Черные пески Брындза Роберт

32

Как раз в тот момент, когда Кейт почти поднесла стакан к губам, у нее в сумочке зазвонил телефон. Этот звук вывел ее из транса. Она поставила стакан и достала из сумки телефон.

Тристан.

— Можешь говорить? — спросил он.

— Да, — ответила Кейт, продолжая смотреть на стакан с виски.

— Этот старик, Тед Клаф, прислал мне сообщение в Фейсбуке. Он говорит, что может поговорить с нами…

— Правда?

— И хочет встретиться прямо сейчас. Сказал, что болеет, да еще и полуночник. Знаю, уже поздно, но он говорит, что у него есть довольно компрометирующая информация о семье Бейкеров.

Кейт сделала глубокий вдох и отодвинула стакан с янтарной жидкостью.

— Ты хочешь встретиться с ним сейчас? — уточнила Кейт.

— Я застрял в пустой квартире, все время размышляю, так что да, но я знаю, что ты устала.

— Нет. Мне бы тоже не помешало отвлечься, — сказала Кейт. — Скоро приеду и заберу тебя.

А затем вышла из паба, испугавшись, что едва ли не вернулась к старым привычкам.

* * *

Тед Клаф жил на небольшой ферме в сельской местности недалеко от Эшдина. По мере того, как Кейт и Тристан приближались, начал опускаться густой туман, проселочную дорогу окружал непроходимый лес.

Дорога резко повернула, и Кейт пришлось ударить по тормозам, а когда клубящийся туман рассеялся, на поросшей травой обочине показалась фигура растрепанного старика. Он был одет в длинное пальто и твидовую кепку, в руках держал кислородный баллон, а кислородная трубка была обернута вокруг его лица и под носом. Кейт опустила стекло.

— Здравствуйте? Вы мистер Клаф?

— Да, пожалуйста, зовите меня Тед, — ответил мужчина, тяжело дыша.

— Здравствуйте, я писал вам на Фейсбуке, — сказал Тристан, выглядывая из-за Кейт. Тед провел языком по пожелтевшим зубам и тяжело задышал. Кейт никак не могла понять, сколько ему лет, вероятно, за шестьдесят.

— Проезжайте через ворота, — указал мужчина направление. — Я на машине, так что езжайте за мной.

— Спасибо, — сказала Кейт. Они съехали с дороги, из-за чего машина накренилась и подскочила. А потом через ворота выехали на другую, окруженную туманом дорогу, утопающую в густом лесу. Закрывшись за ними, ворота издали зловещий пронзительный звук.

— Похоже, он совсем плох, — сказал Тристан, глядя в окно на Теда, который медленно шел с канистрой к своей маленькой, красной, забрызганной грязью машине и садился в нее.

Он отъехал, и Тристан с Кейт последовали за ним по длинной извилистой дороге, пока не увидели небольшой дом с зажженным окнами на нижнем этаже. Они припарковались рядом с задней дверью, которая вела в комнату для хранения обуви и небольшую захламленную кухню, освещенную тусклым верхним светом. Кошки были на каждой поверхности — на холодильнике, кухонном столе, стульях — а на полу было расставлено несколько мисок с недоеденной несвежей кошачьей едой.

— Хотите чашечку чая? — спросил Тед.

— Да, пожалуйста, — сказала Кейт. Ей все еще очень хотелось выпить, но жажда отступала.

Тед поставил свой кислородный баллон на пол. Трубка была достаточно длинной, чтобы дать возможность ходить между холодильником и чайником. Мужчина открыл холодильник, и Тристан с Кейт увидели, что внутри не было ничего, кроме молока и банок кошачьего корма.

— Спасибо, что встретились с нами в такое время, — сказала Кейт.

— Я не могу спать по ночам. Время для меня — все и ничто, — сказал он, останавливаясь, чтобы перевести дыхание, и доставая из холодильника бутылку молока.

— Может быть вам помочь? — предложила Кейт.

— Я очень требователен к чаю, который пью, и, если у меня осталось совсем немного времени, хочу, чтобы каждая чашка была идеальной, — сказал он. Он видел, что они смотрят на него. — Рак легких. Мне дали месяц, а может, и меньше.

— Мне жаль, — сказала Кейт.

Тристан кивнул.

— Сожалею.

— Мне ни к чему ваша жалость, я должен кое-что вам рассказать, — ответил мужчина. Кейт хотела уговорить его принять помощь, но все же они позволили Теду заварить чай самостоятельно.

Когда все было готово, они последовали за Тедом по тесному, заставленному книгами коридору. В тишине тикали часы. Вокруг все было пропитано сыростью и, казалось, покрыто слоем пыли. В кабинете было еще больше книжных полок и шкафов с папками. Тед поднял кота с кресла у стола. Затем щелкнул пальцами в сторону дивана, с которого спрыгнули еще две облезлые кошки, оставив после себя обильное количество шерсти. Кейт и Тристан присели.

— С чего мне начать? — поинтересовался он, отдышавшись.

— Мы нашли вас в интернете, вы ведь участвовали в «Альянсе за право на свободу передвижения»? — уточнила Кейт.

— Да, я местный. Тогда, в пятидесятых, проект водохранилища вызвал много споров. Шесть деревень, стоявших сотни лет, были затоплены. Семья Бейкеров принудительно выселяла людей из собственных домов. Права общества на проезд в одночасье исчезли, и вокруг водохранилища их пришлось устанавливать заново. Я ввязался в это дело много лет спустя, когда Бейкеры попытались запретить людям ходить в радиусе километра от водохранилища. Это древняя вересковая пустошь, которой люди наслаждались веками. Произошел чистой воды захват земли. Мы и так многое потеряли из-за строительства водохранилища, так что нам пришлось бороться.

— Но вы также работали на Бейкеров на электростанции? Разве это не конфликт интересов? — спросила Кейт.

— Не тогда, когда «Альянс за право на передвижение» был мирной кампанией. А когда в последние несколько лет ситуация стала скверной, я подал в отставку.

— Вас уволили с работы на водохранилище?

Тед откинулся на спинку стула, сделал глоток чая и перевел дыхание.

— Да, — он перевел взгляд с Кейт на Тристана и впервые за все время, казалось, почувствовал себя некомфортно.

— А в чем именно заключалась ваша работа?

— Обслуживание водопротока. Мы выходили на лодке и следили, чтобы в воде не было препятствий. Больших деревьев, мертвых овец или коров.

— Мертвых тел?

Он сделал неглубокий вдох и закашлялся.

— Меня уволили после того, как я отказался врать о мертвом теле, которое мы нашли в воде.

— А кто просил вас врать?

— Управляющий, Робби Хьюбер. Теперь он мертв…

— Старость?

— Нет, автомобильная авария. Но я вернусь к этому через минуту. Однажды утром, в начале марта, я был в лодке, и мы нашли тело молодой женщины. Стоял прекрасный день, утро выдалось таким безмятежным, что в воде можно было увидеть отражение нарциссов на краю водохранилища. Мы едва не переехали девушку, ее тело вздулось от большого количества газов. Никогда не видел ничего более шокирующего. Вы видели, как человеческое тело может надуться от разложения? Я подумал, что это животное. Тело было обнажено, ноги частично обернуты кусками простыни. Руки связаны веревкой, ноги тоже. Мы почти могли разглядеть порезы. Все лицо, живот и грудь были покрыты ранами и порезами.

Кейт и Тристан переглянулись.

— Ваша лодка переехала тело?

— Нет. Оно был там, плавало перед нами, как воздушный шар, вынырнувший из воды.

— Вы сказали, в начале марта девяносто первого? — переспросил Тристан.

— Да. Я работал в ремонтной бригаде с другим парнем, Иваном Кумсом, который потом умер.

— Умер?

— От старости, сердечный приступ. Иван был главным. Нам обоим пришлось доложить, что мы нашли это тело в устье водохранилища, в двух милях от берега. Где река Фоуи впадает в водохранилище. Там есть шлюзовые ворота, которые можно открывать и закрывать. Нам велели сказать, что мы нашли тело там, наверху.

— Кто велел? — спросила Кейт.

— Человек по имени… Дилан Робертсон, — сказал Тед, неловко ерзая на стуле при упоминании этого имени.

— А кем он работал на водохранилище? — задал вопрос Тристан.

— Он везде и делает все, о чем его просит Сильвия Бейкер. А также работает ее водителем.

— У нас с ним уже была стычка, — сказала Кейт. А затем быстро объяснила, как он угрожал им ружьем.

— Не сомневаюсь, он бы выстрелил в вас, — сказал Тед.

— Дилан просил вас сказать, что это тело было найдено у ворот шлюза. А где вы его нашли?

— В нескольких сотнях метров от шлюзовых ворот. Сильвия Бейкер — глава семьи. Она дергает за ниточки. Дилан — ее глаза повсюду. Он сказал, что у водохранилища проблемы, поэтому нам придется солгать. Бейкеры вели переговоры с иностранным инвестором о выкупе акций. Подозрительный труп в воде, так близко к турбинам, мог бы все испортить и сорвать сделку. Мы сообщили, что тело обнаружено у шлюзовых ворот, а значит, его могло отнести вниз по реке. Река Фоуи впадает в Котсуолд. Мы оттащили тело вверх по водохранилищу и толкнули его к другой стороне шлюзовых ворот. Отвратительное зрелище. Тело было в ужасном состоянии, и по тому, как оно было связано… смерть признали несчастным случаем, утопление.

— А тело опознали?

— Да. Потребовалось несколько недель, чтобы опознать ее по стоматологическим картам. Я случайно узнал об этом, увидел крошечную заметку в местной газете, где напечатали имя… Она у меня где-то здесь.

Тед подошел к комоду и вытащил старую тетрадь, ему пришлось остановиться, чтобы отдышаться. Он покопался в тетради и нашел крошечный кусочек бумаги, вырезанный из газеты, датированный 16 мая 1991 года. Затем протянул его Кейт.

«Тело, найденное два месяца назад в водохранилище “Черные пески” недалеко от Эшдина, было идентифицировано как принадлежащее Фионе Харви, молодой женщине из окрестностей».

Полиция заявила, что ее смерть рассматривается как необъяснимая, но никаких подозрительных обстоятельств не обнаружено».

— Меня потрясло это вранье в газете, — сказал Тед. — И заставило меня задуматься о мире. Никто на работе не хотел говорить об этом. Я пытался поговорить с Диланом, но он велел молчать, иначе я потеряю работу, и он убьет меня… Я молчал, что не делает мне чести.

— Вы помните имя офицера, работавшего над делом? — спросила Кейт.

— Аррон Ко.

Тристан и Кейт снова переглянулись.

— Аррон Ко. То есть старший констебль? — уточнила Кейт. Она порылась в сумке, нашла телефон и набрала статью об уходе Аррона Ко на пенсию. Показала фотографию.

— Да, это он.

— Его сын Генри теперь старший инспектор. Он расследует смерть Саймона Кендала, тело которого я нашла в августе.

Тед начал смеяться, но смех перешел в кашель.

— Вам двоим следует быто осторожнее. Видите, как все это работало на протяжении многих лет. Бейкеры не выносят сор из избы, — сказал Тед.

— Думаете, семья подкупила Аррона Ко?

— Конечно! Он близкий друг Сильвии Бейкер, они давно знают друг друга.

— Боже мой, — сказала Кейт. — А как насчет второго неофициального тела, которое было найдено?

— Я лишь слышал об этом в девяносто первом, когда мы нашли ту девушку. В восемьдесят девятом проверяли водохранилище и подумали, что лодка зацепилась за какую-то старую леску. Было ощущение, что они тащат на себе огромный груз. А оказалось это тело еще одной девушки. Похоже, оно было завернуто в саван.

— Где они зацепились? — спросил Тристан.

— Робби, парень, который был на лодке, сказал, что они зацепились где-то на середине водохранилища. Однако начальство настаивало на показаниях, что это произошло у шлюзных ворот. Через несколько месяцев они опознали тело по зубным картам.

Тристан достал листок со своим списком.

— Бекки Чард, найдена 11 ноября 1989 г.?

Тед кивнул.

— Полиция обыскивала водохранилище, когда нашли тела? Они послали вниз водолазов или использовали эхолот? — спросила Кейт.

— Нет. Я бы знал… Робби сказали то же самое, что и нам. Молчи и скажи полиции, что тело было найдено у ворот шлюза. Только не говори, что оно было в саване. В первый раз Робби согласился с этим, но когда прошел слух, что второе тело, которое мы нашли, тоже было связано, он психанул. Заявил, что не хочет обвинений во лжи. И пошел в полицию. Он рассказал им все. Сказал, что они выслушали его и попросили вернуться через несколько дней, чтобы сделать официальное заявление. Мы все думали, что все укажет на Дилана. Я тоже приготовился поговорить с полицией… — Тед наклонился вперед и поправил кислородный баллон. Затем сделал глубокий вдох. — Два дня спустя Робби попал в аварию на собственной машине. Не справился с управлением и врезался в дерево. Погиб на месте.

— Господи, — сказала Кейт.

— У него отказали тормоза… На работе мы все до смерти перепугались. И все переживали о своем заработке. У нас были дети и счета, которые нужно было оплачивать. Поэтому все забыли о случившемся.

— А почему вас уволили?

— Не из-за чего-то благородного, вроде правды. Мне придавило колено между двумя ремонтными лодками, врач посоветовал получить компенсацию. Я просил не так уж много, но Бейкерам это не понравилось, и они меня уволили.

— Когда это было?

— Двенадцать лет назад, как раз перед миллениумом.

— А почему вы разговариваете с нами сейчас?

— Мои легкие развалились к чертям, у меня осталось не так уж много времени. Жена умерла, два сына живут в Австралии, и, возможно, мне нужно избавиться от этого груза вины. У меня нет никаких доказательств, но все, о чем рассказываю, я видел своими собственными глазами.

— Электростанцией управляет вся семья? — спросила Кейт.

— Никакой грязной работы, все руководят. Дана, племянница Сильвии, управляет художественной галереей в центре для посетителей. Она кажется самой нормальной и дружелюбной. Томас — нынешний лорд Бейкер, хотя он не использует этот титул в работе, живет в имении рядом с Сильвией, поместье «Карлтон Мэнор». Подлинный особняк «Черные пески» снесли в пятидесятых, чтобы избежать налога на наследство. У него есть жена, детей нет. Стивен Бейкер — паршивая овца, он отделился от семьи. Несколько лет назад уехал жить в Америку, познакомился и женился на американке, которую Сильвия не одобряла. У них куча детей. Он держит шикарную посудную лавку во Фром-Кроуфорде. До того, как поссорился с семьей, он управлял «Хедли-Хаус».

— «Хедли-Хаус», — переспросила Кейт.

— Да. Это старый особняк на территории «Черных песков». Несколько лет назад его превратили в клуб, а затем содержание стало слишком дорогим. Несколько лет назад Бейкеры говорили, что хотят реконструировать здание и сделать внутри квартиры.

Затем Кейт и Тристан изложили свою точку зрения на эту историю и теорию о том, как все смерти и исчезновения, история Кирсти и Магдалены связаны.

— Я рад, что мне осталось недолго, — сказал Тед, держа в руках список возможных жертв. Он выглядел измученным и очень испуганным. А еще кашлял почти без остановки. Кейт посмотрела на часы — было уже около часа ночи.

— Все Бейкеры живут неподалеку? — спросила она.

— Да. У всех большие дома. Дана живет в Эксетере. Сильвия и Дилан в поместье «Олвэйз Мэнор», у него своя квартира… Томас с женой в том же поместье. А Стивен с семьей обитают над своим магазином во Фром-Кроуфорде.

Тед долго изучал список, его руки дрожали. Он был бледен, когда они приехали, но теперь его лицо стало белее мела. Он покачал головой.

— Вы многим… это… показывали? — спросил он, начиная кашлять.

— Нет, — ответила Кейт, — только вам.

У Теда начался болезненный приступ кашля, и они неловко ждали, пока он закончит.

— Пожалуйста… хватит. Мне нужно немного поспать, — сказал он.

* * *

Когда Кейт и Тристан выехали с аллеи на прибрежную дорогу, взошла полная луна, открывая прекрасный вид на море. Они ненадолго остановились, чтобы полюбоваться лунным светом, мерцающим на спокойной воде.

— Думаешь, это кто-то из семьи Бейкеров? — спросил Тристан.

— Я лишь знаю, что связь с «Хедли-Хаус» насторожила меня. А еще тот факт, что Аррон Ко мог быть замешан в этом деле, что в свою очередь означает, что Генри Ко тоже может быть причастен, — сказала Кейт.

— Кто бы это ни был, ему нужен подвал или погреб, и он вполне может быть в этих больших старых домах, — сказал Тристан.

— Как считаешь, поведение Теда изменилось, когда мы показали ему список?

— Он казался напуганным, но он умирающий старик с секретами. Я бы тоже испугался.

— Испугался чего? — размышляла Кейт.

— Он много лет боялся последствий, поэтому до сих пор молчал. Семья Бейкеров очень могущественная, а еще в деле замешан глава полиции. Нет ничего страшнее, чем когда полиция коррумпирована и работает против тебя.

— Я хочу поговорить с ним еще раз, — сказала Кейт. — Давай позвоним ему завтра.

Тристан кивнул, и они отправились обратно к Эшдину.

* * *

После того, как Кейт и Тристан покинули дом Теда, ему пришлось поспешить наверх в ванную, где у него случился долгий, болезненный приступ кашля, закончившийся тем, что он повис над унитазом и начал кашлять кровью.

Когда приступ закончился, он снова сел на пол в ванной. Его любимая кошка, серая сиамская по кличке Либерти, появилась в дверном проеме, протиснулась между его ног и замурлыкала. Тед посмотрел в ярко-зеленые глаза Либерти. Казалось, она могла заглянуть ему в душу и утешить его. Послышалось теплое мурлыканье, когда еще четыре кошки поднялись по лестнице и вошли в ванную. Они вились у его ног, утыкаясь носами в ладонь, прижимались к нему теплыми, пушистыми боками, пытаясь успокоить хозяина. Тед знал, что умрет в одиночестве, но внезапно его охватил страх за своих кошек. Он знал, насколько безжалостной может быть семья Бейкеров, и оставил в своем завещании указания, как найти для кошек новый дом, но что, если эти ублюдки отомстят его кошкам? Они были единственными товарищами, которые остались у него в этом мире.

— Зачем я с ними разговаривал? Зачем я это сделал? Мне очень жаль, так жаль. Они не причинят вам вреда. Я никому не позволю вас обидеть, — захныкал Тед, уткнувшись лицом в гладкую кошачью шею. Он поднялся с пола ванной и подошел к телефону в коридоре.

Трясущимися, словно налитыми свинцом, руками он снял трубку и набрал номер. Ответивший голос все еще заставлял Теда холодеть от страха.

— Я просто говорю тебе, хочу тебе сказать… Сегодня вечером меня навестила пара частных детективов… — он закашлялся и захрипел. — Они спрашивали меня об утопленниках в водохранилище. Я пытался сбить их со следа, но мне кажется, они уже почти выяснили, кто это… — договорил он.

33

Кейт удалось поспать несколько часов, проснулась она после восьми. Она спустилась на пляж и долго плавала. Стоило ей вернуться на кухню, как в дверь позвонили. Это был Тристан, в руках он держал бургеры с яичницей-глазуньей, купленные в забегаловке у его дома.

— Прости, я слишком рано? — спросил он.

— Нет, заходи, — ответила Кейт. И он прошел на кухню.

— Ты в порядке? — спросил он, увидев озабоченность на ее лице. Потом сел за кухонный стол, и Кейт протянула ему тарелки.

— Если верить Теду Клафу и Кирсти Ньюветт, а я склонна верить им, то расследование становится опасным, — сказала она, включая газовую плиту и наполняя чайник.

— А еще это значит, что мы все ближе к разгадке, — сказал Тристан, снимая засаленную бумагу с присыпанной мукой булочки с яичницей и откусывая кусочек.

— Трис, я не жду, что ты полезешь со мной в самое пекло. Ты молод, у тебя вся жизнь впереди, и я не знаю, что мы делаем. Я больше не служу в полиции. Мы не детективы, мы ни с кем не работаем…

— Ты забыла, что в университете кое-кто пропал, а мы можем ее найти.

— Да, но, если Аррон Ко и другие нечистые на руку полицейские замешаны в этом, ну, ты знаешь, что случилось со мной в последний раз, когда я обнаружила, что полицейский оказался преступником… — Кейт задрала свитер, чтобы показать длинный, уродливый фиолетовый шрам на животе. — Это сделал Питер Конвей. Полицейский, отчаянно пытающийся сохранить свою тайну…

Тристан перестал жевать. Затем с трудом проглотил еду, а Кейт опустила свитер.

— Прости, что так наглядно, но я не шучу. Аррон Ко — высокопоставленный офицер в отставке… и меня до чертиков пугает возможность, что он может быть замешан в этом деле.

— Кейт, я уже зашел довольно далеко и не собираюсь сдаваться. И разве не правильнее именно так и поступить, особенно если полиция, расследующая это дело, вовсе не хочет, чтобы оно было раскрыто? А если мы выясним, что случилось с Магдаленой? И подумай обо всех тех подростках, у которых не было семьи, чтобы искать их или оплакивать.

— Мы не можем пойти и постучать в дверь Бейкеров… и не можем ворваться в полицейский участок и потребовать показать компьютерные файлы Генри Ко. Я не знаю…

— А как же Варя Кэмпбелл? — спросил Тристан. — Она пятнадцать лет была детективом в этом районе. Возможно, она захочет поговорить с нами.

Кейт замерла, положив руку на чайник.

Старший инспектор Варя Кэмпбелл работала следователем по делу о подражателе с улицы Девяти Вязов, и она была благодарна Кейт и Тристану, когда они раскрыли это дело. Тогда Варя сказала, что она у них в долгу, и, если им когда-нибудь понадобится помощь, они должны позвонить ей.

— Когда Варя сказала позвонить ей, если нам понадобится помощь, она, наверное, имела в виду, если мы получим штраф за парковку или что-нибудь в этом роде, — сказала Кейт.

— Ее повысили до суперинтенданта, когда она перешла в столичную полицию[6]. Что, конечно, дает ей доступ к материалам дела, — сказал Тристан. — Она могла бы рассказать нам что-нибудь об Арроне Ко. Возможно, ей понравится возможность раскрыть громкое дело.

Кейт воодушевил энтузиазм Тристана, он был очень заразительным.

— Может она даже не ответит на звонок, — возразила Кейт.

— Тогда ей позвоню я. В конце концов, это всего лишь звонок. Нам нечего терять, — сказал Тристан. — И мы ведь не выдумщики, нам удалось раскрыть то дело, когда она не смогла. Это чего-то да стоит.

Они доели завтрак, и Кейт быстро приняла душ. Когда она спустилась вниз, они включили громкую связь и позвонили. Варя ответила, будучи у себя в кабинете.

— Чем обязана такому удовольствию? — спросила она.

— У тебя есть несколько минут? Нам есть что рассказать, — сказала Кейт, переходя к делу, зная, что у Вари не так много свободного времени.

Как можно быстрее они рассказали краткую версию истории. Когда они закончили, воцарилось долгое молчание.

— Все это очень настораживает, но, как вы знаете, я теперь офицер столичной полиции. Девон и Корнуолл больше не мой район, — сказала Варя.

— Не возражаешь, если мы спросим, почему ты ушла из Девона и Корнуолла? — спросила Кейт.

— Старший констебль Аррон Ко ушел в отставку. Он сопротивлялся, но достиг максимального возраста для служащего офицера. В то же время мне предложили щедрый релокационный пакет[7], повышение до суперинтенданта. Я знала, что заслужила это несмотря на то, что Аррону пришлось подергать за кое-какие ниточки…

— Его сын Генри получил твою должность старшего инспектора?

— Да. Но повторю еще раз, я заслужила повышение, а для чернокожих женщин такие возможности выпадают не часто.

— Как хорошо ты знала Аррона Ко?

— Он был большим начальником. Я пару раз разговаривала с ним, но никаких общих дел или подобного. И да, он был достаточно влиятельным, как и любой начальник полиции.

— Как думаешь, почему он выбрал именно тебя? — спросила Кейт.

— Даже не знаю. Я была не единственным старшим инспектором, работающим в Эксетере, но лучшей из всех.

— Он не хотел, чтобы ты обошла его сына.

— Ага, это цинично с моей стороны, но ему пришлось повысить чернокожую женщину, что лишь пошло ему на пользу в глазах вышестоящего начальства, — сказала Варя.

— Ладно. А что ты знаешь о водохранилище «Черные пески»? — спросила Кейт.

— Я знала, что семья Бейкеров, которые являются основными акционерами проекта, сеют смуту. Но в Девоне и Корнуолле много подобных богачей. Как ты знаешь, район занимает огромную территорию. Существует обширная береговая полоса, которая создает свои собственные проблемы. Контрабанда наркотиков отнимала у меня массу времени.

— Тебя когда-нибудь предупреждали, чтобы ты не обыскивала «Черные пески»? — спросил Тристан.

— Нет, да у меня и не было на то причин. Я работала там с девяносто восьмого по двенадцатый год. И никаких сообщений об убитых или найденных в водохранилище не поступало.

— Мы знаем о телах, найденных в водохранилище в восемьдесят девятом и девяносто первом, что подтверждает нас свидетель, Тед Клаф. Он рассказал информацию, опровергающую официальные сообщения о том, что эти смерти были несчастными случаями. А что, если мы запишем его показания? — спросила Кейт.

— Тогда полиция будет вынуждена действовать, Кейт. Сама знаешь, ты ведь бывший офицер полиции. Если ты сможешь записать показания Теда Клафа, все, что ему нужно сделать, это подать подписанное заявление полицейскому из вашего района. Этого будет достаточно, чтобы полиция занялась расследованием смерти, — сказала Варя.

— Этого будет достаточно, чтобы полиция обыскала водохранилище? — уточнил Тристан.

— Вы перечислили несоответствия с данными о пропавших в этом районе. Но водохранилище — это правительственный проект, как и электростанция. Вам понадобятся убедительные доказательства, чтобы открыть дело.

— Как думаешь, Генри Ко посадили на твое место, чтобы он продолжал грязные делишки Аррона Ко? — спросил Тристан.

— Я не могу этого доказать, Тристан. Протекция присутствует во всех сферах жизни. Генри Ко был повышен в звании до детектива прямо из Хендона. Его послали в северный Лондон, но он поссорился со своим старшим инспектором. Затем переехал сюда, в Вест-Энд-Сентрал, и за несколько лет дослужился до инспектора.

— В его личном деле есть что-нибудь интересное? — спросила Кейт.

— Надо посмотреть, но офицеры, с которыми я говорила, считали его довольно непримечательным. Немного ни о чем, если использовать это понятие. Потом он перебрался в Девон и Корнуолл, а оттуда на мою прежнюю работу. Ты же помнишь, каково это, Кейт. Ты должна противостоять коррупции, но есть способ уладить дело. Вынуждена работать с богатыми и влиятельными людьми, при этом не поступаясь собственными принципами. Возможно, именно это и произошло с водохранилищем «Черные пески». Проект очень дорогой, как для семьи, так и для правительства, которое владеет большим пакетом акций.

— Если Тед Клаф готов заявить, что причина смерти этих двух молодых женщин определена не верно, это может привести к изучению других аспектов нашего расследования. Если мы это сделаем, ты сможешь помочь? — спросила Кейт.

— Я работаю не в вашем районе.

— Но можешь потолковать с кем-то. Если мы обратимся в полицию с заявлением от Теда Клафа, а там будет какой-то продажный коп, пытающийся все замять, ничего не выйдет.

На другом конце провода повисла пауза.

— Хорошо, приходите ко мне, когда получите заявление. Я буду помогать продвигать дело, чтобы оно не застопорилось, но не больше, Кейт. Это все.

34

Сразу после разговора с Варей Кейт позвонила Теду Клафу и спросила, не согласится ли он записать свою историю. Последовало долгое молчание, и на мгновение Кейт подумала, что он повесил трубку.

— Сегодня слишком занят, — ответил он.

— Тед, я знаю, что прошу слишком многого, — сказала Кейт. — Но, если вы сделаете официальное заявление и скажете, что тела Фионы Харви и Бекки Чард были найдены в центре воды и связаны, полиции придется снова открыть дела. У них будут основания допросить Дилана, водителя Сильвии Бейкер, и обыскать водохранилище.

Последовала еще одна пауза, Тед хрипло дышал, и на заднем плане послышался собачий лай.

— Сегодня у меня прием в больнице, — сказал он. — Я не могу его пропустить.

— Хорошо, а потом? — спросила Кейт. — Тед, полагаю, Магдалену Росси держат в плену. Прошло шесть дней с тех пор, как она пропала. Когда я разговаривала с Кирсти Ньюветт, она сказала, что ее удерживали десять дней, а потом маньяк попытался убить ее… Тед, пожалуйста. Поступите правильно… — последовала еще одна пауза. Кейт посмотрела на Тристана, сидевшего рядом с ней на диване. Она старалась сохранять спокойствие, но нерешительность Теда сводила ее с ума. Разве он не говорил, что умрет через месяц? Рассказав правду, хоть и под конец своей жизни, он сделал бы очень благое и важное дело.

— Полиция участвует в сокрытии этого, — наконец сказал Тед. — Что толку с ними разговаривать?

— У меня есть знакомая в столичной полиции, она была старшим инспектором в полиции Девона и Корнуолла. — Она чиста и неподкупна и позаботится о том, чтобы ваше заявление дошло до самого верха, так что дело должны расследовать, — сказала Кейт. Тристан обеспокоенно посмотрел на нее. Это было не совсем так, но время шло. — Тед, пожалуйста. Четыре молодые женщины и два молодых человека, которые либо пропали без вести, либо умерли жестокой смертью, а Кирсти Ньюветт подвергалась пыткам. Если мы не остановим этого человека, подобное будет долго продолжаться. Больше смертей, больше жертв.

— Да! Да, хорошо… — сказал он, снова закашлявшись так громко, что Кейт пришлось отодвинуть телефон подальше от уха. — Сегодня вечером… — сказал он, когда восстановил дыхание. — В шесть. Я сделаю это в шесть вечера.

И повесил трубку.

— Он показался очень напуганным, но обещал сделать заявление, — сказала Кейт.

— Надо убедиться, что офицер, который примет это заявление, не входит в компанию Генри и Аррона Ко, — сказал Тристан.