Интимное средневековье. Истории о страсти и целомудрии, поясах верности и приворотных снадобьях Гилберт Розали
Заметьте, тут не говорится о природе мути, но специалист, проводивший анализ, точно знал, какие характеристики какому полу соответствуют. Профессионализм и искусство в одном флаконе. Что-то вроде «облачно, с прояснениями»; больше похоже на прогноз погоды, чем на научный вывод. Но слова, которыми обычно описывают женщин, не лучше. Мягкое выражение лица. Прекрасный цвет кожи. Почему не подходить с тем же словарем к анализу женской мочи?
Чего точно не хотела бы увидеть ни одна беременная женщина, так это белую мочу. Она свидетельствовала о том, что что-то не так либо с ребенком, либо с матерью, либо с обоими:
Если моча женщины цвета белого свинца и она беременна, значит, ребенок внутри нее мертв. А если она не беременна и моча воняет, значит, мать гниет изнутри.
В любом случае, новости не из приятных.
Врач рассматривает мочу в колбе (1315–1325)
Псалтырь, Гент. Walters Ex Libris. W.82, folio 75v.
Если женщине по какой-то причине очень не хотелось делать анализ мочи, она всегда могла узнать пол нерожденного ребенка, внимательно посмотрев на себя и на то, как она двигается. Средневековый энциклопедист Бартоломей Английский писал:
По мнению Аристотеля и Константина, будущая мать меньше страдает, если носит мальчика, оттого цвет ее лица красивее и чище, а движения легче, чем при беременности ребенком женского пола. Если желания женщины постоянно меняются, становится другим цвет кожи, под глазами появляются черные круги, грудь распухает, а матка медленно увеличивается, это признаки беременности. Изза больших размеров растущего плода ее мучает тошнота и рвота, ей тяжело, и она не может работать.
Что ждало будущую мать в Средние века после подтверждения, что она носит ребенка? В общем и целом все, что тогдашние женщины знали о беременности, выражается одним-единственным словом: страдания. Если вы беременны, приготовьтесь страдать, и весьма серьезно.
Особенно красноречив в этом смысле трактат о девственности под названием De sancta virginitate («Святое девство»), где подробнейше описываются беды, которых следует ожидать беременной женщине. Он был написан неподалеку от английского Херефордшира в период между 1180 и 1210 годами, но имя автора достоверно не известно. Мы уверены лишь в одном — кто бы ни написал трактат, этот человек определенно видел утренний токсикоз собственными глазами:
Твое розовое лицо похудеет и позеленеет, как трава; твои глаза станут тусклыми, под ними образуются черные круги, и из-за головокружения у тебя будет сильно болеть голова. Внутри, в твоем животе, матка распухнет и выпятится, словно бурдюк; дискомфорт в кишечнике, острая колющая боль в боку и часто в спине; тяжесть во всех конечностях; тянущий вниз вес двух распухших грудей и ручьи молока, из них вытекающего. Из-за болезненной бледности от твоей красоты не останется и следа; во рту будет горький привкус; что бы ты ни съела, все вызывает тошноту; какую бы еду ни принял с отвращением твой желудок, его все равно вырвет.
Звучит просто восхитительно, не правда ли? Для тех, кого не отталкивает все это, есть кое-что еще. Не удовлетворившись рассказом о том, какой отвратительной становится беременная женщина, автор в красках описывает роды.
Вот эти не менее «утешительные» перспективы:
Беспокойство о предстоящих родовых схватках не дает тебе спать по ночам. А потом дело доходит до жестокой муки, и это страшная колющая боль, непрекращающиеся страдания, мучение за мучением, вопли; ты страдаешь от всего этого и от страха смерти, к тому прибавляется стыд от присутствия опытных жен, уже прошедших через столь мучительные испытания; их помощь тебе необходима, как бы неприлично это ни было; и ты лежишь там беззащитная, вынужденная мириться со всем, что с тобой происходит.
Вот вам и счастье рождения новой жизни, чудо природы, радостное зарево грядущего материнства.
Признаться, описание это на удивление точное и подробное, хоть и слишком резкое и схематичное. Многие женщины, прошедшие через беременность, распознают большинство симптомов: и темные круги под глазами из-за плохого сна в конце срока, и непреодолимую тягу к конкретной еде, порой странной, и тошноту со рвотой по утрам, и ковыляние вперевалку подобно бегемотихе.
Есть в жизни вещи, которые никогда не меняются.
Что нужно и чего нельзя делать беременным
Средневековой женщине было сложно выделить время на уход за собой. Она не могла просто лежать девять месяцев, расслабляясь: у нее оставалось слишком много дел. В англосаксонских медицинских текстах мы находим советы для будущей мамы. Там не слишком много говорится о том, что ей следует делать, зато список запретов довольно длинный.
В староанглийском медицинском трактате Medicinale Anglicum находим, например, следующие рекомендации:
Беременная женщина должна знать, что ей ни в коем случае нельзя есть ничего соленого или сладкого, пить пиво, есть свиное мясо и вообще что-либо жирное, или пить до опьянения, или уходить далеко по дороге, или слишком много ездить верхом, из-за чего ребенок может родиться раньше положенного срока.
В целом это дельные советы; большинство из них актуальны до сих пор. Что касается сладкого или соленого, беременные иногда проявляют к ним чрезмерную тягу, но если у женщины проблемы с желудком, ей следует ограничиться простой полезной пищей. Рекомендации относительно алкоголя по-прежнему актуальны, как и комментарий по поводу верховой езды. В общем, с историческими советами для беременных все вроде обстоит неплохо.
Кроме того, были еще и рекомендации, позволявшие будущей матери сделать беременность более комфортной. Например, некоторые травы и продукты немного облегчали утреннее недомогание — если, конечно, женщина оказывалась достаточно благоразумной, чтобы их поискать. Наши современницы пьют с этой целью травяные чаи, но давайте посмотрим, что предлагалось в Средневековье.
Средства от тошноты
Женщина мучается от тошноты из-за утреннего токсикоза потому, что так Господь наказал Еву; это нужно просто запомнить. Так что никаких лекарств от утреннего недомогания не было. Если же беременная решалась нарушить естественный ход вещей и найти снадобье, которое поможет ей чувствовать себя лучше, она могла попробовать взять свежие листья растения под названием asperula odorata (подмаренник душистый), заварить их и выпить. Или воспользоваться рекомендациями из все того же справочника Tacuinum Sanitatis — он не предназначался специально для беременных, но включал ряд советов по поводу некоторых симптомов, характерных для этого состояния.
Например, в руанской версии текста женщине предлагается есть засахаренные апельсиновые корочки. Звучит восхитительно, если, конечно, у беременной достаточно средств, чтобы организовать доставку апельсинов из-за границы, или если ей посчастливилось жить в южной европейской стране, где растут апельсиновые деревья.
Апельсины (cetrona id est narancia)
Природа: мякоть холодная и влажная в третьей степени, кожура сухая и теплая во второй степени.
Пригодны: совершенно спелые плоды.
Польза: засахаренная кожура полезна для желудка.
Вред: плохо переваривается.
Нейтрализация вреда: запить наилучшим вином.
А как насчет фиалок?
Фиалки (viole)
Природа: холод в первой степени, влажность во второй.
Пригодны: лазурного цвета, с множеством листьев.
Польза: запах фиалки успокаивает при истерии; если человек пьян, это очищает желчь.
Вред: вредны при катаре, вызванном простудой.
Побочные эффекты: отсутствуют. Фиалки полезны для людей разного темперамента, для молодых людей, в летнее время и в южном регионе.
В следующий раз, когда почувствуете себя плохо, попробуйте последовать двум последним рекомендациям. Я, например, неравнодушна к апельсиновым цукатам, да и кого не ободрит запах от букетика фиалок? То, что он успокоит при истерии, кажется мне преувеличением, но, вероятно, тут все зависит от степени истерии.
Маргиналии, обезьяна с фиалкой на тачке
Инициал O с владельцем рукописи Адольфом Клевским, поклоняющимся Мадонне Смирению с ребенком (фрагмент). Часослов герцога Адольфа Клевского. Walters Ex Libris. Manuscript W.439, folio 80v.
Разлили молоко? Понюхайте фиалки! Кот славно повалялся на вашем платье прямо перед тем, как вам выходить на работу? Понюхайте фиалки! Малыш устроил истерику? Глубоко вдохните аромат фиалок и сосчитайте до десяти. Уязвленный подросток бессвязно вопит, пытаясь выйти из дома в таком виде, в то же время муж, сидя у телевизора, спрашивает, что на ужин, а вы обжигаетесь утюгом и тут же читаете сообщение, что оплата по счету за электричество по кредитке не прошла и менее чем за час все семейство останется без света? Не буду вам лгать. В подобной ситуации фиалки, вероятно, не помогут, если только вы не чрезвычайно собранный и готовый к действиям человек.
Мой вам совет: выходите из дома, езжайте в ближайший питомник и скупите все фиалки на складе. Положите их в машину. Проводить время среди цветов чрезвычайно полезно для души, особенно если остальные члены семьи сидят дома, а ваш автомобиль теперь движется в облаке умопомрачительного аромата. А по пути домой побалуйте себя вкусной едой навынос. Ну что, видите? Фиалки и тут сработали.
Трудные роды
Если беременность настолько ужасна, а роды как таковые, похоже, вообще чистый ад, была ли средневековой женщине доступна какая-нибудь помощь? Естественно, была — вот только не слишком практичная.
Роженице предлагалось как можно чаще молиться и, если очень повезет, попробовать заполучить такую замечательную вещь, как родильный пояс. Речь вовсе не о современных бандажах для беременных — широком матерчатом поясе, поддерживающем живот, — а о чем-то очень похожем на обычный ремень. Считалось, что родильные пояса обладают чудесной способностью облегчать страдания женщины — скорее всего, это работало благодаря самоубеждению.
Благородные дамы, жившие в нужной части страны, могли взять в аренду пояс девственницы, который предположительно носила во время родов сама Дева Мария, а другим приходилось довольствоваться обычным, освященным церковью или хотя бы окропленным святой водой. В аббатстве Риво в Йоркшире монахи словно зеницу ока берегли пояс святого Эльреда Ривоского — он, как всем было известно, помогал роженицам переносить страдания. Предполагалось, что им может воспользоваться любая добропорядочная и набожная женщина, но в первую очередь пояс получали, понятно, те, кто регулярно жертвовал церкви большие деньги. Родильные пояса считались предметом драгоценным и немного мистическим, их нередко передавали в семье из поколения в поколение с почтением и вниманием. Упоминание об одном таком поясе мы находим в английском завещании, датированном 1508 годом:
А еще один небольшой пояс под названием пояс Богоматери, украшенный серебром и позолотой, который является семейной реликвией, для страдающих беременных женщин. Завещаю его моему сыну Роджеру, чтобы пояс остался семейной реликвией.
В этой записи прямо говорится, что пояс ценный, с дорогой позолотой, и что он отходит по завещанию некоему Роджеру, предположительно для его нынешней или будущей жены. Это, вероятно, указывает на один из двух сценариев. Либо у Роджера не было сестер, которым можно оставить пояс, либо вещь считалась слишком ценной, чтобы завещать его любой женщине семейства, тогда как ответственность за продолжение рода нес Роджер. Успешное рождение наследника у сына считалось важнее успешных родов дочерей, ведь они обеспечивали наследниками семейства мужей. Может, у Роджера и не было сестры и пояс достался ему только по этой причине, но мне кажется, что дело обстояло не так. Не зря же в завещании максимально четко дается понять, что пояс непременно должен остаться в семье.
В Средние века существовало множество вариантов облегчить страдания рожениц, но ни один из них особенно эффективным не назовешь. В основном речь шла о травяных припарках и других народных средствах и о благочестивых молитвах. Считалось, например, что многократное произнесение имени святой Маргариты, покровительницы родов, облегчает схватки и обеспечивает безопасность роженицы и младенца.
Святая Маргарита исходит из дракона
Часослов премонстрантов. Manuscript W.215, folio 67r.
В те времена активно рекомендовали и разные снадобья для рожениц, в том числе натирание боков будущей матери розовым маслом, прикладывание слоновой кости и припарки из орлиного помета; еще женщине давали пить уксус с сахаром.
Для облегчения родов также использовались драгоценные камни, но был ли от того какой-нибудь эффект, кроме эффекта плацебо, остается только гадать. Считалось, что если приложить к руке роженицы магнит, это облегчит ее страдания. А если нет, она могла попробовать носить на шее коралл. В XII веке Хильдегарда Бингенская писала о силе камня сердолика:
Если беременная женщина страдает от болей, но никак не может родить, надо потереть оба ее бедра сердоликом со словами: «Так же, как ты, камень, по повелению Господа воссиял на первого ангела, так и ты, дитя, явись сияющим человеком с Богом в душе». Потом сразу же нужно подержать этот камень на выходе для ребенка, то есть у внешних интимных частей женщины, со словами: «Открой свои дороги и двери в том озарении, в котором Христос явился человеком и Богом и открыл врата Адовы. Именно так и ты, дитя, можешь выйти в эти двери, не умерев сам и не принеся смерти своей матери». А после родов надо привязать этот камень к поясу женщины и затянуть вокруг нее, и она исцелится.
А может, не исцелится. В другой рекомендации, касавшейся тяжелых родов при тазовом предлежании, говорится, что акушерка должна сделать следующее:
…маленькой и нежной рукой, смоченной в отваре льняного семени и нута, поверните ребенка на место в правильное положение.
Это, по крайней мере, звучит как полезный и практичный совет. Хотя насчет нута я не уверена.
Грудное вскармливание
Послеродовой уход в Средние века не был особенно распространенным явлением. Измученной родами новоиспеченной матери требовалась определенная забота, но даже медицина имела по этому поводу странные представления.
Считалось, например, что грудное молоко женщины содержит остатки крови из матки. Будто бы кровь белеет и очищается, проходя через женскую грудь, и истекает наружу в виде белого грудного молока. Соответственно, никто не сомневался, что из-за этого все недостатки характера или семейные черты передаются от матери ребенку.
Кормилицы
Кормилицы были очень популярны у рожениц из высших слоев общества, конечно, слишком занятых, чтобы кормить собственных детей грудью. Но прежде чем нанять кормилицу, считалось крайне важным проверить ее физическое состояние, моральный облик и узнать в целом о ее характерных особенностях. Женщина, не отличавшаяся здоровьем и благочестием, несомненно, с молоком передала бы свои недостатки и изъяны несчастному ребенку.
Фома Чобхэм, о котором мы с вами уже знаем и который вообще говорил о женщинах очень мало хорошего, особенно негодовал по поводу матерей, отказывавшихся кормить грудью собственных детей. Он считал это грехом, подобным убийству, потому что нет в мире другого молока, более подходящего для ребенка, чем то, каким снабдил женщину Господь, а отвергать дар Божий грешно и непростительно.
Если женщина отказывалась кормить младенца грудью под предлогом своей телесной хрупкости, ее ждала не менее жесткая отповедь: она ведь оказалась вполне крепкой для секса и беременности. Даже в случае очень тяжелых родов Фома настаивал на том, чтобы хотя бы кормила и купала ребенка мать сама.
Одежда для беременных
Бедной женщине, которая не могла расширить гардероб в связи с беременностью, специальная одежда для кормления грудью тоже была недоступна. Обычно матери расшнуровывали платье спереди и вытягивали вверх либо приспускали нижнюю сорочку.
На некоторых картинах, дошедших до нас из Средних веков, мы видим Марию, кормящую младенца Иисуса. Мария изображается в платье с откидным бортом на пуговицах спереди, что позволяет вытаскивать грудь, или в одежде с двумя скрытыми вертикальными прорезями на уровне груди, для тех же целей. В теории это удобно и должно работать, возникает только один вопрос: что там с льняной сорочкой, которую средневековые женщины носили под верхним платьем?
Кормление Богородицей младенца Христа
Часослов герцога Адольфа Клевского. Walters Ex Libris. W.439, folio 14r.
Послеродовая депрессия
Люди издавна знали, что женщины иногда страдают от душевного недуга под названием меланхолия, то есть от необъяснимой печали, возникающей без какой-либо иной видимой причины, кроме как из-за нарушения баланса желчи в теле. Но только Гиппократ заметил, что такая печаль характерна для недавно родивших, и еще в IV веке до нашей эры предположил, что, возможно, она объясняется именно фактом родов.
Согласно его теории, которую приняли и поддержали многие передовые медики, в том числе средневековые, если жидкость, выходящая из матки женщины после родов, не истекает из тела должным образом и по какой-то причине задерживается в нем, то позже может ударить недавней роженице в голову и вызвать огромные проблемы, включая бред, манию и болезненную ажитацию.
Сегодня мы называем такое состояние послеродовой депрессией и точно знаем, что это симптом существующей медицинской проблемы, пусть даже Гиппократ объяснял ее причины не совсем правильно. Он знал, что с женщиной что-то происходит, и довольно близко подошел к реальной причинно-следственной связи. То есть в отношении следствия был совершенно прав.
У Тротулы тоже имелись идеи на этот счет. Она также считала корнем проблемы жидкости, оставшиеся в теле женщины после родов, но определяла их несколько общо, называя причиной просто избыток влаги. Вот ее прелюбопытное мнение:
Если матка слишком влажная, то мозг наполняется водой, избыток влаги стекает к глазам женщины, наполняет их слезами и заставляет ее невольно плакать.
Судя по всему, даже в Средневековье замечали, что новоиспеченные матери часто выглядят уставшими и напряженными и что у них глаза на мокром месте. Эту проблему решали усиленным питанием и некоторыми другими средствами, например купаниями или паломничеством. Кроме того, паломничество считалось отличным способом возблагодарить Господа за благополучные роды, так что эта рекомендация кажется вполне резонной, хоть и в высшей степени непрактичной.
Ну и, понятно, новоиспеченной матери рекомендовали избегать секса минимум месяц после родов.
Глава 8. Если очень хочется не забеременеть
С желанием иметь ребенка все ясно, но что, если наоборот? Возможно, в семье и так много ртов и еще одного не получится прокормить. Или, скажем, вы женщина хрупкого телосложения и просто не готовы к новой беременности. Или не слишком любите мужа…
Что могла сделать средневековая женщина, чтобы не забеременеть? Ведь могла же? Да, и много чего.
Мысли и молитвы
Нет на свете ничего более эффективного, чем правильные мысли и хорошая молитва, верно? Ой. Или нет?.. Конечно, и то и другое стоит попробовать, но только если результат для вас не критичен. Несомненно, средневековые женщины много молились о том, чтобы не забеременеть, но, к сожалению, даже самая непоколебимая вера в Господа не предотвратит беременность наверняка.
Мыслить правильно и молиться особо не рекомендовали — как вы помните, считалось, что женщина должна заниматься сексом только ради зачатия. А если она не хочет ребенка, зачем ей секс? Давайте рассмотрим, какие варианты были доступны средневековой женщине, стремившейся к тому, чтобы ее интимная жизнь не имела последствий.
Маргиналии, молящаяся женщина
Часослов, Франция (начало XIV в.). Walters Ex Libris. W.90, folio 135v.
Воздержание
Просто сказать нет.
Очевидно, что лучший и надежнейший способ контрацепции — не оголяться сильно на виду у объекта симпатии, то есть говорить сексу нет. Попрактикуемся в этом прямо сейчас. Скажите: «Нет». Отлично, молодцы. Теперь нужно только повторить то же самое, когда в следующий раз встретитесь с парнем, который вам небезразличен. Признаю, намного проще будет сказать это тому, с кем вы совсем недавно познакомились онлайн и пару раз ходили на кофе, нежели своему новоиспеченному мужу.
Воздержание работало неплохо, особенно когда женщине и правда не слишком хотелось заниматься с мужем сексом. Например, если кто-то из супругов вступил в брак исключительно ради выгодного альянса или богатого поместья. В таких ситуациях оправдание отказа от интимных отношений нежеланием забеременеть служило для женщины чем-то вроде узаконенного спасательного круга.
Но работал ли такой метод для тех, кому посчастливилось выйти замуж за чертовски привлекательного молодого фермера со стальным прессом? Разве что для женщин, способных сохранять железную волю сто процентов времени.
Эдит и Джеффри — молодая супружеская пара, у которой уже пятеро детей мал мала меньше. К счастью, все они уже в постелях, и в доме воцарилась долгожданная тишина. Вечер, на столе горит свеча, и в ее свете Эдит особенно красива. Почувствовав возбуждение, Джеффри с благодарностью вспоминает, что сегодня вторник, и притягивает жену к себе…
Джеффри: О-о, Эдит… Ты сегодня так прекрасна…
Эдит: Спасибо, милый. Ты тоже.
Джеффри: Я тут вот что подумал… ну… что-то мы с тобой давненько не… может, затушим свечу и, э-э-э, того… ну, ты понимаешь?
Эдит: Ляжем спать? Но я пока не хочу, я не устала.
Джеффри: Да и я тоже. Я и не думал спать.
Эдит: Ой! Хм. Ой, м-м-м… Нет.
Джеффри: Но мы так давно этого не делали…
Эдит: Но, Джеффри, у нас уже пятеро малышей, и если мы с тобой сделаем это, то наверняка родится еще один!
Джеффри: Ага… Значит, нет? Ты уверена?
Эдит смотрит, как Джеффри скидывает рубашку.
Эдит: Извини, любовь моя. Да, я уверена. Нет, нет и нет.
Джеффри: Точно-точно уверена?
Эдит смотрит, как Джеффри стягивает чулки.
Эдит: Да-а-а-а. Вроде как уверена…
Джеффри: Точно-точно-точно?
Эдит смотрит, как Джеффри снимает панталоны.
Эдит: Ну… то есть…
Через девять месяцев у пары рождается шестой ребенок.
Киска на замену
Женщина, способная сказать сексу решительное «нет», может решить вообще отказаться от интимной жизни и завести несколько кошек, которые будут ее отвлекать и помогут меньше думать о соблазнении мужчин. Отличный обходной путь. В Средние века даже монахиням разрешали держать в качестве компаньонов кошек, так как они существа полезные и отлично борются с грызунами. Так что скажите сексу нет и заведите кошку. Вот и все.
Женщине, решившей завести кота, потребуется разузнать, какое именно животное лучше всего брать. Лучшими считались котята, привезенные из-за границы. Всеведущий Альберт Великий (родился в 1200 году) так писал о кошках в своем трактате De animalibus («О животных»):
Эти животные любят, когда их поглаживает рука человека; они игривы, особенно в молодости. Видя собственное отражение в зеркале, они играют и с ним. Они больше любят теплые места, и животное будет легче держать дома, если обрезать ему уши, ибо оно не выносит, когда туда попадает ночная роса. Дикие коты все серого цвета, но у домашних разный окрас. Вокруг рта у них усы, и если их отрезать, кошка теряет свою смелость.
А доминиканский монах Томас ван Кантимпре, который много и подробно писал о природе XIII века, добавил кошачьему образу еще больше милоты. Похоже, кошек он очень любил, иначе вряд ли написал бы такие слова:
Им нравится, когда их гладят руки человека, и они выражают свое удовольствие особой формой пения.
В жизни ничего милее не слышала.
Изабелла д’Эсте из Венеции
Мы точно знаем, что многие благородные дамы Средневековья держали в качестве домашних животных кошек — кто экзотичных, кто обычных, — и одной из них была Изабелла д’Эсте. Она родилась в 1474 году и жила в Венеции в то самое время, когда в страну начали завозить персидских и сирийских котов. Каждая уважающая себя дама хотела заполучить такого котенка. Они имели полосатый окрас и считались очень редкими. За несколько лет Изабелла заплатила огромные деньги за то, чтобы ей привезли из-за границы двух кошек; одна оказалась пятнистой. В тридцать один год Изабелле, похоже, надоело полагаться на других людей в выборе котят приемлемого уровня милоты, и она попросила привезти ей из Дамаска кота и кошечку.
Однако содержание кошек сопряжено с определенным риском. Наша старая знакомая Хильдегарда Бингенская, которую мы с вами давно знаем и любим, ничего не имела против кошек как таковых, но не считала хорошей компанией для женщины тех, что облизывали всякую гадость, а еще беременных. Она пишет:
Кошки живут с человеком нехотя, только если он их кормит. Если кошка лижет жаб и змей, ее тепло вредно и ядовито. Если кошка беременна, ее внутренний жар возбуждает в человеке похоть; но в других случаях она для человека безопасна.
Маргиналия с кошкой, бьющей лапой по кимвалу (XIII в.)
Художественный музей Уолтерса, Балтимор, MS. W. 102, folio 78v.
Беременные кошки вызывают вожделение? Если так, то современные приюты для животных — просто рассадники подавляемой сексуальной энергии. Кто знал? Надеюсь, их работники способны при необходимости говорить сексу нет.
Извлечение
Если милая юная девушка не могла просто сказать нет, ей стоило попытаться убедить партнера просто остановиться. Вариант с прерванным половым актом не требует дополнительных приспособлений и позволяет влюбленной даме говорить сексу да.
Это должно было работать, правда же? Нет спермы — нет ребенка. Однако такую практику в Средневековье рекомендовали очень ограниченно — только тем, кому не хватало силы воли вовсе отказаться от секса. Думаю, вы уже догадались, кто особенно не одобрял этот способ.
Да, церковь. Проливать мужское семя впустую по всем статьям считалось осуждаемым деянием. Впрочем, французский богослов и архиепископ Питер Палуданус, также известный как Пьер де Палю, нехотя соглашался с тем, что прерванный половой акт, то есть его завершение до извержения мужского семени, по всей вероятности, не такой страшный грех, если муж стремится не произвести на свет больше детей, чем способен прокормить. Другими словами, это тоже грех, но чуть менее ужасный.
И мы точно знаем, что в некоторых случаях такой метод в Средние века использовался.
Одна женщина обратилась в суд с заявлением об изнасиловании. К одной жалобе она присовокупила другую — что насильник еще и испортил ей платье. Это можно считать намеком на то, что он в последний момент прервал акт, чтобы женщина не забеременела.
То, что его семя пролилось на ее одежду, и ее полное непонимание произошедшего привело к появлению второй жалобы. Проливать семя считалось грехом, но не таким страшным, как изнасилование. В любом случае, здесь обвиняемый избежал наказания из-за отсутствия свидетелей; все свелось к разбирательству по типу «ее слово против его слова» сами знаете с каким результатом.
«Убийцы страсти»
Если женщина не была уверена, что мужчина примет ее отказ или вовремя остановится, она могла пойти другим путем — полностью загасить в нем пламя вожделения, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля. И тут на помощь опять приходили травы. Да здравствуют травы!
Аристотель давал рекомендации относительно «убийц страсти» еще в Античности, хотя к ним активно обращались лекари даже в середине Средневековья. В частности, он предлагал использовать черную и белую белену, дыню, лук-порей, лилии, семена салата, кориандр, прутняк обыкновенный, руту и камфору. Даже беглого взгляда на список достаточно, чтобы понять, что многие из таких вот «убийц страсти» вполне могли заодно со страстью прикончить того, кто их съест или выпьет. Причем Аристотель не счел нужным давать детальные рекомендации относительно использования этих растительных препаратов, ограничившись лишь утверждением, что они помогут ослабить половое влечение. Вот уж точно.
Куда больше красноречия и конкретики кроется в инструкциях нашей замечательной советчицы Хильдегарды Бингенской. Эта дама имела представление о том, как избавить от похоти конкретно мужчину, или женщину, или обоих сразу. Учитывая, что она была монахиней, может, ее методы и правда срабатывали?
Может. Но не пробуйте им следовать.
Вот что рекомендует Хильдегарда, чтобы лишить мужчину желания заниматься сексом.
Укроп. Чтобы умерить зов плоти мужчины и избавить его от похоти, он должен летом съесть смесь из одной порции укропа, двух порций водной мяты, добавить чуть больше острого молочая и корня иллирийского ириса. Все это надо залить уксусом и в качестве приправы как можно чаще употреблять с любой пищей.
Кстати, дама вполне могла сделать все это сама и подавать мужу на стол. Без его ведома.
Что еще? Яванский перец вряд ли хранился на кухне любой средневековой хозяйки, но Хильдегарда все равно о нем пишет.
Яванский перец. Яванский перец острый, однако острота его порождает сдержанность и умеренность. И он горький. Если мужчина съест его, это ослабит позорную страсть, в нем пылающую. Это принесет радость его разуму, очистит его мысли и исправит характер (ибо благотворная, умеренная острота перца гасит недостойную похоть, которая скрывается в вязкой слизи, проясняет разум человека и исправляет его нрав, вразумляя его).
Ну конечно. Избавляет от слизи и грязных мыслей! Звучит просто здорово! А может, он творит чудеса со слизью и в других частях тела, например в носовых пазухах? Кто знает? Хотя для этого есть другие средства. В любом случае, перец достать было сложновато.
Если бы вы, как средневековая женщина, искали что-нибудь попроще, чтобы погасить жар в определенных частях тела своего мужчины, вы могли бы попробовать салат-латук. Судя по всему, он весьма эффективен, но для такого средства нужно, чтобы мужчина и сам желал взять себя в руки.
Салат-латук. Салат-латук холодит и хорошо гасит похоть в человеке. Мужчине с переизбытком страсти в чреслах следует проварить салат в воде и, пойдя в сауну, облиться этой водой. Он также должен, пока моется, обернуть чресла теплыми листьями салата.
Переизбыток страсти в чреслах, говорите? Безусловно, с этим надо что-то делать, и побыстрее. Должна признать, вареный салат — звучит и правда не слишком сексуально. Однако я не уверена, что обливать горячей водой голое тело в сауне — верный путь к более спокойной половой жизни. И все равно спасибо, Хильдегарда.
Но не выбрасывайте пока салат-латук, дамы! Вероятно, он поможет и вам. Женщине, которая хочет сама избавиться от неконтролируемой похоти, наша советчица рекомендует:
Если матка женщины набухает от неконтролируемой похоти, ей следует воспользоваться салатом-латуком. В сауне она должна лить воду, в которой до того варился салат, на раскаленные камни. А еще надо положить теплые вареные листья салата себе на живот. Это нужно делать часто. Так у женщины получится прогнать похоть, не ослабив здоровья. В целом любому человеку с неконтролируемой похотью нужно высушить салат-латук на солнце и перетереть его в пыль руками. И потом как можно чаще принимать порошок, запивая теплым вином. Это погасит похоть без ущерба для тела.
Опять сауна и вино! Сомневаюсь, что это сочетание погасит в ком-либо страсть и пламя вожделения. Сомневаюсь — и все.
Естественная контрацепция
Бедных крестьянок бесплатной контрацепцией на какой-то срок «обеспечивало» грудное вскармливание и скверное питание. Дамы из высших слоев общества чаще всего пользовались услугами кормилиц и питались намного лучше — соответственно, рисковали забеременеть куда быстрее. А поскольку беременность несколько мешала знатным дамам вести привычный образ жизни, они проявляли живейший интерес к мерам контрацепции. Много ли методов было доступно средневековой женщине?
Да, много.
Она могла, например, попрыгать после полового акта и вытряхнуть из себя сперму. Это, конечно, не так романтично, как понежиться на его груди и в его объятиях, наслаждаясь отголосками недавнего удовольствия, как любят делать многие. Но если прыжки предотвратят беременность, надо прыгать. Во всяком случае, стоит попробовать. Если боитесь, что партнер сочтет вас сумасшедшей, выйдите из комнаты. А если вы умеете прыгать после соития так, чтобы не казаться странной, вообще замечательно.
Еще женщине советовали почихать и попробовать таким образом вытолкнуть из себя сперму — иногда это получается, как хорошо известно тем, кому случалось ненароком расчихаться сразу после окончания особенно активных действий. А вот если использовать презервативы, такого не случится — и в том, скажу от лица большинства женщин, заключается третий плюс их использования, помимо защиты от беременности и инфекций, передающихся половым путем. Если же у вас не получается расчихаться по желанию в нужный момент, можно на случай незапланированных сексуальных чрезвычайных ситуаций держать рядом с кроватью небольшую мельницу с перцем. Хотя в Средние века для многих это был совсем не вариант, ибо перец тогда стоил ужасно дорого.
А еще женщина могла помочиться сразу после полового акта в надежде, что сперму вымоет мочой, при условии что она способна мочиться как раз тогда, когда нужно. Я понимаю, что легло в основу такой идеи, и Альберт Великий считал этот способ действенным.
Пояса верности
Голливуд вдолбил нам в головы, что пояса верности защищали от изнасилования и беременности и что средневековые женщины носили их все время не снимая. Только вот правда ли это?
Нет, нет и нет.
Истории о женщинах, закованных в пояса верности, пока их мужья годами героически сражаются в Крестовых походах, а ключи забирают с собой или оставляют доверенному другу, вроде звучат правдоподобно. Однако рассказчики упускают ряд ключевых моментов.
Ни в одном документе, сохранившемся со времен настоящих Крестовых походов, пояса верности ни разу не упоминаются.
Упоминания о них отсутствуют также в описаниях средневековых женских туалетов и в тогдашних медицинских трактатах, где каких только интимных подробностей не сыщешь. Ни слова о них и в средневековой литературе. В ней описываются разные секс-игрушки и жалобы на них, но не пояса верности. Это первая проблема.
Сохранившиеся до нашего времени пояса датируются гораздо более поздним периодом, нежели тот, в который они предположительно появились. Нет ни одного документа из основного периода Средневековья (XIV–XV века), где бы женщине, собирающейся путешествовать, рекомендовалось надевать для защиты пояс целомудрия. А ведь такие приспособления были бы полезнее всего именно в дороге, когда женщина особенно рисковала стать жертвой изнасилования или похищения. И ни словечка. В документах того времени можно найти советы по каким угодно вопросам, от изготовления клея из сыра и рекомендаций не смотреть далеко вперед, когда гуляешь по городу, до того, как сделать чернила из аксельской грязи. Но ни одной инструкции о каких-либо средствах индивидуальной защиты, которые обеспечивали бы безопасность женщины или спокойствие мужчины. Ни-че-го.
Скорее всего, идея пояса верности возникла в более поздний период — викторианцы, это я на вас намекаю, — когда писатели сочиняли романы о прежних временах. Что касается современных свидетельств, я таковых не встречала. Джеймс Клю в своей книге Love Locked Out («Любовь, запертая на ключ») утверждает, что пояса верности широко использовались в XII веке и что изготовить дубликат ключей для них было делом нехитрым. Однако что подтолкнуло автора к такому выводу, остается загадкой.
Дамы, застегнитесь
Первые Крестовые походы на Святую землю состоялись задолго до появления реальных поясов верности. Вся информация, что у нас сейчас есть, позволяет предположить, что хотя первые пояса целомудрия, возможно, и были сделаны примерно в XVI или, скорее, XVII веке, они и тогда считались большой редкостью.
Когда немец Антон Пачингер нашел один такой артефакт в Линце (Австрия), это вызвало в научных кругах огромный ажиотаж и породило множество дискуссий. Пояс из железа и кожи был обнаружен на скелете молодой женщины. Захоронение датировали XVI веком, но документов о нем в городских архивах отыскать не удалось, что позволяет в определенной мере сомневаться в датировке. Сам пояс оказался утрачен для истории, когда господин Пачингер умер, что помешало ученым изучать его дальше.
Но другие два пояса верности выставляются сегодня в музее Клюни во Франции.
Екатерина Медичи Итальянская
Владелицей одного из них называют Екатерину Медичи; этот предмет представляет собой простой обруч, обтянутый бархатом, с железной пластиной. Екатерина была представительницей высшего сословия Италии, в XVI веке она стала королевой Франции. Она получила отличное образование у флорентийских монахинь, а папа Климент VIII приходился ей дядей. Ее описывали как женщину благовоспитанную, веселую, энергичную и импульсивную. По-моему, ни один из этих эпитетов нельзя отнести к особе, которая позволила бы мужу заковать себя в пояс верности на длительное время против своей воли.
Анна Австрийская
Считается, что второй пояс принадлежал Анне Австрийской — испанской принцессе, а позже королеве Франции. Она правила в XVII веке. Анна была женщиной глубоко религиозной и, после того как ее мать умерла при родах, сама растила младших братьев и сестер. Пояс верности, которым она, по мнению некоторых, владела, выглядит так:
…пара навесных пластин, удерживаемых на талии металлическим поясом с искусными гравюрами, где изображены фигуры Адама и Евы.
Звучит восхитительно, но, опять же, очень трудно представить себе, чтобы женщина вроде Анны Австрийской согласилась носить подобную конструкцию, если только не ради защиты от нападений во время путешествий. Да и XVII век не относится ко времени, которое мы сегодня называем Средневековьем. Эта эпоха охватывает период между 1066 и 1485 годами, а пояс Анны — если он действительно принадлежал ей — датируется двумя веками позже.
В общем, согласитесь, что-то тут не складывается.
А есть ли возможность изучить другие пояса верности, кроме двух названных выше — самых известных, приписываемых дамам королевских кровей, которые, вполне вероятно, их и не носили, ибо никаких именных бирок на этих предметах нет? И да и нет. Раньше пояса верности выставлялись в Британском музее и Германском национальном музее, но сейчас оба учреждения убрали их из экспозиций. Современные историки склоняются к тому, что те артефакты принадлежат скорее XIX веку, нежели периоду Средневековья. Интересно также, что до наших дней дошло приблизительно столько же мужских поясов целомудрия, сколько женских; они предназначались для прекращения сексуального возбуждения — внутри, в области паха, там шипы. Ну не психи ли эти викторианцы?
Словом, вряд ли пояс верности можно назвать эффективным противозачаточным средством Средних веков. Судя по всему, его тогда попросту еще не придумали.
Презервативы
А что насчет презервативов? Предметы, покрывающие весь половой член, наверняка существовали с незапамятных времен. Это вполне разумное предположение — презервативы использовали еще древние римляне. После того как римляне ушли из Британии, презервативы без видимых причин — за исключением разве что религиозных, ведь церковь сильно возражала против растраты мужского семени, — практически исчезли из археологических документов. И неожиданно вернулись уже в XV веке.
Самые старые из найденных при раскопках презервативов изготовлены из продуктов животного происхождения, в частности, из тонкой кожи, и предназначались для надевания на половой член; археологи обнаружили их в выгребной яме в замке в городе Дадли. Эти несколько презервативов датируются 1642 годом; предполагается, что их носили солдаты при королевском дворе. Они были многоразовыми и изготавливались из кишок животных. Скорее всего, кстати, их использовали не для контрацепции, а для профилактики венерических заболеваний.
Презервативы для предотвращения беременности, скорее всего, появились уже в эпоху Возрождения. Ничего раньше не было? Да, не было. На этом поле стали весьма активно действовать итальянцы только в XVI веке.
Итальянский футляр
В 1564 году итальянский врач и анатом Габриеле Фаллопий писал о «французской болезни», называя так, вероятнее всего, сифилис. Фаллопий рекомендовал в качестве профилактики использовать свое изобретение — льняной футляр, который перед применением пропитывают химическим раствором и дают высохнуть.
Футляр покрывал только головку полового члена и держался на ленточке — согласитесь, по описанию получалось довольно нарядно. Это совсем не удивительно, поскольку в итальянской моде тех времен ленты и шнурки были очень популярны. Опять же, такие презервативы предназначались не для контроля рождаемости, а для того, чтобы не подхватить в результате любовных утех что-то неприятное. То, что они покрывали только самую верхнюю часть члена, представляется не слишком надежным способом избежать болезней, передающихся половым путем, но благодаря пропитке некоторая польза от футляра, вероятно, все же была. Впрочем, точный рецепт состава нам достоверно не известен, ибо автор изобретения не пожелал делиться коммерческой тайной.
Как в случае с любым перспективным изобретением, чтобы убедиться в его эффективности, необходимо было его тестировать. Предприимчивый Фаллопий утверждал, что провел тестирование (по сути, клиническое). По словам медика, его льняные футляры испытали тысяча сто мужчин, и ни один из них не заразился срамной болезнью. В общем, успех, говорил он, стопроцентный.
Тут есть два варианта: либо раствор, которым он пропитывал ткань, оказался исключительно действенным, либо мужчины, тестировавшие его изобретение, были не слишком честны. Только представьте, кто бы вызвался участвовать в эксперименте? Так и вижу рекламу: «Мужчины! Записывайтесь на гарантированный бесплатный секс, о котором вы можете пожалеть или не пожалеть… дамы тоже нужны… э-э-э… благовоспитанным девушкам просьба не беспокоить».
Всю прошлую неделю Фаллопий был страшно занят — шил из льна маленькие мешочки для головки члена и пришивал к ним ленточки. Штучки получались просто потрясающие, оставалось только найти желающих для тестирования изобретения.
Фаллопий: Торопитесь! Торопитесь! Бесплатный секс каждому, кто согласится протестировать мой новый товар.
Начинает собираться толпа.
Фаллопий: Попробуйте мои новые футлярчики! Совершенно бесплатно! Нужно только надеть его на член и прелюбодействовать с милыми дамами. Все бесплатно! Бесплатный секс!
Мужчина 1: Бесплатно? В самом деле? А что нужно делать?
Мужчина 2: Меня бесплатный секс о-о-чень интересует.
Фаллопий: Да бесплатно, бесплатно! Любой секс, какой захотите, если перед этим наденете мое новое изобретение!
Мужчина 2: Что за новое изобретение? Что оно делает?
Читать бесплатно другие книги:
