Ключи к Тайнику Карташева Мария

– Не рычи. – просто сказала женщина. – Это просто оттягивание момента, когда придётся признать неизбежное. – не отрывая взгляда от столешницы, проговорила Стеф. – Данила всю свою сознательную жизнь гонялся за Кадуцеями и то что…, – Стефани запнулась на последнем слове, – то что сегодня произошло, лишний раз доказывает, что именно они стоят за всем.

– А, ну теперь всё стало ясно и понятно. – глухо ляпнул мрачный Береговой.

– Данила нам рассказывал про Кадуцеев, но это было давно. А что тебя сейчас навело на эту мысль?

Стефани взяла мел, которым только что рисовал Малинин, и стала соединять точки на доске.

– Пентаграмма или Пифагорейский пентакль – это своего рода печать силы. То есть с помощью этого изображения можно обрести богатство, славу, уничтожить врагов, ну и, конечно, обрести вечную жизнь. Конечно, в книжках-раскрасках, которые любят покупать приверженцы мистики от сохи, сказано, что достаточно найти нужные ингредиенты и нарисовать печать в определённый лунный день и всё сработает. Но это не так. Ничего не выйдет, потому что каждый пентакль – это огромная сила и чтобы заставить эту силу работать на себя, нужно немало вложить. – Стеф задумчиво посмотрела на получившийся рисунок. – Есть бумажная карта местности?

– Да. – Унге быстро разложила на столе помятый глянец.

– Так, где у нас была первая жертва? – Стеф сосредоточенно поискала глазами нужное название посёлка. – А, вот. Так, а вторая девушка, которую ты, Егор, увидел на крыше, вот здесь?

– Да, – Малинин подтянулся к собравшимся возле карты.

– Пентакль состоит из нескольких частей и очень символичен. Я не буду углубляться в эти дебри, иначе мы оттуда вернёмся не скоро, но скажу одно, у меня острое ощущение, что нужно искать поблизости строение вот такой формы. – она быстро накидала на листке бумаги вытянутые прямоугольники по две стороны от длинного прямоугольника, оканчивающегося овалом.

– Почему именно такое?

– Потому что это пентакль открытия дверей. Видите, я начертила треугольник с выходящими прямыми, это, скорее всего, была недостающая часть и ключ активатор.

– То есть, где-то рядом есть похожее здание, – спросила Унге, – и сейчас, когда произошли все события, мы собираем их в одну линию и получаем геометрический рисунок? И он активирует первый ключ или пентаграмму?

– Совершенно верно. Найдём здание, найдём климатическую установку, которая устраивает здесь каждый день эти свистопляски. – сказала Стеф, кивая на сгущающиеся тучи за окном.

– Я почти ничего не понял, но понял, что нужно искать. – сказал Малинин.

– Егор, это не точно, – Стеф остановила его, – но, скорее всего, здание будет где-то слева сверху от места происшествия. Мои ребята ищут со спутников, но не факт, что его не замаскировали.

– Разберёмся. – буркнул Егор. – А вы тогда попробуйте с Унге понять, что за кровавую мизансцену устроили в борделе: хотелось бы уже начать играть на опережение.

Егор вырвался на улицу, сел в машину и поехал не разбирая дороги. Ему срочно нужно было стряхнуть с себя наваждение смертей, видения пентаклей и всю богатую колоритную мистическую суету, которой теперь было слишком много в его жизни.

***

Лизе казалось, что она только что вышла в лес и был день, но сейчас она стояла посреди чащи, из темноты к ней тянулись дрожащие ветви деревьев, ноги тонули в сыром пропитанном дождём мху, вся одежда промокла. Девушка никак не могла понять, как здесь оказалась и не имела ни малейшего представления, где находится, но ощущение было такое, что она очнулась от глубокого сна, а в памяти словно просверлили дыру, и где-то на задворках сознания тихо тлела боль, но Лиза даже не имела представления почему. Девушка бродила по кругу, растирала мокрую кожу рук, пытаясь согреть ладони дыханием, но в результате лишь громко закашлялась и сама испугалась лающего звука. Окончательно запутавшись в непроглядной сырости леса, Лиза прислонилась к дереву, прикрыла глаза и долго стояла, вслушиваясь в шепчущую ночными звуками тишину, как вдруг в этот гармоничный мир прорвался чуждый звук, в котором Лиза разобрала гудение автомобильного мотора. Не разбирая дороги, она кинулась в сторону звука. Когда лес наконец закончился, Лиза увидела, как чьи-то фары чертят дорогу. Девушка вылетела на обочину, зацепилась ногой за камень, упала на блестящий, мокрый асфальт, её ладони хлопнули по железу мчащейся машины, тело отлетело от сильного удара в траву, и Лиза провалилась в мягкое беспамятство.

Через некоторое время возле того места, где упала Лиза, остановился автомобиль, из него неспешно вышел мужчина, он оглядел пустую дорогу, проворно спустился по скользкой траве, подхватил на руки бессознательное, висевшее тряпкой тело Лизы и, уложив её на заднее сиденье, вскоре уехал.

***

Софья наконец совсем стряхнула с себя ворох неприятных бессвязных снов, открыла глаза и испуганно вздрогнула, увидев на фоне окна мужской силуэт.

– Соня, это я. – шёпотом сказал Малинин.

– Что случилось? Где я?

Девушка завозилась в постели, но обмякла под настойчивым нажимом Малинина, пересевшего к ней на кровать и за плечи аккуратно уложившего Софью на подушку.

– Аккуратнее, не скачи, а то ещё голова закружится.

– Да? Мне кажется, там теперь не голова, а чугунок. Последнее, что я помню, это как мы с тобой плыли к острову.

– Всё позади. Уже всё позади. – горько сказал Малинин. – Я просто очень хотел тебя увидеть, вот воспользовался своим служебным положением и прошёл ночью, хотя меня пытались не пустить.

– А почему я здесь?

– Может, утром? – скривился Егор.

– Ты предлагаешь мне всю ночь мучатся? Так себе развлечение, учитывая моё общее состояние и слабость.

– Если я тебе просто скажу, что тебя накачали наркотиками, остальное подождёт? – устало спросил Егор. – Я соскучился по тебе, очень устал, долго искал тебя, почти потерял надежду, – Малинин взял прохладную ладонь девушки и приложил к своим губам. – Я прошу тебя всего один вечер без всего этого, иначе, мне кажется, я сломаюсь.

– И не будем говорить про работу? – улыбнулась девушка.

– Не будем. Я буду просто смотреть на тебя и держать твою руку.

– Останься со мной до утра, я думаю, ты можешь ещё раз попользоваться служебным положением. – улыбнулась Соня.

– Даже если бы ты не попросила, я бы нашёл причину остаться.

Егор погладил девушку по щеке, сделал движение вперёд, но как раз в этот момент резкий звонок телефона расколол тишину, и Малинин как ошпаренный вылетел в коридор, чертыхаясь и не попадая на клавишу ответа.

– Егор, ты где? – спросил Ласточкин.

– Очень хочется в рифму ответить. – устало выдохнул Егор. – У Сони, в больнице.

– Сейчас подъеду.

– Возьми мне кофе и пожрать чего-нибудь, а то башка совсем не варит.

Егор вернулся в палату, посмотрел на безмятежное лицо задремавшей Сони, постоял несколько секунд на пороге, но решил пока не беспокоить девушку. Выйдя в прохладную тишину холла, Малинин огляделся, присел на стульчик у окна и стал отвечать на бесконечное число сообщений от коллег, выделенных Марычевым в помощь. Егор подумал, что стоит обойти стороной всю колдовскую составляющую, иначе все решат, что полковник Малинин всё-таки «поплыл» и к работе отнесутся без должной серьёзности. Перелопатив море электронной информации, Малинин в окно увидел, как Ласточкин пересёк двор и поднялся навстречу пожилому следователю.

– Здорово. – Ласточкин скинул промокший плащ, аккуратно встряхнул его и повесил на стул. – Слушай, Егор, я чего собственно приехал. Варвара-то, когда очнулась, стала чушь какую-то нести. Типа на неё чудовище какое-то накинулось. Кстати, на вот, что-то купил в шаверменой. – он сунул Малинину в руки объёмный пакет. – Как вы это едите?

– Ну не у всех же есть заботливые жёны с кулинарным уклоном. – Малинин жадно развернул промасленную бумагу и втянул пряный аромат горячего мяса и тёплых овощей. – Иван Гаврилович, – Малинин хлебнул горячего кофе, – я скоро уже в лох-несское чудовище поверю. Честно! От этого чёртова места можно всё что угодно ждать. Про Лашникова что-нибудь сказала?

– Нет, про Игорька, нет. Она лишь просила Мамыкина при осмотре места похищения учитывать рост нападавшего, от этого зависит сбор улик.

– Хорошо, попрошу его ещё раз всё проверить. – Малинин помолчал и добавил. – А помнишь, как всё начиналось? Просто похищения, а вылилось это в какой-то долгоиграющий сюр. Я Лашникова в розыск объявил, но он нигде не объявлялся.

– Только бы жив был. – задумчиво покачал головой Ласточкин. – Кстати, угрозу наводнения объявили.

– Ну, наверное, хорошо, что не торнадо. Хотя кто знает, может, и лучше, если бы смело на фиг все эти ритуалы, пентакли и всю остальную муру к чертям собачьим. Гаврилыч, ты можешь всю эту мутоту, про которую Стеф говорила, как-то структурировать? А то меня уже трясти начинает.

– Ну я-то староват для этого, а вот Унге с Юркой там уже целую схему начертили, сто пятьдесят вопросов этой цаце странной задали, так что держат контроль. Не волнуйся.

– Цаца. – усмехнулся Малинин, но тут же осёкся. – Данилу надо бы помянуть.

Ласточкин воровато оглядел пустой коридор, проворно полез в карман висевшего на стуле пальто и, вытащив оттуда стограммовую бутылочку и две пластиковые рюмки, проговорил:

– Я забёг за поминальной. Молодёжь это плохо понимает, но чтобы с души горечь смахнуть, нужно обязательно горькую выпить. – мужчина покачал головой и, закусив губу, быстро разлил терпко пахнущий напиток по стаканам.

– Мужики, вы что удумали? Обалдели совсем? – зашипела на них, непонятно откуда взявшаяся дородная дама в белом халате.

– Не шуми. – сказал Малинин. – У нас друга сегодня убили.

– А. Это вашего. Ну да, слышали. – женщина задумалась, скривила лицо в плаксивой гримасе и проговорила. – Ну что ж здесь-то, как сироты? Пошли ко мне в ординаторскую, я одна сегодня на смене. У меня есть чем закусить и добавить, такое дело надо не просто запить, такое дело залить нужно, иначе и его, и ваши души горевать будут. Я знаю, что говорю, брата когда схоронила, неделю выла, потом подруги водкой отпоили, вроде и смирилась. Надежда меня зовут, Сергеевна, если хотите. – доктор отошла на пару шагов, махнула мужчинам рукой и открыла дверь в конце коридора.

В ординаторской и правда было пусто, пахло старой мебелью, в окно скреблась ночь, занося через приоткрытую щёлку свежесть с улицы, роняя на подоконник бахрому облупившейся краски со старой деревянной рамы. Надежда быстро собрала на стол нехитрую закуску, вытащила из шкафа початую бутылку водки и, присев с мужчинами, стала слушать разговоры Ласточкина и Малинина.

Егор вдруг понял, что ему как раз и не хватало вот такой стихийной пьянки, чтобы как-то затупилось режущее изнутри чувство постоянных потерь и промахов. Хотя, по словам Марычева, Малинин и разворошил огромные осиные гнёзда. И сейчас Егор мог сказать, что ему хорошо, если бы не собрались по такому печальному поводу.

– Спасибо тебе, Надя. – заплетающимся языком проговорил Егор.

– Ой, соколик, да нормальная баба она ж и стол накроет, и выслушает, и водки нальёт, чтобы душа мужицкая была спокойна. Ты вон лицом уже синий весь, измотанный, тебе отогреться нужно.

Егор махнул ещё одну рюмку, подцепил кусок колбасы, запил всё терпким морсом и понял, что жутко хочет спать.

– Надь, можно я у тебя здесь полчасика подремлю?

– Да дремли, конечно.

Открыв глаза, Егор увидел, что за окном уже полоскалось утро, в коридорах больницы начала оживать жизнь, на столе стояли тарелки с заветренными остатками еды, на боку лежала пустая бутылка.

Дверь в ординаторскую резко открылась, на пороге остановился высокий врач с худым лицом и торчащей во все стороны бородой. Мужчина осуждающе оглядел остатки пира, перевёл взгляд на лежащего Малинина и гаркнул:

– Надя, ну можно своё поведение на уровне женщин с низкой социальной ответственностью не тащить на работу? – гаркнул он. – Тебе муж опять фингал набьёт, а я расхлёбывай.

Малинин сначала ничего не понял, потом, когда почувствовал, что за его спиной кто-то зашевелился, даже похолодел. Он сел на кровати, медленно развернулся и увидел раскинувшуюся на подушках Надю.

– Серёжа, не кричи, кишки надорвёшь и нарушишь благостное состояние наших пациентов. Всё под контролем, мой в отпуске, процедуры медсёстрам я ещё вчера всё расписала.

Пока Малинин пытался осознать произошедшее, он вдруг увидел, что за спиной ругающегося доктора в коридоре стоит Соня. Девушка несколько секунд молча созерцала картину, потом просто сделала шаг и исчезла, а Егор остался сидеть посреди громкой перепалки. Через несколько секунд у него хватило сил схватить свои вещи и выскочить вон.

– А этот так, неваляшка, – широко зевнула Надя, глядя в уходящую спину Малинина, – я разве что погрелась рядом.

– Вы, Надежда Сергеевна, если у каждого очага греться будете, то вам придётся перейти в кожно-венерологический.

– Да ты что? А здесь кто работать будет за эти копейки…

Малинин выбежал на лестницу, голоса наконец заглохли, и Егор, натянув свитер, прислонился к холодной стене. Мужчина пытался унять часто бьющееся сердце, выкинуть шум из головы и хоть как-то скомпоновать и объяснить себе, что сейчас произошло.

– О, Егор, здорово. А я вот поутру встал пораньше, выслушал от жены нагоняй и побежал за минералкой: здесь в холле автомат сломался.

Егор повернул голову и увидел поднимающегося по лестнице Ласточкина.

– В смысле? Ты вообще где был?

– Так рядом с тобой на соседней кушетке придремал. Надя-то, нам постелила и ушла спать в сестринскую. Мы уж с тобой совсем хороши были. А ты чего здесь такой взъерошенный стоишь? На-ка водички попей. – Иван Гаврилович протянул Малинину запотевшую бутылку.

– Поперёк горла мне теперь твоя водичка пойдёт, – рявкнул Малинин и побежал вниз.

***

Ночь махнула тёмным крылом, уставшие за день люди разбрелись, пытаясь найти спокойное место для сна, потому что все прекрасно понимали, что в этой безумной гонке на выживание нужен хоть какой-то перерыв.

– Ты куда? – Унге остановила бредущую по коридору Стеф.

– Надо проветриться.

– Не стоит выходить одной.

– Я даже с крыльца не сойду, попрошу за мной присмотреть наших доблестных охранников.

– Будь осторожна.

Стеф махнула Унге рукой, натянула ветровку и, оказавшись на улице, глубоко вдохнула холодный, буквально пропитанный влагой воздух.

– Вы только не уходите. – проговорил мужчина в защитной форме, сидевший на крыльце.

– Нет, что вы. Куда же я пойду, я здесь немного постою и обратно.

Охранник углубился в просмотр чего-то занимательного на смартфоне, Стеф потянулась руками к небу, размяла спину, ступила с крыльца на землю и приблизилась к часто растущему кустарнику. Выйдя из яркого пятна фонаря, прикреплённого над входом, Стефани долго стояла без движения, пыталась прочистить усталый мозг и попытаться не думать ни о чём кроме дела. Она, казалось, не заметила, как за топорщащимися мокрыми ветками скользнула тень, и в метре от неё возник человек. Он долго стоял напротив почти недвижимой Стеф, внимательно буравил взглядом вовлечённого в мир чужих экранных жизней посмеивающегося бойца, зацепился за беспокойное лицо Унге смотрящей в окно и попытался отступить в чащу.

– Ты забрал её? – одними губами прошептала Стеф, не двигаясь с места.

– Да.

– Как она?

– Пока что приходит в себя, в частной клинике.

– Я поняла. Будь осторожен.

– Спасибо тебе за помощь. – сказал невидимый в черноте проносящейся бури мужчина.

– А как иначе, я бы без тебя тоже не решила многих задач. Ну, а что касается Лизы, мы не всегда выбираем путь сами. В моём случае это было так. – голос Стеф сломался. – Мне пора. – Стеф помолчала. – Ей будет трудно?

– Ты же знаешь, не все ритуалы сложные. – тихо обронил мужчина. – Всё зависит от вашей меры восприятия. От того, как быстро человек расширяет свой кругозор, от того, как отчаянно цепляется за навязанные догмы.

– Халти…

Но мужчина, стоявший перед ней, приложил пальцы к своим губам, покачал головой и, сделав шаг, затерялся в вихревом потоке ветра.

Глава 9

Утро было уже совсем осенним, мокрая листва ржавела прямо на глазах, покрывалась пятнами в преддверии скорого умирания и болезненно вздрагивала от касаний холодного ветра. Малинин, рассекая лужи на большой скорости, гнал машину обратно к поликлинике. Сейчас нужно было только одно: уйти с головой в работу и перестать попадать в нелепые ситуации, из-за которых потом всё лицо полыхает стыдом. Не доехав несколько метров, Егор резко затормозил, потому что увидел, как перед входом остановилось такси, из которого вышла Софья и не оглядываясь скрылась в здании.

– Это, наверное, специальный ад, выдуманный для меня. – Егор зло хлопнул по рулю. – Как она вперёд меня-то успела?

Коротко кивнув бойцу на входе, Егор прошёл в бывшую столовую, где теперь расположились Мамыкин и Медикамент.

– Здорово. – Егор кивнул воззрившемуся на него и усмехающемуся Денису. – Откуда столько веселья? – зло спросил он.

– Городок небольшой, развлечений мало, сотовая связь работает отлично, мне уже, брызгая слюной, звонили из больницы с порцией свежих новостей. Так что, Малинин, готовься, ты как минимум на неделю звезда всех местных сплетен.

– Офигенное время, чтобы поржать. – гаркнул Малинин. – Данилу убили, Варя и Соня в больнице, Лашников пропал, зато у Дениса прекрасное настроение. Как по мне, маловато поводов для радости.

– Если ты помнишь, то у меня пропала сестра, а лучший бывший друг и, между прочим, твой подчинённый оказался засланцем с тёмной стороны. А ещё мне ежедневно приходится рассматривать внутренности убитых и замученных молодых женщин. Но я, Егор, почему-то не позволяю себе выливать помои настроения на окружающих, которым тоже несладко. – Медикамент помолчал и добавил. – И ты как руководитель, должен уже прийти в рабочее состояние и перестать изображать из себя Дюймовочку или сложить бразды правления, если ты теряешь контроль. У меня, как у судмедэксперта, для тебя новостей нет. Дверь там! – на этих словах Денис отвернулся и продолжил работать.

Малинин молча развернулся, вышел из помещения и стал подниматься наверх на звук тревожных голосов.

– У нас что-то ещё случилось?

– Да нет, в принципе всё тоже. – Стефани пожала плечами. – Хорошо, хоть Соня снова в строю. – она кивнула на сидящую за своим рабочим столом девушку.

– Ласточкин сказал, что Варвара скоро приедет, точнее, ребята подбросят её. Там по здоровью вроде не так всё страшно. – буркнул Береговой.

– По Лашникову подвижки есть?

– Нет. Там спасатели привлечены, кинологов с собаками вызвали, но пока всё впустую. – покачал головой Береговой.

– Можно минуточку внимания? – необычно громко сказала Унге и встав подошла к доске. – Я бы хотела обрисовать картину. Мы с Юрой почти всю ночь приводили весь этот хаос в нормальную конструкцию. Дело в том, что мы все говорим на разных языках. Наша команда действует со стороны закона, мы не посвящены в мистические перипетии и мыслим немного в другой плоскости. Конечно, если бы у нас был вагон времени, то было бы крайне полезно образовываться и в этой сфере тоже, но у нас есть срок, я надеюсь, все об этом помнят. Поэтому мы с Юрой сделали краткую сводку по текущим делам.

– Жги! – странно каркнул Малинин и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку пискнувшего под ним стула.

– То есть получается, что весь этот кровавый фестиваль учредило некое общество под названием «Кадуцеи», прикрываясь возрождением народности ямы. Так?

– Я не могу утверждать со стопроцентной гарантией, но я почти в этом уверена. – покивала Стефани.

– Я бегло ознакомилась с пентаклями. – Унге подошла к доске, где были нарисованы элементы первой печати. – Сколько их может быть? Или сколько их должно быть?

– Если мы говорим о том, что где-то здесь, – Стеф обвела руками пространство, показывая на окно, – скрыт гиперкуб, то пентаклей должно быть семь. Они символизируют собой ключи, открывающие двери на пути к гиперкубу, который откроет проход к бессмертию. Собственно, всё это очень перекликается с элевсинскими мистериями, где на октябрь как раз приходится празднование Великих мистерий. Конечно, в общем доступе нет информации о том, что происходило за дверьми храма, куда допускались только посвящённые, но однажды мне удалось собрать крохи информации о том, что там творится и почему эти мистерии продержались так долго. И я скажу, что всё происходящее в древности чуть ли не дублирует недавние события.

– Мы можем узнать, какие ещё двери должны быть открыты? – спросила Софья.

– Я очень приблизительно знаю об этом. Содержание второго пентакля точно совпадает с местом происшествия. Когда открывается путь к вечной жизни, в первую очередь нужно убить низменные инстинкты и желания. Наверное, поэтому местом убийства, они это считают жертвоприношением, выбран бордель.

– По логике сходится. – пробурчал Малинин. – Унге, что дал допрос бывшего сотрудника? – скривившись спросил он.

– Он был передаточным звеном. С владельцем этой квартиры связался, всё рассказал и показал, где тот живёт. Но последний успел скрыться.

– Ну, я как-то и не рассчитывал, что он будет сидеть и ждать, пока мы его найдём. Сейчас-то он где?

– У Дениса есть хороший контакт в ОВР, сотрудник уже выехал к нам на помощь. Денис сказал, что человек очень надёжный.

– Знаю я этот контакт, – Егор тяжело вздохнул, – теперь проблем только прибавится. Нет, оборотня он разговорит, можно не сомневаться, но зато потом начнёт нам всем нервы пинцетом вытаскивать. Ладно, давайте дальше. – Егор посмотрел на Стеф. – Нужно решать задачи по порядку, а не бежать во всех направлениях. Сейчас, как я понимаю, нужно найти место, где, по всей вероятности, работает и кошмарит округу климатическая установка. Так?

– Да.

– Насколько она большая?

– Да кто же знает. Например, на Аляске такая установка занимает примерно четырнадцать гектаров и неофициально считается климатическим оружием. Я узнала у нашего метеоролога, он сказал, что на заказ могут собрать любого размера. В принципе, чтобы создавать такие вихри нужна установка, которая поместится на участке в полгектара. – Стефани нарисовала квадратные границы, как бы обрамляя первый пентакль в четырёхугольник.

– Такая установка должна потреблять много света. – Юра Береговой потыкал ручкой в сторону грифельной доски.

– Скорее всего, она оснащена солнечными батареями. – пробормотала Соня.

– Ну, у нас тут как-то не курорт, – Юра кивнул за окно, – на такой облачности ни одна батарея не вытянет мощь. Так что можно задать вопрос товарищам из энергосбыта.

– Юра прав. – согласился Егор. – Унге, организуй запрос местной сбытовой компании. Я не думаю, что за городом будет много абонентов с повышенными мощностями.

– Делаю. – быстро сказал девушка и начала строчить на клавиатуре обращение.

– Мамыкин, ты чего такой загадочный? – спросил Малинин у вошедшего криминалиста.

– Да надоели вы мне все. – выдохнул Мамыкин. – Я так утомился разбирать мешанину из эритроцитов людей и животных, что сейчас моей радости нет предела. – криминалист многозначительно замолчал.

– Нам похлопать перед основным выступлением? – вяло спросил Малинин.

– Нет, просто соображаю, как бы попроще донести подготовленную информацию.

– Ну ты как-нибудь начни, а мы уж разберёмся.

– Ок. В основном все надписи, сделанные на стенах, были нарисованы смесью соединительных тканей внутренней среды организма, взятых от человека и животных. В каждой смеси обязательно присутствовали эритроциты.

– Жидкая соединительная это что? – перебил его Малинин.

– Проще говоря, кровь.

– Я тебе сейчас в глаз дам. – тяжело сказал Егор. – У меня и так мозги в раскоряку от всего происходящего и твой, – Малинин замолчал, подыскивая приличные слова, – язвительный характер мне нервных клеток не добавляет.

– В смывах с последнего места я нашёл гемоцианин. Раньше тоже, конечно, встречались обрывки, но я не был уверен, а сейчас прямо чистый нашёл.

– Мамыкин. – сквозь зубы прошипел Егор, угрожающе сжимая кулак.

– Ладно, ладно. Гемоглобин окрашивает кровь в красный цвет, а гемоцианин в голубой. Всё просто.

– А, ну так-то всё на свои места встало! – сорвался на крик Малинин. – Кого мы ищем? Инопланетян с голубой кровью и овсянкой вместо мозгов?

– Вам бы, гражданин начальник, антидепрессантами закинуться или на худой конец капель успокаивающих попить. – проговорил Медикамент, незаметно присоединившийся к беседе во время выступления Мамыкина.

– Млекопитающих с голубой кровью нет. – однозначно сказал Мамыкин. – А вот среди ракообразных, осьминогов и так далее есть. Я думаю, на этом я откланяюсь и уползу к себе работать, как-то у вас здесь слишком нервно. – развернувшись на носках, криминалист направился в сторону лестницы.

– Кстати, Рудольф принёс очень ценную информацию. Сейчас я пошлю запрос в офис, чтобы ребята покопались, кто из носителей голубой крови больше всего подходит в качестве ответа на этот ребус. – быстро набирая сообщение, сказала Стефани.

– У меня есть отзыв от электриков. – проговорила Унге. – Есть по меньшей мере три объекта, в интересующей нас области, которые запитаны на большой объём мощностей. Жду адреса.

– Слава оперативно-розыскной работе. – кратко обозначил Малинин и встал. – Так, я поеду по адресам, посмотрю что и как. Софья, ты со мной? – неожиданно даже для себя спросил Малинин.

– Нет. Я пытаюсь спрогнозировать цепочку дальнейших событий. У нас есть даты постройки домов, координаты мест преступлений и я хочу сейчас просмотреть одну жизнеспособную, по моему мнению, версию.

– Лиза хотя бы завтракать выходила из своей комнаты? – спросила Унге.

– Нет. – отозвалась Стеф. – Вчера она переехала в отель, она сказала, что оставаться здесь для неё очень тяжело.

– Это совсем никуда не годится. – Унге встала из-за стола. – Вы ей хотя бы звонили?

– Когда меня просят не беспокоить, я стараюсь уважать чужие границы. – жёстко сказала Стеф.

– Да? А как по мне, так это просто безразличие.

– Унге, меня не интересует ваше мнение по поводу меня. Давайте вернёмся к работе. У вас неплохо получается анализировать информацию, так что займитесь делом. Вы сами говорите, что времени мало.

– Лиза – это человек в себе. Её сейчас и правда не стоит дёргать. – Софья подошла к нарисованным прямоугольникам, передающим примерный смысл изображения первого пентакля. – Зимой, когда меня забыли в городе, я добиралась с Варей, и мы нечаянно заехали на ферму. Она находится в зоне поиска, и скотный двор, графически напоминает эту архитектуру.

– Архитектура скотного двора, – протянл Малинин, – это звучит гордо.

– Зря смеёшься. Порой за самыми простыми постройками, скрываются крайне сакральные задумки. – проговорила Стеф.

– Я так-то до фига весёлый. Разве не видно? – сощурив глаза, сказал Егор.

– Я недоговорила, – перебила его Софья – ты разве не помнишь, что как раз оттуда были бочки с отходами животных? Там Сапонин брал требуху для своих обрядов.

– Но её адреса в списке нет. – покачала головой Унге, сравнивая материалы дела.

– Ну так и мы их уже проверили со всех сторон. – Малинин развёл руками. – Там разве что из фонда охраны диких львов не приезжали. По-моему, там уже все проверки излазили всё. Нарушения, конечно, нашли. Но ничего, что указывало бы на причастность к нашим делам.

– У нас есть копии отчётов проверок? – оживилась Софья.

– Конечно. Что ты хочешь там найти?

– Пока не знаю. Просто покопаюсь, может что-то и выужу.

– Мало на мою голову пентаклей, так ещё и мистерии, – Малинин подошёл к окну и долго стоял, разглядывая горизонт. – Намутили чёрт знаешь что, а нам теперь разбирайся в воспалённых фантазиях.

– Элевсинские мистерии были созданы для того, чтобы показать одну и ту же истину, но где каждый понимает что-то своё. – Стеф помолчала. – Егор, мы сейчас все участвуем в обряде инициации и выбираем свой путь.

– А. Понятно. Я сразу как-то не догадался. – зло рыкнул Егор. – Ладно, поеду по адресам, огляжусь что там. Юра, поехали со мной, а то ты совсем засиделся.

– Наконец-то. – буркнул Береговой.

– Чем-то недоволен?

– Нет, товарищ полковник, мы всем довольные. – опираясь на стол, Береговой размял затёкшую ногу и пошёл к выходу.

– У меня складывается такое впечатление, что люди просто собирают как пазл исторические факты, чтобы воссоздать какие-то события. А если потеряна одна деталька, то, грубо говоря, дорисовывают от руки. – тихо проговорила Унге. – Эти все обряды какие-то намешанные, что ли. Словно всё в одну кучу свалили.

– По большей части так и происходит. – отозвалась Стеф. – Но это очень правильное замечание. И здесь стоит задуматься над тем, делается ли это неопытным человеком, который вдруг дорвался до какой-то власти и теперь просто скачет по верхам ритуалов, абсолютно не заглядывая вглубь процесса. Или же всё это происходит намеренно, чтобы запутать нас и отвлечь от основного действия.

– Или эти преступления должны передать некий шифр. – вдруг сказала Софья.

– Кому? – уставился на неё Малинин. – Космосу?

– В словах Сони есть смысл, – не обращая внимания на язвительный тон Малинина, сказала Стеф, – и сейчас, опять всё сходится. Ведь Денис определил, что, скорее всего, разные люди убивали девушек. Метод один, а вот исполнение разное. Ведь в борделе вторая жертва должна была остаться в живых, но умерла от ран. – Стеф задумчиво походила по кабинету. – Возможно, это начало инициации. Убийцы проходят свой первый круг.

– То есть их будет семь с половиной? – немигающим взглядом Малинин уставился на Стеф.

– Почему.

– Ну, дев вроде как пятнадцать должно быть, а они по две в каждом выходе убивают. Вот как с половинкой быть?

– Егор, ты гений! – воскликнула Стеф. – Я скоро приеду. Соня, жду тебя в машине.

На этих словах Стефани, подхватив свою сумку, выскочила из кабинета.

– Что это было? – спросил Малинин.

– Да кто их разберёт, – пожал плечами Береговой, – мы едем?

– Нет, стоять будем до морковного заговенья. – рявкнул Егор.

***

Стефани недолго петляла по старой части Карельска, где руинами лежали полуразрушенные дома, светились окошки в нескольких уцелевших жилищах и, проехав последнюю улицу, долго ехала по разбитой грунтовке, даже не пытаясь объезжать ямы.

– Да что ж так трясёт? – охнула Соня, когда машина в очередной раз резко провалилась.

– Автобан по-Карельски. – усмехнулась Стеф. – Так, мы сейчас с тобой доедем до места, я прошу от меня не отходить. Там живут, маргинально настроенные личности, а мы с тобой пойдём в самый центр их мира.

– Нужно было хоть кого-то из мужчин с собой взять. – негромко проговорила Соня, всматриваясь в открывшееся перед ними пространство.

На поляне стояли железные бочки, где чадило жидкое пламя, кучковались люди, явно разделившись на компании по интересам.

– Сами разберёмся.

Выйдя из машины, Стефани обвела взглядом притихших аборигенов, выцепила из толпы маленького юркого человечка и поманила пальцем к себе:

– Вот тебе денежка, – она протянула ему тысячу, – выйду, дам две таких. Ты стереги машину и скажи мне, где Дохлый.

Вняв путанным объяснениям, Стефани и Софья чуть углубились в лес, нашли полуразрушенный, хлопающей на ветру крышей дом и, спустившись в бывший погреб, немного углубились по выдолбленному в земле коридору.

– Они тут все под землёй живут, что ли? – прошипела Соня, задыхаясь от смердящей повсюду вони.

– Так удобнее прятаться.

– Как ты не боишься? Ты так легко ориентируешься в таких местах.

Страницы: «« « 4567891011 » »»