Сломанный лёд – 4 Карташева Мария
– А я даже не удивлён. – быстро ответил мужчина, и после этого мир Юли погрузился в полную тьму.
***
Пересохшее горло драла боль, в голове Юли плавал туман, и все звуки проходили словно через толстый ватный слой, девушка попыталась открыть глаза, веки еле дрогнули, и она, чувствуя головокружение и тошноту, огляделась.
Юля сидела привязанной к стулу в большой светлой комнате, за окнами явно читался загородный пейзаж, вокруг были разбросаны мужские вещи, и стоял открытый чемодан. Юля попыталась дёрнуться, но узлы на верёвке были крепкими, и тонкая бечёвка только глубже впивалась в не защищённые одеждой руки. Проведя кончиком языка по губам, она поняла, что солёный вкус во рту это кровь.
– Очнулась? – пробегая мимо Юли, спросил Даня.
– Что происходит? – еле выдавила из себя несколько слов девушка.
– В отпуск собираюсь. Ты, конечно, все нервы вымотала. Давно бы уже уехал, но мои наниматели никак не могли определиться, что с тобой делать. – Даня взял в руки пульт и включил монитор, висящий на стене. – Здесь с тобой поговорить хотят.
Юля с трудом подняла голову, уставилась на экран, где через несколько секунд появилось нечёткое изображение женского лица.
– Ну привет. – в своей обычной грубоватой манере проговорила Оксана Игоревна. – Добро пожаловать.
– Что происходит? – повторила вопрос Юля. – Вы с ума сошли, что ли?
– Да нет, милая, – ухмыляясь проговорила Оксана, – ты мне нахамила, а это тебе мой адекватный ответ. За всё нужно получать достойную плату, ты сегодня получишь сполна и за свой гонор и за отсутствие благодарности к той, кто предложил тебе помощь и показал настоящий мир. Я, конечно, думала по бизнесу тебя подставить, но, во-первых, Мила была дурой, во-вторых – ты как-то вяло в делах ковырялась. Ты с таким энтузиазмом взялась за устройство своей компании, что мне это даже показалось интересным экспериментом, но что-то пошло не так. Пугалась ты, конечно, смешно, когда Даня тебе разные чудеса творил в квартире, но не более того и, в конце концов, мой интерес к тебе угас, да и Даня, я вижу, заскучал. Поэтому приятного тебе времяпрепровождения, больше я о тебе не вспомню, – наигранно вздохнула Оксана, – Данечка, с тобой свяжусь через месяц. Тебе месяца отдыха хватит?
– Более чем, – покивал мужчина, – эту можно уже в расход?
– Да, делай всё, что считаешь нужным, деньги я на счёт перевела.
Юля от ужаса не могла вымолвить ни слова, ей казалось всё происходящее дурным сном, она не могла поверить, что Оксана всё это время разыгрывала для себя спектакль, где Юля была в главной роли: в роли жертвы.
Монитор погас, Даня закончил упаковывать сумку с вещами, потом отстранённо подошёл к девушке, Юля почувствовала, что стул резко наклонился назад и легко покатился вслед за волочащим его мужчиной.
– Даня, остановись. Что ты делаешь? Пожалуйста, отпусти меня.
Но уши молодого человека были закрыты наушниками, лицо было безучастным, и радость во взгляде проскользнула только один раз, когда он спустился с Юлей в подвал, поставил стул посреди небольшой комнаты и разложил на столике инструменты.
– Жаль, времени у меня мало. – проговорил он, легко проводя пальцами по блестящей стали ножей, проверяя острие зубчатого края пилы, щёлкая лопастями грудного расширителя.
– Это шутка какая-то, что ли? – вконец севший голосом спросила Юля.
– Нет, милая. Это жизнь. Ты знаешь, когда я провожу ритуал забора жизни, то перемещаю жизнь в бутылку и добавляю в мою личную коллекцию. – Даня открыл дверцы стоявшего здесь стеллажа и показал на полки, где уже стояло около двадцати сосудов. – Это моя личная гордость.
– Кто ты?
– Я, – Даня задумался, – наверное, удачливый предприниматель, сделавший из своего хобби классную и высокооплачиваемую работу. Да, безусловно, начинал я как все: котята, щенки, птички. Потом был первый неудавшийся опыт: моя визави смогла удрать. К сожалению, пока я её не нашёл, но ничего, я терпеливый.
– Почему я?
– Ничего личного. Оксана разместила заказ, я на тебя посмотрел, и ты мне понравилась. Я подумал, что такая, как ты, для моей коллекции будет в самый раз. – улыбнулся Даня, надевая перчатки.
– Остановись. – слабым голосом проговорила Юля.
Но Даня лишь покачал головой, подошёл к девушке поближе, поцеловал её в лоб и отвернулся к столу, чтобы выбрать инструмент.
Только он не учёл одного, Юля не только всегда умела за себя постоять, но и была прекрасной актрисой. И ровно с той секунды, как она очнулась, её мозг начал бешено работать и искать выход. Она задавала глупые вопросы, чтобы просто протянуть время, а сам вспоминала советы мастера по рукопашному бою, который натаскивал её для одной из ролей, где она как раз играла жертву. Роль была не очень большая, а вот знание осталось навсегда. Тогда мужчина сказал, что биться нужно до конца, используя для обороны и нападения абсолютно всё, что попадётся под руку. И пока Даня катил её на стуле, Юля успела уцепиться за валявшийся на полу провод зарядки для телефона.
– Прости, – сказал Даня, набирая в шприц желтоватый раствор, – я тебя ненадолго обездвижу. Не беспокойся, ты будешь всё чувствовать, просто не будешь мне мешать своими криками, мольбами и так далее.
Мужчина подошёл к ней, снял колпачок с иглы и как только приблизился, Юля вдруг оглушительно заорала, переходя на свистящий истеричный визг на самых высоких нотах. Даня вздрогнул, оступился и, неловко споткнувшись, выронил шприц.
– Зараза, – зло рявкнул он, – заткнись!
Юля видела, что его начало мелко трясти, он попытался нашарить шприц, но тот укатился под кресло и теперь нужно было его развернуть. Плюнув, Даня раздражённо подошёл к столу, набрал новую порцию и, предварительно зажав девушке рот рукой, хотел уже вогнать иглу под кожу, но Юля вдруг вцепилась зубами ему в пальцы, а наверху раздался звонок в дверь.
***
Ксения, разговаривая с Юлей по телефону, уже стояла возле недавно раскопанной прямоугольной могилы, смотрела в черноту земли, и ей казалось, что внутри души у неё такая же тёмная дыра, откуда веет холодом и пахнет горелыми сырыми осенними листьями.
Подняв глаза, Ксения увидела, что рядом с ней стоит Настя и тоже смотрит на отверстие в земле.
– Зачем ты здесь?
– Пришла проводить Ольгу в последний путь. – Настя помолчала. – Ну и просить о помощи.
– Настя, я бы не хотела тебя больше видеть. Никого из вашей компании, я слишком устала.
– Я не навязываюсь. Просто мне очень нужна твоя помощь, поверь, Ксения, если бы не крайняя мера, я бы не стала с тобой говорить. И прости, я буду использовать грязные методы. У меня есть документы, которые смогут оправдать Влада. Точнее, будут отправной точкой на его пути к свободе. Регине вашей, я думаю, можно доверять, и если ты согласишься поехать завтра со мной на встречу, то я отдам тебе документы. Даже не так, я положу их в ячейку, а завтра скажу тебе код.
– Что ты сказала? Откуда?
– Человек, из-за которого я так и не вышла из дела, хотя обещала, обладает компроматом на некую Оксану Игоревну. Эта дама была раньше надзирательницей в колонии, а теперь она очень крупный бизнес-игрок и, как ты понимаешь, далеко не белая и пушистая. Так вот, я попросила Еремея вспомнить, нет ли на его памяти чего-то, что могло бы привести к оправданию Влада. Как оказалось, Оксана в эту аферу приглашала и Еремея, точнее, у неё не хватало авторитетного веса, чтобы с ней разговаривали те, кому под силу было создать крохотную, но сильную лжебюджетную структуру, которая, по сути, спонсировала незаконные операции с наличными, занималась списанием средств и так далее. И у Еремея есть записи и видеозаметки, где упоминается Влад, а также некоторые оригинальные документы, где стоят подписи того самого большого генерала, который срочно упрятал Влада за решётку.
– Что ж, Настя. – сухо проговорила Ксения. – Я даже торговаться не буду. Что нужно сделать?
– Завтра у Еремея встреча с Оксаной. Она – тварь коварная, я боюсь как бы чего не вышло. Ты можешь просто подежурить, я боюсь за Еремея.
– Настя, ты должна понимать, что я не всесильна. Ночной случай показывает, что может случиться всякое.
– Ксения, даже если бы ты отказалась, – Настя помолчала, – я бы тебе всё равно всё отдала. Я не могу его потерять. – девушка прочистила горло и тихо сказала. – Я вчера на УЗИ была. Три недели.
– Поздравляю. Как медик, сразу тебе скажу, что это очень опасный срок, перенервничаешь и может быть выкидыш.
– Продержимся. Алиса твоя приехала.
Ксения обняла подошедшую Алису, отстранённо глянула на зазвонивший телефон, а в голове была только одна мысль, скоро у неё в руках окажется ключ к свободе Влада.
Отозвавшись на звонок Юли, Ксения вдруг нахмурилась, посмотрела на Настю, приложила палец к губам и включила громкую связь.
– Алё, – послышался мужской голос, слегка перекрываемый помехами, – Оксана Игоревна, это Даня. Юля у меня в машине, я её везу к себе. Вы хотите с ней поговорить, или я могу сразу к заключительной части переходить? Хорошо, дождусь, когда очнётся.
– Что это? – одними губами спросила Ксения.
– Сейчас. – Настя отбежала подальше и стала кому-то звонить.
Ксения, быстро переслав Алисе номер Елены, проговорила:
– Алиса, вот телефон дочери Ольги Петровны. По-моему, Юля в беде, проводи Ольгу за всех нас. У тебя же вроде был второй телефон. Он с собой?
– Да. Вот держи. – вытаскивая из кармана мобильник, ответила Алиса. – Ни о чём не спрашиваю, просто звони мне.
Ксения, разбрызгивая грязные лужицы, скопившиеся на тропинках, побежала на выход с кладбища, всё это время она прижимала к уху свой мобильник, который стал единственной связующей нитью с Юлей. Пытаясь дозвониться до Регины, она молилась только об одном, чтобы мужчина, похитивший Юлю, не заметил, что та не успела выключить телефон.
ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ
Полицейские сирены, рвавшие холодный осенний воздух, смолкли по команде, переданной по рации, и дальше спасательный караван покатился в полной тишине по грунтовой дороге, которая должна была привести к источнику сигнала, то есть к телефону Юли.
– Судя по всему, скоро будет небольшой жилой массив. – вглядываясь в карту, напряжённо сказала Регина. – Если посмотреть со спутниковых снимков, то это больше похоже на дачи.
– Местные ребята говорят, что садоводство жилое только летом, сейчас редко кто сюда приезжает. Сезон уже почти все горожане для себя закрыли.
– Патруль здесь появляется? Может кто-то проехать и не вызвать подозрений?
– Нет. Никто сюда не катается, смысла нет. Ребята сказали, что воровство раньше было, так дачники под конец лета все увозят, вот бомжарам и неинтересно сюда соваться.
– Понятно. Останавливаемся. – проговорила со вздохом Регина, когда до посёлка оставалось метров триста. – Нужно идти в разведку боем.
– В смысле? – не понял один из оперативников, сидевший с ней в одной машине.
– Если мы сейчас всей толпой ввалимся, он спокойно может убить её и уйти, я больше чем уверена, что отходные пути он знает очень хорошо. Поэтому пойду я.
– Ну как минимум должны идти оперативники.
– Ребята, вы мало смахиваете на грибников, – сказала Регина, – вы его точно спугнёте. Я осмотрюсь вокруг, если что, скажу, заблудилась и машина сломалась.
– Добро. – покивал Половинкин. – Меня Плотников, конечно, убьёт, но время дорого. Только без геройства. Не нужно лезть на рожон. И ребята наши будут тебя по лесу сопровождать. Что там по спутникам видно? Лесопосадка плотная подходит к садоводству?
– Да. В принципе можно довольно близко подойти. – покивал один из оперов.
Выскочив из машины, Регина быстрым шагом пошла по дорожке, и через несколько минут она уже увидела дачные домики и сориентировавшись, куда ей идти, остановилась перед калиткой нужного участка.
– Хозяева, есть кто? Помощь нужна.
Девушка постучала в несколько дверей, потом подумала и, позвонив Ксении, проговорила:
– Мы возле места. Отбей звонок и перезвони на номер Юли. Скорее всего, будет какое-то движение.
Получив утвердительный ответ, девушка ещё пару раз крикнула, но ни в одном доме не было даже намёка на то, что внутри кто-то есть.
– Ладно. – тихо пробормотала Регина и, толкнув калитку, двинулась вперёд по дорожке.
Подойдя к входу в дом, Регина услышала, что внутри звонит мобильник, рывком открыла дверь, но её взгляду предстало только пустое жилище и истошно вопящий Юлин телефон, под которым лежала записка: «Её здесь нет. Она проходит испытание надеждой».
Регина шумно выдохнула, подойдя к выходу, махнула оперативникам, следящим за ней из леса, и набрала номер Половинкина.
– Здесь никого, только её телефон. – несколько растерянно сказала Регина.
– Нужно криминалиста вызвать. Кто-то сюда принёс телефон, значит, знал, что телефон был включён. – сказал пожилой следователь. – Сейчас подъедем.
Садоводство всколыхнула тревожная волна сирен, громких голосов, топота множества ног и только в доме, где лежал Юлин телефон, было пусто и тихо. Регина, пока ждала Половинкина, ещё раз обошла несколько комнат, заглянула в подвал, попросила оперативников проверить чердак и сарай, но все понимали, что делают они это для собственного успокоения.
– Ну что у нас здесь? – сбиваясь дыханием от быстрого шага, спросил пожилой следователь.
– Только её телефон и записка. Кроме того, что он сообщает, что Юли здесь нет, я больше ничего не поняла. Разве что он напоминает на времена инквизиции и пишет про пытку надеждой.
Половинкин посмотрел на записку, потом поднял глаза на Регину и, поискав стул, тяжело присел.
– Этого просто не может быть. – пробормотал мужчина.
– В смысле? – спросила девушка.
– Когда я только начинал работать в следствии, а было это сорок лет назад, то у нас было одно дело. – Половинкин пожал плечами. – «Её здесь нет. Она проходит испытание надеждой». Я эту фразу никогда не забуду.
– Я вас не понимаю. – тихо спросила Регина.
– Тогда стали пропадать женщины: актрисы. Потом мы находили их тела. – мужчина помолчал. – Он делал каждое место происшествия прямо-таки театральными подмостками. Мне как-то повезло, я был на дежурстве, и позвонил свидетель, который видел похищенную и её похитителя. Короче, взяли по горячим следам. Им оказался очень неудавшийся режиссёр, там была масса улик, все свои преступления он писал словно сценарий, продумывал до мелочей, а потом выбирал актрису на главную роль. Следствие длилось около года, потом его поместили в психиатрическую клинику, там было тяжёлое расстройство. Он умер года через три.
– Подражатель?
– Откуда? Сорок лет прошло. Это дело никто особо не афишировал, там среди жертв была любовница одного высокопоставленного товарища, всё по-тихому сделали. Не было тогда маньяков. Точнее, если была возможность списать на что угодно, кроме маньяков, списывали.
– Дети? Родственники? Все, кто мог бы продолжить.
– Не было никого вроде. В любом случае сейчас уйдёт уйма времени, чтобы что-то выяснить. А вот времени, как я понимаю, у нас совсем немного.
***
Прошло несколько часов с тех пор, как Ксения услышала звонок от Юли, и с тех пор она так и стояла под холодным проливным дождём, даже боясь двинуться с места. Ей казалось, что только так она сможет удержать невидимую хрупкую нить, связывающую её с племянницей. Ксения думала, что если двинется с места, то непременно случится что-то непоправимое. Но оно и так случилось, у Ксении даже потемнело перед глазами, когда Регина ей сообщила, что Юли в том месте, где был телефон, не было.
– Ксюша, выпей кофе. – проговорила запыхавшаяся Алиса. – Что ты здесь стоишь? Ты простынешь и никому этим не поможешь.
– Слишком много всего, слишком много всего, – безжизненно проговорила Ксения, – я просто не выдерживаю.
– Поехали домой. Тебе нужно выдохнуть, иначе ты просто сойдёшь с ума. Поисками Юли занимаются профессионалы. Что ты можешь сделать? – на высоких нотах выкрикнула Алиса, уставшая убеждать подругу, хотя бы сесть в машину.
– Ты понимаешь, я с ней разговаривала, а её в это время похищали. – глядя в одну точку, проговорила Ксения.
– Послушай, ты не можешь спасти всех. Делай то, что по силам! Ксения, это невыносимо, ты взрослый человек и должна понимать, что не ответственна за весь мир. У следователя есть твой телефон, она свяжется с тобой. Поехали, пожалуйста.
– Да она уже звонила. Они Юлю не нашли. Точнее, телефон нашли, а её там нет. И вполне возможно, Юли уже и в живых нет.
– Не нагнетай. У тебя телефон звонит.
Ксения глянула на экран, быстро нажала на кнопку ответа и проговорила:
– Есть новости?
– Кое-как мне удалось достать сведения, что на поводке у Оксаны ходит какой-то отмороженный паренёк. – быстро проговорила Настя. – У Юли с Оксаной был конфликт, а я тебе говорила, что она не прощает своих оппонентов, старается наказать даже за незначительные косяки и обиды. Короче, правдами и неправдами я достала его адрес, наши ребята уже выехали на место.
– Почему ты не сказала Регине? – почти выкрикнула Ксения. – Я видела твоих ребят в деле, они же просто любящие подраться юнцы.
– Не волнуйся, ей я тоже сбросила информацию. Просто она в часе езды, мои, – Настя сразу же поправилась, – наши ребята гораздо ближе. Как я понимаю, счёт идёт на минуты.
– Да. – тихо отозвалась Ксения. – Я в городе, если будут новости, звони сразу.
– Нет. Оксана неожиданно перенесла встречу, так что, нам с тобой сейчас придётся поехать туда.
– Хорошо. – тихо отозвалась Ксения. – Я готова. У меня нет с собой укладки, но я что-нибудь придумаю. – женщина повесила трубку и, глянув на Алису, произнесла. – Мне нужен любой магазин медтехники, ты сейчас меня туда отвезёшь и оттуда поедешь домой. Никуда не заезжай, просто поезжай домой. – она помолчала и добавила. – Алиса, если что, то я только тебе могу доверить, чтобы ты вырастила Кирюшку. Если я не смогу сама, то ты должна будешь найти в моей комнате телефон и с него позвонить Тимоне.
– Ксеня, что за разговоры?
– Молчи и слушай. У меня нет времени на споры. Всё, поехали.
***
Юля чувствовала, как паника внутри нарастает, она отчаянно пыталась понять, как ей выбраться из страшного подземелья, но в голове была лишь каша из осколков страха и густой туман животного ужаса, который не давал пробиться ни одной здравой мысли.
Вскоре Юля услышала шаги и поняла, что Даня возвращается, а это могло значить только одно: скоро она будет гореть в мучениях, а потом просто исчезнет из жизни. По щекам девушки побежали слёзы, она была словно зверь, застрявший в капкане и понимавший всю неминуемость предстоящего кошмара, но самым страшным было не близость конца, а бессилие.
Юля почувствовала поток воздуха, пронёсшийся от входной двери, ледяное дыхание осеннего воздуха коснулось её шеи, тронуло тонкой холодной иглой страха бьющееся с сумасшедшей скоростью сердце, налипло паутинкой пота на лбу. Юле казалось, что она даже забыла, как дышать, когда почувствовала у себя за спиной шаги и поняла, что позади неё кто-то остановился.
– Я прошу тебя, отпусти меня. – тихо сказала она. – Ты же даже меня не знаешь, зачем всё это? – лепетала она, не зная, что сказать, чтобы хоть как-то заставить Даню задуматься.
Вдруг тело Юли словно прострелило электрическим током, она почувствовала прикосновение к своей шее, чьё-то дыхание и близкий шёпот:
– Я тебя отпущу. Я приду за тобой потом, для тебя пока не готовы декорации. Этот мальчишка перешёл мне дорогу. – голос затих, а потом снова проявился. – А это тебе подарок. Первый. И помни, я принёс тебе первый подарок, я принесу и последний, а вместе с ним приду за тобой. Всего их будет десять.
Перед Юлиным лицом вдруг появилась окровавленная человеческая кисть, она быстро промелькнула в полёте и шлёпнулась на светлый кафельный пол.
– Не благодари. У мальчишки все двери открываются по отпечатку пальца. Так что я сейчас тебя развяжу и пойду, а ты считай до ста и выходи следом. Инструкция простая, просто берёшь в руки его кисть и прижимаешь палец к считывателю. – голос потух, но через мгновение возник снова. Я надеюсь, не нужно говорить, чтобы ты даже не пыталась преследовать меня. С твоей стороны это будет очень глупо, а я не люблю глупых женщин.
Юля почувствовала щелчок, путы на её руках ослабли, а шаги человека, стоящего позади, стали удаляться. Девушка стала судорожно считать до ста, путалась в цифрах, снова возвращалась к началу, потом нервы уже не выдержали этой пытки, и Юля стала сдирать оставшиеся верёвки, потом вскочила и на негнущихся ногах понеслась к двери, но как и сказал неизвестный освободитель, двери были заперты. Кое-как пересилив себя, Юля поискала взглядом что-то, чем можно было подхватить страшный ключ от двери, схватила несколько салфеток и, чувствуя приступ тошноты, намотала тканевые повязки на ещё тёплую человеческую кисть. Стараясь не смотреть на неё, она опрометью бросилась к двери, дрожащей рукой прижала пока ещё гнущийся палец к замку и понеслась вверх по лестнице. Выскочив наверх, Юля чуть не споткнулась о распростёртое тело Дани, нежданный крик вырвался наружу, она оббежала тело мучителя и кинулась по коридору к свободе.
Через несколько секунд Юля уже стремглав бежала улицам элитного коттеджного посёлка, а навстречу ей из резко остановившейся машины высыпала ватага крепких парней, которые в растерянности смотрели на неё и молчали.
– Вы же Юля?
– Да. – срывающими голосом проговорила девушка.
– А! Ну норм. Ждём ментов, мы вас пока поохраняем. – сказал высокий парень и, глянув на трясущуюся девушку, снял свою куртку и набросил ей на плечи. – Может, в машину сядете?
– Н-нет, – запинаясь проговорила Юля. – Мне нужен телефон.
– Держите.
Дрожащими руками она набрала номер и на едином выдохе сказала:
– Ксения, Ксения, я была, точнее, меня похитили и…
С последним словом Юля почувствовала, как подкосились ноги, вокруг всё заволокло дымкой, и она тяжело осела на руки ребятам, которые еле успели её подхватить.
***
Подсохший к вечеру ветер, чесал на пустыре уже почти оставшиеся без листвы кустарники, пожухлая трава с остатками паутины стелилась под ногами, день устало оседал за серыми коробками недостроя, торчавшего в конце вытянутого голого поля.
Настя уверенно вела машину вперёд, но глянув на часы, прибавила скорость, и когда машина въехала под серые своды здания, она впихнула её как можно ближе к противоположной стене, так чтобы со стороны было не видно.
– Мы на месте, – тихо сказала она, глядя на Ксению, – пошли.
– Куда? Здесь же нет никого?
– Еремей и ребята здесь. Просто в другом здании, но машину лучше оставить так. Кто знает, что может произойти?
– Отличные перспективы. – процедила Ксения.
– Ты только вообще ничего не говори. Оксана – баба крайне странная. Что там в голову ей взбредёт, никто не знает.
На этих словах Настя вытащила пистолет, ловко вынула обойму, проверила комплектность патронов и, загнав магазин обратно, поставила оружие на предохранитель.
– Сколько у тебя скрытых талантов. – язвительно заметила Ксения.
Женщины вышли в поле, Настя подозрительно посмотрела в сторону второго здания и набрала номер.
– Ты мне правильные координаты выслал? – спросила она у Малаха.
– Прости. Он сказал, чтобы ты далеко была.
– Сейчас пришли правильные, – стараясь сохранять спокойствие, проговорила Настя, – иначе потом я с тебя скальп сниму и повешу как украшение у себя дома.
– Нет, Настя. Прости. Он мне всю жизнь не только начальник, но и друг.
– А если это так, то ты должен понимать, что я нужна на встрече. Мы вместе с ним всё прорабатывали. Малах, милый, просто намекни где вы? Я умная, я пойму. И я прошу тебя, я умоляю, активируй наш план.
Выслушав ответ, Настя несколько минут думала, потом взглянула на Ксению и наигранно бодро сказала:
– Надеюсь, ты не боишься скорости. Здесь не так далеко, не волнуйся.
Сев в машину, Настя взревела мотором, автомобиль выстрелил из пустующего здания и понёсся вперёд. За окнами мелькали унылые пейзажи с брошенными сельскими домиками, дно машины периодически проваливалось в лужи, и спустя полчаса бешеной гонки, Настя вылетела на прямую дорогу, ведущую в лес.
– Знаешь, я как-то здесь бежала ночью, это было недавно, а кажется, что прошла целая вечность. Сейчас бросим машину и придётся дальше пешком. Там не проехать.
Резко остановив авто, Настя выскочила наружу и побежала, даже не оглядываясь на едва поспевающую за ней Ксению. У Насти сбивалось дыхание, ноги вязли в мокрой лесной подстилке, ветви хлестали по лицу, но она всего этого не замечала, она просто неслась во весь дух вперёд, словно зная, что ей нужно успеть.
Темнота уже начала смешиваться с серым днём, короткие осенние сумерки показали блики света в том домике, где она чудом спаслась и откуда потом началось её долгое путешествие, в конце которого она окончательно переродилась и ясно призналась себе в том, что ей нравится сумасшедшая езда по адреналиновым горкам.
Настя уже почти подбежала к домику, как вдруг внутри послышались сухие щелчки, и в окне мелькнуло несколько искр выстрелов. Настя рванула на себя дверь, увидела, как Еремей оседает на пол, как из разорванной свинцом груди стекает кровь. А в другом конце комнаты с надменной улыбкой сидит Оксана:
– Еремей, я всегда была на три шага впереди тебя. Ты не подумал, почему я так легко согласилась встретиться без охраны? Да потому, что я давно знала про твой якобы секретный дом. Да и вообще ты сдал, не тот уже Еремей. Прости, но так легче всего отделаться от тебя. – сказала она и перевела взгляд на Настю. – А ты, девочка, молодец, люблю таких. Пробивная. Приходи ко мне работать. Не обижу.
– Я хочу с ним попрощаться. – бледными губами сказала Настя.
– Иди. Вон видишь, он пока с Костей моим воркует. Этот гадёныш тоже решил меня предать, но для него у меня отдельная участь. Ладно, я на улице буду ждать. Душно здесь. Но не вздумайте рыпаться, здесь повсюду мои люди.
Ксения не стала ждать, пока Настя договорит, она бросилась к Еремею, но даже издалека было видно, что с такими ранениями до больницы они его точно не довезут.
– Чтоб полегче было, я укол сделаю. – тихо сказала она.
– Не нужно. Дай договорю с Костей, это важно. – еле дыша, сказал Еремей и перевёл взгляд на Костю. – Я увидел, как ты на неё смотришь с самого первого дня, – тяжело проговорил Еремей, – я знал, что могу не выйти из этой схватки живым и поэтому именно она поехала на встречу. Если бы я выжил, то ни за что бы тебе её не отдал, даже зная о том, что она может тебя полюбить. Но сегодня, видимо, мой поезд прибыл на конечную. Береги её, – прошептал Еремей, – просто береги и люби, всё остальное она сделает сама. Пообещай мне.
– Обещаю. – крепко пожав Еремею руку, сказал Костя.
– Позови её.
Настя подошла на негнущихся ногах, стукнулась коленями об пол и, взяв руку Еремея, прижалась к ней губами.
– Почему ты меня не послушал? Зачем уехал один?
– Я люблю тебя, как могу, как умею. Но люблю всем сердцем. Я и правда стал слаб, но это потому, что думал, как уберечь тебя. Только без меня ты ей будешь неинтересна.
– Я тоже люблю тебя. Сегодня ты вырвал мне сердце. Сегодня я перейду ещё одну черту.
Еремей слегка сжал руку Насти и проговорил:
– Настя, не мсти ей. Живи, моя девочка, живи. Радуйся, рожай детей.
По лицу Насти потекли слёзы, она подняла глаза на мужчину и еле слышно произнесла:
– Я беременна. У нас с тобой будет ребёнок, я вчера только узнала, хотела сегодня после всего сказать.
– И не откладывай ничего на потом, – затухающим голосом проговорил Еремей, – живи на полную. Люби!
Последние слова вырвались с хрипами, по губам Еремея стекла струйка крови, черты лица мужчины заострились, глазницы провалились глазницы, и он затих.
Несколько секунд Настя сидела не двигаясь, потом встала и, отбив руку Ксении, которая хотела её остановить, вышла на улицу.
– Что нужно сделать, чтобы ты оставила в покое меня и Костю. – громко сказала Настя, глядя на Оксану.
– Компромат. Я так и не нашла его. Но это цена только за тебя. Костю я не отдам. Он мой. – улыбнулась женщина. – Но ты будешь жить. Ты же понимаешь, что я жена ему, а не сестра. Я от своего мальчика не откажусь. Тем более так забавно наблюдать, как он мучится, как он хочет к тебе.
Вдруг небо перечеркнула яркая красная вспышка, в воздух с оглушительным грохотом полетели фейерверки, высвечивая всё утонувшее в темноте лесное пространство. Со всех сторон слышались автоматные очереди, а Настя, вытянув руку с пистолетом, разрядила целую обойму прямо в лицо Оксане, развернулась и вошла обратно в дом.
На улице всё разом стихло, к домику стали стекаться люди, последние охранники Оксаны шли под прицелом, и когда из леса показался Малах, один из подчинённых спросил:
– Что с выжившими делать?
– Жди. – тихо проговорил мужчина, переступил порог дома и, посмотрев в сторону лежащего Еремея, проговорил:
– Если можешь, прости меня, Настя. Он даже мне не всё сказал, я в последний момент выдвинулся, но всё было наготове, как ты и просила. Он выполнил её условия, он всегда был честным.
Настя сидела на стуле, низко опустив голову, она смотрела ровно в пол, в её подрагивающих руках плясал пистолет, и девушка просто не могла вымолвить ни слова. Ей казалось, что она онемела, сердце покрылось коркой льда, и теперь никогда больше для неё не наступит весна. Сегодня она перешагнула все рубежи.
– Тише, тише, уже всё. Всё! – трясущимися руками Ксения вынула из рук Насти оружие. – Закатай ей рукав, – сказала она Косте. – И заберите у меня уже кто-нибудь это. – рявкнула она, положив пистолет на пол.
ПРОШЁЛ МЕСЯЦ
Осень уже полноправно правила в городе, снимала последнюю стружку прошедшего лета и даже готовилась к приходу зимы, иногда серебря дороги мелкой снежной крошкой.
В больнице медперсонал начал загодя готовится к предстоящему празднику, медсёстры старательно вырезали из бумаги снежинки и складывали их пачками на подоконниках, чтобы через неделю развесить по отделениям и подбодрить пациентов.
Катя потихоньку приходила в себя, она уже самостоятельно садилась на кровати, даже не проливала суп, когда тянулась ложкой ко рту и улыбка с каждым днём всё чаще пробегала по её губам.
– Можно? – утром вместе со случайно забредшим солнечным лучом в палату зашёл Плотников.
– Да, конечно. Чем могу помочь, – присмотревшись, Катя удивлённо распахнула глаза, – Серёжа? Откуда ты здесь?
– Здравствуй, Катя. Ты меня узнала?
– Конечно, просто я не понимаю откуда ты здесь. Другой вопрос, как ты-то меня узнал, я сейчас, мягко говоря, даже на себя не похожа. Да и что ты здесь делаешь?
– Регина в моей команде. – коротко ответил мужчина.
– А. Понятно. – улыбка Кати потухла, она немного съёжилась и вздохнула. – Опять допрос? Но вроде Регина сказала, что все обвинения с меня сняли.
– Нет, Катя, – Сергей взял стул и подсел поближе, – я хочу вернуться в прошлое. – он поднял руку и вздохнул, – не перебивай. – Катя, у нас не было шанса тогда, но, – Сергей помолчал и добавил, – но мы оба почему-то скрыли своё чувство. Может, было бы всё по-другому, может быть, нужно было пройти не одну дорогу и снова встретиться.
– Серёжа, ты пьян? – почувствовав лёгкий хмельной запах, спросила Катя.
– Да. Так вышло. Я, вообще-то, не пью, но вчера вытащил из постели своей новой жены, какого-то голого и патлатого мужика. Погоди, не перебивай, у меня и так не очень получается складно говорить. – мужчина взял с тумбочки бутылку с водой, жадно отпил половину и продолжил. – Моя первая жена умерла. Она заболела и очень скоропостижно скончалась, у нас остался сын. Мальчика я передоверил моим родителям и ушёл в запои и работу. Когда я вынырнул из этого безумия, то осознал, что женился на молодой. Как и почему я это сделал, я не знаю, но смирился и почему-то решил оставить всё как есть. Мы с ней прожили несколько лет, я устал вытаскивать её из передряг, пьянок, а теперь ещё и из постели других мужиков. Короче, я подал на развод.
– Господи, Серёжа, как страшно.
– Зная твою историю, могу сказать тебе то же самое. – мужчина помолчал, потом резко выдохнул и проговорил. – Катя, я понимаю, что это безумие в чистом виде, но когда ты выйдешь из больницы, то тебе нужно где-то жить, мне нужно восстанавливать отношения с сыном, – Плотников помолчал и добавил, – ну и потом у нас ведь всё-таки была любовь. А как сказал какой-то неизвестный поэт: «Ведь любовь, поселившись однажды в душе, навсегда будет там, хоть в парче, хоть в парше». Может, ты переедешь ко мне? Давай попробуем. Катя, я так устал от одиночества, что даже сам не верю в то, что говорю.
Катя от неожиданности не могла вымолвить и слова. Она сидела и просто смотрела на мужчину, потом пожала плечами:
– Серёжа, с меня только недавно сняли все обвинения. Я давно не видела своих детей, – неуверенно пробормотала Катя, не совсем понимая, что происходит, – да и получается, что мы с тобой попробуем жить под одной крышей от безысходности? Мне негде жить, тебе одиноко. Я как-то не так представляла себе семейный очаг. – добавила Катя. – Да и как-то обстановка не располагает. Я после всех передряг, не первой свежести, скажем так, – Катя показала на всклокоченную после сна голову и мятую ночнушку, – ты тоже, жених с перегаром. Какая-то у нас с тобой странная романтика.
– Я тебя понял. – глухо проговорил Плотников, резко встал и пошёл на выход, но перед дверью остановился. – Прости. Но моя, с которой я сейчас развожусь, всегда выглядела идеально и пахла самыми дорогими духами, но в сердце у неё было пусто. А ты, Катя, своя и родная и я тебя наконец нашёл.
Сергей вышел, аккуратно прикрыл за собой дверь, а Катя откинулась на подушки и лежала не шелохнувшись. И хотя всё было позади, но она не представляла, как снова соберёт свою надломленную жизнь и как сможет забыть всю боль и страхи.
– Катюш, давай капельницу поставим, – громко ворвалась в её мысли медсестра, – радуйся, это последняя.
Читать бесплатно другие книги:
