Врата пустоты. Зов пустоты Валентеева Ольга

ГЛАВА 12

Полина

Увы, всем моим планам на ближайшие дни не суждено было сбыться. Матушка вдруг вспомнила, что нас приглашали в загородное имение барона Вольдена. Мы спорили до хрипа в горле — конечно же, я не желала никуда ехать, но когда Кристина Лерьер меня слушала? Поэтому спустя пару дней мы уже тряслись в душном экипаже к обещанному «маленькому озерцу и пьянящему запаху трав», как описывал свое имение барон. Конечно же со слов матушки. Мне же загородное имение виделось клеткой, потому что матушка без умолку трещала о том, что было бы неплохо провести там пару недель.

Барона Вольдена я не знала. Им оказался мужчина лет пятидесяти, с благородной проседью в волосах и мягкой кошачьей улыбкой. Он осыпал комплиментами матушку, затем меня и заверил, что безумно счастлив видеть нас обеих. Я ему не верила и понимала, что моя пытка началась. Пытка длиною в четырнадцать долгих, томительных дней. Я была вынуждена гулять, улыбаться, делать вид, что все хорошо, — и слышать шепотки за спиной.

Однажды бродила по парку, когда мимо прошли две женщины возраста матери. Они даже не стали дожидаться, когда я уйду.

— Это что, та самая? — прошептала одна мне в спину.

— Да, та самая. Зачем барон вообще пустил эту, с позволения сказать, девушку в дом? Понятно ведь, что она тоже причастна. Говорят, ее от казни спас любовник.

— А я слышала, что ее любовник — сам магистр тьмы.

— Так, может, вы у него лично спросите, правда это или нет? — обернулась я к сплетницам. — Ради такого случая договорюсь о встрече.

— Мы не о вас, милочка, — картинно закатила глаза блондинка.

— Слишком много чести, — добавила брюнетка, и они поспешили прочь. А я чувствовала себя оплеванной. Если бы здесь был Анри, никто бы косо не глядел в мою сторону. Мне так его не хватало! Каждую ночь мечтала об одном — увидеть его во сне, но он даже не снился. Жестокий…

Когда настал день отъезда, я едва не порхала от счастья. Матушка тепло распрощалась с бароном, и мы наконец-то поехали домой!

— А у меня для тебя сюрприз, Полли, — проговорила матушка, когда ворота особняка остались позади.

— Какой же? — без особого интереса спросила я.

— Барон Вольден намекнул, что он не против сделать тебе предложение. Правда, ведь чудесно?

— Что? — Я обернулась так резко, что закружилась голова. — Я не выйду за него замуж, мама.

— Подумай, Полли. Барон богат! Да, это не тот муж, которого я желала бы для тебя, но в нашей ситуации не приходится выбирать, раз уж ты упустила более выгодных кандидатов.

— Мама, я вообще не собираюсь замуж! Ни за кого! — кричала я.

— Не ори! — припечатала она. — Прикажу — и выйдешь. Я сама дам за тебя согласие барону, если он придет. А ты будешь сидеть, закрыв рот, поняла?

— Не буду.

— Пожалеешь.

Я уже жалела, что вообще вернулась домой. Лучше было бы держаться подальше, но, увы, Полина Лерьер может открыть гораздо больше дверей, чем просто Полина. Что мне делать? Я ни за что не предам Анри! Даже если небо рухнет на голову. Матушка замолчала, а я беззвучно глотала слезы. Как только экипаж остановился у дома, помчалась переодеваться. Не выдержу больше ни минуты!

Мне хотелось уйти как можно дальше и побыть одной. Не слушать матушкиных наставлений и уговоров, никого не видеть. Я устала! Устала настолько, что чувствовала себя древней и дряхлой. Не физически, а глубоко внутри. Поэтому уже спустя час вышла на улицу и пошла куда глаза глядят. Без сопровождения, зудящего за спиной. Без надсмотрщиков, будто от них есть толк. За время, проведенное в доме барона, я не раз и не два думала, что сделаю, когда вернусь. И теперь направлялась к коллежу. Да, летние каникулы были в самом разгаре, но мадам Симона очень редко покидала свое детище. И потом, наверняка уже начались вступительные экзамены. Поэтому я надеялась найти директора на рабочем месте.

Вот и знакомые ворота. Сколько же с этим местом связано воспоминаний и надежд! Здесь в саду мы тайком встречались с Анри, обсуждали выпускной, свадьбу. Интересно, куда подевалось мое выпускное платье? Наверняка пылится где-нибудь дома. Жаль, что он так меня в нем и не увидел. Анри…

Его имя засело в сердце настолько прочно, что я с ним просыпалась и засыпала. Наверное, это был определенный род безумия. И сейчас стены коллежа напоминали о нем, о том, что мечталось, но не сбылось. О моей погубленной жизни. Я подошла к двери и постучала. Открыли почти сразу. На пороге замерла мадам Жаннетт.

— Мадемуазель Лерьер? — удивленно уставилась она на меня.

— Здравствуйте, мадам Жаннетт, — ответила тихо, опасаясь, что меня тут же прогонят прочь, но вместо этого наставница вдруг крепко меня обняла.

— Девочка моя, — прошептала она. — Я думала, больше не свидимся. Проходи, проходи скорее.

И увлекла меня в свою комнату. Я смотрела на знакомые стены, вспоминала счастливые дни. Между мной и тем временем пропасть. Настолько глубокая, что не перепрыгнуть, не переплыть.

— Как ты? — спросила мадам Жаннетт.

— Сложно, — ответила честно.

— Полли! Если бы ты знала, как мы беспокоились. Твоя матушка искала тебя, когда ты сбежала, и здесь в том числе. А эти черные демоны из тайной службы перерыли все на свете, разве что под кровать ко мне не заглядывали. У!

И мадам погрозила кулаком неведомым «демонам».

— Я очень скучала, — призналась ей искренне. — Коллеж — это лучшее, что было в моей жизни.

— Рано так говорить, Полли. — Мадам Жаннетт взяла меня за руки. — Все еще впереди.

— Если бы! Я, вообще-то, пришла к мадам Симоне. Она здесь?

— К сожалению, она вернется только к концу недели. А что такое?

— Мне нужен пропуск в городской архив.

— Ты знаешь, я могу сама тебе помочь, — заулыбалась мадам Жаннетт. — Главный архивариус — мой кузен. Давай напишу ему записку, и он тебя примет.

— Я была бы очень благодарна!

Неужели хоть какая-то хорошая новость за последние дни?

— Вот. — Мадам Жаннетт бегло набросала на листе послание брату. — Он — хороший человек, не откажет. Может, выпьешь со мной чаю?

Я хотела было отказаться, но мадам лучилась такой радостью, что пришлось ответить:

— С удовольствием.

Около часа мы сидели и пили чай. Я вкратце поведала мадам Жаннетт о своих злоключениях. Конечно, то, что можно было рассказать. Она охала и качала головой.

— Ты всегда можешь прийти сюда, Полли, — напутствовала меня напоследок. — Мы будем только рады.

— Спасибо. — Крепко обняла мадам Жаннетт и пошла прочь, но камень на сердце стал немного меньше. Однако чем дальше я уходила от коллежа, тем сильнее становилось чувство, что за мной наблюдают. Я не знала, чем его объяснить. Только тревога все нарастала и нарастала. Свернула за угол и решила выждать немного, не повернет ли кто-то за мной. Уловка оказалась действенной. Не прошло и минуты, как из-за угла показался мужчина в черном плаще. Он остановился, пытаясь понять, куда я подевалась, а мне удалось рассмотреть его лицо. Какая неожиданная встреча!

— Здравствуйте, герцог Дареаль, — окликнула его я. — Не меня ли ищете?

— Здравствуйте, мадемуазель Лерьер. — Главный дознаватель магистрата обернулся и неожиданно улыбнулся. — Вы меня заметили. Теряю сноровку.

— Чему обязана? — подошла ближе.

— Увидел знакомое лицо, хотел поздороваться, — спокойно лгал герцог.

— И поэтому так и не подошли?

— Как раз собирался.

И взглянул на меня честным, пронзительным взглядом.

— Тогда вы достигли своей цели. Я могу идти?

— Конечно, — кивнул он.

Я продолжила путь. Герцог, уже не скрываясь, пошел за мной. Мы миновали улицу или две, прежде чем снова пришлось остановиться.

— Еще скажите, что вам со мной по пути, — окликнула главу «демонов».

— А вы сомневаетесь?

Да он издевается! Но почему-то не было обидно. Я ведь и не сомневалась, что за мной станут приглядывать.

— И куда же вы идете одна, без сопровождения, мадемуазель Лерьер? — поинтересовался герцог.

— В городской архив, — решила, что стоит сказать правду.

— Что юная мадемуазель забыла в архиве? — изумился он.

— Стремлюсь к самообразованию, знаете ли. Люблю много читать, — говорила уже на ходу, потому что герцог не отставал.

— Библиотека Лерьеров оскудела? — продолжал потешаться он.

— Иногда полезно пройтись. А если начистоту, зачем я вам понадобилась, герцог Дареаль?

— Если начистоту… — Лицо герцога посерьезнело. — Я бы советовал вам оставить дело Вейранов, Полина. Для вас это может быть опасно.

— Угрожаете?

— Предупреждаю. Уверен, за убийством Таймуса стоят серьезные силы. И вас они просто сожрут.

— Как Анри?

Я снова остановилась и теперь глядела на герцога с вызовом.

— Как Анри, — согласился он. — Все же мне не дает покоя это убийство. Другого магистра света до сих пор нет. Посмотрите, что происходит с погодой. Жара стоит немилосердная. Двое оставшихся не справляются, это не в их власти. Кому помешал Таймус? Зачем? Связано ли его убийство с Анри Вейраном? Или он просто попался на пути как удобная мишень? Слишком много вопросов.

— Если у вас остались вопросы, то где же тогда справедливость? — тихо спросила я. — Почему Анри отвечает за чужое преступление?

— Потому что так было надо, — нахмурился герцог.

— Кому?

— Уж точно не мне. Убийство магистра вызвало бы волнения в народе, сомнения в самой власти магистрата. Поэтому суд прошел так быстро. Но вы ведь и сами это понимаете, мадемуазель. Я по-прежнему вас предупреждаю — не вмешивайтесь. Сам граф Вейран не справился с этой силой, а Виктор был одним из сильнейших магов, которых я знал. Куда уж вам? Хотите, я провожу вас домой?

— Проводите, — ответила я.

Поработать в архиве герцог все равно не даст, да и я была немного выбита из колеи этой встречей. И у мадам Жаннетт провела дольше, чем планировала. Но завтра я все-таки доберусь до архива. Что такого было в семье Анри, что от них поторопились избавиться? И правдив ли рассказ магистра тьмы? Мне нужны были ответы, потому что вопросов становилось все больше.

Герцог предложил мне руку. Оставалось только опереться на нее, и мы медленно двинулись к особняку Лерьеров. Представляю, что скажет матушка, если увидит нас вместе. Без сомнения, у нее появится еще один кандидат в мои будущие мужья. Дареаль молчал. Я тоже.

— Послушайте, Полина, — заговорил он, когда до дома осталось всего ничего. — Я вижу, что вы — настойчивая девушка. Мой совет остается в силе, но, если вы все же узнаете нечто важное, придите ко мне.

— Зачем? — спросила я. — Вы вернете мне жениха?

— Увы, я не властен над пустотой. Но все-таки надеюсь, что рано или поздно правда восторжествует. Таймус не был моим близким другом, однако был хорошим человеком, который не давал этим двум… магистрам сталкиваться лбами. И мне не хотелось бы, чтобы его убийца остался безнаказанным. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Я кивнула. Пусть думает, что хочет. Раньше надо было действовать! Раньше, когда можно было спасти Анри. Теперь же справедливость нужна только мне и Филиппу, потому что нам с этим жить.

ГЛАВА 13

Филипп

В том, что Роберт Гейлен не простит своего позора, я даже не сомневался. Что скрывать? Я бы тоже не простил, если бы рога украшали мою голову. И весь следующий день против воли ждал подвоха, но то ли Роберт оказался умнее, чем я думал, то ли ему было некогда заниматься такими глупостями, но возмездие не настало. Нам удавалось даже вполне мирно сосуществовать. Роберт не заговаривал со мной, я — с ним. Если приходилось обмениваться репликами, то это были дежурные фразы. Эдакий зыбкий нейтралитет, в который я ни капли не верил.

Видимо, Гейлен вынашивал план. Я даже на всякий случай обновил защитные заклинания на своих вещах. А то вдруг останусь без них? Нет уж, так не пойдет.

— Что ты смотришь на меня, как на змея? — лишь раз сорвался Роберт, когда заметил мой очередной взгляд. — Все равно тебя ни одна зараза не возьмет!

Я промолчал. И даже в какой-то степени смирился, что все время надо быть настороже. Пусть так. Но были в ситуации и свои плюсы. Например, то что Роберт все время находился на виду, а не подстерегал меня в коридоре с сообщниками. Правда, от него так и исходило желание придушить меня где-нибудь по-тихому, и оно было вполне взаимным.

Нам задали конспект по достаточно объемной теме, поэтому после ужина я направился по привычному пути в библиотеку. Там сегодня царил небывалый ажиотаж. Конспекты нужно было составить всем, и студенты горланили и толкались. Зато стоило присесть за стол, вокруг тут же образовалось пустое место. Хоть какая-то польза от дурной репутации.

Я просидел над конспектом до самой ночи, затем почти на ощупь добрался обратно в комнату и рухнул в постель. Привычный кошмар настиг уже под утро. Видимо, и правда сильно устал. Я сполз с кровати. Надо было одеться и умыться. Странно, что Роберт никак не прокомментировал раннюю побудку. Молча сидел и смотрел, как я в рассветном полумраке нащупываю штаны.

Я натянул штанину на ногу — и вдруг понял, что отпустить ткань не могу. Она прочно приклеилась к руке.

— Что за демон? — прошептал, вцепившись в штанину второй рукой. И теперь обе ладони оказались накрепко приклеены к ткани.

— Твоя выходка? — уставился на Гейлена.

— О чем ты? — Тот невозмутимо пожал плечами. — Руки мыть не пробовал?

Я дернул так, что ткань затрещала — и штанина канула в прошлое. Но лоскутки так и остались на ладонях. Ну, Роберт! Вот не надо лезть под горячую руку! Гейлен почувствовал, что пахнет жареным, потому что осторожно поднялся с кровати, а я схватил первую попавшуюся книгу и запустил в него. Попытался… Потому что книга тоже прилипла намертво. Значит, заклинание, не клей.

— Убери немедленно, — попросил по-хорошему.

— Еще чего, — усмехнулся тот. — Потерпи, к вечеру книга отвалится.

— Зараза!

И я кинулся на Роберта. Зря, конечно, потому что к нему я тоже прилип. Мы кубарем покатились по полу. Причем ко мне прицепилось все, чего коснулся — заклинание распространялось. И коврик у кровати, и шнурки ботинок, и какой-то конспект. К счастью, не мой, а Роберта.

— Пусти, идиот! — вопил Гейлен.

— Сними заклинание. Как я тебя отпустить должен? — орал ему в ухо, умудряясь при этом брыкаться, попадая коленями по чему придется.

— Да чтоб ты провалился!

— Только вместе с тобой, как видишь.

— Рассет!

Заклинание рассеивания подействовало. Я сел, отряхиваясь от пыли и перьев из подушек. Вот откуда они на полу? Роберт и вовсе щеголял стремительно наливающимся синяком под глазом — кажется, я ударил его лбом. Картина та еще!

— Ну, Вейран, — прорычал он.

— Что? — Я поднялся на ноги и уставился на остатки штанов.

— Все равно отсюда вылетишь.

— После тебя. Ты же позади меня в списке.

Роберт кинулся вперед, я увернулся. Он пролетел несколько шагов. Это ему не впятером на одного! Однако Гейлен был парнем упрямым. Развернулся, и мы снова сцепились. Наверное, ничем хорошим это не закончилось бы, если бы вдруг не прозвучал троекратный сигнал.

— Это еще что? — замер Роберт, забывая, что собирался расквасить мне нос.

— Понятия не имею, — сказал я о том же. Пришлось плюнуть на Роберта, найти штаны, которые покупала еще Полли. Оказалось, что они мне слегка коротковаты. Видимо, вырос за месяц. Но выбирать все равно было не из чего, а форма пришла в негодность кое из-за кого. Поэтому пошел как есть.

Мы собрались в главном зале. Никто не понимал, что происходит. Студенты галдели и вертели головами по сторонам. Я же забился подальше. Утро и так выдалось сложным, а день обещал быть не менее «приятным». Перед нами замерли кураторы всех восьми групп.

— Уважаемые курсанты, — заговорил один из них, и мы мигом затихли. — Точнее, пока еще кандидаты в курсанты. Вы уже могли видеть предварительный рейтинг, в который занесены ваши результаты за эти недели. У меня для вас две новости. По традиции, хорошая и плохая. Хорошая — у вас есть шанс набрать максимальное количество баллов и изменить ситуацию в рейтинге. Плохая — в том, что экзамен первой ступени вам предстоит сдать уже сегодня. А если точнее, прямо сейчас.

А я-то думал, впереди еще как минимум неделя… С другой стороны, это к лучшему. Раньше сдам экзамен — раньше узнаю, чем могу помочь расследованию Пьера. И увижусь с ним хотя бы. Можно было лгать себе до бесконечности, но я скучал. И не только по родителям и брату, но и по Пьеру, Полли. Они стали для меня близкими людьми, пусть мы и недолго прожили под одной крышей. И я надеялся, что, когда обучение закончится, наши пути сойдутся снова.

— Мы откроем для вас врата в лабиринт, наполненный магическими ловушками и разными существами, — продолжал профессор. — Ваша задача — пройти его на время и получить как можно меньше повреждений. Проходить лабиринт вы будете четверками. Когда первая четверка удалится на достаточное расстояние, стартует вторая и так далее. Если вы поймете, что не можете идти дальше и хотите прервать экзамен, используйте заклинание «верите», мы вас услышим. Итак, я называю имена, вы делитесь на группы.

И почему я не удивился, когда услышал, что буду проходить лабиринт с Робертом? К нам присоединился Майк и парень из пятой группы, Джефри. И Майк, и Джефри держались от меня подальше, а Роберт, видимо, привык, потому что продолжал подначивать:

— Что, Вейран, боишься? Это тебе не рога выращивать.

— И не накладывать глупые заклинания, — фыркнул я.

— Держись у нас за спиной. Может, не описаешься.

— Делишься своим жизненным опытом?

Роберт зыркнул на меня так, будто готовился разбить лицо. Я же только пожал плечами. Пусть злится, если хочет. Не я это начал!

— Пора!

Кураторы прочитали заклинания. Затрясся пол, и перед нами на пустой стене возникла дверь. Перед ней замерла первая четверка. Мы же попали в третью. Дверь распахнулась. За ней клубилась тьма портала. Кураторы пожелали претендентам удачи, и те шагнули в портал. Четверть часа спустя свой путь начала вторая четверка. Наконец пришла и наша очередь.

— Удачи, — улыбнулся куратор Синтер. — Филипп, утри всем нос!

— Дерек, — шикнул на него куратор группы Роберта.

— Что?

— Меньше говори и больше делай!

Дверь снова распахнулась, и мы ступили в лабиринт. Сам момент перехода оказался не слишком приятным. Я в мгновение ока замерз. Слой инея покрывал стены лабиринта. Нам сразу же предстояло выбрать один из трех ходов.

— Может, разделимся? — покосился на меня Джефри.

— С удовольствием, — ответил я и зашагал к правому коридору.

Джефри двинулся к левому, Майк — к центральному. А вот когда Гейлен догнал меня, я и правда удивился.

— Чего тебе? — спросил хмуро.

— Хочу убедиться, что ты не пройдешь лабиринт раньше меня, — ответил Роберт и вырвался вперед.

Пусть идет. Жалко мне, что ли? Сам же я, наоборот, замедлил шаг. Кураторы говорили о магических ловушках. Попытался ощутить чужеродную магию, прислушался к пространству. Что-то мне не понравилось.

— Стой! — крикнул Роберту.

— Обойдешься, — отозвался тот и шагнул прямо в ловушку.

В него тут же полетели огненные сгустки, и только вовремя взметнувшиеся щиты уберегли Роберта от провала экзамена. Дальше мы уже шли медленно. Я продолжал прощупывать пространство, положившись на интуицию и магию, а Роберт то и дело отправлял вперед заклинания. Поэтому следующая ловушка сработала раньше, чем мы до нее добрались. И тоже была огненной. Теперь я вырвался вперед, пропустив мимо ушей замечание, что от меня нет толка. Шаг, еще шаг.

— Проверь левую стену, — обернулся к Роберту. — Я не знаю твоего заклинания.

Тот кивнул и запустил магией в указанную точку. Что-то ухнуло, и мы едва успели пригнуться, потому что прямо над головой просвистело несколько лезвий.

— Это не экзамен, а тропа смерти какая-то! — возмутился Гейлен.

— А ты что думал, на прогулку попал? — буркнул я.

Коридор вильнул, и мы оказались на берегу подземного озера. Вот только как перебраться на другой берег? Ни лодки, ни кромки суши.

— Может, воду заморозить? — предложил Роберт.

— Даже если мы возьмемся вдвоем, сил не хватит. Вот вчетвером справились бы.

— Ну… Тогда можно покрыть льдом узкую полоску. Умеешь?

— Да.

Мы замерли на берегу, читая каждый свои заклинания. Вода постепенно покрывалась тонким слоем льда. Я принялся его утолщать, пока Роберт стабилизировал магию.

— Рискнем? — обернулся к Гейлену.

— Ты первый, — сказал тот.

— Да все равно! Только в спину не толкай, если хоть немного ума есть.

И ступил на лед. Но не подумал, что лед — это не просто непрочно, но и скользко! Шаг, еще шаг. Ноги разъезжались.

— Не утони, Вейран, — полетел в спину довольный голос Роберта.

Я сделал еще шаг — и едва не упал в воду.

— Да заткнись же ты! — крикнул Гейлену, а тот уже шел следом за мной. Мы, как два канатоходца, осторожно перебирались на другой берег. Я уже почти достиг его, когда из-под воды вдруг вынырнуло нечто… Оно напоминало жуткое морское чудовище с огромной пастью и зубами в три ряда. Зубы опасно щелкнули возле моего носа. Признаюсь честно — испугался так, что помчал по льду, забыв, что он скользкий. И остановился, только вывалившись на сушу. Упал, стараясь отдышаться. А вот Роберту пришлось хуже. Похоже, он показался монстру вкусным, и тот норовил откусить у моего врага какую-нибудь аппетитную часть тела.

— Шарахни его чем-нибудь! — с берега советовал я.

— Сам бы шарахнул! — взревел Роберт, но все-таки приложил «зверушку» темным заклинанием. Тварь обиделась, забила хвостом по хрупкому льду. Утонет еще, хоть и дурак! Я кинулся обратно к озеру, восстанавливая лед, а затем использовал на монстре заклинание слепоты. Тот взревел, а мокрый от пота Роберт рухнул рядом со мной.

— Ненавижу тебя, — поделился он впечатлениями.

— За то, что помог?

— Мог бы раньше помочь!

Не поспоришь. Но мы вроде как друзьями не были. Поэтому я пожал плечами и пошел дальше. Джефри и Майк наверняка уже на полпути к цели.

Внезапно я почувствовал что-то впереди и остановился. Роберт едва не влетел мне в спину.

— Что? — спросил недовольно.

— Там что-то есть, — тихо ответил я.

— Само собой! Это же экзамен. Тут повсюду что-то есть, если ты не заметил.

— Подожди!

Но разве Роберт меня слушал? Он вырвался вперед, шаря магией по полу и стенам. Что ж, каждый делает свой выбор сам. Я мысленно обозвал его идиотом. А разве не так? И замедлил шаг, полагаясь на предчувствие. Вот Роберт свернул за поворот — и резко вернулся обратно.

— Что такое? — спросил я, хотя вопрос уже был бессмысленен. Раздался дикий, оглушающий рев и быстрый тонот. Что это?

— Бежим назад! — крикнул Роберт, вот только позади — озеро с монстром, и отступать было некуда. Поэтому я поднял щит и приготовился встретить врага лицом к лицу. Точнее, к морде, потому что это было… нечто. Черная масса, больше похожая на грязевое облако, с копытцами, которые бодро выстукивали по полу. Я понятия не имел, что это за существо! Но, кажется, имел Роберт, потому что улепетывал так, что сверкали пятки. А я огляделся и увидел нишу — вполне подходящую, чтобы переждать в ней, пока чудовище промчится мимо. Нырнул туда и замер. Масса, как и ожидал, проскакала мимо, а я пошел дальше, к выходу, который уже виднелся за ее логовом. Вот и все!

Только позади меня раздался истошный вопль. Что мне до Роберта Гейлена? Что мне до того, что он вот-вот провалит экзамен? Мы враги, не друзья. Не будет Роберта — может, и прекратятся косые взгляды в мою сторону. И уж точно никто не будет поджидать в коридоре.

Я повернулся и пошел назад. Да чтоб он провалился! Но, стоит признать, Роберт успешно справлялся и без меня. Масса выстреливала в него черными кляксами-щупальцами, он рубил магией одно за другим. На лбу врага выступила испарина, но он не сдавался. Я подумал — и сзади атаковал чудовище заклинанием оцепенения. Масса замерла. Так просто?

— Бежим быстрее, — кинулся ко мне Гейлен. — Оно скоро придет в себя.

И мы помчались к двери. Нам оставалось каких-то пять шагов, когда мир вокруг дрогнул.

— Это еще что? — крикнул Роберт.

— Некогда. — Я бежал к цели. — Шевели ногами!

Земля между нами и дверью вдруг треснула. Послышались крики. Чьи, если здесь мы были одни? Хотя идут же за нами другие четверки.

— Что за… — прошептал Роберт, а я вдруг понял, что это не экзамен. Тьма всколыхнулась, окутывая тело. Все нутро кричало об опасности.

— Здесь что-то не то. Надо звать на помощь, — проговорил я скороговоркой — и отшатнулся, потому что из пролома полыхнуло огнем. Я отскочил, а Роберт не успел. Только что он стоял рядом — и вот уже рухнул в проем. Я кинулся к краю. Гейлен висел, уцепившись руками за обломок.

— Давай руку! — склонился я, пытаясь подхватить его. Не достать!

— Уходи, — крикнул он в ответ. — Пока можно!

— Нет! Попытайся дотянуться до меня.