Вынужденная помощница для тирана Свободина Виктория

Глава 25

После работы к Матвею буквально летела. Шеф сам вызвал меня и отпустил в приказном порядке в шесть часов, поскольку няне стало плохо и необходимо срочно ее подменить. Матвей, жутко довольный и уже одетый по-уличному, встретил меня прямо у двери, взял за руку и повел гулять. Помнит мое обещание. До прихода нянь у нас есть чуть больше двух часов, папа разрешил выйти вместе с охраной погулять в кафе. И что еще для счастья надо?

Мы чудесно погуляли, правда, в детском кафе стали более заметны отличия мальчика от остальных ребят. Матвей сидел за столиком чинно и спокойно, внимательно и важно читал меню, очень аккуратно ел, сидя с серьезным лицом, в то время как ребята его возраста и секунды не могли просидеть на месте, куда больше их занимала расположенная в центре зала игровая.

Когда принесли заказанные мной и Матвеем детские молочные коктейли и фруктовый салат, мне со спины на плечо покровительственно легла чья-то рука, а бархатный голос произнес:

— Приятного аппетита.

Резко обернулась.

— Владимир Витальевич! Зачем так делать?! Я чуть не поседела.

— Извините, Мария, не подумал. Вы не против, если я присоединюсь к вашей трапезе? Еще не ужинал. Тут отбивные есть в меню?

Взглянула на детский яркий низкий столик, за которым мы с Матвеем сидим, на маленькие декоративные стульчики, которые такой мощный мужчина как Василиск наверняка способен сломать, только раз на них присев.

— Мне кажется, вряд ли тут есть такое мясо. Вот меню, — протянула боссу картонную книжку, разрисованную шариками и клоунами.

Шеф под любопытными взглядами окружающих мамочек (а тут в основном они), Матвея, ну и под моим заинтригованным, как ни в чем не бывало садится за стол. Хм. Надо же. Оказывается, Тиран может естественно и в то же время эффектно смотреться в любой обстановке, а не только в кабинете с плеткой в руках. Причем в обоих случаях ни капли не смешно. Единственное только, ноги шефа под столом не поместились, и теперь коленка шефа упирается мне в бедро, а отодвинуться особо некуда — зал в это время переполнен.

Стейка, как и предполагалось, в меню не оказалось, поэтому босс взял себе суп с мини-пельмешками, картофельную машинку с котлетами (в виде колес), дополнительно еще картофельные улыбки (то же самое, что картофель фри, только в виде улыбающихся лиц), овощную тарелку, вареники и чай. И вот такая картина: сидит за детским столиком солидный дядечка в дорогом деловом костюме, в очках, с крытыми часами, кейс опять же под ногами стоит. Ну и кушает дядя картофельную машинку. А-а-а! Шеф, за что вы так со мной? Теперь моя жизнь никогда не станет прежней, вы сломали все мои старые представления о ней.

— Мария, вы кушать хотите?

— Что? — не сразу поняла, о чем спрашивает босс — находилась в легком трансе.

— Вы так жадно смотрите на то, как я ем. Вот я и подумал. — Василиск пододвигает ко мне тарелку с улыбающейся картошкой. — Угощайтесь.

Он еще и издевается! Пока я зависла, Матвей не растерялся и забрал себе часть картофелин с папиной тарелки.

— Может, еще что-нибудь возьмете? — соблазнительным тоном и коварной улыбочкой произнес Тривэ. — Матвей?

Мальчик отрицательно покачал головой.

— Ну а вы, Мария? — начальник взял меню. — О, вот, как насчет макарошек с сыром? Или картофельный тортик с сосисками гриль? Очень завлекательно звучит.

— Нет, спасибо. Я сыта. Перед выходом пирожками угостили.

— Кто угостил? — Тиран прищурился.

Чуть коктейлем не подавилась.

— Сегодня в бухгалтерии день рождения одной дамы весьма почтенного возраста праздновали. Коллеги отметились для порядка в женском цифровом царстве как самые желанные гости и вернулись довольные, сытые и с пирожками. Владимир Витальевич, — я наклонилась ближе к шефу, почти к самому уху, и очень тихо поинтересовалась. — Шеф, а почему вы мне вопрос про пирожки задали, словно строгий прокурор. Ревнуете, да?

Настало время Тирана давиться чаем.

— Вам показалось, Мария Ивановна.

Стоило вернуться домой, как почти тут же стали звонить претендентки на роль нянь уточнять дорогу или просить, чтобы их пропустила охрана. Одна позвонила, сказала, что задерживается. Увы, как раз та, на которую я возлагала самые большие надежды в плане ее резюме, квалификации, опыта и прочих параметров.

И вот в семь часов на пороге появились две девушки. Одна совсем юная, с большой квалификацией, причем, как оказалось, как в верхней своей части, так и в нижней, а вторая девушка постарше, очень высокая, длинноногая, настоящая модель. Думаю, шеф должен оценить девушек.

Уже с порога у потенциальных нянь, когда те стали осматриваться, натуральным образом потекли слюни. Причем даже не в переносном смысле. Девушки, раскрыв рты, осматривают просторный красиво отделанный холл и останавливают на мне свои слегка замутненные шокированные взгляды. Я хотела быть приветливой и простой, но, глядя на реакцию гостей, не смогла удержаться и напустила на себя суровый вид. Благо, я до сих пор еще в рабочем костюме и выгляжу по-деловому.

— Здравствуйте, девушки. Меня зовут Мария Ивановна, я личный помощник Владимира Витальевича, как вы уже знаете, ему требуется няня для сына. Идемте, я провожу вас сначала к нему для прохождения первичного собеседования, и если все будет хорошо, вы отправитесь на собеседование к мальчику. Вы готовы?

Девушки с готовностью кивнули.

— Следуйте за мной.

Чем дальше девушки заходили вглубь дома, тем более шокированным становился их вид, а слюни уже стали на пол капать. Перед гостиной, перед тем как девушек впустить к Тривэ, я встала так, чтобы не упустить их реакцию на моего шефа. Картинно открываю двери. В зале, эффектно развалившись в кресле лицом к дверям, сидит мой босс, словно сошедший со страниц модного бизнес журнала о миллиардерах. Та, что с квалификацией большой, выронила сумку, а у второй няни реакция получше, просто челюсть отвисла, и все. Невольно загордилось своим начальником. Шикарный у меня босс, вон как в ступор способен вводить лишь одним своим видом. Я, когда приглашала девушек на собеседование, упомянула, что глава семейства вдовец, и сейчас у нянь тройной удар: богатый, одинокий, шикарный. Девушки незамужние, я специально узнавала.

— Владимир Витальевич, няни прибыли.

Шеф очень внимательно, с головы до пят оглядел новоприбывших, и няни, похоже, забыли, как дышать, замерли и с чистым восторгом глядят на Тривэ.

— Проходите и присаживайтесь, девушки, — вкрадчиво произнес босс, и так это было… не знаю, притягательно, что ли, что я сама чуть не пошла и не села, но вовремя опомнилась.

Няни шли вглубь комнаты на негнущихся ногах, правда, та, что с большой компетенцией, опомнилась быстрее и, сев в кресло, выпятила эту свою компетенцию в наиболее выгодном для будущего работодателя виде. Правильно, надо сразу все достоинства демонстрировать, но, в случае с Василиском, лучше бы она начала с ума.

Удалилась из гостиной, дабы не мешать собеседованию. Шеф решил принять обеих девушек сразу, чтобы не терять зря времени. Ну а я тихо радуюсь, что это не я там прохожу собеседование. Еще одно собеседование у Тирана я бы не выдержала. Первого хватило с лихвой.

Прошло уже полчаса, а шеф все не вызывает меня обратно. Если честно, я была почти уверена, что няни вскоре покинут дом, но, похоже, все складывается наилучшим образом, начальник заинтересовался. Не выдержала. Пошла проверять, не съел ли там Василиск бедных нянюшек. Тихонько открываю дверь гостиной. О, не съел. Живы девы, сидят, как мышки, и с восторгом заглядывают моему шефу в рот, а босс все так же расслабленно сидит в кресле и вещает об условиях труда.

— Вы же понимаете, девушки. Уход за моим сыном должен быть наилучший, вы должны будете обеспечить ему всестороннее развитие и бесконечную заботу. Но сыном ваши обязанности не ограничатся. Вы готовы к тому, что ваши обязанности, хм, будут расширены? Порой мне вечерами бывает одиноко в этом большом доме. Хочется… хорошую собеседницу. Вы готовы на это пойти?

Девушки с готовностью отвечают:

— Да.

— Да!

Я в легком шоке. Тиран этак с ленцой самоуверенно улыбнулся.

— Но много собеседниц мне не нужно. Сначала решит мой сын. Если ему понравится только одна из вас, то на этом выбор закончится, ну а если обе, то и приняты будете вдвоем, а я уже сам решу, кто будет иметь дополнительные обязанности.

Ого-го. А шеф палку не перегибает?

— Мария.

— Да, Владимир Витальевич? — Вхожу в гостиную. Оказывается, шеф меня заметил. Неудобно получилось, поскольку заглядывала я практически в щелочку. Босс следил за дверью?

— Проводите Анну к Матвею и проследите за тем, как он примет няню, потом мне доложите.

Анна — эта та, что с квалификацией.

— А Ангелина?

— Будем соблюдать очередность. Ангелина пока побудет здесь.

Тиран бросил на модель хищный взгляд, и та буквально затрепетала от радости и может быть еще от чего. Ой, это что, босс прямо сейчас няню для скрашивания вечеров тестировать будет? Разврат!

Делать нечего, повела Анну к Матвею. Настроение убивательное. Хочется пойти и устроить Тирану скандал с громким хлопаньем дверью. Нет, я не ревную, просто возмущена моральными устоями своего начальника. Нет, конечно, подыскивая няню, я, возможно, нечто подобное для Тривэ и подразумевала, но не так представляла. Не ожидала, что все будет так цинично. Впрочем, мне-то Тривэ тоже примерно в такой форме сделал предложение оказывать ему ряд услуг.

Уже первые десять минут пребывания Анны с мальчиком показали, что девушка не подойдет. Нет, Анна в плане обращения с ребенком хорошая, ласковая, еще и, будучи так замотивирована, с Матвея чуть ли не пылинки сдувает, был бы у нее хвост, завиляла бы им. Но вот настоящей квалификации никакой, как и опыта. Анна противненько так сюсюкает с Матвеем, словно с младенцем, шумная, суетливая, и сам мальчик смотрит на няню, как на дурочку. Когда няня попыталась занять ребенка рисованием, тот и вовсе отвернулся от нее и ушел в дальний конец комнаты, там сел на пол, взял в руки машинку и уткнулся взглядом в пол. Все последующие попытки няни найти контакт с мальчиком ни к чему не привели. Матвей замкнулся и никак не реагировал на внешний раздражитель в виде новой тети. Девушка в какой-то момент отчаялась настолько, что схватила ребенка за плечо и развернула к себе, буквально заставляя его смотреть на себя. Ну, в общем все. Терпение мое иссякло.

— Анна, спасибо вам. Идемте.

Девица недовольно поморщилась, и ее лицо вдруг стало прямо неприятным, и это убавило девушке еще очков.

— Можно еще немного?

— Нет, идемте, сейчас очередь Ангелины.

Матвей остался в детской, а я повела няню обратно в гостиную. Стоило мне и Анне подойти к дверям нужной комнаты, как двери сами резко распахнулись, и из комнаты с безумным взглядом и испуганным лицом выскочила совершенно голая Ангелина. Девушка пулей пронеслась мимо нас с Анной. В руках убегающей няни я заметила ворох одежды. Мы с Анной в шоке и робко застыли на пороге гостиной.

— Проходите, — ледяным тоном приказал Тиран, сам попутно кому-то звоня по телефону.

Мы с няней неуверенно переглянулись и все-таки вошли.

— Алло, Тимур. Тут где-то в квартире голая девушка бегает. Найди ее и выпроводи. Что? Нет, одеться дай.

Тиран убрал телефон и остановил тяжелый взгляд на Анне. Девушка испуганно сжалась и так осторожно придвинулась ко мне, словно ища защиту. Ну-ну.

— Мария Ивановна, как Матвей принял Анну?

— Ну, пока не очень, но в дальнейшем есть надежда, что…

— Нет. Матвей за достаточно короткий временной период определяет, подходит ли ему тот или иной взрослый для контакта. Анна, спасибо, что пришли, но вы не подходите. До свидания. Мария, проводите няню.

Надо сказать, что Аня особо не расстроилась и довольно резво пошла за мной к выходу. Я быстро вернулась в гостиную, так как любопытство замучило. Присела в свободное кресло.

— Владимир, а что у вас тут произошло с Ангелиной?

— Вскоре после того, как вы с Анной ушли, эта няня начала до меня грязно домогаться и оголяться. Мне пришлось сделать ей замечание и прогнать.

Как-то не верится, что все было именно так, во всяком случае из уст Тирана все звучит подозрительно просто.

— И что, вот прям так ни с того ни с сего начала?

— Да.

— Ну, может, вы ей намек какой дали? Что вот прямо сейчас хотите себе вечер скрасить.

— А какая разница, Мария? Важен результат. Как можно прийти на первое собеседование, в первый раз в жизни увидеть человека и ради какой-то выгоды предлагать ему себя? Это с головой там что-то не в порядке, или с совестью и воспитанием, и, значит, к Матвею такую девушку подпускать нельзя.

— Кхм. То есть предложить деловые интимные отношения — это у вас проверка такая? И если бы я согласилась, вы бы меня выгнали?

Шеф окинул меня непроницаемым взглядом.

— Ну, во-первых, Мария, мы с вами на момент моего вам предложения уже не первый день были знакомы, а во-вторых, вы отказались, так что как бы я поступил тогда, вы никогда теперь не узнаете.

— Так нечестно! — я возмутилась, на что Владимир лишь пожал плечами.

— Кстати, вы вроде предлагали мне трех молоденьких нянь посмотреть. Где третья?

— Она задерживается, но что-то мне подсказывает, что уже не приедет.

— Как печально. Больше никого на сегодня нет?

— Есть. Как вы и просили, отдельно в половину девятого подъедет еще одна няня. Не молоденькая.

— Хорошо.

В точно назначенное время на пороге квартиры появилась женщина. Пятьдесят один год, есть дети и внуки, но живут в другом городе. Солидный стаж работы в детских дошкольных учреждениях. Антонина понравилась мне сразу. Спокойный характер, но в то же время энергичная, улыбчивая. По сторонам Нина (так няня попросила ее называть) не оглядывалась дико, слюни у нее не текли, почти не удивлялась. Как пояснила мне женщина, в агентстве элитных нянь она уже давно, приходилось работать в очень богатых семьях, так что, полагаю, может, и не такое богатство видела. Шефа новая претендентка вполне устроила, да и Матвей принял новую няню достаточно спокойно. Особой радости не проявил, но и открытого протеста тоже.

Договорились, что, поскольку у прежней няни случился рецидив, она сможет завтра прийти, но только на пару часиков, и Антонина приступит к своим обязанностям уже завтра, и если с мальчиком будет трудно или возникнут какие-то вопросы, будет звонить мне или отцу сразу.

После второго за вечер легкого ужина уложила Матвея спать и, проходя мимо гостиной с камином, заметила там босса. Зашла и робко присела в кресло рядом с диваном, на котором расположился шеф с планшетом.

— Владимир Витальевич, доброй ночи. Я Матвея спать уложила.

— Хорошо, Мария.

Начальник отложил свой планшет и перевел взгляд на меня. Взгляд внимательный, изучающий, долгий и нескромный. Буквально ощущаю, как атмосфера в комнате знакомо сгустилась. Вновь в воздухе неуловимо витает напряжение. Полумрак, камин, он, она… Так, надо взбодриться, а то поплыла что-то.

— Скажите, если у Матвея все сложится с новой няней, я ведь стану особо не нужна?

— К чему вы клоните, Мария?

— Ни к чему, просто не вечно же Крамер будет проявлять ко мне интерес.

— А как вы узнаете, прошел интерес Крамера или нет?

— Ну… по подаркам. Как только перестанет что-либо присылать, можно расслабиться.

— Да, разумно. Только кое-где вы ошибаетесь. Вы не перестанете быть нужной Матвею. Думаю, вы и сами уже заметили, что мальчик сильно к вам привязался и с готовностью идет на контакт.

— И что делать?

Тиран склонил голову набок. Теперь его взгляд стал оценивающим и каким-то пугающим.

— Я и сам думаю над этим вопросом. Мне нужно некоторое время для принятия решения.

По спине побежали мурашки.

— Какого решения? — осторожно интересуюсь.

Владимир отвернулся, разрывая контакт взглядов.

— Пока точно не могу сказать.

Ладно, переведем тему.

— Владимир, может, не надо было так с той няней? Как-то это все вышло некрасиво. Я вас не отчитываю, просто не понимаю, зачем.

Мужчина пожал плечами.

— Это помогло быстро раскрыть человека. Если бы я действовал мягко и благородно, на это понадобилось бы куда больше времени. А я ценю свое время. Кстати, заметили? Вы сейчас очень мило скрашиваете мой одинокий вечер. Если вы еще наконец все-таки пересядете ко мне на диван, будет еще лучше.

Густо покраснела. Загорелись даже уши. Поспешно встала.

— Доброй ночи, Владимир Витальевич.

— И вам, Мария Ивановна.

До конца недели я носилась как белка в колесе. Подготовка презентации заняла уйму времени, а мне еще ведь и обычной рабочей деятельностью надо было заниматься. Зато должны приехать заказчики не только из города и окрестностей, но даже из других городов представители компаний прибудут. Мероприятие получается очень серьезное, из нашего руководства, прознав о презентации, тоже кое-кто изъявил желание пойти, из-за чего мне добавили средств в бюджет (мне кажется, нашли достойный повод хорошо, да еще и с выгодой развлечься). Так что презентация становится все более серьезным событием, а мой мандраж растет. Теперь плохо сплю ночами, прорабатываю все детали и программу вечера.

Одно хорошо, Матвей относительно хорошо принял няню, ну и я сама с ней нашла общий язык. Действительно очень приятная, такая теплая, что ли, женщина, вдобавок ко всему, очень современная, ну и самое главное, вообще со мной не спорит. Я и отец мальчика у нее за главных, если говорим, что сделать, она делает беспрекословно, но если уж ей кажется, что то или иное требование некорректно, очень мягко объясняет свою позицию, не указывая, а именно ставя в известность по поводу своего мнения. С Матвеем Антонине все же пока сложновато. Когда она ведет себя с ним мягко, он делает, что хочет, ее совершенно не слушая, если пытается быть строгой — сразу тотальная обида и полная замкнутость. В этих случаях Матвей сразу мне набирает (мой номер теперь первый в его телефонной книжке) и обиженно сопит в трубку. Жалуется мне так.

С шефом у нас обозначился нейтралитет. Стараюсь вообще босса по минимуму видеть, но что-то не получается. И вот, наконец, настал день, которого я боялась и ждала. День презентации.

Глава 26

Осторожно выглянула из-за кулис. Вот это толпа. Я задыхаюсь от паники. Только сейчас осознала печальный факт — у меня боязнь сцены. Руки и ноги немеют, сердце вот-вот готово выскочить из груди. Я опозорюсь. Наверняка опять от волнения включится косноязычие. Уже сейчас чувствую спазм в горле. Надо выпить! Нет, нельзя. Иначе все станет еще хуже. Хуже онемевшей Белоснежки может быть только неадекватная, пошатывающаяся на ходу Белоснежка с заплетающимся языком.

Отошла от сцены в темный пустой коридор. Дрожащими руками роюсь в сумочке в поисках успокоительного. Ну а вдруг найду, хотя ничего кроме ношпы у меня в этой сумке из лекарств не водилось. Надежда на чудо всегда живет в моей душе. Чудо пришло с другой стороны.

— Мария, у вас все в порядке?

Резко обернулась и тут же уткнулась носом в рубашку шефа. Василиск близко, и отходить что-то не стремится. Я не смущаюсь, мне не до того.

— Нет, не все, — сходу призналась я. — Я боюсь. Жутко. Можно я уеду?

— Я знаю способ, как перестать бояться.

— Какой?

— Надо переключиться.

— Как, например?

— Вот так.

Василиск одной рукой обнял меня за талию, с силой прижимая к себе, а другую запустил в волосы, схватив их так, что моя голова задралась вверх. Я и пикнуть не успела. Тиран, не спрашивая, наклонился и поцеловал меня.

ТИРАН

На автомате потираю щеку и просто не могу заставить себя перестать широко самодовольно улыбаться. Удалось застать Белоснежку врасплох. Такую красивую, трогательную, напуганную. Я честно держался довольно долгий, по моему мнению, срок, хотел дать Маше время освоиться, привыкнуть, своим спокойствием и безразличием подразнить, поиграть на женском самолюбии, но трудно кого-то задевать безразличием, если этот кто-то старательно тебя избегает. Доходило до комичного. Приходилось вечно вызывать Марию к себе, дабы демонстрировать, какой я сдержанный и равнодушный. А сейчас терпение лопнуло. У любого мужчины в моей ситуации лопнуло бы. А еще, если бы до выхода на сцену не оставалось всего ничего, вряд ли Мария отделалась бы одним поцелуем. Ну, ничего, дома вечером можно все наверстать.

Моя улыбка стала еще шире. Неприлично, наверное, так улыбаться, уже люди косятся. И ведь как сильно Маша поначалу сопротивлялась поцелую, словно дикая маленькая кошка вырывалась, но от этого вкус победы и ее капитуляция стали еще слаще. У меня все в душе, и не только в душе, поднимается от воспоминания о том моменте, когда она замерла, а потом сама обняла меня за шею, став пылко отвечать. До сих пор из крови не может выйти адреналин. Полутемный коридор, нас могут застать в любой момент, а я не могу остановиться и позволяю себе, пока есть возможность, все больше и больше, едва не взял ее там же.

Сразу отпустить Машу не было сил, поэтому какое-то время держал ее, такую сладкую, тяжело дышащую и растерянную, в объятиях и шептал на ушко, что я с ней буду делать и как, когда вернемся домой, про ее любимую плетку тоже не забыл, вот как раз на этом моменте Мария пришла в себя и влепила мне пощечину. Надо было что-то про чувства, видимо, говорить, но как-то не до того было, да и рано.

В зале потух свет, освещение осталось только на сцене — презентация начинается. Прошел мимо охраны в свою отдельную вип-ложу с креслом, напитками и отличным видом. Чем хорошо принимать участие в организации какого-либо события — можно сразу позаботиться о личном комфорте. Заиграла музыка и на сцене появились они — телохранители. Все мои сотрудники в полном составе в черных костюмах и черных солнечных очках. Гномы хорошо отыграли свою роль: каменные лица, чеканный шаг, позы продуманы и полностью имитируют движения настоящей охраны. Несколько движений под музыку, и женщины в зале томно вздыхают. Плотный ряд мужских тел раздвигается, и появляется она. Черные волосы убраны назад красным ободком, ярко красные пухлые губы притягивают взгляд, синее блестящее платье до колен плотно обтягивает фигуру-песочные часы, а белый строгий воротничок у, казалось бы, такого же строгого платья, лишь еще больше будоражит воображение. Молочно-белая кожа Марии кажется такой нежной, тонкой, чувствительной и тоже привлекает взгляд. Туфли Маша выбрала на нереально высокой шпильке, синие, с красной подошвой. И вот тут я всерьез задумался. Видел же ее за кулисами в таком виде. Надо было не успокаивать, а увезти домой. Презентация, конечно, взорвалась бы, но никто в зале не смотрел бы на исключительно мою Белоснежку жадными, сальными взглядами. Как будто гномов и Крамера мне было мало.

А Мария великолепна. Спина прямая, походка хищницы, взгляд томный, с поволокой и одновременно строгий (исключительно благодаря моему закулисному способу избавления от страхов). В руках у девушки плетка, причем ее Мария одолжила у меня. Взгляд от сцены отрывать не хочется. За Машей действительно интересно наблюдать. То, как она говорит, подает информацию. Слушать одно удовольствие, а смотреть тем более. Одно я могу сказать совершенно определенно. Бывший муж Марии такой дура-а-ак.

Самое интересное начинается чуть позже, когда мачо-гномы уходят, Мария остается с микрофоном неподалеку, и под медленную музыку в зал выплывает нанятая девушка в костюме горничной. Впереди себя она толкает тележку, уставленную самыми разнообразными агрегатами для нескучной интимной жизни. Недолгий танец «уборщицы» для распаления и приковывания внимания к товару со стороны публики, и музыка затихает, а Мария недрогнувшим, хорошо поставленным голосом начинает расписывать товар. Единственное, что выдает волнение Белоснежки, — это ярко алеющие щеки. Наслаждаюсь зрелищем.

Товар расписывается тщательно. Выбраны только лучшие новинки индустрии интимной сферы. Нанятая девушка поочередно демонстрирует каждый товар, иногда, если возможно, демонстрирует, как он должен применяться на практике. Через какое-то время горничная продемонстрировала все, что могла, и укатила свою тележку. Но на этом презентация не закончилась. Вскоре вышла еще одна девушка, на этот раз в костюме стюардессы, но красивая девушка быстро потерялась на фоне выносимого для рекламы товара. Едва сдерживаю хохот. Бедная Маша. Судя по реакции публики, аплодисментам и одобрительным шепоткам, презентация приглашенным более чем нравится. Внимание всех присутствующих приковано к сцене.

Оперся рукой на подлокотник кресла и прикрыл глаза рукой, но все равно сквозь пальцы слежу за действом. На сцену одну за одной выносят кукол. Это совсем новая серия, почти полная схожесть с человеком и его параметрами, очень реалистичные манекены, даже на ощупь очень похожи на человека. Знаю, сам проверял, когда новинки стали приходить на склад. Исключительно в познавательных целях. Куклы на любой вкус, еще и с разнообразными функциями. Сейчас, например, на сцену вынесли куклу-парня, и у него в комплекте несколько съемных орудий труда. Эти манекены — дорогая игрушка. Чем больше функций, тем дороже. Вот парень этот стоит как среднестатистическая иномарка, а потому продать его непросто, а у нас еще и оптовые продажи.

Мария вновь недрогнувшим голосом начинает рассказывать о товарах и их особенностях, заигрывает с публикой, предлагая нескольким добровольцам из зала выйти и проверить, каковы куклы на ощупь.

— Извините, в зале так душно и тесно, а у меня шпильки. Я заметила, что у вас тут свободное кресло. Могу я присесть?

Повернулся и встретился взглядом с молодой губастой блондинкой, глядящей на меня с мольбой в больших ярко-голубых глазах. Барышню эту я, кстати, знаю. Несмотря на кажущуюся безобидность, Алла Андреевна Раскова владеет несколькими небольшими интимными магазинами и сетью салонов красоты, правит которыми стальной рукой. Несмотря на то, что лично с Аллой раньше был незнаком, наслышан о ней. Хороший потенциальный заказчик для Марии, поэтому просто посылать ее быстро и далеко будет нехорошо. Маша так старалась.

— Алла Андреевна, что же вы делаете в зале, если можете пройти в отдельную зону для вип-гостей?

— Ох, только не надо по отчеству! Я еще не такая старая. А в той зоне компания скучная компания собралась. Одни мужланы, пускающие слюни на сцену.

Невольно бросил взгляд на сцену, где Маша орудует плеткой, словно указкой, указывая на те или иные части кукол и рассказывая о их технических особенностях. Двое вышедших из зала зрителей смотрят на Марию голодными взорами и действительно вот-вот слюни у них потекут. Наверное, все-таки плохая идея была с этой презентацией. Заказчиков-то у Марии явно прибавится, но наверняка большинство будут настаивать на личных встречах при заказах. Хм. Думаю, скоро Марию ждет перевод.

МАРИЯ

С облегчением смотрю вслед уходящим испытателям натуральности презентуемых манекенов. Для себя поняла одно: больше никаких крупных презентаций. Испытание еще то. В который раз ловлю себя на том, что нервно тереблю плетку. Одни сплошные стрессы. И губы до сих пор горят. То и дело переношусь мыслями от текущего дела к тому поцелую. Это было возмутительно. Что за наглость такая? В животе все сжалось тугим узлом от удовольствия. Жесткие требовательные губы, не менее жесткий, властный поцелуй, очень быстро превратившийся в страстный и такой жадный. Нет, все-таки Василиск окончательно перешел границу. Такое недопустимо. Сейчас поцелуй, а что потом? Тоже спрашивать не будет? И что делать? Уходить. Ну а Матвей как? А я как?

Ноги до сих пор подкашиваются, а настроение злое, но при этом хочется порхать и улыбаться. Так я сама себе еще в жизни не противоречила. Но я ни за что не стану няней на дому с широким спектром услуг. Хоть мне больше и не нужны серьезные отношения — выработалась аллергия, но и настолько легкие тоже.

Невольно, в который раз, бросаю взгляд из-под ресниц туда, где сидит мой босс, и застываю. Вместе с шефом сидит какая-то ботоксная блондинка. Не рядом, хочу заметить, сидит, а на коленях у Василиска, и они целуются! Целуются!

Так. Ага… угу. Вот бабник. Жаль, лицо шефа эта… эта… мадам закрывает. Я бы посмотрела в бесстыжие глаза босса. Хотя чего смотреть. Ну помог мне начальник «снять стресс» как мог. Никто никому ничего не должен, все взрослые люди. Нет, все равно козел.

Все оставшееся до конца презентации время старательно не смотрела в ту сторону, где сидит Тиран, и только тогда, когда на финальный танец вышли три нанятые девушку в костюмах горничной, стюардессы и медсестры, я, удаляясь со сцены, все же кинула взгляд туда, куда нельзя, но шефа в его ложе уже не оказалось. Как и блондинки.

Быстро переоделась в свежее, выглядящее чуть более деловым и серьезным белое платье, а то в синем под прожектором сопрела, и заменила туфли на шпильках на более удобные лодочки. Времени на сантименты и отдых нет, пора идти работать.

Стоило мне выйти в зал, где уже включили свет и открыли столы с закусками, как я тут же попала в окружение, и, судя по настрою, гости рвутся не только общаться, но и заключать контракты. Желающих сотрудничать слишком много, надо подключать моих коллег.

Деловая часть вечера прошла просто отлично. Теперь вся следующая неделя у меня расписана встречами с заказчиками. Успели заключить сразу несколько очень выгодных договоров здесь и сейчас. Многие заказчики пожелали лично отобрать себе товар со склада, так что придется поездить из офиса сюда, в складскую зону, но это хорошо. Хуже, когда заказов и работы совсем нет. Ну, можно сказать, что я могла бы быть счастлива. Переговоры окончены. Скоро включат фоновую музыку, гости смогут пообщаться, посмотреть поближе и потрогать товар, который мы выставили по периметру всего зала. Но несмотря на это, ни счастья, ни радости я не ощущаю. Свербит в душе что-то неприятно, и все из-за некоторых кобелистых личностей.

Вытащила из сумочки телефон. Надо Матвею позвонить, как он там с няней. Мне на плечи легли чьи-то тяжелые и явно мужские руки. Вот опять Тривэ со спины подходит и пугает! Ну я сейчас!.. Резко оборачиваюсь, готовясь высказать все, что думаю о бессовестном начальнике, но тут же рот захлопываю. Рядом со мной, улыбаясь во все свои тридцать два ослепительно-белых зуба, стоит Давид Матвеевич Крамер. Я пискнула и попыталась убежать. Крамер схватил за талию и привлек к себе. Блин, скандал мне тут точно не нужен, но…

— Отпустите, иначе закричу.

— Да ладно вам, Мария. Что я вам сделаю? В зале полно народа.

— Что вам надо от меня?

— Пообщаться. Я соскучился.

— Руки уберите.

— Если убегать не будете, то уберу.

— Если вы на меня набрасываться или пытаться похитить больше не станете, то пока убегать не буду.

«Пока» — понятие растяжимое.

— Хм… Нет, мне так не нравится.