Правила первокурсницы Сокол Аня

Дополнительное задание, не обязательное к исполнению

— Вы уверены, мысс Ывыдель? — в третий раз спросила Аньес. А я в третий раз посмотрела на колье в её руках. Алые рубины прекрасно сочетались с моим персиковым платьем. Раньше моим единственным украшением был пояс с компонентами, сейчас без него я чувствовала себя раздетой.

Я перевела взгляд на язычок огня, что танцевал в свече. Но пламя осталось равнодушным к моей внутренней мольбе.

— Мысс Ывы?

— Уверена, Аньес.

Я взяла из шкатулки кольцо — подарок бабушки и надела на палец. Матушкина горничная застегнула колье на моей шее.

Теперь я могла носить любые украшения. Слабое утешение. Вряд ли стекляшки смогут когда-нибудь заменить магию. Как сказала несколько дней назад Гэли, если бы сейчас кто-то предложил ей тот же выбор: сила в обмен на закрытие разлома, она бы не за что не согласилась. И я тоже.

— Иви, поторопись, — сказал заглянувший в будуар Илберт. — Папенька уже копытом бьёт, словно племенной жеребец. — Брат закатил глаза. — Первый приём у князя, а мы опаздываем.

— На такие приемы принято опаздывать, — проговорила я, поднимаясь и натягивая перчатки.

— Вот-вот, — брат подал мне руку, — поэтому маменька само спокойствие.

На пороге комнаты я оглянулась. Аньес задувала свечи. Показалось или пламя все же дрогнуло, когда я мысленно потянулась к нему? Показалось…

Экипаж невыносимо трясло. Я устроилась напротив матушки, которая то и дело отодвигала занавеску и выглядывала в окно. Льеж не спал, Льеж был взбудоражен, Льеж праздновал возвращения государя из многолетнего затворничества.

— Объявление о помолвке появится на странице Льежского глашатая через два дня, а до тех пор будь добра, веди себя прилично.

— Сибил, — покачал головой папенька.

— Стало быть, после объявления Иви может забыть о приличиях? — иронично уточнил брат.

— Прекрати, — осадил его папенька, а маменька тем временем продолжила:

— Максаим, она иногда так смотрит на этого Муньера, что мне хочется хлопнуть её по голове веером. А ещё лучше окатить водой. — Она вздохнула. — Я хотела объявить о помолвке на дни Посвящения Дев в начале лета, но эта дата оказалась занятой. Ты только подумай, Максаим, занятой! — Она снова выглянула в окно, и со вздохом добавила: — Как хорошо, что ты не успел объявить о помолвке с Хоторном, только скандала нам и не хватало.

Ильберт едва заметно улыбался. Все случившееся заставило маменьку на какое-то время забыть о матримониальных планах на его счёт.

Доехали мы быстро, дольше стояли в очереди из таких же экипажей, полностью занявших подъезд к дворцу. Никто не отважился отклонить приглашение государя. Никто не решился пропустить событие года. Дворец сиял, как куст кинила, облепленный светлячками, сиял, как мрамор в зале стихий. Странно, несмотря на потерю магии, я редко вспоминала о том, что произошло в первом порте.

— Улыбнись, Иви, — попросил брат, когда мы вошли в главный зал, — праздник же.

Да, праздник чувствовался во всём, в бокалах с искрившимся шампанском, что разносили официанты, в нарядах придворных дам, в блеске драгоценностей, в смехе, в пламени свечей…

В толпе придворных я увидела Кристофера и сожаления, что терзали меня едва ли не ежечасно, тут же исчезли. Так всегда бывало, стоило увидеть своего рыцаря.

— Ивидель, — укоризненно произнесла маменька, пока отец и брат здоровались с Крисом. Потом отец подал руку маменьке и та, бросив на меня предупреждающий взгляд, последовала за мужем, то и дело кивая знакомым м.

— Считаешь дни до свадьбы? — спросила появившаяся Гэли.

— Мне бы до помолвки дожить, — бросив взгляд на брата, ответила я и, понизив голос, добавила: — Особенно в свете того, что с точки зрения богинь, мы с Крисом уже женаты.

Гэли тихонько рассмеялась. Она выглядела куда лучше, чем тогда запретном городе. На щеках румянец, глаза блестят.

— Будь воля маменьки, мы бы ждали до лета, до дня посвящения богиням, но, слава девам, он оказался занят. Как сказали матушке в редакции глашатая, кто-то ещё не менее родовитый решила объявить о помолвке в этот день.

— И я даже догадываюсь кто, — со смешком сказала подруга, и мы бы посмотрели на князя. В данный момент государь торжественно жаловал титул барона никому неизвестному молодому человеку с железной рукой.

— Бастард Астеров получает баронство, — сказал Илберт. — Что-то я не вижу особой радости не родовитых лицах.

— То ли ещё будет, когда они узнают, что он получил не только титул, ну и руку самой завидной невесты Аэры. — Мы посмотрели на Дженетт, которая мастерски делала вид, что ей нет никакого дела до Альберта, почти также мастерски, как я. — Боюсь, наших аристократов ждут потрясения.

— Интересно, как они как она объяснит это своим подругам вроде Мерьем?

— Волей отца? — предположила я. — Или внезапно свалившимся на барона Альберта Бастера благоволением князя?

— И только мы будем знать правду, — согласилась подруга, — во всяком случае, я никогда не забуду её лицо, когда она бросилась на помощь твоему кузену. Сама не забуду и ей не дам. — Улыбка Гэли стала ироничной.

— Я вас оставлю на одну минуту? — спросил вдруг Илберт.

— Конечно, — ответила я, как и брат, глядя на хорошенькую графиню Тинто.

Мой спутник бросил на Гэли рассеянный взгляд и поспешил к девушке, засвидетельствовать свое почтение.

— Графиня Астер вряд ли одобрит подобный Союз, — покачала головой подруга. — Тинто недавно овдовела.

— Вряд ли дойдёт до какого бы то ни было одобрения, — сказала я, — маменька убьет его раньше, когда узнаёт, что он оставил меня на тебя. Хотя ещё час назад клялся, что ничего подобного не случится.

— А мы ей не расскажем. — Подруга раскрыла веер. — Кстати, папенька просил кланяться в графу Астеру, на днях они собираются обсудить создание новой железнодорожной ветки на Тиэру.

Дворецкий громко объявил о прибытии послов доброй воли с Тиэры. На миг в зале установилась тишина, а потом все разом заговорили. Это походило на приливную волну, что бежит до берега и разбивается о камни.

— Многие до сих пор не верят, что разлома больше нет. — Гэли покачала головой, когда официант предложил ей шампанского.

— Поверят, когда увидят это, — я указала рукой на железную кошку, что следовала за Вьером. Бывший сокурсник входил в посольскую делегацию. Пара дам воспользовалась случаем и потеряла сознание, осев на руки к «нужным» кавалерам.

— Я рада, что он выжил, — сказала подруга.

— Я тоже, — ответила я, глядя на сопровождающую теэрца Мэри. Девушка явно чувствовала себя неловко. А ещё она была жутко напугана окружающим великолепием и боялась поднять взгляд от пола.

— Как матушка? — спросила я, вспоминая рыжеволосую.

— Уже лучше, — Гэли вздохнула, — уже не просит поминутно прощения за то, что натворил демон, но всё ещё не решается выйти в свет.

И я её понимала, особенно после слухов о побеге с лакеем.

— Папенька её не торопит, он просто рад, что она дома. Да и я тоже.

Почти все, кто был пленником запретного города, вернулись домой. Говорят, не обошлось без конфузов. Кое-кто, лишившись второй половины, умудрился вступить в брак заново, а кое-кто успел при живом отце даже растратить наследство.

— Да уж, — проговорила я, испытав смешанные чувства. Закрытие разлома было правильным, было необходимым, — так утверждал разум, а сердце продолжало тосковать по пламени.

— Ты… — голос Гэли сорвался, и она все же взяла с подноса бокал и сделала глоток. Князь продолжал принимать делегацию послов. Кошка Вьера смотрела на толпу придворных горящими глазами.

— Ты не видела Мэрдока? — в замешательстве спросила подруга.

— Нет, а разве он не… — Я огляделась.

— Нет, его здесь нет. — Гэли вздохнула и пояснила: — Последний раз, когда мы виделись, он известил, что удаляется в поместье. Сказал, что на нём теперь долг перед банком за обучение в Академикуме. Долг, которые ему дали под его магию, которой больше нет. — Подруга опустила голову. — А посему он считает себя не вправе наносить мне визиты, не говоря уже о большем, пока не сможет соответствовать моему уровню, а не поправлять свое материальное положение за счёт женитьбы на богатой невесте. Сказал, что один раз уже пошёл на сделку с совестью, и ничем хорошим это не закончилось. — Голос подруги стало очень грустным.

Я вздохнула. Я могла бы назвать Хоторна глупцом, но… Это же был Хоторн. Трудно ожидать от него чего-то иного.

— Тебе придётся набраться терпения.

— Если бы только мне, — вздохнула Гэли, — есть ещё и папенька. Хотя… — Она смогла улыбнуться. — Теперь, когда маменька дома, надеюсь, он будет думать о своих собственных наследниках, а не о моих.

— Девы, ещё год назад такой разговор был бы невозможен, — рассмеявшись, заметила я. — Многое изменилось.

— Слишком многое, — эхом откликнулась подруга.

— Леди, — услышали мы голос, обернулись и тут же присели перед будущей княгиней.

— Миледи, — поприветствовала я невесту князя.

— Просто, Цецилия, прошу, — проговорила степнячка, хотя сейчас в лимонном наряде с уложенными в высокую прическу волосами она мало напоминала ту женщину, что мы встретили в первом форте.

— Боюсь, мы не можем, миледи, — ответила Гэли, а молодая женщина вздохнула. — С вашего позволения, миледи, отец хотел представить меня бургомистру Льежа, а и так непростительно заболталась, — пробормотала подруга и, не услышав возражений, исчезла в толпе придворных.

— Это теперь всегда так будет? — со вздохом спросила невеста князя.

— Всегда. Простите… — начала я, но увидев, что целительница подняла брови исправилась, снова переходя на «ты»: — Прости, Цецилия, но разве твое место не там? — Я посмотрела на князя, беседующего с коротко стриженным тиэрцем.

— Там, — не стала спорить женщина, — но пока я просто невеста, да ещё невеста чужих кровей, а говоря по простому «дикарка», мне простительно некоторое отступление от этикета. — Она скривилась и призналась: — Знаешь, я никогда не думала, что буду скучать по одинаково ужасным дням в первом форме, но знаешь что? Правда в том, что я скучаю.

— Почему? Что там было такого, чего нет у тебя сейчас?

— Время. Там у меня было время. Там не было всего этого, — она указала толпу придворных рукой, — не было тысячи и одного правила, которые мне надлежит запомнить. Раньше, если я хотела увидеть Северина, я просто шла в его покои, а сейчас едва ли не вынуждена просить аудиенции. — Она говорила с обидой, но при этом не сводила глаз с государя. Глаз, в которых светилась любовь и ещё что-то, то, чего раньше не было. Она положила руку на себе на живот. И мечтательно улыбнулась.

— Ты… Вы… — Я не смогла закончить вопрос. О таком не спрашивают, тем более будущую княгиню.

— Да, — с какой-то странной гордостью ответила степнячка. — А почему, ты думаешь, теперь все так торопятся с нашей свадьбой, тогда как ещё недавно предпочитали тянуть время, в надежде, что государь передумает?

— Ну это же скандал! Нарушение… — произнесла я, не понимая чего больше в моем голосе, страха, восхищения или банальной зависти.

— А мне все равно, — ответила целительница. — Если сейчас снова случится что-то способное разлучить меня с Северином, я больше не буду одна, у меня навсегда останется его частичка. — Она вдруг погрустнела и снова посмотрела на князя. И тот, словно что-то почувствовал, поднял голову и нашел взглядом Цецилию. Придворные стали поворачиваться в нашу сторону.

— К тому же, — тихо добавила женщина, — я уже далеко не юная девушка. Теперь я лучше понимаю его желание вернуть лицо. Знаешь, что за прошедшие десять лет он не постарел не на день, тогда как я… — Она отвернулась. — Теперь я рядом с ним словно старшая сестра.

— Ты преувеличиваешь.

— Возможно, — не стала спорить женщина.

Князь, не сводивший с нас взгляда, кивнул, молодая женщина выпрямилась и направилась к трону. Я склонила голову ей вслед, придворные расступались перед чужестранкой. Не на всех лицах можно было увидеть радушие. Что ж нравиться всем невозможно, ну как только она станет матерью наследника, уже никто не сможет косо посмотреть в её сторону.

Когда-то бабушка Астер рассказала мне сказку о разлученных возлюбленных. Прелестной леди Эри и благородном рыцаре Рейте…

Возможно, это была сказка о князе и целительнице, обо мне и Крисе, о Гэли и Мэрдоке, а может, о нашей Эре? О том, как Аэру и Тиэру разлучила черная река, которую называли разломом. Она была настолько глубокой и темной, что погружаясь в нее люди сходили с ума.

Влюбленные стояли на разных берегах и смотрели друг на друга. Все, что они могли, это только смотреть. И даже богини заплакали, чувствуя их страдания. Слезы упали на землю, и из этих слез выросли деревья, они были корявы и настолько некрасивы, что их назвали лысыми. Но именно они протянули нам свои ветви-руки помощи, протянули и помогли победить тьму. Возможно, а возможно меня снова одолела сентиментальность и я вижу то, чего никогда не было.

Я оглядела зал, но Илберта нигде не было. С гулким стуком распахнулась дверь. Государь подал Цецилии затянутую в чёрную перчатку руку, и первая пара Аэры вышла в сад. Как хорошо, что эта деталь туалета никогда не выйдет из моды, иначе слишком у многих возник бы вопрос, почему кожа на руках государя вдруг стала такой же черной, как и его меч? У меня самой осталось несмываемое пятно на среднем пальце. И у Кристофера…

Кто-то засмеялся и я вздрогнула. Гости последовали за князем и его невестой в сад. Официанты сбивались с ног, разнося напитки. Я вышла наружу спустя несколько минут, так и не найдя брата. Над нашими головами расцвёл розовый яркий цветок фейерверка.

Теперь вместо лиц придворных меня окружали цветы и зелёные листья. Лакеи один за другим зажигали фонари, освещая выложенные камнем дорожки и розовые бутоны на кустах. На подоле платья оставались капли росы. Руки коснулось что-то тёплое, я повернула голову, а следующий миг увидела Криса, и как всегда окружающий мир перестал иметь всякое значение. Я уже перестала этому удивляться.

Оуэн… Вернее, герцог Муньер, всё никак не могу привыкнуть к новому титулу, к смокингу, что сменил потрепанный костюм.

Рыцарь обхватил мою ладонь и потянул сторону. Я не стала сопротивляться, вернее, даже не хотела. Всего несколько шагов и мы оказались в увитой розами беседке. В первый миг я испугалась, заметив тёмную фигуру рядом с перилами, но тут же поняла, что это всего лишь садовая статуя, что стоит за беседкой, а потом… Потом мне стало не до всяких пустяков, потому что Кристофер положил руки мне на талию и притянул к себе. Я ощутила тепло его тела даже сквозь платье, которое вдруг показалось меня лишним. Его губы нашли мои в полумраке беседки. Я обхватила рыцаря за шею, желая продлить поцелуй, желая, чтобы он длился вечно. Желая следовать за изгибом его губ, радоваться рукам на своей спине и невыносимо и мучительно желать большего.

— Иви, — хрипло пробормотал мой рыцарь, — ты с ума меня сведешь.

— А ты меня, — прошептала я, заглядывая в синие глаза. Девы, как я по нему скучала и как ненавидела этикет.

— У тебя странный взгляд, а чем ты думаешь?

— Завидую Цецилии.

— У тебя был шанс стать княгиней, нужно было соглашаться, — ответил герцог Муньер, и я ощутила напряглись его руки.

— Я завидую ни короне. — Я коснулась его лица заставляя посмотреть на себя. — Рискую раскрыть государственную тайну, но, кажется, наследник у первого рода появится несколько раньше, чем запланировано советом. Я завидую ее свободе, завидую, что она может прикасаться к своему Северину, а я к своему Кристоферу — нет.

— Иви, — проговорил рыцарь и прислонился лбом к моему лбу, — одно твоё слово и…

— Что? — поинтересовалась я и потянулась к его губам. — Похитишь меня и заточишь в…

— В спальне, — закончил он и снова поцеловал меня так, что идея вдруг показалась мне вовсе недурной.

— Маменьку хватит удар, — сожалением сказала я, — а посему мы будем ждать ещё два дня до объявления помолвки. И после сможем везде появляться вместе. А вот со спальней придётся обождать до конца лета, будь оно неладно.

Кристофер рассмеялся, положил руку мне на затылок, намереваясь снова поцеловать так, что даже два дня покажутся вечностью. Что-то приглушенно хлопнуло, мы вздрогнули и отпрянули друг от друга. В темном небе расцвёл очередной огненный цветок фейерверка. Я увидела среди придворных знакомое лицо и сожалением проговорила:

— Меня ищет брат.

— Плохо ищет, — недовольно сказал Кристофер. — Я ведь нашел.

— Маменька велела ему следить, чтобы я не наделала глупостей. — Я одёрнула рукава платья.

— С уважением отношусь к твоей матушке, — он сказал это таким тоном, что я заподозрила издёвку, — но меня очень привлекают твои глупости. Наши глупости. — Он за меня за руку, поднял к губам и поцеловал. — До встречи, леди Муньер.

— До встречи, лорд Муньер.

Я с сожалением покинула беседку. Почти покинула. Вышла в сад и обернулась. Лица Кристофера не было видно, лишь тёмный силуэт, совсем как очертания статуи, что стояла чуть дальше. К танцующему в плафоне фонаря пламени изо всех сил стрелялся белый мотылёк.

— Ты не жалеешь? — спросила я

— О чем?

— Об ушедшей силе? А том, что мы сделали, чем пожертвовали?

— Я не слишком долго пользовался силой. — Крис пожал плечами и замолчал.

И только когда я, смешавшись с гостями, остановилась у перил и, глядя на фонтан, осознала, что на вопрос он так и не ответил.

Придворные очередной раз охнули, какая-то дама даже захлопал в ладоши, указывая на небо. Я проследила за ее жестом и дыхание перехватило. Там, среди облаков медленно проступал знакомый силуэт. Силуэт Академикума. Князь поднял бокал и отсалютовал послу Тиэры. Девы, они подняли остров в воздух! Они смогли, и это и осенью остров снова наполнят ученики: рыцари, магии, жрецы. Другие ученики. Любые другие кроме нас. Пустота внутри вдруг показалось мне особенно болезненной.

— Вам нравится то, что вы видите, леди Астер? — услышала я вопрос из-за спины, и даже начала поворачиваться. — Не стоит, вам не понравится то, что вы увидите. — На этот раз мне почудилось нечто знакомое не в его голосе, а в том, как он произносил слова, как растягивал гласные.

— Кто вы?

— Вы знаете, леди Астер.

Я ощутила, как по коже пополз холод.

— Арирх.

— Как всегда с вами приятно разговаривать, — сказал он и торопливо повторил: — Не поворачиваетесь, прошу.

Не знаю, почему я послушалась. Хотя, почему не знаю? Знаю. Я не хотела видеть его лицо, не хотела знать, чье тело он занял на этот раз. Я замерла, продолжая смотреть на далёкие очертания острова в небе, слушала смех и тихие разговоры гостей.

— Что вы здесь делаете?

— То же что и вы, развлекаюсь.

— Мне достаточно просто крикнуть и вас…

— Что? Схватят? Убьют? Арестуют? Тогда почему же вы не кричите? — Его тень шевельнулась. — Потому что, о случившемся знают единицы, а они, — краем глаза я уловила, как он взмахнул рукой, — остаются в неведении и продолжают жить обычной размеренной жизнью: есть, пить, размножаться, прислуживать, платить налоги. И ваш князь заинтересован, что бы так оно и оставалось. Волнения в умах людей ещё никогда не приносили пользы.

Академикум начал медленно разворачиваться. Налетевший ветер качнул пламя в светильниках и тень стоящего за моей спиной мужчины, шевельнулась. На ночном небе появилась ещё одна россыпь алых огней фейерверка. Кто-то зааплодировал, кто-то поднял бокал с шампанским.

— Вы не жалеете? — одержимый задал мне тот же вопрос, что я ещё недавно задавала Крису.

— Нет, — ответила я, пожалуй, чересчур быстро.

— Позвольте вам не поверить.

— Но, — я снова хотела повернуться, но он легонько тронул меня за плечо, не дав этого сделать, — допустим. А что вы скажете, когда начнётся война?

— Какая война?

— Самая обычная, самая банальная. Между Тиэрой и Аэрой. Или вы думаете, что за столько столетий механики со слезами на глазах ожидали возвращения своего Аэрского князя?

— Нет, но…

— Вот именно «но». Грядут перемены, — он указал рукой на князя и на посла. — И они придутся по душе далеко не всем. Думаете, трудно будет внушить людям, что при разломе они жили лучше? Что при разломе с нами было само благословение и защита богинь, а тиэрцы грязные грешники? Думаю, очень просто. И это недовольство будет зреть, как зреет гнойник. Начнутся волнения, а ваш князь слаб. Долго ли просидит на троне государь без магии? Нет, правитель должен демонстрировать силу.

— Замолчите!

— Советники будут давить на князя… На обоих князей.

— Прекратите, этого не будет!

— Начнутся стычки в Чирийских горах, князь стянет войска к границе, просто в качестве превентивной меры, просто что бы показать, что он силён.

— Чушь!

— Чужие территории — это новые ресурсы, новые богатства, земли, новые территории это всегда кровь и боль. Ваш отец уже смотрит в сторону Тиэры. В итоге, погибнут тысячи, сотни, миллионы. И все это по вашей вине, вашей и остальных, потому что вы не смогли сдержаться, не смогли…

— Замолчите! — На этот раз я выкрикнула это так громко, что придворные начали оборачиваться. Да и я сама, не в силах больше слушать его безликий голос, обернулась.

Позади стоял худой молодой человек в довольно дорогом, но плохо сидящем смокинге. Да и он сам был каким-то угловато нелепым. Больше всего незнакомец походил на мятежного поэта. Мятежного в основном из-за худобы и нездорового блеска в глазах. Меня именно от таких мужчин часто предостерегала маменька. Она почему-то считала, что юные девушки теряют голову и остатки воспитания от таких непонятных молодых людей. Не знаю, с чего она это взяла, но очень боялась, что я сбегу с кем-то подобным в провинцию, буду доить коров и закончу жизнь в нищете, окружённая дюжиной голодных детей и двух дюжин внуков. Последнее почему-то пугало её сильнее всего. Но я, как вы поняли, родительских опасений не оправдала. Правда, насчёт дюжины детей пока не всё ясно.

— Ивидель! — Кристофер оказался рядом и встал так, чтобы загородить меня от поэта. — Отойди от неё!

Странно, но моему рыцарю никаких объяснений не потребовать, достаточно было испуганного крика. Или не только его.

Я опустила руку на пояс, но там было пусто, ни одного бесполезного для меня ингредиента. Не было даже рапиры. Являться на прием с оружием — дурной тон, который вполне простителен мужчине или магессе, а я больше не владела силой.

— Вы сами разоружили себя, — глядя на мои руки, произнёс одержимый. — Вы закрыли разлом, лишили себя магии и чёрного металла.

— Да уж, бедные мы несчастные, — с иронией ответил Муньер.

— Посмотрим, как люди запоют, когда кончатся их чёрные железки, а я и другие демоны по-прежнему будем здесь.

— Кончатся? — не поняла я.

— Да, леди Астер. Разлома больше нет, закалять металл больше негде. И стоит смениться поколению, — узкий рот одержимого растянулся в улыбке, — как чёрный металл исчезнет, осядет в фамильных оружейных бесполезной рухлядью, к которой никто не сможет прикоснуться. Век чёрного железа уже закончен.

— Иви, что происходит? — Рядом со мной встал Илберт. — Этот джентльмен тебе досаждает? — Слава девам, брат смотрел только на одержимого.

— Нет, я всего лишь объясняю вашей сестре последствия её поступков, раз уж никто другой не озаботился.

— Кто вы? — спросил Илберт.

— Неважно кто я, важно то, что оружие исчезнет, а мы останемся. Как думаете, смогу ли я уговорить ваших потомков вернуться в зал стихий? В то, что от него осталось? Смогу ли уговорить их снова провести ритуал? Вернуть всё как было?

— Так вот почему вы нас не убили? — спросил Крис.

— Вас убил бы с удовольствием.

— Вы боялись не только того, что мы закроем разлом, — продолжал говорить мой рыцарь, а мой брат переводил взгляд с одного мужчины на другого. — Вы хотели оставить себе возможность того, что разлом будет открыт вновь. Именно поэтому вы осторожничали. Вам ещё может понадобиться наша кровь.

— Браво, — «поэт» карикатурно похлопал в ладоши. — Вы сегодня необычайно догадливы. Но вы так и не ответили на вопрос. Помогут ли мне ваши потомки остановить войну между Тиэрой и Аэрой? Помогут ли вернуть оружие против демонов?

— И вернуть самих демонов? — выкрикнула я. — Вернуть запретный город? Вернуть…

— Ивидель! — На этот раз закричал Альберт, а Кристофер сжал мою руку. Я вдруг поняла, что придворные отступили от нас, увидела в толпе испуганное лицо маменьки и хмурого папеньку. В замешательстве повернулась к Крису, и увидела за ним…

Сердце забилось как сумасшедшее. Пламя вырывалось наружу из садового фонаря. Яркие языки осторожно трогали крышку на плафоне, словно пробуя её на вкус. Но сердце пустилось вскачь не от этого, а от знакомого и такого родного ощущения зёрен изменений. Пусть это ощущение было очень слабым, зыбким, как туманная дымка, что стелется в поле по утрам, словно пытаешься схватить что-то несуществующее, а оно выскальзывает и выскальзывает из пальцев.

Я вскрикнула от боли и стала лихорадочно стаскивать кольца с пальцев. Последним под ноги полетело рубиновое колье. Вряд ли кто-нибудь когда-нибудь видел девушку, которая с такой радостью швыряет в пыль драгоценности.

Я вытянула дрожащую руку и пламя, такое своевольное, такое живое послушно скользнула за стенки фонаря. Ничего не берётся из ничего.

— Так что вы там говорили об оружии? — поинтересовался у «поэта» Кристофер.

Но одержимый уже отступил, лишь его худощавая фигура мелькнула среди придворных.

— Так, тут не на что смотреть, — раздался голос и мы увидели приближающегося магистра Виттерна. Выглядел он намного лучше того усталого человека, что прилетел за нами в запретный город после падения Академикума и закрытия разлома.

— Здесь не пришествие дев. В мисс Астер проснулась сила и стоит её просто поздравить.

Какая-то женщина неуверенно рассмеялась, а темноволосый молодой человек, кажется, маркиз Лимер, завистливо вздохнул, мужчина с седыми бакенбардами просто отвернулся.

— Я была уверена, что младшая Астер маг, — достаточно громко проговорила пожилая баронесса Вернье.

И тем не менее инцидент был исчерпан. Почти. Илберт вопросительно поднял бровь.

— Проснулась? — спросила я, а подошедшая маменька увидела руку Кристофера поверх моей и поджала губы. Но герцог Муньер лишь лучезарно ей улыбнулся.

— Чему вы удивляетесь, мисс Астер, — спросил учитель. — Ваш предок всегда был магом, — мужчина голосом выделил слово «всегда». Магистр был одним из тех, кто был посвящен детали того, что произошло в запретном городе, в детали того, что никогда не станет достоянием широкой публики. — Несмотря на ошибки, которые совершил первый змей, он был рождён магом. — Он оглянулся на придворных и понизил голос: — Именно его сила и живёт вас, пусть не такая большая, как вы думали, пусть ей потребовалось время, чтобы проснуться.

Матушка тяжело вздохнула.

— Не хотите же вы сказать, что, — начал отец, — мне снова придётся платить за её обучение?

— Именно, а мне снова учить её и остальных, которые вот-вот обнаружат, что не столь магически беспомощны, как они думали. — Магистр вздохнул не менее тяжко. — Чувствую, скучать никому не придётся, если эта компания вернётся на остров. А вы вернётесь, леди Астер. И вы, лорд Муньер. Жду вас в Академикуме не позднее пятого дня осени. Приказ нового главы Магиуса, — закончил Йен Виттерн, повернулся к нам изуродованной стороной лица и подал руку своей спутнице, в которой я с трудом узнала Аннабель Криэ. С трудом, потому что вместо привычного серого одеяния на молодой женщине было светло-кремовое платье, а волосы лишь частично забраны вверх и несколько игривых локонов падали на шею.

— То есть свадьба откладывается? — спросила маменька и снова выразительно посмотрела на руку Кристофера.

— Видимо, — скептически заметил отец. — По традиции браки заключают после завершения обучения.

— Я должен срочно поступить в Академикум, — заметил со смехом Илберт.

— Ещё чего, — маменька с треском захлопнула веер. — Иви… Ты что… Плачешь?

— Да, — не стала отнекиваться я и вытерла слёзы. — От счастья.

— Сперва она просит ускорить свадьбу, — попенял папенька, — а теперь счастлива, что её отложили на два года. Я бы на вашем месте, молодой человек, задумался, — сказал барон Астер Кристоферу.

А я рассмеялась.

Да, я была счастлива.

Конец

ОТ автора:

Спасибо, что были со мной и Ивидель. Надеюсь, вам понравилось.

Маленький технический момент, поскольку этот документ содержит фактически две книги, скоро я залью их на сайт отдельно. Никому не пугаться и не покупать роман снова. Это будет сделано для новых читателей, который предпочитают читать только законченные романы. После вычитки, я залью сюда для вас (и только для вас) чистовой вариант и открою скачивание всем купившим. Не переживайте, вы обязательно получите файл в личное пользование.

Дальнейшие планы: в самом скором времени берусь за "Заправочную станцию", если еще не были, заглядываете — https://author.today/work/20563 и дописываю ее. При этом паралельно перечитываю весь цикл "На неведомых тропинках" (https://author.today/work/series/2153) и приступаю к пятой и завершающей цикл книге.

Планов громадье, пожелайте мне удачи. И как всегда жду ваших комментариев и лайков (если еще не ставили)

Nota bene

Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://author.today/work/70751