Несносная помощница для Цербера Свободина Виктория
– Слушай, ну разве не ясно? Я свободная девушка в творческом поиске. Что мне дома делать? Я еще погулять хочу. Вон, тебе хорошо, у тебя невеста есть, позвал ее на ночь, или как там этот у вас происходит. А мне сначала надо выбрать.
О, официант принес бутылку, сказал, что вон от того мужчины за стойкой. Ага, как удобно, быстро клюнул, и напиток хороший, дорогой. Мужчина салютует мне своим бокалом. Улыбаюсь ему ровно до того момента, как заметила блеснувшее на пальце кольцо. Отвернулась, вернув внимание шефу.
– Фу, блин. Женатик. Не перевариваю занятых мужиков, смотрящих налево. Прям до тошноты. Папаню сразу напоминают. А ты еще здесь? Чего домой не едешь?
Босс наградил меня крайне неодобрительным взглядом. Видимо, осуждает мой вольный образ жизни, но теперь мне без разницы, ведь карточку все равно не получу.
– Лиза, мы уходим, – с нажимом произносит шеф. – С завтрашнего дня ты обязана стать хорошей личной помощницей. А значит никаких опозданий.
– Ой, ладно, не опоздаю я, успею.
– Хорошая личная помощница – это выспавшаяся помощница с ясной головой.
Хмыкнула.
– Судя по твоим требованиям, хорошая помощница – это помощница без личной жизни.
– Если потребуется, то да, – сухо ответил Цербер. Чем ближе рабочий день, тем вреднее становится начальник. – Все, Лиза, мы уходим.
– Так уж и быть, постараюсь выспаться, – вновь хмыкая, произношу я, даже не шелохнувшись. – Но обещать не могу. Я натура увлекающаяся.
Босс молча встает. Ура! Уходит, наконец… Эй! А чего это он за руку меня схватил? Совсем обнаглел? Еще и тянет за собой. Пытаюсь вырвать руку, торможу всеми частями тела.
– Ты нормальный?! Я сейчас папе позвоню! – м-да, так себе угроза. – И… охране своей.
– Охрана к тебе не приедет.
– Эй! Девушка с тобой не хочет идти, – вклинился неожиданно в наш спор тот самый женатик. Оперативно, молодец. Грубый самоуверенный голос. Видно, что уже разогретый и готовый к приключениям.
– Отпустил ее, иначе…
Что иначе, мой защитник не договорил, потому что начальник, отпустив, наконец, мою руку, просто взял и врезал ему по лицу с разворота. Я, не веря, своим глазам, наблюдаю, как падает на пол мой несостоявшийся ухажер.
– Ты опять?! Ты что, постоянно людей избиваешь?
Шеф не отвечает, смотрит пристально на сидящего на полу мужчину, потирающего челюсть. На нас с разных сторон тоже все смотрят, но пока никто не подходит, предпочитают наблюдать. Не дождавшись реакции от ударенного, Цербер хватает меня за руку и утаскивает-таки из бара. Я не сопротивляюсь. Оставаться в баре после такой сцены больше нет смысла.
В машине еду, отвернувшись от шефа и не разговаривая. Так вечер мне обломать. И не просто так его подчиненные боятся. Может, он их тайно поколачивает у себя в кабинете? А меня не трогает, потому что отца опасается. Гык. От таких мыслей стало смешно, но все равно обидно. Сам босс, кажется, тоже злится, но ему-то на что? Неадекват какой-нибудь.
Когда приехали, из машины выхожу, громко хлопнув дверью. Лечу домой. Слышу звук мотора за спиной. Не пошел провожать, как вчера. Дома, жутко злая и неудовлетворенная своей жизнью, ложусь спать, несколько раз проверив будильник. Встать надо будет очень рано, мне ведь еще покупки надо будет разобрать.
Так и быть, я ему покажу хорошую помощницу. Обещала ведь. Уговор есть уговор.
Утром встала пораньше. Прикупила на выходных в том числе и деловой одежды, так что есть в чем изображать хорошую личную помощницу. Бежевая юбка-карандаш, белая дизайнерская блузка, кремовые туфли-лодочки… возьму с собой. По улице ходить в них будет пыткой. Скромный офисный макияж, и отдельный пункт – прическа. Я обычно не заморачиваюсь, даже если собираю волосы, то они у меня все равно остаются заметно пушистыми и где-то даже лохматыми. Потратила время на прическу, стянула волосы в идеальный пучок, чтобы волосок к волоску, и ни один не выбился. Залачила все так, что не уверена, что теперь эта прическа со мной не навсегда.
Перед выходом оглядела себя в зеркало. Фу, какая неприятная правильная девица там отражается. Мне не нравится, значит Церберу должно зайти. Приезжаю на работу заранее, даже до появления самого начальника, чего раньше не бывало. Все подготовила, кабинет проветрила. Со скуки все остававшиеся в компьютере задания переделала.
О, ну наконец-то пришел. Шеф быстро прошел к своему кабинету, кажется, даже не заметив, что я тут.
– Доброе утро, Даниил Александрович.
– Доброе утро, – на автомате здоровается босс, поворачивает голову мою в сторону и резко останавливается. Брови его высоко взлетают. Кажется, никогда еще начальник на меня так внимательно не смотрел. – Уже на работе, Елизавета Натановна? Выглядите необычно, вас не узнать.
– Лучше или хуже выгляжу? – уточняю, вежливо улыбаясь.
– Просто иначе.
Начальник ушел в свой кабинет, и дальше я продолжаю его удивлять своей исполнительностью и расторопностью, меня это даже особо не напрягает, потому что я не работаю, а скорее играю роль, как актриса на сцене. Такая вот забава. Не знаю, как надолго меня еще хватит.
На обед начальник повелел мне идти с ним, раз я такая сегодня правильная и его не напрягаю. Да, так и сказал. Поскрипела зубами, промолчала, но послушно пошла, хотя меня ждали в кафе на обед с коллегами. Мы должны были обсудить маршрут путешествия на выходных. Хотим на пароходе поехать по реке. Кто ради экскурсий, а кто для безудержного веселья и творческого поиска.
Все время обеда я была крайне тиха, спокойна и нейтральна, хотя Цербер явно хотел вывести меня из себя, то и дела провоцируя своими фразочками и комплиментами в стиле, какая теперь я, наконец, молодец. Жутко хотелось ответить нехорошо, но сдержалась. Меньше года осталось работать, а потому я забуду обо всем, как о страшном сне. К счастью, во второй половине обеда к нам за столик подсели знакомые начальники, и фокус внимания Цербера сместился, но так просто он от меня все равно не отстал.
После обеда шеф огорошил:
– Мне только что позвонил переводчик, не сможет быть, у него ЧП, наши китайские партнеры уже вот-вот подъедут, так что вы сегодня заменяете переводчика.
Ах, вот оно как! Так и знала, что будет использовать против меня полученные обо мне знания и напрягать новой работой.
– А кто же тогда будет исполнять мои функции?
– На встречу подойдет генеральный директор, все сделает его помощник.
– Вы ведь обманываете, что у переводчика ЧП? Решили сэкономить на его услугах?
Шеф осуждающе покачал головой, судя по его взгляду, мне должно быть стыдно, что я так думаю, но я же вижу, как Цербер старательно прячет улыбку.
Несмотря на то, что работой новой напрягли, мне все понравилось. Переводить не трудно, зато каким восхищенно-оценивающим и удивленным взглядом на меня всю встречу смотрел генеральный директор. Такого, видимо, от меня не ожидал. Вот точно хочет сманить к себе в помощники.
И, надо сказать, я уже почти морально готова сманиться. Все равно работаю, так хоть не с Цербером.
Глава 19
Глава 19
Видимо, от того, что за день перестаралась, домой приехала никакущая. Едва хватило на то, чтобы принять душ, про ужин и не вспомнила, сразу упала в кровать. Вечер и ночь прошли словно в бреду. На утро проснулась горячая, постель мокрая. Просто пошевелиться уже больно. Настырный будильник только выключила, но телефон утих ненадолго. Спустя пару часов вновь стал неприятно трезвонить, а трель отдаваться болью в голове.
– Алло, – хрипло произношу я, отвечая на вызов. С трудом сглотнула. Глотать больно.
– Ненадолго же вас хватило, Елизавета Натановна, – строго произносит начальник. – Где вы? Рабочий день уже начался.
– Сегодня меня не будет. Заболела.
– Обманываете?
– Да очень надо, – кашлянула. Громко, больно. – Видимо, продуло, все-таки, после прыжков с парашютом, – шепчу я в трубку. – Ну все, пока. А то говорить больно. Буду дня через два, если оклемаюсь.
Сбросила вызов, поставила телефон на беззвучный, на всякий случай еще и под подушку его пихнула. А потом погрузилась то ли в сон, то ли в какой-то бред. Надо бы таблетки какие-то заказать, ну или врача вызвать, но сил вообще нет.
Когда вновь раздался звонок, я не сразу поняла, что звонят в квартиру. Долго, настойчиво. Собрать себя и встать было целым приключением, но я все-таки дошла до двери, смотрю в глазок и выпадаю в осадок.
– Что вы здесь делаете, шеф? – хриплю я, чуть приоткрыв дверь, но начальника не запуская и не показываясь. – Рабочий день в разгаре.
– Я зайду? Я привез лекарства. Ты вызвала врача?
– Нет, конечно. В смысле, нельзя зайти. Вы что, приехали проверить, правда ли я болею?
– Почему нельзя зайти?
– Я не одета.
– Мне к этому не привыкать.
– Я болею.
– Поэтому я должен зайти.
– Нет. Мужчина не должен видеть болеющую женщину. Уходите.
– Что за бред?
Пытаюсь закрыть дверь, но начальник ловит створку, надавливает, молча заходит, ставит пакеты, закрывает за собой дверь. Все так по-хозяйски.
Устало прикрыв глаза, опираюсь на стену, а потом по ней же медленно сползаю. Устала стоять. Начальник так же молча деловито подхватывает меня и уносит в кровать. Там укладывает меня, нависает сверху и вставляет… градусник. Градусника у меня никогда не было своего, так что это добро шеф с собой привез.
Вяло попыталась укутаться в одеяло, прикрыв бельишко фривольного розового цвета, но не тут-то было, Цербер у меня одеяло забрал и, положив приятно-прохладную руку на мой лоб, откинул одеяло подальше.
– У тебя, похоже, жар, не стоит еще сильнее нагреваться.
Сил препираться нет. Хотела хотя бы в знак протеста отвернуться, но и тут нет.
– Лежи спокойно, у тебя градусник.
На пять минут стало тихо. За это время я даже умудрилась задремать.
– У-у, – недовольно тянет Цербер, проверяя температуру. – Я вызываю врача.
На какое-то время шеф исчез из поля зрения, чему я только обрадовалась и окончательно уснула.
Не знаю, сколько прошло времени, но шеф вновь меня зачем-то будит.
– Лиза, держи, нужно выпить.
Начальник протягивает мне стакан с водой и таблетку какую-то.
– Яд? – уточняю флегматично, без лишних эмоций запивая таблетку.
– Ну, конечно, что же еще. Вот, надень.
Даниил забирает пустой стакан и протягивает мне мои же шорты и футболку.
– Так мне же нельзя нагреваться, – я хмыкаю и вяло натягиваю на себя футболку.
– Скоро врач должен приехать.
– Ну так врач. Какая ему разница, в чем я. Тебе, то есть, можно смотреть, а ему нельзя. Дай водички еще, а?
Цербер уходит, а я в это время справляюсь с шортами. Водичку принес, зайка этакий, потом еще на кухню меня перенес посидеть, чай им же заваренный попить, пока он сам будет… менять мне постель, та ведь вся мокрая.
Сижу в полубредовом состоянии на кухне и всерьез размышляю, реально ли начальник тут со мной или он плод моего воспаленного воображения. На кухне, кстати, чисто, как в день моего заезда сюда. Дорвался-таки шеф до моей девичьей кухоньки.
В дверь позвонили. Даниил открыл сам и пропустил на кухню двух врачей. Долго не пробыли, осмотрели, выписали какие-то лекарства, дали больничный и отчалили, напоследок уже в коридоре посоветовав Церберу, чтобы тот давал жене больше воды пить. Нормально, да? Без меня меня женили.
– Хочешь лечь? – спрашивает после того, как всех проводил и вернулся на кухню.
– Угу.
– Отнести?
– Угу.
В дверь снова раздается звонок.
– Ждешь кого-то? – строго уточняет начальник и идет за меня открывать.
– Может, врач градусник забыл? – с усмешкой предполагаю я. Стало, кстати, чуть полегче. Может, действует выданная боссом таблетка.
Из коридора раздаются знакомые голоса. Кажется, бабы Мани и бабы Люды. На кухню шеф вернулся уже с двумя банками варенья, кульком какой-то травы и странной задумчивой улыбкой на лице.
– Твои соседки тебе передали. Увидели, что врач в дом заходит, спросили у него, в какую квартиру. Здесь варенье и какие-то лечебные травы, чтобы с чаем заваривать.
С интересом рассматриваю кулек.
– О, ромашка. А это чабрец, кажется.
Босс наклонился, мягко подхватил на руки и унес в кровать.
– Чего-нибудь хочешь еще? – деловито уточняет Даниил, присаживаясь рядом со мной на свежую постель.
– Нет.
Сворачиваюсь клубком и закрываю глаза.
– Я на кухню, если что, зови.
Следующие полчаса провела в полудреме. Накрыло меня, конечно, неожиданно. Болею я редко, но, видимо, метко, ну или с непривычки так тяжко.
В какой момент пришел шеф, я даже не помню. Воды опять принес, лекарства какие-то, телевизор включил. Заметила, что успел сменить рубашку на футболку, видимо, в машине с собой возит.
А еще в какой-то момент осознала, что я в постели вместе с начальником. Смотрю интересный сериал. Он подложил себе подушки под спину и то ли сидит, то ли уже лежит в моей постели, я при этом всем еще и нагло положила голову ему на колени. Зачем мне подушки, когда есть такте удобные коленки? Одним глазом смотрю сериал, другим почти сплю.
Надо бы сказать боссу, что я справлюсь сама, чтобы ехал уже на работу, но… я же та еще эгоистка. Кто мне водички принесет? Не самой же идти. Коленки, опять же, ну очень удобные.
Правда, совсем неудобно становится от мысли, что использую я коленки чужого жениха. Некрасиво перед невестой, но это, из-за болезни и слабости, тоже оставлю пока на совести Цербера и его своеобразных отношений.
В моей кровати начальник хорошо освоился. До позднего вечера с ним бездельничали. Сериалы смотрели, болтали, ели прямо там же заказанную шефом еду. Вообще, кровать словно стала этаким гнездышком, островком, мини-домом. Раньше не замечала, что она у меня настолько уютная.
Вот так бестолково проводить время с начальником оказалось очень занимательно, но вот уже и стемнело, шеф домой вообще собирается?
– Смотришь рабочий чат? – интересуется Цербер, заглядывая мне через плечо.
– Угу. Что про нас пишут.
– А пишут?
– Ага. Мы ведь вместе сегодня отсутствуем, и это не командировка. Гадают, где мы.
– Волнуются?
– Ха! Радуются. Высокое начальство пропало, можно расслабиться.
– Зачем ты пишешь, что болеешь?
– Да мне уже куча сообщений в личку пришло с вопросами. Отпишусь сразу всем. Сил нет каждому отвечать.
– А что ты там пишешь про пароход?
Отвернула от шефа экран и отползла от него чуть подальше. Я на выходных нормально отдохнуть хочу без этих всех церберовских заявочек, что я, как хорошая личная помощница, должна дома высыпаться, а не гулять. К выходным я все же надеюсь поправиться.
– Лиза.
– Да ничего, просто обсуждаем корабли.
– Куда-то собираетесь на выходных?
Прочитал все-таки.
– Все, я вообще уже вышла из чата. Голова что-то сильнее разболелась. Буду спать. Тебе, наверное, тоже уже домой надо ехать, да? Время позднее.
Шеф положил мне на лоб свою восхитительно прохладную ладонь. Зажмурилась от удовольствия.
– Жар снова усиливается. Уверена, что готова остаться одна?
М-м, уже нет. Думаю, как ответить. Неожиданно сложный вопрос оказался. Это же Цербер, еще и у меня дома. Но оставаться одной как никогда не хочется. Тут и коленки удобные, и руки прохладные. Однако где он спать будет? Кровать одна, только коленки и руки на ней не оставишь.
– Лиза, ты уснула или думаешь?
– Я в сомнениях. Иди домой.
– Хорошо. Пойду. Сделаю чай и лекарства тебе принесу.
– Ага, – сладко зевнула. – Лень вставать, там в коридоре в тумбочке, во втором ящике сверху, ключ запасной лежит от нижнего замка. Закрой им дверь, когда будешь уходить, а на работе потом вернешь.
– Хорошо.
Шеф ушел. Минут через десять только принес мне чай, воду, лекарства. Слышу в полусне, что он там на кухне еще что-то шуршит, уютно так. Под такие звуки так здорово засыпать…
Глава 20
Глава 20
– Лиза, – раздается мне прямо на ухо. От чужого теплого дыхания уху становится щекотно, а мне очень приятно. – Лиза.
– М-м? – мычу, не открывая глаз. Вот зачем он меня будит? Я же только уснула. И минуты, наверное, не успела проспать.
Что-то холодно. Не открывая глаз, на ощупь пытаюсь найти одеяло, но не нахожу. Вдруг искомый предмет сам по себе оказывается на мне.
– Я ухожу. Работать все-таки нужно. Звони, если что-то понадобится или будет плохо. Вернусь вечером. Лиза, ты спишь или слушаешь?
– Умгум, – отвечаю невнятно. Вот чего пристает?
– Пока.
Ощущаю щекотное теплое дыхание уже на своей щеке. Секунда, вторая. А потом шаги, шорох, хлопок двери и поворот закрываемого замка.
Минут пять еще лежу в полусне. Спать еще вроде хочется, а вроде и нет. Открываю глаза. Кое-как собираю волю в кулак, подхожу к окну и отодвигаю штору. Определенно, сейчас утро. Пасмурное, но именно оно, не вечер. Это что же выходит? Цербер тут всю ночь пробыл? А где спал? На полу? Или окончательно освоился в постели? Если да, это прям мне минус. Не заметить и проспать целого мужчину у себя в кровати.
Зачем-то иду на кухню. Любуюсь идеальным порядком. Ради интереса захожу в свою комнату-склад, а там… тоже все пугающе идеально расставлено. Настолько органично, что кажется, будто это и не склад уже, а вот такая оригинальная комната, наполненная вещами. Вдоль одной из стен теперь стоит стеллаж, которого тут точно не было. Заполнен стеллаж теперь доверху, и все так шикарно на нем уложено. Светло-серые коробки даже там стоят новенькие, видно, что созданы специально для стильного хранения. Я свои дорогие вещи люблю, поэтому прям расчувствовалась от такой заботы, но со стороны Цербера это, пожалуй, слишком. Надо будет с ним поговорить на эту тему. Что, вообще, за дела такие?
Но зато теперь ясно, что шеф делал ночью. Он просто не спал. Завалы на складе у меня зачем-то разгребал. Белье, интересно, все разобрал, извращенец этакий? Нет. А что он там про вечер говорил? Приедет? Да меня его невеста тогда за такое точно найдет и придушит.
Завалилась обратно в постель. Без шефа оказалось, что лежать скучно, да и кровать не такая уж уютная, совсем не напоминает островок. Включила телевизор, но не нашла там ни одного интересного сериала, а вчера, когда с боссом обсуждали игру актеров и смеялись над поворотами сюжета, любой сериал был в разы интереснее.
С раздражением выключила телевизор. Голова болит, горло саднит, тело ломит, шефа нет, спать не хочется. Ненавижу болеть.
К вечеру умаялась от скуки настолько, что с радостью готова хоть завтра на работу бежать, и жду прихода Цербера с нетерпением, а его все нет и нет. Заказала ужин на двоих, еду принесли, а босса опять нет. Выглянула в окно. Погодка – жуть. К вечеру набежали черные тучи, темень, минут двадцать дождь льет стеной, сверкает.
Неверное, начальник решил в такую походу не приезжать, да и с чего вообще ему сюда ехать? Лекарства куплены, я поправляюсь, да даже если бы и нет.
Звонить и спрашивать, где шеф, не буду, вот еще. А вдруг по такой погоде в аварию попал? Мои мысли прервал звонок в дверь и тут же звук открываемого замка. В прихожей я оказалась за мгновение, словно меня телепортировали.
Открывается дверь, в проеме стоит несколько подмоченный шеф. Взгляд у начальника загадочный какой-то. Я чуть сварливо не поинтересовалась у Цербера, почему так долго ехал. Еле сдержалась, честное слово.
– Проходи давай. Чай будешь?
– Да, спасибо. Лиза, тут такое дело…
Шеф вдруг жалобно мяукнул. Точнее, совсем не он, но в первый момент померещилось. Только сейчас заметила, что начальник зачем-то держит свой пиджак в руках, вместо того чтобы в такую погоду его надеть. Босс отворачивает край пиджака, являя мне мокрую смешную мордаху с грустными потерянными глазами-бусинами.
– Мя-яу, – еще более протяжно и пронзительно произнесло серое нечто, похожее на маленькую кошечку. Не котенок, но и не взрослая. Кошко-подросток.
– Возле подъезда плакала и дрожала. Я не смог пройти мимо.
– Кхм. Тут знаешь, сколько таких по подвалам бродит?
– А эта не бродит.
Закрываю за шефом замок.
– К себе вези, я не возьму. Мне нельзя животное, я постоянно в разъездах.
– Ты ведь на год точно здесь остаешься.
– Ну потом-то меня тут ничто не удержит. Да и какие животные? Они мне все вещи попортят. Слишком дорогое удовольствие получится. Так что нет, мне не надо, себе забирай, невесту обрадуй.
– У нее может быть аллергия на шерсть.
– Таблетки в помощь. Неси котейку в ванную, купай, отогревай, суши. Пойду чайник поставлю и молоко налью, – ковыляю на кухню, уже оттуда уточняя. – В ветеринарку повезешь?
– Да, надо бы.
– Тогда с этим лучше поторопиться, а то закроются.
Вскоре Цербер выносит из ванной умытую и просушенную подобранку. На удивление, оказалась не серой, как в начале показалось, а беленькой, немного пушистой, лохматой. Шеф переоделся в той же ванной в джинсы и водолазку. Босс сегодня ко мне со спортивной сумкой завалился, подготовился. То есть это он, скорее всего, еще и к себе домой заезжал, поэтому так долго.
И вот, пьем с начальником чай и наблюдаем, как котенок жадно поглощает наскоро сваренную мной кашу с добавленными кусочками отварной индейки и молоком все это дело радостно запивает. Поев, хвостатая начинает настороженно все обнюхивать и в итоге подходит ко мне. Прыжок, и она сидит рядом со мной на диванчике, прижалась доверчиво. У нее, наверное, тайный план по передаче мне блох. Аккуратно запустила пальцы в мягкую шерстку. Белый комочек сразу заурчал.
– Слушай, – обращаюсь я к Церберу. – Как-то странно. Кошечку ты спасаешь, а жмется она ко мне. Несправедливо, да?
– Это ведь девочка, похоже. Вам, возможно, легче между собой язык находить, – с усмешкой предположил Даниил.
– Ужинать будешь?
– Да, но позже, сначала отвезу к кошку ветеринару.
Шеф достает телефон и, скорее всего, ищет адрес ближайшей открытой ветклиники.
– Как назовешь кошечку? – не без ехидства интересуюсь я. Вот любит себе мой начальник заботы находить.
– Еще не думал над этим.
– Ну, время будет.
Допив чай и подхватив котенка, начальник вскоре уехал, но вернулся быстро, и получаса не прошло. Оставил кошку и вновь сбежал, на этот раз за всем, что нужно для питомца, мило так уточнил, не нужно ли мне чего в магазине купить. И это при том, что собрался в зоомагазин. На миг почувствовала себя подобранной им кошкой. От щедрости такой отказалась.
Кошечка, оставшись со мной наедине, поначалу никак себя особо не проявляла, но чуть освоившись, как начала носиться по всей квартире. Молоденькая, игривая. Тщательно наведенный Цербером порядок стал быстро уничтожаться. Представила, как это милашка творит такое же безобразие в наверняка идеальном доме шефа, повергая в шок его невесту, и мне вдруг так хорошо стало, радостно. Хе-хе.
Начальник вернулся с несколькими пакетами кошачьих принадлежностей. Малышка теперь богатая невеста по меркам дворовых кошек. Цербер даже симпатичный серебристый кошачий ошейник приобрел с уже записанным на нем номером его телефона и чипом для отслеживания кошачьих перемещений. Все, теперь кошечка под колпаком, у нее тоже есть внимательный и ответственный Цербер.
До позднего вечера провозились с живностью. Интересно оказалось наблюдать за хвостатой. Настолько, что я даже про свое состояние болезненное стала забывать. Сидим с Цербером в постели, работает телевизор, но мы молча наблюдаем, как мимо по ногам проносится белый шустрик с неуемной энергией. В коридоре что-то грохнуло.
– Назови ее Фурией, – посоветовала я. – Ей очень подходит.
– Кхм. Вы с ней чем-то неуловимо похожи.
– Милые голубоглазые блондинки?
– Именно. Мне пора ехать.
– Опять?
– Да, вижу, тебе лучше.
Почувствовала неожиданно настоятельную потребность сильно заболеть. Вновь что-то грохнуло, но уже в комнате-складе.
– Лиза, могу я попросить тебя оставить Фурию у себя на пару-тройку дней?
– Что?! С чего это вдруг?
Кошка, словно почувствовав, что речь о ней, врывается в комнату, запрыгивает на кровать и делает пару кругов тыгыдымса по ней, а потом снова убегает, исчезнув в темноте коридора.
– Мне нужно подготовиться к появлению нового жильца. Аллергия на шерсть – это тоже серьезно.
– Хм. Ладно, но учти, если через три дня не заберешь, эта кошачья активистка отправиться снова жить во двор.
– Не волнуйся, заберу, – произнес Даниил и без предупреждения вдруг чмокнул меня в лоб. Я даже не успела никак среагировать, а он уже вынес вердикт. – Не горячая. Хорошо. Выздоравливаешь, скоро на работу вернешься.
– Такое впечатление, что тебе там без меня скучно, – говорю я, потирая лоб. Действительно не горячий, а вот щеки да.
Проводила начальника, так и не решившись у него спросить, что это было и зачем он вообще приезжал. Может, перед папой за меня какую-то ответственность все-таки несет?
Ближе к середине ночи Фурия все-таки угомонилась, пришла ко мне под бок, заурчала. Я выключила телевизор, обняла пушистую и с ней удивительно легко и быстро уснула. Утром меня разбудила она же, жалобным требовательным мявом.
Я накормила животину, на улице солнышко вновь прорезалось. Фурия посидела на подоконнике, полюбовалась на двор, а потом засела возле входной двери и как давай мяукать и скрестись.
– Хочешь на улицу? А нельзя. Все, ты теперь домашняя кошка. Это у меня тут третий этаж, можно спокойно спуститься самой, а хозяин твой наверняка в какой-нибудь высотке живет. Учись ходить в лоток.
– Мя-яу! – вновь так жалобно и требовательно.
– А знаешь что, хочешь – иди, – говорю я, открывая дверь. – Можешь не возвращаться. Проблем меньше будет.
Кошка сразу выскочила на лестничную клетку и быстро сбежала по лестнице вниз. Дворовая, все-таки. Вольная животина, гуляет, где хочет. А шефу скажу, что сама выбежала, когда я выходила, ну и не успела я ее поймать.
До обеда было тихо. Я наслаждалась тишиной и интернетом, но как только села есть, услышала приглушенный мяв, но, что самое интересное, не из-за двери. С удивлением смотрю на заглядывающую в кухонное окно белую кошачью мордаху. Открываю форточку, и Фурия туда шустро запрыгивает и проникает на кухню.
– Ну ты даешь. Быстро иди мыть лапы и садись есть. Надо же, окно нужное вычислила. Слушай, а мы с тобой, может, и уживемся, раз ты такая сообразительная и самостоятельная.
Глава 21
Читать бесплатно другие книги:
