Падение Дуглас Пенелопа

– Знаешь, – начал мой отец так, словно не слышал меня, – я вот никак не могу решить, у кого задница лучше – у девушки твоего брата или у твоей. – Он задумчиво сдвинул свои русые брови. – Блондинка более спортивная. Красивые бедра, – продолжал он, а я смотрел на его ноги в джинсах, которые неспеша направились к Джульетте, сидевшей на кухонном стуле посреди прихожей. Еще один мужчина – похоже, его приятель – стоял над ней, положив руки ей на плечи, чтобы удержать на месте. – Но эта твоя маленькая брюнеточка… – Отец провел пальцем по ее обнаженной руке, и я сжал кулаки. Внутри у меня все пылало.

– Миниатюрная, но в нужных местах природой не обделена. – Он с улыбкой повернулся ко мне. – Мои сыновья очень разборчивы.

Я посмотрел на Джульетту, заметив страх на ее лице, почти полностью скрытом волосами. Я не видел слез, но, судя по тому, как она теребила свой шрам, ей было очень нехорошо.

Светлые волосы отца с годами поседели, но несмотря на морщины, выдававшие возраст и годы дурного обращения с собственным телом, он все еще был крепким и мускулистым, и от этого мне становилось дурно.

Нужно было дать добро Киарану – пусть бы его прикончили в тюрьме.

Я перевел дух и тихо сказал, обращаясь к приятелю отца, высокому грузному мужчине с грязными черными волосами, примерно одного возраста с отцом:

– Если ты ее тронешь, это станет твоей последней ошибкой. Не будь дураком.

Джульетта заплакала, и я встревоженно посмотрел на нее.

– Пожалуйста, не делайте нам больно, – рыдала она. – Пожалуйста, мистер Трент! Просто позвольте мне уйти из дома Джекса! Пожалуйста!

Я моргнул. Позвольте мне уйти?

И тут я заметил часы. Часы, которые подарил ей. Она не шрам на руке теребила. Она держалась за запястье, притворившись, что съежилась от страха, а на самом деле воспользовалась телефоном.

Твою мать. Я не видел, как она набирает номер, и не слышал звонка – довольно странно, ведь телефон был с громкоговорителем. Значит, она догадалась выключить звук.

Я подавил улыбку, боясь, что выдам нас.

– Пожалуйста, не трогайте меня! – Ее плечи тряслись, она сложила руки в мольбе. – Пожалуйста! Отпустите меня. Я никому не скажу. Пожалуйста, дайте мне уйти из дома Джекса!

Она опустила голову. Длинные пряди ее шоколадных волос свесились вперед, прикрывая часы.

Мой отец поднял нож, мой нож. Я занервничал. У него был мой нож. Из моего кармана. Он просунул его внутрь выреза футболки, которая была на ней, и провел лезвием по коже.

Я дернулся, пытаясь справиться с проклятыми наручниками, и заревел:

– Прекрати! Отпусти ее, разбирайся со мной!

Он повернул голову в мою сторону.

– А я что, по-твоему, делаю?

Нож скользнул под нижний край футболки, и я почувствовал прилив тошноты.

Нет.

Он прикасался к ней. Мое лицо пылало, я рычал и бился, едва не вырвав руки из плеч.

– Твою мать!

Слезы застилали мне глаза. Я задыхался от отчаяния. Я не мог освободиться. Пожалуйста, только не руками. Не пркиасайся к ней своими руками. Пожалуйста.

Откинув голову назад, я произнес с угрозой в голосе:

– Тебе не стоило приходить сюда. Ты совершил ошибку.

– Нет-нет, – он подхватил Джульетту под руку и подтащил ко мне. – Это ты совершил ошибку, что меня игнорировал. – Он посмотрел вниз. – Когда ты нуждался в моей помощи, я помог. Теперь я хочу получить то, что ты мне задолжал.

– Я ничего тебе не должен! – выкрикнул я.

Отец поднес нож к ее горлу, и у меня перехватило дыхание.

– Из-за твоего гонора она пострадает, – предупредил он, и я увидел, как по ее застывшему лицу скатилась слезинка. – Сейчас мы поднимемся наверх, в твою маленькую комнатку с компьютерами. – Он вытащил из кармана клочок бумаги и показал его мне. – И у тебя будет ровно пять минут, чтобы получить доступ к этому счету и перевести все деньги вот сюда. – Он ткнул в бумажку пальцем. – На шестой минуте он, – отец кивком показал на своего приятеля, – начнет с ней развлекаться.

Про моего отца можно было сказать многое, но одно наверняка: он всегда исполнял свои угрозы. Эту черту унаследовали и мы с Джаредом.

Я посмотрел на Джульетту, увидев, что часы по-прежнему у нее на руке. Сколько у меня еще есть времени? Отец не нанесет мне вреда – во всяком случае, смертельного, – пока у него есть шанс меня использовать, но ее он не пощадит. Он причинит ей боль без малейшего колебания.

Неужели я хотел, чтобы она была причастна ко всему этому? Что если у нас будут дети, а он снова будет нас терроризировать? Что если сегодня он увезет ее с собой?

Он не должен выйти отсюда.

Джульетта вскрикнула, и, подняв глаза, я увидел тонкую полоску крови на ее шее, прочерченную ножом.

– Хватит! – я рванулся вперед, пнув перила, зная, что они все равно не сломаются. – Твою мать! Оставь ее в покое!

– Значит, ты готов? – Он отвел от нее нож и прорычал: – Теперь до тебя наконец дошло, ты, никчемный маленький ублюдок?

Услышав это словечко, которым ему всегда так нравилось меня называть, я почувствовал, что не могу сдержать слез.

– Хорошо. Только не прикасайся к ней больше.

Отец расслабленно улыбнулся.

– Ну вот. – Он подтолкнул Джульетту локтем. – Он и впрямь тебя любит. Теперь посади свою задницу и будь хорошей…

Она ударила его по лицу, оборвав на середине фразы.

О, нет.

Сомкнув оба кулака вместе, она врезала ему в бок, он отшатнулся, и я в ужасе и восхищении смотрел на то, как она вырвала нож у него из рук и побежала в кухню.

Твою мать.

Приятель отца не позволил ей убежать далеко. Он прыгнул на нее, сбив с ног, и они оба упали на пол. Она пиналась, а он пытался схватить ее.

– Помогите! – кричала она, отползая в сторону. – На помощь! Кто-нибудь! На помощь!

– А ну вернись, – прорычал тот, порвав на ней футболку.

– Не прикасайся к ней! – заорал я, дернувшись, отчего наручники еще сильнее врезались в мою плоть.

– Останови ее! – крикнул отец и вытащил из-за спины пистолет, которого я не замечал.

И тут я услышал, как его подельник вскрикнул, и, посмотрев в его сторону, увидел, что он держится за лицо, на котором зияет глубокая алая рана.

Джульетта упала, когда он отшатнулся от нее, но сразу же поднялась на ноги, выставив вперед нож и глядя на отца. Ее глаза расширились, когда она увидела направленный на меня пистолет.

– Ты его убьешь, – пригрозил отец, прижав ствол к моему виску.

Я медленно зажмурился. В голове пронесся десяток различных сценариев. Наручники врезались в кожу и держали меня слишком крепко.

– Да как вы можете? – Джульетта покачала головой. – Он ваш сын.

– Верно, – парировал отец. – Так и есть. Он мой сын.

И он посмотрел на меня, с каждым словом обнажая свои пожелтевшие от сигаретного дыма зубы.

– Твоей матери ты был не нужен, так кто же о тебе позаботился? Кто подчистил за тобой в подвале? Я создал тебя. Я – все, что у тебя есть, Джекс.

Нет. У меня была семья. Джаред, Кэтрин, Мэдок, Джульетта. У меня была семья.

– Отойдите от него, – произнесла Джульетта, но я смотрел отцу в глаза.

– Ты знаешь, что я прав, – сказал он, глядя на меня уже спокойнее. – Она тебя кинет. Все эти сучки так поступают. Ты окажешься недостаточно хорош для нее. Ты будешь недостаточно зарабатывать. Она найдет в тебе изъян и уйдет к другому.

Нет. Она меня любит.

– А Джаред на тебя обижен. Потому что ты умнее его. Ты сильнее. В сложной ситуации он всегда будет думать прежде всего о себе.

Я опустил взгляд, почувствовав, как на шее пульсирует вена.

– Джекс, посмотри на меня! – сказала Джульетта.

– А Кэтрин? – продолжал отец со смехом. – Эта баба не могла толком протрезветь ради собственного сына. Ты ничего не значишь для этих людей, – сказал он с издевкой. – Они не имеют с тобой ничего общего. Ты будешь первым, кого они выбросят за ненадобностью, когда жизнь повернется к ним боком. Ты единственный, кто не вписывается в их компанию!

– Заткнись! – закричала Джульетта. – Джекс! Посмотри на меня!

Я покачал головой. Я хотел, чтобы он исчез. Хотел, чтобы все они исчезли. Я был хорошим. И неважно, кто от меня уйдет, кто забудет обо мне и кто будет смотреть на меня с презрением, я уже не маленький грязный ребенок, одиноко рыдающий в своей комнате.

А потом я моргнул, вернувшись к реальности. Мы все насторожилсь, услышав, как снаружи с визгом затормозил автомобиль.

Свет фар ударил в окна на крыльце, ворвался в прихожую. Я посмотрел на Джульетту и дернул головой в сторону двери, чтобы она уходила отсюда.

Но она расправила плечи с воинственным видом.

Мой отец оказался в ловушке. Все мы понимали, кто там, снаружи. И что будет дальше. Я посмотрел на нее с мольбой во взгляде.

Затем услышал звук других подъезжающих автомобилей и по гулу моторов узнал машины Тэйт и Мэдока – так, будто они были моими. Отец переступил с ноги на ногу, и я быстро взглянул на его подельника, который скорчился у дивана, по-прежнему держась за лицо.

На крыльце послышались шаги, и отец прижал пистолет к моему виску. Джаред выбил дверь ногой и сразу же увидел меня на полу.

– Отойди от него! – прогремел он.

Они с Мэдоком ворвались в дом и набросились на отца, не дав ему времени подумать или оценить ситуацию.

Отец поднял пистолет. Черт!

– Назад! – заорал он, но Джаред замахнулся и врезал кулаком ему в лицо. Тот выронил пистолет из рук.

Ворвались Тэйт и ее папа – она, должно быть, сбегала за ним домой. Подскочив к отцовскому приятелю, папа Тэйт уложил его на пол. Мой брат припер отца к стене, и они с Мэдоком держали его руки.

Дом наводнил народ: девчонки кинулись к Джульетте, Тэйт прикоснулась к порезу у нее на шее. Кэтрин и ее муж, Джейсон, вошли следом. Кэтрин бросилась ко мне со слезами на глазах.

И наконец вошел отец Фэллон, который присутствовал на пикнике. Он спокойно обвел взглядом всю эту сцену, как будто она была для него вполне привычной.

– О боже, – разрыдалась Кэтрин, глядя на Джейсона. – Сними с него это, – взмолилась она, лихорадочно дергая за наручники.

– Джаред! – закричала Тэйт, и, вскинув голову, я увидел, как мой брат врезал кулаком отцу в живот, пока Мэдок держал его.

– Ты в порядке? – спросила Кэтрин, взяв меня за подбородок и осматривая мое лицо.

Я кивнул, тяжело дыша.

– Найди ключи. Пожалуйста. – Я крутил запястьями, отчаянно пытаясь выбраться из этих оков.

Кэтрин подняла глаза.

– Джаред! – рявкнула она на сына, и тот выпрямился. – Хватит!

Она подошла к отцу, своему бывшему мужу, и стала вытряхивать из его карманов все содержимое, пока не нашла ключ от наручников.

Наконец отомкнула их, и Джейсон помог мне подняться, а Джаред схватил пистолет, лежавший на полу, и направил его на отца, чтобы тот не вздумал отходить от стены.

Я швырнул наручники на пол и тут же поймал взгляд Джульетты. Ее покрасневшие глаза, беспокойство, написанное у нее на лице, сказали мне все. Она подбежала ко мне и, всхлипнув, обняла меня руками за шею. Я подхватил ее на руки и прижал к себе крепко-крепко.

Она заполняла мое сердце, и точка. Она была всем, в чем я нуждался, всем, чего я хотел.

Мой отец вдруг рассмеялся, нарушив тишину.

– Ты знаешь, что я прав, Джекс.

Я зажмурился, вдыхая ее запах.

– Ты никому, кроме меня, не нужен. Я – твоя семья. – Он повысил голос. – Ты – мой сын!

– Он мой сын. – Услышал я низкий, полный слез голос Кэтрин и, повернув голову, посмотрел на нее. Она встретила мой взгляд, и я увидел слезы, пролитые из-за меня. Увидел ее страх и тревогу, и в этот момент впервые в жизни возникло такое чувство, будто у меня правда была мать.

– И мой сын тоже. – Я увидел, как Джейсон, сделав шаг вперед, встал рядом с ней.

– Черт возьми, и мой тоже, – кивнул Киаран.

Я прищурился, в изумлении глядя на всех этих людей.

А потом вперед шагнул отец Тэйт и коротко кивнул, и в груди у меня все сжалось от эмоций.

Джаред бросил пистолет на столик у лестницы и шагнул обратно, не сводя взгляда с отца.

– У него есть я.

– И я, – сказал Мэдок в лицо моему отцу.

– И я, – донесся голос Тэйт. И Фэллон тоже выступила вперед, сложив руки на груди и сердито глядя на Томаса Трента.

В глазах у меня защипало, в горле встал ком. Я подозревал, что они меня любят или я им хотя бы не противен, но, наверное, до сих пор по-настоящему в это не верил.

Вот моя семья.

– Джекс, – обратился ко мне Киаран. – Только скажи.

Я посмотрел в зеленые глаза Джульетты, провел ладонями по ее замерзшим рукам и понял, чего хочу. Понял, что именно должен сделать.

Я вытащил телефон, набрал номер и, встав прямо перед своим отцом, посмотрел ему в глаза.

– Алло, – сказал я, когда на том конце подняли трубку. – Это Джексон Трент. Фолл-Эвей-лейн, двенадцать сорок два. Нам нужна полиция. Двое мужчин вломились ко мне в дом. Скорая не нужна.

Нажав отбой, я отдал телефон Джареду.

– Я иду спать. Скажите копам, что утром я спущусь и дам показания.

Я подхватил Джульетту на руки как ребенка, прижав к себе, и понес по лестнице на второй этаж.

Войдя в ванную, ногой захлопнул за нами дверь и посадил ее на шкафчик рядом с раковиной. Выключил свет и зажег свечу. Она тут же уронила голову мне на грудь, и я почувствовал, как дрожат ее плечи.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

Обхватив за шею, я поцеловал ее волосы.

– Ты как? В порядке?

Она кивнула, уткнувшись мне в грудь. Я отстранился и приподнял ее подбородок, чтобы посмотреть на порез, оставленный отцом. Тонкая алая линия уже не кровоточила, но я испытывал вину.

– Нужно поехать в больницу, – произнес я обеспокоенно.

Она закрыла глаза, покачала головой.

– Все хорошо. Я не хочу никуда ехать. Хочу побыть с тобой. Только ты и я. Больше никого.

Я тоже этого хотел.

– Иди сюда.

Стянув с нее футболку, поставил ее на пол, а сам быстро включил воду в душе и разделся. Она сняла трусики, и я подхватил ее на руки. Оказавшись под струями горячей воды, мы оба задрожали. Сев и откинувшись назад, я крепко прижал ее к себе. Она положила голову мне на плечо, и я закрыл глаза, наслаждаясь теплом, полумраком и уединением.

Да, мы сбежали ото всех. Мы спрятались за запертой дверью ванной под предлогом, что хотим принять душ, но мы это заслужили.

Я гладил ее по спине, вспоминая, как она сражалась. Сражалась за меня.

Никто, кроме Джареда, до сих пор этого не делал.

Я был полон решимости перевернуть ее мир с ног на голову, но в итоге это мой мир пошатнулся. Я боролся за нее, но и она боролась за меня, и, несмотря на то что я так боялся пустить ее в свою жизнь, в конечном счете все это того стоило.

Ничто не имело для меня значения без нее.

Она прильнула губами к моей шее, а я крепче обхватил ее руками за талию.

– Хочу остаться здесь навсегда, – произнесла она уже спокойнее.

Я улыбнулся. Мне понравилось, как это звучит. Я поцеловал ее в висок.

– Навсегда.

Глава 29. Джульетта

Но уже через три дня у нас на руках были билеты, а в прихожей стояли собранные чемоданы.

– Ты не накрашена, – подметила Тэйт, когда я закинула свой новый походный рюкзак в багажник Джареда и утрамбовала его так, чтобы он уместился рядом с рюкзаком Джекса.

– Я в курсе.

– И ты в бейсболке. – Подруга словно ждала от меня объяснений.

Я захлопнула багажник и многозначительно улыбнулась.

– Это еще не конец света, Тэйт. Ногти на ногах у меня накрашены красным лаком.

Она скрестила руки на груди. Вид у нее был неуверенный. Она за меня волновалась. Или думала о том, что будет по мне скучать. В любом случае мне было приятно.

После того как полицейские увезли Томаса и его приятеля в участок, мы с Джексом не выходили из дома два дня. Это были лучшие два дня в моей жизни.

Мы спали, разговаривали, я готовила еду. Узнала, что он боится щекотки с внутренней стороны локтя. И если я выходила из комнаты, он всегда шел за мной следом.

Мы были влюблены.

И Джекс решил, что хочет уехать куда-нибудь, где нас ничто не будет отвлекать друг от друга. Поэтому пару дней назад ночью, пока я спала, он зашел в интернет и купил билеты. В Новую Зеландию.

Я была в шоке.

К тому моменту, как я проснулась, Джекс уже успел съездить в магазин спорттоваров и купить нам экипировку. Гостиная была похожа на взорвавшийся кемпинг. Рюкзаки, бутылки для воды со встроенными очистительными приспособлениями, аптечка, обмундирование. Он даже выбрал для меня одежду и обувь!

«Девчонки тратят на шопинг очень много времени, а у нас его нет. Мне нравятся эти вещи. Будешь их носить».

Но я должна была выйти на работу!

«Я им позвонил. Сможешь приступить осенью. Меня все знают и любят, так что не волнуйся».

Что?

А два билета туда и обратно до Новой Зеландии, не говоря уже о тех деньгах, которые мы потратим там? Я не могла позволить ему за все платить!

«Билеты не подлежат возврату, детка. Если мы ими не воспользуемся, они пропадут. А это меня взбесит. Не беси меня».

Но после того как он раскатал спальный мешок и в течение часа помогал мне к нему привыкнуть, я наконец сдалась.

О боже, еще как сдалась! Я обмахивалась рукой, подходя к Тэйт. Джаред повезет нас в аэропорт.

– Когда вы приземлитесь? – спросила она.

– У нас длинная пересадка в Гонконге, – ответила я. – Позвоню тебе оттуда.

Нас не будет три недели, а осенний семестр начнется почти сразу после нашего возвращения. Джексу удалось пристроить меня в свой колледж, Кларк, но я настояла на том, что возьму кредит на обучение. И я все еще не знала точно, где буду жить, но у меня было такое чувство, что мне не придется об этом беспокоиться.

Когда я заехала к матери, которая хотя бы снова начала принимать душ и есть, чтобы забрать паспорт, то захватила еще кое-что из одежды и привезла ее к Джексу.

Тэйт крепко обняла меня и мечтательно протянула:

– Новая Зеландия… Ты же всегда хотела там побывать. Помню твои журналы National Geographics.

Я рассмеялась.

– Да я, по правде говоря, хотела просто пойти в поход. Я сказала ему, что будет здорово, если мы просто поедем на машине в национальный парк Йосемити, но он…

– Да, это же Джекс, – кивнула она. – У него на все есть свое мнение. Удачи тебе с этим. – Она изумленно покачала головой. – Я так счастлива за тебя.

– Мне страшно, – сказала я с нервной усмешкой. – Но я от него без ума.

– Я знаю. – Ее лицо стало задумчивым.

Я нахмурилась, уловив в ее голосе грусть.

– Тэйт, – я склонилась к ней. – Все в порядке? Я имею в виду вас с Джаредом. На том пикнике на днях между вами что-то произошло?

Она моргнула с таким видом, словно ей не по себе. Но потом налепила на лицо улыбку.

– Все еще беспокоишься за меня, да? – пошутила она. – Расслабься. Мы уже не школе. У нас с Джаредом все в порядке.

Я уже собиралась начать допытываться, как вдруг подпрыгнула – прямо перед моим лицом щелкнули ремнем. Я вздрогнула и засмеялась.

– Джекс!

А он направился к машине с самодовольной ухмылкой на лице.

Он берет с собой ремень. Черт.

– Ладно, не рассказывай мне больше ничего о вашей поездке, о’кей? – поддразнила меня Тэйт.

Мы снова обнялись, и она проводила меня до дверцы машины, у которой стоял Джекс.

– Вы оба все уладили с занятиями? У вас совсем не будет времени после возвращения.

– Все схвачено, – ответил Джекс, и тут улыбка сползла с моего лица.

Заглянув Тэйт за спину, я увидела мать. Она переходила дорогу, направляясь к нам. На ней была светло-розовая хлопковая юбка и белая блузка без рукавов, и она выглядела совершенно нормально. Однако ее волосы были не собраны, как обычно, а распущены и уложены идеальными волнами.

В первый раз за несколько дней внутри у меня все сжалось. Я пошла к ней, встретив ее посреди дороги. Когда я приезжала домой, она была довольно мягкой, но теперь, глядя на ее отутюженную одежду и безупречный макияж, я не знала, чего ждать, и не хотела, чтобы она поставила меня в неловкое положение или повела себя жестоко по отношению к Джексу.

– Все в порядке? – спросила я настороженно.

Она опустила взгляд.

– Да, все в порядке. Просто… – Она запустила руку в пакет, который держала в руке, и достала оттуда конверт. – Деньги с твоего счета на обучение. – Она протянула конверт мне. Ее рука тряслась. – Это кассовый чек, так что береги его.

Деньги на колледж?

Я сглотнула и взяла конверт у нее из рук, не зная, то ли заплакать, то ли швырнуть его ей в лицо.

Она нахмурилась, по-прежнему глядя в землю. Ее губы дрожали.

– Я вчера была в салоне, – она снова полезла в пакет. – Купила тебе защитный шампунь, солнцезащитный крем и бальзам для губ. Я не знала, собираешься ли ты там ходить куда-то, но если ты хочешь… может, тебе нужно что-то для волос или… средства для макияжа, я могла бы… могла бы отправить их тебе…

– Мама. – Я коснулась ее руки. – Все хорошо. Спасибо.

Ее плечи расслабились.

– Увидимся через несколько недель, – добавила я и забрала у нее пакет.

Тут она подняла глаза и выпрямилась, а потом кивнула, как-то даже по-доброму.

– Джексон.

Я повернула голову и увидела, что Джекс стоит рядом со мной.

– Миссис Картер.

Его низкий голос прозвучал настороженно. Он приобнял меня за плечи. Я поджала губы, пытаясь спрятать улыбку. Сомневаюсь, что Джекс когда-нибудь станет называть мать как-то иначе.

Робко взглянув на меня и едва заметно улыбнувшись, она повернулась и пошла прочь. Я не знала, что и думать. Может быть, она что-то затеяла. Может, мне нужно остаться дома и пригласить к ней врача.

А может, все наконец стало хорошо, и мне просто нужно этим наслаждаться.

Джекс притянул меня к себе.

Страницы: «« « ... 2223242526272829 » »»