Христос с тысячью лиц Латынина Юлия

Как Иисус цитировал Еноха

Христиане очень хорошо знают историю ангелов, которые отпали от Бога. Для христианства это утверждение является самоочевидным. Кто же не слыхал про возгордившегося Люцифера? Многие христиане даже уверены, что это сказано в Пятикнижии Моисея.

Но в нем ничего такого нет!

Пятикнижие Моисея – несмотря на некоторые промахи Редактора – ультрамонотеистический текст. Он, по правде говоря, и ангелов-то не очень жалует и ничего не говорит о их создании. Что же до падших ангелов, то для его Редактора – это нелепица, поклеп на всемогущество Бога и тотальная ересь. Именно в такой ереси и упрекает христиан иудей Трифон в раннем тексте Юстина Мученика: «Ты говоришь, что ангелы согрешили и отпали от Бога», – возмущается собеседник Юстина{638}.

Зато Иисус – как, разумеется, и его последователи – про падших ангелов знает очень хорошо. Вслед за Енохом Иисус сообщает, что «диаволу и его ангелам» будет уготован вечный огонь (Мф. 25:41).

А автор «Откровения Иоанна Богослова» видит «Ангела, сходящего с неба, который имел в руках ключ от бездны». Этот ангел сковывает диавола Сатану и кладет на него печать (Откр. 20:1–2). Несложно заметить, что ангел, сковывающий Сатану, прибыл в «Откровение» прямешенько из книги Еноха, в которой Господь командует это же самое ангелу Руфаилу.

О падших ангелах, ждущих в цепях Страшного суда, сообщает Послание Иуды (Иуд. 6), а во Втором Послании Петра говорится, что в день второго пришествия «будут уничтожены огнем стохейи» (2 Петр. 3:10).

Греческое словечко «стохейи» () в данном случае значит не «частицы», как это переведено в Синодальном переводе. Оно постоянно употребляется в гностических текстах (и в Кол. 2:8) именно в значении стихийных духов, падших демонов, властвующих над материей.

Как мы уже сказали, ортодоксальный иудаизм ничего не знает о стохейях, падших ангелах, и скованном Сатане. Это – теологическое нововведение Книги Стражей.

При этом Иисус не просто хорошо знает историю о падших ангелах. Она известна ему в качестве св. Писания.

В «Евангелии от Марка», в главе двенадцатой, в которой рассказывается о дискуссиях, имевших место в Храме, саддукеи, не верящие в физическое воскресение тела, задают Иисусу коварный вопрос.

Была некая женщина, у которой умер муж, и она, не имея детей, вышла замуж за его брата: и так семь раз. Когда все семеро воскреснут, чьей женой она будет? – с торжеством спрашивают саддукеи.

Иисус легко выпутывается из ловушки, сообщив, что в воскресении секса нет.

«Иисус сказал им в ответ: этим ли приводитесь вы в заблуждение, не зная Писаний, ни силы Божией? Ибо, когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах» (Мк. 12:24–25; Мф. 22:29).

Как мы видим, Иисус не просто сообщает нам, что у ангелов секса нет. Он еще и ссылается при этом на св. Писание.

Но на какое?

В Торе ничего подобного нет. Жреческий Документ в ней вообще запрещает ангелов. А из Яхвиста, который как раз и является источником истории про бене элохим и дочерей человеческих, следует, что боги против секса ничего не имели и крыли человеческих самок со страшной силой, как Юпитер – Данаю. И от этого рождались герои.

Ответ заключается в том, что Иисус ссылается не на Тору, а на Книгу Стражей. Именно Книга Стражей увязывает в единое целое вечную жизнь, ангельский статус и отсутствие секса. Для ангелов, сообщает Енох, Господь «не сотворил жен, ибо духовные имеют свое жилище на небе» (Енох. 3:47/15:7).

При этом Иисус не только цитирует Книгу Стражей, но и считает ее Священным Писанием. А всего тексты Нового Завета насчитывают свыше сотни прямых или косвенных отсылок к кумранским книгам Еноха{639}.

Учение Иисуса идентично учению Еноха. Они проповедуют одну и ту же теологию и часто делают это одними и теми же словами.

Так, Иисус обещает, что Сын Человеческий придет на землю «на облаке с Силою и Славою великой» (Лк. 21:27). Енох обещает, что «Святый Великий явится со своим могучим войском с неба небес» (Енох. 1:4).

Иисус обещает человечеству «новое небо и новую землю» (Откр. 21:1). Енох обещает человечеству «новое творение» (Енох. 13:1/72:1) и «новое небо» (Енох. 18:16/ 92:16).

Иисус проповедует вслед за Енохом, что избранные унаследуют землю (Мф. 5:5; Енох. 1:20/5:7).

Иисус, как и Енох, проповедует, что судить людей будет не Отец, а Сын (Ин. 5:22; Енох. 11:62). Иисус утверждает, что местом наказания для грешников будет геенна (Мф. 5:22, 29, 30; 10:28; Енох 17:124/90:26).

Иисус вслед за Енохом говорит о «Маммоне Неправедности» (Лк. 16:9; Енох 10:61/63:10).

Иисус, как и Енох, обещает, что «низложит сильных с престолов» (Лк. 1:51; Енох 8:10/46:5).

Книга Еноха содержит целый «Животный Апокалипсис», в котором иудейский народ выступает как овцы, и Иисус говорит: «Я дверь овцам» (Ин. 10:7).

Дело не просто в вербальных совпадениях. Не в том, что и Иисус, и Енох оба называют своих последователей «избранными», «праведниками», «святыми» и «детьми света». Не в том, что они оба считают, что Господь Славы придет с войском на облаках; не в том, что они оба обещают миру – Страшный суд, последователям – вечную жизнь, а врагам – геенну огненную.

Дело в том, что большинство этих обещаний не имеют параллелей в ортодоксальном иудаизме и даже в раннем милленаризме II в. до н. э. – милленаризме фарисеев.

Приведем только несколько примеров. Иисус обещает, что он не только сам сядет на трон Славы, но и посадит туда своих последователей. «Когда сядет Сын Человеческий на престоле славы Своей, сядете и вы на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых» (Мф. 19:28).

То, что это обещание является вполне серьезным, подтверждает текст «Откровения». Его автор лично поднимается на небо и там, на небе, видит обещанные престолы.

«И вокруг престола двадцать четыре престола; а на престолах видел я сидевших двадцать четыре старца, которые облачены были в белые одежды и имели на головах своих золотые венцы» (Откр. 4:4).

Современного читателя эта сцена вряд ли поразит: ну, престол и престол, мало ли престолов на небе? Нашим современникам, развращенным Голливудом и спецэффектами, даже целый зал с престолами на небе не показался бы за вещь. Но для ортодоксального иудаизма оно звучало дико. Престол на небе был только один: это была огненная меркава, колесница Божия, которую видели Исайя и Езекииль. Единственным исключением из этого правила был пророк Даниил, который умудрился разглядеть на небе два престола: для Предвечного и для Сына Человеческого, и это утверждение Даниила повергало впоследствии рабби в шок и служило почвой для бесчисленных интерпретаций.

Прямое, явное, неприкрытое обещание людям престолов на небе было с точки зрения ортодоксального монотеизма нарушением всех и всяческих запретов и прельщением Израиля.

Кто же обещает то же, что и Иисус? Енох.

«Я посажу каждого на престол его почести, и они будут сиять вечно» (Енох. 20:32/108:12)[22].

А вот еще одно важное обещание раннего Иисуса. Он обещает своим последователям плод от Древа Жизни. «Побеждаюему дам вкушать от Древа Жизни, которое посреди Рая Божия» (Откр. 2:7). Именно это Древо Жизни и видит автор «Откровения» посреди Нового Иерусалима. Оно растет на берегу реки жизни, истекающей из стоящего посреди города престола Бога и Агнца (Откр. 22:1).

Это тоже совершенно невероятное обещание. Нигде в Торе не говорится, что Бог вознаградит человека Древом Жизни. Наоборот, в ней рассказывается, что Бог выгнал его из рая, чтобы он с этого древа не вкусил.

Кто же обещал своим сторонникам Древо Жизни у Престола Бога, стоящего прямо на земле?

Енох.

«Когда все будет искуплено и окончено до вечности, оно будет отдано праведным и смиренным. От его плода будет дана жизнь избранным; оно будет пересажено на север к святому месту – к Храму Господа, Великого Царя» (Енох. 5:29–30).

Ранний Иисус и его сторонники владели одним важным умением. Они могли поражать врага огнем из своих уст. Именно этим умением обладали «два светильника», упоминаемых Иоанном Богословом: «И если кто захочет их обидеть, то огонь выйдет из уст и пожрет врагов их» (Откр. 11:5). Об этом же умении упоминают Иаков и Иоанн: «Хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошел с неба и истребил их» (Лк. 9:54), – спрашивают они Иисуса, проходя мимо самарийской деревни. «Огонь пришел я низвести на землю», – обещает Иисус (Лк. 12:49). Об этом умении, как характерной примете Мессии, на рубеже I в. н. э. говорит 3-я Ездры (3 Ездр. 13:10).

По понятной причине впоследствии это умение вышло из моды. Мирные христиане никого огнем из уст не поражали. Исключения бывали, но редкие: к примеру, в «Деяниях Андрея и Матфея» эти два достойных апостола окружили город, которые не принял их учение, огненной стеной, и все внутри спалили огнем.

Но зато история о том, что Мессия будет обладать функциями гигантского космического огнемета, была главным предсказанием Еноха: «В те дни, когда он пошлет на вас мучительный огонь, куда вы убежите и где спасетесь?» (Енох 19:112/102:1). В манихейской Книге Великанов сообщалось, что не только Мессия, но и его ученики «будут иметь власть над Великим Огнем». «Снаружи и сверху они полетят за теми душами, которые попытаются спастись из огня»{640}. «Да принесешь ты смерть безбожным духовением уст твоих» (1QSb, V), – сообщают кумранские тексты о Мессии.

Что именно обещает Иисус своим сторонникам?

Физическое воскресение и вечную жизнь. Но, кроме этого, он обещает им в промежутке между этим физическим воскресением блаженство на небе. «Ныне же будешь со мною в Раю», – говорит он на кресте разбойнику (Лк. 23:43).

Однако именно эта концепция, как мы уже говорили, является теологическим нововведением Еноха, его главным религиозным ноу-хау, отличающим его от предшествующих генераций милленаристов. Да, вечная жизнь и перерезанные глотки противников обязательно будут в программе, но до физического воскресения в мире со ста килограммами винограда на каждой лозе они будут проживать в небесном пятизвездочном отеле и даже сиять.

И, наконец, и Иисус, и Енох проповедуют Страшный суд. В ходе этого Страшного суда праведники воссияют, а грешники будут ввергнуты в геенну огненную.

Это главный предвыборный пункт их милленаристской программы, их коронное обещание и зубодробительный аргумент.

«Для избранных же настанет свет, и радость, и мир, и они наследят землю, а для вас, нечестивые, наступит проклятие» (Енох. 1:20/5:7)

«Изыдут Ангелы и отделят злых из среды праведных, и ввергнут их в печь огненную: там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 13:50).

Нельзя сказать, чтобы это ключевое обещание было столь же беспрецедентным, как некоторые другие. Страшный суд над праведниками и грешниками описан впервые еще в пророчестве Даниила: «И многие из спящих в прахе земли пробудятся, одни для жизни вечной, другие на вечное поругание и посрамление» (Дан. 12:2). Эта идея восходила еще к фарисейскому милленаризму времени Маккавеев, и она продолжила свое существование у обоих равноправных наследников этого милленаризма – и у христиан, и у раввинов.

Однако все-таки стоит заметить, что если о пришествии Господа и дне его расправы над угнетателями народа Израиля пророки толковали много и охотно, то все-таки идея физического воскресения грешников для их дальнейшего вечного мучения была не очень популярна. Грешников убивали, вот и все. «Египет сделается пустынею и Едом будет пустой степью – за то, что они притесняли сынов Иудиных и проливали невинную кровь в земле их» (Иоиль. 3:19). Даже второй у Маккавеев карой грешников является просто отсутствие воскресения (2 Макк. 7:14).

Однако именно вечные мучения врагов секты в геенне огненной подробно расписаны в составе предвыборной программы Мессии в книге Еноха, – и именно они становятся ключевым обещанием Иисуса.

Речь идет не о заимствовании отдельных абзацев: речь идет о пересказе одной и той же идеологии чуть разными (а иногда и одинаковыми) словами. В одном случае эту идеологию проповедует праведник Енох, который предсказывает триумф Сына, в другом – сам Сын.

При этом в целом ряде случаев, как, например, в истории с Древом Жизни, пересаженным к престолу Мессии, и его умении поражать врага огнем из своих уст, эти цитаты из Еноха встречаются именно в самых ранних христианских текстах, а потом сходят на нет.

И, наконец, книги Еноха называют Мессию, с одной стороны, человеком и законным сыном своего отца, а с другой – они одновременно называют его Господом, Словом и Сыном.

Для удобства разительное сходство теологии Еноха и Иисуса – и разительное их отличие от ортодоксального иудаизма – можно свести в таблицу.

Иными словами, теология книги Еноха – это не иудейская теология V, III или даже I в. до н. э. Это раннехристианская теология. Книги Еноха и были Священным Писанием последователей Иисуса до поражения в Иудейской войне.

Это были книги Иоанна Предтечи.

Дальнейшие приключения Еноха

Кумран был уничтожен римскими войсками во время Иудейской войны, в 69-м или 70 г. Как следствие – все книги, написанные от лица Еноха и найденные в Кумране, написаны до этого времени.

Однако на этом Енохиана не закончилась.

Книги Еноха, как и Евангелия, продолжали писаться снова и снова. Все они имели один и тот же сюжет: Енох возносился на небо и получал там знание. Но вот теология их была разная. (Точно так же дело обстояло с Евангелиями: они тоже всегда имели один сюжет и разную теологию.)

Так, тема смертных, становящихся ангелами – то есть совлекающих с себя одежду плотского тела и облекающих в тела славы, – получает дальнейшее развитие в 2 Еноха, оригинал которой, сохранившийся только в славянском переводе XIV в., был написан, вероятно, по-гречески в I в. н. э. в Александрии.

За время, прошедшее между ее написанием и Книгой Стражей, жилищные условия праведников и ангелов значительно улучшились. На небе теперь уже семь этажей, и Енох поднимается последовательно на все из них{641}.

На седьмом небе он видит лицо Господа, и вместо того, чтобы убить, лицезрение Господа превращает его в ангела.

«И Господь устами своими воззвал ко мне: «Дерзай, Енох, не бойся! Встань и стань перед лицом моим во веки». И поднял меня Михаил, великий архангел Господень, и привел меня пред лицо Господа. И испытал Господь слуг своих, сказав им: «Да вступит Енох, чтобы стоять перед лицом моим во веки». Славные же поклонились [Господу] и сказали: «Да вступит» (2 Енох. 22:5–7).

Бог приказывает Михаилу снять с Еноха земные одежды и облачить его в ризы Славы Господней (2 Енох. 22:8). Иначе говоря, Енох совлекает с себя человеческую плоть и облачается в плоть ангела{642}.

А как же запрет на лицезрение лика Бога, который действовал еще в Книге Стражей? Запрет сохраняется, но теперь он относится уже к Еноху. Когда Господь посылает ангела Еноха обратно на землю, он инструктирует одного из ангелов остудить лицо Еноха, ибо «ежели лицо твое не будет остужено здесь [на небе] никакой смертный не сможет взглянуть на твое лицо» (2 Енох. 37:2){643}.

При этом Енох в 2 Еноха по-прежнему не является Мессией. Им является племянник Ноя Мельхиседек, родившийся взрослым и в одежде от мертвой матери и воспитанный архангелом Гавриилом в Раю.

Совсем по-другому развивается действие в «Притчах Еноха» – тексте, который сохранился в составе эфиопской книги Еноха, но показательно отсутствует в Кумране.

В этом тексте Енох также поднимается на небо. Он также видит жилища праведных под крыльями Господа Духов (Енох. 7:13). Он также слышит о Страшном суде (Енох. 8:4–5). Он также видит Две Власти на небе: Предвечного и Сына Человеческого. Он узнает, что Сын Человеческий был известен предвечно: «И прежде чем Солнце и знамения были сотворены, прежде чем звезды небесные были созданы, Его имя было названо пред Господом духов» (Енох. 8:20–21).

И, наконец, следует кульминация.

Енох видит Господа лицом к лицу и Преображается. Он узнает, что он и есть Сын Человеческий, который сядет на престол славы судить царей: «И я упал на свое лицо, и все мое тело сплавилось, и мой дух изменился… И тот ангел пришел ко мне, и приветствовал меня своим гласом, и сказал: «Ты – Сын Человеческий, рожденный для правды» (Енох. 12:14–17).

Енох, который доселе только возвещал приход Мессии, обнаруживает, что он сам – Мессия{644}. Перед нами – все та же иудейская ересь Двух Властей в Небе, но Второй Властью в «Притчах Еноха» является не Мессия, а сам Енох!

Но даже «Притчи Еноха» еще не предел! В 3 Еноха, написанной на иврите, Енох возносится на небо и становится там ангелом Метатроном – Малым Яхве. Его плоть превращается в пламя, его брови становятся молниями, он восседает на троне одесную Господа и записывает в книгу грехи и заслуги Израиля. Именно Енох стал в мистическом иудаизме тем Небесным Писцом, который записывает в книгу грехи и заслуги Израиля{645}. Согласимся – это поистине неплохая карьера для изобретателя календаря и алфавита, имя которого Иосиф Флавий не решился упомянуть.

Яхья-Иоханан

Итак, мы предположили, на основании данных славянского Иосифа, что пророк Цадок и Иоанн Креститель – это одно и то же лицо и что этот человек представлялся праотцем Енохом, который спустился обратно на землю перед концом времени. Он не ел мяса, потому что, согласно Книге Стражей, есть мясо научили падшие ангелы, и он проповедовал людям «тайну» – тайное знание о том, как стать бессмертными, знание, которое и составляло впоследствии самую суть гностицизма.

А Книги Еноха, найденные в Кумране, – это новое Пятикнижие, тексты, написанные древним пророком, который вознесся на небо, увидел Бога, облачился «в одежду славы», стал бессмертным и снова спустился на землю, чтобы основать общину праведников и проречь пришествие Мессии[23].

Посмотрим теперь, что говорят нам по поводу отношений Еноха и Иоанна Крестителя мандеи – дожившие до наших дней остатки поклонников Иоанна.

У них есть два варианта ответа на этот вопрос.

Согласно ряду текстов, часть которых мы уже приводили, Яхья-Иоханан был воспитанником Еноха/Еноша.

После рождения мальчика Енох забрал его по приказу Отца Славы и перенес его к Древу Жизни, то есть в Рай{646}. Таким образом, согласно мандеям, Иоанн был воспитан Енохом прямо в Раю. Именно Енох дал Иоанну знание, и он создал для него буквы. А когда Иоанну было 22 года, Енох научил его сокровенному волшебству{647}.

«Я выучился там всей моей мудрости и усвоил все свои речи. Они облачили меня в одежды славы (ср. Превращение Еноха в ангела. – Ю.Л.) и покрыли меня облачным покрывалом. Они подпоясали меня поясом, поясом из живой воды, который сиял сверх всякой меры и сверкал. Они посадили меня в облако, в облако Славы, и в седьмой час Дня Солнца они принесли меня в Иерусалим»{648}.

Принесенный на землю в облаке Славы, обиталище надмирных эонов, Иоанн, лицо которого было укрыто облачным покрывалом (так же, как и лицо Еноха после того, как он видел Господа), творил чудеса.

Он «очищал прокаженных, открывал глаза слепым, и хромых он поднимал на ноги»{649}. Он был «исцелитель, чье лекарство есть Живая Вода». Он был посланцем Великого Царя Света{650}. Иоанн был неуязвим – его не могло порезать железо и сжечь огонь{651}. Он был увенчан венцом Царя Славы, и он сел по его правую руку{652}.

А когда после смерти Иоханана евреи в Иерусалиме начали убивать его учеников, так что из «назореев не спаслось ни одного человека»{653}, именно Енох отомстил за его смерть. По приказу Отца Славы он пришел в Мидию, взял семь стрел, произнес над ними семь заклинаний и разрушил ими храм евреев, дом лже-Мудрости, Рухи{654}.

Итак, согласно ряду мандейских гимнов, Иоханан был воспитан Енохом в Раю. Он был писец, которому Енох продиктовал свои книги. Последователи Иоанна были последователями Еноха, и Енох разрушил Второй Храм, чтобы отомстить за смерть Иоанна.

Согласно другой версии, изложенной во второй книге правой Гинзы, в «Книге Великого Господа», Енох и был Иоанн.

В «Книге Великого Господа» сообщается, что Енох спустился в мир во время Пилата. Это он, Енох, исцелял больных, возвращал зрение слепым, очищал прокаженных, ставил на ноги хромых, заставлял говорить немых. Он победил смерть силой Великого царя Света. Он сделал множество евреев своими учениками. Он направлял каждого, кто был ревностен и тверд в вере в Единого, Господа всех миров»{655}. Он сошел в Иерусалим в одежде (т. е. в теле) из водяных облаков, которые скрывали его сияние. «Его одеяние было не телесным»{656}. Он завел себе 365 учеников. И когда евреи их убили, он и уничтожил в отместку Иерусалим, приняв вид большого белого орла{657}.

Именно Енох называется у мандеев пророком новой религии{658}.

В «Харан Гавайте» последователи Иоанна прямо именуются последователями Еноха{659}. Итак, для мандеев Иоанн Креститель – это или сам Енох, или его ученик, воспитанный Енохом прямо в Раю.

Енох или Илия?

Гипотеза, отождествляющая Еноха и Иоанна, встречается с одним очевидным на первый взгляд возражением. А именно – в канонических Евангелиях Иоанн нигде прямо не называется Енохом. Вместо этого он называется Илией. «Он есть Илия, которому должно прийти» (Мф. 11:14; 17:12, Мк. 9:13).

Дело осложняется еще и тем, что это отождествление существует только в синоптических Евангелиях. В «Евангелии от Иоанна» тождество Иоанна Крестителя и Илии, наоборот, отрицается. «И спросили его: что же? Ты Илия? Он сказал: нет. Пророк? Он отвечал: нет» (Ин. 1:21).

Вместо этого в «Евангелии от Иоанна» Иоанн Креститель просто называется «человеком» – то есть, если считать, как Даниэль Боярин, что пролог «Евангелия от Иоанна» представлял собой арамейский мидраш на книгу Бытия, он снова называется «енашем». «Был человек, посланный от Бога, по имени Иоанн» (Ин. 1:6). «Он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о Свете» (Ин. 1:6–8).

Рассмотрим же тезис синоптических Евангелий о том, что Иоанн был Илией, повнимательней.

Для начала, высказывание Иисуса о том, что Иоанн есть Илия, уже само по себе интересно. Оно напоминает нам, что то, что мы теперь называем ранним христианством и что точнее было бы называть грекоязычным назорейством, обладало совсем иным набором догм и верило в то, что люди избранные – и взятые живьем на небо, как Илия, – могут вновь сойти на землю. В то же в это время верили и фарисеи, полагавшие, что «души добрых после их смерти переселяются в другие тела»{660}.

Некоторые арамейские таргумы того времени считали, что Илия – это вернувшийся на землю ревнитель Финеес, тот самый потомок Аарона, который пронзил копьем еврея и мадианитянку, совокуплявшихся в скинии (Чис. 25:8).

Именно это представление о святых, возвращающихся вновь на землю в телах современников, видим мы в текстах, связанных с именем апостола Петра, – в «Псевдоклиментинах», в которых Петр верует в Спасителя, возвращающегося на землю через определенные промежутки времени, и «Апокалипсисе Петра», где Иисус показывает Петру его почивших собратьев, Моисея и Илию.

Видим мы его и в самих канонических Евангелиях, где Иисуса почитают иные «за Иоанна Крестителя, другие же – за Илию, а иные – за одного из пророков» (Мк. 8:28; Мф. 16:14; Лк. 9:19). Даже славянский Иосиф сообщает, что Иисуса почитали за вернувшегося на землю Моисея. Это утверждение точно не заимствовано из канонических Евангелий. Зато оно вполне находится в русле иудейского египетского мистицизма, полагавшего, что Моисей был живьем взят на небо и «там получил имя Мелхи», то есть «царь»{661}.

Вообще громадное число иудеохристианских апокрифов, написанных вдруг в I–II вв. н. э. от имени праотцев и пророков, возносящихся на небо, вероятно, как раз и объясняется тем, что эти праотцы и пророки вдруг объявились в милленаристских общинах в товарных количествах и спешно делились с потомками своими теологическими мемуарами.

Итак, если наша гипотеза о теологическом тождестве Иоанна Крестителя и Еноха справедлива, почему же Матфей и Марк – в отличие от мандеев – отождествляют Иоанна не с Енохом, а с Илией?

Ответ, вероятно, в том и заключается, что Матфей и Марк – не мандеи. Они не последователи Иоанна. Они – последователи Иисуса.

Отношение авторов синоптических Евангелий к Иоанну крайне двойственное. С одной стороны, они помнят и гордятся тем, что Иоанн провозгласил Иисуса Мессией и лично увидел Святую Руах, снисходящую в него в виде голубя.

С другой стороны, эти Евангелия все написаны после того, как пути последователей Иоанна и Иисуса разошлись. Они написаны после того, как главой секты Иоанна Крестителя стал некто Досифей, который имел у себя в секте тридцать апостолов и женщину по имени Луна и ученики которого имели наглость утверждать, что он тоже воскрес!

Следы этого раздора сохранились даже в канонических Евангелиях. В частности, у Марка Иисуса упрекают в том, что ученики Иоанновы постятся, а Иисусовы – нет (Мк. 2:18).

Еще радикальнее обстояло дело в «Евангелии от евреев». Там рассказывалось ни более ни менее, что Иисус категорически отказался креститься у Иоанна Крестителя, потому что Иоанн крестил в отпущение грехов, а Иисус заявил, что у него грехов нет.

«Мать Господа и братья его сказали ему: Иоанн Креститель крестит во отпущение грехов, давай-ка пойдем, чтобы он крестил нас. Он, однако, ответил им: Какой грех совершил я, чтобы идти и быть крещену им?»{662}

Как мы помним, «Евангелие от евреев» было написано последователями того самого Иакова Праведника, который, если верить «Псевдоклиментинам», выяснял на ступенях Иерусалимского храма отношения с последователями Иоанна Крестителя по вопросу о том, кто истинно воскрес: Иоанн или Иисус. Мы можем предположить, что после этой вооруженной разборки последователи Иакова всячески стремились преуменьшить роль Иоанна.

Вероятно, именно поэтому в Кумране не отыскалось «Притчей Еноха» – книги, в которой Мессией провозглашался именно Енох, а не Иисус. Для Кумрана это была книга Лжецов. Это была книга тех, которые на ступенях храма сломали ногу новому лидеру секты. Тех, кто «писал Слова Лжи», «Прельщал своей Ложью» (Енох. 19:72/98:15) и «искажал Слова Праведности» (Енох 19:74/99:2).

Более того, мы можем сделать совсем уже рискованное предположение. А именно – что та часть движения, которой руководил Иаков, достойно ответила на гнусные происки учеников Иоанна: а именно, она обзавелась собственным Енохом.

Ведь, как мы только что видели, и Енох, и Моисей, и Илия могли ходить на небо и с неб, туда и обратно, как на чердак за сеном. И если Енох пришел один раз в теле Иоанна, ничто не мешало ему прийти второй раз в теле кого-то еще.

Енох 2.0

В I в. н. э. в Египте еще до падения храма был написан текст, который сейчас называется «Апокалипсис Илии». Мы подробно разбирали его в первой книге. Он был существенно переработан в III в. н. э., но оригинал был куда более ранним{663}.

Одна из особенностей «Апокалипсиса Илии» заключается в том, что в нем главными борцами против Антихриста, павшего, подобно утренней звезде, с неба, являются Енох и Илия.

Они, предрекает Апокалипсис, будут сражаться с Сыном Беззакония семь дней на рыночной площади большого города. Потом они три дня будут лежать мертвые на площади, и все будут смотреть на них. На четвертый день они воскреснут и скажут Антихристу: «О бесстыдный, о Сын Беззакония. Или ты и вправду не стыдишься, что прельщаешь народ Божий, за который ты не страдал?» (Апокалипсис Илии. 4:15){664}.

Вскоре после этого всенародного воскресения Мессия пошлет с небес шестьдесят четыре тысячи шестикрылых ангелов на помощь праведным и святым. Те, кто запечатаны печатью Христовой, будут восхищены в воздух и попадут в Рай. Там они вкусят от Древа Жизни. Они сядут на Престолы и получат Венцы. Что же касается оставшихся на земле, то их ждет ужасный конец. Мессия нашлет на землю огонь, который поднимется на семьдесят два локтя. Он пожрет грешников, как солому.

После этого Енох и Илия – которые, очевидно, не только воскресли, но и вознеслись на небо – возвратятся снова.

«Они совлекут с себя плоть этого мира и облачатся в духовную плоть. Они будут преследовать Сына Беззакония и убьют его, ибо он не сможет говорить. В этот день он расточится в их присутствии, как лед, растопленный огнем. Он умрет, как змея, в которой нет дыхания». Они скажут ему: «Твое время кончилось. Ныне ты и все, кто верит в тебя, умрут» (Апокалипсис Илии. 5: 32–34).

Этот текст, как мы видим, демонстрирует все знаковые приметы иудейского милленаризма I в. н. э. – венцы на небе, Древо Жизни для праведников, Мессия, насылающий на мир огонь, и победители Антихриста, которые совлекают с себя плоть этого мира и облекаются в эфирную плоть ангелов. При этом этими победителями являются именно воскресшие Енох и Илия. Ричард Бокхем справедливо замечает, что этот текст отражает дохристианскую (в современном смысле слова) традицию, потому что в современной христианской традиции Антихриста побеждает Христос{665}.

Зато он полностью соответствует кумранской традиции, а именно – «Видениям Еноха». В них Енох лично сообщает, что три ангела, восхитившие его на небо, вернут его вместе с Илией на землю накануне Страшного суда (Енох 17:131/90:31).

Эта кумранская традиция о Енохе и Илие, которые будут главными руководителями борьбы с Антихристом, продолжается в некоторых других ранних христианских текстах, например, в уже упомянутом «Апокалипсисе Петра».

«Енох и Илия будут посланы объяснить им, что Сей есть Обманщик, который послан в мир, чтобы делать знамения и чудеса для того, чтобы прельстить. И поэтому они будут убиты его рукой и станут мучениками», – читаем мы в одном из вариантов Апокалипсиса{666}.

«Тогда Енох и Илия снизойдут с неба. Они будут проповедовать и стыдить этого злобного Врага Праведности и Сына Лжи. Тогда их обезглавят, и Михаил и Гавриил воскресят их и принесут в Сад Радости, и ни капли его (sic) крови не прольется на землю», – читаем мы в другом варианте{667}.

Ипполит Римский сообщает, что Енох и Илия будут проповедовать против Антихриста 1260 дней. Они будут одеты в рубище и будут убиты за то, что отказались признать Антихриста Христом{668}. Тертуллиан полагает, что Енох и Илия «предназначены умереть, чтобы потушить Антихриста своей кровью»{669}.

О Енохе и Илии, которые сообщили людям «истинное знание Бога» и призвали их «не повиноваться богоборцу», знает Ефрем Сирин, а также Тибуртинская сивилла{670} и Псевдо-Ипполит{671}. Это, конечно, очень поздние тексты – но они отражают существенно более раннюю и неканоническую традицию, согласно которой главными борцами и обличителями Антихриста являются именно Енох и Илия.

Когда возникла эта традиция?

Мы можем заметить один любопытный момент: судьба Еноха и Илии из «Апокалипсиса Илии» как две капли воды напоминает судьбу «двух светильников» «Откровения Иоанна Богослова», – собственно, этих «двух светильников» прямо отождествляет с Енохом и Илией Ипполит Римский.

Напомню, что наши «два светильника» – это могучие гоисы, которые будут уметь наводить мор, язву и засуху и поражать врага огнем из своих уст и которые будут убиты Антихристом – зверем, вышедшим из бездны.

Трупы их будут оставлены посреди Иерусалима, и народ будет глазеть на них три дня. Через три дня они оживут на глазах своих врагов, раздастся Голос с Неба, два светильника вознесутся на небо на облаке, а город содрогнется от землетрясения.

Можно предположить, что «Апокалипсис Илии» и «Откровение Иоанна Богослова» описывают вполне реальное событие, но так, как его подавала зилотская пропаганда.

Что это за событие?

За всю историю Иудейской войны мы видим только одно событие, которое может претендовать на подобный статус. Это распятие Тиберием Александром двух сыновей Иуды Галилеянина, Иакова и Симона, около 48 г. н. э. Если верить славянскому Иосифу, эти два сына Иуды Галилеянина были также двумя апостолами Христа.

Они были распяты на глазах всего Иерусалима, и, так как воскресение и вознесение в то время было делом обыкновенным для пророков «четвертой секты», то понятно, что зилотская пропаганда объявила их воскресшими и вознесшимися. Люди верили в это воскресение добрых пастырей легко и охотно, потому что каждый, кто не верил, рисковал получить сикой в бок.

Понятное дело, у нас нет никакой возможности отождествить Иакова или Симона с первым Енохом. Они жили на поколение позже него. Но у нас есть большой соблазн предположить, что или Иаков, или Симон был вторым Енохом, Енохом 2.0, который не только снова вернулся на землю, чтобы поразить Антихриста, но и надиктовал новые книги, написанные от лица Еноха, включая, в частности, Книгу Ноя, которая трогательно настаивает на том, что Мессия является не только Богом и человеком, но и родственником Еноха.

В этом умножении числа Енохов нет ничего невероятного. Если среди противников Иакова, брата Иисуса, все время появлялись адаптированные и дополненные Христы, то почему бы среди его сторонников не появляться новым, адаптированным и дополненным Енохам? Если по Иудее бродили лже-Христы, почему бы по ней не бродить лже-Енохам?

«Толедот Иешу»

Есть ли у нас еще какие-то тексты об Иоанне?

Есть.

Еще один источник биографии Иоханана/Цадока – это «Толедот Иешу» – антиназорейская сатира, распространявшаяся в иудейской среде и представлявшая собой антибиографию Иисуса Мессии. Единого варианта «Толедот Иешу» не существовало. Исследователи насчитывают по крайней мере три группы текстов, кардинально различающихся между собой сюжетами, временем действия и порождающих сюжет теологией.

Мы будем говорить о «Толедот Иешу» отдельно в другой книге, но нас сейчас интересует только одна группа текстов, которую исследователи называют «Пилат». В ней дело происходит в Иудее в правление прокуратора Понтия Пилата. Она считается самой ранней группой текстов, оформившейся письменно около III–IV в. н. э.

Согласно этой версии «Толедот» Иисус был гоис, творивший удивительные чудеса. Он отверзал очи слепым, воскрешал мертвых и провозглашал себя Богом.

По приказу Понтия Пилата Иисус был арестован. Он был обвинен в том, что он прельщал народ и занимался волшбой.

Будучи допрошен Пилатом о причине своих магических успехов, Иисус сослался на древние египетские книги, которыми он обладает. Он заявил, что эти книги пророка Валаама, сына Фегора. Однако, когда Пилат на него надавил, Иисус раскололся. Он признался, что книги эти никакие не древние египетские, а написаны неким Иохананом Красильщиком. После этого Иисуса вместе с Иохананом отправили на суд императора Тиберия в Рим, где оба гоиса объявили себя сыновьями Бога.

Нетрудно заметить, что перед нами – совершенно точное изложение возможного провенанса Книги Стражей. Кумранские сектанты утверждали, что их удивительные магические книги, дающие им власть летать, прогрызать гору, etc., вынесены из каких-то неведомых далей: из Рая, с неба, или, в крайнем случае, из Египта, где действительно могли сохраниться остатки дореформенного яхвизма (ср. сообщение Филона Александрийского о секте Спасителей, у которых есть книги основоположников их секты, «древних мужей»).

А на самом деле эти их книжки были написаны Иохананом Красильщиком.

Итак, у нас для христиан две новости: одна – хорошая, другая – плохая.

Хорошая новость заключается в том, что все четыре евангелиста были совершенно правы. Могущественный пророк Иоанн Креститель действительно крестил Иисуса. Более того, он, вероятно, помазал его в Мессии.

Это была очень торжественная церемония. При этом-то помазании, вероятно, и грянул гимн: «Ты сын мой, я ныне родил тебя». Иоанн объявил во всеуслышание, что видел Святую Руах, нисходящую в Иисуса. Он провозгласил Иисуса Господом Славы, Вечным Царем, Святым и Великим, который «сойдет, чтобы посетить землю с милостью» (Енох. 5:28/25:3).

Он признал его Второй Властью в Небе. Это было очень существенное свидетельство. Ведь об этом свидетельствовал не кто иной, как сам Цадок, новое воплощение ставшего ангелом Еноха – а не какой-то там ком с горы.

Плохая новость заключается в том, что ни при каких обстоятельствах могущественный родоначальник «четвертой секты» Цадок не мог провозгласить Мессией пророка любви и мира. И ни при каких обстоятельствах это провозглашение не могло ускользнуть от внимания римских властей.