Шериф Ильин Владимир

ГЛАВА 22

Многокилометровые стальные цепочки из автомобилей лениво ползли по восьмиполосному шоссе, изредка пересекаясь меж собой и соединяясь с более мелкими, выныривающими с второстепенных трасс. Все они стремились вперед с единой целью — достичь терминала авиасообщений, высадить своих пассажиров под знаком «Остановка запрещена», порождая очередной затор, и затем вернуться обратно в город или же застыть на одной из платных парковок, дожидаясь возвращения хозяев.

Иногда над ними проносились серебристые капельки аэрокаров — слишком быстро, чтобы рассмотреть, но достаточно, чтобы завидовать. С солидным рокотом прочерчивали линии в небе самолеты, вызывая тревогу и желание взглянуть на часы — как бы не опоздать.

Среди привычной картины пробки выделялась одинокая фигурка старика, целеустремленно вышагивающего к намеченной цели прямо посреди еле-еле движущихся машин. Живая натура Роберта Балмера требовала действия и не могла смириться с терпеливым ожиданием своей очереди, пусть даже сидя в лимузине. Кроме характера, в желании двигаться вперед была и соревновательная нота — старик пытался опередить не только пробку, но и неторопливую машину государственного правосудия. Друг пророчил несколько часов форы, но кто знает, как оно будет в действительности? Быть может, сэкономленные быстрым шагом секунды окажутся решающими. В любом случае — он сможет сказать, что сделал все от него зависящее для победы.

Роберт не боялся ложного обвинения, примерно представляя источник своих неприятностей, — хороший адвокат решит все вопросы. Он остерегался промежутка времени между задержанием и прибытием квалифицированной юридической помощи — эти часы придется провести в камере, а значит, у него изымут таблетки, как итог — риск гибели, помноженный на характер соседей. Вызывать же адвоката сразу он не торопился — зачем, если через час он уже будет в небе над соседним государством?

Кстати, о таблетках. Роберт, продолжая двигаться, выщелкнул еще одну штуку из блистера, подхватил пластиковую бутылку с водой из руки, высунутой из окошка автомобиля справа, и запил под возмущенный вопль сзади. Бутылка была вложена в очередную высунутую руку — за спиной неловко поблагодарили.

Здание терминала напоминало разворошенный муравейник. Всюду сновали сотни людей, ворочая багажом, шествуя без поклажи, отправляясь в другие страны и прибывая на родину. Роберт даже замешкался на секунду, сверяясь с собственной памятью об этом месте, — слишком многое изменилось с прошлого визита. Шагнул вправо, потоптался на месте и все-таки пошел левее, влившись в толпу, двигавшуюся с автобусных остановок. Из людского потока удалось вынырнуть, только войдя внутрь здания, — большие баулы попутчиков затрудняли маневр. Балмер остановился возле одной из колонн, чтобы закинуть еще одну таблетку, и тут же с досадой заметил внимание со стороны — небольшая группа молодых людей уже целеустремленно двигалась в его сторону. Весь опыт старика подсказывал, что это явно не доброхоты или народная дружина. Пустые глаза, уверенные движения, яркие коробки с фирменными наименованиями в руках — все говорило о том, что сейчас одинокого немощного старика будут разводить. Добычей Роберт выглядел знатной: богато одетый, явно при деньгах, зашел в здание один, а значит, спешит на рейс и жаловаться не будет. Балмер зашагал навстречу, приветливо улыбаясь.

— Мы представляем крупную торговую компанию, — затараторила девушка, вручая старику металлический, под старину, чайник — слегка приплюснутый, с длинным носиком и массивной пластиковой ручкой, украшенной кнопкой включения.

Остальные из группы разводил взяли старика в «коробочку», препятствуя отступлению, но Роберт даже не подумал останавливаться, отчего вся компания зашагала рядом с ним.

— Абсолютно бесплатно вы получаете этот замечательный чайник, а еще миксер!.. — продолжала вдохновенно вещать девушка, пытаясь корпусом остановить Балмера — не тут-то было, старик шел ледоколом, впрочем, продолжая удерживать чайник в руках.

— Спасибо, — коротко отреагировал Роберт и резким движением вошел против течения толпы явных интуристов. Маневр удался отлично — компания «дарителей» со своими коробами моментально завязла, отступила назад и попыталась обогнуть толпу кругом. Пока они выполняли свои маневры и даже что-то кричали вслед, старик уже вступил на эскалатор, прижимая левой рукой чайник.

Стойка регистрации смотрелась финишной отметкой с красной лентой победителя перед ней, даже улыбка девушки за стойкой воспринималась по-особенному, словно предназначалась только ему. Роберт протянул посадочный талон, документы и мазнул взглядом вокруг — преследователей не было, правоохранители держались спокойно и не торопились арестовывать «налетчика».

— Сожалеем, но ваша виза аннулирована, — приговором прозвучал грустный голос девушки.

— Как аннулирована? — Мир вокруг слегка покачнулся, вздрогнув от тяжести разрушенных планов. — Проверьте, пожалуйста, еще раз.

Роберт навалился на стойку грудью, поставил чайник и оперся на него левой рукой.

— Увы, но все верно, — сопереживая, покачала головой девушка, — вы можете сдать ваш билет, деньги вернутся на карточку в течение трех дней.

— Так-так, — принялся просчитывать варианты Балмер, — еще международные рейсы в интервале двух часов есть?

— Есть. — Сотрудница вернула улыбку на лицо, что-то вбивая в терминал. — Нидерланды вас устроят?

— Безусловно, — выдавил из себя улыбку Роберт, пытаясь побороть тоскливое предчувствие. Аннулирование визы — это не шутки!

Предчувствие его не подвело.

— Сожалею, но вам запрещен въезд, — нахмурилась девушка и вбила еще несколько команд, — во все страны антитеррористического блока…

— …то есть просто во все страны, — продолжил за нее Роберт и тяжело задышал. Неужели его враги настолько могущественны?

— Вам плохо? — участливо спросила регистратор. — Может быть, воды?

— Да, пожалуйста. — Роберт, сам того не заметив, двинул вперед чайник. — А можно сообщить причину блокировки? Честно говоря, я ничего не понимаю!

— Сейчас распечатаю, — нехотя кивнула девушка, принимая чайник с выражением опаски на лице. Старик превратился в ее глазах из драгоценного клиента в подозрительного типа с заскоком.

Вскоре Роберт сидел за одним из столиков зала ожидания, задумчиво уставившись в красный индикатор кнопки включения — чайник дымил горячим паром, урчал кипящей водой и выщелкивал кнопку, пока старик вновь на нее не нажимал. В левой руке он мял сложенный лист бумаги с нелепым обвинением, превращая синтетический лист в маленький комочек. Мысли о том, что делать дальше, носили неприятный и затратный характер. Следовало укрыться где-нибудь, переждать несколько дней, но с возрастом Роберт растерял знакомых, способных приютить его, а озадачивать друга во второй раз ему очень не хотелось — тот и так сделал для него очень много, и просить его снова означало показать свою несостоятельность, что било по самомнению и имиджу. Обратно домой или к родственникам нельзя — там будут искать в первую очередь. Гостиницы, отели и хостелы сообщают данные о постояльцах, а съем жилья по объявлениям — тот еще тотализатор. Можно было бы просто вызвать адвоката и пойти в отделение самому, но такого варианта хотелось избежать гораздо сильнее, чем даже повторного звонка другу.

Рядом остановились — сложно объяснить иначе неожиданный обрыв звука близких шагов рядом с собой, даже когда не обращаешь на мир внимания.

— Да, это он украл! — Голос молодого парня отозвался ощущением зубной боли.

Роберт повернул голову и посмотрел снизу вверх на колоритную пару из двух мужчин — первого он узнал сразу, один из представителей «дарителей техники», второй — полноватый господин при погонах и в форменной фуражке.

— Простите, что? — прикинулся плохо слышащим Роберт и слегка повернул голову, словно подставляя ухо.

— Чайник у меня украл, — ткнули в него пальцем.

— Но это мой чайник! — возмутился старик, апеллируя к служителю закона.

— Документы на технику предъявите, — пробубнил служитель закона строгим голосом.

— Это ж чайник! Еще скажите, что у него документы есть, — всплеснул руками Роберт и аристократическим жестом повел руку в сторону парня. — И с какого это времени я должен доказывать свою невиновность?

Мужчина в форме слегка завис и строго посмотрел на спутника.

— Но я же его точно описал, — неуверенно произнес тот.

— И что же тогда внутри чайника? — едко спросил Роберт.

Парень глянул на парок из носика и нацепил нагловатую улыбку.

— Горячая вода.

— А вот и нет, там джинн! — Жестом фокусника старик указал на чайник.

— Да какой джинн, — не выдержал «даритель» и дернул рукой к чайнику.

Роберт неуловимым жестом передвинул чайник, отчего ладонь парня впечаталась прямо в нагретую поверхность. С воплем «потерпевший» отдернул пятерню назад и затряс в воздухе.

— Джин гневается, — солидно сообщил Балмер второму.

— Кончай концерт, забирай реквизит и тащи его уже, — не выдержал парень, обнажая истинную форму сотрудничества со служивым спутником.

— Подождите! — Старик опередил движение угрюмого мужика и поднял руки перед собой, словно сдаваясь. — Одну минуту, мне надо спросить совета у джинна!

Человек в форме от удивления замешкался.

Роберт ловко достал кошелек из внутреннего кармана и открыл отдел с визитками.

— Только надо решить, кого из джиннов спрашивать, — заворчал он под нос, выкладывая яркие, с золотым и серебряным тиснением, украшенные голограммами и гербами визитки перед собой, словно пасьянс.

Правоохранитель заинтересованно подался чуть вперед, чтобы различить содержимое пластиковых прямоугольников, и мгновенно почувствовал, как шевелятся, причем седея, волосы под фуражкой. Тело само приняло стойку «смирно», а затем выполнило прием «захват правонарушителя с одеванием наручников» на стоящем рядом пареньке.

— Простите за беспокойство, — мертвым голосом произнес мужчина, игнорируя вопли задержанного, и потащил его за собой, чеканя строевой шаг.

Роберт проводил подельников взглядом, хмыкнул и принялся очень аккуратно собирать визитки обратно, стараясь не погнуть уголки — все-таки в свое время две тысячи выложил за их напечатание.

Сложив все обратно, Балмер еще раз вздохнул — решение главной проблемы терялось в дымке неизвестности. Хотя… что значит, ему негде укрыться? Ради чего он вообще предпринял визит в Москву — ради семьи и близких людей! Так почему бы и им тоже не помочь старику… Роберт почувствовал волну силы и уверенности, поднялся с места и зашагал обратно к стойке.

— Билеты на Петербург есть? — спросил он, уже чувствуя возвращение «белой полосы» в жизни.

— Да, — завороженно кивнула девушка под уверенным взглядом.

У него не было адреса Тасьи, он не знал даже, в каком районе города она живет, но разве это когда-то его останавливало?

Перелет уложился в окно «свободы» — никто не одернул Роберта на высадке, никто не спросил документы, когда он шел по Пулкову, — он успел. Найти в незнакомом городе вирт-салон оказалось невеликой проблемой — далеко не все могли позволить себе покупку капсулы погружения. Роберт выбрал один из салонов в центральной части города и щедро оплатил персональную комнату, благо догадался снять наличные еще в Москве.

Мир виртуальности встретил позабытым двором таверны на краю города, в которой они сохранились когда-то очень давно — две или три недели назад. Роберт, а теперь уже Эбер, с удовольствием вдохнул чистый воздух несуществующего мира, подвигал здоровыми руками и ногами без единой нотки боли и признаков старости и даже подпрыгнул на месте от избытка чувств. Сзади в плечо толкнулось что-то теплое — гном обернулся и с удовольствием обнял морду своего единорога, неведомо как оказавшегося тут. Тут же моргнул значок игровой почты — к его удивлению, администрация игры приносила свои извинения и возвращала ему питомца. Интересно, куда тот сумел влезть? Впрочем, не у единорога же спрашивать…

— Ждал меня, родной? — по-доброму прошептал Эбер, протягивая гордому животному кубик сахара.

Единорог отреагировал на кубик с изрядной долей скепсиса, принюхался, а затем слизнул одним движением, посмаковал и ткнулся мордой в ладонь, требуя еще.

— Сладкоежка, — прокомментировал гном и скормил еще кусочек.

Вместе они двинулись к дому шерифа, вернее, гном шел вполне ходко, а вот единорог изрядно сомневался, стоит ли туда идти, — память о драконе никуда не делась. В секунды нерешительности Эбер скармливал еще один кубик — вернее, клал его на ладонь и быстро шагал вперед, убирая ладошку из-под прицела единорога, так как иначе гордое животное лишь вяло плелось, предчувствуя очередную малоприятную встречу.

Путь шел по одному из длинных переулков, навстречу яркому солнцу, слепящему глаза, когда впереди мелькнуло что-то большое и яркое. Эбер остановился, приставил ладонь к глазам, вгляделся и автоматически сделал шаг назад. Впереди, в ореоле солнечного света, мерно вышагивал огромный зеленый орк с двумя ярко-рыжими птицами на плечах. Перья, украшавшие хищно воздетые крылья, смотрелись плюмажем индейца-охотника, вышедшего на тропу войны за скальпами своих врагов. Посредине проулка взвыл ветер и медленно перекатил два пыльных комка из края в край.

Гном зацепился за круп единорога и попытался залезть вверх. Животное отступило вбок и осуждающе посмотрело на него сверху вниз, явно не собираясь становиться ездовым для тяжелого низкорослого всадника.

— А из тебя он сошьет ботинки! — пригрозил ему Эбер, ткнув в сторону приближающегося орка. — А из рога — выточит кубок для браги!

Единорог впечатлился услышанным и сам встал на колени, помогая хозяину взгромоздиться на себя.

«Получено достижение — „Первый дварф в мире, оседлавший эльфийского единорога королевских кровей“. Открыт уникальный квест „Рука и сердце принцессы“».

— Да и великая гора с ней! Вывози, лошадка! — прокомментировал гном и вцепился руками в гриву.

Единорог мигом рванул обратно, оставляя далеко позади место встречи с орком.

Сам же Вол с досадой покачал головой, наблюдая, как оседает поднятая копытами пыль, — он уже который раз пытался поблагодарить гнома за чудесных питомцев, но никак не мог с ним нормально поговорить.

ГЛАВА 23

Джонатан протер очередной крупный листок влажной тряпочкой и довольно отошел от меллорна, любуясь здоровой свежей зеленью разросшегося растения. Казалось бы, всего несколько дней прошло, а ростки уже преобразились в небольшие деревца и стремительно тянулись вверх с каждым солнечным днем. Растения оказались очень прихотливыми, но Лоренсу было не в тягость поливать полтора десятка меллорнов три раза в день — в конце концов, это и его сад тоже. Взвесив все, шериф решил не переносить выросшие деревья обратно в лес: в саду вполне хватало места и на большее число деревьев, пусть даже они вымахают в десятки раз — рассадили их на достаточном расстоянии друг от друга. Оставался вопрос с эльфийскими паломниками, ежели такие будут, но решение он отложил до прибытия Лео. Что-нибудь обязательно придумают — Джо был уверен, что эльф тоже не захочет отказываться от зачарованной рощи.

Рядом, в каких-то пяти метрах, внимательно наблюдал за его действиями Арчибальд — дракон с того самого момента на площади стал внимательно приглядывать за хозяином, не желая отпускать его от себя. Выглядело это своеобразно — в первую ночь Джонатана разбудило тяжелое дыхание у окна, а вид огромного драконьего глаза за стеклом полностью разогнал сон. Пришлось ночевать в саду, под крылом рептилии, на полянке, засыпанной листьями роз — дракон все еще продолжал ими икать, хоть и гораздо реже.

Рука сама по себе потянулась к серому ободку на голове — странное дело, но снимать его совсем не хотелось. Вернее даже, он пытался его снять, но через некоторое время надел обратно. Без новоприобретенного украшения ощущался явный дискомфорт, словно отделялась часть личности. Или, быть может, так влияли пассивные клановые умения, которые активировались, только когда корона была надета? Увеличение Грузоподъемности, Силы, Выносливости, Ловкости, Скорости — да чего там только не было! Более пятидесяти пассивных умений, не зависимых от характеристик персонажа, плюсовались без потребления маны и каких-либо усилий — недаром клан держался во второй десятке, пусть даже в нем не было никого, кроме самого Джонатана. Царский подарок от неизвестного дарителя. Джо уже второй день ломал голову над причинами произошедшего события, шерстил Сеть в поисках информации о бывшем владельце, но без особых успехов — да, клан был одним из сильнейших несколько лет назад, да, нашлось множество обсуждений в форумных архивах, был даже закрытый сайт этого самого клана, но никакой информации о владельце, кроме игрового имени. В итоге Джо решил отложить решение и этой проблемы до появления соратников, куда более опытных в политике игрового мира. К тому же спокойным и размеренным поискам сильно мешало назойливое внимание журналистов и просто наглых людей, захламлявших его почтовый ящик и трезвонящих по телефону. Большей частью по этой причине Джо вновь окунулся в виртуальность, не желая выслушивать бесконечные приглашения, требования, угрозы, деловые предложения и глупые вопросы.

Углубившись в собственные мысли, Джо почти проворонил момент, когда в сад, перепрыгнув ограду, буквально ворвалась колоритная пара из гнома и единорога. Вернее даже, гнома, оседлавшего единорога, если так можно назвать отчаянные попытки не упасть, цепляясь за пышную гриву. Под радостный рев дракона гордое животное резко остановилось, присев на задние ноги, и тут же заложило крутой поворот обратно. Но было уже поздно — Арчи одним движением крыльев вспорхнул вверх и спустился уже на пути единорога.

— Очень рад встрече, — махнул ему гном за секунду до того, как залез под брюхо дракону.

Арчи досмотрел, как гном ползком скрывается из виду, и с шокированным видом уставился на Джо, явно не понимая, что происходит. Дракон осторожно сдвинулся вправо, отодвигаясь от неожиданного соседства. Гном тут же шустро вновь прополз под него.

— Роберт, что происходит? — Шериф присел рядом с драконьими лапами и заглянул вниз.

— Я — сокровище! — шепотом доложил Эбер, оглядываясь вокруг.

Джо тоже автоматически оглянулся.

— Какое еще сокровище?

— Драконье! Так всем и говорите, особенно этому жуткому зеленому типу.

Дракон меж тем еще раз передвинул лапами, отступая в сторону, — гном довольно шустро пополз туда же, не желая вылезать.

— Эй там, рептилия! — стукнул он кулаком в драконье пузо. — Предлагаю единорога за защиту!

Рядом возмущенно заржало благородное животное — за секунду до того, как быть сцапанным, притянутым к дракону и облизанным длинным раздвоенным языком.

— С близкого расстояния смотрится еще ужаснее, — доверительно прошептал Эбер шерифу и подполз к единорогу поближе. Затем принюхался к гриве и осторожно лизнул шерстку…

— Фу, гадость-то какая! — отплевывался Эбер. — И что он в этом нашел?

Арчибальд проворчал что-то ругательное и еще раз приложился к шерстке погрустневшего копытного.

— Эбер, у тебя точно все в порядке?.. — Джо хотел было добавить: «с головой».

— Все очень плохо, — повернулся к нему гном. — Меня ищут бандиты, я в розыске в полиции, а самое страшное — мне заблокировали визу! Помните то нелепое обвинение в Норте?

Джо кивнул, молча переваривая услышанное.

— Так вот, я теперь в таком длинном-длинном черном списке невъездных в разные страны! Прямо между бригадой Абу Аль Ахмеда и командой Сирии по киберспорту.

— У Сирии есть команда по киберспорту? — не смог сдержать удивления Джо.

— Там, видимо, тоже не поверили и от греха заблокировали въезд, — заерзал Эбер. — Так что если спросят — я теперь киберспортсмен. Кстати, как бы вам тоже визу не заблокировали. Неловко выйдет по прилете.

— Нет, мне просто пообещали прислать инспектора для серьезного разговора, — припомнил Джо одно из сообщений по электронке.

— Интересно, как он там добирается, — глубокомысленно произнес Эбер, взглянув вверх — там, где чернело, словно ночное небо, пузо дракона.

— А при чем тут бандиты?

— О, это страшные люди! Им человека убить легче, чем кролика! — Гном вновь осмотрелся и залез чуть дальше под пузо.

— Русская мафия?

— Хуже! Они должны мне кучу денег, но не хотят возвращать.

— А единорог откуда? Он же должен быть у хозяина. — Джо решил зайти с другого края.

— Так он и вернулся к хозяину, — радостно заявил гном. — А кто у нас хозяин? Я! Исключительно временный, — подчеркнул он интонацией последнюю фразу.

Джо только покачал головой и двинулся к сараю — следовало еще покормить питомца Тасьи, и на этом работы по саду будут завершены. Расспрашивать гнома о нежданно свалившемся клане он не стал — тот выглядел слишком неадекватно для серьезного разговора.

— А это кто? — в открытую дверь моментально просочился невысокий соратник и принялся обходить мощного, увитого мышцами быка с огромными витыми рогами на голове.

— Тасьин питомец, — открестился Джо и достал котелок с едой из кошелька.

— Рейдовый босс — питомец? Интересно-интересно… — забормотал гном и нагнулся, что-то высматривая.

Бык с философским видом проигнорировал людскую суету и начал было неспешно пережевывать вкусное угощение, но почти сразу прервался и округлил глаза, с осуждением посмотрев на Джо.

— Эбер, что ты там делаешь? — Шериф тут же связал изменение в поведении животного с затихшим гномом.

— Пытаюсь нащупать дроп, добычу!

Бык слегка повернулся и отшагнул вбок.

— Эбер, настоятельно советую тебе немедленно оттуда выйти, — с опаской крикнул Джо, успокаивая быка поглаживаниями по морде.

Поздно — бык хорошенько лягнул копытом и выпнул неожиданного гостя из-под себя, заставив того пролететь несколько метров и со смачным звуком впечататься в землю.

— Уже завершил. — Гном похлопал ресницами, глядя на небо, и оттер руки прилипшим в полете пучком соломы. — У меня есть отличный план!

— Это меня и пугает, — проворчал Джо, насыпая растревоженному питомцу вторую порцию.

— Он же питомец! Можно его убивать, забирать добычу, ждать возрождения и снова убивать! Это ж сколько денег каждые двенадцать часов! — вдохновенно вещал Эбер, поднимаясь с земли.

— Кого убивать? — раздался недовольный и такой знакомый девичий голос за спиной гнома.

— А можно и не убивать, — решительно продолжил гном, поворачиваясь к Тасье и стоящему за ней Лео, — так же, как и безобидных, больных и одиноких стариков, — продолжил он грустно, смещаясь при этом за спину шерифа.

Молодая пара тут же смутилась и переглянулась — меж собой они договорились попросить прощения за свой излишне горячий поступок. В конце концов, если бы не его шутка, они так бы и не запланировали свадьбу, не говоря уж о личной встрече.

— Эбер, мы хотели извиниться, — выступил вперед Лео, — ну, мы все-таки были не правы.

— Отлично, а можно тогда у вас немного пожить? — воспрянул духом гном. — У меня и чайник есть.

— Э-э, нет.

— Вот почему у моих родственников это срабатывает со мной? — пробурчал Роберт.

— Наверное, потому что у тебя не однокомнатная квартира, — мягко ответила Тасья.

— Совершеннейшая ерунда! — замахал руками Эбер. — Я в таком возрасте, что мне хватит двух квадратных метров.

— Все так плохо? — ахнула Тасья.

— Что? Нет, я имею в виду капсулу. Ну как, я приеду? Я буду просто идеальным соседом! — принялся рекламировать себя гном.

— Прости, но мы решили пожить вместе, — замялся Лео, — а там еще свадьба…

— О, так это просто чудесно! — расцвел улыбкой гном. — Обожаю свадьбы! Хотите, проведу выкуп невесты?

— С твоими ценами это пойдет по статье «Похищение людей».

— Ну вы из меня монстра-то не делайте, — обиделся Роберт, — как будто я вам скидку не дам.

— Мы думали о детях, — вступила Тасья, подобрав вполне убедительный повод для отказа, — с ними будет еще теснее.

— Отнюдь! Вам обязательно понадобятся мои советы и опыт! — категорично воскликнул Эбер.

— Что-то я сомневаюсь, — недоверчиво покачал головой Лео, кивнув в сторону Арчибальда с единорогом, — его ты тоже воспитывал.

— Мы исправим это в версии два-ноль.

Арчибальд заметил внимание к себе и икнул лепестками роз.

— В крайнем случае в третьей версии, — слегка задумался гном.

— Но ребенок — не дракон!

— Между прочим, мой Аарончик уже в садике умел умножать, в школе уже вычислял сложные проценты, а в шестом классе имел золотую медаль!

— Но оканчивают же после одиннадцатого? — не поняла Тасья.

— А? Нет-нет, медаль он выиграл в карты, — замахал руками гном.

— Эбер, мы справимся сами, — твердо стоял на своей позиции Лео.

— Проверим? Даю установку — вы идете по улице, у Тасьи начинаются схватки. Что ты будешь делать? — Гном подошел к эльфу и грозно посмотрел снизу вверх.

— Так Тасья же медик, — неуверенно улыбнулся эльф. — Спрошу у нее.

— Я рожать в это время буду, придурок!

— Тогда лягу рядом и притворюсь, что мне тоже плохо, — запаниковал Лео.

За что тут же огреб подзатыльник и очень недобрый взгляд от второй половинки.

— А надо звонить в «скорую»! — важно сообщил Эбер. — Вот видите, как важно, чтобы с вами был опытный человек.

— Эбер, видишь ли, ко мне приезжает дядя. — Лео вспомнил утреннюю эсэмэску из Москвы — вернее, затрещина пробудила память. — Вчетвером мы никак не уместимся.

— Дядя? — отреагировала Тасья и хмуро посмотрела на жениха. — Ты ничего мне не говорил. И у нас действительно нет места для третьего человека.

— Пойми, это «дядя Витя», который дал документы для спасения Шерифа.

— Спасения? — моментально заинтересовался Джо, до того с интересом наблюдавший за разговором.

— Но он же прислал документы почтой, зачем ему приезжать?

— Я не могу ему отказать, — заерзал Лео, не зная, как объяснить, не рассказывая истинных причин, — он ведь кольца нам подарил!

— Кольца? — заинтересовалась Тасья.

— Так что там про спасение? — переступил с ноги на ногу Лоренс.

— На вашем корабле можно активировать маяк для телепорта, — принялся объяснять Лео.

— Покажи кольца! — шепнула Тасья, придвигаясь поближе.

Лео, понимая, что от него не отстанут, достал из личного мешка два колечка и бережно передал Тасье.

— Надо просто внести несколько конструктивных изменений — там ничего сложного, — продолжил он говорить Джонатану, — отвинтить один блок, пройти чуть дальше по техническому коридору и замкнуть токопроводящим болтом две цепи.

— И я смогу вернуться? — нервно сглотнул Джо.

— Тогда надо активировать маяк, и к вам можно будет осуществить прыжок. Только на это нужна куча денег — аренда корабля и топливо туда-обратно, сами понимаете, очень недешевы.

Лоренс задумчиво кивнул, прикидывая объем расходов. Выходила громадная сумма, в основном из-за топлива.

— Какие красивые! — завороженно шептала Тасья, рассматривая колечки. — А какие характеристики они дают! — продолжала восторгаться она, не обращая внимания на мир вокруг.

— Говоришь, дядя подарил? — донесся строгий голос рядом, такой чужой и холодный, что трое обернулись вокруг в поисках незнакомого человека. Как выяснилось, говорил Эбер, рассматривая колечко на пальце Тасьи.

— Да… — неуверенно пробормотал Лео.

— Дядя — миллионер?

— Дядя играл давным-давно, потом забросил, — выдал заготовленную версию эльф. — Вот он и дал мне их.

— Мимо, не верю, — медленно качнул головой гном.

— А что это за кольца? — полюбопытствовала Тасья.

— Это не кольца, это ключи к анонимным ячейкам второго по величине частного теневого банка. Так что истории про доброго дядю тут не пройдут, — холодно ответил гном.

Лео явственно побледнел, примерив полученную информацию к рассказам Виктора Викторовича об организациях, отмывающих деньги. Сам он выбирал кольца из-за топовых характеристик и очень вкусных бонусов, не подозревая о другой функции предметов.

— Какие еще теневые банки? — удивилась девушка, впервые услышав об их существовании.

— Экономика игры развивается самостоятельно, — лекторским тоном продолжил Эбер, — игрокам не нравится зависеть от системы, поэтому частный финансовый сектор вырос в первые месяцы старта Вселенной. Вслед за ним появилась теневая экономика — никому не нравятся налоги.

— Что в ячейках? И почему кольца? — внес свою долю в список вопросов Джо.

— В ячейках может быть что угодно, — отрезал гном, — но их аренда не позволяет хранить копеечную ерунду — слишком затратно, открытие ячейки стоит огромных денег, потому как срок хранения не ограничен. При закрытии ячейки кольцо-ключ изымается. Ключ выполнен в виде кольца, так как обычные предметы могут упасть из рюкзака при смерти — именно так мы получили меллорны. Надетые вещи не могут упасть, кольца в этом плане идеальны и не привлекают внимания — видите, одна их половина стальная и без украшений. Если завернуть узором внутрь ладони — никто и не догадается, что это. Подделать их, разумеется, нельзя.

— Но зачем им такие высокие характеристики?

— Рациональность, — пожал плечами гном, — раз уж занимают место на пальцах.

— Лео, кажется, ты что-то хочешь нам рассказать? — внимательно посмотрела на него Тасья, бережно, но надежно удерживая за плечо.

— Это будет длинная история, — печально вздохнул Лео, прикидывая, с чего начать.

— Мы никуда не торопимся.

ГЛАВА 24

Довольно сложно смириться с фактом скорой гибели. Вряд ли кто может похвастать спокойствием и благоразумием в такой ситуации — многие начинают паниковать, делать глупости, обижаются на весь мир или ненавидят счастливчиков, которых обошла беда. Джонатан Лоренс не был железным человеком, но его воли хватало, чтобы отодвинуть мысли о конце как можно дальше. Он улыбался, шутил, влипал в истории, выручал друзей и даже планировал приударить за одной весьма хорошенькой барышней, не думая о надвигающейся беде. Джонатану обещали спасение, и он, словно щитом, закрывался этой верой от одиночества холодного космоса.

Минутой ранее ему вручили билет обратно — Лео, скорее всего, даже не понял, насколько важно сказанное им. Да и остальные наверняка не поняли. Друзья обступили эльфа и внимательно прислушивались к его истории. Наверное, он действительно говорит нечто важное, но сейчас Лоренс просто не мог сконцентрироваться, полностью погрузившись в осмысление подаренного ему шанса. Изредка Джо переключался со своих мыслей на рассказ Лео, но, когда ему начали слышаться совершенно фантастичные фразы о захвате самолета и разведке, Лоренс бросил это дело и отошел чуть в сторону, прокручивая в уме информацию о маяке.

Когда-то давным-давно, когда люди вели деревянные суда сквозь шторм и непогоду морей, свет маяка оберегал хрупкую скорлупку корабля от рифов и скал, выводил к порту и помогал сориентироваться при ненастной погоде.

Сегодня, сотни лет спустя, капитаны мало чем отличались от своих предшественников. Наоборот — у предков был хотя бы компас, у потомков же не было ничего для ориентации в хаосе изнанки космического пространства. Зато там, в черном беззвездном мареве, горели маяки: яркий зеленый огонь Земли-главной, синий — Эдема и желтый — Марса. Именно к ним правили капитаны кораблей. Всего несколько дней пути до любой точки галактики — пространство в изнанке было похоже на свернутый в крошечный комочек пуховый платок. Вот только платок этот каждый раз комкало совершенно по-разному — главные маяки могли оказаться рядом, могли быть расположены в разных краях изнанки, а место совсем рядом с маяком чаще всего оказывалось на другом конце галактики. Именно так, кстати, и раскидывали вольных шахтеров — попросту на шаг в сторону от маяка.

Разные корабли видели изнанку по-своему — такова была природа чуда. Ориентироваться по положению нескольких маяков было невозможно, только править на свет знакомого огонька.

На заре освоения космоса большинство кораблей имело собственные маяки — человечество было в восторге от бескрайних просторов и стремилось закрепиться в самых интересных местах галактики, коих оказалось бесчисленное количество. Чуть позже, когда прошли первые восторги, правительства земных государств схватились за голову — рынки лихорадило, у всех на слуху был случай, когда вольным шахтером был найден золотой астероид, новость о котором чуть было не похоронила финансовую систему и не сделала нищими огромное число респектабельных людей. Так было практически со всеми ресурсами — космос предлагал добытчикам любые металлы, химические соединения и энергию в неограниченном количестве. Экономика Земли просто не готова к такому — так решили наверху и приняли меры, запретив, урегулировав законом, наложив санкции и квоты. Уже добытый благородный металл облучили радиацией, изящно обойдя вопрос с собственностью — золото как бы все еще принадлежало счастливчику, но никто не станет покупать радиоактивный металл. Миллиардеры снова стали миллиардерами, бедняки — бедняками.

Естественно, далеко не все согласились с такой политикой — добытчики продолжили выходить на промысел, используя маяки для организации нелегальных космических комбинатов. Правительство отреагировало асимметрично, сделав намек частным военным компаниям, что не станет расследовать случаи набегов на незаконные шахты вне юрисдикции государства. Эпоха пиратства и разбоя длилась кровавые шесть лет, частенько задевая Землю самой настоящей космической войной.

Тот период стоил многим видным политикам карьеры и свободы, так как независимые вещательные компании заблокировали только через десять лет, наложив вето на манипуляции с пространством. Тоже интересная технология — две точки пространства договаривались следить за определенным «слоем» изнанки, который можно было создать самостоятельно и регулировать его свойства. Таким образом обходился запрет на движение быстрее скорости света — «прослойка» создавалась и изменялась в любой точке изнанки одновременно. Уже после осознания всего ужаса свободного и бесплатного обмена информацией государственные компании начали продавать права на «диапазоны» создания «слоев» — например, у «Новы» был пул адресов изнанки где-то в миллиард позиций — игровой клиент подключался к любому из них и мог обмениваться информацией с игровыми серверами с почти нулевой задержкой.

Словом, государство старалось запретить и поставить вне закона все, что оно не могло контролировать. Корабли перестали оснащать маяками, в старых судах их блокировали и засекречивали способы активации. С одной стороны, вольных шахтеров никто не запрещал, — правительство демонстрировало всем чистые руки, — но размах добытого теперь ограничивался емкостью трюмов, что, естественно, никак не сравнить с объемами промышленной выработки. Ковыряться же в корабле самому, рискуя нарваться на закладку и лишиться жизни, корабля или всего вместе, пыталось исчезающе малое число шахтеров-одиночек. Те же, кто смог-таки это сделать, обычно не хвастали, а тихо и вдумчиво богатели.

Поэтому новость, что у Лео есть схема разблокировки маяка, была сверхважной. Это действительно отличный вариант выбраться с астероида, если, конечно, соблюсти три условия.

Первое условие — деньги. Удивительно, но это самый легкий пункт, даже несмотря на огромную сумму за два прыжка по изнанке. Если продать все игровые предметы, доложить финансы со счета, наступить на горло самоуважению и дать несколько скандальных интервью за плату, сняться в рекламе, пока его звезда еще в зените, то вполне может хватить.

Но уже второе условие сулило проблемы — требовался надежный капитан, который не исчезнет с деньгами и не убьет Джонатана за рабочий маяк. Прибыль от выработки всего астероида, что был под ногами у Джо, не шла ни в какое сравнение с платой за найм. Надежных же знакомых, как выяснилось уже в первые дни после крушения, у Джо не было никогда.

И третье — рискованным был сам процесс включения маяка — даже на короткое время, необходимое для прибытия спасителя. Нет никакой гарантии, что на свет не ринутся пираты, армия, конкуренты и просто желающие бесплатно поживиться рабочим маяком.

В общем, было над чем поскрипеть извилинами.

Между тем Лео уже завершил свое повествование и с опаской смотрел на друзей — все ли правильно он сделал, не посчитают ли они его преступником?