Хромые кони Геррон Мик

— Запастись попкорном, — предложил Хо. — Мальчишке все равно кранты.

— Заткнись! — не сдержалась Кэтрин.

Хо опасливо посмотрел на нее.

— И заруби себе на носу: пока не станет известно, что его нет в живых, мы продолжаем поиски. Мы ничего не знаем об их планах. Может быть, они все-таки дождутся заявленного срока, потому что все у них к чему-нибудь приурочено, ну там ко дню рождения Гитлера или еще к какой дате. Возможно, для них это имеет какое-то значение. Возможно, у нас еще есть время.

Хо хотел было озвучить дату рождения Гитлера, но вовремя передумал.

— Никто не собирается сдаваться, — сказала Луиза.

Им принесли заказ: три порции завтрака по-английски и омлет с шампиньонами. Хо переместил ноутбук себе на колени, ухватил вилку и тут же набил себе полный рот фасоли в томате.

— Тебя когда-нибудь учили вести себя за столом? — поинтересовалась Луиза. — Или ты все еще в процессе обучения?

Не прекращая торопливо жевать, Хо кивнул ей, словно обещая, что вот-вот с блеском парирует этот выпад.

— Значит, помещение им досталось задарма, — сказал Мин. — Хорошо, но какие-то расходы у них же все равно должны были быть? По крайней мере, транспортные.

— Транспорт они могли угнать.

— С заложником на руках? Слишком рискованно.

— Может, они на своих личных колесах?

— Блэк как-никак профессионал. Он настоял бы на чистых колесах, без истории.

Кэтрин согласилась.

— И рассчитался бы за них наликом, — добавил Мин.

— Скорее всего, — сказала Луиза.

— А если они расплатились наличными, то и все концы в воду.

Кэтрин аккуратно разрезала омлет на четыре ровных ломтика. Остальные завороженно наблюдали за ней.

Первые два ломтика она съела в молчании, потом отпила кофе и сказала:

— Не обязательно. Блэк действовал под псевдонимом. А когда разрабатываешь прикрытие, в первую очередь следует обзавестись кредиткой на вымышленное имя. Труда это не составляет. А после почему бы ею и не воспользоваться? Это добавляет веризма.

— Чего-чего добавляет? — вытаращился Хо.

Кэтрин одарила его взглядом.

— Все это замечательно, только нам от этого толку никакого, — сказал Мин. — Мы же не знаем, под каким именем он работал.

— А разве Лэм его не обыскал? На предмет бумажника.

— Думаю, что если бы что нашел, то сказал бы нам. Хотя бы потому, что, сами понимаете, это все-таки некоторая зацепка.

— Давайте начнем сначала, — предложила Луиза. — Представим себе, что мы планируем операцию. Что нам необходимо?

— Легенда, — сказал Хо.

— И по крайней мере три контрольных звена.

— В каком смысле?

— Вроде контактов, которые указывают в резюме, — пояснила Кэтрин. — Когда требуется указать как минимум два телефона или адреса, по которым при необходимости кадровик может получить подтверждение, что соискатель должности именно тот, за кого себя выдает.

— И как это работает в случае с официально не существующей операцией?

— Приходится нанимать фрилансеров.

Все призадумались.

— Недешевое удовольствие.

— Черная касса? — предположила Луиза.

— После истории с Миро Вайсом там теперь каждый медяк на учете.

Речь шла о четверти миллиарда фунтов, выделенных на восстановительные работы в Ираке, которые ушли по совсем другому адресу.

— А как тогда? Какие есть малобюджетные варианты?

— Привлечь хороших друзей.

— Настолько хороших друзей не бывает, — запротестовал Хо.

— У таких, как ты, может, и не бывает, — согласилась Луиза. — А вот у Тавернер наверняка найдутся те, кто перед ней в долгу. Тем более что услуга-то пустяковая. Ну, может, и позвонит какой-нибудь провинциальный юродивый, спросит, можно ли полагаться на хмыря, за которого выдавал себя Блэк. Все, что потребуется, — это сказать «да». Минутное дело.

— Нет, — сказала Кэтрин. — Для этого требуется выделенная линия, а отвечающий должен быть наготове в любое время дня и ночи, в парике и в гриме. В рамках официальных операций этим занимаются Владычицы. Когда им поступает звонок, система автоматически сообщает, какую конкретную роль им требуется разыграть перед звонящим.

Мин напомнил себе, что Кэтрин Стэндиш состояла в должности Пятницы у Чарльза Партнера. И хотя все это было задолго до Мина, однако Партнер и сам по себе был легендой.

— В таком случае… — начал Мин, но закончить не успел.

— Твою-то мать, — протянула Кэтрин.

Никто из присутствующих никогда раньше не слышал от нее подобных слов.

— Кажется, я знаю, что они сделали.

* * *

— Мы же договорились валить из города, — сказал Керли.

— Я пытаюсь.

Попытки не выглядели особо успешными. Мимо проплыла еще одна мечеть, если только они не ездили по кругу и мечеть была та же самая.

— Просто охренеть — какой большой город.

— Лондон-то? — отозвался Ларри. — Да, немаленький.

Керли покосился на него: подкалывает, что ли? Но Ларри выглядел так, будто его вот-вот хватит кондрашка. Того и гляди их остановит сердобольный блюститель порядка, осведомится, не вызвать ли «скорую» для чувака за рулем.

— Давай следуй указателям.

— А ты предупреждай, когда они появляются.

— Может, тут карта где есть? — спросил Керли и сам же ответил на свой вопрос, не обнаружив в бардачке ничего, кроме копии договора аренды транспортного средства и пары справочников по эксплуатации оного.

— Вот что зато есть, — сказал Ларри.

— Что?

— Вот это, — указал он.

И тут до Керли дошло.

— Ага, — сказал он. — Это уже кое-что.

* * *

Ривер вошел внутрь и замер. С освещенного четвертого этажа вниз струилось призрачное мерцание, но никаких звуков слышно не было. Возможно, в здании он один. А возможно, тот, кто здесь притаился, старается вести себя очень тихо.

Можно стоять в холле у черного хода и гадать. А можно подняться и посмотреть.

По первому маршу он взбирался медленно, частью из осторожности, частью потому, что безумно устал. Сказывалась минувшая ночь: приливы адреналина и кошмарные картины давали о себе знать. «Дело не в том, чтобы не терять самообладания в определенных ситуациях, — говорил С. Ч. — А в том, чтобы уметь совладать с собой потом, когда все уже позади. Когда все кончилось».

Но покамест ничего не кончилось. Вспомнив, что с ним произошло по милости Тавернер, он испытал новый прилив злости.

Путь со второго этажа на третий он проделал уже поживей, а когда начал подъем на четвертый, то даже стал отчасти надеяться, что там кто-то окажется: кто-то из уборщиков, кто-то из Псов. Всего несколько часов назад он бы сдался им, не пикнув. Но теперь — нет.

Однако наверху не оказалось никого, кроме Моди, который так и лежал на площадке, холодный и мертвый.

Обогнув его, Ривер поднялся в кабинет Лэма. Обувная коробка стояла на письменном столе, как Лэм и говорил. Ривер сделал то, что было сказано, и понес коробку вниз.

Дойдя до площадки, где лежал Моди, он остановился и опустился на колени перед телом. Наверное, ему следовало испытывать какие-то иные чувства, ведь человек умер, однако единственным чувством было ощущение странности всего происходящего: и Моди, и Ривер были лишь фишками в чужой игре. С той лишь разницей, что для Моди игра была окончена. «Змейки и лесенки» — это пустяки, обычная лестница оказалась гораздо смертоноснее.

А ведь он был при оружии и мог остаться в игре, если бы готов был его применить. И тогда Ривер сейчас склонялся бы над трупом Мина Харпера или Луизы Гай, а Моди улизнул бы с аварийной кассой Лэма.

Но Моди не захотел в них стрелять, так что, возможно, и между слабаками существовало какое-то чувство товарищества. Дружескими их отношения было не назвать, а до сегодняшней долгой ночи они даже и на дружелюбные-то не особо тянули. Тем не менее у Моди не поднялась рука на своих.

И все-таки одного слабака он подстрелил. Хотя то, что произошло с Сид, явно произошло по случайности.

Так или иначе, Ривер дал покойному еще несколько мгновений покоя.

А потом раздел труп.

* * *

— Легенды не умирают, — сказала Кэтрин. — Иначе они не были бы легендами. Оперативник под глубоким прикрытием обеспечивается по полной программе. Паспорт, свидетельство о рождении, полный набор документов. А также кредитки, читательские билеты и все остальное, что обычный человек носит в бумажнике.

— Ну да.

— Мы как бы в курсе.

— И все это требует расходов.

Хо закатил глаза. Этим утром он получил большую дозу прямого человеческого общения, чем за два предыдущих месяца, вместе взятых, и все это начинало ему надоедать.

— Это мы уже уяснили. Ты сейчас о чем?

— О том, что им пришлось сооружать прикрытие дешево и сердито.

— Спасибо за это откровение, титан мысли. То есть они — что? Купили комплект документов в переходе? В благотворительной комиссионке?

— Заткнись, Хо.

— И вправду, Хо, заткнись. Что ты имеешь в виду, Кэтрин? В каком смысле — дешево и сердито?

— В том смысле, — ответила Кэтрин, — что они задействовали уже существующее. Блэк когда-нибудь работал под прикрытием?

* * *

Это уже было другое дело. Теперь они могли ориентироваться.

— Через сто ярдов поверните налево.

— Да это же та самая гламурная телка, — удивился Ларри.

— Они там все гламурные.

— Ты знаешь, кого я имею в виду.

— Я понятия не имею, кого ты имеешь в виду, прикинь? Мало того, мне это совершенно неинтересно.

На часах было пять, то есть они проплутали целый час. Из багажника не доносилось ни звука. Может, чурка заснул, подумал Керли, а то и вовсе помер. Сердечный приступ или что-нибудь такое. Ускользнул от справедливого возмездия, обманул палача, так сказать. А как совершить запланированное с трупом? Есть ли разница? Поразмыслив, Керли пришел к заключению, что большой разницы не будет. Мо, например, был уже мертвый, но отрезать ему голову оказалось той еще работенкой. Так что захватывающее зрелище для глобальной аудитории будет обеспечено в любом случае.

Он вдруг хохотнул. Резкий, лающий смешок, от которого Ларри подпрыгнул на сиденье; машину повело в сторону, и они чуть было не бортанули другую, припаркованную у тротуара… Те самые мелочи. Задеваешь чужую тачку, срабатывает сигнализация, чуть погодя останавливает полиция: «Попрошу вас выйти из машины, сэр. Что это у вас на заднем сиденье?»

«А что это за стук доносится из багажника?»

Но Ларри выправил, никого не задели, никакой сигнализации.

— Что смешного?

Керли уже не помнил. Лишь одно глубоко отпечаталось в мозгах: дело висит на волоске. Малейшая оплошность — и все пойдет прахом.

Поэтому следует забыть о заявленном графике. Надо отыскать укромное местечко и довести начатое до конца.

Довести, заснять, исчезнуть.

* * *

Хо открыл файл с личным делом, после увольнения Блэка перемещенным в архивную базу данных, но не деактивированным, в отличие от самого Блэка. Хо решил не озвучивать данное наблюдение. Блэк ему никогда не нравился, но Блэк тоже был слабаком, как и все они, и сегодня это почему-то имело какое-то значение.

— А что, к личным делам так легко получить доступ?

— И к нашим тоже можешь?

На первый вопрос он ответил отрицательно, а на второй утвердительно. Будь это легко, то любой дурак с этим справился бы. Однако конкретно для Хо — да, для него это было проще простого.

— Там же регулярно меняют код доступа.

— Ага.

Но Хо взломал не саму базу данных, а настройки безопасности и оборудовал себе лазейку, поэтому регулярная смена кода не имела ровным счетом никакого значения. С тем же успехом можно ежемесячно менять дверной замок, держа при этом дверь нараспашку.

— Алан Блэк, значит, — сказал он. — Ага, вот, пожалуйста. Занимался в основном наблюдением за дипкорпусом.

— Непыльная работенка.

— Ну а под прикрытием-то он работал?

— Вот только не надо меня понукать!

— Извини.

— Никто не понукает.

— Просто мы думали, что ты в этих делах профи.

Хо оторвался на секунду от экрана и встретил три пары глаз, в которых прыгали смешливые чертики, у всех — по одному и тому же поводу.

— А, ну да, ну да, — сказал он. — Идите в жопу.

Но ему все равно было приятно. Почти так же приятно, как если бы его назвали Клинтом.

— Чтоб два раза не вставать, — сказала Кэтрин, — за что он угодил в Слау-башню?

— Трахнул жену венесуэльского посла, — ответил Хо.

— Что, прямо так и написано?

— Ну, не то чтобы прямым текстом…

Кэтрин оживила в памяти образ Алана Блэка, который продержался в Слау-башне шесть месяцев. Толком она его не помнила, помнила лишь, что он производил впечатление человека, глубоко фрустрированного зашедшей в тупик карьерой, но это было справедливым и для всех остальных обитателей Слау-башни, за исключением, пожалуй, только Струана Лоя. И разумеется, ее самой. Он был полноват, среднего роста, средней внешности, да и характером тоже довольно средний. Сложно было его представить в роли успешного донжуана. В то же время он, как выяснилось, вовсе не капитулировал, а был завербован Тавернер для сверхсекретной операции. То есть кое-какими достоинствами он, судя по всему, все-таки обладал.

Впрочем, в конечном итоге они ему никак не помогли.

— Ага, а вот и оно, — объявил Хо и оторвался от экрана. — У него были бумаги на имя Дермота Радклифа. Полный комплект документов.

— Если он занимался наблюдением, зачем было с этим заморачиваться?

— Иногда наблюдение приходится вести в тесном контакте с объектом, — сказала Кэтрин.

— Точно, посол Венесуэлы это подтвердит.

— А работая с дипкорпусом и в посольствах, — продолжала Кэтрин, пропустив предыдущую реплику мимо ушей, — удостоверения и документы необходимы. Как-никак приходится действовать на территории иностранного государства.

— Да, лучше всего прикрыться чужим именем, когда осуществляешь проникновение, так сказать.

— Вы все утро собираетесь хихикать?

— Извиняюсь.

— Так, — сказал Хо, — у нас есть кредитка на это имя. И банковский счет.

— До сих пор действующие?

— Как я уже говорила, — напомнила Кэтрин, — легенды не умирают. Их не списывают в утиль. И если Блэку хватило ума, то, после того как его выперли из Парка, все карточки и бумаги он оставил при себе. На всякий пожарный случай.

— На случай, если вдруг понадобится прикинуться кем-то еще?

— Или если понадобится освежить в памяти, каково это — быть кем-то еще, — ответила Кэтрин.

— А теперь давайте посмотрим кредитную историю мистера Радклифа, — сказал Хо, и пальцы его забегали по клавиатуре.

* * *

«Хасан?»

Голос взрезал темноту.

«Хасан!»

Он знал, чей это голос. Просто не верил своим ушам.

«Открой глазки, зайка».

Нет, он не станет.

Внутри росла пустота. Открытый микрофон отключился, яркое пятно от прожектора над головой угасало. Вместо них была темнота, рычание двигателя и тряска железного гроба, в который его запихнули.

«Хасан! Открой глаза!»

Он не знал, сможет ли. Решения тепер принимал кто-то другой. А Хасан Ахмед утратил эту способность и с каждой минутой становился все меньше и меньше. Скоро от него не останется совсем ничего. И тогда сразу полегчает.

Но хочет он того или нет, его продолжали вытаскивать обратно на свет.

«Хасан! Открой глаза! Немедленно!»

Он не хотел. Он не мог. Он сопротивлялся.

Погружаясь в темноту, он все-таки слегка удивился: с какой стати к нему обращается Джоанна Ламли?[13]

18

Кэтрин Стэндиш сегодня какая-то не такая, думала Луиза Гай, наблюдая, как Хо виртуальным Тарзаном скачет по сетевым джунглям. Этим утром все они, скорее всего, были какие-то не такие, но роль вожака досталась именно Кэтрин. В Слау-башне она была чем-то вроде штатного привидения: разносила папки с документами, сокрушенно цокала языком по поводу беспорядка; ее неизменное присутствие казалось виртуальным отсутствием. Неким образом все знали, что она — алкоголик в завязке. В облике ее сквозила какая-то внутренняя опустошенность, какая-то утрата. Как будто что-то в ней перегорело, как в электролампочке. До сих пор Луиза никогда не задумывалась, какой была Кэтрин до того, как в жизни ее случился скачок напряжения. Да ведь она же была секретаршей Чарльза Партнера! Надо же, мисс Манипенни. С ума сойти.

Однако следовало сосредоточиться на текущих проблемах. Лэм назвал их всех бестолочами. Если это правда, то Хасан погибнет. И даже если окажется, что это неправда, Хасан все равно может погибнуть. Шансы неблестящие.

Глядя на Хо, Луиза вдруг осознала, что он далеко не бестолочь. Мерзкий тип, но свое компьютерное дело он знал. И когда он, выцепив нужную информацию из дебрей интернета, оторвался от экрана и посмотрел на троих коллег сквозь очки в массивной черной оправе, Луиза Гай внезапно поняла: ей совсем не хочется, чтобы этот хакерский взор вдруг проник в потайные закоулки ее собственной жизни, служебной и личной.

Хотя он там наверняка уже побывал.

* * *

Риджентс-Парк — собственно здание — был озарен подсветкой: прожекторы у подножья отбрасывали огромные голубые овалоиды на фасад, возвещая, что за этими стенами вершатся важные дела. В незапамятные времена не многим было известно, что за организация здесь находится, а сейчас любой желающий мог зайти на ее веб-сайт, украшенный фотографией этого самого здания, и скачать форму заявления о приеме на работу.

Джексон Лэм припарковал похищенный внедорожник, заехав двумя колесами на тротуар напротив входа в здание, и стал ждать.

Ждать пришлось недолго. Автомобиль окружили за пятнадцать секунд.

— Будьте любезны выйти из машины, сэр.

Оружия было не видно. Но его и не должно быть видно.

— Сэр?

Лэм опустил боковое стекло. Перед ним стоял довольно молодой человек, явно не чуждый посещению спортзала: под графитовым пиджаком угадывалась крепкая мускулатура. От уха к пиджачному лацкану белой спиралькой вился проводок.

— Прошу вас выйти из машины, сэр, — повторил он.

— Сбегай-ка за начальником, сынок, — ласково сказал ему Лэм, прежде чем снова поднять стекло.

* * *

— Он взял машину напрокат, — сказал Хо.

— Не может такого быть.

— Вот, пожалуйста. «ДДД-Автопрокат», контора расположена в Лидсе.

— Он же на полевом задании. Какой еще, к черту, прокат?

— На самом деле все вполне разумно, — сказала Кэтрин.

Все тут же умолкли, ожидая ее объяснений, что свидетельствовало о новом этапе в их взаимоотношениях.

— Да, он на полевой работе. Однако не следует забывать, что данная операция не предусматривала дальнейшего развития. Парня должны были спасти. Поэтому у Блэка не было особой нужды тщательно заметать следы.

— То есть тупо взять машину напрокат было самым простым вариантом.

— Именно.

— У кого-нибудь есть мобильный? — спросил Хо.

— Наши Лэм отобрал и выкинул.

— Тут есть автомат рядом с уборной, — сказала Кэтрин. — Как им позвонить?

Хо продиктовал с экрана номер, Кэтрин его записала и отправилась к таксофону.

— Думаешь, они открыты в такую рань?

— Клиентам «ДДД-Автопроката» предлагается круглосуточная аварийная помощь, — процитировал Хо.

— Сопляк на фургоне с гаечным ключом, — предположил Мин.

— Спорим на десятку, что у нее ничего не выйдет, — заявил Хо.

— Спорим, — сказала Луиза.

— И со мной, — сказал Мин.

Хо встревожился:

— А что вчера случилось-то? Почему сегодня все какие-то странные?

— Потому что Слау-башня ожила, — ответил Мин. — Вот увидишь, Кэтрин разузнает что-нибудь полезное.

— Дамочка не промах, — сказала Луиза.

* * *

Джеймс Уэбб, всю жизнь проводивший в тщетных потугах заставить окружающих не называть его Пауком, сидел у себя в кабинете. После того, как Джексон Лэм высадил их с Ником Даффи из машины, после того, как Уэбб оправился от потрясения, вызванного видом пожилой тетки, наставившей на него ствол пистолета: «Прострелю ногу. Вот тогда и будешь ухмыляться», они вернулись в Риджентс-Парк пешком, причем Даффи за все время пути не проронил ни слова. «Слушайте, — хотел сказать ему Уэбб, — я-то в чем виноват?» А теперь он снова сидел в своем закутке, потому что у Даффи нужды в нем больше не было.

Кстати сказать, Уэбб не имел никакого отношения к Псам Даффи. Он поступил в Контору по институтскому набору, оттрубил положенные два года стажировки в разных отделах, посещал семинары, сдавал экзамены. Прошел боевую подготовку в полевых условиях, ночи напролет и в любую погоду таскаясь по всяким болотам у черта на рогах, и практическую аттестацию — неизбежный этап на скоростной карьерной трассе, — сначала задержав условного террориста-смертника близ галереи Тейт-Модерн, а затем выступив в роли координатора операции, феерично проваленной Ривером Картрайтом. Попутно он обзавелся покровительством Тавернер, и именно поэтому он, а не Картрайт сидел сейчас в Риджентс-Парке.

В отличие от Ривера, он никогда не мечтал об оперативной работе. Оперативники были фишками на игральной доске, а Уэбб претендовал на место за игровым столом. И хоть в данный момент круг его обязанностей ограничивался собеседованиями с потенциальными кандидатами (кадровик, как пренебрежительно отозвался о нем Ривер), тем не менее это была еще одна ступенька на пути к должности хранителя секретов. Да, в этой работе было меньше романтики, зато и меньше дрянной погоды, меньше риска на практике испытать эффективность собственной устойчивости к различным методам дознания, а также, по крайней мере теоретически, меньшая вероятность оказаться на мушке у пожилой тетки с пистолетом. Традиционный взаимный антагонизм пиджачников и оперативников существует с незапамятных времен, но времена меняются, и современная разведдеятельность является таким же бизнесом, как и любой другой. Естественно, реального кровопролития на поле оперативной брани никто не отменял, однако для руководителей высшего звена нынешнее противостояние разведок мало чем отличается от войн между «Кока-колой» и «Пепси». Именно такие войны и предпочитал вести Уэбб.

Вот только сейчас в центре событий находился именно Ривер, потому что вся ночная суматоха поднялась из-за слабаков. Сид Бейкер лежала под ножом в операционной, кто-то еще вообще распрощался с жизнью, к тому же прошел слушок, что похищение этого пацана в интернете организовал не кто иной, как Джексон Лэм. Что бы ни происходило на самом деле, повсеместно сгущалось предчувствие, что дерьмо вот-вот брызнет на вентилятор. Но пока все это оставалось внутренними проблемами Конторы. Министерского присутствия не наблюдалось. Иначе Паук знал бы наверняка, потому что волны, поднятые прибытием министра, моментально разносились по всему зданию.

Пиджачник или нет, Уэбб чувствовал, что его оттиснули на периферию. И хотя Тавернер не любила, когда он заявлялся в оперативный центр без приглашения (к сожалению, она предпочитала не афишировать свое покровительство), но если и дальше сидеть у себя в кабинете, наедине с безучастными шкафами и папками, то может оказаться, что именно он, а не Ривер завалил некий важный экзамен.

Так он, во всяком случае, думал. Однако, поразмыслив на тему того, стоит ли сейчас навлекать на себя раздражение Леди Ди, он решил еще немного посидеть у себя.

* * *

— Получилось что-нибудь?

— Дермот Радклиф, — объявила Кэтрин, — три недели назад взял напрокат «вольво». Для семейного путешествия. Причем непременно хотел модель с просторным багажником.

Осмыслив это уточнение, Луиза почувствовала, как сжалось в груди сердце.

— И они тебе прямо все так сразу и выложили?

— Почему бы и нет? В конце концов, я изо всех сил пытаюсь разыскать родного брата. Потому что мама внезапно попала в больницу.

Кэтрин села на свое место и взялась за кофе. Кружка оказалась холодной на ощупь. Она отставила кофе и по памяти назвала регистрационный номер машины.

— Разумеется, неизвестно, пользуются ли они ею до сих пор.

Страницы: «« « ... 1617181920212223 » »»