Вынужденная помощница для тирана Свободина Виктория

Глава 21

Изучение и обсуждение контракта заняло у меня не только весь обед, но и еще полтора часа после него. Все это время Василиск никого не принимал и в принципе никого к себе не пускал. Мои коллеги наверняка заинтересуются, чего это мы с шефом делали так долго наедине в запертом кабинете. И то, под конец я уже торопилась поскорее со всем разделаться и небрежно перепрыгивала взглядом со строчки на строчку.

После прочитанного могу вполне определенно сказать, что мой начальник параноик, только он может так все учитывать. Но параноик щедрый. Нет, мне, в принципе, понятно, что все эти правила по соблюдению секретности и безопасности нужны ради Матвея, но теперь я не понимаю, как Тривэ вообще смог решиться пустить меня к себе в дом без предварительного контракта и допроса с пристрастием. Хотя допрос заменило мое первое собеседование с Тираном.

Устало потянулась. По-хорошему, надо бы еще раз прочитать внимательно, но сил уже нет. В целом, вроде бы неплохо. Условия приятные, зарплата отличная. А то, что за мной по выходным и может быть даже по вечерам охрана будет таскаться, и чтобы куда-то выйти или уехать, нужно заранее предупреждать либо шефа, либо охрану, так это нормально, с учетом активности Крамера. Контракт бессрочный, но с возможностью разрыва по желанию сторон в любой момент.

Взяла ручку и решительно все подписала. Жутко довольный шеф вскоре поставил и свою подпись.

— Мария, такой момент. Есть ли на данный момент у вас перед кем-либо какие-то обязательства?

Сразу вспомнила, что должна Антону немаленькую денежную сумму.

— Возможно. А что?

— Мне необходимо знать обо всем. У вас не должно быть ни перед кем обязательств, поскольку тогда на вас кто-то может повлиять. Вы можете отвлекаться, из-за этого быть менее внимательной.

— Ну… у меня есть денежная задолженность перед одним человеком, но это никак и ни на что не повлияет.

— Кто, сколько? — будничным тоном поинтересовался шеф. Начальник меня определенно пугает.

— Зачем вам это знать? — я в полном недоумении.

— Когда мы просто работали в одной компании, это одно. Теперь вы мой человек, и я должен обо всем знать. А если вас станут шантажировать или попробуют подкупить, для того чтобы вы слили ценную информацию или что-то сделали?

Тривэ все больше открывает передо мной свои параноидальные черты характера. Да кому шеф так сильно нужен, чтобы прям няню его ребенка подкупали?

— Извините, Владимир Витальевич, я не понимаю. Может, когда я уже подписала контракт, вы поясните. Вы какая-то важная шишка? Вас кто-то преследует помимо Крамера-старшего?

Хотела еще спросить, почему Василиск тогда не среди большого руководства компании, а в среднем звене управления. На удивление, шеф согласно кивнул головой.

— Да, Мария, у меня есть причины, скажем так, осторожничать, но пока я вам не могу сказать всего.

В общем, еще спустя час я выходила из кабинета шефа немного злая, немного растерянная и очень усталая. Этот тиран вытянул из меня всю информацию. Причем не только по денежным обязательствам. Вплоть до того, кому и что я обещала и не собираюсь ли с кем-нибудь встречаться и заводить серьезные отношения. Короче, влез в мою личную жизнь по самое не хочу, раздал указания и отправил работать. Вскоре мне на счет поступит круглая сумма, которую я должна буду перевести на счет Антона. Так что теперь я буду должна не коллеге, а шефу. Часть из суммы долга начальник будет понемногу забирать из моей ныне очень солидной зарплаты. Чувствую себя под колпаком.

На рабочем месте достала из кармана новенький дорогой телефон. Это начальник мне выдал «рабочий», а старый, засвеченный, сказал выбросить. И теперь вот сижу и недоумеваю. Куда я влезла? Как это вообще получилось? Ни что ведь, как говорится, не предвещало.

Ожидаемо, коллеги ближе к концу рабочего дня стали наседать, любопытствуя, чего же это мы там с Тривэ заперлись в кабинете так надолго. Отшутилась, что якобы генеральную репетицию перед грядущей презентацией проводили. Там ведь много специфического товара… который станет рекламировать в том числе и шеф. Ну и ляпнула, что проводила начальнику ликбез по использованию некоторых особо специфических предметов. Да простит меня Тривэ.

И вот, когда совсем-совсем уж ничего не предвещало, а коллеги собирались уходить, в дверях кабинета появился уже знакомый мне курьер, когда-то доставивший красную коробку с сюрпризом от Крамера. Шустрый парень бодро и уверенно направился к моему рабочему месту. Коллеги после событий сегодняшнего дня начеку и никуда не уходят. Курьер выложил на этот раз небольшую коробку, тщательно упакованную в несколько защитных пакетов, еще и запечатанную лентой с печатями. Вместо того чтобы попросить роспись в получении, сфотографировал меня с коробкой в руках. Наверное, лицо у меня на фото будет ошарашенное.

Парень, доставивший посылку, ушел быстрее, чем я смогла хоть как-то отреагировать. Смотрю на коробку, словно на бомбу. Переношу взгляд на мужчин, находящихся неподалеку и усердно делающих вид, что у них в кабинете вдруг появилось много дел.

Взяла коробку с ножницами и ушла с этим набором в туалет. На этот раз, благодаря объемам подарка, решила никому ничего не говорить и не показывать. А то в прошлый раз, да и в позапрошлый, перед Тривэ было очень стыдно. Ну и что-то любопытно стало, что же в этот раз придумал Крамер. Зашла в туалетную кабинку, где заперлась и нетерпеливо распечатала коробку. Когда я увидела ее содержимое, рука дрогнула и чуть не высыпала все прямо в туалет. А открыла я бархатную коробку, внутри которой оказался шикарный ювелирный набор. Колье и сережки. Нашла записку:

«На этот раз, дорогая, чтобы ты не ругала меня за скупость, дарю что-то более серьезное. У меня, правда, еще осталось кольцо из этого набора, но его я подарю тебе позже, при встрече. Надеюсь, этот подарок тебе больше придется по вкусу. Я выбрал черный жемчуг. Жемчуг сам по себе прекрасно идет Белоснежкам, но белый бы не соответствовал твоему образу до конца, а вот черный в самый раз. И да, я знаю, что он называет тебя Белоснежкой».

Печально вздохнула. Ну вот, опять придется идти ябедничать к шефу. Такой дорогой подарок я точно у себя не оставлю. Раз босс так не хочет, чтобы у меня были перед кем-то обязательства, пусть помогает по своим каналам вернуть подарок отправителю. Еще раз полюбовалась красивым и наверняка очень дорогостоящим комплектом, а потом решительно закрыла крышку. Померить, конечно, хочется, но это лишний соблазн. Записку от Крамера смыла в унитаз, поскольку знаю любовь шефа к чтению чужих писем. И действительно, стоило мне зайти в кабинет к начальнику и с мрачным видом продемонстрировать тому содержимое коробочки и пояснить, что это от Крамера, первый вопрос Тривэ оказался таковым:

— Записка есть?

— Нет, — я была готова к вопросу, поэтому ответила быстро и уверенно. Василиск посмотрел на меня пристально и придирчиво.

— Мария, вы мне врете, — не вопрос, утверждение.

— Вовсе нет, — опустила глаза и почувствовала, как начинаю неудержимо краснеть. Не умела врать, так лучше бы и не начинала.

— Где записка?

— Не было ничего, — если уж начала врать, то надо стоять на своем.

— Мария, вы не умеете врать.

— Я знаю.

— Где?

— Уничтожена.

— Что там было?

— Вам еще рано знать о таких вещах, — месть, сладкая и долгожданная. Пусть теперь Тиран мучается от любопытства.

Шеф прищурился нехорошо. Наверняка о плетке задумался.

— Мария, вы понимаете, что ходите по краю?

— Владимир Витальевич, а зачем вы Крамеру сказали про мое прозвище?

Василиск подобрался.

— В личном разговоре Давид упомянул, что дал вам свое прозвище, но я объяснил, что оно у вас и так есть.

— А он какое дал? — заинтересовалась я. Что-то тут у всех столько прозвищ.

Василиск посмотрел на меня осуждающе, словно я что-то неприличное спросила.

— Не скажете?

— Если просветите меня относительно содержания послания, скажу.

Э, нет. В данном случае шефу куда любопытнее, чем мне, так что пусть страдает, как я когда-то.

— Владимир Витальевич, вы поможете мне вернуть этот комплект украшений?

Начальник почему-то не торопится с ответом и долго рассматривает жемчуг, затем подхватывает колье и пропускает между пальцев.

— Вы мерили украшения? — задал странный вопрос начальник.

— Нет, зачем?

— Примерьте.

Я в ступоре.

— Для чего?

— Вам самой не любопытно?

— Нет.

— А мне да. У Крамера должен быть хороший вкус. Наденьте, пожалуйста, — Владимир протягивает мне колье. — В этом ведь ничего такого нет.

Ну, раз так вежливо просят, да и правда, ничего такого в этом нет. Протягиваю руку к колье, черный жемчуг завораживающе скользит по широкой мужской ладони и пальцам. Владимир на меня сейчас так смотрит, что простая примерка уже не кажется мне хорошей идеей. Ощущения такие же, как когда я доставала из красной коробки — второго презента Крамера, кружевное нижнее белье (кстати, прямо точно моего размера). Убираю волосы набок и пытаюсь на ощупь застегнуть ожерелье.

— Помочь? — как-то так очень напряженно спрашивает Владимир. Я и сама очень напряжена, и чего уж там, вся атмосфера кабинета словно заряжена этим самым напряжением. Блин.

Кое-как, наконец, удалось застегнуть ожерелье. Повернулась к начальнику, продемонстрировала серьезному Василиску украшение.

— Сережки не буду надевать, — пробурчала я. Не нравится мне все это.

Вышла в приемную. Даша уже ушла домой, и я воспользовалась ее зеркалом, спрятанным в шкафу. Ну… красиво. Очень красиво. И действительно до обидного невероятно мне идет под новый образ. Ряды черного жемчуга красиво опоясывают шею, напоминаю сама себе Клеопатру. Именно такого эффекта и хотел добиться стилист. Дабы лучше рассмотреть, как сидит ожерелье, расстегнула дополнительно пару пуговок на блузке.

— Вам очень идет, — раздался за моей спиной голос шефа.

Ой. В зеркале отразился начальник. Поспешно закрыла дверцу шкафа и привела одежду в порядок, а ожерелье сняла.

— Знаете, я подумал вот о чем. Украшения можете оставить у себя.

— Как это?

— Давид нанес вам моральный ущерб сегодня. Полагаю, это достойная плата.

— Мне так не кажется.

— Как хотите.

Василиск забирает у меня ожерелье.

— А вы передадите подарок обратно Крамеру? — в моем голосе проскользнули нотки сомнения.

— Вы мне не доверяете?

— Доверяю. — Наверное.

— Не переживайте, уже сегодня украшения будут у отправителя с пояснительным письмом от меня. Больше Давид вас не станет беспокоить.

Интересно, слова-то приличные в том письме будут?

— Мария.

— Да?

— Едем домой?

Хм, как звучит-то.

— Мне нужно заехать к себе. Раз уж я переселяюсь, то нужно собрать вещи.

Шеф поморщился, но потом решительно произнес:

— Хорошо, едем. Я вас отвезу.

— Да ну зачем. Я лучше туда на метро, так быстрее, а то сейчас наверняка дикие пробки, а обратно с вещами уже на такси. Не волнуйтесь, езжайте лучше к Матвею. Наверняка мальчик скучает.

— Нет, Мария, больше я вас одну не отпущу, тем более на общественном транспорте. Такси, знаете ли, тоже определенный риск. Да, Матвею придется подождать, зато, думаю, ожидание будет награждено, когда я привезу ему вас.

Впервые чувствую себя чьим-то подарком.

— Когда выезжаем?

— Сейчас. Собирайтесь.

Ура!

Коллеги уже ушли. Собралась со скоростью метеора, попрощалась с резиновой Зиной и уже у лифта, где меня дожидался шеф, озадачилась:

— Владимир Витальевич, может, нам по раздельности выйти? А потом вы меня где-нибудь по дороге подберете. В другие дни, понятно, буду до метро доходить, ехать до следующей станции, а потом пешком.

— К чему такие сложности?

— Ну так увидят еще, слухи разные нехорошие пойдут.

— Вас так слухи волнуют?

— А вас нет?

— Не особо. После слухов и пересудов о том, как мою руку, сердце и прочие органы штурмует некая активная мадам Эс, меня уже ничего не пугает.

— Кстати о Мадам. Она уже очень давно не появлялась в компании. Все еще… болеет?

Василиск безразлично пожал плечами.

— Я слышал, что увольняться собирается. Во всяком случае, сейчас взяла отпуск за свой счет.

Удивленно распахнула глаза. Уволиться, когда занимаешь суперкрутую должность в компании?

— Владимир Витальевич, что вы сделали с Мариной? — мне правда вдруг стало за эту женщину страшно.

— Вам этого лучше не знать.

— Вы ее все-таки… били?

— За кого вы меня принимаете? Я предпочитаю иные методы. Лишь немного напугал.

Напугать до такого состояния, что стальная Мадам Эс готова уволиться? Сильно.

Глава 22

Поездка ко мне домой на машине, как и предполагалось, вышла очень долгая. Мы с Тривэ провели в пробках больше двух часов. Единственный плюс в данной ситуации — смогла узнать шефа получше, все-таки совместное сидение в пробке очень сближает. Так вот. Начальник, в отличие от того же Олега, например, не очень разговорчив. Не так учтив и любезен, как Антон, не такой веселый, как Стас, но и не такой ворчун, как Денис, скажем, из шефа не льется постоянно сарказм, но подколоть он все равно может. Всего в начальнике в меру, но у меня есть такое чувство, что что-то я все-таки упускаю. Невозможно ведь быть таким абсолютно нормальным, ровным и сбалансированным. А может быть, я просто придираюсь, и нет у шефа никаких подвохов в характере.

Когда приехали на место, мне до жути не хотелось звать босса к себе. После хором начальника моя кладовка — жалкое зрелище. Но меня никто не спрашивал — босс вышел из машины и пошел вслед за мной. Я попробовала что-то сказать, однако Тривэ отмел все возражения аргументами, что если он пойдет, то поможет собраться быстрее и донести вещи, а если останется, то ему будет скучно.

В моей каморочке Василиск внимательно огляделся хозяйским взглядом, чем немного напомнил мне Олега, только чинить ничего не стал, расселся на диване, включил телевизор и отдал приказ собираться. Если честно, не ожидала такого поворота событий, и что Тиран вдруг поведет себя как мой бывший муж, по вечерам всегда оккупировавший вместе со своей мамой диван и телевизор, и лишь периодически дававший мне указания и «ценные» советы, что и как надо делать.

Босс, к счастью, ничего не советовал и вообще вскоре выключил телевизор и достал планшет, только один раз попросил поторопиться и собирать больше вещей если точнее — все. Не нравится мне это. Потом возвращаться труднее будет.

— Так, Мария, вы все? — поинтересовался Василиск, выйдя ко мне в коридор, где я задумчиво оглядывала чемодан и пакеты с вещами. Вот вроде бы живу здесь всего ничего, в город приехала всего с одним полупустым чемоданом, а сейчас и чемодан забит, и вещей в пакетах хватит еще на парочку солидных чемоданов.

— Да.

— Отлично. Воду я вам перекрыл, окна закрыты.

Обратный путь прошел быстрее и веселее. Василиск как-то так расслабился, что ли, включил музыку, мы с комфортом доехали до дома шефа, и меня совершенно не напрягало молчание.

На подземной парковке, когда я и босс шли к лифту с моими пакетами и чемоданами, навстречу неожиданно вышла Крис, ведущая за руку своего Диму.

— О, Машенька, привет, — радостно поздоровалась со мной Кристина, останавливаясь и явно желая продолжить общение. Владимиру девушка кивнула, обозначая приветствие, но заговорить не решилась. Мне тоже пришлось притормозить, в то время как Тривэ ушел вперед, давая возможность нам с Крис поговорить тет-а-тет, и вызвал заодно лифт. — Вы откуда это с вещами?

— С дачи, — брякнула первое, что пришло в голову.

— А, понятно. Мы уже не ездим, закрыли сезон. Понимаю, устали, поэтому я только спросить хочу. У Димки послезавтра день рождения. В субботу празднуем в ресторане. Вы придете?

— Мы это?..

— Ну, ты с мужем и Матвей, конечно. Я хочу праздник устроить тематический. Но тему пока не выбрала. Думаю насчет пиратов или супергероев, но это как-то избито. Ну как, пойдете?

— Мне нужно посоветоваться… с папой. — Ну вот, всплыла проблема, откуда не ждали. Как я теперь скажу Крис, что я вовсе не мама, а няня? Я-то рассчитывала, что эта информация дойдет до Кристины без моего участия, и видеться с ней я больше не планировала.

— Да, конечно. Телефон у тебя мой есть. Позвонишь тогда сегодня или завтра, скажешь, ладно? А то мы места бронируем.

— Ладно.

К шефу я подошла грустная и озадаченная.

— Что-то случилось, Мария?

— Угу.

Буду сдаваться.

— Эта Кристина опять вас задирала?

— Нет, наоборот. Пригласила в выходные на день рождения.

Мы с Владимиром зашли в открывшийся лифт.

— Так в чем проблема?

Блин, как же не хочется признаваться.

— Кристина думает, что мы с вами женаты, а Матвей наш сын, — выпалила я и зажмурилась.

Молчание длилось так долго, что я не выдержала и открыла глаза. Лифт как раз успел приехать на верхний этаж. Владимир невозмутим и, кажется, погружен в какие-то свои мысли. На меня и не смотрит.

— Владимир Витальевич?

— Да?

— Что скажете?

— Я так и не понял, в чем проблема. Вы не хотите вести Матвея на день рождения того мальчика?

— Нет, я не против. Но как теперь Кристине сказать, что она все неправильно поняла? Она сама себе надумала, я просто не стала опровергать, мне было не до того, к тому же узнай она, что я не мама, а временная сиделка, отношение к Матвею могло бы и не поменяться, и мы бы на равных не общались.

— Так и скажите, значит. Или ничего не говорите, если вам так удобнее. Я уже говорил вам сегодня, что меня мало волнует, что думают остальные. Няню я предупрежу. А на день рождения можно и «семьей» сходить. Матвей не проговорится, вы, полагаю, тоже.

— Да, но это пока я здесь работаю няней, а что потом?

— Потом может быть все что угодно. Через полгода поездка в Китай намечена. Да и тем более, дело уже сделано, вы сами допустили эти мысли у Кристины и остальных.

Опустила взгляд в пол. Надо же как все закрутилось. Чувствую себя крайне неловко, даже несмотря на спокойную реакцию шефа. Кажется, Тривэ еще и старательно пытается не улыбаться и прячет от меня лицо из-за этого, но я уже заметила.

Тихо следую за шефом. Надо до конца вечера быть неприметной и обойтись без приключений, а то этот день бьет рекорды по сюрпризам. Владимир только подошел к двери, а за ней уже слышен приглушенный собачий лай — Коуч встречает. И вот шеф открывает, рядом с ним радостно прыгает щенок, звонкий лай которого разносится на всю площадку. Почти тут же замечаю и мнущегося у порога Матвея. Мальчик с явным волнением и надеждой в глазах заглядывает папе за спину, видит меня, и на лице ребенка отражается искренняя радость и… облегчение.

Каких сил мне стоило сдержаться и не разрыдаться прямо в коридоре — Матвей меня ждал и надеялся, что приду. Я эгоистично хотела закрыть свое сердце на замки, в то время как мальчик без каких-либо сомнений и опаски открыл мне свое. Меня буквально колотит от осознания того, что если бы я сегодня не вернулась, разбила бы то хрупкое доверие, что подарил мне Матвей, а мальчик бы в очередной раз столкнулся с неприглядной взрослой реальностью. Именно сейчас я поняла, что все сделала правильно, и ни о чем жалеть не буду, даже, когда сердце будет кровью обливаться в момент расставания с мальчиком. А этот момент когда-нибудь все равно наступит. Но сейчас ведь не расставание. Присела на корточки и распахнула объятия. Матвей не ринулся ко мне, но спокойно подошел и с улыбкой обнял. Тут же налетел и желтый неугомонный хвостатый шар, который тоже любит обниматься. Как же приятно возвращаться туда, где тебя очень и очень сильно ждут.

Остаток вечера прошел удивительно хорошо и комфортно для меня. Матвей рядом, Коуч, вкусным ужином накормили. Даже поиграть немного успели, но потом шеф пошел укладывать сына спать. Предложила свою помощь, но Владимир отказался. Так что пока обязанности няни нисколько не напрягают, даже наоборот, я вообще не чувствую, что это обязанности.

Приняла ванную перед сном. Увы, санузел теперь не вплотную к спальне, так что иду к себе, переодевшись пижаму, на этот раз с поросятами, причем очень приличную — длинные штаны, полноценная кофта, еще и сверху накинула халат длиной ниже колен. Комната Матвея как раз ведь напротив моей, прохожу мимо, вижу свет из-под двери. Дверь немножечко приоткрыта, и я не могу отказать себе. Тихо подхожу. Интересно, как Владимир укладывает Матвея. Читает сказки? Сам рассказывает истории? Заглянула. Босс поправляет одеяло на мальчике.

— Ну вот, закрывай глаза и ничего не бойся, — Владимир осторожно и ласково убирает с глаз ребенка челку. Матвея мне видно плохо, но шеф как на ладони. — Она будет с нами. Я ведь обещал тебе, а я всегда выполняю обещания. Только скажи, чего хочешь… Скажешь?

Матвей молчит, но из-под одеяла появляется детская ручка, которая касается папиной большой ладони. Отошла двери. Трогательно, и в то же время… Владимир пообещал Матвею меня? Как вещь какую— то? Да и вообще, как можно такое обещать? А если бы я не согласилась? А я бы и не согласилась ни за какие деньги, если бы не утреннее происшествие с Крамером.