Парящая для дракона Эльденберт Марина
– Лаура, Рин, вы с нами? – спрашивает Аирана.
Она, кажется, одна из немногих, кто меньше всех видит во мне первую ферну Ферверна.
– Да вряд ли они пойдут. – Это говорит Мист, глядя на меня сверху вниз. – Они же теперь не с нами.
– Мист, ты бы шел… к своим, а? – хмыкает Рин. – Без тебя разберемся.
– Скажи еще, что я неправ, – хмыкает он.
Потом обходит нас и скрывается за поворотом у дальней аудитории. На нас смотрят все, а я вдруг понимаю, что хочу пойти. Не потому, что он так сказал, а потому что – возможно, и с наибольшей вероятностью – это моя последняя студенческая вечеринка. Дальше у нас защита, официальный выпускной. Не уверена, что меня вообще отпустят на неофициальную часть. А еще не уверена, что у меня будет время – потому что тренировки, поездка в Рагран (которая через два дня после выпускного), и мне гораздо важнее будет сходить на лишнее занятие к Кори или Эльде, чем посидеть в ресторане с однокурсниками.
А ведь это целый этап моей жизни!
– Я пойду, – говорю я.
Рин вопросительно смотрит на меня, но я считаю, что вопросы тут совершенно излишни.
– Я тоже, – наконец отвечает она.
– Супер! – говорит Аирана, а Рин хватает меня за руку и тащит за угол. Туда, куда ушел Мист.
Мергхандары идут за нами.
– Слушай, ты что, повелась на слабо Миста?
– Да сдался он мне, – смеюсь я. – Просто хочу погулять напоследок.
– Ты уверена, что это будет нормально? – Рин кивает на мое сопровождение. – В смысле…
Да. Об этом я как-то не подумала. Но это тоже решаемо.
– Дай мне пять минут. – Я улыбаюсь.
– Да хоть десять, – фыркает Рин. – Ты уверена, что эта задница Мист не испортит тебе настроение? С него станется постоянно выдавать что-то в том же стиле, что он только что выдал.
– Мне плевать на Миста.
Произношу это и понимаю, что это правда. То есть на Бена мне не плевать, а на Миста плевать. Но о Бене точно лучше не думать. У них с Торном был мужской разговор, и как он между ними закончился – только их дело.
Рин поднимает большой палец вверх и возвращается к остальным. Из коридора доносится взрыв смеха, даже не представляю, по какому поводу. Что касается меня, я достаю смартфон и звоню Торну. Отвечает он сразу:
– Я тебя слушаю, Лаура.
– Торн, – набираю в грудь побольше воздуха, чтобы сказать ему то, что хочу. Потом понимаю, что, в конце концов, это нормальная просьба и что в ресторане, в закрытом зале моей безопасности ничто не угрожает. – Мне нужно, чтобы ты снял охрану на несколько часов.
Прежде чем он успевает ответить, я говорю:
– Мы сдали экзамен и хотим отпраздновать. Рин тоже будет, и все мои однокурсники. У нас забронирован зал, точнее, даже не у нас – это выпускники с экономического позаботились. Я просто прошу сделать так, чтобы до нашего появления этот зал проверили, а мои сопровождающие пусть подождут за дверями. Уверяю тебя, среди моих однокурсников нет специально обученных убийц.
Последнее я выдохнула со смешком, но, если честно, не уверена, что для Торна это было смешно. Просто я действительно настолько нервничала – мне хотелось пойти на этот обед. Это ведь обед, даже не ужин! А после мы с Торном уже будем вместе в загородной резиденции.
– Хорошо.
– Хорошо?!
Я даже не представляла, что он так скоро согласится, поэтому все те слова, что крутились в мыслях, сейчас просто проглотила. Горло стянул какой-то невыносимо долгий спазм, который спустя какое-то время я все же смогла побороть.
– Спасибо.
– Только учти, Лаура, за пределы зала ты без сопровождения не выходишь.
– Разумеется, нет! Ой! Мне же надо узнать название ресторана…
– Не надо. – Мы говорим не по видеосвязи, но я почему-то чувствую, что он улыбается. – Увидимся вечером.
– До вечера, – говорю я, а потом прижимаю телефон к груди и бегу к Рин.
Она что-то воодушевленно рассказывает, а заметив меня, вопросительно вскидывает брови. Я поднимаю большой палец вверх, и подруга улыбается.
– В общем, я ему говорю – с этой цепочкой что-то не так. Аналитика хромает… и рассказываю, как это, по-моему, должно быть. А он улыбается и говорит: «Вы первая за два года, кто это заметил, ферна Рибельгар. Высший балл». Драконы! Вот тут я чуть под стул не сползла… Выхожу, а у меня колени трясутся.
– Мне не показалось, что у тебя тряслись колени. – Я приближаюсь к ним, и сейчас на меня уже смотрят иначе, даже несмотря на присутствие мергхандаров.
– Это все потому, что ты мне в глаза смотрела, а не куда-нибудь ниже.
Последнее явно шпилька в адрес Бирка, который уткнулся взглядом в вырез расстегнутой на две пуговички блузки Рин. Когда парень понимает, что на него все смотрят, слегка краснеет и делает вид, что увидел что-то за ее плечом. Все хохочут, послеэкзаменационное напряжение отпускает, будто все уже слегка пьяные. Отпускает даже меня не только от экзаменов и осознания того, что до праздников я могу просто отдыхать и тренироваться, но и то, что завтра у отца вступление в должность, и то, что произошло между нами с Торном.
Я знаю, что у нас все будет хорошо, каким-то образом я это знаю!
От этого мне хочется парить, и, наверное, не будь мне строго-настрого запрещены резкие движения, я бы начала танцевать прямо здесь. Но прямо здесь еще и царит всеобщее возбуждение, однокурсники один за другим выходят из аудитории, кто-то счастливый, кто-то не очень – наша староста Фрэнни, например, считает: все, что не высший балл, – трагедия. Ее пытаются переубедить, но она отмахивается. Говорит, что будет пересдавать, и убегает. Несдавших совсем у нас, разумеется, нет.
Все, кто дошли до последнего курса, точно знают, зачем они здесь и что в их жизни будет дальше. Это отличительная особенность студентов Хайрмаргского государственного университета. Он один из самых значимых на мировом уровне, и все, кто здесь учится, все выпускники, даже закончившие со средним баллом, очень высоко котируются на рынке труда.
Наверное, я единственная, кто пока даже приблизительно не представляет, что ее ждет дальше. Точнее, я представляю – кастинг в «Эрвилль де Олис», который я пройду, свадьба с Торном, и… как это будет совмещаться, я пока не знаю, но сегодня хочу с ним об этом поговорить. Я вообще о многом хочу с ним поговорить – о том, что чувствую. О том, что такое для меня сугроб. И о том, как много он для меня значит.
Торн, а не сугроб, разумеется.
– Ну что, едем? – Спустя какое-то время к нам снова заявляется Мист. На этот раз у бывшего на руке уже висит девица, с которой я его застукала, но сейчас это действительно не имеет для меня никакого значения.
– У нас еще двое в аудитории, – говорит Саш.
– Ну тогда подтягивайтесь. Ресторан «Алая лента», панорамный зал.
– Вы там сколько заплатили за аренду?! – живо интересуется Аирана.
– Не переживай, с вас не попросим.
Мист удаляется со своей новой пассией, его ладонь лежит на ее пятой точке.
– Тощая, – мстительно заявляет Рин еле слышно, правда – только для меня.
Я тихонько фыркаю.
Через двадцать минут выходят наши, и мы все вместе устремляемся вниз.
– Кто-нибудь знает, как нам быстрее туда добраться?
Однокурсники переговариваются, гурьбой текут к лифтам. Отовсюду слышатся предложения по оптимальному маршруту, я чуть придерживаю Рин.
– Что? – спрашивает она.
– Это прозвучит высокомерно… но ты же не думала, что мы полетим на аэроэкспрессе?
Рин хохочет.
– Лаура, ты и высокомерие – несовместимые вещи. Знаешь, почему я с тобой подружилась?
– Почему?
– Потому что ты была одна из немногих, кто не гнул пальцы: мой папа – суперюрист или моя мама – ведущий специалист в области строительства!
– Пфф!
– Вот тебе и пфф. И да, кто сказал, что возможность долететь на личном флайсе – это плохо? Жизнь такая штука – надо пользоваться привилегиями, пока можешь. Потому что завтра – крак! – и все развалится.
– Очень оптимистично.
– Да ну. Я самая большая в мире оптимистка. – Рин хлопает меня по плечу. – Просто в мой оптимизм примешана капелька реализма.
– Капелька?
– Са-а-амая малость.
На этот раз мы смеемся обе, и она говорит:
– Серьезно. Вот скажи, когда я еще покатаюсь на личном флайсе?
– Пользуясь привилегиями подруги первой ферны Ферверна? В любое время.
– Иди ты!
– Сама иди!
Продолжая перебрасываться шутками, мы спускаемся на подземную парковку. Рин падает на заднее сиденье рядом со мной, вытягивает ноги. Потом показывает взглядом на мергхандара, который садится рядом с Хестором. Второй садится во флайс, который полетит за нами.
– Система! – говорит она.
Еле слышно, но мергхандар поворачивается к нам.
– Ферна Рибельгар, пока я не подойду к двери, из машины не выходим.
Ринни вскидывает руки в знак согласия, улыбается.
Мы летим над городом, и я кое-что вспоминаю.
– Я не смогу остаться надолго. Максимум часа два-три, у меня еще подготовка к вечеру.
Хочу сразу надеть белье, чтобы чувствовать себя… иначе.
– Ой, да не вопрос. Думаешь, мы там надолго задержимся? У меня тоже встреча с Сэфлом, так что я тоже… – Она выразительно смотрит на меня. – Буду готовиться.
– Я помирилась с Ингрид, – сообщаю я.
– Правда, что ли?
– Правда. Мы шьем мне платье на утро после праздничной ночи, вчера вечером вместе общались с его создателями.
– Ух!
– Кстати, об ух. Вы же придете? С Сэфлом?
– Мм… мне кажется или там вход будет по приглашениям?
– Даже если там вход будет по приглашениям, вам я его точно обеспечу. Серьезно, Рин. Я вам буду очень рада.
– Мы вообще-то собирались отмечать вдвоем… – Подруга закусывает губу.
– Вот только не заставляй меня уговаривать тебя!
Рин прищуривается, словно очень серьезно раздумывает, я тыкаю ее в бок, она тыкает меня, и у нас возникает небольшая потасовка. Ловлю взгляд мергхандара в зеркале заднего вида и мгновенно сажусь прямо.
– Я поговорю с Сэфлом, – отвечает она, тоже становясь серьезной. – Но думаю, он будет рад.
Мы добираемся быстро, и вскоре уже видно здание, где находится ресторан «Алая лента». У нас почти все рестораны с панорамными видами, но этот отхватил себе этажи в одной из самых известных высоток. В центральной игле известного на весь мир комплекса Грайрэнд Рхай.
Глава 31
– Интересно, кому в голову пришло забронировать зал именно здесь? – задает риторический вопрос Рин.
– Подозреваю, коллективному экономическому разуму.
Она фыркает, а мы идем на снижение. Я же пытаюсь представить, как Торн с такой скоростью узнал про место встречи. С другой стороны, с его возможностями… Мне вдруг становится страшно. Если он может узнать все за пару минут, то что он знает обо мне? И на что он готов пойти, чтобы сделать меня своей?
Эта мысль приходит ну очень не вовремя. Хотя когда она может быть вовремя?
– Эй! – Рин легонько пихает меня локтем в бок, и я улыбаюсь.
Судя по всему, невпопад, потому что подруга приподнимает бровь. К счастью, мы садимся на парковку, и мергхандар первым выходит из флайса. Рин тут же забывает обо всем, глядя на наш процесс высадки.
– А я думала, такое только в фильмах показывают.
Теперь это моя реальность. Отныне и навсегда.
Дурацкие мысли!
Я отбрасываю их и иду вместе с подругой по пешеходной зоне. Она здесь широкая, к ней стекается множество мелких лучиков. Все, кто попадается нам навстречу (а навстречу нам попадается много кто), смотрят на нас. Рин ежится – несмотря на теплую куртку и сообщает:
– Брр!
– Брр?!
– Не то чтобы я стесняюсь. Но это стремно.
Мы входим в стеклянные двери, огромный холл встречает нас шумом воды – фонтан прямо по центру выполнен в форме дракона, вместо ледяного пламени из его пасти вырывается вода.
– А помнишь ту историю с Гранхарсеном?
– Что?
– Ну, историю с Гранхарсеном. Они еще баллотировались на пост Верховного. Сначала отец, потом сын. Сын вроде как водный.
Я поворачиваюсь к Рин.
– И что?
– Да просто вспомнилось в тему фильмов и водных драконов. Отец у него, к слову сказать, вполне себе ледяной. А он вообще отказался от власти, потому что для него был важнее шоу-бизнес. Там была еще эта жуткая история с его женой… Когда ее превратили в дракона.
Эту историю точно помнят все: собственно, в то время и начались грандиозные перемены в нашем мире. Девушку, самую обычную девушку похитили и влили ей кровь дракона. По всем медицинским показателям, она должна была погибнуть, но, к счастью, осталась жива. Она еще сыграла роль Теарин Ильеррской в совместной картине Джермана Гроу и Джамиры… вот тут моя память дала сбой. Потому что если Джермана Гроу-Гранхарсена не знать было нельзя, то в режиссерах я не настолько хорошо разбиралась.
Тема как-то сама собой иссякла, когда мы шагнули в лифты, и не только мы, но еще и небольшая ВИП-группа фиянских туристов. Гид что-то очень быстро говорила на их языке (фиянский, к слову, один из самых быстрых языков в мире), на нас они почти не смотрели. Что не могло не радовать.
Мы вышли на нужном нам этаже и сразу оказались в холле «Алой ленты», где к нам приблизилась хостес.
– Добрый день! У вас бронь?
– Да, панорамный зал. Мы выпускницы ХГУ.
Девушка перевела взгляд на мергхандаров за нашими спинами. Потом на меня. Потом опять на мергхандаров.
– Замечательно. – Она улыбнулась и указала в сторону гардероба. – Здесь можно оставить одежду. А после вас проводят.
Когда мы расстались с одеждой, к хостес присоединился молодой человек, на бейдже которого было написано «Авар».
– Прошу вас. – Он взглянул на раздвижные двери с матовым стеклом.
Интерьер здесь был очень необычный. Холодный стальной и белый, чем, впрочем, в Ферверне никого не удивишь, но с поправкой на вплетенные в них алые ленты. Их было немного, скорее как акцент, но он бросался в глаза. Сталь, снег и алое. Как всполох пламени аронгарских и рагранских драконов.
Мы прошли через основной зал и остановились перед панорамным.
– Приятного отдыха! – Авар улыбнулся. – Официант подойдет к вам буквально через пару минут.
Мергхандары остались за дверями, а мы вошли. Выпускники с экономического уже были здесь, столики расставили большим кругом, и все места у панорамных окон, разумеется, уже были заняты. Точнее, у панорамного окна: это было сплошное литое стекло, сейчас слегка затемненное, чтобы солнце не слепило глаза, но тем не менее не отменявшее роскошного вида на Хайрмарг.
– Хэдфенгер! Рибельгар! – Заметив нас, Мист громко хлопнул в ладоши. – Наши звезды прибыли! А где вы потеряли остальных… Нет, не отвечайте! Вы же у нас избранные. Избранные не пользуются аэроэкспрессами.
– А ты пользуешься? – поинтересовалась я.
Большего сноба, чем Мист, и представить было страшно: он говорил, что лучше будет ходить пешком, чем нюхать макушки.
Язвительная улыбка сбежала с его лица.
– Нет, но я, по крайней мере, не выделываюсь. Где там твои мальчики на побегушках?
– Я его сейчас убью, – прошипела Рин и шагнула было вперед, но я выставила ладонь, чтобы ее затормозить.
– Мое сопровождение за дверями, – сообщила я достаточно громко, чтобы услышали все. – Но если вы хотите пригласить их присоединиться к нам, полагаю, они возражать не будут. Так что? Позовем?
После этого Миста знатно перекосило. На пару с его девушкой, которая подбежала к нему сразу, как только появилась я. Он пробормотал себе под нос что-то маловразумительное и отвернулся. Тишину снова разбавили голоса: смех и разговоры, на сей раз, искренне надеюсь, не имевшие никакого отношения к нам.
– Это ж надо быть такой задницей, – процедила Рин, устраиваясь за столиком рядом со мной.
– У кого-то задница – это стиль жизни. Забей.
– Как ты можешь быть такой спокойной?
– А почему я должна заморачиваться?
– Он же тебя откровенно достает!
– Не достанет. – Я облокотилась о стол, глядя через весь зал на город. Здесь даже пол был со стальными прожилками, а вот центральный светильник – огромный, напоминал сплетение алых лент, неровные края которых свисали вниз. Я подумала о том, что вечером это, должно быть, смотрится очень красиво. Остальные, помельче, были хаотично разбросаны над нашими головами. Наверное, вечерами они тоже светятся алым.
Картины на стенах изображали самые разные сюжеты, но все было неизменно с алыми лентами. Меня заинтересовала одна: мужчина и женщина, но прежде чем я успела ее рассмотреть, к нам приблизился официант.
– Добрый день! Желаете заказать что-нибудь из блюд, не включенных в основное меню?
– В основное? – переспросила Рин.
– Да, разумеется. Общий банкет уже оплачен. У вас будет горячее, салаты и десерт, также включено веоланское.
Я не успела удивиться, потому что в зал уже хлынули наши с Рин однокурсники. Судя по тому, что всей толпой, они явно встречались в холле. А вот нам никто не написал и не попросил подождать.
– Ну что? Все в сборе? – поинтересовался Мист.
– Я тут краем уха услышал, что кто-то оплатил нам банкет! – Саш вскинул руку.
В это мгновение бывший посмотрел на меня. Посмотрел с таким выражением лица, что я уже готовилась к очередной пакости и на миг даже похолодела, потому что с Торна станется такое сделать, но Мист произнес:
– Да, это я, девочки и мальчики! Сегодня развлекаемся и гуляем за мой счет!
– Какая щедрость, – хмыкнула Рин.
Правда, еле слышно.
Я покосилась на нее, но тему развивать не стала. Мист действительно мог себе это позволить… Другое дело, что раньше не позволял. Даже когда мы ходили посидеть куда-нибудь вчетвером, счет за нас двоих он высчитывал по чеку с точностью до сотых.
– Так, девочки, что тут у нас? – поинтересовалась Аирана, которая заняла место рядом с нами. Справа от нее сел Саш.
Шум стоял неимоверный – кто-то восторгался щедростью Миста, кто-то обсуждал меню, кто-то делал дополнительные заказы.
– Мне свежевыжатый сок, пожалуйста, – попросила я.
– Сок?! – Саш даже через стол перегнулся. – Ты веоланское не будешь, что ли?
– Не хочу. – Я покачала головой. – У меня сегодня вечером еще ответственная встреча.
– Фу, скучно.
– Скучно приставать к девушкам на предмет выпивки, – отрезала Рин. – А я вот буду. Кстати! Что там вообще в основном банкете?
Пока официант перечислял блюда, я снова перевела взгляд на картину. Девушка, чьи руки были связаны алой лентой, стояла рядом с мужчиной, а он положил ладонь ей на плечо.
Тяжело.
Или мне просто так показалось?
Впрочем, вскоре мне стало не до картины, потому что принесли салаты, закуски и веоланское. После веоланского общение стало еще более оживленным, особенно когда зашло обсуждение выпускного.
– Я предлагаю «Неоновый вихрь», – произнес Саш, перебивая общий гул голосов.
– «Вихрь»? – Девушка Миста наморщила нос. – Сколько лет этому клубу?
Над столами громыхнул смех, Саш пошел красными пятнами.
– Между прочим, там отличное меню и приличный танцпол.
– Приличный для кого? – поинтересовалась девица.
Все снова засмеялись, а Саш раздраженно уткнулся в тарелку. Я увидела, как Аирана накрыла его руку своей, но он ее отнял и налил себе еще веоланского. Бокал в себя опрокинул залпом.
– Твои предложения? – поинтересовалась я, в упор глядя на девицу.
Иногда мне начинало казаться, что они с Мистом сейчас сольются в единое целое и из-за стола встанут конгломератом: так сильно она к нему липла.
– Прости? – Она надула губы, которые и без того были достаточно надутые.
– Тебя не устраивает «Вихрь», мы все слушаем твои предложения.
Теперь уже Рин на меня покосилась, но я только плечами пожала. Девица посмотрела на Миста, Мист – на меня.
– Тебе-то какое дело, Хэдфенгер? Ты вряд ли с нами пойдешь. Первые ферны не ходят по тусовкам.
– Ходят, – ехидно заявила его девица. – Но не по таким… Странно, что ты вообще с нами, Лаура.
Мое имя она выделила так, чтобы особенно сделать на нем акцент.
Я сделала вид, что ее не существует.
– Мне показалось, что у… – смотрела я исключительно на Миста, – прости, забыла ее имя, а точнее, просто его не знала, есть свои идеи. Но, похоже, все ее идеи сводятся исключительно к критике чужих.
– Ауч, – произнес кто-то.
Мист раздул ноздри синхронно со своей второй половинкой. Она даже открыла рот, но тут же его закрыла.
Я пожала плечами и вернулась к горячему.
– Хотите повторить сок? – поинтересовался официант, забирая лишнюю посуду.
– Да, пожалуйста.
– Здорово ты их, – шепотом произнесла Рин.
Аирана тоже подняла вверх большой палец, Саш улыбнулся.
– Мисту нравится чувствовать себя большим и значимым, – присоединилась Джарта. – Но на место их однозначно стоило поставить.
– Кстати, ее зовут Эйнера, – заметил Саш.
– Очень ценная информация.
Мы как-то дружно фыркнули.
– А давайте потанцуем? – взвизгнула Эйнера, когда забрали посуду из-под горячего. – Ви-и-и! Я хочу танцевать!
Судя по количеству подскочивших со своих мест, танцевать хотела не только она. Мист куда-то вышел, а когда вернулся, музыка стала громче.
– Гуляем дальше! – заорал он, перекрывая даже басы.
– Я попудрить носик, – заметила Рин.
– Я с тобой! – Аирана бросилась за ней.
– Странные вы, женщины. В туалет только парами ходите, – заметил Саш, явно рассчитывающий пообщаться с Аираной наедине (пока все танцуют) и разочарованный тем фактом, что это не удалось.
– Это природный инстинкт выживания. Когда все люди жили под землей, на поверхность женщины выходили только парами. Одна пудрит носик, другая смотрит, не летит ли дракон.
Саш расхохотался.
– Да-а-а! А мы тогда почему по одному ходим?
Читать бесплатно другие книги:
