Темная буря Мари Аннетт
— Что нам ожидать от Орочи? — спросил он.
Сусаноо постукивал пальцами по столу. Эми посмотрела на него из-за странного звука и увидела, что его пальцы венчают черные когти.
— Главное преимущество Орочи — его физическая мощь. У него нет связи со стихиями, но он сопротивляется магии стихий, использованной против него. Нам нужно не победить его. Лучше ты, Юмей и Бьякко отвлечете его, чтобы я смог забрать Муракумо. Как только меч будет у меня, я быстро с ним расправлюсь.
— Что случилось в первый раз? — спросила Эми, отрывая взгляд от стрелы в руке. — Я знаю только истории.
Сусаноо отодвинулся от стола и уперся рукой в колено.
— Орочи когда-то правил целым регионом, наводя ужас на земли. Он поглотил всех ками того региона и почти всех ёкаев. Я столкнулся с лордом ёкаев и его дамой, убегавших с земель Орочи с последней их выжившей дочерью. Орочи охотился на них и хотел проглотить всю семью.
Эми нахмурилась.
— Орочи убил столько ёкаев и ками, а вы этого не заметили раньше?
— Это было очень давно, — сказал он. — Человеку и не осознать. Мир был шире, в нем было много сильных ёкаев, правящих на территориях, которые они отвоевали. Мир был жестоким. Чем выделялся один более жестокий ёкай?
Эми обернула офуда вокруг еще одной стрелы, пытаясь представить мир, полный кровожадных ёкаев, где Орочи мог быть незамеченным.
— Орочи хотел уничтожить всех ёкаев, что вставал на его пути. Лорд рассказал мне о неутолимом голоде Орочи и попросил помочь. Когда Орочи пришел за ними, я вызвал его на бой. Но он был сильнее, чем я думал. Я не смог победить его, но и он не смог одолеть меня. Он ушел на свою землю, и я пошел за ним и сразился снова. Бой был жестоким, ведь он долго копил в себе чужую ки, но я убил его. Он ожил веками позже и захотел отомстить мне. Глупо, ведь он был еще слабым, я легко убил его. Он оживал еще дважды после этого, но я быстро отправлял его обратно.
— Если бы он научился избегать тебя, — отметил Широ, — то прожил бы дольше.
— Я вот думаю, — пробормотал Сусаноо, — ждал ли он, пока меня разделят с Муракумо, чтобы действовать, или это случайное совпадение, что он забрал мое оружие у тебя. Он раньше не показывал хитрость и терпение.
— Если вовлечена Изанами, то вряд ли хоть что-то совпадение, — на нее посмотрели оба ёкая, Эми продолжила. — Орочи убил деревню людей, чтобы заманить Инари в засаду и украсть меч. А потом Изанами показала деревню Аматэрасу и сказала, что всех убил Инари. Она убедила Аматэрасу, что он стал неуравновешен, что его силу нужно сковать ради общей безопасности.
Ее рука сжалась на древке стрела.
— Потому Аматэрасу сковала его оненджу, не для того, чтобы ранить или управлять. Только потом Аматэрасу поняла, что Изанами обманула ее. Она захотела снять оненджу, и Изанами убила обоих.
Широ потер грудь, словно вспомнила корень, пробивший ее.
— Вот, что произошло, — Сусаноо посмотрел на Широ. — Пока я искал тебя, я слышал, будто ты убил Аматэрасу и скрылся, пока тебе не отомстили другие Аматсуками. Годами мы считали, что тебя не видно, потому что ты избегаешь Аматсуками. Когда Узумэ предположила, что ты не скрываешься, а пропал, мы уже не знали, где начинать искать тебя.
Коянэ, подданный Изанами, рассказывал Эми, что Инари убил Аматэрасу, когда она умирала. У него не было причины врать, так что он мог верить в слухи, как и Сусаноо.
— Наверное, Изанами всем это рассказала, — сказала она. — И пока она мешала Аматэрасу занять сосуд, никто не мог ей возразить.
Сусаноо задумался.
— Как далеко ты помнишь, Инари?
Широ закатил глаза к потолку, пока думал.
— Хмм. Пятнадцать лет? Может, двадцать? Я не считал.
— Двадцать лет. Вряд ли ты оживал бы восемьдесят лет, — Сусаноо постучал когтем по столу. — И вряд ли твои воспоминания угасли и исказились бы так сильно от одной гибели и возрождения.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Даже с ограниченной ки, определенные воспоминания к тебе вернулись бы, но я подозреваю, что ты умер не один раз после того, как Изанами убила тебя сто лет назад. Тебя было легко убить из-за оненджу. С каждым возрождением воспоминания и ощущение себя самого рассеивались все сильнее… пока ты не потерял все.
Широ смотрел на стол, его лицо было белым, Эми было больно за него.
— Когда Юмей сказал мне, что ты ничего не помнишь, — продолжил Сусаноо, — я не поверил ему. Как могло такое случиться с одним из нас? Но я вижу, что это так, и я вижу, что вред нанесен глубоко. Ты сломлен, Инари. Я не думал, что с Кунитсуками такое бывает, но с тобой это случилось. Не знаю, хватит ли одних только воспоминаний, чтобы ты стал собой, целым.
Широ и Сусаноо смотрели друг на друга, между ними передавались беззвучно слова.
— Ну, — сухо сказал Широ, — если я окажусь безумным, когда снимут оненджу, уверен, ты с радостью будешь убивать меня каждый раз до бесконечности.
Выражение лица Сусаноо было нечитаемым, но сапфировые глаза вдруг посветлели.
— Не думаю, что я буду рад этому.
Эми обернула последнюю стрелу и строго приказала себе оставаться спокойной. Ты сломлен, Инари. Она не будет паниковать. Не будет плакать перед ними. С Широ — Инари — все будет в порядке. Как только не будет оненджу, его воспоминания вернутся, и он станет собой.
Она повернулась к Широ, но он все еще избегал ее взгляда. Боялся, что, посмотрев на нее снова, увидит в ее глазах страх? Или отдалялся по какой-то причине? Эми не осмелилась спросить его при Сусаноо.
Она посмотрела на последнюю стрелу. Если они переживут грядущий бой, она сделает все, чтобы Широ снова стал целым.
ГЛАВА 22
Волны разбивались об утесы вдали, Эми шла за Сусаноо и Юмеем по темному лесу. Широ и Бьякко плелись за ней. Наверху среди сгущающихся туч виднелись звезды, через несколько часов будет рассвет. Остров Орочи оказался южнее Шиона, хрустящие осенние листья еще покрывали землю в лесу, снега не было.
Ее кожу покалывало, она сжимала лук. В лесу было зловеще тихо, лишь раздавался приглушенный шум волн, бьющихся о камни. Ее лук казался жалким. Придет ли ветер к ней на помощь, или она будет сражаться лишь человеческой силой?
— Я не ощущаю присутствие Орочи, — пробормотал Юмей. — Это правильное место?
— Да, — ответил тихо Сусаноо. — Орочи тут может и не быть, но Муракумо зовет меня. Он близко.
— Ты уже его ощущаешь? — Юмей вскинул голову. — Будь осторожен. Вряд ли Орочи оставил бы его без охраны.
Сусаноо вел их глубже в лес, листья хрустели под его ногами. Лес раскинулся в стороны, земля поднималась и опадала холмами и ямами, что становились выраженными все сильнее. Ноги Эми пылали от усталости. Конечно, ёкаи этим не страдали.
Она шагала за ними и смотрела на Сусаноо и Юмея, а потом на Широ и Бьякко позади нее. Четыре сильных ёкая, одни их сильнейших здесь. Юмея редкие осмеливались вызвать на бой. Сусаноо и Широ были Кунитсуками. Даже ослабевшими они были опасными. Что она здесь делала? Что она, человек, делала с этими сильными существами из другого мира?
Эми пыталась скрыть тяжелое дыхание, пока пыталась поспевать. Ёкаи двигались быстро, ей приходилось порой бежать. Земля становилась неровной, и расстояние между ней и Юмеем росло. Эми ускорилась, листья вылетали из-под ее сандалий. Неподходящее кимоно тянулось за ней. Ей стоило попросить другую одежду или хотя бы обувь.
Что она делала здесь, среди странного леса, где четыре ёкая могли изменить облик и летать или использовать опасную магию взмахом руки? Она отличалась от них. Она должна была остаться в стороне и не мешать.
С шорохом листьев Бьякко обогнал ее. Она пошатнулась, а ёкай занял место за Юмеем. Стиснув зубы, Эми пошла вперед, спеша, но едва дыша. В спешке она споткнулась о скрытый в листве корень и полетела вниз, уставшие ноги не держали.
Рука поймала ее за локоть и вернула ей равновесие. Широ впервые после храма Аматэрасу посмотрел ей в глаза.
— Я в порядке, — сказала она, едва дыша, опередив его. — Я могу идти.
Он разглядывал ее, а потом посмотрел вперед. Сусаноо, Юмей и Бьякко были тенями во тьме.
— Ты уже мне говорила, что, если помощь и не нужна, ее стоит принимать, потому что так проще.
— Когда я так говорила?
— Когда почти затолкала меня в ванную, потому что я выглядел грязно.
— О, — теперь она вспоминала. Он был в грязи и засохшей крови, когда пришел в ее спальню, чтобы сказать, что Юмей нашел след Аматэрасу. Она говорила что-то о принятии помощи? Он упрямо заявлял, что ему ничего от нее не нужно. — Видимо, говорила.
Он взглянул на нее.
— А потом ты чуть не выронила на меня миску с едой, потому что не могла отвести взгляда от моего лица. Помнишь это?
— Такого не было! — выдохнула она, хотя помнила свою реакцию на то, что он был наполовину обнажен. Ее щеки стали теплыми.
Его губы изогнулись в усмешке, один клык блеснул в свете звезд. Ее глаза расширились, желудок сжался. Слезы грозили политься по лицу, не думая, Эми прижалась к его груди, схватившись за косодэ.
— Э-эми? — пролепетал он, отшатнувшись на полшага. — Что…?
— Прости, — прошептала она, держась за него. Она не видела такой его улыбки после того, как вышла из пещер с Сусаноо. Она так боялась, что больше не увидит этого, не увидит своего хитрого и дразнящего Широ. Она боялась, что уже потеряла его. — Я так скучала по тебе.
— Скучала? — его пальцы поймали ее за подбородок, он поднял ее голову, чтобы осмотреть лицо. — О чем ты?
— Просто… ты не был… — она выдавила улыбку. — Я скучала по тому, как ты дразнишь меня.
Он надул губы.
— Тебе не должно это нравиться. Это должно тебя раздражать.
Ее радость потускнела, она нахмурилась.
— Я знала, что ты все время специально меня злишь. Зачем?
Его улыбка вернулась.
— Потому что, когда ты раздражена, твои глаза вспыхивают, а щеки розовеют, и ты надуваешь губы, — он провел большим пальцем по ее нижней губе. — Вот так.
— Я не… ты… я не… — ее щеки запылали сильнее. — Ты ужасен!
— Нет, раз ты сказала, что скучала по мне. И ты все еще выдавливаешь из меня воздух.
— Нет! — возмутилась она, убрала руки, словно не сжимала его только что в тисках объятий.
Его руки обвили ее, он подхватил Эми.
— Широ! — она возмутилась и попыталась высвободиться.
Он прижал ее к себе сильнее и пошел вперед, легко и большими шагами.
— Не скули.
— Я не скулю!
— Зачем истощать себя, если это не требуется? Мне не сложно нести тебя. Побереги силы для боя.
Хмурясь, Эми поправила лук и колчан на плече.
— Я уже тут самая слабая. Если я даже успеть за всеми не могу, зачем мне идти?
— Хоть кто-то предложил оставить тебя позади?
Она моргнула и с удивлением поняла, что никто.
— Нет…
— Если бы Юмей не хотел, чтобы ты шла, он бы так и сказал. Никто не считает тебя слабой, Эми.
Странный жар сдавил ее грудь, она посмотрела на Широ. В его глазах не было обмана, лжи или хитрости, не было и веселья.
— Но…
— Ты доказала себя. Доказала всем нам свою силу. Ты пошла в пещеры одна. Ты прошла в горе сквозь облака яда. Ты вывела Сусаноо оттуда. Ты сделала то, что мы не смогли.
— Потому что яд на меня действовал не так…
— Это важно? Мы не смогли сделать это. Ты сделала. Мы видели, как ты выглядела, когда выбралась оттуда. Сколько раз ты упала, чтобы так растерзать колени? Но ты шла.
— Это показывает упрямство, а не силу, — пробормотала она.
— Сила бывает разной. Сусаноо это знает. Я тебе не говорил, что он тебя уважает? Если бы не уважал, он убил бы тебя в тот миг, когда ты встала между нами. Он относится к тебе, как к ёкаю, а не человеку. Он слушает тебя, говорит с тобой. Помнишь, как при первой встрече с тобой говорил Юмей?
Эми уткнулась лицом в его плечо. Она и не заметила, что Сусаноо относился к ней не так, как Юмей и Бьякко, но теперь, когда Широ указал на это, она поняла с удивлением, что это так. Она была человеком, но Кунитсуками говорил с ней, будто она была из его вида.
— Я все еще не думаю, что от меня будет польза против Орочи.
— От меня тоже вряд ли будет польза, — признался Широ. — Мы постоим в стороне и позволим Сусаноо и Юмею все сделать.
— Ты видел, как Юмей атакует тенями? — спросила она. — Когда он сражался с Джорогумо, он заставил лес потемнеть, а тени превратил в своих солдат-воронов.
Он вскинул брови.
— А еще я слышал, что ты спрыгнула с дерева и ударила паучиху в спину стрелой, пока она не пронзила его еще раз.
— Он… рассказал тебе это?
— Ворчал сильно, — сказал он, забавляясь. — Он не очень рад, что человек спас его.
Она склонила голову ему на плечо, переводя дыхание, пока он шел за тремя ёкаями. Земля все сильнее уходила вверх, и вскоре Широ скорее карабкался, чем шел, и она была благодарна, что не идет сама. Ее вес не беспокоил его.
Было глупо, ведь они шли в логово опасного врага, но Эми не могла не наслаждаться его близостью, его теплом, его лесным запахом. Она радовалась его улыбке, он немного побыл обычным собой. От этого грозило вырваться наружу воспоминание о поцелуе в Аджисае. Эми отказывалась думать об этом… хотя это уже ей снилось не один раз.
Ее желудок сжался. Она целовала Кунитсуками. Но он еще не был Инари. Он был просто Широ, ее забавляющимся кицунэ, который дразнил ее, потому что ему нравилось ее хмурое лицо.
Земля все поднималась, пока они не добрались до вершины каменистой скалы. С одной стороны был обрыв, огромный древний кратер, где когда-то было жерло вулкана. Теперь там был лес молодых деревьев с осенней листвой, звездный свет менял их цвета.
— Муракумо где-то в центре, — сказал Сусаноо.
— Ты чувствуешь Орочи? — спросил Юмей.
— Нет.
— Как и я.
— Может, нам повезло, — пробормотал Бьякко, — и чудища тут нет.
Они пошли по опасному склону кратера. Ёкаи то прыгали, то съезжали по склону, пока деревьев не стало слишком много, чтобы они передвигались быстро. Эми теперь сидела на спине Широ, чтобы у него были свободными руки, он убирал ими нижние ветви. Она быстро затосковала по старым лесам с высокими деревьями и редкими кустами. Они шли медленнее, и даже Широ, обычно не издающий при ходьбе ни звука, старался теперь, чтобы не шуметь среди кустарников.
Земля выровнялась. Она вышли на полянку, которая образовалась на высохшем болоте. Сусаноо жестом остановил их.
— Муракумо близко, — выдохнул он. — Подождите здесь.
Он беззвучно скользнул в лес. Эми соскользнула со спины Широ и потянулась, борясь с волнением. Ее кожу все время покалывало, словно на нее кто-то смотрел.
— Почему Орочи не здесь? — тихо спросил Широ. — Почему он не охраняет меч?
— Сто лет прошло после кражи, — ответил Юмей. — Может, он стал беспечным.
Эми оставалась рядом с Широ. Она сняла на всякий случай лук с плеча и потерла рукой по шее, чтобы остановить покалывание. Она выдохнула в тщетной попытке выпустить часть напряжения.
Они ждали в тишине, шли минуты. Воздух был неприятно прохладным, но не ледяным, как на севере. Эми поняла, что дрожит и следит за каждой тенью.
— Юмей? — прошептала она, когда уже не могла выдерживать. — Ты ничего не видишь?
Он точно видел в темноте лучше, чем она при свете дня.
— Я бы тогда молчал? — недовольно ответил он.
— Что такое? — спросил у нее Широ.
— Ничего, — пробормотала она. — Просто паранойя.
Он сузил глаза.
— Уверена?
— Просто… у меня ощущение, что за нами следят, — она тряхнула головой, смущаясь даже признавать это. — Ничего. Это воображение.
— Да? — он многозначительно переглянулся с Юмеем. Тэнгу тут же задвигался, прошел к краю полянки. Бьякко прошел к другому краю, и ёкаи начали методично обходить ее по периметру, вглядываясь в тьму за деревьями.
Широ стоял рядом с ней, его уши подрагивали от каждого звука.
— Как давно?
Она растерянно моргнула и отвела взгляд от Юмея.
— Что давно?
— Как давно у тебя это ощущение?
— Эм, минут десять, наверное?
— Откуда?
Эми закрыла глаза, сосредоточилась на покалывании, а потом указала:
— Оттуда.
Она открыла глаза, а Юмей, Бьякко и Широ повернулись в указанном ею направлении. Ее щеки покраснели.
— Не думаю…
С тихим шелестом Сусаноо вышел из теней с другой стороны.
— Я чувствую Муракумо, но не могу найти его. Похоже… — он замолчал и нахмурился. — Что такое?
— Эми показалось, что за нами следят, — сказал Широ.
— П-просто показалось, — в отчаянии сказала она, не веря, что они так серьезно восприняли ее волнение. — Если вы ничего не чувствуете, то…
— То наш враг прячется от ёкаев, — прервал ее Сусаноо. — Ками может ощущать то, что не можем мы.
— Я не ками.
— Но ты больше, чем человек.
Она не успела ответить, Широ вытащил стрелу из колчана на ее плече и вручил ей.
— Выстрели.
— Куда?
Он кивнул на деревья, куда Эми указывала.
— В ту сторону.
— Но… — он посмотрел на нее с ожиданием, и Эми вложила стрелу и подняла лук. — Уверен?
— Увереннее некуда.
Поджав губы, Эми натянула тетиву до щеки и сосредоточилась. Хуже четырех сильных ёкаев, поверивших, что она волнуется не просто так, было только несработавшее очищающее заклинание.
— Шукусэй но тама, — прошептала она.
Эми выпустила стрелу, она пролетела через поляну в деревья. Она ожидала стук столкновения со стволом или шелест от падения на землю. Она не ожидала глухой стук, прозвучавший вместо этого, и яркую вспышку света в деревьях.
— Ах, — улыбнулся Широ. — Вот их барьер.
Теплая ки покалывала на коже Эми, но это была не ки ёкая.
Это была ки ками.
Что-то зашуршало в темноте. Юмей поднял руки, и красный свет разлетелся лентами с его ладоней. Свет принял облик и затвердел, превратившись в длинное черное копье, которым он сражался с Джорогумо. Бьякко выхватил Когараши, меч с силой ветра, что он давал ей. Широ упер руку в бок, не спеша призывать мечи.
Из темноты появилась фигура. Форма сохэя темного цвета окутывала тонкую фигуру, свет звезд упал на голову человека, и Эми удивленно увидела нежные черты женского лица. С посохом с лезвием в одной руке ками посмотрела на четырех ёкаев темными глазами на нечеловечески красивом лице.
Тихо шагая, еще двое ками в одежде сохэев вышли из тьмы за деревьями к женщине, а за ними появлялось все больше теней. Эми похолодела от страха. Не меньше десятка ками. Юмей едва смог одолеть Коянэ. Смогут ли они сразиться с таким количеством?
Женщина-ками посмотрела на Эми.
— Камигакари, — хоть она говорила негромко, она и не говорила тихо, ее голос без эмоций прозвенел в тихой ночи. — Я намеревалась схватить Кунитсуками живыми, но раз ты разрушила мой барьер и помешала нашим приготовлениям, мне придется убить их.
— Прекрасно, — сказал Широ, его сухой тон был тише, чем ее. — Как щедро с твоей стороны сообщить нам это. Но нельзя ли потише?
— Я сообщаю камигакари, чтобы она, когда я отдам ее своей госпоже, подтвердила то, что я сказала.
— Слышала, маленькая мико? Передашь Изанами нашу любовь. А пока закрой рот, ками.
— Я не буду молчать из-за таких, как ты, — громко сказала женщина, разбивая тишину. — Госпожа подозревала, что вы прибудете сюда, раз Сусаноо сбежал, и я…
— Да, да, — вмешался Широ. — Ты можешь делать это тихо?
Женщина оскалилась.
— Твоя наглость усилилась после века жалкой слабости, Инари. Но это быстро исправить.
Она подняла руку, приказывая. Десяток ками за ней выступили вперед и образовали линию по краю полянки. Воздух нагрелся от растущей ки, давящей невидимым весом.
— Юмей, — сказал Широ тихо, едва слышно. — Ко мне.
Юмей стоял ближе всех к ками, но тут же беззвучно подался назад, пока не оказался в шаге от Широ.
— Отступление не спасет вас! — сообщила ками, решив говорить как можно громче.
— Что такое? — прошипел Юмей. Сусаноо и Бьякко придвинулись к Широ с другой стороне.
— Не знаю, — напряженно прошептал Широ. — Я пытаюсь вспомнить.
— Что? — рявкнул Юмей.
Ками подняла посох и указала лезвием на них, сбившихся в кучу.
— Во имя своей госпожи я покараю вас, Кунитсуками!
— Она медлит, — прошептал Бьякко. — Они готовят ловушку. Нам нужно…
— Стой. Я припоминаю.
Против всей мудрости три ёкая отвернулись от врага и посмотрели на Широ. Древняя хитрость сияла в его глазах, он тихо рассмеялся. Этот хриплый зловещий смех Эми у него еще не слышала.
— Надеюсь, ты к этому готов, Сусаноо, — пропел он.
Удивление вспыхнуло на лице Сусаноо.
— Что…
— Тише, — Широ обхватил рукой Эми за пояс, притянул ее ближе и понизил голос до шепота. — Просто… не… шумите.
Ками оглянулась, а потом посмотрела на них с триумфом на идеальном лице.
— Кунитсуками! Пора…
Ками замолчала, земля задрожала, ее радость сменилась смятением, она посмотрела вниз.
С оглушительным треском лес за нами поднялся. Деревья полетели в воздух, земля и пыль — за ними. Ками развернулись, их ладони засияли магией.
Огромный силуэт поднялся из облака пыли. Челюсть с огромными клыками сомкнулась на ками, достав ей до бедер, а потом голова отпрянула в темное облако, послышался треск ломающихся костей.
На миг, который словно длился дольше, никто не двигался. А потом с криками оставшиеся ками разбежались.
Земля задрожала снова, деревья вырывались из земли. Еще одна чудовищная голова показалась из темноты, вспыхнув зубами. Она схватила еще двух ками и подняла в воздух. Закинув голову, чудище сломало их, стиснув зубы. Кровь полилась с неба.
Ками уже не сдерживали себя, а убегали в стороны. Еще две головы дракона вырвались из-за деревьев, корни и грязь еще виднелись на их темной чешуе, они хватали убегающих ками. Лес наполнили крики и треск костей.
Широ крепче сжал Эми, завел ее к себе за спину, пятясь. Сусаноо, Юмей и Бьякко тоже отступали медленными осторожными шагами несколько десятков ярдов, пока Широ не обернулся и не бросился бежать.
Остальные не отставали, он бежал, забирался по склону кратера, пока они не миновали деревья. Широ остановился на каменистой поверхности и оглянулся. Ниже, в центре кратера поднималась огромная тень — восемь длинных извивающихся шей с угловатыми головами и тяжелыми челюстями. Крики раздавались из тьмы, головы опускались в лес и поднимались с телами, которые быстро проглатывались.
Эми прижалась к Широ, дрожа с головы до пят.
— Это… он…
— Сусаноо говорил, что Орочи был большим.
Она покачала головой. «Большим» это чудовище описать не удавалось. Она не могла придумать слово, чтобы охватить невозможный размер дракона.
— Инари, — сапфировые глаза Сусаноо напоминали небо в грозу. — Что ты помнишь?
— Нечетко помню, как он вырвался из-под земли и чуть не оторвал мне руку, — он поежился. — Это скорее инстинкт, чем память.
— Что-нибудь еще вспомнил?
Читать бесплатно другие книги:
