На острове Гарвис-Грейвс Трейси

Глава 13 – Анна

Меня разбудили закравшиеся в палатку яркие солнечные лучи. Ти-Джея уже не было: наверное, собирал дрова или рыбачил. Я зевнула, потянулась и вылезла из кровати. Чемодан хранился в шалаше, и я открыла его, вытащила бикини и вернулась в палатку переодеться. Натянув купальник, подняла нейлоновые боковины, чтобы проветрить помещение.

Подоспел Ти-Джей с пойманной к завтраку рыбой. Улыбнулся:

– Привет.

– Доброе утро.

Я сходила к хлебному дереву и кокосовой пальме, подобрала все упавшие плоды и отнесла в шалаш. Пока я готовила рыбу, Ти-Джей раскалывал кокосы.

После завтрака мы почистили зубы, прополоскали рты дождевой водой, и я отметила дату в ежедневнике. Уже сентябрь. Невероятно.

– Хочешь поплавать? – предложил Ти-Джей.

– Конечно.

На прошлой неделе Ти-Джей заметил за рифом два плавника. Мы испугались и поспешили выбраться из воды, но потом плавники заплыли в лагуну и приблизились к берегу. Дельфины. Мы медленно зашли в воду и дельфины не бросились прочь, а терпеливо ждали нас.

– Они ведут себя так, будто приплыли познакомиться, – восхитилась я.

Ти-Джей погладил одного гостя и рассмеялся, когда тот выплеснул из дыхала фонтанчик воды. Я никогда прежде не видела таких общительных созданий. Они какое-то время порезвились возле нас, а затем внезапно уплыли, словно по своему морскому расписанию.

– Возможно, сегодня дельфины вернутся, – сказала я, шагая за Ти-Джеем на пляж.

Парень снял футболку и зашел в воду.

– Было бы круто. Очень хочу прокатиться на дельфине.

Мы развлекались, приспособив один из складных прозрачных контейнеров вместо маски для подводного плавания. Под водой сновали стайки разноцветных рыбок – фиолетовых, синих, оранжевых и в черно-желтую полоску. Еще заметили морскую черепаху и угря, поднявшего змеиную голову со дна. Завидев его, я быстренько отплыла.

– Что-то нет дельфинов, – вздохнула я, когда мы уже час как купались. – Наверное, мы их пропустили.

– Можем попробовать окунуться еще раз после тихого часа. – Внезапно Ти-Джей показал на прибрежный песок. – Анна, смотри!

Из песка торчала крабья нога. Клешня сжималась и разжималась. Мы выбежали из воды.

– Прихвачу футболкой, – решил Ти-Джей.

– Поторопись, он закапывается!

Ти-Джей молниеносно вернулся, обернул краба футболкой и извлек из песка. Когда дошли до шалаша, Ти-Джей вытряхнул добычу прямо в костер.

– О, Боже, – ахнула я, на секунду задумавшись о печальном конце краба, но быстро опомнилась.

Мы отломили конечности плоскогубцами из ящика с инструментами и с аппетитом накинулись на деликатес. Мясо краба – даже без горячего топленого масла – на вкус было лучше всего, что я ела на острове. Теперь, узнав, где они закапываются, мы с Ти-Джеем станем проверять береговую линию каждый день. Мне так надоели рыба, кокосы и плоды хлебного дерева, что иногда я с трудом заставляла себя проглотить их, а крабовое мясо внесет разнообразие в наше невероятно скудное меню.

Когда от краба остался лишь панцирь, я вытащила из палатки одеяло и расстелила под кокосовой пальмой. Мы растянулись на подстилке. Падающая от дерева тень дарила прохладу в самые жаркие часы, и было приятно дремать здесь в разгар зноя.

По плечу Ти-Джея неторопливо пополз большой мохнатый паук, и я сбросила монстра кончиком пальца.

– Брр, жуть какая, – фыркнула я.

Ти-Джей поежился. Он ненавидел пауков и всегда встряхивал одеяло, проверяя на наличие живности, прежде чем отнести обратно в палатку. А я терпеть не могла змей. Я как-то наступила на одну и избежала укуса лишь потому, что на мне были теннисные туфли. Меня трясло от мысли, что я могла наступить на змею босой ногой, и неважно, ядовита гадина или нет.

Я думала, что Ти-Джей заснул, но он сонным голосом спросил:

– Как думаешь, что с нами будет дальше, Анна?

– Не знаю. Наверное, нам стоит продолжать жить, как живем, пока нас кто-нибудь не найдет.

– Согласись, а мы неплохо справляемся, – отозвался Ти-Джей, перекатываясь на живот. – Готов поспорить, это многих бы удивило.

– Меня саму удивляет. – От сытного обеда клонило в сон. – Хотя выбора у нас не было. Или приспосабливайся, или умирай.

Ти-Джей поднял голову с одеяла и задумчиво посмотрел на меня.

– Думаешь, дома нам устроили символические похороны?

– Скорей всего, устроили. – При мысли о том, что семьи поставили нам надгробные памятники, стало так больно, что я зажмурилась и заставила себя нырнуть в дрему, надеясь изгнать из сознания образы переполненной церкви, пустого алтаря и залитых слезами лиц родителей.

После тихого часа мы отправились собирать дрова – нескончаемая однообразная рутина. Мы постоянно поддерживали огонь, частично затем, чтобы Ти-Джею не пришлось разводить его заново, а частично из-за теплящейся надежды, что над нами пролетит самолет. Когда это случится, мы будем готовы послать дымовой сигнал, подкинув в костер припасенных зеленых листьев.

Собранные ветки пополнили кучу хвороста в шалаше. Затем я наполнила бак на плоту морской водой, добавила туда колпачок средства для стирки и замочила нашу грязную одежду.

– Значит, сегодня день стирки, – рассудил Ти-Джей.

– Ага.

Мы натянули веревку между двумя деревьями и развесили на ней одежду для просушки. У нас было не так много вещей: Ти-Джей носил только шорты, а я целыми днями расхаживала в бикини, лишь на ночь переодеваясь в футболку Ти-Джея и шорты.

Позже, после ужина, Ти-Джей спросил, не хочу ли я перекинуться в карты.

– В покер?

Он рассмеялся:

– Что, в прошлый раз я недостаточно надрал тебе задницу?

Ти-Джей научил меня основам игры, но у меня пока не очень хорошо получалось. По крайней мере, он так думал. А я уже уловила кой-какие тонкости и намеревалась расправиться с противником.

Шесть партий спустя – из которых я выиграла четыре – Ти-Джей проворчал:

– Хм, видимо, сегодня не мой день. Может, лучше сыграем в шашки?

– Давай.

Он нарисовал на песке шахматную доску. В качестве шашек мы использовали камешки и сыграли три партии.

– Еще одну? – спросил Ти-Джей.

– Нет, пойду искупаюсь.

Я волновалась, что скоро наши запасы шампуня и мыла иссякнут. Не надеясь на аптеку, я взяла с собой на Мальдивы достаточно много помывочных средств, но мы с Ти-Джеем все равно условились мыться через день. На всякий случай. Мы оставались чистыми, потому что часто плавали в лагуне, но не всегда приятно пахли.

– Твоя очередь, – сказала я, вернувшись с пляжа.

– Как же я скучаю по душу, – вздохнул Ти-Джей.

После того, как он искупался, мы пошли спать. Ти-Джей закрыл дверь палатки и лег рядом со мной.

– Все бы отдал за стакан колы, – пробормотал он.

– И я. За большой стакан с кучей льда.

– И хлеба хочется. Не хлебного дерева, а настоящего хлеба. Большой сэндвич с жареной картошкой и маринованными огурчиками.

– Чикагскую пиццу.

– Большой и толстый чизбургер.

– Стейк, – сказала я. – И печеной картошки с сыром и сметаной.

– А на десерт шоколадный торт.

– Я умею печь шоколадный торт. Мама меня научила.

– С шоколадной крошкой сверху?

– Ага. Когда выберемся с острова, я испеку тебе такой. – Я вздохнула. – Мы сами себя пытаем.

– Знаю. Теперь я проголодался. Ну, я и раньше немного хотел есть.

Я повернулась на бок и устроилась поудобнее.

– Спокойной ночи, Ти-Джей.

– Приятных снов.

* * *

Ти-Джей плюхнул пойманную рыбу на землю рядом со мной и сел.

– Занятия в школе уже пару недель как начались, – сказала я. Поставила крестик в календаре, убрала ежедневник и начала чистить наш будущий завтрак.

Ти-Джей, должно быть, заметил выражение моего лица, потому что сказал:

– Похоже, тебе грустно.

Я кивнула:

– Грустно знать, что в эту минуту перед моими учениками стоит другой преподаватель.

Я преподавала английский десятиклассникам, и мне нравилось покупать школьные принадлежности и выбирать книги для кабинета. В начале учебного года на моем учительском столе стояла большая кружка, забитая ручками, а к концу года она пустела.

– Значит, ты любишь свою работу?

– Обожаю. Моя мама тоже была учительницей – вышла на пенсию в прошлом году – и я всегда знала, что пойду по ее стопам. В детстве я больше всего любила играть в школу, и мама дарила мне золотые звездочки, чтобы я ставила оценки за домашние задания своим плюшевым зверюшкам.

– Готов поспорить, ты очень хороший учитель.

Я улыбнулась:

– Стараюсь. – Я положила очищенную рыбу на импровизированную плиту и подвинула камень ближе к огню. – Можешь поверить, что сейчас шел бы в предпоследний класс?

– Не-а. Кажется, я лет сто не был в школе.

– А тебе нравилось учиться? Твоя мама говорила, ты неплохо успевал.

– Ну, можно сказать и так. Хотел нагнать свой класс. И надеялся вернуться в футбольную команду. Из-за болезни футбол пришлось оставить.

– Так тебя увлекает спорт? – спросила я.

Он кивнул:

– Особенно футбол и баскетбол. А тебя?

– Конечно.

– Во что-нибудь играешь?

– Ну, в основном я бегаю. В прошлом году пробежала два полумарафона, а в старших классах занималась легкой атлетикой и баскетболом. Иногда хожу на йогу. – Я проверила рыбу и отодвинула камень от огня, чтобы еда чуть-чуть остыла. – Скучаю по тренировкам.

Не могу представить себе бег здесь. Даже если бы нам хватало пищи, чтобы обеспечить избытком энергии для занятий спортом, бег вокруг острова слишком напоминает белку в колесе. Мчишься вперед, но по сути остаешься на одном месте.

* * *

Ти-Джей вернулся с полным рюкзаком дров.

– С днем рождения, – улыбнулась я.

– Сегодня двадцатое сентября? – Он подбросил ветку в костер и сел рядом со мной.

Я кивнула.

– Прости, не купила тебе подарок. На острове отстойный торговый центр.

Ти-Джей засмеялся.

– Да ладно, обойдусь без подарка.

– Может, закатишь грандиозную вечеринку, когда выберемся отсюда.

Ти-Джей пожал плечами:

– Ага, наверное.

Ти-Джей выглядел старше своих семнадцати. Почти взрослым. Возможно, серьезные проблемы со здоровьем исключили неизбежную в этом возрасте инфантильность, когда подростков волнует только получение водительских прав, прогуливание уроков и нарушение комендантского часа.

– Даже не верится, что скоро октябрь, – вздохнула я. – Дома, наверное, листья уже желтеют.

Мне нравилась осень – футбол, прогулки с Джо и Хлоей на тыквенный развал, нотки прохлады в воздухе. Все это я очень любила.

Я посмотрела на пальмы. Зеленые листья колыхались на ветру. По щеке стекла тонкая струйка пота, а исходящий от рук запах кокоса напомнил о лосьоне для загара.

На острове лето не кончается.

Глава 14 – Ти-Джей

Лил косой дождь. Гремел гром, небо рассекали молнии. От ветра плот качался, и я беспокоился, что нас сдует куда-нибудь на пляж. Мысленно пометил себе завтра привязать плот к какому-нибудь дереву.

– Не спишь? – спросил я Анну.

– Не-а.

Буря бесновалась уже несколько часов. Мы прижались друг к другу, накрывшись одеялом с головой. От бедствия нас защищал лишь тонкий нейлон крыши и боковин палатки над плотом – считай, ничего. Мы не разговаривали, просто ждали конца непогоды, а когда все мало-помалу стихло, устало заснули.

Наутро Анна принесла несколько маленьких зеленых кокосов, которые буря сбила с пальмы. Когда раскололи, оказалось, что их мякоть слаще, а сок не такой горький, как в коричневых.

– Вкусно, – сказала Анна.

Шалаш развалился и огонь погас, поэтому я снова разжег костер, на сей раз воспользовавшись шнурком. Привязал его к концам изогнутой ветки. Соорудил на шнурке петлю, продел в нее палочку-сверло и установил ту перпендикулярно полену.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась Анна.

– Собираюсь вращать палочку вот этим луком. Именно так действовал парень по телевизору.

Я ослабил натяжение шнурка и попробовал ставить палочку под разными углами. Прошло какое-то время, прежде чем у меня получилось вращать ее достаточно быстро, но как только я приноровился, дым повалил уже через пятнадцать минут, а вскоре показалось и пламя.

– Ух ты! – восхитилась Анна. – Здорово ты придумал.

– Спасибо. – Я подложил в костер щепок и смотрел, как он разгорается.

Мы с Анной снова воздвигли шалаш. Я вытер с глаз пот и сказал:

– Надеюсь, это самый сильный шторм в нашей жизни здесь. – Я положил последнюю ветку. – Потому что непонятно, где нам прятаться, если это не так.

* * *

Анна ушла мыться. Я заглянул в ее чемодан, пытаясь найти футболку с «REO Speedwagon». Она разрешила мне носить ее – как и ту, с логотипом «Найк» – поскольку обе пришлись мне по размеру. Футболки я не нашел, поэтому полез глубже в чемодан.

Под шортами лежали две упаковки тампонов.

Что Анна будет делать, когда они закончатся?

Я кое-что подвинул и заметил лифчики Анны, сложенные в аккуратную стопку. Черный лежал сверху. Я взял бутылочку ванильного лосьона, открыл крышечку и понюхал.

Так вот почему от Анны иногда пахнет кексами.

Открыл круглый пластмассовый контейнер. Внутри лежали крохотные пилюли, расположенные по кругу согласно надписанным по контуру дням недели. Осталось всего пять. Я не сразу понял, что это противозачаточные таблетки. Затем нашел еще две непочатых упаковки.

Анна наверняка не возмутится тем, что я шарил в ее чемодане – моя одежда хранилась там же, потому что в моем рюкзаке мы обычно носили дрова – но, наверное, ей не понравится, что я трогал ее личные вещи. Я начал закрывать крышку, но тут заметил трусики Анны. Они лежали на самом дне рядом с теннисными туфлями. Я оглянулся через плечо, а затем вытащил из чемодана розовые трусики.

Интересно, когда она их надевает, они просвечивают?

Я положил розовую вещичку на место и взял черные стринги.

Очень сексуально. Но, готов поспорить, дико неудобно.

Я тронул красные и присмотрелся к крохотному черному бантику посередине линии талии.

Ух ты. Горячий подарочек.

Затем я захватил в руку пять или шесть сразу, зарылся в них лицом и вдохнул.

– Что ты делаешь? – спросила Анна.

Я подскочил.

– Господи, у меня чуть разрыв сердца не приключился! – Сердце колотилось, а лицо горело.

И как давно она здесь стоит?

– Я ищу твою футболку с «REO Speedwagon». – Я разжал пальцы. Трусики упали в чемодан.

– Неужели? – хмыкнула Анна. – А похоже, что ты играешься с моим бельем.

Она убрала в чемодан мыло и шампунь.

Анна не казалась разозленной, поэтому я вытянул стринги и поднял их двумя пальцами.

– Наверное, в этих дико неудобно.

– А ну-ка отдай. – Она выхватила трусики из моей руки и сунула обратно в чемодан, изо всех сил сжимая губы, чтобы сдержать смех.

Поняв, что она совсем не злится, я улыбнулся и сказал:

– Знаешь что, Анна? А ты классная.

– Рада, что ты так думаешь.

– Я на самом деле искал футболку, но не нашел.

– Она висит на веревке. Должно быть, уже высохла.

– Спасибо.

– Не за что. Просто больше не нюхай мое белье, договорились?

– Так ты это видела?

– Видела.

Глава 15 – Анна

В лагуне резвились дельфины. Они подныривали под меня и выпрыгивали из воды с другой стороны, издавая презабавнейший писк, а когда я разговаривала с ними, слушали так, будто все-все понимали. Нам с Ти-Джеем нравилось хвататься за их плавники и, хохоча, кататься на дельфинах. Я могла играть с симпатягами часами.

К лагуне подбежал Ти-Джей.

– Анна, угадай, что я нашел!

На днях к берегу прибило вторую теннисную туфлю Ти-Джея, и поскольку он больше не боялся повредить ноги, то часами бродил по лесу в поисках чего-нибудь интересного. Пока что он не выходил ничего, кроме укусов москитов, но все равно продолжал исследовать территорию, чтобы хоть чем-то занять время.

– И что же? – спросила я, гладя дельфина.