Гнев ангелов Шелдон Сидни
– Зачем люди хотят убивать других людей?
– Ну... – Дженнифер внезапно подумала о Майкле Моретти. Было ли у нее право осуждать его? Она ведь не знала, какие факторы предопределили его судьбу, что заставило его стать таким, какой он есть сейчас. Ей следует больше узнать о нем, чтобы понять его.
– Я пойду завтра в детский сад? – спросил Джошуа.
Дженнифер обняла его:
– Нет, дорогой. Мы оба останемся дома и всю неделю будем играть. Мы...
Зазвонил телефон.
– Как Джошуа? – услышала она голос Майкла.
– Все в порядке, спасибо.
– А как ты себя чувствуешь?
От смущения у нее перехватило дыхание.
– Я... Я... Прекрасно.
Он хмыкнул:
– Хорошо. Пообедаем вместе. Ресторан «Донато» на Малберти-стрит. В двенадцать тридцать.
– Хорошо, Майкл. В двенадцать тридцать.
Произнеся эти слова, она поняла, что обратной дороги нет.
* * *
Метрдотель в «Донато» знал Майкла, поэтому им был сервирован самый лучший столик. И снова люди подходили к ним, чтобы поздороваться с Майклом. Дженнифер поразилась, как все лебезили перед ним. Было странно, насколько Майкл Моретти напоминал ей Адама Уорнера, каждый из них по-своему обладал властью.
Дженнифер принялась расспрашивать Майкла о его детстве, стараясь понять, что привело его к такой жизни.
Он перебил ее:
– Ты думаешь, я такой из-за своих родственников или потому, что кто-то заставил меня стать таким?
– Ну да. Конечно.
Он рассмеялся:
– Я из кожи вон лезу, чтобы стать таким. Мне это нравится. Мне нравятся деньги. Мне нравится власть. Я король, крошка, и мне нравится быть королем.
Дженнифер смотрела на него, стараясь понять.
– Но ведь тебе не может нравиться...
– Послушай! – Его молчание вдруг превратилось в слова, предложения, откровения, хлынувшие из него так, как будто они копились долгие годы, ожидая нужного собеседника. – Мой старик был бутылкой из-под кока-колы.
– Бутылкой из-под кока-колы?
– Да. Их в мире миллиарды, и ты не отличишь одну от другой. Он был сапожником. Он до костей стирал пальцы, стараясь накормить семью. У нас ничего не было. Быть бедным хорошо только в романтических книжках. В настоящей жизни это вонючие комнаты с крысами и тараканами, невкусная еда, которой вечно не хватало. Когда я был маленьким, я делал все, чтобы заработать доллар-другой. Я был на побегушках у местных тузов, покупал им кофе и сигары, приводил к ним девушек – я делал все что угодно, чтобы выжить. Да, однажды летом я поехал в Мехико. У меня не было денег, у меня ничего не было. Однажды девушка, с которой я познакомился, пригласила меня на шумный обед в шикарном ресторане. На десерт подали мексиканский пирог, в котором была запечена маленькая глиняная куколка. Кто-то из сидящих за столом объяснил, что по обычаю, кому достанется кукла, тот и платит за обед. Кукла досталась мне. – Он замолчал. – Я проглотил ее.
Дженнифер накрыла его руку своей:
– Майкл, очень много людей выросли в нищете и...
– Не путай меня с другими людьми, – сказал он не терпящим возражений голосом. – Я – это я. Я знаю, кто я такой. А ты знаешь, кто ты?
– Думаю, да.
– Почему ты пошла со мной в постель?
Дженнифер заколебалась:
– Ну... Я была благодарна тебе.
– Чепуха. Ты хотела меня.
– Майкл, я...
– Я не покупаю женщин. Ни за деньги, ни за благодарность.
Дженнифер вынуждена была признаться, что он прав. Она хотела его так же, как и он ее. «И все же, – подумала Дженнифер, – когда-то он преднамеренно хотел уничтожить меня. Как я могу это забыть?»
Майкл наклонился и взял ее за руку. Медленно он погладил каждый палец, не сводя с нее глаз.
– Никогда не играй со мной, Дженнифер. Никогда.
Она почувствовала себя беспомощной. Что бы там ни было между ними, все это осталось в прошлом.
* * *
Когда им подали десерт, Майкл сказал:
– Кстати, у меня есть для тебя одно дело.
Это прозвучало как пощечина.
Она посмотрела на него:
– Что за дело?
– Одного из моих парней, Васко Гамбутти, арестовали за убийство полицейского. Я хочу, чтобы ты была его защитником.
Дженнифер стало обидно и больно, потому что он снова хотел использовать ее.
– Извини, Майкл, – сказала она ровным голосом. – Я уже тебе говорила. Я не могу защищать... твоих друзей.
Он лениво улыбнулся:
– Ты никогда не слышала историю про маленького львенка из Африки? В первый раз он без мамы решил пойти на водопой, и его побила горилла. Пока он отряхивался, леопард столкнул его с дороги. Стадо слонов чуть не затоптало его до смерти. Дрожа, маленький львенок возвращается домой. «Знаешь, мама, тут настоящие джунгли!»
Воцарилась тишина. «Да, здесь настоящие джунгли», – подумала Дженнифер, но она всегда стояла рядом с ними, не заходя вглубь, чтобы в любой момент убежать. Она установила свои правила, и ее клиентам приходилось выполнять их. Но Майкл Моретти нарушил привычный уклад ее жизни. Это были его джунгли. Дженнифер боялась их, боялась, что уже никогда не выйдет оттуда. Но ведь он столько для нее сделал.
Она окажет Майклу эту услугу. Но только один раз.
Глава 38
– Мы будем заниматься делом Васко Гамбутти, – сказала Дженнифер Кену Бэйли.
Кен недоверчиво посмотрел на нее:
– Но он же из мафии! Один из громил Майкла Моретти. Мы не можем позволить себе такого клиента.
– Мы будем защищать его.
– Дженнифер, мы не можем позволить себе помогать мафии.
– Гамбутти имеет право на справедливый суд, как и любой другой. – Даже ей эти слова показались пустыми.
– Я не позволю тебе...
– Пока это моя контора, решения здесь принимаю я. – Она видела удивление и боль в его глазах.
Кен кивнул и, повернувшись, вышел из ее кабинета. Дженнифер хотелось позвать его и попытаться все объяснить. Но как она могла это сделать? У нее не было уверенности, что она может объяснить это даже себе.
* * *
При первой встрече с Васко Гамбутти Дженнифер старалась смотреть на него как на обычного клиента. И до этого она защищала людей, которых обвиняли в убийстве, но сейчас все было по-другому. Этот человек входил в разветвленную сеть организованной преступности, которая выкачивала из страны миллиарды долларов, секретную организацию, способную на убийство ради своих целей.
Улик против Гамбутти было предостаточно. Его схватили во время ограбления магазина меховых изделий, и он убил полицейского, который пытался задержать его. Утренние газеты сообщили, что Дженнифер Паркер выступит его адвокатом.
Ей позвонил Лоренс Уолдман:
– Дженни, это правда?
Дженнифер сразу же поняла, что он имел в виду:
– Да, Лоренс.
После короткой паузы он сказал:
– Я удивлен. Ты ведь, конечно, знаешь, кто он?
– Да, я знаю.
– Ты вступаешь на опасную территорию.
– Не совсем. Я просто оказываю услугу одному знакомому.
– Понятно. Будь осторожна.
– Обязательно, – пообещала Дженнифер.
И только спустя некоторое время Дженнифер вспомнила, что в этот раз он не пригласил ее на обед.
* * *
Просмотрев материалы, которые собрали ее сотрудники, Дженнифер поняла, что у нее нет никаких шансов выиграть дело.
Васко Гамбутти взяли с поличным. Ограбление, убийство и никаких смягчающих обстоятельств. К тому же присяжные всегда предвзято относились к преступнику, если жертвой был полицейский.
Вызвав Кена Бэйли, она дала ему указания.
Он ничего не сказал, но весь его вид выражал неодобрение, и Дженнифер стало грустно. Она пообещала себе, что в первый и последний раз выполняет просьбу Майкла.
Зазвонил ее личный телефон, и она сняла трубку.
– Привет, крошка, – раздался голос Майкла. – Я хочу тебя. Встречаемся через полчаса.
Слушая его голос, она уже представляла его сильные руки, сжимающие ее в своих объятиях.
– Я приду.
Она уже забыла о своем обещании.
* * *
Суд над Гамбутти продолжался десять дней. Зал был забит репортерами, желающими посмотреть на очередную схватку окружного прокурора Ди Сильвы с Дженнифер Паркер.
Ди Сильва тщательно подготовился к суду. Он специально многое не договаривал, давая лишь намеки, чтобы воображение присяжных нарисовало ужасную картину преступления.
Дженнифер не мешала ему, лишь изредка подавая протесты.
В последний день суда она нанесла удар.
Один из негласных законов утверждал: если у тебя слабая защита, постарайся очернить пострадавшего. И Дженнифер решила сделать из Скотта Нормана, убитого полицейского, виноватого. Кен Бэйли откопал все, что только можно, про Скотта Нормана. Репутация у него была не совсем безупречная, но, когда Дженнифер закончила свою речь, она стала в десять раз хуже. Норман служил в полиции двадцать лет, и за это время его три раза отстраняли от работы за необоснованное применение силы. Он выстрелил в безоружного человека, похожего на разыскиваемого преступника, и чуть не убил его; избил пьяного в баре; разбирая семейную ссору, так круто обошелся с главой семьи, что того положили в больницу. Хотя эти три инцидента произошли в течение двадцати лет, Дженнифер повернула дело так, будто Норман постоянно совершал низкие, недостойные поступки. Дженнифер пригласила свидетелей, которые поливали грязью убитого полицейского, и Роберт Ди Сильва ничего не мог поделать.
В заключительной речи Ди Сильва сказал:
– Запомните, дамы и господа присяжные, мы судим здесь не офицера полиции Скотта Нормана. Скотт Норман – жертва. Его убил обвиняемый Васко Гамбутти.
Но он сам понимал, что его слова ничего не изменят. Дженнифер сделала так, что полицейский Скотт Норман стал выглядеть таким же никчемным существом, как и Васко Гамбутти. Он уже не был доблестным полицейским, который отдал свою жизнь, чтобы задержать преступника. Дженнифер так исказила картину, что он выглядел не лучше своего убийцы.
Присяжные вынесли вердикт не считать обвиняемого виновным в убийстве первой степени и осудили Васко Гамбутти по статье за непреднамеренное убийство. Это был сильный удар по престижу окружного прокурора Ди Сильвы, и пресса быстро раструбила о новой победе Дженнифер Паркер.
* * *
– Надень свое шифоновое платье. Сегодня мы будем праздновать, – сказал ей Майкл Моретти.
Они ужинали в ресторане, специализировавшемся на дарах моря. Владелец ресторана прислал им бутылку дорогого шампанского. Дженнифер и Майкл подняли бокалы.
– Я очень доволен.
В устах Майкла это звучало высшей похвалой.
Он положил ей на ладонь маленькую коробочку, завернутую в красную бумагу:
– Открой.
Майкл смотрел, как она развязала золотую нитку и открыла коробочку. Внутри лежало кольцо с огромным четырехугольным изумрудом, окруженным бриллиантами.
Дженнифер была поражена. Сначала она пыталась протестовать.
– Но, Майкл... – Она замолчала, увидев радость и гордость на его лице. – Майкл! Ну что мне с тобой делать?
И тут же она подумала: «О Дженнифер! Ну что мне с тобой делать?»
– Оно прекрасно подходит к твоему платью. – Он надел ей кольцо на палец.
– Я не знаю, что и сказать. Я... Спасибо. Это действительно настоящий праздник.
Майкл ухмыльнулся:
– Мы еще и не начинали праздновать. Это всего лишь прелюдия.
* * *
Они сели в лимузин и поехали к нему на квартиру, которую Майкл снимал в центре. Он нажал на кнопку, и темное стекло загородило их от водителя.
«Мы замкнуты в нашем собственном мире», – подумала Дженнифер. Близость Майкла возбуждала ее.
Она посмотрела в его черные глаза, и Майкл подвинулся к ней. Он провел ей рукой между ног, и она почувствовала обжигающую страсть. Майкл прижался к ней и поцеловал в губы. Дженнифер соскользнула на пол и принялась ласкать его, чувствуя твердость его мужской силы. Она ласкала и целовала его, пока Майкл не застонал, и Дженнифер застонала вместе с ним, двигая губами все быстрее и быстрее...
Празднование началось.
* * *
Дженнифер вспоминала об этом, лежа в постели гостиничного номера в Танжере, пока Майкл мылся в душе. Она чувствовала себя счастливой и удовлетворенной. Ей не хватало только одного – ее сына. Ей хотелось бы брать с собой в такие путешествия и Джошуа, но она инстинктивно пыталась держать его подальше от Майкла Моретти. Джошуа никогда не должен знать об этой части жизни Дженнифер. Дженнифер казалось, что вся жизнь состояла из закрытых отсеков: Адам, ее сын, Майкл Моретти. И ни один отсек не сообщался с другими.
Майкл вышел из душа с обвязанным вокруг бедер полотенцем. Его волосы блестели от влаги. Прекрасный, волнующий зверь.
– Одевайся. Нам надо кое-чем заняться.
Глава 39
Все происходило так постепенно, что, казалось, ничего и не происходит. Сначала был Васко Гамбутти, потом Майкл попросил Дженнифер взять еще одно дело, и скоро она стала заниматься только знакомыми Майкла.
Обычно он звонил Дженнифер и говорил:
– Мне нужна твоя помощь, крошка. Один из моих парней попал в беду.
Дженнифер вспомнила, как говорил отец Райен: «У одного из моих друзей небольшие проблемы». Впрочем, какая разница?
Америке пришлось смириться с синдромом «Крестного отца».
Дженнифер убеждала себя, что делает то же самое, что и раньше. Хотя разница была. Большая разница.
Она была в центре одной из самых могущественных организаций в мире.
Майкл пригласил ее на ферму в Нью-Джерси. Здесь она впервые повстречалась с Антонио Гранелли и другими членами «семьи».
За большим столом в кухне сидели Ник Вито, Артур Скотто по кличке Толстяк, Сальваторе Фьоре и Джозеф Колелла.
Дженнифер и Майкл вошли и остановились на пороге. Ник Вито что-то рассказывал:
– ...Как в тот раз, когда я раскручивал «пятерку» в Атланте. И травка была и ширево. А тот козел стал возбухать, видать, в долю захотел.
– Ты знаешь его? – спросил Толстяк.
– А то же. Прикинь, он пытался угрожать.
– Тебе?
– Ну. Башка совсем у него не варила.
– И че?
– Мы с Эдди Фрателли поговорили с ним в укромном уголке. Там его и закопали.
– Эй, а где сейчас малыш Эдди?
– Мотает «десятку» в Льюисбурге.
– А телка его? Классная баба!
– Ну, я сам бы ее с удовольствием трахнул.
– Она все еще сохнет по Эдди. Чего это она так?
– Мне нравился Эдди. Четкий парень.
– Потом-то он скурвился. Кстати, кто сейчас толкает товар?
Деловые разговоры...
Майкл ухмыльнулся, глядя на удивленное лицо Дженнифер:
– Пойдем. Я познакомлю тебя с папой.
Дженнифер была поражена, когда увидела Антонио Гранелли. Сидя в инвалидном кресле, он напоминал скелет, обтянутый кожей. Трудно было поверить, что он обладал огромной властью.
Пышная привлекательная брюнетка вошла в комнату, и Майкл представил ее Дженнифер:
– Это моя жена Роза.
Дженнифер со страхом ждала этой встречи. Когда Майкл уходил от нее – удовлетворив ее, как только женщина может мечтать, – ее начинали мучить угрызения совести. «Я не хочу причинять боль другой женщине. Я краду у нее мужа. Надо прекратить это! Я должна это сделать!» Но она ничего не могла поделать с собой.
Роза посмотрела Дженнифер в глаза. «Она знает», – подумала Дженнифер.
Возникла неловкая пауза, и затем Роза мягко сказала:
– Рада познакомиться с вами, мисс Паркер. Майкл говорил, что вы очень умны.
Антонио Гранелли хмыкнул:
– Негоже женщине быть слишком умной. Мозги нужны мужчинам.
С каменным лицом Майкл произнес:
– Папа, я отношусь к мисс Паркер как к мужчине.
* * *
Они ужинали в просторной столовой, обставленной в старинном стиле.
– Садись рядом со мной, – приказал Антонио Гранелли Дженнифер.
Майкл сел рядом с Розой. Томас Колфакс сидел напротив Дженнифер, и она чувствовала его неприязнь.
Ужин был великолепным. Сначала шли разнообразные закуски, а затем подали pasta fagioli[13]. Потом на столе появились салат с бобами, фаршированные грибы, телятина под острым соусом, язык и жареные цыплята. Казалось, ужин никогда не закончится.
Слуг не было видно, и Роза постоянно подхватывалась с места, чтобы убрать грязную посуду и принести новые блюда с кухни.
– Моя Роза замечательно готовит, – сказал Антонио Гранелли, обращаясь к Дженнифер. – Совсем как ее мать. Да, Майкл?
– Да, – вежливо ответил Майкл.
– Его Роза – превосходная жена, – продолжал Антонио Гранелли, и Дженнифер стало интересно, была ли это обычная реплика или же предупреждение.
– Ты не доела телятину, – сказал Майкл.
– Я в жизни столько не ела, – стала протестовать Дженнифер.
Но это было еще не все.
Принесли свежие фрукты, сыр, мороженое с сиропом и конфеты.
Дженнифер поразилась. Как Майкл умудряется сохранять свою фигуру?
Шла обычная неторопливая беседа, как в любом итальянском доме, и Дженнифер было трудно поверить, что эта семья отличалась от всех других.
Наконец Антонио Гранелли сказал:
– Ты знаешь что-нибудь про Unione Siciliana[14]?
– Нет, – ответила Дженнифер.
– Так вот, послушай, леди.
– Папа, ее зовут Дженнифер.
– Это не итальянское имя, Майк. Мне трудно его запомнить. Я буду звать тебя леди. Согласна?
– Согласна, – ответила Дженнифер.
– Unione Siciliana зародился в Сицилии, чтобы защищать бедняков от несправедливости. Видишь ли, богатые люди грабили бедняков. А у бедных не было ничего – ни денег, ни работы, ни справедливости. Поэтому появился Unione. Когда творилась несправедливость, люди обращались к членам секретного братства, и те мстили за них. Очень скоро Unione стал сильнее законной власти, потому что он был законом народа. Мы верим в то, что написано в Библии, леди. – Он посмотрел Дженнифер в глаза. – Если кто-нибудь предаст нас, мы отомстим ему.
Все было предельно ясно.
* * *
Дженнифер всегда полагала, что если когда-нибудь она будет работать на Организацию, то столкнется с совершенно другим миром. Как и подавляющее большинство людей, она не представляла, что такое на самом деле мафия. Считали, что мафия – это банда гангстеров, убивающих людей и считающих деньги, поступающие из публичных домов и от «акульего промысла». Но это была лишь одна сторона медали. Совещания, на которых присутствовала Дженнифер, дали ей полную картину. Это были бизнесмены, работающие с поразительным размахом. Они владели отелями и банками, ресторанами и казино, строительными компаниями и больницами, страховыми компаниями и заводами. Они контролировали профсоюзы. Они занимались выпуском пластинок и игральных автоматов. Они являлись владельцами похоронных бюро, булочных и парикмахерских. Их годовые доходы исчислялись миллиардами. Как они достигли этого, Дженнифер не интересовало. Ее работа заключалась в том, чтобы защищать тех, у кого возникли проблемы с законом.
Роберт Ди Сильва арестовал трех людей Майкла Моретти за шантаж владельцев киосков, продающих бутерброды. Они обвинялись в вымогательстве, запугивании и препятствовании нормальной торговле. Единственным свидетелем, который согласился дать показания на суде, была хозяйка одного из таких киосков.
– Она потопит нас, – сказал Майкл. – Ей надо заткнуть рот.
– По-моему, ты являешься совладельцем одного из иллюстрированных журналов? – спросила Дженнифер.
– Да. Но какое отношение это имеет к киоскам, торгующим бутербродами?
– Увидишь.
Дженнифер договорилась, чтобы журнал предложил свидетельнице большую сумму за право напечатать ее историю. Женщина согласилась. На суде Дженнифер использовала этот факт, чтобы дискредитировать ее, и обвинения были сняты.
Отношения Дженнифер с сотрудниками изменились. Когда ее контора стала заниматься только делами мафии, Кен Бэйли зашел к Дженнифер и сказал:
– Что происходит? Мы не можем защищать интересы этих головорезов. Так мы разоримся.
– Не беспокойся об этом, Кен. Они хорошо платят.
– Не будь такой наивной, Дженнифер. Платить придется тебе. Ты будешь у них на крючке.
Зная, что он прав, она раздраженно сказала:
– Хватит об этом, Кен.
Он долго смотрел на нее, не говоря ни слова.
– Ладно, – наконец сказал он. – Ты здесь хозяйка.
* * *
Уголовный суд был маленьким миром, и слухи распространялись быстро. Когда стало известно, что Дженнифер Паркер защищает людей из Организации, очень многие подходили к ней и говорили то же самое, что и судья Лоренс Уолдман и Кен Бэйли.
– Если ты и дальше будешь общаться с ними, на тебе поставят такое же клеймо.
Дженнифер всем отвечала:
– Каждый имеет право на адвоката.
Она была благодарна им за предупреждения, но считала, что ее это не касается. Она не была членом Организации, она всего лишь защищала некоторых ее людей. Как и ее отец, она была адвокатом и никогда не сделает того, за что ей было бы стыдно. Рядом были джунгли, но она не заходила в них.
Как-то раз к ней пришел отец Райен. Но в этот раз ему не нужна была помощь для одного из его друзей.
– Я за тебя беспокоюсь, Дженнифер. Я слышал, что ты общаешься с... гм... нехорошими людьми.
Читать бесплатно другие книги:
