Придворный. Отставник Дронт Николай

– В целом идея о полном отпущении грехов ему понравилась. Поинтересовался о действенности такого вида богослужения. Я его ободрил и рассказал о записи в архиве.

– То есть он согласился приехать?

– Пока согласился только подумать.

– Уже что-то.

– Зато обещал вызвать барона Тихого, чтобы я в его присутствии попросил свиток. При государе барон не сможет отказать.

– Это да, ход хороший. Ваше преосвященство, а не стоит ли в таком случае попросить дополнительных преференций? Мы же очистим от грехов целую тысячу прихожан!

– Сейчас не время. После молебна и очищения его величество будет в умилении, вот тогда никак не сможет отказать в просьбе.

– Дорогая, надо что-то делать, причем срочно! Я перехватываю уже третье письмо нашей дочери к барону Тихому.

– Да, это нехорошо… Что она пишет?

– Просит не сердиться на тетю Несту и приехать к нам. Ей нужно встретиться и рассказать что-то важное.

– Что именно, не рассказывает?

– Мне – нет.

– Как она письма отправляет?

– Последний раз принесла под юбкой куклы и бросила в почтовую корзинку. Хорошо, что у меня есть привычка перебирать конверты перед отправкой на почту.

– Я поговорю с Терезочкой. Скажу, что девочкам…

– Брось! Ты сама знаешь, что говорить нужно с Нестой.

– Но мы же решили…

– Нет. Решили вы с Нестой. План налаживания отношений составили тоже вы. Не приплетай меня к вашим провальным решениям. Сейчас речь идет не о политике, а о нашем ребенке. Единственном ребенке.

Совещание

Утром меня уведомили, что в десять утра государь ждет меня на совещании по вопросу, который касается церкви. Несколько странно – почему я? Но там скажут. Точно! Сказали! Такое, что волосы дыбом встали. Его преосвященство попросил:

– Барон, вас, как верного прихожанина и сильного волшебника, хочу попросить написать для нужд храма свиток вызова существа с иного Плана. Сразу скажу – ангела. Круг заклинания – восьмой.

– Ваше преосвященство! Не по силам мне такое!

– Почему же? – удивился первосвященник. – Вы магистр, пользуете заклинания восьмого круга.

– Не обучен. Вся магия, что знаю, из школ Жизни и Огня, из родовой памяти. Школой Вызовов и Призывов ни по отцу, ни по матери предки не увлекались. Быть может, если хороший учитель покажет, месяца через три, а то и полгода мелкого Огненного элементаля призову или мышь какую, не больше.

– Да, Тихий! Все на тебя смотрят как на взрослого, а ты у нас еще в начале пути. Ваше преосвященство, действительно не стоило ждать, что Стах сможет все и сразу. Его уже начали учить, наставники даже хвалят, но семнадцать лет – это всего лишь семнадцать лет. Впрочем, он не единственный при дворе магистр. Эй! Кто там? Позовите Дивазу, а если уже прибыли, то и всех магистров из аус Хансалов. И пошлите за Бертиосом, пусть тоже едет.

Пока ждали магистров, государь с первосвященником обсуждали план молебна, а я тихо сидел в полнейшем обалдении. Призыв существ с иных Планов, мягко говоря, не слишком поощряется. Эта отрасль магической науки называется демонологией. Хотя призывают не только демонов. Общие правила призыва по большому счету одинаковы и для Нижних, и для Верхних Планов.

Если церковь призывает законопослушного доброго ангела – кстати, он от какого бога придет? – то можно призывать и нейтрально-добрых, и хаотично-добрых слуг других богов. Чем они в принципе хуже? А если кто поклоняется законопослушному злому Богу? Ему тоже можно? А тогда и хаотично-злым приспешникам в наш мир ход разрешен? То есть дьяволам и демонам, Танар’ри и Баатезу, проход открыт? Чем тогда занимается боевое крыло церкви? Зачем демонопоклонников в расход пускают? Где толерантность? Где одинаковое отношение ко всем прихожанам, независимо от патрона?

Могу я свиток написать. Материалы дадут, неделю времени потрачу и напишу, не сложно. Но вот какие будут последствия? Ведь призванные и вызванные – только не надо их путать, это разные существа и разные заклинания. Так вот, они редко приходят радостными, счастливыми и благожелательными.

Почему? Прикиньте на себя. Вы – сантехник Вася Пупкин. В свой законный выходной, после нудной трудовой недели, сидите с мужиками в гаражах. На столе колбаска, рыбец, огурчики, еще какая немудрящая закусь. На каждого полторашка пивасика и по соточке беленькой уже налито. Ленка сидит рядом, теплой поп… своим бедром к тебе кокетливо прижимается. Только берешься за пластиковый стаканчик, только подносишь его… Тут молодой влетает и орет: «Васька! Бросай все! В дежурку позвонили – в седьмом доме, в двадцать шестой квартире, кран капает! Петровна велела бегом!» Тьфу! Все настроение испортили! И Ленка… дождется или нет? А не дождется, куда пойдет? Домой или к Саньку? Поминая проникновенными словами всех, от клиента до диспетчерши Петровны, приходишь в квартиру, а там… Старушка-пенсионерка кран до конца закрыть не смогла – сил не хватило.

Нет! Она тебя отблагодарит… наверное. Даст на мерзавчик беленькой в ценах советской эпохи. Кому это надо?

Понятно? Теперь сделайте поправку на уровень вызываемого. И свой уровень учесть не забудьте. Директора станкостроительного завода, обеспечивающего работой весь город, вызывает к себе повесткой участковый лейтенантик по поводу сигнала о ночном лае собаки. Хочет выяснить, чья собака лаяла и зачем. И это представили? А при призыве разница в уровнях еще больше бывает. Может прилететь не только призывателю, но и всем причастным. Уж тому, кто повестку… свиток вызова писал, точно мало не покажется.

Первой прибежала Диваза. Услышав вопрос, призналась, что, если сильно напряжется, может, ифрита и вызовет, но из мелких и ненадолго, минуты на полторы, максимум на две. А вот ангела… Даже не знает, что предложить. Может, в Гильдии спросить? Ей самой поздно такому учиться, чай, она давно уже не девочка.

Аус Хансалы-магистры пришли в полном составе. Узнав про поставленную задачу, они посоветовались, подумали и предложили свиток из родового загашника – Огненный Шторм девятого уровня. Он снесет крепость лучше гигантского Огненного элементаля. Ангелов призывать не пробовали, да и смысла в бою их нет призывать. А без боя зачем они нужны? Элементалей, правда, тоже не призывали, но по слухам они ничего, могут на ограниченном пространстве порезвиться. Однако все едино Огненный Шторм лучше. Давайте его применим. Нет? В смысле? А! Тогда надо идти в гильдейскую библиотеку, там наверняка такой свиток есть.

Бертиос явился последним, его выдернули из больницы, чуть не из операционной. В отличие от остальных магистров, голых практиков, он, как человек науки, обещал решить вопрос.

Каким образом? Очень просто! В гильдейской магической библиотеке есть описание ритуала Призыва и соответствующие заклинания. С его магической силой и опытом исследований, если будет на то воля его величества, он может скопировать потребное на свиток, вставив имя призываемого в соответствующий абзац. Работа займет не менее трех недель, необходимые ингредиенты у него имеются, а в благодарность он бы взял разными книгами по магии, которые все равно без дела в храме лежат. На том и договорились. Хотя чувствовалось, его преосвященство на что-то другое рассчитывал.

Совещание закончилось, все, кроме меня, покинули кабинет. Его милость поинтересовался:

– Ну, Тихий, что скажешь про вызов ангела?

– Не могу знать, ваша милость. Однако любой призыв дело рискованное. Вызванный часто пребывает в плохом настроении.

– Вот для того и существуют круги защиты. Я и то слышал.

– Виноват, ваша милость. Глуп и туп.

– Просто не обучен. Как подтянут тебя, многое будешь знать. Однако ты молодец, что пыжиться не стал, сразу признался в своем неумении. Есть другие люди, уже призывавшие… не ангелов, правда, но сильных существ. Они мне все подробно растолковали. Давай потихоньку начинай экзамены по университетскому курсу сдавать. Твои наставники говорят, уже пора.

– Так точно, ваша милость.

– По моему делу подвижки есть?

– Мало, ваша милость. Пока обследовал проходы от указанного Святой Матерью места до спальни старого государя. Ничего не нашел. А вот в проходе от Зеленого дворца к Белому углядел нишу и в ней шкатулку с гербом прошлой династии. Не трогал. Подумал, что, быть может, вы лично решите ее открыть.

– Я и так про нее знаю. Пятьсот дукатов старой чеканки там лежат.

– Э-э-э…

– Что удивился? Тебя проверяли. Говорю, чтобы понимал – все, что найдешь, могли специально подсунуть. Для контроля. Я тебе верю больше, чем другим, но проверять буду, иначе расслабишься, и мысли нехорошие могут в голову приходить. Не обижайся. За честность велю ту шкатулку тебе в комнату отнести. Владей.

– Премного благодарен, ваша милость.

– Так в подземельях ты зла не почуял?

– Виноват, ваша милость. Волшебники Зло-Добро- Закон-Хаос определять не могут, только защищаться умеют. Почуять – это к жрецам.

– Знаю. Я так спросил, вдруг заметил чего.

– Ваша милость, я бы в катакомбах поискал, но обязан быть на службе.

– В среду на большом приеме будь обязательно. В Госсовете на совещаниях тоже. Раз в неделю в Зеленоземскую контору заходи. Про Гильдию будь в курсе. Остальное время позволяю использовать, как решишь.

От государя вышел сам не свой. Слишком много нового узнал. Что церковникам ритуал вызова провести захотелось – не столь важно. От написания свитка я технично отмазался, пусть новых плюсиков не заработал, зато минус получился маленький и вполне логичный. А вот если бы взялся, то после одобрительной похвалы последовал бы пристальный разбор – откуда он это узнал? Где и когда применял или будет применять? Надзор от Церкви обеспечен до конца жизни. Чуть где найдут следы ритуала, первое, что будут смотреть – а не наш ли хороший мальчик в нем замаран? Оно логично, но мне совершенно не улыбается.

Диваза красиво отказалась, а заодно похвастала силой в школе Огня. Такой призыв разумных, обычно называемых гениями, с Материальных Планов специфичен. Существа приходят, только если вызыватель близко сроднился со своей родственной стихией.

То есть даже самый могучий архимаг-универсал таким заклинанием не призовет ни ифрита, ни джинна, ни марида, ни даже джанни. А вот некоторые необученные детишки могут сделать это щелчком пальцев. Правда, в родне у них должен был затесаться предок – уроженец тех мест.

Заодно я узнал и основную слабость главы нашей магической обороны – она крайне сильна в Огне, но явно не сможет воспользоваться другими стихиями – Водой, Землей, Воздухом и производными от Огня, вроде Лавы или Пара.

Аус Хансалы, по-моему, просто тонко поиздевались. Я сам люблю стиль общения солдат-дурак, но таких высот пока не достигал. Предложить вместо вызова существа снести к гребеням весь храм с половиной города – это надо уметь. Особенно не сговариваясь и с серьезным видом. Огненный Шторм – это, знаете ли, штука серьезная.

Бертиос один не испугался последствий, понадеялся на заступничество его величества и взялся переписать свиток из гильдейской библиотеки. Мы, я и Диваза с аус Хансалами, считали, что свиток там должен быть, а он знал, что точно есть. Наводил справки? Еще сказал, что необходимые ингредиенты у него имеются, а откуда он помнит потребности? Тем более у вызова с Верхних Планов есть своя специфика. Что-то тут не то!

Однако свиток уже дело десятое, считай пройденное. Меня другое сильно взволновало и обидело – шкатулка, стоящая в подземелье, оказалась подставой. Причем многоплановой и приготовленной специально для меня. Первый слой на виду – доложит-не доложит. Следующим идет проверка любопытства. Шкатулка наверняка заперта, открою я ее или нет? И сразу еще одна проверка – как открою? Заклинанием? Отмычкой? Или просто взломаю каким-нибудь ломиком?

Еще дальше – замечу ли ловушку? И как ее обезврежу? В принципе, не так сложно. Например, довольно простой способ – чтобы не двигалось, заклинить маленькими клинышками подвижное основание ловушки, на которой стоит шкатулка. После моего ухода нишу бы проверили. По способу обезвреживания много чего можно понять о посетителе. Те же клинышки – были с собой? Готовился к посещению! Клинышки стальные? Профессионально работает! Клинышки из мягкого дерева? Хороший профессионал, не хочет оставлять царапины на камне. Да и сам факт нахождения западни кое о чем скажет.

В прошлом мире я отыграл много модулей. Некоторые прошел вором, в других просто смотрел за развитием событий. Был бы простым неопытным семнадцатилетним мальчиком, точно вляпался бы с размаха, а так ничего трогать не стал и обломал проверяльщиков. Пусть лучше считают меня не слишком наблюдательным.

Однако главное другое – отношение государя ко мне. Мой домоправитель Кидор и главный управляющий, эконом Феофил, самостоятельно ведут мои хозяйственные дела. Не скажу, что контроля над ними нет, они заполняют гроссбухи, те всегда можно взять на проверку, да и друг за другом приглядывают. Но главное, я им верю, и они это знают. Плачу достаточно хорошо. Украсть? Наверное, могут. Но если вдруг случится ревизия и вскроются махинации, всем причастным мало не покажется, до смерти не отмоют репутацию.

Я думал, что и Лагоз относится ко мне схожим образом. Но теперь выяснилось, что сильно ошибаюсь. Делать нечего, позицию государя понял и принял. Шкатулка отдана мне в счет прошлых и будущих заслуг, но монеты там старые, чеканки прошлой династии, их легко отследить, если вдруг решу потратить. Еще один тревожный звоночек.

Такие монеты остались лишь в родовых схронах старых семей, их собирают и хранят в доказательство древности происхождения. Но стоит таким появиться на свет, как народ шепчется и прикидывает, у кого дела пошли так плохо, что пришлось последнюю заначку доставать. Так что ларец уйдет в мою башню. Этих денег считай что и нет.

В свете последнего разговора надо вообще все полезное, но сейчас не нужное, отправить в башню. Кидор докладывал, там сейчас работают обойщики, обшивают дубовыми панелями стены моих покоев. Мебельщики делают мебель для жилых этажей, всех, кроме господских. Готовые гарнитуры для них закупили в столице. Для остальных домоправитель пожадничал. А что? Запас дуба есть, некоторые стволы больше двадцати лет сохнут. Для служащих так даже излишне роскошно. Кстати, надо не забыть распорядиться о шкафах и сундуках для будущего хранилища.

Бертиос

Прихожу в свой кабинет с надеждой заняться делами – но нет, пользуясь привилегией наставника, заходит Бертиос. Объясняет, у него, мол, своего уголка во дворце нет, а ему необходимо со мной поговорить. Как можно отказать учителю? Тем более в свете недавнего совещания. В руках у него приличных размеров фолиант, завернутый в тонкую бархатистую замшу. Без приглашения он усаживается и начинает разговор. Причем без своих обычных «мы».

– Стах, не надо расстраиваться из-за того, что на глазах у государя пришлось признаться в каком-то неумении. Какие ваши годы! Не став юлить, вы поступили честно и достойно. Впрочем, еще вчера вечером в разговоре с его величеством я предрекал такой исход и заранее подготовился к просьбе церковников. Если бы вы взялись за дело, то отменились бы кое-какие решения.

– Я, право, даже не предполагал…

– Вот и хорошо! Потому все так славно и естественно прошло. Вам – в силу возраста, другим – из-за иной специализации, Вызовы и Призывы не под силу, а я когда-то немного разбирался в заклинаниях этой школы. Впрочем, наверное, вас больше интересует, зачем я пришел. В силу некоторых обстоятельств у меня нет возможности рыться в храмовой библиотеке. Потому прошу вас заняться поиском книг из этого списка. Государь в курсе и не против, хотя оставил решение за вами.

На стол лег лоскут бумаги со списком из полудюжины пунктов.

– Конечно, я съезжу…

– Вот и хорошо. Тогда я сегодня же напишу записку его преосвященству. К вам есть и второе дело, первого мало кусаемое. Вот! Взгляните на сей труд, которому я отдал большую часть своей жизни.

Руками в тонких лайковых перчатках принесенная книга разворачивается. Замша, в которую завернут том, аккуратно складывается. Отстегивается массивная застежка, скрепляющая не столько переплет, сколько серебряный оклад книги. На показавшемся титульном листе из пергамента написано заглавие: «От ученика до магистра. Книга заклинаний, отобранных, проверенных и растолкованных Бертиосом из Хаора». Затем приписано другими чернилами: «магистром магии Жизни».

– Несколько месяцев назад я получил возможность ознакомиться с неким уникальным гримуаром. Я вполне осознавал опасность, но скрытые в нем знания стоят любого риска. На сегодняшний день могу с гордостью похвастать, что победил и теперь могу спокойно черпать мудрость древнего волшебника. Однако ничто не дается даром… – Бертиос тяжело вздохнул. – За все приходится платить. Стах, я не прошу клятв, просто надеюсь на вашу скромность и порядочность. Думаю, вы не разгласите мой секрет.

Перчатка стягивается с руки, и Бертиос запястьем касается оклада. Быть может, вы видели, как хозяйка случайно касается раскаленного противня? Красное пятно моментально вспыхнуло на коже. Совсем по-детски лизнув ожог, волшебник сказал:

– Непереносимость серебра. И еще кое-какие неудобства. Впрочем, если не найду нужного заклинания, мне недолго осталось с ними мириться – с первым снегопадом умру. Стах! Что вы так смотрите? Смерть естественное проявление жизни. Конечно, я мог бы прожить еще десятка два лет, однако в прошлом году попал под проклятие. Причем знал, что артефакт проклят, но он выглядел таким интересным. Соблазн оказался столь велик, что устоять я не смог.

– Но можно же что-то сделать!

– Нет! Вы думаете, я не пытался? Все коллеги, занимающиеся проклятиями, отступились, и мне пришлось смириться с мыслью о смерти.

– А семья?

– Что семья! Денег жене оставляю достаточно. Приданое дочери собрано, оно весьма и весьма достойно. Материальные дела уладил, а в остальном у меня с ними нет никаких общих интересов. Когда-то я видел в невесте огонь подвижничества, но он угас сразу после того, как мы с ней взошли на брачное ложе. Кроме вас мне некому завещать труд моей жизни. Помню себя в ваши годы – такой же талантливый, яростный, берущийся за все дела разом. На первые заработанные деньги купил этот том и лишь через четыре года смог записать туда что-то достойное. Владейте. Боюсь, иначе труду суждено валяться забытым на дальней полке семейной библиотеки.

– Благодарю вас.

– Скорее это мне надо благодарить. В завещании я упомяну барона Тихого. Вам отойдут мои записи и лекарская библиотека.

Тень

Дела! Бертиос открылся с совершенно незнакомой стороны. И ведь как держится! Хотя скоро должен умереть… Судя по всему, он говорил о вчерашнем гримуаре.

Аргентофобия, то есть уязвимость от серебра, возникает у оборотней, нежити и некоторых обитателей Нижних Планов… Он заключил пакт? Тогда почему не попросил снятия проклятия? Хотя мог не согласиться на запрошенную цену. Кстати, становится понятно, почему не едет в храм. Кошмар… Однако не похоже, чтобы Бертиос погрузился во тьму. Наверное, маленький срок общения с книгой. И если поверить – а обманывать Бертиосу нет смысла, проще было бы промолчать, – то жить ему осталось буквально пару месяцев. После смерти его обязательно надо упокоить, иначе не понятно, кем он восстанет.

Лагоз явно в курсе. «Книгу Теней» он мог найти в вещах отца. И что мне делать?

Все это я обдумываю по пути из дворца в дом, где пытались провести ритуал. Первый раз туда надо появиться официально, а потом можно будет просачиваться Тенью. Одет в костюм, похожий на мундир. В таких часто ходят отставные военные из дворян. Вперед я послал посыльного с предписанием, поэтому в околотке меня ждут. Городовой довел до места, снял печать, отпер дверь и показал подвальный лаз в катакомбы. С собой полицейского брать не стал, только мешаться будет. Приказал охранять выход снаружи и, если сам не выйду, после полуночи послать гонца к боевым братьям.

Короткий спуск – и я в узком проходе. Судя по положенным на пол чистым деревянным щитам, не похоже, что им часто пользовались. Думаю, чернокнижники знали, что место ритуала будут искать, поэтому выбрали зал, отдаленный от основной базы.

Проход вел в пару комнат, соединенных коридорами с подземным зальчиком, где и проходило действо. Определение магии показало разлитый по залу слабенький магический фон, обрывающийся в проходе, куда сбежали четверо чернокнижников. Больше никаких следов, церковники вычистили все до щепки, не оставив никаких зацепок для расследования. И как тут заниматься поисками? Впрочем, магическую ауру они не приняли во внимание, а может, сочли последствием ритуала. Но через столько времени она уже точно должна была бы рассеяться.

Знаете, на что нацелены боевые монахи-демоноборцы? На борьбу с демонами и призванными созданиями. Неплохи и против тупой нежити, а вот с прочими – как повезет. Все слышали про состав стандартной партии в ДнД? Файтер, Клирик, Маг и Вор. Они закрывают все ситуации, которые встречаются в модуле. У братьев только два первых класса. Потому они ауру и пропустили. Для таких дел необходим Маг.

Есть заклинания – Обнаружение Секретных Дверей, Видеть Невидимое и Истинное Зрение. Они мне сейчас будут нужны. Первое заклятие ничего не дало, нет здесь секретных проходов и тайников. Второе – аналогично. А вот для Истинного Зрения в подаренной Тораном лаборатории я нашел монокль, зачарованный именно этим заклинанием. Смотришь через линзу и видишь мир без прикрас и искажений, как он есть. Слетают все иллюзии, все последствия полиморфа, видны истинные формы оборотней, доппельгеймеров и прочие подправленные детали.

Так вот, на фоне темной стены вдруг возникла маленькая выбоина. Снял монокль – ровная стена, потрогал – камень. Вновь посмотрел через линзу – ниша, и рука чувствует пустоту. Материальная иллюзия приличного уровня. За покровом спрятана крошечная пирамидка. Она и поддерживает иллюзию. Больше ничего там нет.

Хватать найденную вещь, понятно, не стал. Череповато оно без подготовки, но посмотреть посмотрел. Светильник у меня не горит, с моим темновиденьем он и не нужен. Так вот, при свете, может, я ничего бы и не заметил, а тут вижу – ко мне из пирамидки осторожно подбирается тень большой когтистой лапы. На Плане Теней тварюшек с такими царапками много. Они не слишком сильные, бьют холодом и замедляют жертву. Оно мне надо? Не был бы сам Тенью, долбанул бы Обжигающим Светом, он против них самый эффективный, но чего нет, того нет. Не стал ждать, пока до меня доползут, рукой Тени схватил лапу и выдернул существо из пирамидки. Тень. Наша. Родная. Исконная. Я не просто ее выдернул, моя рука ее давит. Тень взвизгнула, заныла и запричитала, причем на местном языке.

– Сахиб! Я не хотело ничего плохого вам причинить! Простите! Извините! Отпустите!

– Что ты тут делаешь?

– Мне велели собирать силу для моего господина. Дали совсем немного, а потом ушли и не вернулись. Отпустите, сахиб. Я много сил потратило на маскировку.

Отпускаю. Такой вид Теней мне известен. Не слишком умные, довольно слабые, злые, лживые, но абсолютно верные своему хозяину.

– И где твой господин?

– Настоящий далеко, очень далеко. Помогите ему, и он вас щедро вознаградит. А маленький господин почти совсем развоплотился. Он слабый, вы сильный. Давайте я буду вам служить, а вы окончательно добьете слабака.

– Так где он обитает?

– В подземном замке, где раньше жил могучий кто-то.

– Много вас там находится?

– Я, еще одно, почти как я, и большое, сильное я. Но то унесли с книгой.

– Как добраться в замок?

– Я маленькое, я много потратило сил. Без помощи само не доберусь.

– Тогда зачем мне ты нужно?

– Сахиб! Дайте лишь три капли вашей драгоценной крови, и я отведу вас, куда захотите.

– Ну уж нет. Крови я тебе точно не дам.

– Само возьму! – вдруг взревела Тень и ударила подобравшейся лапой.

Понятно, я не идиот, поэтому давно набросил на себя Покров Теней. Самое милое дело против атак таких существ. Лапа не нанесла мне никакого вреда, зато запуталась в Покрове. Теперь я в полном праве ответить на атаку. Глупой Тени не показалось странным, что я схватил ее теневой же рукой. Не захотела миром? Пусть расплачивается! Каскад простейших Магических Стрел – и под визги «Простите! Извините!» тварюшка истончилась и сгинула. А вот нефиг на меня бросаться!

Значит, подземный замок? Там жил могучий кто-то? Интересно! Похоже, слухи о великих некромантах имеют какое-то основание.

Поиск в проходе, куда сбежали чернокнижники, ничего не дал. Он привел к недавно взломанному и вновь заложенному выходу наверх, а его продолжение уходило далее в паутину проходов. Вернулся в дом, расспросил городового – действительно проход в катакомбы взломали в день проведения ритуала. Беглецов искала полиция, ими интересовались охранители. Две могучие структуры с полномочиями, следователями, дознавателями и тайными агентами не нашли, а я даже пытаться искать не собираюсь. Манией величия не страдаю, стараться утереть нос профессионалам не буду.

Вдвоем с городовым спустились к нише, запечатали остатки пирамидки в ящичек для улик и составили протокол. Просьбу государя о секретности я не нарушил, многие знали, что должен был осмотреть место ритуала.

Вернулись в околоток, а там нас ждет местное начальство в полном составе. Была у них надежда, что вернусь несолоно хлебавши, ан нет! Принес что-то! Получилось по анекдоту: посмотришь – дурак-дураком, а приглядишься к погонам – цельный прапорщик! Думали, любопытствующий из молодых приехал, нервы пощекотать, а он оказался волшебником и секунд-майором. Заюлил народ, стал оправдываться, дескать, на церковь понадеялись, а у околотка в штате волшебников нет, а вызывать дорого, а бюджет не резиновый и весь давно расписан… Прекратил причитания. Приказал вызвать команду экспертов, откуда обычно вызывают, копии рапорта и всех прочих бумаг по делу посылать во дворец, на мое имя. К завтрашнему дню подготовить все, какие есть, материалы по катакомбам. Вернусь после доклада государю, лично буду разбираться, почему чернокнижников до сей поры еще не нашли.

Ободрил, в общем. И простимулировал. Выдал улику и на служебной карете отбыл домой. Почему пирамидку оставил? Не эксперт я. Даже не представляю, какую информацию из нее можно получить. Пусть профессионалы занимаются своей работой, а мне хоть изредка надо отдыхать. Хотя… есть еще дело. Надо бы в Гильдию о находке написать. Предупредить.

Несте не послал записку, ведь я на нее официально обижен. Неофициально тоже, но меньше – Тереза слишком мала, чтобы я мог представить ее своей невестой. Послал «в пустоту», в канцелярию. Коли дежурные знают, кто такой магистр Стах Тихий, что он сидит на связи дворца с Гильдией, сразу прочтут, к утру, может, подготовятся. Не знают? Я тут ни при чем, от широты души, презрев обиду, прислал весточку с предупреждением, а если прошляпили, то не ко мне претензии.

Полиция

– Ну, что делать будем, господарики мои?

– Ваше благородие, а что мы можем? Будем стоять на том, что волшебника в штате нет.

– Так тебя слушать и стали! Высокого полета птица к нам залетела. В газетах про него писали. К государю, бают, вхож. Много бед натворить может. Чернокнижники ладно, их не жалко, их каленым железом жечь надо. А коли он в поиске по пути контрабасов зацепит?

– Может, им приказать, чтобы затаились на время?

– А кормить не они тебя, а ты их будешь? Контрабанда дело такое, ждать не любит. Как судно в порт пришло, сразу лишнее норовит скинуть, пока таможня на борт не взошла.

– Мне тут видится, ваше благородие, раз дворцовому только колдуны нужны, а контрабасы его не интересуют, так пусть они покланяются и хорошую благодарность организуют.

– Не возьмет! Мало – умаление достоинства будет, а много у них просто нет. Даже если по золотому с носу скинутся, приличную благодарность не наберут. У нас все больше мелочь пузатая.

– Я не про ту благодарность, ваше благородие. Пусть проводника по катакомбам дадут. Тот к схронам не поведет, а подозрительные места покажет.

– Дело! Пусть проводят на маршруты, которыми зевак водят. Расскажут про плохие места.

– Парнишка есть один, Афронька. С тех пор как мать родами померла, по катакомбам с отцом мотается. Оставить-то его не на кого было. Все ходы и переходы знает. С лампадкой гуляет. От порта на тот берег реки часа за три выйдет. Ловкий – страсть! Уже несколько раз, помимо бати, людей водил. Долю не просит, картуз табака или чаю дай, ему и хватает по малолетству.

Глава 5

Катакомбы

Служба

Утром прибыл на службу и сразу был затребован к его величеству.

– Что, Тихий? Всех на уши поставил?

– Не могу знать, ваша милость. Вчера, осматривая место проведения ритуала, нашел мелкую пирамидку и подвергся нападению бестелесной твари, там обитающей. Тварь пришлось уничтожить, найденное через полицию передал экспертам.

– Во-во! Про то и говорю. Только встал, меня срочный отчет ждет. Охранители пишут, что такую пакость можно незаметно пронести в покои, а ночью, когда все спят, тварь нанесет удар. Есть гадости на свете, а эта дрянь всем гадостям гадость. Видать, ритуалом ее для меня заряжали. Сегодня во дворце будут искать подобное, вдруг уже успели пронести. Молодец! Хвалю!

– Рад стараться, ваша милость. Сегодня, после службы, намереваюсь поискать следы чернокнижников в катакомбах, – понизив голос, добавляю, – и известное вам тоже.

– Действуй! Разрешаю.

Мы с государем прошли в его кабинет, и я при всей ожидающей свите попросил:

– Ваша милость! По молодости, глупости и неопытности прошу наставления.

– Да, что такое?

– От военного ведомства по вашему приказу вчера пришли готовые три варианта мундира для гарнизона. Прошу…

– Это ты правильно! Сейчас выбрал бы чего не то. Вот что мне в тебе нравится, Тихий, – ты не скрываешь, где не понимаешь. Сейчас совещание соберем, решим, какой мундир нужно строить. Вели позвать Торана, генерал-аншефа и… Нет! Их дежурный позовет. Иди за мундирами да прикажи выделить солдат, которые в них оденутся. Живьем посмотрим, тогда и решим.

Я, понятно, побежал к себе в Зеленый дворец, а дежурный стал собирать военных на совещание. По мне, любой мундир подходит, но лучше спросить.

На совещании из восьми присутствующих только я промолчал и не вывалил сразу кучу замечаний. Остальные были менее сдержанны. Первый мундир забраковали напрочь. Уже лет десять как двубортные полукафтанья признали негодными для военной формы, а до сих пор некоторые пытаются к ним вернуться! Классика, говорят. Небось завалящие запасы раскопали и вместо колоний хотят неопытному юнцу впарить. Третий мундир отклонили без обсуждения, в нем нашли четыре несоответствия мундирному регламенту. Второй ничего, прошел. Написали всего восемнадцать замечаний, велели переделать и представить в пехотном, егерском и кавалерийском вариантах. Секретарь набросал четыре странички протокола и пообещал разослать беловой вариант.

Генералы снисходительно смотрят на меня, но по-доброму.

– Пусть не умеет, зато хоть старается сделать правильно, – выразил общее мнение генерал-аншеф. – Ну, ничего, подрастет, оботрется среди знающих людей, глядишь, и научится.

Его милость принц Торан после обсуждения подробно разъяснил мне недочеты в мундире и снисходительно похвалил за просьбу о помощи. Вот интересно, что бы сказали, если бы я самостоятельно решил вопрос с формой для своего гарнизона? Думаю, хороших отзывов не услышал. А сейчас хоть и подтвердил статус «молодого», зато получил дополнительные очки к репутации в военном ведомстве.

Заодно на совещании решили не отправлять меня в запас, а оставить секунд-майором при моем же гарнизоне. По предложению принца. Дескать, раз мундиры будут хаорского образца, да и командует людьми истинный хаорец, то гарнизон можно считать вспомогательными вооруженными силами королевства. Хорошо бы только барону подписать секретный меморандум о таком факте и соглашение о сотрудничестве с военным ведомством. Я сразу согласился затвердить оба документа, как только они будут готовы.

Тут генералы вовсе прониклись ко мне благожелательностью. Раз такое дело, то и мундиры гарнизону построятся за счет интендантства. Кормить-поить, одевать-обувать солдат буду за свои, а вот форт на захваченной земле, ладно, можно построить от казны. Но тогда людишек на офицерские должности тоже они ставить будут. После моего утверждения, конечно. И, главное, от великого герцога Эдмунда мне ни единого человека в штат брать нельзя, даже если за них герцогиня просить будет. А то в Зеленоземский полк уже три офицера приходят. Причем один заместителем по строевой подготовке, а другой интендантом намеревается. Как будто наши уставы хуже…

Совершенно случайно меморандум и соглашение оказались уже подготовленными. Прямо на месте я их подписал. Потом государь визу наложил. Между прочим, межправительственное соглашение с баронством Тихим. Похоже, что не последнее.

А ведь за счет Хаора уже строится портал. Не в башне, а рядом, около форта. Думаю, в листогной он будет готов. Перед началом строительства мне начали было втирать, что башня идеальное место для него, но я нашел железный аргумент против – кто тогда будет оплачивать проезд через мост? На что мне прикажете крепостной гарнизон содержать? А то за проход через портал деньги идут не мне, а вовсе даже в Гильдию. Помялся предлагающий, но принял возражение.

На самом деле вопрос в другом: оно мне надо? Зачем нужен лишний проход в мою цитадель, если не я им управляю? Удобно? Кому? Не мне точно. Как представлю вечно забитое крестьянскими телегами пространство на двадцать первом уровне, амбре от навоза, оставленного лошадьми, и споры за право быстрого прохода, так мне страшно становится.

Вообще, еще кое-кто на башню зубы точит. Хасил аус Хансал, который заменил недоброй памяти Гедора, пытается уговорить меня принять на должности помощников волшебника других аус Хансалов, а еще лучше пристроить побольше слабосилков из рода. Зачем? Не столько чтобы мне помочь. Сильный магический источник – вот основная причина. За два-три года интенсивных тренировок на дармовой, легко получаемой и усваиваемой мане слабосилок сможет достичь максимума своих возможностей.

Выдвинул он и второе предложение: при башне устроить школу. Пусть детишки лет с семи годков до шестнадцати-семнадцати учатся по курсу магической академии. За десять лет они не только достигнут пика магических способностей, но и до автоматизма выучат положенные заклинания. Даровая мана – помните?

Место для школы есть, башня почти пустая. Полигон для тренировок найдется. Осталось понять – мне оно зачем?

Дело даже не в расходах. Учителей и воспитателей даст род. Жалованье им будет платить он же, многие родители захотят скинуться. Мою крепость и так сложно захватить, а школьники-огневики с учителями-огневиками на Месте Силы и без помощи метателей раскатают обычных налетчиков в горящую лужицу. Даже против магистров смогут продержаться до подхода помощи.

Роду хорошо – у него будут сильные бойцы, королевству неплохо – боевые волшебники всегда нужны, а что, кроме потери нескольких этажей, присутствия беспокойной и шумной толпы детей, получу я? Защиту? Без них справляюсь. Да пока я никому и не нужен. Лояльность аус Хансалов? Ненадолго. Скоро привыкнут. Первый же выпуск станет считать башню своей вотчиной, а решение ограничить доступ приведет к появлению большого числа недовольных боевых волшебников, отлично знающих слабости и секреты моего личного убежища.

Сделаем следующий шаг в предположениях. Род аус Хансалов получает шестнадцати-семнадцатилетних волшебников с полностью прокачанными навыками и максимально возможным резервом. А другие магические семьи? Они ничего не поймут? Сомневаюсь! Значит, вскоре придут просить пристроить и их детишек в школу. Просто отказать? Испортить отношения со всей магической братией и сестрией? Как женщин назвать в этом контексте… Женщины, которые сочли, что их детишек ущемили, могут обидеться сильнее любых мужчин. К тому же они и значительно мстительней. Согласиться? И получить еще большую толпу детей? В которой, между прочим, могут встретиться представители враждебных родов. Они между собой начнут устраивать разборки, а кто окажется виноват? Или того хуже – станут дружить. Лет в четырнадцать. Мальчики – девочки учатся вместе, живут рядом, пусть на разных этажах, гормоны играют, а в голове гуляет ветер.

Ладно, смотрим дальше. Для кого идеальна такая школа? Для безродных слабосилков, не имеющих доступа к секретам старых магических семей. Где такие? Правильно, в королевских магических школах для простолюдинов. Туда берут кого угодно. Даже из приютов, даже малолетних преступников. Считается, что в армии они проявят себя. Наверное, проявят. Но смешайте трущобных зверенышей с домашними детьми влиятельных родов, затем сидите и ждите, когда эта гремучая смесь рванет. А она рано или поздно рванет.

Отказаться принимать простолюдинов тяжелее всего. Какого-нибудь старпера (сиречь старого пердуна) из Генштаба посетит идея усиления кадров армейских волшебников. Он пойдет к самому генерал-аншефу. Тот со мной в хороших отношениях, но государю доложит. Его величество лично попросит меня, даже пожалует чем-нибудь. Я ему отказать не смогу, и башня быстро станет проходным двором.

За это мне навесят какую-нибудь очередную регалию, подкинут толику благ, дадут красивое звание – например, ректора. Звучит же! Король под такое дело со временем протолкнет меня на должность Верховного Магистра. Хорошо, но… зачем? Я в доме дяди нашел записи и разработки вражеского огнемастера, так еще даже не открывал их. Мне по приказу его величества срочно нужно лезть в катакомбы, искать логово лича, а я никак не могу из дворца выйти, дела не отпускают. Да что говорить! Даже побыть с семьей времени нет. Чуть найдется лишняя минута, бегу в лабораторию зелья варить. От торгового принца через Черныша пришла просьба прислать кремы. Не откажешь, тот мне избыток всего надарил. Хочу сварить гросс, двенадцать дюжин, «Горной лаванды», дюжину «Жемчужного» и, тайком от наших, зелье для роста волос.

В кабинете, в ящичке для входящей почты, появилась целая стопка писем. Никогда во дворце столько не получал. От Несты официальный пакет, запечатанный печатью гильдейской канцелярии, и конверт с личной запиской. Письмо от Никола Огинского, еще одно от герцога Ранбранда, следующее из Геральдического комитета, с него и начал.

Геральдисты уведомляют о моем возможном вхождении в линию наследников графа дю Гоуи. По сему поводу мне надлежит прибыть на проверку соответствия, которая состоится сразу, как его величество соизволит выбрать день для присутствия на оной.

Никол просит оказать ему услугу – принять некую вдовствующую графиню, которая просит моей аудиенции. Зачем? Не написано. Но предложено встретиться до приема, обсудить, почему это нужно. Огинский охранитель, с разбегу бросаться в его объятия точно не стоит. Однако он хоть дальний, но родственник, отказать неприлично.

Найджел предложил встретиться в неофициальной обстановке. Точнее, в кофейне «Желтая роза», где мы первый раз встретились. Причина? Его дочь хочет мне рассказать что-то очень важное. Он уже перехватил три письма Терезы ко мне и, чтобы приличным образом завершить почтовую эпопею, просит выслушать девочку в любое удобное для меня время. Герцог мне скорее симпатичен. Причем, судя по дошедшим через Симона слухам, он был против разрыва со мной. Место встречи выбрано удачно. Кто удивится случайной встрече юноши, заглянувшего выпить чашечку кофею, и отца, угощающего дочь мороженым? Внешние приличия будут соблюдены, случайность она и есть случайность, тем более мы не ругались, ничего такого. Но! Встает вопрос – надо ли вообще идти на сближение с Ранбрандами? Стоит посоветоваться с признанным экспертом в вопросах этикета и политеса. Это, понятно, Кидор.

В записке Неста благодарила за своевременное предупреждение и предлагала помощь Гильдии в поисках. Заодно сообщала, что посылает проект нового регламента работы Совета магистров. Просит прочитать и высказать свои соображения. А вот фиг! Прочитать-то я прочитал, даже понял, какие изменения предлагаются, но замечаний от меня Совет не получит, на то Симон есть. Я молодой, в дела не лезу. Глуп-с, знаете ли.

До Симона проект пока не дошел, поэтому кому-то в канцелярии Гильдии сильно икалось, мой заместитель в словах не сдерживался. По его мнению, Неста лично придержала рассылку. Небось захотела посмотреть, буду ли я советоваться с родственником или от себя ответ пришлю. Любой новый регламент всегда принимается со скандалами, причем подписанное мною можно выдать за мнение двора, а то и лично его величества. А можно и не выдать… Как захочется или как будет выгодней. Потому совет – на официальные бумаги отправлять только официальные ответы.

Такой моя канцелярия подготовит, растолкует мне, где и в чем могут быть засады. Затем я должен спросить мнение государя. Интересно оно ему или он отмахнется – решайте сами! – не в том дело. Мы для того и поставлены, чтобы не самим вещать, а слово его величества до Гильдии доносить.

Неста, видать, хочет мнение магистра Тихого за позицию двора выдать. Не здорово оно, за меньшие проколы от места отставляли. А если первым доложить, да еще правильно акценты расставить, могут полностью канцелярию разогнать. Словом, спешить с ответом не будем, тут хорошо надо продумать все последствия. Симон не сказал, но я и так понял – не игрок барон Тихий в политические игрища.

Совещание

Во вчерашний околоток поехал в форме. В обычном повседневном мундире, с вышитыми ленточками наград и единственной «Заслугой» на шее. При парадной форме носятся ордена и медали, но полицейские невелики птицы, им сойдет и повседневная. Хотя карета запряжена четверкой лошадей, как положено члену Госсовета. Для поддержания статуса хватит.

По приезде оказалось, что и так про меня уже наслышаны – столбики побелены известкой, дорожки отсыпаны песком, перила на крыльце чисто вымыты. Встречает караул из рослых городовых в парадной форме. Командует ими бравый вахмистр, чуть лысоватый, но с нафабренными, от седины, усами. Отдавая рапорт, он именовал меня «вашим высокоблагородием, членом Государственного Совета, магистром волшебства». За ночь все выяснили. Впрочем, полиция. Кому, как не им, быстро узнавать потребное?

В совещательной комнате, помимо местных служак, сидел эксперт из Городской управы. Оказывается, там есть специальный чиновник, который занимается катакомбами и входами в них из черты города. На совещание он прибыл с рулоном карт. Чин маленький – всего тринадцатый класс. Мундирчик чистенький, но потертый. Однако в глазах горит огонь энтузиаста, знатока и любителя своего дела. Еще пригласили пару городовых, немного в возрасте. Если чинуша из управы занимается больше теорией, то есть рисованием планов, то эти скорохваты скорее практики – ловят по подземельям несунов с товаром, к которому таможня, будем говорить мягко, не смогла приложить гербовую печаь с короной и надписью «пошлина оплачена». Еще трое оказались просто начальники, они знают обстановку в окрестностях и настроения здешних обитателей. Лишних людей, сидящих просто для парада, не было. И это очень подняло мое мнение о начальстве околотка, да и вообще обо всей полиции в целом.

Заявил, что точки вноса контрабанды в катакомбы, места схронов и пути проноса товаров меня интересуют исключительно только с одной стороны – с ними рядом не может находиться логово чернокнижников. Те боятся огласки и всячески будут избегать лишних встреч. Если вычеркнуть эти проходы и другие, по которым за деньги водят желающих, то резко сократится район поисков. Полицейские со мной согласились, и следующий час на плане отмечались известные полиции места. Зеленым – пути контрабандистов, желтым – маршруты экскурсий. Синими крестами – точки, где случались несчастные случаи. Красным проходы в некоторые дурные зоны с повышенной опасностью.

Кстати, карта чиновника содержала ходы, не отмеченные на выданных мне планах. Но и на ней были пробелы, которые заполнены у меня. Придется самому, своими руками, объединять оба варианта в один общий. Перепоручить никому нельзя – секретность, понимаешь. Хорошо поработали.

Один из начальников пытался встретиться с представителями контрабасов. У тех есть свои карты, да и знатоки подземелий найдутся. Например, ходит такой парнишка – Афронька. Пацану всего лет десять, но он один из лучших знатоков катакомб. С раннего детства его отец с собой водил, а затем малыш сам стал лазить по проходам. Его бы стоило спросить, он в стороне от основных переходов гуляет, интересно ему. Одна беда – контрабасы капризные, они отказались сотрудничать. Им сообщили, что дело касается не их доходов, а подготовки покушения на государя, но им с полицией говорить западло, вот они и отказались.

Я ставлю вопрос ребром: не хотят по-хорошему – говорите по-плохому. Мальчонка нам не нужен, а вот с взрослых необходимо получить все потребное. Как? Не знаю, но придумайте что-нибудь.

Тут достаю кошель и начинаю выдавать людям на оперативные расходы. Десять дукатов картографу для отрисовки дополнительного набора карт. Двум городовым-скорохватам на амуницию и прочее еще по десятке, а остаток, семьдесят дукатов, всем присутствующим начальникам разом, для сбора информации и оплаты осведомителей. Объяснил: деньги из секретного фонда, болтать посторонним о них запрещено, отчета по тратам представлять не нужно, однако результат обязан быть и быстро.

Как люди прониклись! Заулыбались, заерзали на стульях. Один скорохват пообещал кому-то небо с овчинку, другой стал просто кулаки разминать. Начальники хором заверили: все будет. Только картограф начал было вякать: и половины-то слишком много, но тотчас сдулся под неприязненными взглядами местных. Действительно, чего это он? Дают – бери, бьют – бери и беги. Тем более сказано: фонд секретный, отчета представлять не надо.

Договорились продолжить завтра. Но больше встречать меня не будут, да и я отныне стану заходить без мундира. Один комплект карт взял с собой, картограф успел на него перенести пометки, сделанные на совещании.

На выход меня провожали все участники разговора. У кареты главный спросил:

– Ваше высокоблагородие, какого вы мнения о нашем участке?

Вокруг много посторонних греет уши, потому я свое решение скрывать не стал, сразу ответил:

– Очень доволен. Дорожки аккуратные, столбики красивые, перила чистые. Но главное – паркет у вас прекрасно натерт! Доложу государю о полном порядке в вашем околотке.

С этими словами сел в карету и укатил к себе домой. Сделал, что мог. Узнал много нового и интересного. Дальше пусть полицейские работают. Судя по всему, они справятся. Настоящие профессионалы, честно говоря, я так много узнать не ожидал.

Полиция

Люди неторопливо, в некоторой задумчивости рассаживались за столом. Теперь не по чинам, а кто где хотел. Опять же чаю запросили на всех. Старший задумчиво промолвил:

– Значит, паркет у нас хорошо натерт? И столбики покрашены?.. Нет – красивые? Да уж… Я вчера на него посмотрел, сразу подумал – волчонок! Да, видать, ошибся – волкодав он, как есть волкодав.

– Ваше благородие, из лагозовских горлохватов он, выходец из его личного егерского полка. «Храбрость» и «Штурм» имеет.

– Сам на планке видел. Повезло нам, господарики мои, что мы волокитить не стали, сразу в работу включились.

– За такие монетки не грех и выложиться! Я, ваше благородие, знаю, кому по физиономии настучу сегодня. Все расскажет, шельма.

– А я…

– Тихо! Поднимаем по тревоге весь состав. Будет мало, у соседей подмоги запросим и в Городской управе.

– Облава? Кое-кто обидеться может… Да и плевать на них с высокой колокольни! Член Государственного Совета приезжал! Накося выкуси-ка! Утритесь и заткнитесь! У нас приказ!

– Не распаляйся. Правильно сказано – не захотели по-хорошему государеву делу помочь, сделаем плохо. Всех шустриков разом хватаем и запираем в холодную. Нашей не хватит, в городскую тюрьму отвезем. Перекроем входы и выходы, которые знаем. На тайники наложим арест.

– Можно и того… с конфискацией. Ну, я так… вслух подумал.

– Я поддерживаю! Уважать больше будут! Ваше благородие…

– Посмотрим. Может, и того… А может, кое-кому придется и приплатить. Не зря на расходы денег дали. Да! Про них никому! Понятно?

– Знамо дело!

Страницы: «« « 12345678 » »»