Синтез Слюсаренко Сергей

Глава десятая

Контрабандисты

Олег проснулся от того, что что-то мокрое ткнулось ему в лицо. Так и есть. Сторожевой пес заставы, Саракш, признал в Шергине своего и попытался разбудить его таким нежным способом. Видимо, вчерашний кусок мяса, который Олег подкинул собаке, пробудил у пса добрые чувства.

– Ну, все, хватит, хватит. – Шергин попытался оттолкнуть нахальную собачью морду, но только больше раззадорил животное.

Саракш, решив, что с ним играют, отскочил в сторону, припал на передние лапы и весело затявкал.

– Да упадет на вас небо, что это? – Испуганный Батрид подскочил и стал тереть лицо руками. – Кто эту собаку сюда пустил?

– Никто не пускал, он же здесь хозяин, как вы вчера заметили.

– Саракш, а ну на место! – раздался голос Деда.

Мальчик вошел в комнату и, схватив пса за ошейник, потащил его прочь. Собака, весело виляя хвостом, упиралась и подгавкивала.

– У нас завтрак сейчас, – сказал мальчик, – поспешите.

За длинным столом из хорошо пригнанных струганых досок сидела вся застава. Олег подумал, что завтрак здесь совмещают с утренним рабочим совещанием. Так и оказалось. Старик, когда уже подошла очередь кофе, кратко раздал указания, кто и где сегодня патрулирует, рассказал, где ждут традиционных контрабандистов. Потом, посмотрев на Батрида, спросил:

– Вы же не просто так шли к нам. Чем мы можем вам помочь?

– Вы нам уже и так порядочно помогли, спасибо. – Батрид слегка поклонился. – Но у нас есть одна просьба. Нам надо найти кого-нибудь, кто может принести нам одну вещь из Трира.

– Можно поинтересоваться какую? – Старик, помрачнев, поставил чашку на стол. – Не самый лучший способ искать связи с контрабандистами с помощью пограничников.

– А обязательно с контрабандистами? – удивился Лано. – Ведь вы же знаете всех легальных поставщиков, так ведь? А нам нужно так называемое яйцо дракона, первая половина.

– Я не знаю, что это такое, секунду, надо проверить по спискам. – Старик почесал подбородок. – Калька, глянь, да?

Девушка кивнула и, мотнув косичками и мельком глянув на Олега, вышла из столовой.

– У нас есть списки недозволенных и дозволенных к ввозу предметов, – объяснил Иван. – По ним можно определить, кто эту вещь переносит. Контрабандисты или легалы.

– Что? – удивился Лано. – У вас есть списки, повторяющие каталоги Депозитария? Но это же тысячи томов, это же…

– Успокойтесь, профессор. – Иван, которого, впрочем, все называли Ударником, поднял ладонь. – У нас списки не всего, что приходило в Центрум, а того, что носят. Это не так много. Вернее, много, конечно, но в списке только актуальные предметы. Странно, что вы этого не знаете. Каталоги за хорошие деньги поставляет нам ваш Ректорат.

– Так вот как они используют мои еженедельные обзоры. – Батрид хлопнул ладонью по столу. – Продают знания за деньги. Это возмутительно!

– Да успокойтесь, Лано. Сейчас это несущественно, – остановил его Шергин. – Сейчас не время вспоминать ваших коварных коллег.

– Ничего там такого нет, – вернулась Калька. – И близко не упоминается.

– Значит, мы не можем вам ничем помочь, – с сожалением сообщил Старик.

– И даже с поставщиком с Трира свести не можете? – теряя надежду, спросил профессор.

– Оно вам поможет? Поставщики работают по утвержденным спискам. И если вам необходимо что-то вне списка, вам надо заранее растаможку оформить.

– Ну, так давайте оформим, – не сдавался Лано. Он даже не заметил, как тяжело вздохнул Олег.

– Растаможку делает таможня. Можно, конечно, но, боюсь, это займет столько времени, что смысл потеряется, – ответил за Старика Ударник.

– Если у вас все происходит как на Земле, то я думаю, что и вправду смысл потеряется, – добавил Олег.

– Тогда, значит, нам нужен контрабандист, – широко улыбнулся Батрид.

– Этот контрабандист потом доложит о коррупции на шестнадцатой заставе. – Ведьма поморщилась. – И прощай, служба.

– Я так понимаю, вы нам помочь отказываетесь? – спросил Лано.

– Мы вам поможем, – неожиданно ответил Старик. – Но, боюсь, мы можем только вывести вас на контрабандиста, не больше.

– И на этом спасибо. Я даже не спрашиваю почему, – сказал профессор.

– Пожалуйста, – безразлично ответил Старик. – Сегодня почти стопроцентная вероятность, что недалеко будет проходить Пузырь с товаром. Мы вас отведем к тому месту, а дальше вы сами.

– Ну, хоть что-то. – Олег встал. – Где?

– Не спеши, вас Дед отведет.

– А почему чуть что, так сразу Дед? – возмутился мальчик.

– Потому, что мы тебе доверяем, – отрезал Старик, тоже поднялся и вышел из-за стола.

Юный пограничник буркнул, что надо поторопиться, и вышел из домика. Рюкзак Олега стоял у окна в полной готовности. Калька молча следила за краткими сборами и не произнесла ни слова. Только когда Олег уже выходил вслед за Батридом, тихо сказала:

– Осторожно там, и помни всегда, как меня найти. – Девушка протянула руку.

Олег ответил на рукопожатие. Его ладонь дрогнула, ощутив записку.

– В Гранце, если что, обратись к этому человеку, – одними губами сказала Калька.

Дед стоял у выхода с заставы с таким видом, будто ждет вторые сутки. Когда Лано с аспирантом появились во дворе, он молча толкнул ногой ворота и пошел не оборачиваясь. Ждать или подгонять он никого не собирался. Всю дорогу мальчик сохранял солидное спокойствие и молчание. Правда, однажды не выдержал и совершенно по-детски сбил живописную поганку, вылезшую на краю тропинки. В том месте, где дорога раздваивалась и уходила в чащу, Дед подал знак, предупредив, что нужно двигаться осторожно.

– Значит, так, тихо, – шепотом сказал мальчик, когда они добрались до места встречи с контрабандистом. – Вот вам наручники, как только он появится, пристегните его к себе. Он не сможет вас протащить обратно, у него проходы слабые.

– А он не смоется сразу, увидев нас? – обеспокоился Лано.

– Он знает всю нашу заставу в лицо, так что на вас не подумает. Все, пока. – Дед вручил наручники Олегу и тихо, так, что не дрогнула ни одна веточка, исчез в чахлых зарослях.

– Странные они какие-то, эти пограничники, – пробормотал Олег.

– Ну, хоть в чем-то помогли. Главное – я не могу понять, зачем им это надо. Да ладно, это ваши земные дела. Надо костер развести. Чтобы гость наш возможный не подумал, что мы прячемся. А то убежит раньше, чем мы его заметим.

Ждать у небольшого костра пришлось недолго. Шумно, не скрываясь, подошел человек в камуфляжной одежде, с автоматом на плече и старомодным фибровым чемоданом в руках. Чемодан был весь оклеен картинками с рекламами гостиниц и туристических агентств на чужих языках. Такая экипировка выглядела очень неестественно.

– Вы от Слома? – без всякого вступления спросил контрабандист.

– Да, – ответил Шергин и протянул гостю руку.

Тот ответил на рукопожатие. Олег не очень ловко, но достаточно резко набросил на руку контрабандиста наручник.

– Ты что, сука? Погранец? Новый? – Пузырь дернулся, но сдвинуть Шергина с места ему не удалось.

– Не суетись. Мы с тобой поговорить хотим. Это для того, чтобы ты не убежал. Потом мы тебя отпустим, – пояснил Олег.

– Так сказал бы нормально! – злобно прошипел контрабандист.

– Ты бы не захотел и убежал, а у нас дело срочное и для тебя выгодное, – сказал Батрид. – А так есть гарантия, что хотя бы разговор состоится.

– Чего надо?

– «Чего надо»… Зачем так грубо? Нам нужна одна вещь, которую уже доставляли из твоего мира.

– Какая? Конкретно говори! – Пузырь раздраженно повысил голос.

– «Половина яйца дракона», – поспешил сказать Олег. – Ее много лет назад сюда приносили.

– Чушь какая-то. Но могу узнать. Я мигом!

– Что-то мне подсказывает, что вы, молодой человек, сейчас смоетесь, и мы вас больше не увидим, – мрачно произнес профессор. – Тем более ваш мир известен некоторыми особенностями ментальности.

– А чем вам не нравится Трир? – возмутился Пузырь. – Какие у вас претензии к моему миру?

– У меня лично нет никаких претензий, но на Трире правдой считается только то, что выгодно, и это известный факт.

– А как же еще? – удивился контрабандист.

– А что у тебя в чемодане? – спросил Олег.

– Таблетки.

– Что у вас за мода такая – лекарства в Центрум таскать? – удивился Батрид. – Тот травку тащил, этот – таблетки.

– Спрос порождает предложение, – гордо ответил Пузырь. – Фармакопея развивалась всюду, кроме паразитирующего на нас Центрума, вот и оказалось, что болеть вы не хотите, а лечиться нечем.

– Так! Оставим решение этого вопроса властям Центрума, а ты оставишь нам чемодан. Мы посторожим. – Олег решительно взял чемодан за ручку.

– Недоверие есть один из величайших грехов! – поднял вверх указательный палец контрабандист. – Я вот вам доверяю и потому оставлю товар.

– Ладно, не болтай. – Шергин расстегнул наручник. – Топай, ждем тут! Час, не более, учти.

– Я могу не успеть!

– Тогда нас здесь не найдешь. Контрольное время – час! Хоть с товаром, хоть без, чтобы был тут! – отрезал Олег.

Контрабандист похлопал в ладоши и моментально исчез, оставив за собой колышущееся марево в воздухе.

– Вот мерзавцы, как они это ловко делают! – восхитился профессор. – Жаль, что нам не дано.

– Дело в том, что важно поймать свой способ создания прохода. Получится раз – будет получаться и потом.

– Но ты же говорил, что тебя проводили, то есть ты сам такого опыта не имеешь, не так ли? Как ты можешь знать, что надо делать, если сам не умеешь? – насторожился Лано.

– Ну, я это знаю от тех, кто проходит свободно, – ответил Олег, подбрасывая ветку в костер. – Мне рассказывали.

– Ладно, – буркнул Лано. – Давай хоть чаю попьем. Уж очень чай ваш, земной, вкусный. И почему его к нам не доставляют? Хоть бы контрабандой.

– Кстати, Лано, – Олег разлил чай, – одна мысль меня мучает. Вот смотрите, при переходах не передаются ни болезни, ни всякие микробы, которые могут нанести вред другому миру, так?

– Ну конечно, это данность, иначе бы все давно вымерли от чужих, незнакомых в нашем мире заболеваний.

– Так вот, насколько я понимаю, лекарства из других миров прекрасно работают в вашем и, я подозреваю, в нашем тоже. Я, правда, не сталкивался с ними на Земле, – продолжал рассуждать Шергин. – Как такое может быть? А как же браки между уроженцами разных миров? Оказывается, наши геномы идентичны?

– Ты прав, Олег, это некоторая логическая головоломка, которой, к сожалению, мало интересуются. Но у меня есть определенные соображения по этому поводу.

– Какие? – Олег осторожно прихлебнул чай, который никак не хотел остывать в стальной кружке.

– А все может быть очень просто! Скажем, в мире А есть уникальная болезнь, которой не существует в мире Б. Будут ли контрабандисты, народ своекорыстный и беспринципный, возить никому не нужный товар?

– Логично предположить, что не будут, – согласился Шергин.

– Теперь предположим, что в мире А есть болезнь, которая есть во всех мирах, включая мир Б. Ну, к примеру… э-э… да та же мигрень.

– Я понял, вы хотите сказать, что спрос порождает предложение и все регулирует рынок?

– Конечно! – обрадовался Лано.

– Но здесь мы как раз подходим к главному вопросу, – продолжил Шергин. – Я знаю, что бактерии, разрушающие у вас все виды горючего, кроме простого угля, все виды пластика, практически все высокомолекулярные рукотворные соединения, это не ваши. Они попали к вам из другого мира?

– Да, это была настоящая катастрофа, – согласился Лано. – Это изменило наш мир, и я не побоюсь сказать, что и все остальные миры.

– Но если представить, что бактерии не могут проникнуть из мира в мир, то…

– Ты прав. Я ни на минуту не сомневаюсь, что наше состояние, наше положение с горючим, пластиком и прочим – это результат диверсии, но никто пока не в силах разгадать эту загадку.

– Но ведь это может грозить любому другому миру!

– Да, несомненно…

Договорить и допить чай не успели, видимо, товар контрабандисту был ценен и заставил того не медлить.

– Принес? – строго спросил Олег, когда Пузырь вынырнул из перехода в сантиметре от костра.

Контрабандист потоптался, уселся у огня и, не говоря ни слова, стал прикуривать сигарету от горящей веточки.

– Ты так и будешь в молчанку играть? – не выдержал Шергин. – Говори, принес или нет?

– Ага, щас! – Пузырь глубоко затянулся и с удовольствием выпустил струю дыма. – Во-первых, возникли трудности, а во-вторых, вам несказанно повезло. А в-третьих, вы бы еще точно на переходе костер развели!

– Короче, не принес?

– Так послушайте, нельзя принести ваше яйцо драконье, нельзя! – заявил контрабандист и опять замолчал.

Молчали Олег и Батрид, ожидая, когда же Пузырь наконец начнет излагать внятно. Олег демонстративно придвинул чемодан с лекарствами к себе поближе. Пузырь зыркнул на свой товар и начал рассказ.

– В общем, ситуация такая. До сих пор найдено только одно яйцо. Найдено в Трире, и потом, много лет назад, его сюда перенесли, в Центрум. Кому это надо было, непонятно.

– Это мы и без тебя знаем, – остановил его Лано.

– Не все так просто, – поднял указательный палец Пузырь. – Есть легенда, что в каждом мире есть по одному такому яйцу дракона, и это святыня для каждого мира. Но это только легенда. На самом деле нашли только одну половинку, у нас! И украли. Давно украли. Я как с серьезными мужиками об этом заговорил, так на меня очень сильно коситься стали. Ибо красть святыни своего народа – большой грех!

– И что теперь? – спросил Лано. – Как нам достать эту штуку?

– Это невероятно сложно, – с пафосом ответил Пузырь. – Практически никто не возьмется добывать такой товар. Тут уже не только рискуешь с пограничниками и таможней, тут еще и со своими властями можно очень крепко влипнуть. Практически никто не возьмется.

– А теоретически? – Батрид понял, что контрабандист просто торгуется.

– Я слыхал, что есть один безбашенный с Тата… Но я не могу вспомнить, где его искать, – заявил хитрый Пузырь.

– Это поможет? – Лано достал золотую монету.

– Ну, место я припоминаю, а вот имя и как с ним связаться… – Пузырь закатил глаза, делая вид, что вспоминает.

– Сколько? – категорично спросил Олег. Ему эти церемонии надоели.

– Двадцать таких же, – повертел в руках Пузырь только что обретенный золотой.

– А рожа не треснет? – возмутился Олег. – Десять.

– Шестнадцать, и я даже скажу, как проще туда добраться, – не унимался контрабандист. – У меня есть точные карты Центрума, я на них покажу.

– Пятнадцать и упаковку лекарства из твоего чемодана, – вдруг сказал Батрид. – А карты у нас свои найдутся.

Пузырь пожевал верхнюю губу и, театрально вздохнув, произнес:

– Только ради вас, себе в убыток.

Получив деньги, контрабандист сказал:

– Вам надо в Гранц. Там найти Мало Фарцовщика. Это несложно. Он отирается на центральном рынке, у него на шее табличка. На табличке надпись «Куплю антиквариат». Только в надписи есть три ошибки. К нему надо подойти и сказать, что он безупречно грамотный человек. Так и сказать. Это вроде пароля. Скажете, что вас направил Пузырь от Тота-Таблетки. Ну и свое дело расскажете.

– Это и есть тот самый контрабандист? – с сомнением спросил Олег.

– Нет. Просто скажите Мало, что вам надо встретиться с Оракулом. Вот он и есть тот самый человек, который вам нужен.

– А если не сработает?

– Сработает, это же я организовал, – не очень убедительно заверил Пузырь.

– Давай так, если не сработает, в следующий раз я тебя с пограничниками найду, и тебя уже никакой откат от товара не спасет, договорились? – строго сказал Шергин.

– Обижаешь, – гордо скривился Пузырь. – Все, я пошел?

– Лекарство давай! – напомнил Олег.

– Так это… – Пузырь показал на чемодан, все еще стоящий у ног Шергина.

Обретя свой товар, контрабандист аккуратно открыл крышку чемодана и, стараясь не показывать содержимое, стал рыться в своем скарбе. Он копался долго и лениво, словно двоечник, который не хочет нести дневник учителю. Но после демонстративного покашливания Шергина достал пачку таблеток – «от головы», как он объяснил, – и стал подробно инструктировать.

– Учтите, лекарство редкое и крайне дорогое! Учтите, не более одной таблетки зараз. Надо глотать не разжевывая и запивать небольшим количеством питьевой воды.

– Ладно, без тебя разберемся. – Лано отобрал упаковку и спрятал в карман балахона.

Пузырь постоял некоторое время, тщательно пересчитал гонорар, трагически вздыхая, и зашагал прочь от костра.

– Ну, что? – бодро спросил Батрид, когда контрабандист исчез в зарослях. – Пойдем искать Оракула?

– А не кажется вам, что мы играем в какую-то странную игру, которую сами придумали? – Шергин не спешил вставать и прихлебывал свой уже совсем остывший чай. – Если мы даже не знаем, что ищем, зачем и кто это украл. Или только ради того, чтобы что-то делать, мы будем по всему Центруму искать все сорта катушек и разновидности яиц? Вот уже и таблетки собираем.

– Ты нетерпелив, Олег, это не очень хорошая черта характера для ученого, – спокойно ответил профессор. – Да, наши поиски пока бессмысленны, но есть ли у тебя другой способ найти ответы на все те вопросы, что ты задал?

– Надо сначала искать того, кто это сделал!

– Ну, посиди, подожди, пока они нас сами найдут, думаю, большого успеха нам это не принесет. Я уверен, что настоящий кукловод, тот, кто все затеял, спрятан достаточно хорошо, а исполнители знают о его целях не больше нас. Да, Олег, нам приходится вначале блуждать среди этого набора событий, как в темном лабиринте. Но только выяснив цель, суть произошедшего, мы найдем преступников.

Погас костер, залитый остатками чая, и путники отправились на новую встречу с новым контрабандистом.

Глава одиннадцатая

Гранц

Окончился лес, узкая полоса лесостепи отделяла путников от города. Дорога шла вдоль сухой травы и чахлых кустов, высохших много лет назад. Веселые звуки леса, еще недавно окружавшие Лано и Олега, сменились шорохом ветра, шуршанием ящериц и насекомых, греющихся на мощенной булыжником дороге, которые при виде людей лениво разбегались на обочины. Близость мегаполиса уже чувствовалась во всем. Сначала терпкие запахи разогретой под солнцем лесостепи стала перебивать резкая вонь городских отбросов. По пути попалась гигантская свалка, над которой кружили орды черных птиц. Свалка была огорожена высоким забором, проход на нее охраняли вооруженные люди. И хотя путники давно минули это ужасное место, ароматы травы и цветущего кустарника так и не вернулись. Стали попадаться большие ангары, видимо, склады, окруженные крепкими заборами с колючей проволокой.

– Да, как все примитивно, – неожиданно сказал Батрид. – Мы живем, как паразиты. Мы можем изучать суть вещей, но сами ничего не способны сделать. Вы думаете, здесь, в этих сооружениях, хранятся творения рук жителей Центрума? Ошибаетесь. Это все импорт, все втащено в наш мир.

– Ну как же? А металл? Ведь Клондал – высокоиндустриальный континуум. Сколько тут сталелитейных заводов! Ведь для производства металла нужны и наука, и технологии.

– Сталь нужна только для того, чтобы делать транспорт и оружие. Причем не ваше, высокотехнологичное, а что попроще. Только примитивные устройства. Все остальное нам дают иные миры. У нас же – хлеб и металл. И все металлургические технологии, все легирующие добавки, все, что делает черный чугун сталью, это тоже не наше!

– Ну и наука, – добавил Олег.

– Я же сказал – только описательная. Я вообще с громадной радостью ушел бы к вам, на Землю, или, к примеру, на Трир, там, как ты заметил, фармакопея поднята на высочайший уровень. А здесь… – Профессор удрученно замолчал.

Идти дальше пешком не имело особого смысла. Стали попадаться общественные паровые дилижансы, в один из которых сели Олег с Лано, уже изрядно уставшие от дороги. Дилижанс был большой, двухвагонный. Передняя, короткая часть экипажа состояла из парового двигателя и топки. Тендер был совсем невелик, с запасом угля на одну поездку. В открытой части первого вагона сидел рулевой. Во втором вагоне располагались пассажиры на двух длинных скамьях, установленных вдоль бортов. В крыше было вырезано широкое окно, открытое по случаю теплой погоды. Багаж, если он был у пассажиров, помощник машиниста аккуратно укладывал на крыше в специальной багажной загородке. Приняв от Олега вещмешок, помощник подозрительно глянул на клинки, которые, хоть и были замотаны в кошму, предательски торчали из-под клапана рюкзака. Водитель-машинист дал долгий свисток, и экипаж, дернувшись и заскрипев, тронулся. Кондуктор, вежливый усатый мужчина в кожаной кепке и с сумкой через плечо, сначала попросил документы и, убедившись в благонадежности новых пассажиров, продал им билеты. Вернее, не билеты, а металлические жетоны. Он пояснил, что жетоны надо будет сдать на выходе.

– Вот одна из наших величайших проблем. – Батрид, устроившись в пассажирском салоне, продолжил разговор. – Именно потому, что мы потребляем чужое, мы остались без двигателей внутреннего сгорания. Только паровые и только на твердом топливе. Если, конечно, не найдется горючее, стойкое к бактериям.

– Ну, может, вы разовьете термоядерную энергетику, – попытался возразить Олег.

– Термоядерная энергетика – это не то, что нужно нашей планете! Ни в коем случае! Да и каким образом? Я же повторяю, мы застряли в своем мире тысячу лет назад. И никуда не движемся. И самое ужасное, нас интересуют только миры, которые могут принести нам пользу! Мы потеряли желание познавать! – взволнованно сказал Лано, видимо, эти мысли его мучили давно. – А если мир не нужен, если мы не можем его доить, то на него можно наплевать!

– Каким образом? Я не совсем понял, что вы имеете в виду.

– А взять хотя бы мир Радона. Планета покрыта на десять метров одноименным газом. И люди там выживают только в громадных летающих городах-дирижаблях. Живут на грани возможностей. А мы и не думаем им помочь или переселить в Центрум. Это нецелесообразно, это…

– Вы альтруист? – вмешался в разговор человек, сидящий напротив. – Вы думаете, мир устроен несправедливо и его надо непременно улучшать?

– Я так не думаю, – отрезал Батрид, недовольный тем, что его перебили.

– Тогда, видимо, человек – это первопричина всех бед в Центруме? – не отставал пассажир.

Одежда на нем была не совсем обычная. Фигуру скрывал длинный, до пят, черный плащ, голову покрывала широкополая шляпа, которую он не снимал даже внутри экипажа в присутствии дам. На шее поверх одежды висела толстая цепь с медальоном в виде круга.

– Не продолжайте, нет смысла, я атеист, – ответил собеседнику Лано. – А вы, я так понимаю, проповедник из Цада?

– Вы так говорите, словно быть служителем престола небес зазорно. Поверьте, вера не зло, она дает человеку шанс, – ничуть не смутившись, продолжил священник. – И ответьте мне, разве атеизм так же продуктивен, как вера?

– Атеизм дает возможность познавать мир, а не слепо принимать постулаты, – безапелляционно ответил Лано, теребя кончик поясного шнурка.

– И вы его познали? – грустно улыбнулся проповедник.

– Познаю. И я, и другие исследователи.

– И мир стал от этого лучше? И стало ли перед вами меньше тайн?

– Стало, – резко ответил, словно огрызнулся, Батрид. Он никогда не был большим специалистом по схоластическим дискуссиям.

– Не обманывайте сами себя. Вы ведь только что сожалели, что наш мир застыл в своем развитии. Это ли не пример того, что он непознаваем, что человек не в силах изменить течение истории?

– Человек может все, и наш мир, Земля, этому пример, – не удержался и вмешался в разговор Олег.

– Вы с Земли? – удивился священник. – Пограничник?

– Нет, я здесь учусь.

– Вот видите, вы ставите Землю примером того, что человек может многое, а сами пришли учиться в застывший мир Центрума, не так ли? – обрадовался человек в мантии.

– Ну, почему, познанию нет границ, и учиться нужно везде и всегда, – улыбнулся Олег.

– И вы отрицаете, что можно учиться и святому писанию? – не сдавался священнослужитель.

– Олег, оставьте этот бессмысленный разговор. Сейчас тебе всучат книгу и попросят денег на храм.