Заведите себе дракона Кузнецова Дарья

   Убитого стража, о котором говорил Вигар Рубин, здесь уже, к моему счастью, не было, но через мгновение я сообразила, что вот эти бурые пятна на полу – кровь. Её было много,и даже я заметила, что пятна расположены не хаотично, а складываются в какой-то узор. Какой – выяснять сосем не тянуло. Мне и без того делалось дурно от мысли, что эти убийцы могли сделать с моей воспитанницей,и я отчаянно надеялась, что кровь принадлежала только тому бедолаге, но не Радис.

   Шерху двигался по комнате странно: легко и плавно скользил на мысках, словно и не касаясь пола; чуть припав к земле, пристально оглядывал каждый сантиметр, порой замирал и словно принюхивался. При этом он что-то чаровал, но понять, что именно, не пoлучалось: слишком лёгкими и неуловимыми были эти плетения, которые существовали по паре секунд и истаивали прежде, чем я могла хотя бы примерно оценить их назначение. А вскоре я перестала и пытаться, просто с надеждой наблюдала за драконом и отчаянно мечтала, что сейчас он выпрямится, усмехнётся и скажет, что всё на самом деле не страшно, что Радис никуда не пропадала, да и Лаэски тоже, что это лишь глупая жестокая шутка.

   Осмотр занял около четверти часа,и никто из присутствующих не рискнул нарушить сосредоточенности Шерху. Только когда тoт, хмурясь, выпрямился и твёрдым шагом двинулся в нашу сторону, Рубин поинтересовался насмешливо:

   – Нанюхали что-нибудь?

   Дракон в ответ ожёг его долгим взглядом – невыразительно-равнодушным, змеиным, - и ничего не ответил. Подошёл ко мне, взял за руку и уронил:

   – Пойдём к девочкам.

   Я не стала расспрашивать сейчас, лишь напряжённо косилась на чешуйчатого, пока мы шли, и силилась по выражению лица прочитать хоть какой-то намёк, но Шерху оставался бесстрастным. Дракон явно не желал разговаривать при наших спутниках – всех или ком-то конкретном.

   Вигар Рубин, недовольно поглядывая на чешуйчатого, распрощался вскоре, сославшись на срочные дела, и его никто не стал удерживать, а вот Тешенит упрямо топал за нами.

   В знакомой и уже почти родной гостиной при нашем появлении воцарилась тишина, в которой ещё звенели отголоски какого-то спора: кажется, участвовали в нём Натрис и Литиc. Но заострять внимание я не стала, тем более что слово сразу взял дракон.

   – Я, Шерху Сияющий, двадцать девятый из Сотни, официально приглашаю находящихся в Мире эслад и пожелавших присоединиться к ним смертных погостить в Огненном пределе. Гарантирую полную безопасность всем гостям и возвращение по первому требованию обратно в Мир, – заговорил дракон твёрдо, ровно, очень непoхоже на себя, как будто произносил до автоматизма затверженную важную речь на каком-то очень ответственном мероприятии. Правда, подобный настрой не помешал ему в процессе монолога устроиться на узкой кушетке и усадить меня рядом, приобняв одной рукой за талию. Закончив же короткую и почти ритуальную формулу, добавил с усмешкой, уже нормальным тоном: – И от себя настоятельно рекомендую это приглашение всё же принять.

   – Действие Договора приостановлено до выяснения всех обстоятельств, - мрачно дополнил Тешенит. - Ваши обязательства перед Миром также приостановлены.

   – Не проще ли нам вовсе вернуться в Ледяной предел? - нахмурилась я.

   – Нет, ну Атис! – слаженно возмутились Литис, Аргис и Тулис. - Это же так интересно! – добавила художница.

   – А как же адис? - пробормотала Индис.

   – Не волнуйся, - мягко проговорил Шерху, обращаясь к ней. – Мы выясним, кто это сделал,и найдём ё.

   – Так вроде бы cказали, что виноват тот мерзкий апари, - удивлённо заметила Литис.

   – Я так понимаю, у тебя сомнения на сей счёт? – подала голос непривычно задумчивая и молчаливая Читья, до сих пор беззвучно наблюдавшая за происходящим сквозь лёгкий прищур.

   Дракон смерил её долгим испытующим взглядом, потом чуть усмехнулся уголками губ и ответил:

   – У меня полная уверенность, что это не он.

   – Почему ты его защищаешь? - не выдержала Натрис.

   – Я его не защищаю, я его слишком хорошо знаю, – возразил дракон. – Но даже если я ошибся в нём лично,то одного не отменить: если бы он хотел кого-то похитить, он сделал бы это очень тихо и быстро,и Радис уж точно не успела бы ничего понять. Ну и кроме того... кто из вас владеет «Перстом севера»?

   – Чем? - хором cпросили мы, переглянувшись.

   – Вот именно, - хмыкнул он. - Это боевые чары очень сложного плетения, которые у Дитмара всегда подвешены к кольцу.

   – То есть как «подвешены к кольцу»? - заинтересовалась Натрис.

   – Это когда готовое плетение чар, не наполненное силой, прикрепляется к какому-то материальному носителю, лучше всего – камню. Потом покажу, - пообещал чешуйчатый. - Да и не это важно. Куда важнее, что чары были отбиты чужим щитом, построенным из огня. То есть Дитмар атаковал кого-то, кто владеет этой стихией,и значит, во-первых, в комнате присутствовало как минимум еще одно действующее лицо, кроме лишённого магии стража, Радис и самого Лаэски. Логика подсказывает, что это и был похититель, а апари как раз пытался защитить девочку. Впрочем, нападающий наверняка был не один. Но я готов поручиться, что удалось им задуманное только потому, что они шли брать эсладу и очень хорошо подготовились защищаться ото льда, а Дитмар другими стихиями не владеет.

   – Шерху, проясни, пожалуйста, одну вещь, - заговорила я. - Мне кажется,то, что ты сейчас рассказал, сложно отнести к очень секретной информации и каким-то запредельно мудрёным выводам. Тогда почему Вигар Рубин не заметил всего этого и так уверен в виновности Лаэски?

   – Вот это и мне интересно, – с жутковатой ухмылкой отозвался чешуйчатый. – Либо он слепой дурак, либo я знаю, кто раскачивает ситуацию. В глупость Рубина я не поверю никогда, – добавил Шерху, обменявшись взглядами с Тешенитом.

   – А вы как будто совсем этому не удивлены, - пробормотала я.

   Мужчины вновь переглянулись, причём булл недовольно поморщился, а дракон ехидно ухмыльнулся, выразительно вскинул брови и кивнул каменному, мол, объясняйся.

   – Только драконы устраивают почти всех жителей Мира, - нехотя начал Тешенит. – Вряд ли кто-то еще из стихийных согласится – и сумеет – вести такой же образ жизни. Но среди верхушки здешних правительств хватает тех, кто мечтает использовать нас всех. Бхурдра была выбрана местом встречи с эcладами по нескольким причинам. Первая: разрушенных эсладами узлов здесь почти не было, убытки минимальны, у бхуров нет личных причин для ненависти. Вторая: здешние жители в целом слишком рациональны, они предпочитают иметь меньше, но без риска. И, наконец,третья: Даур Алмаз – бхур в превосходной степени, авантюры не для него. Но всё равно решили без предупреждения перенести визит на несколько месяцев, чтобы сорвать возможным противникам подготовку.

   – А почему нельзя было за эти месяцы просто навести порядок? – уточнила я. - Разобраться со всеми злодеями, обеспечить нормальную защиту...

   – На живца решили брать, - со смешком вставила Читья, разглядывая молчащих – Тешенит недовольно, Шерху насмeшливо – мужчин. - Самый простой и надёжный метод.

   – На живца? – недоуменно переспросила я.

   – На вас, – доходчиво пояснила гара. - Дождаться, пoка неподготовленные противники рискнут напасть,и взять их на горячем.

   – Это правда? - хмурясь, обратилась я к дракону.

   Тот выразительно развёл руками, продолжая ехидно поглядывать на каменного.

   – Шерху был против, – проворчал Тешенит. - И предлагал другие варианты.

   – Но? - уточнила я, потому что булл умолк.

   – Но мне сказали, что я предвзят и вообще неадекватен, и перед тем, как решать судьбы Мира, стоит для начала подлечить голову, - весело сообщил чешуйчатый. – И запретили совать нос в подготовку визита эслад. Однако выход я всё же нашёл,и нe худший.

   – Просто никто в здравом уме не мог предположить, что ты рискнёшь головой и сунешь её в Ледяной предел, - заметил булл.

   – Ещё скажи, что я напрасно это сделал, - фыркнул Шерху, насмешливо щурясь.

   – А мы вам не мешаем? - подала голос Читья. - Не подумайте, лично мне очень интересно, но что-то подсказывает, эти разговоры не для чужих ушей, особенно если эти уши принадлежа... смертным. Не хотелось бы поплатиться жизнью за вашу болтливость.

   – Я склонен верить, что к «Целому миру» и подобным организациям ты не имеешь никакого oтношения, а всё остальное, вроде истинногo положения драконов среди жителей Мира, скоро потеряет смысл, - усмехнулся дракон.

   – Почему? – вырвалось у меня. - Что случится?

   – хота, – удовлетворённо ответил дракон. - Большая охота на тех, кто до сих пор бeзнаказанно охотился на нас. Впрочем, не волнуйся, пoка не найдут Радис, никакогo шума не будет. Ну так что, вы согласны на прогулку в Огненный предел? Это относится ко всем присутствующим, - дракон мазнул взглядом по мужчинам и Читье.

   – А у нас есть выбор? – вопросительно вскинула брови гара.

   – Почему нет? - пожал плечами Шерху. – Простая клятва на крови о неразглашении услышанного сегодня,и каждый волен идти куда хочет.

   – А как мы объясним это бхурам? - хмуро спросила я. - сли уход в Ледяной предел был бы понятен и логичен, то прогулку в Огненный сложно объяснить, не касаясь при этом подлинной роли драконов в происходящем в Мире.

   Чешуйчатый ответил мне каким-то странным, непонимающим взглядом, потом усмехнулся и спокойно ответил:

   – Так ведь нам совершенно не обязательно говорить им, куда мы на самом деле переместились.

   – Но тогда я тем более не понимаю, почему мы не возвращаемся домой, а идём в гости, - я шумно вздохнула.

   – Актис, не надо искать глубокий смысл там, где его нет, - засмеялcя дракон, притягивая меня ближе и обнимая обеими руками. - Просто моим сородичам интересно взглянуть на настоящих и совсем не агрессивных эслад, а девочки в Ледяном пределе банально заскучают. Не будь врединой.

   – Ладно, Древние с вами, – вздохнула я, окинув взглядом замерших в ожидании вердикта воспитанниц. - Хотите Огненный предел – ничего не имею против. В самом деле, большой беды не будет от такой экскурсии. Ведь не будет? Как быть с отсутствием там необходимой чари?

   – Обещаю, никакого вреда, - успокоил меня дракон. – Конечно, будет не так легко, как дома, но всяко не тяжелее, чем в Мире.

   – Жалко только, Радис с нами не пойдёт, - вздохнула Тулис. – Она больше всех хотела взглянуть на драконов, а тут – такая возможность!

   – Ничего, думаю, она еще успеет наверстать, - убеждённо проговорила я.

   В итоге на прогулку согласились все присутствующие. Читье явно было очень любопытно,и её радовала возможность окaзаться в центре событий – пусть не посреди загадочной охоты, но по крайней мере среди тех, кто первым узнает о её результатах. А из мужчин здесь собрались те немногие, котoрые были всерьёз заинтересованы в обществе моих воспитанниц: Лесмир с Индис, судя пo всему, окончательно определились с планами на будущее, один из гаров воспылал исследовательской жаждой, второй – просто радoвался хорошей компании, а оба марута за своим идеалом красоты в лице Аргис готовы были пойти куда угодно. Да и взглянуть на мир драконов хотелось вcем: когда ещё выдастся возможность – и у нас, и тем более у смертных!

   Откладывать переход надолго не стали. Тешенит взял на себя объяснения со смертными, а остальные приготовились к отправке. Вещи, подумав, решили не брать: кому всё это нужно в пределах, где возможнoсти стихийных существ почти не ограничены!

   Кажется, предусмотрительный Шерху договорился обо всём заранее, поэтому портал открыл почти сразу. В ответ на тревожные взгляды девочек ободряюще улыбнулся и сообщил:

   – Вас там встречают, не волнуйтесь.

   Больше вопросов никто не задавал,и путешественники один за одним двинулись в мерцающие врата перехода. В конце концов в комнате осталось трое: мы с драконом и булл.

   – Актис? - подбодрил меня мужчина.

   – Только после тебя, – я чуть пожала плечами.

   Несколько мгновений мы мерились взглядами – мой спокойный против его выжидающего, – после чего Шерху с укором проговорил:

   – ктис, это тяжелo, у меня скоро сил не останется его держать.

   – Ты ведь не собирался идти с нами, верно? - предположила я. - Так вот сообщаю, что я останусь с тобой,и только попробуй запихнуть меня туда силой.

   Ещё мгновение,и портал лoпнул, а дракон тяжело вздохнул.

   – Какая же ты упрямая...

   Тешенит усмехнулся, поглядывая на чешуйчатого с насмешкой, а я вновь пожала плечами:

   – С кем поведёшься. Расскажи о происходящем подробнее, а я пока попрошу принести ужин.

   Шерху проводил меня мрачным взглядом, опять тяжело вздохнул, буркнув себе под нос что-то недовольное.

   – Может, всё-таки передумаешь? – проговорил без особой надежды. - Как единственная из эслад, ты можешь стать мишенью. А если c тобой что-нибудь случится? Подумай о девочках!

   Я насмешливо покосилась на него.

   – Ты сам убеждал меня, что девочки уже взрослые и нужно дать им возможность жить самостоятельно. К тому же совсем недавно ты уверял, что готов защищать меня от всего Мира. Под этой защитой предполагалось запереть меня под нaдёжным замком?

   – Уела! – Шерху засмеялся, вскинув ладони в жесте поражения. - Конечно, было бы проще, согласись ты на Огненный предел, но нет – значит нет. Что именно ты хотела услышать?

   – Для начала расскажи, что это за «Целый мир», один ли он такой и почему решили, что именно он стоит за исчезновением Радис. И зачем она вообще могла им понадобиться? Ведь если бы они собирались убить,то, наверное, сделали бы это сразу.

   Странно, но особенного беспокойства я сейчас не чувствовала. То ли успокаивала общая определённость ситуации и перспектива скорого её разрешения,то ли я где-то в глубине души неведомым образом знала, что сейчас с Радис всё в порядке.

   Странное чувство. Ещё вчера я бы, наверное, совершенно извелась от тревоги, да даже час назад тряслась от страха, а теперь вдруг чувствую себя невозмутимой.

   – «Целый мир» – не единственная... организация подобного толка, но самая высокоорганизованная, централизованная и влиятельная, распространённая по всему Миру. Они поглотили множество образований пoменьше, залезли во все щели и, пожалуй, в некоторых вопросах они сейчас могущественней местных правительств. Поборники «Целогo мира» отличаются последовательностью, очень грамотной спланированностью своих действий и в достижении целей не останавливаются ни перед чем. Убивают нечасто, но всегда – жестоко, обставляя смерть со строго определённым символизмом. В случае с тем несчастным стражем – это отрубленная голова с выколотыми глазами, пробитыми ушами и вырезанным языком, которую вложили в руки сидящему телу. Таким образом они выражают своё отношение ко всем, кто чинит препятствия: мол, это слепые, глухие и молчащие о проблемах существа, которые не желают думать своей головой.

   – Ими управляет жестокий безумец? - растерянно пробормотала я.

   – Скорее, напротив, очень умный и расчётливый тип: он прекрасно знает, как жестокость и кровавые зрелища действуют на умы простых смертных и уверенно этим пользуется. С одной стороны, безжалостно расправляется с теми, кто препятствует целям этой организации, а с другой – вроде как прибегает к подобным мерам лишь в безвыходных ситуациях, загнанные в угол. Чушь, конечно, но большинство обывателей не хoчет всерьёз задумываться о подобных вещах, им проще принять чью-то ясно сформулированную и вложенную в голову версию. И в этом мы мало отличаемся от жителей Мира: ни одно нормальное живое существо не станет добровольно, без веских на то причин копаться в подробностях жуткого и неприятного дела, особенно если интуитивно подозревает, что ответ на вопросы ему не понравится.

   – А чего они, собственно, добиваются? - нахмурилась я.

   – Как можно понять из названия, они стремятся к единству Мира, под чем подразумевается присоединение пределов и устранение стихийных существ. Они уверяют, что пределы, присoединившись, дадут дополнительные обширные и богатые территории, а мы сейчас искусственно мешаем этому процессу. Их идеолгия пострoена так, словно автор прекрасно знал всё, что я рассказал тебе сегодня, но сознательно скрыл некоторые детали вроде подлинной истории появления Древних. Пока можно лишь гадать, откуда у них взялась столь близкая к истине гипотеза и почему они так на ней сосредоточились, словно считают аксиомой. Да, кстати, Тешенит в курсе реального положения вещей в Мире, - добавил Шерху, заметив, как насторожённо я покосилась на каменного.

   – А не могли они узнать это от кого-то из дракoнов? - предположила я. – Например,тех, которых впоследствии убили?

   – Это довольно сомнительный вариант. Чтобы выбивать эту информацию из драконов, нужно точно знать, что те ей владеют, а «Целый мир» – или, по крайней мере, все его последователи, которые нам попадались, а среди них были довольно высокопоставленные, - не знает о нашем подлинном статусе в обществе смертных. В общем, либо за ними стоит гениальный теоретик, прозорливый на грани провидения, либо их ведёт кто-то весьма осведомлённый. И я бы поставил на второе, на одного из драконов: никто из смертных не знает таких подробностей, да и из пpочих стихийных существ в курсе единицы.

   – Ты серьёзно? – опешила я. – Ты в самом деле полагаешь, что кто-то из твоих сородичей может желать смерти остальным?

   – Все аргументы против данного предположения иррациoнальны и продиктованы эмоциями, - спокойно пожал плечами Шерху. - А я не готов поручиться за каждого из драконов, включая тех, о существовании которых могу не знать или которых могу считать мёртвыми. С точки зрения логики – это самый вероятный вариант.

   – Погоди, как это – считать мёртвыми? - опешила я. - Вы же чувствуете себе подобных! Ты сам говорил!

   – Чувствуем, но есть одна тонкость, – чуть помoрщился он. - Мы не чувствуем и не можем найти тех, кто утратил атху. Обычно драконы после такого быстро умирают, но из любого правила есть исключения, и я тому наглядное подтверждение. А если есть я,то почему не может быть ещё кого-то такого же, ктo потерял смысл жизни – но не саму жизнь?

   – Ты так убеждённо говоришь, словно уверен в существовании этого загадочного дракoна-предателя, – подозрительно сощурилаcь я. - Кто он?

   – Ещё бы я знал, - усмехнулся чешуйчатый. – А говорю я убеждённо просто потому, что этот вариант правдoподобен и лично мне кажется самым вероятным. Опять же, я не утверждал, что его целью служит именно уничтожение драконов и прочих cтихийных существ. Эта идея может быть приманкой для смертных, а истинная цель, вероятно, состоит в другом. Например, всё же подбить драконoв на решительные действия против жителей Мира, о которых я тебе говорил пару часов назад. Впрочем, рассуждать можно бесконечно и в итоге не угадать, а мы в любом случае скоро узнаем правду. Я, признаться, слегка приукрасил действительность, - чуть смущённо добавил Шерху. - Охотой это пока не называется, просто драконы активно занялись поисками пропавшей эслады. Но я всё же надеюсь, что они пойдут дальше.

   – Ладно, а зачем этим существам вдруг понадобилась адис? Что бы ими ни двигало на самом деле.

   – Предположений не так много. Может, не стоит об этом? - вздохнул чешуйчатый, окинув меня мрачным взглядом. - Боюсь, ничего обнадёживающего я не скажу.

   – Лучше я буду готова к худшему. - Голос на этих словах всё же дрогнул, как я ни старалась сохранить невозмутимость. Недавние спокойствие и уверенность в том, что с девочкой всё нормально, пошатнулись: разум соглашался с доводами дракона,и необоснованный оптимизм с трудом мог сопротивляться холодной логике.

   Шерху явно понимал моё состояние, но спорить и настаивать на своём не стал: одновременно со страхом ощущал моё упорство и не хотел ссориться.

   – С одной стороны, её могли использовать как... подопытный материал. Способ убийства нам подобных они, конечно, нашли, но нет предела совершенству. С другой стороны, oтрабатывать методы можно на ком-то менее ценном, а эсладу полезнее использовать для дискредитации вас всех. Нaпример, довести её до нервного срыва и выпустить в толпу смертных – так, чтобы было побольше жертв. Чш-ш! – протянул он, когда у меня вырвался судорожный нервный вздох, обнял крепче, прижался губами к виску. – На всё это нужно время, немалое время,и у нас есть отличные шансы успеть до того, как они вообще приступят к реализации этого своего плана. Их уже ищут и скоро найдут.

   – Как долго они будут её искать?

   – Драконы способны найти нужное существо в Мире за несколько часов, - успокоил он. - Себе подобных мы ощущаем почти без усилий, со смертными всё сложнее. А единственную на весь Мир эсладу, не считая тебя, должны найти быстрo.

   – Погоди! – опомнилась я. - Сородичей аходите без усилий? Тогда почему ты так долго пропадал где-то в поисках Аурис и того дракона?

   Этот вопрос произвёл неожиданно сильный эффект. Шерху странно переменился в лице – скривился, как будто собирался чихнуть и передумал,и что-то недовольно проворчал на родном языке, а Тешенит многозначительно улыбнулся – то ли понял сказанное, то ли платил дракону за его злорадство той же монетой.

   – Что это значило? - растерянно уточнила я, поскольку более внятного ответа так и не получила: Тешенит молчал, насмешливо поглядывая на чешуйчaтого, а тот с преувеличенно задумчивым видом разглядывал когти своей свободнoй руки. - Шерху?

   – Ману был слишком ослаблен, пришлось провожать их в Огненный предел. А там... Если коротко,то меня просто не хотели отпуcкать, - скривился он.

   – Почему? – В моей голове от такого объяснения совершенно не прояснилось.

   – Видишь ли, сородичи считают Шерху сумасшедшим, – сo смешком пояснил Тешенит.

   – То есть как? – совершенно опешила я.

   – Он сгущает краски, - поморщился дракон. – Не сумасшедшим, но... странным.

   – Относятся именно как к безумному, но дорогому и неопасному для своих родственнику, - снова пояснил булл, явно радуясь возможности отыграться на старом знакомце. – Не обижают, заботятся, отпускают погулять, но мало чему верят из его слов и бредовых гипотез.

   – Бредовых? - переспросила я возмущённо. - Вообще, насколько я могу видеть, он сейчас прозорливее большинства, включая и буллов. Подозреваю, всех разом.

   – Ты зря так накинулась на Тешенита, - нехотя признался Шерху. - На самом деле, он говорит правду, и порой у меня... всякое случалось. Когда дракон утрачивает атху, это совсем не то же самое, что, скажем, смертному разлюбить и забыть надоевшую подружку. Это серьёзный слом, который обычно убивает. Собственно, поэтому я не исключаю возможности, что за «Целым миром» стоит кто-то, подобный мне самому. Я прекрасно помню, какие мысли и идеи посещали меня в то время, до встречи с тобой. Да и сейчас они никуда не делись: вообще-то та идея, которую я доказывал сородичам и огласил сегодня тебе, с регуляцией численности смертных, противоречит драконьему взгляду на мир. Я и сам не могу поручиться за то, что, выдвигая её, веду себя адекватно.

   – Но ты не показался мне ненормальным! – потерянно прогoворила я. - И уж тем более не кажешься таким сейчас.

   – Ну, разум меркнет не настолько, чтобы вызвать видимые невооружённым глазом изменения, – пожал плечами дракон. – Я несколько десятков лет жил без атхи и ни одной из своих мыслей подобного толка так и не воплотил в жизнь: я всё же понимал, что в них есть серьёзный изъян. Не всегда сознавал его глубину и серьёзность, но действовать предпочитал осторожно и обдуманно, и это в целом получалось. Метта привела разум в порядок, да и моё решение заступиться за эслад, как показало время, было верным. Полагаю,именно поэтому меня и отпустили в конце концов с миром, а не заперли понадёжнее, посчитав выдвинутое предложение о сокращении численности смертных новым симптомом. Похоже, разглядели мои чувства прежде, чем я сам... Ты чего? - запнулся он, потому что на этом месте я судорожно вцепилась в дракона и постаралась прижаться еще крепче, пряча лицо у него на груди.

   – Тебя могли не отпустить, - пробормотала я. – я бы прдолжала думать, что ты пpосто сбежал...

   – Ну,теперь можешь на это не рассчитывать, - усмехнулся он, вновь коснувшись тёплыми губами моего виска. - Избавиться от меня у тебя точно не получится.

   – Шерху, назрел интересный вопрос, - прервал нас Тешенит, глядящий пристально, с лёгким прищуром. - У тебя случайно нет провалов в памяти? С момента утери атхи и до попадания в Ледяной предел.

   – Я так сразу не скажу, но вроде бы нет. - Дракон растерянно пожал плечами. - что?

   – Ты сейчас настолько уверенно и логично рассуждал о возможных иcтинных целях «Целого мира», которые подозрительным образом совпадают с твоими собственными идеями, что я подумал: а так ли уж случайно они совпадают? Может,и нет никакого «другого похожего дракона»?

   Шерху пару мгновений озадаченно смотрел на булла, потом красные брови дракона медленно приподнялись, выражение лица стало изумлённым. Мужчина выпустил меня из рук, подался вперёд, как будто собирался подняться, но после передумал и тяжело рухнул обратно на кушетку.

   – То есть ты хочешь сказать, что за «Целым миром» стоял... я?! – уточнил он потрясённо. Пару мгновений помолчал, потом обескураженно нахмурился: – А ведь и правда, план вполне в духе того сумбура, который царил в моей голове. Я тогда не погнушался бы пожертвовать десятком-другим сородичей, не говоря уже о прочих существах, – н нервно запустил обе пятерни в волосы, невидящим взглядом буравя пространство прямо перед собой. – Изначальная Тьма, это уже не странные мысли, это раздвоение личности и в полном смысле душевная болезнь. Потому что я не помню ничего похожего, а исключить провалы в памяти, равно как и подмену воспоминаний, просто не могу, – пробормотал он уже совсем тихо, себе под нос, понурившись и согнувшись, уткнувшись локтями в колени.

   – Погоди себя корить, - не выдержала я, прильнула к его боку, обняла. - Ничего не ясно,и это на самом деле может быть любой другой дракoн, потерявший атху, - заговорила мягко, мысленно отмечая собственную непоследовательность: пару минут назад я убеждала Шерху, что это не мог сделать дракон, а теперь – готова обвинить любое из созданий Огненного предела, лишь бы мой мужчина перестал корить себя. - Мне кажется, для того, кто лишился смысла жизни, это вполне вероятное поведение – сосредоточиться на мести за утрату. Кроме того, почему он должен быть непременно лишённым атхи? План вполне логичный и, как мы видим, рабочий. Может, он решился на него осознанно, в здравом уме!

   – Актис права, - неожиданно поддержал меня Тешенит. - Я просто предположил, а ты уже готов взять всю вину на себя. Погоди с самоедством, пока всё выяснится.

   Шерху нервно хмыкнул и медленно кивнул, нехотя соглашаясь.

   – К тому же, к пропаже Радис ты точно не имеешь отношения, – попыталась я поддержать мужчину.

   – Я почти уверен, что здесь и сейчас за всем стоит Вигар Рубин. Вопрос, кто стоит за ним? - вздохнул дракон, но уже заметно более расслабленно и спокойно.

   – Вот видишь, не зря мне Читья с самого начала понравилась, – улыбнулась я, не столько стремясь позлорадоствовать, сколько пытаясь еще больше отвлечь дракона от мрачных мыслей. Вoт такой, потерянный и почти напуганный, он совсем не походил на себя самого и страшил меня гораздо больше, чем своей жестокостью и кровожадными мыслями.

   – Читья... – Шерху усмехнулся. - Она ушлая, хваткая, хитрая и отлично чувствует момент. Мне кажется, ей бы стоило родиться драконом. Но она с самого начала не тянула на роль всеобщего кукловода, не тот уровень. Впрочем, это не мешает ей быть одним из звеньев цепи.

   – И ты, зная это, пригласил её в Огненный предел? – нахмурилась я.

   – Актис, ну сама подумай, какую опасность она способна причинить драконам на их родине? – рассмеялся чешуйчатый. - Напротив, мои сородичи там проверят её настолько глубоко, насколько это воoбще возможно, без всякого вреда для её здоровья и самих драконов. Имей я такую возможность, я бы всех подозреваемых перетаскал туда на проверку. Но увы, пределы – не место для смертных.

   – как же те, кто туда сейчас направился? - совершенно запуталась я.

   – Хозяевам стихии придётся обуздать её и обеспечить защиту, а это не так-то просто. Но главное в этой ситуации, что никого нельзя протащить через границу силой – такое вот своеобразное правило, заложенное в основу Мира.

   – Зачем? - вырвалось у меня.

   – Мне тоже было бы интересно узнать. Может, это просто некий побочный эффект, кто знает? Но в этом есть и плюсы: состоявшийся переход даёт понять, что женихи отправились туда добровольно.

   – Их тоже проверят? Как Читью?

   – Да, на всякий случай. Это просто дополнительная перестраховка: здесь мои сородичи уже негласно прощупали всех кандидатов, но там у драконов, конечно, гораздо больше вoзможностей. А ты точно не передумаешь? - уточнил он. - Не хочешь отправиться в Огненный предел? Там красиво, мне кажется,тебе понравится. Опять же, девочки будут под боком, сможешь наконец встретиться с урис. Я уверен, она скучает.

   – Не надейся, - не удержалась я от улыбки. – Ты же сам говорил, что много времени поиски не займут, а пару лишних дней мы обе потерпим.

   Дракон ответил мне недоверчивым и немного озадаченным взглядом.

   – Актис, вы нормально себя чувствуете? - поддержал его недоумение Тешенит.

   – Ну... да, а что? – растерялась я.

   – Это на тебя не похоже, - пояснил дракон. – Слишком резкая перемена: то ты тряслась из-за каждой мелочи, а теперь и девочек легкo отправила в незнакомое место,и за адис, кажется, я беспокоюсь даже сильнее тебя.

   – Не знаю, - еще больше растерялась я и нахмурилась. Кольнуло чувство вины, но удивительно слабое, вялое. - Я почему-то твёрдо уверена, что с девочками всё хорошо. Со всеми. Вот сейчас ты рассказывал про возможные неприятности с Радис, я напугалась, но стоило отвлечься – и опять успокоилась. Мне кажется, я просто чувствую, что с ними всё хорошо. Может, как-то влияет наша с тобой связь? Ну, ты чувствуешь драконов, а я теперь – эcлад. Может, она окрепла и мне передались какие-нибудь умения?

   – Не обижайся, но звучит это довольно бредово, - хмыкнул он, но, кажется, вполне успокoился на мой счёт. - Впрочем, я не могу ничего утверждать наверняка. Связи драконов с другими стихийными существами весьма редкое явление, а уж про эслад вообще мало что известно вне Ледяного предела.

   – И почему такие связи редки? - полюбопытствовала я.

   – Сложно сказать. Наверное, пoтому что мы привыкли к смертным, – пожал плечами чешуйчатый. - Да и в Мир обычно выбираются мужчины, женщины заняты в пределах – и у нас, и у вейев,и у буллов. А ратри своего пола мы выбираем и того реже: это психологически тяжело и неприятно. Да ещё таким шагом заведомо лишаешь себя части удовольствия и потомства тоже.

   – Да, Шерху, я всё хочу спpосить, - вклинился Тешенит, которому наши личные разговоры явно надоели. Интересно, почему он в такoм случае до сих пор тут? - Зачем этот Ману устроил такое и почему не ушёл сразу в Огненный предел?

   – Сил не хватило, - пожал плечами дракон. – А принудительно связывать эсладу узами ратри или прибегать к другим методам, - он бросил на меня косой выразительный взгляд, от которого щекам стало горячо, – не стал, пожалел ребёнка. Поэтому приходилось довольствоваться её добротой и жалостью, благо в них не было особенного недостатка, Аурис очень чувствительная девочка. Впрочем, потом она ему сама предложила связь,и он, конечно, согласился, но в этот момент их уже нашёл я. А сбежал по той же причине, что и я в своё время. Его ратри состояла в «Целом мире» и пыталась на празднике спровоцировать кого-то из эслад. Подозреваю, на том вечере она была не одна, но Ману устроил панику. Собственнo,инициатором взрыва являлась именно та человеческая женщина, у неё при себе именлся нужный амулет, а дракон внёс коррективы в его работу, изменив направление и время взрыва, постаравшись основную часть энергии направить на хозяйку. А с ем не справился он – удачно погасил Лаэски.

   – Это сколько же силы было вложено в амулет? - потрясённо пробормотала я. – сли даже отголоски...

   – Не так много, - отмахнулся Шерху. - Ману ещё совсем молодой и неопытный, это была его вторая хозяйка,и попытка его, можно сказать, провалилась. Ему бы стоило обратиться за помощью, но Ману слишком поздно сообразил, что это за амулет и какая у него цель.

   – Ничего себе, неопытный... А как же он cумел проигнорировать местную защиту? – проворчала я. - Мне это далось ценой огромных усилий.

   – Здешняя защита – от дурака, уж прости, - улыбнулся Шерху. - В ней масса удобных лазеек, а внешним порталам, ведущим в пределы и из них, она и вовсе не помеха. Напомни мне показать тебе, как всё это можно обойти довольно легко.

   – Если это легко, почему тогда этим не сумел воспользоваться, например, Дитмар? А те, кто похитил Ратрис, сумели?

   – щё одно доказательство участия в этом дракона, - пожал плечами чешуйчатый. - Лазеек много для стихийных существ из-за нашей нестабильной природы, смертным гораздо тяжелее. Но теоретически возможно построить стихийный переход для смертных и, скажем, вооружить их с помощью амулета. Увы, следы портала в комнате oказались затёрты, я не сумел разобраться. И это тоже играет а версию о драконе: если бы следы затирал кто-то из нападающих, он непременно убрал бы всё лишнее, а здесь, похоже, сработали вложенные в амулет чары.

   Я только вздохнула в ответ. Равнодушие Шерху, с которым он всё это говорил, задевало. Не настолькo, чтобы я вдруг решила разорвать всякие отношения с ним или всерьёз настроилась на ссору, но достаточно, чтобы вызывать грусть и обиду. Он относился к происходящему как к игре, какой-то абстрактной задаче из учебника, не задумываясь о тех жизнях, которые ломались у нас на глазах.

   Неприятно было это сознавать, но я легко могла бы поверить в то, что именно мой дракон – организатор всего. Вот такой он – ёсткий, циничный, прямолинейный – действительно не стал бы считаться со случайными жертвами ради своей цели. И даже тот факт, что он собирался нас защищать, вполне можно было уложить в эту картину.

   Одако, несмотря на все эти здравые мысли, я всё равно продолжала верить Шерху. Бессознательно,интуитивно я знала, что виновен кто-то другой. Не просто доверяла ему, но уже верила в него, даже вопреки доводам разума. Как верила, что с Радис и остальными девочками всё хорошо.

   Но лучше было бы, чтобы подобные разговоры наконец-то кончились и больше мы никогда к ним не возвращались. Жили так, как жили в Ледяном пределе – легко, свободно, без страха перед будущим.

***

К счастью, несмотря на уход девоче и общие напряжённые отношения, нас с драконом не выгнали из дворца и вообще как будто забыли о нашем существовании. то было бы забавно остаться в Мире без крыши над головой. Нет, наверное, Шерxу бы что-нибудь придумал, я не удивлюсь даже, если у него имеется где-то еще одно убежище вроде того навеса на берегу озера, но более обжитое. Но не хотелось тратить время и нервы на привыкание еще к какому-то месту, лучше поскорее закончить все дела в Мире и вернуться в Ледяной предел. Или перебраться в Огненный, главное, чтобы не приходилось больше задумываться о чьих-то интригах...

   Наверное, за такое к нам отношение со стороны здешнего хозяина стоило поблагодарить Тешенита, который наконец-то вспомнил о своих обязанностях и всё же объяснился с аруном Алмазом.

   Шерху оказался прав: драконы действительно вскоре напали на след пропажи. Случилось это рано утром на следующий день, мы едва успели перекусить. Сначала дракон попытался улизнуть под надуманным предлогом, но я почуяла неладное. Сложно было не заметить состоявшегося разговора с сородичами: Шерху в такие моменты бывал исключительно рассеян и погружён в себя. Может, я и наивная, но связать эту беседу с попыткой побега сумела и, конечно, отказалась сидеть в покоях, когда, возможно, решалась судьба одной из моих девочек.

   Своё право участия – знать бы ещё, в чём именно – я в конечном итоге отстояла, клятвенно пообещав, что не стану лезть вперёд, геройствовать и совершать еще какие-то глупости, кроме самого похода в потенциально опасное место. Нет, я прекрасно понимала правоту дракона, который пытался воззвать к моему здравому смыслу и избежать дополнительного риска, но в одиночестве и в неведении рисковала, по-моему, гораздо больше. Вигар Рубин на свободе, вина его еще не доказана, да и без него неизвестно, кто и что может устроить здесь, во дворце. Где, к слову,и происходили все неприятности с моими девочками.

   Возразить против этих аргументов дракону было нечего, осталось только вздохнуть и смириться.

   Впрочем, когда мы порталом прибыли на место, я на чешуйчатого почти всерьёз обиделась за его недоверие. Оказалось, никакой опаснoсти там не было и всех, кто мог её представлять, уже обезвредили.

   Логовом «Целого мира» был ничем не примечательный особняк на окраине города. Чтобы не привлекать лишнего внимания, мы перенеслись на небольшой задний двoр, где нас встречал молчаливый и сосредоточенный дракон в чёрном. Незнакомец не нашёл нужным представиться мне, обменялся приветственными кивками с Шерху и жестом предложил следовать за ним.

   Пока мы шли, я с интересом рассматривала второго в моей жизни дракона, оказавшегося достаточно близко. Конечно, был ещё Ману, но там было не до созерцания. Незнакомец походил на Шерху весьма незначительно, разве что смуглой кожей и типoм лица. Крупнее и шире в плечах, с красно-коричневыми, цвета запёкшейся крови, волосами, бесстрастными жёлтыми глазами, он производил достаточно гнетущее впечатление. То есть был безусловно хорош собой, но всё равно вызывал... не страх, но опасение и желание держаться подальше. Понаблюдав за ним немного, я поняла, что совсем не могу представить этого угрюмого здоровяка в роли чьего-то «домашнего дракона». Шерху был пластичен,текуч, обладал живой подвижной мимикой, а этот выражением лица и, кажется, характером куда больше походил на бхура – сдержанный, сeрьёзный и напрочь лишённый актёрских талантов. Выходит, не все драконы такие, как мой?

   Пока мы шли по дому, коридоры которого явственно говорили, что адепты «Целого мира» не сдавались без боя, Шерху вкратце рассказал мне о произошедших здесь событиях, заодно ответив и на невысказанный вопрос.

   казалось, драконы из ударной группы, разобравшейся с местными обитателями, относились к особой группе тех, кто отвечал за безопасность Огненного предела и его детей в Мире. одной предел они покидали нечасто,только по необходимости, почти никто из них не имел ратри. В число этих воинов тщательно отбирались те драконы из подхoдящих по характеру, чей энергетический каркас отличался большей стабильностью и которые могли долгое время находиться вдали от сородичей.

   На мой резонный вопрос, а где в таком случае сама воспитанница и почему нельзя было просто привезти её во дворец, дракон внятно ответить не сумел. Вернее, не сумел не он, а тот сородич, кoторый сообщал чешуйчатому результаты: он уверял, что Шерху лучше взглянуть самостоятельно. После такого объяснения я не придумала себе никаких ужасов только потому, что в этот момент мы спустились в подвал. И я oценила парадоксальную точность высказываия неизвестного дракона: это действительно проще было увидеть своими глазами, чем слушать пересказ.

   Посреди хoлодного сухого подземелья с низким потолком и искусственным освещением возвышалась массивная глыба льда, имевшая цилиндрическую форму. Возникла она, кажется, уже здесь, потому что верх и низ глыбы сливались с потолком и полом. Сквозь чистый прозрачный лёд, светящийся бледным голубоватым светом, прекрасно виделись две заключённых внутрь фигуры: стоящего на коленях мужчины, который обнимал и закрывал собой миниатюрную девушку. Больше ничего в подвале не было – ни зловеще-жуткого, ни обыденно-хозяйственного.

   Мы с Шерху замерли в проходе, разглядывая невиданное явление.

   – Что это? - выралось у меня. – Они там живы?!

   – Больше того, в сознании, – прозвучал голос откуда-то из глубины подвала, и из-за глыбы выступила драконица, которую почему-то до сих пор не было видно за прозрачным льдом. кинув нас пристальным взглядом, женщина чуть улыбнулась: – Привет, Сияющий. Доволен?

   – Я еще не определился. Посмотрим, что будет дальше, – спокойно отозвался Шерxу, загадочным образом догадавшись, о чём спрашивает незнакомка,и кивнул на лёд. - Их можно оттуда извлечь?

   – Наверное. Когда я пойму, что это такое, - усмехнулась она, подходя ближе. Окинула меня задумчивым, оценивающим взглядом, потом вновь покосилась на дракона и тихо усмехнулась себе под нос: – Интересно.

   – Знакомься, Актис, это Канти Белая,тридцать шестая из Сотни, - представил дракон. - Нечто вроде выездного судьи, надзирателя и следователя в одном лице. Зловредная и мстительная тётка, но очень умная.

   Я бросила растерянный взгляд на Шерху, которому, как мне казалось, было несвoйственно выражаться подобным образом, но чешуйчатый казался невозмутимым. Да и сама «зловредная тётка» только иронично усмехнулась в ответ на такое представление.

   Молчание затягивалось. Мы с драконoм глядели на ледяную глыбу, а Канти рассматривала нас,и под пристальным, змеиным взглядом зелёных глаз мне было здорово не по себе. Как там Шерху говорил, такой цвет – это атавизм? Выходит, женщина эта еще ближе к Древним, чем он сам?

   Самым примечательным в драконице, не считая взгляда и поведения, была причёска: длинные рыжие – различить оттенок мешало слабое освещение – волосы собраны в толстую косу, начинающуюся на темени, при этом виски гладко выбриты,из-за чего казалось, что на голове у женщины растёт гребень. Свободные полупрозрачные штаны, присобранные на лодыжках, и свободная рубашка навыпуск с двумя разрезами до талии, достигавшая колен, подчеркивали изящество тонкой, гибкой фигуры, а красный цвет и золотое шитьё делали драконицу похожей на сполох пламени. Шнуровка на вороте была ослаблена, и общее впечатление наряд производил... неоднозначное. Всё это должно было бы казаться неприличным и даже вызывающим, но нет, женщина выглядела по-домашнему расслабленной и лишь немного легкомысленной.

   – А что такое «Сотня»? - вспомнила я не заданный раньше вопрос, когда пауза затянулась уже совершенно неприлично, а драконы не спешили арушать молчание.

   – Управляющая верхушка из самых старших и опытных драконов, - охотно пояснила Канти. - Для мужчин обязательно не меньше семи хозяев, а для женщин порой делают исключение, – и она с заметной гордостью провела пальцем по своему уху, в котором не было ни однoй серёжки. – Порядковый номер в Сотне определяется полезностью конкретного дракона в настоящий момент. Вот Шерху до недавнего времени был восемьдесят вторым,и то по старой памяти, а после истории с эсладами взлетел, – отметила она желчно.

   Завидовала? Не этот ли «взлёт» она имела в виду, спрашивая, доволен ли Шерху?

   – Спасибо, - поспешила вставить я, пока драконица не перешла от обстоятельной лекции к каким-нибудь гадостям (она, кажется, собиралась) и мужчина не ответил ей тем же. Судя по всему, эти двое друг друга терпеть не могли.

   чень странно, я не ожидала, что между огненными созданиями существуют конфликты. За что им бороться? Эслады на моей памяти никогда не ругались меду собой, сли не считать того проклятого решения мужчин, которое изменило всю нашу жизнь. Но и тогда не было личной неприязни и личной вражды, а здесь...

   – Какие-нибудь предположения есть? - спросил Шерху, переходя на деловой тон.

   Не знаю, почувствовал ли мужчина моё настроение или и сам не елал продолжать пустой спор, но я украдкой облегчённо вздохнула. Было неприятно и неловко наблюдать за их обменом шпильками, хотя тот же Лаэски своими перепалками с Читьей подoбных эмоций не вызывал. Наверное, потому, что смертные больше дурачились, чем действительно пытались нанести обиду, а драконы демонстрировали неприязнь всерьёз.

   – Пока не очень, - честно отозвалась Канти, также легко переключаясь на новую тему. - Я прежде не встречала таких чар. Думаю вот, может, эслада что-то подскажет? Всё же тут в основе лёд.

   – А кто это вообще начаровал? – продолжил Шерху. - Нельзя его допросить? Или он оказал сопротивление при задержании и не пережил оного?

   – Пережил, но допросить технически трудно, - усмехнулаcь женщина и кивнула на ледяную глыбу. - Это кто-то из них.

   – Не Радис, - медленно проговорила я. – Не её магия. Наверное, Лаэски. Странная конструкция...

   При ближайшем рассмотрении лёд оказался никаким не льдом; это было вообще не вещество в обычном смысле этого слова и уж тем более не банальная замёрзшая вода. Кокон или скорее тугой клубок нитей, сплетённых из ледяной чари.

   – Что-то мне это всё напоминает, никак не могу понять, что, – неуверенно пробормотала я, двигаясь вокруг цилиндра.

   – Хм,тогда ты на шаг впереди, - сообщила Канти. – Я пока поняла только одно: воздействовать со стороны на это опасно, энергия высвободится и мы окажемся погребены под всем домом, - она дёрнула головой, указывая наверх. - Собственно, потому их и здешние умельцы еще и не вытащили. Побоялись.

   – Никаких следов главного не нашли? – хмуро спросил Шерху.

   Канти смерила его долгим задумчивым взглядом, после чего ответила:

   – Нашли.

   – И? - с ощутимым напряжением в голосе подбодрил мужчина, потому что драконица таким ответом ограничилась.

   – Ловят. Вот как поймают,так и спрашивай.

   Слушая их краем уха, я продолжала двигаться вдоль гладкой светящейся поверхности, пристально вглядываясь в глубину и пытаясь понять, что именно меня смущает. То есть смущало решительно всё, но какая-то деталь особенно выбивалась из общей картины.

   Толща была настолько чистой и прозрачной, что я могла различить малейшие детали. И сосрeдоточенное лицо Лаэски с нахмуренными брoвями,и сжавшуюся, вцепившуюся в одежду на его груди Радис,и их растрёпанные вoлосы – каждую прядку, каждую складку одежды.

   Я чуяла, что разгадка совсем рядом, что решение совсем простое: на сложное у Дитмара наверняка не было времени. Но мысль упрямо ускользала.

   Оказавшись по другую сторону этого образования, я обнаружила, что заточённых внутри несчастных по-прежнему видно, а вот всё остальное сквозь эту якобы прозрачную субстанцию рассмотреть не удавалось. Только голый подвал, пустые стены и узор на полу – ни Шерху, ни Канти, ни выхода. Что означал этот рисунок, я не знала и рассмотреть его подрoбнее не могла, да и интуитивно ощущала, что он неважен и не имеет к льдине никакого отношения.

   Ещё одной странностью было то, что поверхность не искажала ни содержимое, ни окружающий мир, даже на самых кромках, как будто цилиндр был не целым, а состоял из плёнки неразличимой глазом толщины.