Таинственная помощница для чужака Свободина Виктория

Глава 17

Я вновь в машине своего начальника. Нервничаю, потому как заметила, что едем мы целеустремленно куда-то за город. Шеф даже свой навигатор отключил, поскольку, судя по всему, отлично знает дорогу. Чем темнее становится и чем дальше от родного дома мы удаляемся, тем сильнее я напрягаюсь. А босс ничего, ему-то что, сидит расслабленный, чуть ли не насвистывает.

Начала думать, что лучше: тайно написать маме предупреждение, что меня украл один конь ретивый, и пусть звонит в полицию, или на ближайшем светофоре пробовать драться и выпрыгивать из машины. Но тут мы заехали в частный пригородный охраняемый поселок.

— Где мы? Куда мы? — взволнованно спрашиваю я.

— Леся, вот почему ты настолько меня боишься, м? Кроме того поцелуя у тебя есть основания мне не доверять? Мы работаем вместе, твоя мама знает, с кем ты. В конце концов, мы начали официально встречаться. Что еще нужно, чтобы ты стала мне доверять?

— Поцелуй — довольно серьезное основание. И я разве согласилась официально встречаться?

Герарди аж притормозил, и как он на меня посмотрел! Такое возмущение. Прямо одно удовольствие смотреть. Пожала плечами, мол, ничего не знаю.

— Ла-адно, — взяв себя в руки, произнес шеф, и мы снова поехали.

— Так где мы? — вновь спрашиваю я с изрядной долей нервозности, наблюдая за тем, как отъезжают автоматические ворота перед внушительным особняком.

Машина плавно въезжает на участок и почти сразу ныряет в темное нутро подземного гаража. Ужастик прямо.

— У меня дома, — как ни в чем не бывало отвечает мужчина.

— Ты же сказал, что мы поедем на прогулку? — вот, думаю, теперь точно можно паниковать.

— Так и есть. Только сменим рабочую машину на прогулочную.

Машина затормозила. Александр выключил фары и на пару мгновений все погрузилось в кромешную тьму. Ощущаю касание мужской руки — босс крепко сжал мою руку.

— Даже и не хочется свет включать, — прокомментировал мужчина. Но вот тихий сигнал брелока, и подземный гараж заливает свет.

«Прогулочную» машину я заметила сразу. Просто такое авто не может не притягивать взгляд. Великолепный, хищный, совершенный красный феррари. В какой-то момент что-то щелкнуло в голове, и я поняла. Вот они, мои алые паруса.

Когда, наконец, сумела оторвать взгляд от автомобиля, повернулась к Александру.

— Класс! Машина потрясающая.

Начальник все еще крепко держит мою руку и смотрит вовсе не на машину, он разглядывает меня — внимательно, пристально, изучающе. Тишина стала многозначительной. В такие моменты во всех фильмах у героев случается поцелуй. Смущенно ерзаю на сидении.

— Так что, пересаживаемся? — с улыбкой спрашивает шеф, не делая абсолютно никаких попыток меня поцеловать.

— Да!

Меня охватило радостное предвкушение, и Герарди не подвел. В красной машине мужчина, как только мы выехали за пределы сонного поселка, включил на полную мощь заводную музыку, авто утробно заурчало и полетело навстречу ночи. У меня дыхание перехватило от восторга и адреналина. Ноги как ватные, сердце быстро стучит. Незабываемо.

Я думала, лучше быть не может, но на подъезде к городу Алессандро сбросил скорость, зато верх машины плавно убрался. Ночь теплая, почти летняя, можно позволить такое удовольствие. Улыбка с моего лица не сходит. Лишь в городе, когда мы выехали на большую трассу, шеф вновь вернул крышу авто на место и переключил музыку, теперь в салоне играет тихий приятный и расслабляющий мотив.

Все время за рулем, когда была такая возможность, начальник держал меня за руку. И для себя я отметила главное — я привыкаю. Действительно привыкаю к этому мужчине. Мне нравится ощущать тепло его руки, его силу, его уверенность. На самом деле ощущения головокружительные.

— Сейчас заедем ненадолго на заправку, хорошо? — интересуется у меня шеф.

— Конечно.

Мы вскоре действительно заехали на заправку, нас тут же окружили работники станции, оценивающе разглядывая красивый автомобиль. Александр ушел оплачивать бензин, а я осталась одна. Не знаю, что меня дернуло, может, старая привычка, но от делать нечего на секунду зашла в чат, проверить, не было ли мне новых сообщений.

Сообщений не было, но, стоило мне зайти, и мне тут же написал Анри. Что он делает здесь в это неурочное время?

— Привет, Пай.

Блин, блин, блин! Отвечать или выйти? Сразу же выйти будет некрасиво. Но отвечать в такой момент совсем не хочется, при всем при том чувствую себя чуть ли не изменщицей, самое смешное, не знаю, кому изменяю: шефу или Анри. С Анриалом мы хоть и не встречались, но полувиртуальные свидания у нас были потрясающие, да и долгие ночные переписки не забыты.

— Привет, — после нескольких секунд колебаний все же отвечаю я.

— Почему Пай-девочка все еще не спит в столь поздний час?

Тревожно оглядываюсь, не идет ли обратно Александр, пока не видно. Если я напишу, что опять на свидании, Анри точно сочтет меня ветреным человеком.

— Анри, это не важно. Я уже писала тебе, что не готова переводить наше общение в реальное, и лучше на этом все закончить.

— Я принимаю твое решение, но не понимаю, почему мы не можем просто продолжать дружески общаться? Мне нравится с тобой переписываться, я думаю, что тебе тоже. Что в этом плохого?

Это рвет мне сердце. Кусаю губы, настроение портится, только что не плачу.

— Я так не смогу, извини.

— Хорошо. Только ответить все-таки на тот вопрос, что я тебе задал. Я лишь немного его перефразирую. Почему Пай-девочка все еще не спит в столь поздний час и сидит здесь, в чате?

Блин. Я сама не знаю, что тут делаю. Хотя нет, знаю, конечно. Скучала.

Пока думала, как лучше ответить, заметила, что босс уже выходит из здания заправки. Быстро написала:

— Извини, мне пора, — и выскочила из чата.

Шеф садится в машину. Мне на колени опускается пакет, заполненной снедью.

— Бери все, что хочется. Ночь долгая, хочется погулять. Эй, ты чего такая печальная?

— Я? Нет.

Заглядываю в пакет, а там разномастные шоколадки, чипсы, напитки, даже готовые бутерброды. Предусмотрительный какой.

Привез нас шеф в итоге на известную смотровую площадку. Все отлично. Атмосфера, люди, виды, но вот одна беда: именно здесь я впервые прятала для Анри подарок в виде вертолетика.

— Красивый вид. Недавно открыл для себя это место. — Начальник подводит меня к каменным перилам. Вид на ночной город здесь потрясающий.

Облокотилась на перила, но Александр становится не сбоку, а позади меня, и крепко обнимает за талию, прижимаясь к моей спине. Ощущения головокружительные.

И вновь босс шепчет на ушко жаркие словечки, я чувствую, как его руки проникают мне под джинсовую ветровку, гладят живот, внутри которого от всех этих действий словно расцветает огненный томительный цветок. Я смотрю на темное небо и на сияющий огнями город, и думаю почему-то о том, что так никогда и не запущу здесь синий вертолетик с Анри. Не о том, в общем, думаю. В душе странным образом смешались ностальгия и романтика. Но теперь точно поздно что-то менять, когда меня столь уверенно, по-хозяйски обнимают другие мужские руки.

Александр заботливо и очень ласково убрал прядь моих волос за ушко и почти тут же шею за этим самым ушком обжег поцелуй. Не ожидала, что там у меня настолько чувствительное место. По коже побежали мурашки, я как-то так расслабилась, если не сказать, размякла, и полностью потеряла связь с окружающим миром. Стало абсолютно все равно, что рядом люди. Кусаю губы, едва сдерживая стон наслаждения. Коварный Алекс не останавливается, он целует, прикусывает ушко, умудряясь одновременно шептать в него горячие словечки, но теперь исключительно итальянские. Ничего не понятно почти, но я подозреваю, что там нечто совсем пошлое.

Ночь вышла классная, мы гуляли, развлекались, смотрели уличные шоу, болтали и все время держались за руки. То и дело Алекс приобнимал, иногда невесомо целовал, и было в его взглядах, какими он смотрел на меня, столько теплоты, что я продолжала таять и таять.

Только часа в три ночи мы сели обратно в машину, распугав стайку фотографирующихся возле автомобиля подростков. Сев на свое место, почувствовала, что буквально засыпаю. Глаза слипаются.

— Устала? — заботливо интересуется босс. — Ничего, сейчас быстро отвезу тебя домой.

— Хорошо, — улыбнулась в ответ и вскоре задремала под мерное рычание мотора.

Меня разбудили лучи яркого утреннего солнца. Еще не открывая глаз, сладко потянулась, но уже сейчас осознавая, что как будто что-то не так. На моей кровати узко, а тут просторно как-то. Ну и постельное белье непривычное, скользкое, гладкое. Ну а главное — тяжесть на талии. Кошки спят с мамой обычно, чего это вдруг ко мне перебрались. Открываю глаза и, мягко скажем, изумляюсь. Это не кошки. Это всего один, но чересчур наглый котяра положил на меня руку. Я не в своей спальне.

Первая мысль: «Убью!». Вторая мысль: «Блин, жалко». Третья мысль: «Нет, все равно убью». А четвертая мысль оказалась панической: «Я же дома не ночевала! Что мама подумает?»

Нет, я, конечно, девочка давно взрослая, но вот такой загул у меня впервые. Скинула с себя чужое копыто и сползла с кровати. Надо найти телефон, предупредить маму, а то она наверняка волнуется. Так, сумочки с телефоном не вижу. Хорошо хоть мое платье «для свиданий» на мне. Стоп. Прислушалась к собственным ощущениям. Ах, он с-с… собака женского пола! На мне нет белья.

Мои намерения найти телефон забыты. Кинулась обратно в кровать к спящему в намерении его задушить. Это был чистый воды порыв, закончившийся ничем. Алессандро поймал меня еще на подлете — видимо, не спал, а наблюдал, и вот я уже лежу под мужчиной и не могу сделать лишнего движения. Тяжелый конь попался.

— Выбор правильный, еще можно поваляться немного, — прокомментировал мои действия мужчина.

— Зачем ты меня раздел?!

— Да жарко у меня дома, вот, позаботился. К тому же были опасения, что ты попытаешься сбежать по-тихому, если раньше проснешься, потом ищи тебя по всему участку (а он у меня немаленький), а так обязательно разбудишь, чтобы задать пару ласковых вопросов. Видишь, оказался прав. Мне иногда начинает казаться, что я знаю тебя лучше тебя самой.

— Ну-ну. Почему я здесь? — очень грозно вопрошаю. — Ты сказал, что отвезешь меня домой.

— Я не уточнял, к кому именно.

Умудрилась высвободить руку и стукнуть Алекса в плечо.

— Эй, какие у тебя кулачки острые, — насмешливо прокомментировал начальник и поцеловал меня в нос. Гневно фыркнула, за что меня тут же поцеловали еще и в щеку.

— Эй-эй-эй, Александр! — это я почувствовала, как подол моего платья под ловкими мужскими руками стал медленно, но неуклонно подниматься вверх, а я, на минуточку, еще и без белья.

— М-м? — довольно мычит этот нехороший человек. А ситуация-то критическая. Мои ноги широко разведены, и между ними весьма удобно для себя расположился мой босс.

Глаза мужчины горят темным огнем, в то время как моя юбка все продолжает подниматься, она уже задралась выше колена. Пытаюсь одернуть подол вниз, но сражение с Александром в этом деле явно проигрываю. Сейчас на мужском лице играет дьявольская улыбка, глаза прищурены. Глядя мне прямо в глаза, шеф провокационно двигает бедрами. Поступательно. Вверх-вниз.

— Знаешь, как меня заводит то, что ты сейчас в моей постели? В моей полной власти. Пусть в платье, но его так легко задрать. И мы оба знаем, что ты без трусиков.

То, как возбужден Алекс, я уже очень хорошо чувствую. Его твердое достоинство упирается в меня более чем ощутимо.

— Александр… тут такое дело. Мне нужно в дамскую комнату. Как минимум для того, чтобы почистить зубы.

Про максимум уж не буду упоминать. На самом деле, это предлог сбежать. Все происходит еще быстрее, чем можно представить. Вчера шеф предложил встречаться, а сегодня уже вовсю на мне лежит, и я в его доме. Что завтра? Беременность?! Как остановить этот мачо-бронепоезд или хотя бы немного замедлить?

Мужчина тяжко вздохнул, в глазах недоверие.

— Ладно, иди. Ванная за дверью, совмещена со спальней. Это если ты надумала сбежать. — Хорошо, однако, меня босс просчитывает.

Спустя где-то полчаса моих утренних процедур шеф стучится в ванную.

— Леся, ты там еще долго?

— Нет-нет, мне осталось только ванну принять, а потом посушить голову.

К слову, у Марковича в его ванной круто. Стильно, красиво, просторно. И есть полный комплект для гостей в виде одноразовых гигиенических принадлежностей. Хотя, подозреваю, скорее для гостий. Не жил же Александр до меня без женщин.

— Леся, там нет ванной, только душ.

— Ничего, я что-нибудь придумаю.

— Леся, на работу опоздаем.

Ну, ладно, еще минут десять потяну, и можно будет выходить и мчаться на работу, поскольку времени на постельные утехи у шефа не останется.

— Да-да, я уже скоро выйду.

Жди.

— Ну, Лесь, пойдем завтракать. Кухарка блинчики приготовила. А то остынут.

О, у Александра еще и кухарка есть. Что я здесь делаю вообще? Это явно мужчина не с моей улицы.

Блинчики это хорошо, блинчики это не постель. Открываю дверь своего укрытия.

— Вот, я вышла. Где блинчики?

Алекс стоит, прислонившись плечом к дверному косяку. На мужчине уже надет деловой костюм, а с утра на шефе была серая майка, плотно прилегающая к рельефному мощному телу, а что там ниже было, не рассматривала, но вот сейчас стало почему-то любопытно.

— Идем, — коротко ответил мой неудовлетворенный босс и взял меня за руку.

Идя за начальником, с большим любопытством оглядываюсь. Дом, наверное, можно назвать особняком. Я бы назвала стиль внутренней отделки итальянским, здесь очень светло, темной мебели по минимуму, большие, закругленные сверху окна, преимущественно белые стены и потолки с отдельными ярко-синими акцентами, перила лестницы, по которой мы сейчас спускаемся на первый этаж, ажурные, невыразимо прекрасные. На стенах то и дело встречаются барельефы, а внизу, в холле, так и вовсе на стене картина-мозаика с пасторальным итальянским пейзажем. А какой в холле пол! Паркет, в центре круглого помещения складывающийся в сложную многолучевую звезду.

На белой просторной кухне никакой кухарки не обнаружилось, а вот блинчики с пылу-жару очень даже.

— Александр, а ты этот дом снимаешь? — интересуюсь подозрительно, впрочем, съем такого жилища, подозреваю, даже три зарплаты нашего начальника не покроют.

— Нет. Купил. Мне кажется, удачная инвестиция. Тебе нравится дом?

— Нравится. — Что тут может не понравиться?

— Участок, правда, пока весь разворочен. Ландшафтный дизайнер только приступил к работе.

Ну, круто.

— А тебе хватает зарплаты на содержание этого дома?

— У меня есть дополнительные источники дохода.

Как все загадочно.

— Давай есть, — с этими словами мужчина сел за длинный деревянный кухонный стол и почти насильно — я сопротивлялась — усадил меня себе на колени.

— Ты с чем больше любишь блинчики есть? Тут в наличии сметана, клубничное варенье, абрикосовое, мед. М-м, кажется, есть еще икра.

— Сметану! — поспешно ответила я, беря блинчик. Нервно ерзаю. Белье мне так и не вернули, ощущение те еще. Александра могу смело назвать фетишистом — сначала блузку не вернул (да-да, я все помню), теперь очередь и до бельишка дошла.

— А ты почему не ешь? — спрашиваю, быстро дожевывая блинчик без всякой сметаны. Надо скорее вставать, а то шеф весьма активно поглаживает мои бедра, прижимая к себе все теснее. Ощущения, конечно, прямо ух, но таким темпом меня скоро и на стол уложат вместо блинчиков.

— Ты вкуснее, — подтвердил мои предположения шеф и поцеловал сзади в шею.

Опять кусаю губы. Дыхание учащается. Подол моего платья определенно не дает Алексу покоя, поскольку ткань лезет вверх, ее складочки собираются в кулаках у шефа.

— Знаешь, наверное, мы сегодня на работу опоздаем. А может и вовсе не приедем, — шепчет мне на ухо мужчина.

Юбка задрана мне до бедер. На спине тихо вжикает расстегиваемая Александром молния.

Инстинктивно отпрянула и практически легла грудью на стол, со звоном отодвигая от себя тарелку с блинчиками. Подскакиваю, а босс и не против, привстает вместе со мной, но сбежать мне не дает, наваливается сверху, теперь я лежу, распластанная под мужчиной, как тот самый блинчик, но хоть у ног есть точка опоры.

— Александр! — нервно произношу я, когда мужчина, чуть отстранившись, окончательно задирает мне юбку. Ткань ложится на спину.

— О, да-а, — мужчина вновь с силой прижимается ко мне, резко разводя мои ноги в стороны и вклиниваясь своим телом между ними.

Как ни странно, но меня все это жутко возбуждает, хотя и страшно. Дыхание участилось. Пытаюсь опереться ладонями на стол и приподняться, но шеф у меня тяжелый, так он еще и мои руки перехватил и вытянул их у меня над головой, взяв одной рукой за запястья. Теперь я вообще не могу сделать лишнего движения.

— Не надо нервничать, все хорошо, — босс успокаивающе поглаживает меня по оголенной попе, но это ни капли не успокаивает. А сейчас Алекс с силой, почти до боли сжал мою ягодицу.

— Александр! — я некрасиво взвизгнула, когда ощутила, как мужская ладонь плавно скользнула мне между ног. — Мне нужно кое-что тебе сказать!

Ерзаю в попытке вырваться.

— Да, говори, — жарко шепчет этот жеребец мне на ухо.

Блин, так не хотелось сознаваться, но риск сделать это в первый раз на кухонном столе с тем, с кем толком и не встречаешься, превысил.

— Я девственница.

Какой позор.

Глава 18

Не знаю, чего я ожидала, то ли того, что Алекс с криком отпрыгнет от меня, словно ошпарившись, то ли еще чего. Ну, скривится там, посмеется, пошутит насчет престарелой девственницы, но он отреагировал весьма сдержанно. Лишь вздохнул и поинтересовался:

— Я знаю. И что, это что-то меняет?

— Знаешь? — озадачилась. — Откуда?

— Твоя «подруга» Натали не особо стремится сохранить эту твою тайну, она часто упоминала об этой «особенности» по телефону с подругами, когда речь заходила о тебе и твоей личной жизни, вернее, ее отсутствии.

Вот, блин, встречу Нату — придушу.

— Благодаря бывшей помощнице мне вообще много известно о жизни офиса, кто с кем «дружит». Натали часто забывала выключать громкую связь между нашими телефонами, и до меня доходили многие ее разговоры, секреты, подробности интимных отношений с любовниками и планы на меня в частности. Честно сказать, очень устал от твоей болтливой подруги, хотя по началу было забавно.

Стало грустно.

— Александр Маркович, а я тебя тем самым и заинтересовала, да? Помочь решил?

Мужчина отстранился, собственноручно спустил подол моего платья, и вот я уже вновь сижу у него на коленях и стараюсь не встречаться с ним взглядом.

— Леся, посмотри на меня.

Упорно отворачиваюсь.

— Лесь, я ни в чем таком не собираюсь тебе «помогать», но да, я балдею от мысли, что у тебя никого еще не было до меня. Меня это жутко заводит. Я вообще только от одной мысли о тебе завожусь. То, как ты реагируешь на меня. Точнее даже не так. Не реагируешь. Представляешь, какой это взрывной коктейль, когда я чувствую, как девушка меня хочет, как ее трясет только от одной моей близости, и в то же время я ей совершенно безразличен как человек. Знаешь, как я бесился, когда ты оказалась совсем близко, в моей приемной, проходит день за днем, а от тебя ноль внимания, в то время как любая другая на твоем месте уже пришла бы и предложила мне себя в любой удобной мне позе. И вот, представь, сидит в моей приемной такой невинный вызов, другим, наверняка улыбается мило, ходит на свидания, а на меня как на мужчину старается закрыть глаза.

— Угу… то есть ты все это делаешь из принципа? — Час от часу не легче.

Алекс весело фыркнул.

— Лесь, ну какой принцип? Я тебе не врал, ты мне правда нравишься, я хочу, чтобы ты была рядом, хочу с тобой общаться, проводить время. А все остальное для меня очень приятный, жутко заводящий бонус. Ты знаешь, я просто еще и страшный собственник.

Может, и не к месту, но сразу вспомнился Анри, вот он точно общался со мной ради, собственно, общения, там все было так волшебно, а тут пошло. Пытаюсь вырваться и покинуть колени страшного собственника, но он не дает.

— Так, что сейчас не нравится?

— Мне нужно подумать. Осознать. На свободном стуле.

— Думай тут.

— Тут не могу, не думается.

— А о чем, собственно, думать? Все будет хорошо, будем встречаться, девственность пропадет, и не заметишь. Я буду тебя обеспечивать, направлять, ухаживать.

Что-то меня слова шефа не вдохновляют. Совсем. Повисло молчание, провисело, правда, недолго.

— Ты поела? На работу мы почти опоздали, между прочим. — Александр встает вместе со мной и тянет к выходу из кухни. — Если не наелась, можно будет заказать завтрак на рабочее место, не страшно. — Да мне кусок в горло не лезет, какой там завтрак.

Когда серебристая машина начальника тронулась с места, попросила:

— Завези меня, пожалуйста, домой. Ко мне домой.

— Зачем?

— Хочу сменить платье на офисную одежду, ну и, стоит заметить, ты мне не вернул часть моей одежды. Без нее я чувствую себя некомфортно.

— Я разрешаю тебе сегодня свободный стиль. В отсутствии белья тоже ничего плохого не вижу. Наоборот. Но вот в рабочее кафе ходить запрещаю. И выходить из приемной надолго не желательно.

Появилось и с каждой секундой усиливается желание стукнуть Алекса посильнее.

— Мне все это не нравится! Хватит за меня все решать.

— Я твой начальник, я буду это делать, в том числе и во внерабочее время. Привыкай. Я твой босс в любое время, а ты моя послушная исполнительная помощница.

Эх, и этот человек говорил мне, что нужно строго придерживаться рабочего расписания. Ага, а сам теперь заявляет, что работа станет круглосуточной. Другой вопрос, что это будет за работа, от одной только мысли о которой я дико краснею.

— Я все же хотела бы заехать к себе домой.

— После работы заедем. За вещами. Но много брать не нужно, потом заедем в магазин обновить тебе гардероб.

Три тысячи чертей!

— Ни за что. Я не даю согласие на это вот все.

Шеф кинул на меня снисходительный взгляд, но сразу вернул внимание дороге. На лице мужчины играет веселая усмешка. Развлекается за мой счет.

— Ну, попробуй меня переубеди, Леся.

— Я?! Переубедить? Не буду я ни в чем тебя переубеждать, просто отказываюсь, и все.

Спорить все-таки пришлось. Долго, до хрипа. Этот мужчина смог расколоть мое обычное спокойствие своей бараньей упертостью и наглой самоуверенной улыбочкой. Выторговать себе сумела пока что только утренний заезд домой, чтобы переодеться, при этом почувствовала себя после этого как человек, покоривший гору. И, надо заметить, договориться о том, чтобы босс меня не ждал и ехал на работу, не вышло, так что приедем мы одновременно, вместе, опоздав. Блин.

Ох, страшно. Но, в любом случае, после работы домой я поеду к себе, причем своим ходом, и ничего Маркович не сделает. У нас не каменный век, когда понравившуюся девушку хватают за волосы и в пещеру. И вообще, поставлю ультиматум. Пока, извиняюсь, трусы не вернет, никаких свиданий, а то так одежды не напасешься.

Мама оказалась дома, причем совершенно спокойная и безмятежная. Оказывается, ей Александр вчера позвонил и «отпросил» меня на ночь, пояснив, что я случайно уснула и забыла позвонить сама, и он не хочет меня будить. Уф, думаю, будь мне около восемнадцати, мама бы устроила скандал, а так только ручкой помахала на прощание, когда я собралась, и попросила передать Александру привет и приглашение в выходные на пироги. Ох, это мама решила его к дому приручить? Пироги это прямо тяжелая артиллерия.

Откровенно боялась появляться на работе, но сам приход не был ужасен. Почти свободный лифт, поскольку большинство сотрудников уже явилось на свое рабочее место, никаких осуждающих и «знающих» взглядов, какие я уже себе успела нафантазировать, не было. Возле закрытой приемной нет очереди из страждущих что-то подписать. Более того, где-то через полчаса в приемную зашел курьер, в руках которого оказалось три коробки с потрясающе пахнущей пиццей. Еду заказал шеф, и когда курьер ушел, он вызвал меня к себе в кабинет.

— Олеся Петровна, будьте любезны разделить со мной второй завтрак. Блинчиками, как и вы, я в полной мере насладиться не смог, — босс приглашающе кивнул в сторону поставленных на стол коробок с пиццей. — И дверь приемной заприте, пожалуйста. — Угу, переучет.

Все пиццы оказались огромными.

— А зачем столько? — полюбопытствовала я.

— Не мог решить, какую лучше выбрать.

Заказанная еда оказалась ну очень вкусной. Либо я слишком голодной. Под конец вот такого перекуса, когда я убирала со стола, начальник поманил меня к себе, а потом недвусмысленно похлопал себе по коленям.

— Идите-ка сюда, Олеся Петровна.

— Александр Маркович, может, лучше поработаем?

— Я зову вас как раз по одному рабочему вопросу.

Угу.

— У вас очень серьезный вопрос?

— Серьезнее некуда, этот вопрос я уже довольно долго не могу решить. Нужна ваша помощь.

Пошляк.

— Знаете, Александр Маркович, на работе, я считаю, нужно заниматься действительно работой.

В глазах мужчины зажегся азартный огонек. Да, перечу шефу, и, кажется, сейчас кое-кто меня переубедит. Но мир, словно отзываясь, показал, что я права. У Александра зазвонил рабочий телефон, и мужчина отвлекся, ну а я поспешила выйти из кабинета.

Спустя где-то час мне позвонила Ната, причем из дома. Мне с утра выслали отчет о присутствии работников на рабочих местах, и там она упомянута в числе заболевших. Даже боюсь представить, какая у Наты «болезнь». Про корпоратив пока все глухо, дело, видимо, замяли, либо до меня еще не дошли нужные слухи.

— Ты спишь с жеребцом?! — стоило мне ответить на вызов, прокричала мне в ухо Ната. Чуть не оглушила.

Я на всякий случай проверила, не включена ли фоновая связь с кабинетом начальника. Нет, нормально.