Таинственная помощница для чужака Свободина Виктория
И вот, утро понедельника. Я никакая. Не выспалась, встала рано, скоро увижу начальника, что оптимизма совсем не добавляет, а главное, у меня настоящая ломка. Все выходные не заходила в чат. Жутко не хватает общения с Анриалом.
— Ох, Леська, у меня такие новости, закачаешься! — в глазах Наты маниакальный блеск.
— Что, удался корпоратив?
— Ага! Я переспала с нашим боссом! С Герарди! Представляешь?! Прямо в мужском туалете. Я потом заметила, когда приводила себя в порядок, сперму вытекшую. То есть он в меня кончил! Не, ну понимаешь, какая удача?! Я, может быть, уже беременна!
Ната не говорит, а прямо-таки орет на все кафе. На нас обернулись абсолютно все утренние посетители.
— Говори тише, Ната.
Меня от всех откровений коллеги аж передернуло, и поселилось на душе неприятное чувство. Оказывается, мне не все равно, с кем спал мой начальник, меня это задевает. Зато вот прямое подтверждение кобелиной натуры шефа. От меня ничего толком не добился, пошел и на корпоративе получил разрядку.
— Да, точно. Меня просто переполняют эмоции.
— Нат, а что, если ты и вправду забеременеешь? У тебя есть уверенность, что начальник на тебе женится?
— Ну, я подстраховалась. На следующий день помирилась с Артурчиком и вечером его же отшила. Если уж совсем все не сложится, приду к Артуру с пузом, пусть содержит, только неофициально, но сама алименты потом на нашего итальянского боссика оформлю. Пусть боссик платит бабосики. Ха-ха.
Прикрыла глаза рукой.
— Нат, я тебя вообще не узнаю. Ты курила что-то?
— Ну вообще да.
— Что?!
— Да я так, немного только. На корпоративе, ну и этой ночью. Для храбрости. В обед Марковича хочу отловить пообщаться. Надо же мосты наводить с будущим папочкой.
— Кхм. Нат, еще вопрос. Если в итоге ты действительно забеременеешь. Ты ведь, так понимаю, можешь и от Артура понести.
— Ну да, тоже неплохо. Знаешь, задолбала эта работа. Но я все же надеюсь на Герарди. Чей бы ребенок ни был.
— Понимаешь, у Артура внешность характерная, южная. Как ты объяснишь, например, нашему боссу, если у тебя чернявый мальчик с орлиным профилем родится?
— Итальянские корни, — хохотнула Ната.
— А Артуру, если мальчик получится светловолосый?
— В моих предков пошел.
Выдохнула. Слов нет.
На работу пришла сильно заранее, успела включить компьютер, заполнить и распечатать свое заявление на увольнение. Подписала. Сегодня на всякий случай у меня с собой в сумочке купленный на выходных электрошокер. Нечего руки распускать и лапать меня.
Александр Маркович вошел в приемную, едва я успела поставить подпись на своем заявлении. Пришел тоже рано, и это на него не похоже. Мужчина сразу подошел ко мне и решительно начал:
— Леся, я… — тут взгляд босса упал на документ, что лежит передо мной. Начальник пригляделся к бумаге. — Это еще что такое?
— Заявление об увольнении. Я ухожу.
— Та-ак. Пройдемте, Олеся Петровна, в мой кабинет.
Что-то не хочется. Встаю медленно, нехотя, и следую за Александром Марковичем в его кабинет. Как будто здесь поговорить нельзя. В дверях начальник резко останавливается и оборачивается, нетерпеливо на меня смотрит.
— Олеся, вы что так медленно идете? И зачем вы взяли собой сумку?
У меня там средства самообороны.
— Просто так. А что, нельзя.
— Леся, у вас там… ручка? — Начальник, гад, даже не пытается скрыть веселую ухмылку.
— Возможно.
— А, ну хорошо.
Александр Маркович проходит в свой кабинет и садится за стол. Все так же сильно нервничая, все-таки тоже захожу и сажусь напротив пока еще начальника. Сумочка крепко сжата в руках и морально меня очень успокаивает.
— Олеся Петровна, я приношу извинения за свою недавнюю несдержанность, такого больше не повторится, я обещаю. Точнее, если повторится, то исключительно с вашего согласия. Так что увольняться вам незачем. Сегодня же компенсирую вам моральный ущерб. Мы закрыли эту тему?
Ну… Кабинет погрузился в молчание. Я все еще колеблюсь.
— Олеся Петровна? — ох уж этот проникновенный, мягкий, обволакивающий и бархатистый голос с легким акцентом и хрипотцой. Александр прекрасно знает свои сильные стороны и умело ими пользуется.
— Хорошо, — отвечаю словно под гипнозом.
— Спасибо, я рад, что все уладилось.
Вышла из кабинета начальника с кучей заданий, требованием кофе и полным непониманием того, как и почему я так быстро пошла на попятную. Может, правда гипноз?
Про Нату ничего спрашивать у шефа не стала, формально это вообще не мое дело.
В обед пришла, как и собиралась, Наташа. Заметно волнуясь, уточнила, у себя ли еще начальник и можно ли ей войти по «срочному» делу. Связалась с начальником по телефону, тот нехотя, но согласился, еще бы — с его нелюбовью занимать личное время рабочим, но Ната скорее по рабочему вопросу. После утреннего разговора прячу от коллеги глаза, уж очень ее поведение стало неприятным. Приободренная Ната решительно вошла в кабинет, а я стала собираться в наше рабочее кафе.
Разговор Натальи и босса почему-то долго не продлился. У меня только компьютер выключился, а они уже вышли. Начальник держит Нату под локоть и куда-то решительно прямо-таки тащит. Коллега морщится и выглядит недовольно. Пара молча вышла, а я осталась гадать, что же там между ними происходит.
В кафе взяла себе обед. Мест как всегда мало, коллеги, как я заметила, особо не рады, когда я к ним подсаживаюсь, зато я увидела, как мне приглашающе помахал рукой Рома, занявший небольшой двухместный столик. Ну, в принципе, почему бы и нет.
Обед прошел чудесно, с Рондо болтать очень весело. Сергея, кстати, видела, он сел в компании двух девушек и в мою сторону больше не смотрит. Как ни странно, все понемногу стало налаживаться. После обеда даже решилась войти в чат. Не знаю, что хотела, то ли еще раз извиниться перед Анри, то ли получить еще капельку его внимания, чтобы стало чуть легче, но Анриала в чате не оказалось. Вообще, судя по дате, его не было в чате с пятницы. Неужели больше не зайдет сюда?
Как бы ни было тоскливо и грустно, взяла себя в руки и продолжила работать. Я уже начала сомневаться в своем резком отказе Анри. Как бы я ни реагировала на своего шефа, это ведь ничего не значит. Ну кобель и кобель, с которым я точно никогда не буду. Однако сделанного не воротишь.
В конце рабочего дня быстро собралась. Хочу поскорее домой. Правда, мамы там не будет, она недавно мне позвонила, предупредив, что сильно задержится на «рабочем совещании». Ага, знаю я, с кем она совещаться будет. Эх, есть у меня предчувствие, что уведет дядя Степа у меня маму, только пирожки ее фирменные распробует.
— Леся, — обращается ко мне вышедший из кабинета шеф. — Подождите пару секунд, я тут все закрою и едем.
— Куда едем? — сразу насторожилась я.
— Я вас до дома подвезу.
— З-зачем?
— Я ведь обещал вам компенсировать моральный ущерб. Ну и вот, подвезу вас, не придется толкаться в метро.
Ха! Да так мне начальник не то что не компенсирует моральный ущерб, а только добавит убитых нервных клеток.
— Спасибо, Александр Маркович, но я предпочитаю самостоятельно добираться до дома.
— Олеся Петровна, я все же настаиваю. И считаю, что нам нужно поговорить. Мне действительно есть, что вам сказать. Не волнуйтесь, я ведь уже сказал, что не собираюсь больше накидываться на вас с поцелуями.
— Почему нельзя здесь сказать?
— Хотелось бы сменить обстановку.
И опять повисла пауза, но не напряженная, я думаю, что ответить, в то время как начальник закрывает дверь кабинета.
— Олеся Петровна, вы идете? — обернувшись, спрашивает босс.
— Иду, — со вздохом отвечаю я, гадая, что же такого хочет сказать мне начальник.
Глава 16
Чувствую себя крайне неуютно, идя с шефом по парковке. Кажется, будто на нас все смотрят. Время пиковое, все уходят с работы, так что людей сейчас тут немало. С трудом стараюсь не горбиться и не скукоживаться, или не прикрывать руками и волосами лицо, зато Александр Маркович шествует, явно ни о чем не переживая, крутит в пальцах брелок от машины и чуть ли не насвистывает.
Знакомая машина. Начальник помогает сесть, открыв дверцу, потом садится сам и включает навигатор.
— Привет, милый, куда едем? Ну же, вбей в меня адрес.
Боже. Этот навигатор просто нечто.
Поездка заняла достаточно много времени из-за пробок. И все это время Александр говорил, что-то рассказывал сам, задавал вопросы мне. Ничего серьезного, легкие темы о путешествиях и курьезных ситуациях. Должна сказать, начальнику удалось разрядить обстановку. И вот мы у моего дома. Александр припарковался не у подъезда, а чуть в стороне на небольшой парковке в тенистом закутке, затем обернулся ко мне и, глядя мне в глаза, очень серьезно произнес:
— Леся, вы мне нравитесь.
Неужели опять начинается? Стараюсь незаметно открыть дверь. Заперто.
— Александр Маркович, можно я пойду?
— Подождите, пожалуйста, пару минут. Так вот, Олеся, вы мне нравитесь, и я хотел бы с вами встречаться.
— Я против рабочих отношений.
— Серьезно? Недавно весь отдел гудел, обсуждая, что вы пошли на свидание в кино с программистом Сергеем.
Блин.
— Ну так больше же ничего кроме этого не обсуждали? И это была рабочая встреча. Можно сказать, тимбилдинг по личной инициативе, — вот уже и любимые отмазки Натальи в ход пошли.
— И тем не менее. Не так давно я застал такой же тимбилдинг в ресторане с участием вас, вашей подружки и ее ревнивого кавалера.
— Извините, Александр Маркович, но я не буду с вами встречаться, — ситуация из ряда вон. Сижу как на иголках. Вообще не понимаю, что происходит. Какой-то нереальный разговор. Начальник предлагает мне встречаться.
— Почему?
— Вы мне не нравитесь, — ох, ну я и смелая.
— На это есть какие-то обоснованные причины? Я чем-то конкретным вас не устраиваю?
— Возможно.
— Чем?
— Я вас почти не знаю.
— Это легко исправить. Мы ведь начнем встречаться, вы меня о-очень хорошо узнаете во многих аспектах, — глаза итальянского жеребца предвкушающе блестят, когда он это все говорит. Краснею.
Ладно, сейчас тогда пустим в ход самый веский довод для этого самоуверенного господина.
— Вы, возможно, скоро станете папой.
Глаза шефа удивленно распахнулись.
— Леся, я же вас только поцеловал. От этого детей не бывает.
Хмыкнула.
— Я не про себя. Одна моя коллега утверждает, что накануне у вас с ней была незащищенная близость.
— С этой вашей коллегой уже вопрос решен. Ей показалось. Видите ли, на корпоративе я был недолго, и то лишь для того, чтобы проверить, не пришли ли вы туда. И я никак не мог сделать то, что хотят мне приписать. Провалами в памяти не страдаю, а вашу любящую приключения подругу пришлось сегодня отвести и показать записи с камер наблюдения, чтобы она определилась, с кого в будущем требовать алименты.
Жесть.
— То есть вы утверждаете…
— Что Натали приняла желаемое за действительное в пылу активного празднования.
Надо будет потом Нате позвонить, уточнить.
— Хорошо, ну, предположим.
— Да-да, говорите скорее, чем еще я вас не устраиваю.
Ах ты, конь самоуверенный. Но, видимо, все-таки не кобель.
— Я не готова вот так сразу начать встречаться, это как-то серьезно и обязывающе звучит. Мне не нравится ваш напор. Разве люди не ходят сначала на пробные свидания?
— Нет, в данном случае я против пробных свиданий. Мы видимся каждый день, уже общались, я считаю, этого достаточно. Знаки внимания можно и без формальных свиданий оказывать.
— А что вы подозреваете под словом встречаться?
Мужчина смотрит на меня снисходительно.
— Все, — отрезал Александр Маркович, но потом вгляделся в мое лицо и уточнил. — Постепенно.
Нервно кусаю губы, не зная, что еще сказать.
— Олеся, я знаю, что привлекаю вас как мужчина, вижу, чувствую вашу реакцию и отклик. Мне это нравится. Вы очень чувственная. Еще раз повторю. Я хочу с вами отношений. Не одну-две ночи, а долгосрочные стабильные отношения.
— Откуда такая уверенность, что у вас со мной будут именно такие отношения? Вы меня совсем не знаете.
— Предчувствие. Какие еще у вас аргументы против?
— Вы мой начальник, будет много сплетен. Уже сейчас всякое выдумывают.
— Вот именно, Леся. В любом случае что-то выдумают, так хоть не беспочвенно будет. Главное, не болтать о своих отношениях на каждом углу и не выпячивать их, и все будет хорошо.
— Все равно. Вы мой начальник, у нас разные социальные статусы. Ну правда, мы совершенно не пара.
— Вот уж социальные статусы точно мало кому мешают.
— Это вы так говорите, пока, к примеру, мое жилье не видели. Увидите и сразу вспомните о статусах.
Послышался щелчок разблокировки дверей.
— Идемте смотреть, — спокойно произнес шеф, выходя из машины.
Я в ужасе. Что? Сейчас? Ко мне домой?! У меня же не прибрано. Хорошо хоть мамы дома нет. Александр открывает мне дверь и подает руку.
— Олеся?
— Я думаю, не стоит.
— Конечно, стоит. Между прочим, серьезный вопрос решается. Вдруг я действительно увижу у вас дома что-то ужасное, и вы, наконец, избавитесь от моего навязчивого общества. — В глазах мужчины даже не смешинки — бесенята, и полная уверенность, что никуда я от его общества не денусь. Кажется, босс хорошо так развлекается за мой счет.
И вот я в компании начальника иду домой. Надо сказать, что Александр Маркович подхватил меня под локоток и крепко держит, видимо, подозревает, что могу сбежать. Да, такое желание есть, но при этом я еще и тихо млею всего от одного мужского прикосновения, это при том, что оно через одежду. Бабушки, которые, как назло, сейчас сидят у подъезда, дружно раскрывают рты и провожают меня и моего спутника долгими оценивающими взглядами.
— Здравствуйте, — здороваюсь я с пожилыми соседками.
— Здравствуй, Лесечка, — преувеличенно мило отвечают те.
Ну, все, бабушки, больше вы не скажете за глаза, что Леся синий чулок. Леся мужика домой привела, и какого. Ого-го! Точнее иго-го.
— Леся, почему ты смеешься? — полюбопытствовал у меня шеф, когда мы стояли у лифта.
— Да так, просто.
— И все же.
— Вы знаете, что в отделе у вас прозвище Итальянский жеребец?
— А, это. Знаю. Я даже знаю, кто мне его дал.
Хм. С учетом того, что прозвище чаще всего использовала в разговоре Ната, у начальника, похоже, зуб на свою бывшую помощницу по этому поводу. Хотя нормальное прозвище, не скажу, что обидное.
Открывая дверь квартиры, все еще нахожусь в полной прострации и непонимании, что я тут делаю вместе с боссом. Но отступать поздно. Нас встречают голодные кошки. Опять не могу сдержаться и весело фыркаю, глядя на удивленные кошачьи мордочки, да, хвостатые, зачастили к нам с мамой гости.
— Знакомьтесь, Александр Маркович, рыжая это Анжела, а черепаховой расцветки — Люська. Вы пока общайтесь, а я сейчас.
Скинула туфли и метнулась в ванную снимать с батареи наше с мамой белье. Выглядываю из ванной. Александр внимательно оглядывается. Думаю, ничего хорошего не видит. Квартира маленькая, ремонта давно не было, поскольку мы с мамой плохо представляем, как этот ремонт делается, а все наши отложенные деньги обычно уходят на какие-нибудь другие важные вещи. Одежду там, еду, лекарства и прочие милые женскому сердцу вещи. Хотя на новой должности у меня зарплата увеличилась, может, и подкопим, а летом сделаем. Заодно старую громоздкую «бабушкину» мебель выбросим.
Хм. Начальник стоит в коридоре, не убегает. О, а теперь еще присел и гладит ластящихся к нему кошек, они млеют. Да, понимаю. Руки у Александра Марковича волшебные. Стукнула себя по лбу. О чем только думаю.
Выхожу из ванны.
— Александр Маркович, кофе будете?
— Не откажусь.
Ого, не собирается уходить.
— Леся, меня можно звать просто Александром. Пока Александром.
— И если начнем встречаться, то Сашей?
— Нет.
— А как?
— Вот начнем, тогда и узнаете.
Идем на кухню. Там я завариваю шефу уже не машинный, а настоящий кофе в турке. Потом вспоминаю, что мы с мамой вчера вечером борщ готовили. Древний инстинкт гостеприимной хозяйки возобладал.
— Александр, вы кушать хотите? Будете борщ? Еще есть котлеты с макаро… со спагетти.
— Да, буду, — кивнул согласно шеф. Все время, пока готовила кофе, я чувствовала на себе мужской взгляд, и сейчас Александр неспешно отпивает кофе из маленькой чашки и довольно щурится.
— Что конкретно будете?
— Все. Леся, я очень голодный, — произносит шеф, глядя на меня прямо, жадно. Взгляд и правда голодный. Как у волка, завидевшего красную шапочку с пирожками, и при этом пирожки его интересуют его явно меньше.
Александр медленно встает и делает шаг ко мне. Так как кухня маленькая, то одним этим широким шагом он уже оказывается возле меня. Бочком вдоль столешницы пытаюсь отойти, но путь перекрыт — мужчина оперся на столешницу руками по обеим сторонам от меня. Уже знакомо вжимаюсь попой в столешницу, а шеф нависает над мной сверху.
— Леся, я очень хочу тебя поцеловать. Можно? — тихий бархатный шепот. Меня обволакивает запах Александра. Аромат дорогого одеколона, и этот аромат потрясающ, безупречен, как и его владелец. Мое сердце вот-вот выскочит из груди. Начальник очень близко, я чувствую, что он едва сдерживается, и я сама дрожу.
— Есть еще одна причина, — мой голос тихий и слабый.
Вздрогнула. Это шеф коснулся подушечками пальцев моей шеи и провел ими невесомо снизу вверх, к подбородку. Я замерла. Ощущения неповторимые. Это слишком. Итальянский жеребец на моей кухне меня соблазняет. Нереально.
— Я слушаю.
— Мне нравится другой человек.
— Сильнее меня?
— Возможно.
— Я попробую это исправить.
Александр нарушил свое слово и все-таки поцеловал меня, не получив на это моего согласия, но я уже была в таком состоянии от близости мужчины, что возражать не получилось.
Ох, то, что сейчас со мной творится, не передать словами. Я просто-таки плавлюсь в руках Александра. Уже не так страшно, как в первый раз, поэтому мыслями я никак не отвлекусь. У меня вообще все мысли испаряются. Начальник обнимает меня, гладит, я чувствую, как он распускает мои волосы и с явным удовольствием зарывается в них руками, массирует затылок, и это все не переставая целовать.
Начинаю паниковать, только когда чувствую, что руки Александра переключились на мою блузку и медленно, но неотвратимо расстегивают пуговичку за пуговичкой. Еще больше я запаниковала, когда раздался звонок в дверь квартиры. Вздрогнула и отстранилась.
Реакция Александра оказалась очень интересной. Мой идеальный начальник грубо выругался, но получилось красиво, я заслушалась, потому что шеф, оказывается, ругается о-очень темпераментно и на итальянском. Ничего не понятно, но столько экспрессии, что в том, что это именно крепкое ругательство, не остается сомнений. Маркович еще и по столешнице ладонью хлопнул.
— Олеся, что ты улыбаешься? Кого-то ждешь в гости? Иди открывай, — и сказано так, что, опять же, не остается сомнений: если за дверью будет мужчина — жди беды. Разборки будут с поистине итальянской горячностью. В общем, похоже Алессандро еще и очень ревнивый. А внешне-то обычно такой, спокойный и невозмутимый. Шкатулка с сюрпризами наш Александр Маркович.
Раздался новый звонок. Мой гость остался на кухне. Почему-то моя интуиция вопит, что это кто-то из бабуль «за солью» пришел, а на самом деле проверять мою нравственность.
Взглянув в глазок, обомлела. Мама! Не в смысле «ой, мамочки», а реально мама. Спешно пытаюсь пригладить волосы и застегнуть блузку, последняя застегивается плохо, как раз из-за того, что тороплюсь, ну и руки после поцелуя дрожат. Открываю.
— Мам, а ты чего это так рано? Сказала же, что будешь позже.
— Да я решила заехать, сумку с вещами захватить, рабочий портфель оставить, а то мы со Степой в кино идем. Ключи лень было искать.
Взгляд мамы останавливается на мужских лакированных ботинках в прихожей. В наступившей полной тишине стало отчетливо слышно, как звякнула поставленная на блюдце чашка. Мама вновь обратила внимание на меня, теперь от нее наверняка не ускользнул мой растрепанный и вместе с тем растерянный вид. Мы с мамой переглянулись. Я пожала плечами, мол, видишь, как бывает.
В коридоре грянул заливистый женский смех. Да, давно мы так не смеялись. Сначала она меня вчера удивила, и тут буквально на следующий день ситуация почти зеркально повторяется. Не знаю, как у мамы, а меня это еще и нервное после напористого итальянского жеребца, кажется, у нее сейчас нечто похожее, но из-за дяди Степы.
— Дамы, у вас все в порядке? — в коридоре нарисовался мой начальник.
— О-о, — изумленно протянула мама, почти перестала смеяться и практически взяла себя в руки.
— Мам, это мой начальник.
Новый взрыв хохота взорвал коридор. Да, добавила я огонька.
— Ох, Леська, теперь я поняла, чего на меня сейчас наши соседки внизу так неодобрительно таращились. Сегодня ты, вчера я.
— Хм, я что-то смешное сделал? — уточнил Александр.
— Извините, это мы не из-за вас, — кое-как произнесла мама, утирая выступившие на глазах слезы. И первой же представилась: — Вера Ильинична.
— Александр, — в ответ произнес шеф. О, значит никакой официальщины. Но вообще, конечно, не ожидала, что «знакомство с родителями» состоится так быстро. Сам-то босс невозмутим, а вот я не готова была так сразу представлять мужчину маме. Мы еще и встречаться толком не начали. Во всяком случае, я своего согласия на отношения не давала.
Ладно, познакомились и познакомились, ничего это не значит.
— Приятно познакомиться, — живо отреагировала мама, с явным одобрением рассматривая гостя.
— Мне тоже. Теперь я знаю, в кого Олеся такая красавица. У вас замечательная дочь.
Да ну ла-а-адно, да ну перестань лить лесть нам в уши, итальянский мачо.
Разговор в коридоре долго не продлился. В целом скажу одно. Мама растаяла, ей предполагаемый «зять» сразу понравился, но у нее и не было шансов — внешность, костюм, голос, сладкие речи. Как я сама еще пытаюсь трепыхаться, не понятно.
Как и я вчера, она сразу заторопилась по своим делам, но мама не была бы мамой, если бы не:
— Ой, вы знаете, Александр, Лесечка у меня очень вкусно готовит, — говорит мама уже в дверях. Я пытаюсь ненавязчиво закрыть дверь, но мамуля ее придерживает.
— Я очень рад, правда.
— А еще Лесечка в школе круглой отличницей была, в институте уже нет, но это скорее потому, что совмещала учебу с работой. Она у меня вообще умница. Спокойная, добрая, рассудительная.
— Ну мама-а-а! — уже не скрываясь, пытаюсь закрыть за ней дверь.
— Детские фотографии Леси в серванте в моей комнате. Леся, покажи гостю свои фото, ты такая миленькая там! — уже чуть ли не кричит мама в закрывающуюся дверь.
Фух! Все. Ушла. Оборачиваюсь к шефу. Глаза Александра смеются.
— У тебя очень милая и непосредственная мама. Олеся, а ты мне покажешь свои детские фотографии? — Блин.
Как-то так вышло, что начальник просидел у меня целый вечер, больше не приставал, съел борща, с удовольствием угостился и котлетами с макаронами, а потом еще и добрался до злополучных фотографий.
— Нет, не надо их смотреть! — говорю я, пытаясь вырвать альбом с фотографиями из цепких мужских рук.
— Почему? Я уверен, ты и правда была очень милым ребенком.
— Я там на многих фото маленькая, голая и смешная!
— Вот теперь мне еще интереснее. Но можно обмен. Я не смотрю фото в обмен на поцелуй.
— Нет!
— Вот прямо так категорично?
— Да.
— Тогда другое условие.
— Какое?
— Я не смотрю фото и вообще отсюда ухожу.
— И что в обмен?
— Ты уходишь со мной.
Читать бесплатно другие книги:
