Наследие звездного дракона. Отбор Черникова Любовь
Дрейк, будто решившись, порывисто подошел и плюхнулся на диван по другую сторону и ухватил свободную руку, больно стиснув пальцы, но, будто опомнившись, тут же ослабил хватку.
— Хелли, — от его нежного обращения я вдруг забыла, как дышать, — ты не поняла. — Он качнул головой. — Истощение окончательное. У тебя больше нет магии, Хелли. Совсем.
Мою ладошку накрыла его вторая рука, нежно погладила, и от этого меня вдруг охватила паника. Оказывается, я уже успела привыкнуть к тому, что я маг и впереди ждет большое будущее, но теперь все планы и мечты рушились…
В поисках поддержки я вцепилась в руки братьев, желая немедленно найти доказательства того, что они ошиблись. Зажмурилась чисто инстинктивно и тут же перед внутренним взором проявился тот самый браслет, что я видела перед тем, как потерять сознание. Он красовался на запястье Лайонела — так вот кто принес меня сюда!
С облегчением выдохнув, успокоилась. Вот ведь напугали, паникеры! Открыла глаза и снова посмотрела на запястье наследника — браслета точно не бывало, но теперь уже не требовалось особых усилий, чтобы его разглядеть при малейшем желании. О боже, да! С чувством величайшего облегчения я подскочила на ноги и, ухватив правую руку наследника, потрясла ею в воздухе, обращаясь к Изгнаннику:
— Здесь — невидимый браслет!
— Не может быть! — воскликнули в один голос братья.
Дрейк даже скинул капюшон и со смешанными чувствами уставился на меня, потом перевел взгляд на Лайонела и, издав облегченный смешок, спросил:
— Так ты до сих пор его носишь?!
Наследник неожиданно стушевался и, отняв руку, по-детски спрятал ее за спину. Смутился еще больше, поймав себя на подобном ребячестве, и, ругнувшись, сорвал и бросил браслет в угол. Изгнанник только многозначительно приподнял бровь и поджал губы, проводив безделушку взглядом.
— Как ты сумела его рассмотреть? — повернулся Лайонел ко мне.
— Это другая моя способность, проявилась здесь, в вашем мире. Драон Кикорос, наставник магии, научил, как ею пользоваться.
Дрейк подтверждающе кивнул, а я вдруг вспомнила, что видела перед испытанием.
— Кстати! Драоны, у диали Орд на защитном амулете змея, похожая на ту, что была у посланца. Помнишь, Дрейк?
Принцы переглянулись, и мистер Рок-Звезда мгновенно исчез, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.
— Никак не привыкну, — посетовала я и принялась рассматривать комнату.
Отчего-то было неловко оставаться вот так наедине с Лайонелом. Образовалась мучительная пауза, и, чтобы ее нарушить, я спросила:
— Если не секрет, что это за браслет?
Не думала, что наследник ответит, но он нехотя буркнул:
— Подарок невесты.
— О…
Это что получается? У Лайонела была любимая, с которой они намеревались пожениться, а теперь из-за отбора она побоку? Припомнились его слова за ужином о том, что ему самому это все не в радость. Я подошла и осторожно положила ладонь на его плечо.
— Сочувствую.
Лайонел тут же перехватил мои пальцы, притянул к губам и легонько коснулся, прежде чем выпустить.
— Дело давнее, между нами не возникло чувств. К тому же она была ребенком, когда мы были помолвлены. Никто же не думал, что все так обернется…
— Но как же тогда отбор?
— Я расторг помолвку.
Не успела я ответить, как в помещении материализовался сухонький старичок с длинной, завитой в три перекрученных между собой косицы бородой.
— Диали Хельга! — возмущенно всплеснул он руками. — Кто вам позволил встать с постели?
— Простите, но я хорошо себя чув…
— Это я определяю, кто здесь и как себя чувствует, — не дал мне договорить модный дед.
— Драон Лакрис, — в свою очередь, перебил его наследник. — Диали Хельге и правда намного лучше. Кажется, вы впервые ошиблись с диагнозом. Осмотрите ее, пожалуйста, снова, и, если все в порядке, мы должны немедленно отправиться в пещеру Р’рах Атмин.
Ворча и причитая, главный императорский лекарь, это оказался именно он, загнал меня обратно в «палату».
— Удивительное дело!
Лакрис несколько раз повторил эту фразу-присказку, рассматривая меня так и эдак. Махнул рукой, и мою голову окружила цепочка каких-то камней, которые принялись двигаться по орбите. Чувствую себя Сатурном! Зажужжало магическое устройство непонятного назначения, и лекарь пристально на него уставился, напялив предварительно себе на голову замысловатый прибор, отдаленно напоминающий отоларингологический рефлектор. Банально измерить пульс и проверить зрачки драон Лакрис тоже не погнушался.
— Удивительное дело, диали Хельга! — воскликнул он, как бы подводя итог своим действиям, — но ваше состояние и правда уже не вызывает опасений. Истощение резерва, несомненно, имеется, но теперь я не стал бы ставить на вас печать. Образно, — добавил он, наблюдая мои округлившиеся глаза. — Это лишь выражение.
— У нас в таких случаях говорят — поставить крест.
— Крест? Хм, интересно. Но у нас это несколько иной ритуал с совершенно другими последствиями.
Я рассмеялась, доктор тоже. Потом он отошел и снял с головы прибор.
— Что ж, я вас отпускаю. Можете идти, но никакой магии в ближайшие три дня. И если почувствуете себя плохо, непременно сообщите драону Абданкену, он сумеет оказать первую помощь.
— Хорошо, — кивнула я с радостью и одновременно попыталась вспомнить расписание испытаний.
Хотя чего так волнуюсь? Вероятно, уже сегодня меня отправят куда подальше.
В смежной комнате наследника не оказалось, Дрейк тоже не вернулся, вместо них обнаружилась пара незнакомых девушек, одетых в короткие, едва достающие до колена платья и… абсолютно похожих.
— Диали Хельга, нас прислала ее императорское величество по просьбе его императорского высочества принца Лайонела, я Хэнни.
— А я Фэнни, — плавно продолжила вторая. — Мы фрейлины-телохранительницы.
— Наша задача… — начала Хэнни.
— …сопроводить вас в пещеру Р’рах Атмин к остальным невестам, — за нее закончила Фэнни.
— С-спасибо, — поблагодарила я, несколько ошарашенная подобной манерой общения и напором.
Девушки тут же подскочили с дивана, куда на мгновение присели. Весело щебеча и выражая восторги по поводу сегодняшнего испытания, они принялись приводить меня в порядок. Надо же! Оказывается, я не только справилась с задачей, но и умудрилась завоевать симпатию императрицы! Тем временем фрейлины магией поправили платье и прическу, придали лицу свежий вид, принесли обувь и едва не вытолкали за дверь, когда мой рассеянный взгляд упал на сиротливо валяющийся в углу браслет. Все забыли о нем, но ведь Лайонел неспроста хранил его много лет? Отчего-то стало жаль безделушку.
— Погодите. — Я метнулась обратно.
— Диали Хельга, что это? — спросила с подозрением одна из девушек.
— Мы обязаны проверить.
Хэнни или Фэнни протянула руку, и я безропотно вложила в нее браслет.
— Это принадлежит вам?
— Да. Просто талисман, ничего такого, — соврала я раньше, чем успела подумать, зачем это делаю.
Не хотелось выдавать секрет Лайонела, потом сама ему отдам.
Одна из близняшек провела рукой над браслетом и, пожав плечами, передала сестре. Та проделала то же самое, после чего вернула его мне.
— Не доверяете друг другу? — усмехнулась я.
— Мы видим по-разному. Фэнни лучше замечает негативную энергию, а я наоборот.
— Вот как? Интересно.
Я натянула браслет на руку и вышла в обычную дверь, распахнутую передо мной одной из сестер. Ну хоть где-то обошлось без арок.
Глава 13
Без порталов все же не обошлось, и прежде чем мы оказались в пещере Р’рах Атмин, где переминались в ожидании невесты, стоя на своих двоих — присесть здесь никому не предлагали, пришлось преодолеть целых три арки. Я с удовольствием отметила вытянувшуюся рожу Перфекты Левантер, тепло улыбнулась гному-жрецу, а затем поискала глазами ведьму Орд. Аспилата, почувствовав мой взгляд, повернулась и недоуменно приподняла бровь. Я улыбнулась и ей. Почему бы и нет, особенно если адресата это бесит. Наверняка рыжая тоже радовалась, посчитав меня выбывшей из игры. Кстати, интересно, а чем она удивляла зрителей? Летала голяком на метле? И почему она сама все еще здесь?
— Как ты? — тихо спросила Орана, рядом с которой я остановилась.
— Порядок.
Мы замолчали, наблюдая, как вперед выходит жрец. Гном поднял свой посох и пробасил, не слишком-то церемонясь:
— Диали, сейчас артефакт определит, кто из вас достоин продолжить участие в отборе, а чьему духу тут больше и быть не след.
Без паузы он затянул нараспев молитву на незнакомом мне языке. Или скорее куплет. Судя по мотиву, процентов на пятьдесят уверена, что это какая-то похабщина. Деоры Агенси на него нет! Тем не менее артефакт отозвался и засиял, а стрекозы придвинулись ближе и ниже, стараясь не упустить ни единой эмоции на лицах невест. Чуть в стороне тускло поблескивали фасеточные глаза их господина, вызывающего во мне чувство омерзения пополам с любопытством: интересно взглянуть, как он устроен изнутри, и правда ли, что у него несколько сердец.
От артефакта во все стороны поползло свечение, постепенно заполняющее пещеру. Оно сгустилось на полу, точно сиреневый туман, по колено скрыв ноги присутствующих. Пялиться по сторонам теперь стало некогда. Как только туман достиг меня, я мгновенно оказалась в другом месте под раскинувшимся во все стороны звездным небом. Туманности, планеты, звезды… Космос стал невероятно близок, невесты словно куда-то подевались, но до слуха все еще доносилось залихватское пение жреца. И вдруг он рявкнул:
— Диали, артефакт закончил отсев!
Последовало ощущение, напомнившее падение во сне, и я ошарашенно распахнула глаза и пошатнулась, снова обнаружив себя в пещере Р’рах Атмин, а вокруг так же удивленно хлопали ресницами бледные невесты, в глазах одних отражалось благоговение, у других ужас. Хм. А мы все точно то же самое видели?
— Диали Перфекта, артефакт считает вас достойной бороться за право стать императрицей, — провозгласил жрец, и голову Перфекты опоясал мерцающий венец из сиреневого света.
Блондинка облегченно выдохнула и по-голливудски заулыбалась окружившим ее стрекозам.
— Диали Орана, артефакт считает вас достойной бороться за право стать императрицей.
Спецэффект со светом повторился, и Орана, клыкасто улыбнувшись, прикоснулась к нему рукой.
— Поздравляю! — одними губами шепнула я, получив в ответ едва заметный благодарный кивок.
— Диали Сан-Дор, артефакт считает вас достойной бороться за право стать императрицей.
Жрец назвал еще несколько девушек, прежде чем очередь дошла до рыжей.
— Диали Аспилата Орд.
Гном нахмурился, а ведьму вдруг приподняло надо всеми, и она застыла, широко раскинув руки и не в силах шевелиться и говорить, лишь бешено вращала глазами на радость жадным до скандалов стрекозам. Вокруг нее замерцал переливающийся мыльный пузырь, похожий на тот, что я видела на животных в парке. Ахнули невесты, загомонили немногочисленные присутствующие придворные, я поняла — теперь все видят змею на ее артефакте. Гном нацелил на девушку сияющее навершие своего посоха.
— Выявлено нарушение правил, зафиксирован факт незаконного повышения уровня магической энергии, — выдал он официальным тоном и добавил уже в своей обычной манере: — А то, что в качестве источника использован защитный артефакт невесты, попахивает особым цинизмом! На клан Орд наложен денежный и магический штраф, диали клана Орд на пятьсот циклов лишаются права участия в отборах невест. Любых.
Повинуясь росчерку его посоха, над «пузырем» с заключенной в нем ведьмой прямо в воздухе нарисовалась руна, по пещере разнесся всхлип. Аспилата побледнела еще больше, ее зеленые глаза заблестели влагой.
— Нет! Пожалуйста, нет! — закричала она, как только ей вернули возможность говорить. — Накажите меня! Не трогайте наших ведьм!
Но руна неумолимо преодолела радужную оболочку пузыря и впиталась в ее грудь. После этого Орд освободили, и она кинулась к ногам жреца, но тот лишь небрежно отмахнулся, и рыжая исчезла. В пещере повисла гробовая тишина, которую как ни в чем не бывало нарушил гном:
— Диали Флоринда, артефакт считает вас достойной бороться за право стать императрицей.
— Диали Санна Хорестон, артефакт считает вас достойной бороться за право стать императрицей.
С каждым именем еще не названные кандидатки волновались все больше. Я, как ни странно, тоже.
— Диали Ал иль Толла, выявлено нарушение правил. Зафиксировано использование чар воздействия на зрителей.
Смуглокожая магичка не стала оправдываться и безропотно отправилась домой. Остаться во Флигенерде ей не разрешили.
— Диали Хельга Ферро…
Лишь когда прозвучало это имя, я вспомнила, что и на моей руке посторонний предмет. Вот же глупость! Вдруг подарок бывшей невесты Лайонела обладает каким-то запретным действием? Вдруг в качестве штрафа мне не позволят остаться во Флигенерде? Я остро почувствовала, насколько прикипела к этому миру и совершенно не желаю отказываться от него.
— …артефакт считает вас достойной бороться за право стать императрицей, — договорил гном, и вокруг моей головы засветился сиреневый венец.
Пронесло! Я облегченно вдохнула.
Помимо нарушительницы, выбыли еще три претендентки, и нас осталось двадцать пять. В Оплот Изгнанника вернулись только к ужину. Ни самого Дрейка, ни Лайонела я так больше и не видела. Поели тихонько, переживая каждая свое, и даже деора Агенси не зверствовала, а Оране в кои-то веки подали нормальную еду. Вскоре невесты парами и тройками потянулись к выходу, мы с орчихой тоже не стали задерживаться. Когда подошли к лестнице, ее уже преодолели задумчивые и неспешные демонессы, но на галерее снова было тихо и пусто, я впервые это отметила.
— Орана, куда они делись?
— Кто именно?
— Фротт, Холо и Шарлин.
— Шарралин. Анжезара Шарралин, — поправила меня орчиха. — Тебе нужно тренировать память на имена, чтобы не позориться, когда станешь императрицей.
Мы обе замолчали, уставившись друг на друга.
— Я хотела сказать, если станешь, — поправилась она. — Оговорилась.
— Не пугай меня так.
Своей оговоркой Орана сбила меня с мыслей, и я вспомнила про демонесс снова, уже лежа в кровати, но как следует подумать о том, куда они пропали, не успела, провалившись в сон под ласковое урчание морфика. Дракончик вздумал перебирать мои волосы или просто решил свить там гнездо…
За завтраком пришедшие в себя после вчерашнего невесты бурно обсуждали испытания: щебетали эльфийки, косились на других и хихикали демонессы, а я вспоминала обрывки странного сна, что видела ночью. Все смешалось: драконы, знакомые и незнакомые лица. Поцелуй с Дрейком — рефреном и будто со стороны. Камнем падающий с неба дракон и вспышка темного пламени. Неотвратимая и всепоглощающая… Тихое ругательство Ораны привлекло внимание, выдернув из раздумий, и я в ужасе уставилась в ее тарелку:
— Что это?!
— Гигантский степной скорпион, судя по всему, — едва скрывая раздражение пополам с отвращением, ответила она и зло отодвинула тарелку подальше, подозрительно принюхиваясь к стакану мутно-зеленого сока.
— И ты, естественно, такое не ешь, — констатировала я и спросила: — Почему не пожалуешься деоре Агенси?
— Не думаю, что она оценит такую беспомощность. Я ведь уже ходила на кухню, повара всеми богами клянутся, что выполняют инструкции свахи. Вдруг это очередная проверка на выдержку?
— Почему тогда только для тебя?
Орана пожала плечами и предположила:
— Может, для каждой невесты предусмотрели свой вариант?
Я даже открыла рот, чтобы выдать виновных в ее вынужденной диете, но остановилась. У меня нет иных доказательств, кроме собственных слов. Разговор я подслушала, поймать бы теперь за руку или как-то припугнуть, чтобы неповадно было. Опять же не стоит провоцировать конфликт. Вдруг Орана разозлится и ненароком молнией шарахнет, а ее с позором исключат?
Почувствовав неловкость перед подругой, отдала ей весь свой омлет, сославшись на то, что не голодна. От меня не укрылось, как переглянулись эльфийки. Чувствую, сегодня на обед и мне подадут каких-нибудь мокриц. Допила густой с кислинкой сок оранжевого цвета, отдаленно напоминающий манго, промокнула губы салфеткой и поймала направленный на меня напряженный взгляд Миттернат. А этой-то что нужно?
Сегодня нам предоставили день отдыха, и я, не дожидаясь принцессу, у которой имелись собственные планы, одной из первых покинула столовую, намереваясь прогуляться по залитому утренним солнцем парку и потренироваться видеть невидимое. Фло Миттернат нагнала меня в холле.
— Хельга, постой! Надо поговорить!
Когда я обернулась, она подскочила, не сбавляя ходу, и бесцеремонно ухватила меня за левую руку.
— Откуда у тебя это? — Фло указала на подобранный мной браслет, который я позабыла снять.
Что-то эдакое читалось в ее взгляде, и я сказала как есть:
— Нашла вчера во дворце. — И тут осенила догадка: — Погоди! Так он твой?!
Дева ночи выпустила мою руку, ее бледное лицо, оттененное темными прядями волос, помрачнело. Я утонула в печальных глазах, засмотревшись на потрясающие необычным оттенком радужки, которые то вспыхивали огненным закатом, то становились темно-фиолетовыми. Миттернат первой отвела взгляд в сторону и тихо поведала:
— Я сделала его для своего жениха в детстве. То есть это я тогда была девочкой, а он — вполне взрослым красивым парнем. Невозможно было не влюбиться…
Я вдруг остро ощутила ее одиночество и отчаяние. Каково это, столько лет быть невестой принца, не помышлять о другом муже, лелеять первое чувство и в одночасье всего лишиться?
— Браслет прогоняет кошмары. — Фло смущенно улыбнулась. — Точнее, все эти годы я забирала их себе. А сегодня… Сегодня я впервые не увидела его снов, зато подсмотрела твой.
— Фло, я знаю, о ком ты. И я всей душой тебе сочувствую.
Сняв браслет, я протянула его владелице.
— Ты действительно любишь Лайонела, раз пошла на такие жертвы.
Она глянула на меня снизу вверх, маленькая и несчастная, а в невероятных глазах плескались слезы. Фло опустила веки, прогоняя их. Качнула головой.
— Хочешь, вместе погуляем? — предложила я.
Миттернат грустно улыбнулась и кивнула, мы бок о бок пошли к парку и неловко молчали, не зная, как продолжить разговор, и вместе остановились у пруда с парой волшебных пеликанчиков.
— Извини за стул. Это все ваш ужин с Лайонелом… Я была вне себя от ревности, но теперь знаю, кому принадлежит твое сердце, и… тоже искренне сочувствую.
Я непонимающе на нее уставилась. Фло внимательно осмотрелась вокруг и, понизив голос, выдала:
— Дрейк Рейгель стал Изгнанником не просто так. Не знаю, что именно с ним произошло, трудно отделить истину от морока, даже для танцующей во снах. Но опасайся Перфекту Левантер. Если она узнает, что ты неровно дышишь к драону Абданкену, со свету сживет.
— Почему ты меня предупреждаешь?
— Сегодня ночью я узнала о тебе чуть больше.
Фло Миттернат протянула мне браслет:
— Отдай, если он станет искать.
— Х-хорошо. — От удивления я даже сбилась.
Она уже собралась уходить, когда я все же решила полюбопытствовать:
— Фло, а что значит танцующая во снах?
— Танцующие во снах — это девы ночи, наделенные редким даром, — охотно пояснила она. — Не все мы на это способны, только избранные. Те, кто может видеть чужие сны и не сойти с ума.
— Но… Это же все равно что подглядывать?
— Не совсем. Это не так просто, как кажется, к тому же клятва при инициации запрещает выдавать тайны чужого сновидения без особого на то повода. Иногда требуются предметы вроде этого. — Она указала на браслет. — Без него я не смогла бы преодолеть защиту Лайонела. А сегодня благодаря ему я нечаянно станцевала и в твоем сне и теперь многое знаю о тебе.
Да уж, приятного мало, но придется смириться и впредь быть внимательнее к безобидным на первый взгляд безделушкам.
— А на что способны танцующие во снах без браслетов?
— На многое, если это не запрещено клятвой.
— А ты способна подкорректировать сон, не проникая в него?
Фло с подозрением на меня уставилась:
— Зачем тебе это нужно?
— Есть здесь пара диали, которые поступают некрасиво по отношению к конкуренткам.
Я рассказала ей про козни эльфиек, и в глазах девы ночи зажглись хулиганские огоньки.
— Действительно некрасиво. Сегодня я им устрою такую ночку, что и думать забудут о пакостях!
— Это точно не станет нарушением клятвы?
— Нет. Во сне невозможно солгать, я лишь активирую их совесть. Сами себя накажут.
— Спасибо.
Кажется, начинаю обретать если не друзей, то союзников, думала я, глядя вслед уходящей Фло Миттернат. Еще немного побродив по парку, я тоже вернулась в свои покои, где меня встретил бодрый с виду морф.
— Клякса!
Протянула ладонь, и прозрачный дракончик с живыми глазками уселся мне на пальцы. Почесав ему горлышко точно коту, спросила:
— Вижу, ты сегодня в порядке? Расскажешь, где был?
Мордочка морфа приобрела такой вид, будто он размышлял, стоит ли.
— Слушай, я признаю твое право иметь собственные тайны, но я тревожусь. И мне будет очень горько, если с тобой случится что-то плохое. Поэтому давай договоримся: ты будешь оповещать меня об отлучках и сообщать, когда планируешь вернуться, а я не буду зря волноваться. Договорились?
— Ур! — согласно кивнул дракон и, ухватив меня лапками за палец, яростно замахал крылышками.
Я рассмеялась, чувствуя, как хорошо и легко на душе, когда он рядом. Морфик привел меня в гостиную прямо к бюро, где лежал учебник, выданный драоном Кикоросом, и с многозначительным видом уселся на него.
— Учиться, учиться и еще раз учиться? И потом ты мне все расскажешь?
Безапелляционный кивок подтвердил правоту утверждения.
— Хорошо.
Спину ломило, и шея затекла так, что, казалось, скрипела на всю гостиную, когда я наконец подняла голову от страниц учебника. С грохотом упало самопишущее перо, стук отдался легкой болью в висках. Несмотря ни на что, я собой довольна. Давно не занималась с таким упоением, да и к магической письменной принадлежности привыкла и прониклась глубочайшей симпатией. Руками так быстро писать не умею, и даже на компьютере выходило медленней. С наслаждением потянувшись, потерла уставшие глаза, жалея, что нельзя так же потереть и утомленный знаниями мозг. Хотя вряд ли эта процедура принесла бы такое же облегчение.
Карли давно была здесь, сидела тихо, как мышка, на диване, стараясь не отвлекать, но стоило подняться со стула, как она тоже встала и улыбнулась. Только вот на этот раз лисичке не удалось меня обмануть. Я уже минут пятнадцать наблюдала за ней в отражении полированной дверцы.
— Карли, может, скажешь наконец, что происходит?
Камеристка даже опешила и заморгала, невольно стрельнув в сторону глазами.
— Где происходит?
Она попыталась сделать недоумевающий вид.
— Не где, а с кем. С тобой, естественно. Думаешь, я ничего не замечаю?
Лисица, потупившись, молчала, ее руки комкали форменный передничек.
— Карли, если это личное, не стану лезть. Но если я могу хоть чем-то помочь, скажи.
Нет ответа.
— У тебя дрожат пальцы, ты все время озираешься, точно что-то ищешь или чего-то боишься. Ты мне нравишься, и совершенно не хочется разочаровываться…
Камеристка побледнела и глянула на меня едва не плача. Я глубоко вздохнула. Подозрения оправдываются, здесь что-то нечисто.
— Карли, ты имеешь доступ в мои покои, не хочу, чтобы серебряные ложки стали пропадать.
— Ди-диа-али! — Возмущение на миг перекрыло страх.
— Это образно. Слушай, я хоть и из другого мира, но не дура и прекрасно понимаю, страсти накаляются. С каждым следующим испытанием станет только жестче, невесты из кожи вон полезут, чтобы устранить конкуренток, и знаешь что? В нашем мире очень часто действуют через прислугу.
Да, жестко. Возможно, необоснованно. Но что-то подсказывает, я права. После короткой паузы, во время которой я смотрела на лисичку испытующим взглядом, она вдруг всхлипнула и упала на колени, обхватывая мои бедра, прижимаясь к ним щекой и горько плача. Я застыла. В голове билась одна мысль: нет, только не Карли!
— Диали! Я… вы… вам следует меня выгнать, — выпалила она и вопреки сказанному прижалась теснее и зарыдала.
— Карли. Карли? Карли!
Окрик помог привлечь ее внимание. С трудом разжав ее руки, я заставила камеристку подняться. Усадив на диван, принесла стакан воды и просто дождалась, пока всхлипы затихнут. Она некоторое время сидела, комкая в руках расшитый носовой платочек, что выудила откуда-то из-под передника, и боясь поднять на меня взгляд.
— Рассказывай.
Блин! Чувствую себя садюгой, но как же неприятно получать под дых.
— Не могу.
Она снова вознамерилась плакать.
— Прекрати реветь, просто скажи, что ты успела натворить?
— Ничего! Клянусь, диали!
Она на миг отважилась встретить мой взгляд.
— Но я права?
Карли кивнула и еще больше понурила голову, едва не спрятав лицо у себя на коленях. Как-то неправильно видеть жизнерадостную и бойкую лисичку такой, даже тошно. Вдруг меня осенило:
— Карли, это еще тогда началось?
Кивок.
— Ты что-то устроила в моих покоях? Проклятие? Чары, способные навредить? Может, платье порезала?
— Нет, диали, клянусь! Нет!
Она снова вскинула широко распахнутые, полные мольбы глаза.
— Диали, я не хотела. Вы мой шанс! Моя мечта… Теперь, когда я так вас подвела, я уже никогда не смогу попасть во дворец!
Она снова горько расплакалась.
— Кто? — задала ключевой вопрос, потому что фраза «на кого ты работаешь» показалась донельзя неуместной.
Читать бесплатно другие книги:
