Детка, я твой! Маш Диана

Глава 27

Пересекая улицу, и приближаясь к невзрачному, заросшему высоким кустарником, двухэтажному строению, из окон которого, несмотря на дневное время, лил свет и доносилось монотонное мычание, Ноа оглядывался по сторонам, изучая обстановку, и возможные пути отступления.

Полезная привычка, если планируешь что-то незаконное. А он как раз-таки планировал….

На здании висела ржавая жестяная табличка, где с трудом, но можно было прочесть название улицы, – Амери стрит, – и номер дома. Двадцать два.

Натянув на глаза бейсболку, и сверившись с забитым в телефоне адресом, оборотень убедился, что не ошибся, и направился к входной двери, готовясь включить на полную мощь весь свой актерский талант.

Хорошо, что Лолли, в конце концов, прекратила упрямиться, и осталась в полицейском участке, под присмотром кучи копов и камер видеонаблюдения.

Зная эту девчонку, можно было ожидать чего угодно. Вломись она в храм служителей культа Четырехрогого, в поисках своего кота, снесла бы там все подчистую, грозя попасть под статью. А так, под ударом будет лишь Эльза Саланос, и то, только если не додумается не попадаться на глаза его боевой «помощнице».

Вспомнив ее лукавую улыбку, и подозрительный блеск в глазах, когда малышка, словно невзначай, сверкнула брачной меткой, сообщив тем самым заместителю шефа полиции Альмонте, кем ему приходится, волк весело хмыкнул и стукнул пару раз висевшим справа от двери молоточком.

Прошла минута, две, но ответа не последовало. Райт стукнул еще, но и на этот раз, открывать ему никто не торопился. Схватившись за ручку, волк толкнул плечом дверь и, как ни странно, она поддалась.

Для тех, кто бережет свою уединенность, прячась за законом, эти людишки сосем не думают о безопасности.

Встретивший его небольшой темный холл, освещенный одной маленькой свечкой, оказался пуст. Зато из коридора доносился разноголосый шум.

Осторожно, чтобы не привлечь к себе ненужного внимания, оборотень прокрался по этому коридору и, выглянув из-за угла, увидел около десятка обнаженных мужчин, что, взявшись за руки, водили хоровод вокруг стоящей в центре комнаты гипсовой статуи своего повелителя, Четырехрогого демона.

Несколько лет назад Ноа стал невольным свидетелем ведьминского шабаша. Так вот теперь, он с полной уверенностью мог заявить, что вид танцующих обнаженных женщин, пусть даже в их истинном, неприглядном обличии, еще цветочки, по сравнению с тем, что здесь происходит.

Окна были задрапированы зелеными портьерами и, если бы не расставленные во всех углах огромные канделябры, – единственный источник света, – пришлось бы поднапрячься, чтобы что-то разглядеть.

Внимательно изучив лица присутствующих, оборотень не признал ни в одном из них Непорочного Илайя Гэвинсона. А это значит, что поиски необходимо продолжить.

За спиной раздались тяжелые шаги. Незаметно скользнув за портьеру, Райт успел заметить две идущие по коридору фигуры. Мужчины, лет тридцати, в длинных зеленых балахонах.

Ноа скривился.

Какого хрена они вместо того, чтобы весело проводить время с красивыми цыпочками, трясут друг перед другом своими членами? Чертовы извращенцы.

Когда оккультисты скрылись в комнате, где отплясывали их собраться, показался он – бл**дский похититель чужих котов.

Илай шел один, расстегивая на ходу пуговицы на одеждах. Улучив момент, Ноа рванул ему наперерез и ударил в грудь, заставив Непорочного отлететь в сторону. Затем схватил его за шкирку, прижал лицом к стене и, склонившись к уху, низко прорычал:

– Только попробуй закричать, и я вырву тебе глотку.

***

От гребаного оккультиста несло страхом и ненавистью.

Запах резко ударил в ноздри и был таким тошнотворным, что Ноа поморщившись, дернул головой. Решив воспользоваться его заминкой, Непорочный попытался вырваться, и даже открыл рот, чтобы закричать и позвать своих собратьев на помощь, но не успел. Райт ладонью перекрыл ему весь кислород и хорошенько врезал коленом по объёмному заду, заставив мужчину противно пискнуть.

– Еще один такой фокус, и ты пожалеешь, мудазвон. А сейчас отведешь меня к коту. Рыжему такому, пушистому. Которого ты спер из отеля сегодня ночью. Если с ним все в порядке – остаешься жив. Если же нет… ну ты понял. Кивни, – задыхаясь от нехватки воздуха, Илай усиленно закивал, – молодец. Где он?

Подняв дрожащую руку, Непорочный ткнул пальцем в то направление, откуда появился он сам, а до него двое мужчин. Оторвав его от стены, Ноа толкнул мужчину вперед, чтобы показывал дорогу.

– Этот кот – «Чаньши», посланник Господина. Он наделен черным духом, и никто не смеет к нему прикасаться.

– Прекрати распинаться. Мне пох*й, кто он и какая дрянь в нем сидит. Моей девушке без этой рыжей зверюги очень плохо, а значит, она получит его обратно. Ты все уяснил?

– Четырехрогий вас покарает, – устало вздохнул Непорочный Илай, остановившись напротив ведущей в подвал лестницы. Ноа толкнул его в спину, придавая ускорение, и сам направился следом.

Длинный коридор, освещенный с двух сторон точно такими же канделябрами, что стояли в комнате, где плясали оккультисты, закончился кирпичной стеной. Согнувшись в три погибели, Илай что-то нащупал в ней, нажал, и стена, с протяжным скрипом, отъехала в сторону.

При виде открывшейся его глазам картины, волк не сдержался и громко присвистнул.

Огромное помещение, обилием золотого цвета напоминающее королевскую опочивальню, в отличие от всего остального здания, освещалось висящей на потолке гигантской хрустальной люстрой.

На широченной, пышной кровати, застеленной тончайшим узорчатым шелком, лежало четыре кота и одна мелкая собачка, – кажется, эта порода называется чихуахуа, – а вокруг них стояли три полуголые девицы и обмахивали животных опахалами. Четвертая девушка держала в руках блюдо с кусочками мяса и, ходя от одного зверя, к другому, кормила их с ладони.

Рыжую, вечно недовольную мордашку приятеля вампирочки, Ноа узнал сразу. Тот лежал, вытянув вперед свои мохнатые лапки, и довольно щурился всякий раз, когда девушка с едой останавливалась рядом с ним.

– А Лолли еще переживала, что он с голоду подохнет, – пробурчал себе под нос волк. Оттолкнув Непорочного к стене, он подошел к кровати, и схватил ошеломленного Шабо на руки, – прости приятель, но придется тебе из этого рая возвращаться обратно, к своей вредной хозяйке. Я ей обещал…

Не обращая внимание на негодующее мурчание и вцепившиеся в его футболку коготки, Райт направился к выходу.  Вслед ему раздались недовольные шепотки девушек и зычный, как сирена, крик Гэвинсона:

– Помогите! Чаньши похитили!

Ноа прибавил шагу, все же надеясь выскочить незамеченным. Ему повезло, в коридоре и на лестнице было пусто, а вот дорогу к входной двери перегородили два высоченных лба.

– Да, бл*!

Глава 28

Любопытно, как долго эти мужчины будут думать, что я не замечаю их оценивающих взглядов? Пялятся, будто женщин в глаза не видели. Но ведь это далеко не так.

В кабинете напротив, огороженном стеклянной стеной, сидела миловидная секретарша и что-то печатала на компьютере. В общем зале девушка, в полицейской форме, писала отчет, попивая кофе из Старбакса. А заместитель шефа полиции Эльза Саланос вместо того, чтобы скрыться за дверью своего кабинета и не мозолить мне глаза своими ярко-красными губяками, прохаживалась туда-сюда по залу, изображая видимость усердной работы. Хотя я прекрасно видела, что ничем важным эта дамочка не занята.

С того момента, как Ноа чмокнул меня в лоб, приказал без его разрешения даже шагу из участка не делать, и отправился вызволять моего кота, прошло уже три часа, один пакет третьей отрицательной, – по дороге из отеля мы все же заскочили в банк-крови и пополнили мои запасы, – и одной победы в разложенный на мобильнике карточный пасьянс.

Тревога и волнение успели прогрызть во мне дыру размером с метеоритный кратер, так что сейчас я скорее напоминала вулкан готовый извергнуться в любую минуту. Но это внутри. Снаружи я выглядела застывшей статуей, вздрагивающей каждый раз, стоило кому-то хлопнуть входной дверью.

Почему мы не согласовали с Ноа сроки? Сколько времени должно пройти прежде, чем я позвоню папочке и потребую поднять на уши весь Альмонте? Еще час? Три? Восемь?

Создатель, так долго я не продержусь…

Словно почувствовав мое поганое настроение, Саланос решила сделать его еще хуже, а потому расплылась в хищной, белозубой улыбке и направилась ко мне.

– Сержант Райт, что-то задерживается, не так ли? – вместо того, что сесть в кресло, она устроилась на краешке стола, отчего узкая юбка задралась до середины бедра, выставляя на всеобщее обозрение длинные, тренированные ноги.

– К сожалению, я не в курсе, как долго длиться обряд посвящения в служители культа. Думаю, он скоро будет здесь, – пожав плечами, я сделала вид, что ищу в телефоне что-то срочное, но дамочка не купилась. Или же ей было глубоко плевать.

Скорее всего второе.

– Я заметила у вас на шее брачную метку… – а я все думала, когда она заведет о ней речь. Ну вот, Лолли, дождалась, – это, конечно, не мое дело, но я не вижу у вас на пальце кольца. Правильно я понимаю, у вас временные отношения?

– Вы верно заметили, Эльза – это не ваше дело, – сжав ладони в кулаки, я еле контролировала желание вцепиться в ее идеально гладкие волосы и выдернуть их все. До единой волосинки. И даже тот факт, что нас окружали полицейские, и маячила перспектива быть снова запертой в изоляторе, не сильно помогал мне остыть.

Саланос лишь презрительно усмехнулась в ответ.

– Скоро будет моим. Я собираюсь подать рапорт о переводе в Оттаву. Думаю, к тому времени, на вашей шее не останется ни следа от метки… – ну держись сучка!

Подскочив с диванчика, я успела сделать шаг в ее сторону, как вдруг открылась входная дверь и в зал влетел запыхавшийся оборотень. В порванной футболке, с синяками под глазами, весь в порезах и крови, он прижимал к себе моего испуганного котика и шарил по присутствующим безумным взглядом.

Сердце пропустило удар. Ярость на мерзкую шефиню в секунду сменилась страхом и беспокойством за двух моих мужчин. Не чувствуя под собой ног, я бросилась к ним.

– Ноа! Шабо!

***

Стоило оборотню меня увидеть, как на его лице отразилось явное облегчение. Словно все это время он не находил себе места от волнения, а сейчас, наконец, смог расслабиться.

А вот Шабо повел себя странно. Вместо того, чтобы радоваться появлению хозяйки, – хозяйки? Серьезно? Кому я вру? – мой пушистик виновато опустил мордочку и чуть слышно протянул:

– Мяу.

Первым порывом было обнять их обоих и долго не отпускать. Но, во-первых, присутствующие нас бы не поняли, вроде недавно расстались, а во-вторых, я еще не совсем отошла от диалога с Саланос. Она, конечно, редкостная стерва, но во многом права. Скоро действие метки закончится, и мы с Ноа станем чужими друг другу. Все вернется как было: он сам по себе, я – сама. Так зачем же все усложнять?

Взяв на руки Шабо, я поцеловала его в лоб, прижала к себе и повернулась к Райту.

– Что произошло? – прошептала я еле слышно, осторожно коснувшись пальцем глубокого пореза на его виске, – на тебе живого места нет.

– Оккультистам так понравился твой кот, что они не хотели с ним расставаться. Пришлось пустить в ход весь свой шарм и силу убеждения, – усмехнулся, и тут же поморщился волк.

– Ноа, тебе нужно к врачу.

– Все, что мне нужно, это твой поцелуй, – обаятельный наглец дотронулся пальцем до моей нижней губы, и от этого простого прикосновения у меня перехватило дыхание, – такой же, как тот, что  ты подарила вредному котяре, который совсем его не заслуживает.

– И ничего он не вредный. Шабо страдал без меня, хотел вернуться, но не мог. Да, милый? –  кот жалобно мяукнул и отвел в сторону свои маленькие глазки.

Не знаю, что там у них произошло, но будь он человеком, я бы решила, что ему стыдно. А это невозможно. Шабо и слово «стыдно» были родом из разных вселенных.

– Так сильно страдал, что исцарапал мне всю спину, желая вернуться обратно к гребаным извращенцам. Клянусь, если бы не мое тебе обещание, отпустил бы его на все четыре стороны.

– Ты на него наговариваешь.

– Поверь, Леденец, я недоговариваю. А сейчас собирайся, я отвезу вас в отель, оставлю там на пару часов, а сам съезжу в приют. Это не займет много времени.

Если честно я и сама хотела убраться из этого места. За проведенное здесь время, оно успело мне порядком надоесть. Но сидеть запертой в отеле, перспектива не из лучших. О чем я и поспешила сообщить.

– Мы с Шабо едем с тобой, и это не обсуждается, – развернувшийся было к двери волк, тяжело вздохнул.

– Что-то подобное я и ожидал. Хорошо, заедем в аптеку за пластырем и обезболивающим, затем в зоомагазин за переноской, и в приют. Может ребята будут поразговорчивее, если увидят вместе с нами твое пушистое чудовище…

Глава 29

В аптеке волк разжился не только обезболивающим и пластырем, что сейчас красовался на его виске, но и дешевой белой футболкой, оставив ошметки черной в мусорном баке.

А вот нахождение в зоомагазине отняло у нас кучу времени, так как мой «себе на уме» кот превратил выбор переноски в настоящий квест.

Пока он примерял на себя разноцветные сумки, ходил от одной к другой, я сто раз успела пожалеть, что, убегая от вломившегося в наш дом одержимого, не додумалась захватить с собой любимые вещи моего вредины. Это бы сильно облегчило мне жизнь.

Если я к его капризам уже привыкла, то Ноа долго терпеть не стал. Буркнул под нос что-то там про избалованного засранца, схватил первую попавшуюся переноску ярко-салатового цвета, к которой мой кот за все время даже не приблизился, и бросил ее на кассу. А когда Шабо наотрез отказался лезть внутрь пригрозил ему, что расскажет мне о предательстве и каком-то «райском местечке».

Не знаю, что он имел в виду, – и чуть позже обязательно расспрошу, – но на Шабо угроза подействовала незамедлительно. Уже через секунду он сидел в сумке и смотрел на волка полными ненависти глазками.

В «Приют-Дэбюа» мы попали, когда на часах было уже шесть вечера. Первым из взятой в аренду машины, держа в одной руке сумку с котом, вышел Райт.

Подойдя к пассажирской дверце, он открыл ее и подал мне ладонь, помогая вылезти наружу. Ну и не теряя времени даром, решил воспользоваться моментом, обнять меня за талию и прижать к своему сильному мужскому телу. Ненадолго, но мне хватило, чтобы захмелеть от близости к этому волку, а ему заметить это, и расплыться в широкой, понимающей улыбке.

Его губы были в считанных миллиметрах от моих, а в глаза блестела решимость, но тут случилось две вещи: раздавшееся из сумки громкое – «мяу» и радостное – «вы приехать, Ран знать».

Со стороны ворот в нашу сторону бежал и улыбался во все свои тридцать два огромный тролль, только в этот раз я его не боялась, даже наоборот, была очень рада встрече.

Заключив меня в свои тесные объятия, Ран приподнял меня над землей, но тут же быстро отпустил. Затем настала очередь Ноа, но оборотень отрицательно качнул головой и протянул вперед руку, которую тролль с большой охотой сжал своей гигантской ладонью и сильно потряс.

– Ран говорить миссис Марш, что вы приехать утром, но утром вы не приехать и миссис Марш думать я врать. Но я не врать, вы приехать.

– Извини, что заставили вас ждать, – повинилась я, грустно вздохнув, – но теперь мы здесь и готовы начать поиски пропавших ребят. Веди нас к миссис Марш, Ран.

***

Кабинет миссис Марш, директрисы приюта, находился на втором этаже. Чтобы добраться до него мы преодолели уютную гостиную, где царил идеальный порядок, совсем не вяжущийся с наличием в доме детей всех возрастов. Да и не знай я, где нахожусь, решила бы, что посетила особняк состоятельной вдовы, содержащей на пенсию усопшего мужа себя и парочку слуг.

О присутствии в доме детей напоминали только портреты на стенах. Ни криков, ни даже перешептываний за углом. Кругом царила звенящая тишина и абсолютный покой.

– Миссис Марш, они приехать. Ран не врать, они приехать, – закричал тролль, распахнув дверь и пропустив нас с Ноа и сидящим в переноске Шабо вперед.

В светлом и просторном кабинете, за массивным сосновым столом, сидела маленькая старушка. Упитанная, с белыми как снег волосами, в очках на половину лица, она была одета в длинное черное платье и в тон ему черные туфли на низком каблуке, которые я успела рассмотреть, стоило ей подняться и броситься приветствовать гостей.

– Здравствуйте, – расплылась она в широкой улыбке, протягивая руку сначала мне, затем Райту, – меня зовут Елизавета Марш, я директор «Приют-Дэбюа».

Приятным голосом и безупречными манерами она быстро расположила нас к себе, и даже Шабо выглянул в окошко сумки и учтиво муркнул.

– Ран говорил, о том, что приедут его знакомые и помогут найти наших мальчиков, а я решила, что он шутит. Теперь вижу, что это не так.

– Я Лоллипоп Картер, а это Ноа Райт, он полицейский из Оттавы. Ран рассказал, что у вас пропали воспитанники, и мы хотим разобраться, что произошло, раз уж местная полиция не принимает никаких мер.

– Присаживайтесь, – она указала нам на черный кожаный диванчик для гостей, а сама подвинула кресло так, чтобы сесть неподалеку.

Тролль тоже остался в кабинете. Прислонившись спиной к стене, он стоял тихо, как мышка, восторженно взирая то на «милого» котика, то на Райта, который, в его глазах превратился в настоящего героя, который всех спасет и вернет домой.

Прочистив горло, миссис Марш грустно вздохнула и начала свой рассказ, изредка промокая накрахмаленным платочком стекавшие по щекам слезы.

– Вот уже месяц, как над приютом сгустились тучи. Нас преследует черная полоса и легче не становится. Сначала у меня случилась личная трагедия, в озере Хардинг, что неподалеку от приюта, утонул мой внук Оливер. Несчастный случай. Мальчику было десять, и я очень его любила. Черная одежда, это не дань моде. Я до сих пор ношу траур.

– Примите наши соболезнования, – потянувшись вперед, я коснулась ее теплой ладони. Женщина улыбнулась сквозь слезы.

– Простите, все еще больно об этом говорить. Затем приют пережил эпидемию тяжелейшего ротавируса, а две недели назад пропал Кайл. Мальчику тринадцать, он часто отлучался и подолгу отсутствовал, поэтому сразу тревогу не забили. А когда он не вернулся на ужин я вызвала полицию, но они не приехали, сообщив, что должно пройти минимум два дня после исчезновения. Посоветовали обратиться к его друзьям, знакомым, родителям, что его бросили. Мы все обыскали, но никто ничего о нем не слышал. Через неделю после его исчезновения пропал Лоффе. Полиция приняла наше заявление, но поиски были очень поверхностными и длились не больше суток. А три дня назад пропал Майки. Узнав, что ребята ровесники и неплохо общались друг с другом полицейские предложили нам ждать. Сказали, что, когда они проголодаются и им надоест бродяжничать, они сами вернуться в приют. Признаюсь честно, я разделяла их мнение, парни были проказливыми, непослушными. Но на сердце неспокойно. Их нет уже так долго, на что они живут? Что едят? Где спят? Эти вопросы не дают мне покоя. Если в ваших силах помочь нам, мистер Райт, пожалуйста, сделайте все возможное.

– Я очень постараюсь, миссис Марш. Ничего не обещаю, но постараюсь, – кивнул Ноа, – для начала мне нужно осмотреть комнаты пропавших ребят…

– Это легко. Ран показать. Кайл, Лоффе, Майки и другие спать в одной большой комната, – тролль оторвался от стены и уже был готов бежать и показывать нам все, что нужно.

– Отлично, Ран, – волк встал с дивана и подал мне руку, помогая подняться, – затем мне нужно будет переговорить с другими вашими воспитанниками, миссис Марш. Кстати, где они? Поднимаясь сюда, мы никого не встретили.

– С пяти до семи вечера ребята находятся в кинозале, смотрят фильмы. Вы пока осматривайте комнату, а я соберу их в гостиной. Если будут вопросы, обращайтесь к нашему воспитателю мистеру Елини. Я сейчас предупрежу его, и попрошу встретить вас внизу. И еще раз спасибо, что откликнулись и предложили помощь.

Глава 30

Роберту Елини, судя по хмурой складке между бровями, не пришлась по душе просьба Ноа, оставить его в комнате парней и без свидетелей позволить провести осмотр личных вещей пропавших воспитанников. Но деваться было некуда. Приказ миссис Марш, всячески способствовать работе полицейского, обсуждению не подлежал.

Лоллипоп тоже не горела желанием оставлять оборотня в одиночестве, но поймав его твердый взгляд, говорящий о том, что сейчас перед ней не тот парень, с которым она привыкла спорить, а настоящий коп, нацеленный выполнить свою работу и докопаться до истины, грустно вздохнула, прижала к груди переноску с Шабо и вышла из комнаты в числе последних.

Первым делом Райт огляделся по сторонам.

Комната мальчиков представляла собой уютное, прямоугольное помещение с рисунками на стенах, пушистым ковром под ногами, яркими занавесками с мультяшными персонажами и расставленными в ряд застеленными кроватями.

Ноа насчитал пять штук, и на изножье каждой висела табличка с именами – «Кайл», «Лоффей», «Майкл», «Теодор», «Джек». Также к кроватям были приставлены тумбочки и узкие длинные шкафы, где воспитанники могли хранить свои личные вещи. С этих шкафов он и решил начать свои поиски.

Место Кайла было ближайшим ко входной двери. На постели ни складочки. Немногочисленные вещи постираны и аккуратно сложены. Вряд ли это заслуга паренька. Мальчишки, в его возрасте, такой опрятностью редко страдают. Скорее всего кто-то позаботился о вещах уже после его исчезновения.

Рядом с кроватью, на полу, лежал черный рюкзак, на дне которого, в бархатной коробочке нашлись хоккейные значки.

В тумбочке было пусто, если не считать нескольких блистеров с таблетками: жаропонижающее и противорвотное. Но тут как раз все объяснимо. Миссис Марш говорила об эпидемии в приюте. Видимо мальчик, перед исчезновением, успел переболеть.

У Лоффи на кровати нетронутыми лежали теплые вещи, – толстовки и джинсы, – а под матрасом нашлась заначка из двух конфет.

У Майки на дне тумбочки лежала книга с закладкой внутри и коробка с игрушечными трансформерами. Мальчишеский набор. Ничего подозрительного или необычного. Не придраться.

Закончив с осмотром, и мысленно поставив галочку напротив пункта «разговор с соседями пропавших парней», Ноа вышел из комнаты и пошел на звук детских голосов.

В гостиной собрались все, от мала, до велика. И если взрослые дети предпочли играть с котом, который, как ни странно, не выглядел особо недовольным, а даже наоборот, наслаждался всеобщим вниманием, то малышня выбрала своей целью Лолли.

Рассказывая какую-то классическую сказку, Леденец сидела на полу, скрестив ноги и посадив себе на колени двух кучерявых девочек. Остальные дети, чуть постарше, окружили их и, открыв рот, внимали каждому слову.

При виде этой картины, Ноа показалось, что его со всего размаху ударили в живот. Резко, сильно, оглушающе. До звездочек в глазах и проблем с дыханием.

И нет, бл*ть, метка тут была не при чем.

Это все она, чертов клыкастик, острой занозой пробралась ему под кожу, достигла сердца и прочно там засела. Не вытащить.

Ему в жизни не избавиться от этого видения – она, держит на руках маленькую, похожую на куколку малышку, и рассказывает ей сказку. Их общую малышку.

Оборотней в их мире часто называли монстрами. Чудовищами, запертыми, в клетке из человеческого тела. Но только сейчас Ноа почувствовал, что в этих словах была доля истины. Его зверь был готов разорвать любого мужчину, кто осмелиться хотя бы взглянуть на его сладкую вампиршу. И мысли, что с исчезновением метки пройдет и его одержимость, внезапно показались до боли смешными. Ничего не пройдет…

Ох*енно влип.

– Ноа, ты закончил? – заметив волка, Лолли отвлеклась от своего занятие и помахала ему рукой.

Тряхну головой, чтобы избавиться от наваждения, Райт нацепил на лицо беззаботную усмешку и направился к детям.

***

– Ну и кто здесь Джек и Теодор? – окинув насмешливым взглядом толпу ребят постарше, поинтересовался Ноа.

На секунду воцарилась настороженная тишина, причины которой до Райта дошли не сразу, а когда дошли, парень, извиняясь, улыбнулся и развел руками.

– Я здесь не для того, чтобы кого-то наказывать, чего бы вы, ребята, не натворили. Я ищу трех ваших друзей и хотел бы задать вам несколько вопросов. Наедине. Вот и все.

От толпы отделился худенький, мальчишка, чьи щеки и нос покрывала россыпь мелких веснушек, а на голове красовалась копна рыжих кудряшек, которым позавидовала бы любая девушка. За ним следом шагнул еще один паренек. На голову выше ростом, но такой же худой и с таким же подозрительным взглядом на детском личике.

– Меня зовут Джек, а это Тэд, – поздоровался рыжий мальчуган, – и мы уже разговаривали с полицией, но они ничем не помогли. Кайл, Лоффе и Майки так и не нашлись.

Парни, наученные горьким опытом общения со старшими, которые их не воспринимали всерьез, неохотно шли на контакт, а значит, решил волк, надо играть по-крупному.

– На этот раз за дело берется лучший коп в Канаде, и с вашей помощью, он постарается докопаться до истины.

– Кто это? – мальчишки от удивления наклонились ближе, восторженно ловя каждое его слово. Сидевшая неподалеку Лоллипоп прикусила нижнюю губу, чтобы спрятать улыбку, и продолжила рассказывать малышне сказку.

– Я. Меня зовут сержант Райт и теперь я главный в этом расследовании. Ну так что, ответите на мои вопросы? – ребята дружно кивнули и повели Ноа в игровую, где в данный момент никого не было.

Первым заговорил самый решительный из них, рыжеволосый Джек.

– Все говорят, что они сбежали, но это не так сэр. Мы хорошо общались, они обязательно предупредили бы нас, или позвали с собой.

– Расскажите мне о том дне, когда пропал Кайл. Видели ли вы его? Разговаривали с ним? Заметили что-то необычное?

Джеку потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями.

– Утром Кайл засел в гостиной, будто ждал кого-то. Когда я спросил, кто к нему должен прийти, он ответил, что нашел какую-то работу, но какую – не сказал. Я назвал его вруном и убежал с Майки на завтрак, поэтому не знаю, дождался ли он гостей. А после завтрака он пошел на озеро. Он там часто пропадал, любил… любит плавать. Он лучший пловец в приюте, даже в соревнованиях участвовал.

– Ты тоже ничего не заметил, Тэд? – спросил у мальчишки постарше Ноа.

– Мы с Кайлом не очень хорошо общались, – парень опустил голову, – он хвастунишка. Всегда треплется о своих рекордах в играх, и как далеко заплыл в озере. Но я… я не желал ему зла, сэр.

– Не переживай, Тэд. Я и не думал, что ты, или кто-то другой, желал ему зла. Что про других ребят?

Первым снова заговорил Джек.

– Лоффе пропал посреди ночи, когда мы спали. Проснулись, а его нет. А Майки ушел с игровой площадки, сказал, что хочет в туалет, а обратно не вернулся. Мы слышали, как полицейские говорили миссис Марш, что он сбежал вместе с Кайлом и Лоффе, но это не правда. Майки бы на такое не пошел, да и с Кайлом они не очень дружили. Все время соревновались в плавании…

Выпытав из ребят все, что они знали, оборотень попрощался с ними, не забыв поблагодарить за помощь следствию, затем вернулся в гостиную, подхватил разлёгшегося на полу Шабо и засунул сонного, а потому не сопротивляющегося кота в переноску.

В этот момент к нему подошел мистер Елини, воспитатель приюта. Судя бледному лицу и длинным клыкам, которые он всячески демонстрировал, мужчина относился к тому же виду, что и Леденец.

– Вы уже закончили? Так быстро? – с ехидством в голосе поинтересовался он у волка.

– Хорошему сыщику не нужно часами лазить по полу с лупой, чтобы составить свое мнение. Но не переживайте, мы еще вернемся, – Ноа помог Лолли подняться с пола, и дождался, когда она попрощается с ребятами, пообещав снова заглянуть в гости, но уже с новой сказкой. А затем, не отпуская ее руки, повел к выходу.

Ран встретил их на улице, проводил до ворот и обнял на прощание, сообщив, что «мисс и мистер полицейские обязательно находить ребят» и он «ждать их скоро обратно в приют».