Девы Михаэлидес Алекс
Голова закружилась, накатила дурнота. Мариана почувствовала, что вот-вот потеряет равновесие и упадет в зияющую пропасть.
20
Она застыла, словно приросла к месту. Как заколдованная, смотрела на открытку, не в силах отвести взгляд. Даже не заметила, как Элси вышла из комнаты. Древнегреческие буквы полыхали перед глазами, прожигая разум.
Усилием разрушив гипнотические чары, Мариана заставила себя перевернуть открытку. Сейчас важно мыслить здраво и трезво. И что-то предпринять.
Прежде всего надо все рассказать полицейским. Даже если те подумают, что Мариана сошла с ума — вероятно, они так уже считают, — нельзя больше молчать об открытках. Нужно срочно разыскать инспектора Сангха и с ним поговорить.
Сунув открытку в карман, Мариана поспешила на улицу.
Утро было пасмурным. Солнечные лучи почти не пробивались через завесу туч, над землей клубилась легкая туманная дымка.
Сквозь белесую пелену Мариана различила стоявшего впереди мужчину.
Эдвард Фоска!
Что он тут делает? Хочет узнать, как Мариана отреагирует на открытку? доволь насладиться ее испугом, ее мучениями?
Мариана не видела выражения его лица, но была уверена, что Фоска ухмыляется.
Неожиданно Мариана разозлилась. Обычно рассудительная и спокойная, сейчас — может, из-за недосыпа, а может, из-за смеси страха, горя и растерянности — она не выдержала. Ее захлестнула волна неукротимой ярости. Не столько храбрость, сколько отчаяние подтолкнуло ее вперед, и Мариана, сама толком не соображая, что делает, ринулась к Фоске.
Он действительно вздрогнул?.. Возможно. Тем не менее, когда Мариана в ожесточении стремительно приблизилась к нему чуть ли не вплотную, профессор не отступил ни на шаг.
Несколько мгновений она, тяжело дыша, молча буравила его взглядом. Ее щеки раскраснелись, глаза сверкали, а в груди все сильнее разгорался гнев.
Фоска неуверенно улыбнулся.
— Доброе утро, Мариана.
Та резко сунула ему под нос открытку.
— Что это значит?!
— Хм-м?
Профессор взял карточку и, шевеля губами, прочел надпись на древнегреческом.
— Что это значит?! — снова рявкнула Мариана.
— Это отрывок из «Электры» Еврипида.
— О чем он? Что в нем говорится?
Фоска посмотрел на нее в упор.
— Вот что: «Боги пожелали твоей смерти, и вскоре потоки крови из твоего горла хлынут на лезвие меча».
Услышав это, Мариана взорвалась. Бешенство, бурлящее внутри, наконец выплеснулось наружу. Сжав кулаки, она изо всех сил врезала Фоске по лицу.
Тот отшатнулся.
— Боже мой…
Не успел он перевести дыхание, как Мариана ударила его снова. И снова.
Профессор, защищаясь, вскинул руки, но Мариана продолжала молотить его кулаками, выкрикивая:
— Сволочь! Какая же ты сволочь!
— Мариана, прекратите! Успокойтесь!
Однако Мариана не могла успокоиться, не в силах была остановиться, пока наконец кто-то сзади не схватил ее и не оттащил от Фоски.
Мариана оглянулась. Ее крепко держал полицейский.
Вокруг собиралась толпа, среди которой был и Джулиан. Он оторопело пялился на Мариану.
Еще один полицейский подошел, чтобы помочь профессору, но тот лишь раздраженно отмахнулся. Из носа у него текла кровь, и алые капли перепачкали белоснежную рубашку. Впервые при Мариане Фоска потерял хладнокровие, и это принесло ей небольшое удовлетворение.
В этот момент появился старший инспектор Сангха.
— Что, черт возьми, происходит?
21
Вскоре после этого Мариану привели в кабинет декана, усадили за стол и потребовали объяснений.
Слова давались с трудом. Чем больше она говорила, тем явственнее чувствовала, что ей не верят. Она и сама понимала, что ее история звучит неправдоподобно.
Эдвард Фоска, сидевший напротив Марианы вместе со старшим инспектором Сангха, Джулианом и деканом, уже обрел прежнюю невозмутимость. Во время ее рассказа он слегка улыбался, будто слушал длинный анекдот и терпеливо ждал, когда наконец пора будет смеяться.
Мариана тоже овладела собой и старалась сохранять спокойствие. Избегая эмоций, кратко и четко она обрисовала ситуацию. Поведала, каким образом она постепенно пришла к однозначному выводу, что профессор убил трех своих студенток.
Мариана объяснила, что наличие у Фоски избранных учениц-фавориток, Дев, сразу ее насторожило. Никто не знал, что именно происходит на их регулярных встречах. Как психотерапевт, да и как женщина, Мариана сочла это подозрительным.
Профессор Фоска оказывал на девушек огромное влияние, был для них кем-то вроде духовного наставника. Мариана лично в этом убедилась. Даже родная племянница не осмелилась открыть ей правду о Фоске и Девах и тем самым выдать их.
— Это типичное нездоровое поведение в группе, вызванное стремлением приспосабливаться и подчиняться, — растолковывала Мариана. — Если кто-то все-таки решается высказать точку зрения, противоположную принятой в коллективе или противоречащую мнению лидера, это приводит к росту тревожности и беспокойства внутри группы. Когда Зои говорила о профессоре, я сразу почувствовала: тут что-то не так, она его боится.
Мариана разъяснила, что такие небольшие сообщества, как Девы, легко поддаются манипуляциям. Лидер спокойно может злоупотреблять своим авторитетом, поскольку подсознательно студентки относятся к нему, как в детстве — к отцу. Они во всем проявляют уступчивость и покорность.
— Часто девушка, получившая психологическую травму, не хочет признавать, что у нее было несчастное детство и виной тому — отец-тиран. Желая и дальше закрывать на это глаза, она находит другого тирана и делает вид, что их отношения совершенно нормальны. Девушка не в силах осознать истинное положение вещей, так как в этом случае ей придется осудить не только нового агрессора, но и родителя. Не знаю, какое детство было у Дев… Наверное, многие считали Тару счастливой и успешной. Однако пристрастие к алкоголю и наркотикам говорит о ее уязвимости и множестве проблем. Красивая, непутевая Тара была любимицей профессора.
При этих словах в голосе Марианы зазвенел гнев. Она взглянула Фоске прямо в лицо. Тот холодно улыбнулся. Мариана продолжала, стараясь не терять спокойствия:
— Я поняла, что мы неправильно расценивали убийства. Преступник намеренно убеждал нас, что это дело рук взбешенного психопата, который набрасывается на девушек в порыве неуправляемой ярости, а сам убивал их методично и продуманно. Изначально он планировал расправиться только с Тарой.
— И почему же вы так решили? — впервые подал голос Фоска.
Мариана посмотрела на него в упор.
— Потому что Тара была вашей любовницей. А потом что-то случилось. Возможно, она узнала об измене и припугнула, что расскажет о вашей связи. Чем это могло для вас обернуться? Вы потеряли бы работу и репутацию, вас перестали бы принимать в академических кругах. Конечно, вы не могли этого допустить, поэтому пригрозили Таре, что убьете ее, и исполнили свое обещание. К несчастью для вас, Тара успела обо всем рассказать Зои. А Зои сообщила мне.
Фоска потрясенно уставился на нее. Его черные глаза сверкнули, словно лед.
— Вот оно что… Значит, так вы думаете?
Мариана выдержала его взгляд.
— Да. Я так думаю. Как и остальные Девы, Вероника и Серена обеспечили вам алиби — до такой степени они были подвержены вашему влиянию. Однако потом… что? Им надоело вас покрывать и они пригрозили пойти в полицию? И вы решили позаботиться о том, чтобы они никому не проболтались?
Мариана замолчала. В наступившей тишине старший инспектор Сангха потянулся за флягой и налил себе чаю. Декан в изумлении таращился на Мариану, явно не веря своим ушам. Джулиан, напротив, избегал смотреть на нее и притворялся, что читает свои записи.
Первым заговорил Фоска. Он обратился к инспектору:
— Разумеется, я все это отрицаю и готов ответить на любые вопросы. Но сначала скажите, пожалуйста, инспектор: мне нужен адвокат?
Сангха успокоительно махнул рукой.
— До этого пока не дошло, профессор. Подождите секунду. Мариана, у вас есть какие-нибудь убедительные доказательства? Чтобы мы могли удостовериться, что ваши обвинения небезосновательны?
— Есть. Послания.
— Ах да, знаменитые послания… — Сангха оглядел разложенные на столе открытки и, взяв их в руки, перетасовал, словно карты. — Если я правильно вас понял, вы убеждены, что убийца каждый раз присылает будущей жертве открытку, извещая о своих намерениях?
— Да.
— Следовательно, раз вы тоже получили открытку, то и вам грозит серьезная опасность? Как вы считаете, почему убийца выбрал вас?
Мариана пожала плечами и, отвернувшись от Фоски, чтобы снова не вспылить, пояснила:
— Я представляю угрозу. Я подобралась к нему слишком близко. Разгадала его замысел.
— Перерисовать текст на древнегреческом мог кто угодно, — заметил Фоска. — Для этого не обязательно заканчивать Гарвард.
— Я в курсе, профессор. Но у вас в комнате я нашла собрание сочинений Еврипида, и именно эти строчки были подчеркнуты. Скажете, это совпадение?
Фоска рассмеялся.
— Если б вы сейчас зашли ко мне и взяли с полку любую книгу, то удостоверились бы, что я подчеркиваю практически все подряд. — Прежде чем Мариана успела возразить, он продолжил: — Неужели вы действительно верите, что я стал бы присылать будущим жертвам цитаты из произведений, которые сам же преподаю? По-вашему, я совершил бы такую глупость?
Мариана покачала головой.
— Это не глупость. Вы рассчитывали, что никто не догадается о смысле этих открыток и не придаст им никакого значения. У вас такой юмор: вы хотели посмеяться над девушками. Это вполне в вашем духе, потому-то я и не сомневаюсь, что убийца — именно вы.
— К счастью для профессора Фоски, — вмешался инспектор Сангха, — ровно в полночь, когда убили Серену, его видели в колледже.
— Кто видел?
Инспектор потянулся к фляге, чтобы подлить себе чаю, но заметил, что та опустела, и вздохнул.
— Моррис. Главный консьерж. Проходя мимо, он встретил профессора, который вышел покурить, и они несколько минут разговаривали.
— Моррис лжет!
— Мариана…
— Да вы послушайте…
Прежде, чем Сангха успел ее остановить, Мариана выпалила, что консьерж, вероятно, шантажирует Фоску. А также упомянула, что следила за Моррисом и видела его с Сереной на кладбище.
Резко подавшись вперед, инспектор впился в нее взглядом.
— На кладбище?! Расскажите-ка все по порядку.
И Мариана принялась излагать все с самого начала, в мельчайших подробностях. К ее огорчению, по ходу разговора инспектор Сангха все больше убеждался, что убийца — именно Моррис, а не Эдвард Фоска.
Джулиан был того же мнения.
— Это объясняет, почему преступник разгуливает по колледжу незамеченным, — заявил он. — На кого мы не обращаем внимания? На того, кто имеет полное право находиться на этой территории. На человека в форме — консьержа!
— Именно, — согласился Сангха и после недолгого раздумья велел своему помощнику привести Морриса на допрос.
Мариана открыла было рот, чтобы еще раз попытаться убедить его в виновности Фоски, хотя и понимала, что, скорее всего, ничего не выйдет. Но тут к ней обратился Джулиан:
— Послушай, Мариана. Я на твоей стороне, поэтому не обижайся на то, что я скажу, ладно?
— В чем дело?
— Если честно, я давно заметил, что ты ведешь себя неадекватно. Еще во время нашей первой встречи. Мне сразу показалось, что у тебя началась легкая паранойя.
У Марианы вырвался короткий смешок.
— Что?!
— Понимаю, это трудно принять, но тебя явно мучают навязчивые идеи. Ты нездорова, Мариана. Тебе нужно лечиться. И я буду рад помочь. Если ты позволишь…
— Да пошел ты, Джулиан!
Сангха резко стукнул флягой по столу.
— Довольно!
Все умолкли, и в наступившей тишине инспектор твердо заговорил:
— Мариана, вы переполнили чашу моего терпения. Вы предъявили профессору Фоске надуманные, голословные обвинения и, хуже того, нанесли ему побои. Он имеет полное право подать на вас в суд.
Мариана попыталась перебить его, но инспектор Сангха неумолимо продолжал:
— Нет уж, теперь послушайте меня. Я требую, чтобы завтра же утром духу вашего здесь не было, чтобы вы убрались как можно дальше отсюда: от колледжа, от профессора Фоски, от расследования и от меня. Иначе я буду вынужден арестовать вас за препятствование следствию. Вам ясно? Воспользуйтесь советом Джулиана. Обратитесь к врачу. Пройдите лечение.
Мариана чуть не взвыла от бессилия. Хватая ртом воздух, она с трудом подавила рвущийся наружу вопль. Спорить дальше не имело смысла. Кипя в глубине души от негодования, Мариана опустила голову.
Она проиграла.
Часть V
Ну вот, теперь пружина натянута до отказа. Дальше события будут разворачиваться сами собой. Этим и удобна трагедия — нужен лишь небольшой толчок, чтобы пустить в ход весь механизм.
Жан Ануй, «Антигона»[10]
1
Часом позже Морриса арестовали. Во избежание шумихи полицейская машина, вырулив на узкую улочку, подъехала к колледжу с противоположной от главного входа стороны. Там собралась лишь небольшая кучка студентов и сотрудников университета. Затесавшись среди них, Мариана наблюдала, как, под свист и улюлюканье других консьержей, Морриса в наручниках ведут к автомобилю.
Моррис никак не реагировал на обидные выкрики. Побагровев, он шел, глядя себе под ноги, а приблизившись к машине, поднял голову. Мариана проследила за его взглядом… и увидела в окне Фоску. Профессор со спокойной ухмылкой следил за происходящим. «Он над нами смеется», — поняла Мариана.
Отвернувшись от Фоски, она вновь посмотрела на Морриса. Тот тоже заметил Мариану, и в его глазах вспыхнул злобный огонек.
Один из полицейских сорвал с консьержа шляпу и затолкал его в машину. Автомобиль покатил прочь, и ворота за ним закрылись.
Мариана снова взглянула на окно, однако профессора там уже не было.
— Слава богу, — пробормотал стоявший рядом декан. — Наконец-то все закончилось.
«Как бы не так, — подумала Мариана. — Все только начинается».
* * *
Почти моментально погода испортилась. Словно испугавшись творящихся в колледже ужасов, лето, державшееся так долго, предпочло отступить. Во внутренних дворах скорбно завыл ледяной ветер, нарушая монотонность плачущего дождя, вдали послышались глухие перекаты грома.
Мариана, Зои и Кларисса сидели в просторной преподавательской гостиной — комнате отдыха для педагогов. В полумраке виднелись расставленные вдоль стен старинные кожаные кресла и диваны. На письменных столах красного дерева и кофейных столиках лежали многочисленные журналы и газеты.
Ветер стучал в окно, по стеклу стекали капли дождя, и Кларисса, продрогнув, попросила разжечь камин.
Сегодня в гостиной, кроме них, никого не было. Расположившись в креслах у огня, женщины пили виски, вдыхая витавшие в воздухе запахи древесины и золы.
Мариана слегка покачала стакан, глядя, как плещется в нем янтарный напиток. Ей было хорошо и спокойно в уютной комнате, рядом с Зои и Клариссой. Их присутствие придавало сил и смелости.
Некоторое время назад у Зои закончился семинар, вероятно, последний в этом месяце: Кларисса сообщила, что ходят слухи о предстоящем закрытии колледжа на неопределенный срок, до окончания расследования.
По дороге сюда Зои промокла под дождем, и пока она отогревалась у огня, Мариана поведала о сегодняшнем столкновении с Эдвардом Фоской. Когда она закончила рассказ, Зои задумчиво пробормотала:
— Зря ты так открыто во всем обвинила профессора. Теперь он знает, что ты его вычислила.
Мариана повернулась к племяннице.
— Ты же считала, что Фоска невиновен?
Встретившись с Марианой взглядом, Зои покачала головой.
— Я ошибалась.
Кларисса по очереди посмотрела на них.
— Значит, вы обе убеждены в виновности профессора? Не хочется верить, что он убийца.
— Не хочется, — согласилась Мариана. — Но я верю.
— И я, — подхватила Зои.
Кларисса молча потянулась за графином и подлила себе виски. Рука у нее дрожала.
— Что теперь делать? — спросила Зои. — Мариана, ты ведь не уедешь?
— Ни за что! Пусть меня арестуют, плевать!
Кларисса изумленно округлила глаза.
— Что? Но почему?!
— Сколько можно спасаться бегством? С тех пор, как умер Себастьян, я постоянно убегаю. Хватит! Пора лицом к лицу встретиться с тем, что меня ждет, — что бы то ни было. Я не боюсь! — Эта фраза прозвучала настолько непривычно, что Мариана повторила ее, словно пробуя на вкус: — Я не боюсь.
Кларисса цокнула языком.
— Пьяному море по колено.
— Что ж, будем считать, я выпила для храбрости. Я должна быть смелой. — Она повернулась к Зои. — Мы не отступим. Не сдадимся и в конце концов поймаем Фоску.
— Но как? Нужны доказательства.
— Да…
Зои помялась и странным тоном уточнила:
— Орудие убийства подойдет?
Мариана бросила на нее удивленный взгляд.
— Ты про нож убийцы?
Племянница кивнула.
— Его ведь еще не нашли, так? По-моему… я догадываюсь, где он спрятан.
Мариана потрясенно воззрилась на нее.
— Откуда это тебе известно?!
Зои, совсем как в детстве, виновато потупилась. Для Марианы это был явный признак: она что-то натворила.
— Зои?
— Долго объяснять…
— Мы никуда не торопимся. Самое время для долгих объяснений. — Мариана понизила голос. — Зои, на встрече со студентками Фоски я кое-что выяснила… Девы сообщили, что ты была одной из них.
Широко распахнув глаза, племянница замотала головой.
— Это неправда!
— Зои, не надо лгать…
— Я не лгу! Я была у них всего раз!
— Почему же ты мне не сказала?
— Сама не знаю… Побоялась. Мне было стыдно. Я давно хотела тебе признаться, но… — Зои умолкла.
Мариана коснулась ее руки.
— Расскажи сейчас. Нам обеим.
У Зои задрожали губы. Тем не менее она кивнула, и Мариана приготовилась слушать.
Первые же слова племянницы заставили ее похолодеть.
— Наверное, началось все с Деметры и Персефоны. — Она взглянула на тетю. — Ты ведь в курсе, кто это, да?
Мариана не сразу обрела дар речи.
— Да, — кивнула она.
2
Зои залпом выпила виски и поставила стакан на каминную полку. На ее лице мелькали красноватые отсветы от пляшущего в камине огня, и у Марианы вдруг возникло ощущение, что они сидят у походного костра и девушка собирается рассказать страшилку. Впрочем, в каком-то смысле так оно и было.
Слегка запинаясь, Зои неуверенно начала свое повествование.
Она поведала, что профессор Фоска очень увлекается элевсинскими мистериями, с помощью которых можно побывать в загробном мире и вернуться. Профессор утверждает, что сумел разгадать секрет элевсинских обрядов, призванных почтить Персефону, и поделился им со своими любимыми студентками.
— Он заставил меня поклясться, что я буду молчать о том, что видела, и никогда никому не выдам его тайну. Конечно, все это казалось странным, но мне льстило, что профессор выделил меня, посчитал особенной. А еще меня разбирало любопытство. Когда настала моя очередь пройти посвящение в общество «Девы», профессор Фоска велел мне быть ровно в полночь у каменной беседки. Там он собирался провести церемонию…
— Что за беседка?
— Ну та, которая на берегу реки, рядом с заповедником.
Мариана кивнула.
— И что потом?
— Без чего-то двенадцать Карла и Дия встретили меня у лодочной станции и отвезли на лодке к беседке.
— Почему на лодке?
— Так легче добраться. Тропинка, которая туда ведет, вся заросла кустами ежевики. — Зои помолчала. — Остальные уже были на месте. У входа в беседку стояли Вероника и Серена в масках: они изображали Персефону и Деметру.
— Боже мой! — невольно ахнула Кларисса и жестом попросила Зои продолжать.
— Лиллиан ввела меня в беседку, где ждал профессор. Он завязал мне глаза и заставил выпить кикеон. Фоска уверял, что это обычная вода, но он лгал. Тара позже призналась, что туда подсыпали наркотик бутират. Профессор часто покупал его у Конрада.
Нервы Марианы были напряжены до предела. Она боялась даже слушать, что произошло дальше.
— Профессор дал тебе кикеон, и?..
— И шепнул, что я сейчас умру, а на рассвете воскресну. И коснулся моей шеи ножом.
— Ножом?! — поразилась Мариана.
— Только слегка дотронулся, даже не оцарапал. Просто сказал, что таков ритуал жертвоприношения… С меня сняли повязку, и я увидела, где Фоска прячет нож: в щели между двумя каменными плитами.
Зои на секунду закрыла глаза.
— Потом… я почти перестала соображать. Ноги подгибались, как ватные, я едва не падала. Кажется, мы вышли из беседки… Несколько Дев начали плясать нагишом, другие купались в реке… а я… я отказалась раздеваться… — Она покачала головой. — Мало что помню. Каким-то образом отбилась от остальных, осталась одна. Брела по лесу, сама не зная куда. Было очень страшно… И тут появился он.
— Эдвард Фоска?
— Да. — Кажется, Зои не хотелось произносить это имя. — Я пробовала заговорить, но язык не слушался. А Фоска… Он принялся целовать меня, гладить… говорить, что любит. Мне запомнились его глаза: дикие, безумные. Я попыталась вырваться… Вдруг откуда-то подошла Тара. Они с Фоской стали целоваться, а я побежала. Все бежала и бежала сквозь лес… — Зои умолкла, опустив голову.
— А что же потом? — не выдержала Мариана.
Девушка пожала плечами.
— Ничего. Больше я не говорила об этом случае ни с кем из Дев, кроме Тары.
— А профессор Фоска?
— Он вел себя как ни в чем не бывало. Поэтому я тоже пыталась делать вид, что ничего особенного не произошло. Пока в тот вечер Тара не пришла ко мне в комнату и не сказала, что Фоска ей угрожает. Никогда не видела ее такой напуганной…
— Милая моя девочка, нельзя было об этом молчать, — тихо проговорила Кларисса. — Следовало сообщить обо всем руководству колледжа… или мне.
— А вы бы мне поверили, Кларисса? История такая неправдоподобная… И у меня нет никаких доказательств.
Мариана едва не плакала. Ее так и тянуло обнять племянницу, прижать к себе и не отпускать.
Но сначала надо было прояснить один важный момент…
Читать бесплатно другие книги:
