некоторое время сидели неподвижно, видимо, усваивая полученную информацию.

Наконец рыкающий лев Сиреневой пустыни ударил себя ладонью по лбу и воскликнул:

— Но это же невозможно!

— И тем не менее, — вкрадчиво промолвил джинн, — так оно и есть.

— Но в таком случае…

— Все верно, — заверил джинн.

— Однако, согласно этим дополнительным правилам, получается, что любое загаданное мной желание, касающееся реальных действий, может быть выполнено лишь только при условии, что я превращусь в джинна.

— Конечно.

— А если у меня осталось одно желание…

— То ты можешь его мне сообщить. И поскольку тебе больше нечего узнавать о правилах исполнения желаний… Впрочем, у тебя есть право его и не загадывать. В этом случае, как тебе теперь известно, я буду просто следовать за тобой повсюду. Мне кажется, это несколько веселее, чем сидеть сиднем в медной лампе.

— Таким образом, — подытожил Аббас, — выбор у меня небогатый. Либо загадать последнее желание, и если оно будет касаться исполнения каких-то реальных действий, неизбежно превратиться в раба лампы, либо до самой смерти терпеть присутствие джинна.

— Разве это плохо? — спросил крысиный король. — Представь, какой ужас ты будешь наводить на своих врагов. Возможно, они даже посчитают, будто ты сумел сделать джинна своим слугой. Кто посмеет выступить против правителя, имеющего своим слугой джинна? При таких условиях ты быстро станешь правителем этого мира.

— Не получится, — промолвил Аббас. — Рано или поздно истина выплывет наружу. Ты не знаешь, что такое двор. Там все, даже самая страшная тайна, рано или поздно становится известно всем. А что знает или о чем догадался хотя бы один придворный, очень быстро становится известно и остальным. Таким образом, правда о джинне неизбежно выплывет наружу, и я стану посмешищем. Повелитель, не способный отделаться от джинна? Повелитель, у которого не хватило мудрости совладать с рабом лампы, вынужденный терпеть его присутствие до самой смерти?

— Я предупреждал, что не стоит связываться с джиннами, — напомнил крысиный король.

— Кстати, насчет предупреждений. Ты все еще мой советник. Вот и посоветуй мне, как избавиться от джинна. А иначе…

— Ну да, я понял. Иначе я пожалею, что оказался на твоем пути.

— Вот именно, — злорадно сказал Аббас.

— Хорошо, дай мне немного времени.

Крысиный король задумался.

Бросив на него преисполненный скепсиса взгляд, Аббас почесал в затылке и спросил у джинна:

— Ну хорошо, а что ты умеешь, что ты знаешь? Может быть, какие-то сказки, предания, тайны веков, заговоры, сведения о прежде существовавших правителях и государствах?

— Ничего, — бодро отрапортовал джинн. — То есть когда-то я, конечно, что-то умел и знал. Однако это было так давно, что я все уже забыл. Но я мог бы время от времени обсуждать с тобой правила исполнения желаний. Некоторые из них составлены настолько хитроумно, что являются в своем роде шедеврами. Вот, например, правило номер 743. Как ты знаешь…

Аббас застонал. Похоже, подобная перспектива его не сильно-то привлекала.

— Нашел, — сказал крысиный король.

— Говори, — потребовал Аббас.

— Исключения. Из правил должны быть исключения. Наверняка они есть и из этих. Так почему бы тебе их не узнать? Я прав, джинн?

Раб лампы с готовностью подтвердил:

— Да, исключения есть.

— И мы не знаем их, поскольку они не являются правилами? — спросил Аббас.

— Конечно, — подтвердил джинн. — Они всего лишь исключения из правил.

— И наверняка, зная эти исключения, я смог бы заставить тебя все-таки выполнить свои желания, не превращаясь при этом в раба лампы?

— Я не могу этого сообщить.

— Хорошо, — промолвил Аббас. — Я должен узнать эти исключения.

— Таково твое третье желание? — уточнил джинн.

— Минуточку, — вмешался крысиный король. — Аббас, ты хотел сказать «мы должны»?

— Нет, — твердо сказал рыкающий рев Сиреневой пустыни. — Именно — я. Это последнее мое желание. А раз так, то зачем тебе знать эти исключения? Все равно более ни одного желания ни одному джинну я загадать не смогу, и, значит, в советниках по джиннам я более не нуждаюсь.

— Хорошо, — промолвил крысиный король. — Пусть будет так.

— И будет, — промолвил Аббас. — Эй, джинн, ты слышал мое последнее желание?

— Да.

— В таком случае — выполняй.

— Но прежде я хотел бы сказать несколько слов, — промолвил джинн.

— Валяй, — разрешил Аббас.

— Это желание последнее, и, исполнив его, я вернусь в лампу. Много тысяч лет я ждал момента, когда кто-то пожелает загадать мне три желания. Наконец этот момент наступил, и я проиграл, так и не сумев обрести свободу. Тем не менее я получил большое удовольствие и хотел бы за него поблагодарить, особенно твоего советника.

— Да, я выказал настоящую мудрость, прибегнув к его помощи, — промолвил Аббас.

— А я уже получил свою награду, — промолвил крысиный король. — Разве есть на свете нечто более ценное, чем знания?

В этот раз облачко было почти прозрачным, и в нем плавали достаточно крупные бриллианты.

После того как оно исчезло, Аббас резво вскочил на ноги и, довольно засмеявшись, пнул лампу. Та отлетела на несколько шагов в сторону.

— Получилось? — спросил крысиный король.

— Конечно.

— И знание исключений из правил дает возможность загадывать желания без риска превратиться в джинна?

— Возможно, — загадочно улыбнулся Аббас. — Возможно. Однако зачем тебе это знать?

— Да, ты прав, — сказал крысиный король. — Мне совершенно незачем это знать. Единственное, в чем я нуждаюсь, это в том, чтобы мне вернули мои вещи, мою песчаную рыбу и позволили уехать. Как я понимаю, на этом моя служба закончена.

— Безусловно, — подтвердил Аббас.

— Значит, я могу продолжить свой путь?

— Осталось еще одно небольшое дельце, — сказал рыкающий лев Сиреневой пустыни.

— Какое?

— Убрать нежелательного свидетеля, — промолвил Аббас и обнажил саблю.

6

Аббас плевался, ругался и грозил страшными карами.

Крысиный король подобрал лампу и, сунув ее в сумку, поигрывая саблей, которую недавно отобрал у рыкающего льва Сиреневой пустыни, подошел к нему.

Некоторое время он молча рассматривал валявшегося на песке правителя, прикидывая, что с ним стоит сделать. Очевидно, угадав, о чем тот думает, Аббас вдруг резко замолчал и вскочил на ноги.

Крысиный король взмахнул саблей и сказал:

— Ты уже убедился, что я сильнее. Имеет ли смысл еще раз испытывать судьбу?

Аббас снова сел на песок и промолвил:

— Тебе не миновать живым моих воинов. И даже если это случится, они будут охотиться за тобой по всей пустыне. Нет, живым тебе не уйти.

— А мне почему-то кажется, что ты не совсем понимаешь положение, в котором оказался.

— Как это? — поинтересовался Аббас.

— А вот послушай. Ты хотел меня убить, поскольку я стал тебе бесполезен и слишком много знаю. Не так ли?

— Да, это так.

— Ты не подумал об одной достаточно очевидной проблеме.

— Это какой? — прищурился Аббас.

— Убив меня, ты останешься один на один с проблемой лампы. И помочь тебе ее решить могу только я.

— Что это за проблема?

— Сама лампа. О том, что она у тебя есть, знает кое-кто из твоих воинов. И значит, рано или поздно об этом узнают все.

— Тут ты действительно прав, — задумчиво сказал Аббас.

— Если ты оставишь лампу у себя, то она здорово осложнит тебе жизнь. Другие люди будут пытаться ее украсть или отвоевать. Таким образом, наличие лампы в твоей сокровищнице значительно повысит вероятность, что тебя обворуют, что на тебя пойдут войной, что кто-то, для того чтобы ею завладеть, устроит дворцовый переворот. Понимаешь?

— И тут ты прав, — промолвил Аббас.

— Значит, тебе нужно от нее избавиться. Не забывай, что тот, кто завладеет этой лампой, может оказаться хитроумнее меня. А еще ему может просто повезти. И вот один из жителей пустыни все же получит возможность загадать парочку желаний. А что, если это будет твой враг? В конце концов, даже если ему не повезет и он превратится в джинна, одно его желание все же будет исполнено. У тебя есть уверенность, что он не пожелает твоей смерти?

— Любопытно, — сказал Аббас. — Однако ты не учитываешь, что я теперь знаю, как правильно загадывать желания.

— А я об этом подумал, — заверил его крысиный король. — И что тебе это дает? Неужели ты рассчитываешь заставить хоть кого-то подарить тебе свои три желания? Каким образом? Кому из своих придворных ты настолько доверяешь, что позволишь ему хотя бы прикоснуться к лампе? Даже если ты сам будешь стоять над ним с саблей в руке, есть ли гарантия, что, услышав от тебя, как правильно формулировать желания, он не попытается тебя убить или обхитрить?

— Нет, — честно признал Аббас.

— В таком случае что ты сделаешь с лампой? Уничтожить ее невозможно, поскольку она является магическим предметом. Выкинуть? Но где гарантия, что ее кто-нибудь не найдет? И даже если ты спрячешь ее в каком-то тайном месте, всегда найдутся люди, которые сумеют его обнаружить.

— Хорошо, ты меня убедил, — сказал Аббас. — Что ты предлагаешь?

— Достаточно простой выход. Ты отпускаешь меня, и я увожу с собой лампу в один из других миров. Там я ее где-нибудь спрячу. Даже если ее с течением времени кто-то и найдет, то это не принесет тебе ни малейшего вреда.

— Неужели я произвожу впечатление такого уж глупца? — спросил Аббас. — Ты знаешь слишком много. Тебе осталось только загадать одно желание, и ты узнаешь исключения из правил. После этого ты можешь использовать оставшиеся два желания по своему усмотрению. А что, если одно из них будет касаться моей особы?

— Я не сделаю этого, — сказал крысиный король.

— И ты думаешь, я тебе поверю?

— Поверишь. У тебя нет другого выхода. Пойми, я тебе уже говорил и еще раз повторяю, что состязаться в хитроумии с джиннами хватает глупости только у людей. Я — не человек, и на такой риск я не пойду.

— Даже после того, как я с твоей помощью сумел у него выиграть?

— Это не выигрыш. Это всего лишь ничья. Выиграть у джинна невозможно.

— А как же исключения из правил?

— Наверное, мне было бы интересно их узнать, — признался крысиный король. — Но только не ценой состязания с джинном в хитроумии. Нет, на такой риск я не пойду. И ты можешь мне не верить, но тогда тебе придется самому решать проблему лампы.

Аббас окинул его испытующим взглядом, а потом сказал:

— Ладно, пусть будет так. Тебе вернут все твое имущество, песчаную рыбу, а также выделят достаточные запасы воды и пищи. Более того, мои воины проводят тебя до ближайшей караванной дороги и будут сопровождать до границ Сиреневой пустыни. Удовлетворен?

— Почти, — сказал крысиный король.

— Не знаю почему, но почему-то я тебе верю, — сказал Аббас. — Кстати, сопровождающие тебя стражники не должны знать, что лампа находится у тебя.

— Зачем мне об этом им говорить? Неужели я произвожу впечатление безумца?

— Хорошо, — кивнул Аббас. — В таком случае, может быть, ты вернешь мне саблю? Если мои воины увидят ее у тебя, они могут что-то заподозрить.

— Ты прав. Вот держи.

Сунув саблю в ножны, Аббас встал и, стряхнув со своего богатого одеяния песок, сказал:

— Все-таки кое-что от этого приключения с лампой я выиграл.

— Хаддас, — промолвил крысиный король.

— Он самый. Как только задуют холодные ветры, а песчаные духи удалятся в подземные, заброшенные города, я обрушу свои войска на его владения. Думаю, эта война будет достаточно интересной.

— Что ж, — сказал крысиный король. — Это меня уже не касается.

— Вот именно. Кстати, что ты имел в виду, когда сказал, что почти удовлетворен?

— Ты поступил очень разумно, когда решил вернуть мне имущество и разрешил уехать. Однако если ты еще выдашь мне некоторую сумму золотом, это позволит мне увезти лампу дальше. Тебе не кажется, что ты в этом заинтересован?

7

Песчаная рыба хрустела песком и ритмично работала плавниками.

У джинна слегка болела голова.

Он не любил тряски, неизбежно возникающей при всяческих переездах. Впрочем, еще меньше он любил, когда его лампа веками лежала в какой-нибудь сокровищнице или просто, например, в расщелине скалы.

Кроме тряски, он не любил также ждать, хотя все свое время занимался только именно этим.

Впрочем, возможно, скоро его долгому ожиданию придет конец. На крысиного короля у джинна надежды было мало. Все-таки тот и в самом деле не был человеком. И значит, в старую как мир ловушку трех желаний он не попадется.

Но все же… кто знает? Вдруг крысиный король все-таки соблазнится? Уж больно условия для этого идеальные.

Загадать всего лишь одно желание… А что, если он все-таки решится? И если такое случится, то хватит ли у крысиного короля ума, узнав исключения из правил, сообразить, что из исключений могут быть свои исключения?

Если этого не произойдет, то один джинн, достаточно сильно уставший сидеть в лампе, получит свободу.

Но нет, такого не может быть, и, значит, надо ждать и ждать. Рано или поздно ожидание кончится.

А все-таки… крысиный король слишком много общается с людьми. Кто знает, может быть, он хотя бы в небольшой степени заразился их безумием, хотя бы немного стал на них похожим?

Январь 2001 г.

КРЫСИНЫЙ

КОРОЛЬ

1

Сиреневая пустыня закончилась. Песчаные бури, редкие оазисы, миражи неведомых городов, задумчивые, греющиеся на барханах ящерицы, призраки торговцев родниковой водой и неистребимый запах сирени остались позади.

Сухопутная рыба последний раз взмахнула хвостом и остановилась. Крысиный король спрыгнул на песок и, поправив кожаную, прочную перевязь, на которой висел кривой заркурианский меч, пристроил на спину не очень тяжелый мешок с пожитками. Рыба заурчала и медленно, устало зашевелила хвостом. Крысиный король снял с нее седло и, поставив его на песок, сильно хлопнул по покрытому крупной желтой чешуей боку.

— Пора расставаться. Спасибо за службу, — сказал крысиный король. — Отпускаю тебя.

Эти слова разрушили заклинание подчинения, и песчаная рыба, вдруг забыв об усталости, отчаянно работая плавниками и хвостом, буквально ввинтилась в песок, скрылась из глаз. Ее бывший владелец едва успел отскочить в сторону, как она уже исчезла.

Осторожно ступая по горячему песку, крысиный король зашагал к четкой, слово прочерченной циркулем неширокой черной полосе. За ней начинался сплошной ковер из фиолетовой травы и кустарника, здорово смахивающего на заросли колючей проволоки, усеянные узкими розовыми листочками и огромными цветами с толстыми желтыми лепестками.

Шагая к границе пустыни, крысиный король пытался прикинуть, как далеко находятся ворота в следующий мир. Скорее всего до них было еще далековато. Хотя кто знает? Миры цепи разнообразны и разительно отличаются друг от друга. Возможно, этот — маленький, и достичь его конца удастся завтра, а то и сегодня? Таким образом, количество во рот, отделявших его от родного мира, станет меньше на одну единицу.

Всего лишь на одну.

Сколько их осталось? Около десятка? Немало, действительно немало.

Немного не дойдя до черной полосы, он не удержался и оглянулся, окинув взглядом воронку, образовавшуюся на том месте, где рыба погрузилась в песок, и стоявшее на ее краю седло.

Гм… седло…

Представив, как трудно ему будет тащить на себе огромное, тяжелое седло, крысиный король покачал головой.

Ну уж нет. Пусть оно останется здесь. Возможно, оно понадобится кому-нибудь, вознамерившемуся преодолеть пустыню. А ему… ему придется дальше идти пешком. Ничего не поделаешь. Да и впервой ли такое? Ох, не впервой.

Продолжив свой путь, он еще подумал о том, что за спиной у него, в мешке, лежит некая лампа. И будь у него возможность обвести вокруг пальца сидящего внутри нее джинна, уж он бы знал, что с того потребовать. Так же как и любой другой, оказавшийся на его месте. Правда, заставить джинна выполнить свои пожелания и умудриться не попасть на его место, в лампу, может не каждый. А у него лично есть в этом приличная фора.

И конечно, из исключений могут быть свои исключения, но что, если нет?

Крысиный король тряхнул головой.

Прочь искушения. На подобный риск он не пойдет. Пусть этим занимаются люди. А он лучше доберется домой своими силами. Так безопаснее, чем состязаться в хитроумии с настоящим, хорошо выдержанным в лампе джинном. Причем, учитывая его опыт в различных путешествиях по миру-цепи, так ему и беспокоиться-то не о чем. Десять миров? Он их преодолеет. Случалось оказываться и в худших обстоятельствах.

Крысиный король остановился.

До границы пустыни оставалась буквально пара шагов, но вот здесь, возле его ног, было нечто интересное. И почему бы не полюбопытствовать? Особенно если это интересное является небольшим, появившимся несколько мгновений назад, все увеличивающимся в размерах холмиком?

Что под ним скрывается? Может быть, это удастся как-то использовать в своих целях? А если не удастся, то вдруг получится узнать нечто новое об окружающем мире?

Думая об этом, крысиный король все же сделал несколько шагов назад. Извечно присущее крысиному племени любопытство — штука хорошая, но и об осторожности забывать не стоило. Вдруг эта выползающая из-под земли штука опасна для жизни?

Холмик между тем вырос до размеров мяча для игры в лупинболл и вдруг замер, словно у того, что было под толщей песка и, пытаясь выбраться наружу, его породило, кончился завод. Впрочем, если это живое существо, то оно могло просто задуматься, пытаясь найти ответ на достаточно тривиальный вопрос «А на кой мне это надо?».

Ну хорошо, пусть подумает.

Осторожно обойдя холмик по окружности, крысиный король миновал границу, отделявшую пустыню от саванны, и, присев на траву, приготовился ждать. Вот это он тоже любил и умел. Ждать в засаде, пока случится некое событие. Ждать и придумывать различные варианты своих действий, на случай если из-под песка появится нечто действительно забавное.

К тому времени, когда холмик лопнул, он успел их придумать аж целых шесть. Нив одном из этих вариантов не нашлось место существу, в конце концов появившемуся перед его глазами. Более всего оно смахивало на тираннозавра. Все как и положено. Крохотные передние лапки и гораздо более массивные задние, а также пасть, усеянная острыми зубами. Как есть маленький тираннозавр.

Как он попал под толщу песка?

Хотя догадаться нетрудно. Там, в глубине, остались обломки яйца, из которого этот малыш вылупился.

Крысиный король осторожно понюхал воздух, а потом, еще раз окинув кроху испытующим взглядом, пробормотал:

— Так, тираннозавр-детеныш. Что дальше?

— Есть! — сказал детеныш хищника, так и не попавшего в первую шеренгу самых опасных созданий мира-цепи, возглавляемую великими магами, но уж во второй-то утвердившегося достаточно прочно. Где-то рядом с кровожадным ночным ужастиком, весь смысл жизни которого умещался в одном слово «убийство», и сверхпрожорливым зубастом, способным за один присест слопать средних размеров слона.

— Ну да, — пробормотал вождь крысиного племени. — А что еще ты мог сказать?

— Есть! — настойчиво повторил тираннозаврик. — Хочу есть! Сейчас хочу есть!

Страницы: «« « ... 910111213141516 » ... »»