Половинка сердца Макквесчин Карен

Глава 41

Довольно быстро кухня Саттонов заполнилась людьми, но для него значение имела только бабушка Нэн. Минуты до ее появления ему казались довольно тягостными. Рука пульсировала, нога, порезанная чем-то острым, болела, и он чувствовал себя брошенным, потому что помощник шерифа и Саттоны обсуждали всякие серьезные вещи и больше не уделяли ему внимания, и тогда у него появилось время подумать, а мысли в голову забредали не самые приятные. Ему было плохо из-за Джоанн, которая наверняка умерла, хотя этого не заслуживала, ведь она всего лишь пыталась ему помочь. И он ощущал свою вину из-за того, что произошло с отцом. Логан просто хотел убежать, он не собирался убивать папу, но тот наверняка тоже умер, ведь он так и не выбрался из той ямы. Будь его отец жив, он бы пришел за ним. В настолько паршивом расположении духа ничто не могло встать на его пути к цели.

Он сидел на стуле, и ему казалось, что он где-то еще. Воспоминания и эмоции смешались и превратились в неразборчивую кучу. Он устал и испачкался. Ему хотелось домой, но неприятный внутренний голосок нашептывал, что у него нет дома. В мире не осталось места, созданного для него. Осознав это, он испытал невыносимую печаль и задался вопросом – а в чем смысл всего? Он слишком устал. Зачем вообще жить, если плохое не заканчивается? А потом вдруг появилась бабушка Нэн и произнесла:

– Логан? – все напряжение тут же испарилось, и внутри будто прорвало плотину, он разразился слезами, как малыш. Бабушка тоже плакала, а значит, все было в порядке.

Увидеть ее на кухне – как узреть чудо. Все это время он думал, что она умерла, а она жива! Она скучала по нему и пыталась найти. Она обнимала его крепко, как никто другой, и он отвечал ей тем же, потому что все наконец наладилось.

Вскоре в кухне было не протолкнуться из-за людей, большинство из них носили форму. Некоторые общались друг с другом, а другие говорили во что-то, похожее на стаканчики-рации, но почти все хотели задавать вопросы ему. Женщина из «скорой осмотрела его, сказала несколько добрых слов и вручила ему веселую наклейку. Такие давали в основном малышам, для девятилетних они слишком детские, но он не хотел ее обижать, а потому принял подарок и поблагодарил ее. Полицейские задавали миллион вопросов, иногда одни и те же. Похоже, их невероятно поразило все, что произошло этой ночью и той, когда он был совсем маленьким. Наконец бабушке пришлось вмешаться и обо всем рассказать самой.

– Моя дочь Эмбер, мама Логана, умерла три года назад, упав с лестницы. Отец Логана уверял всех, что его тогда не было дома. А Логан говорит, что Роберт находился дома, они поругались, и он толкнул ее с лестницы. – Ее голос дрожал, словно она готова была снова разрыдаться.

Оба полицейских на мгновение замолчали. И один из них решил уточнить:

– И никто не вел расследование?

– Меня не было рядом, – сообщила она. – Мне сказали, что травмы, от которых она умерла, похожи на повреждения после падения. Она тогда принимала много обезболивающих.

Когда бабушка посвятила офицеров в историю, Логану стало проще, и он рассказал, как оказался в грузовике, как нашел домик на дереве и обо всем остальном, что произошло за последние дни. Его горло пересохло от бесконечных разговоров, и голос немного сел, однако Лора Саттон принесла ему стакан воды, и это сильно помогло.

После того как допрос закончился, два парня вкатили узкую постель, чтобы на ней увезти его в машину скорой, а затем в больницу на обследование. Оба парня были большими, размерами походили на его отца, но обладали мальчишескими лицами, отчего Логан сделал вывод, что они стали взрослыми совсем недавно. Парни вызвались добровольцами, они работали в местном пожарном отделении и отучились на парамедиков. Мальчик обо всем этом узнал, потому что бабушка обратилась к ним с вопросом:

– Простите, могу я знать, какая у вас квалификация?

Женщина из скорой помощи отмыла его ногу и изучила болевшее место, затем намазала его чем-то жидким и щиплющим. Она его предупредила о таком эффекте, но Логан все равно оказался застигнутым врасплох. Дальше она сняла марлю, которой Лора Саттон обмотала его руку, изучила порезы и обратилась к его бабушке.

– Придется наложить швы, – пояснила она, погладила Логана по руке и сказала: – О тебе позаботятся в больнице.

Он не хотел никуда ехать, пока бабушка не заверила его, что будет находиться рядом. Она провела рукой по его макушке и произнесла:

– Ты шутишь? Я только тебя нашла. И не спущу с тебя глаз ни на минуту! – И ему сразу стало спокойнее.

Ему помогли забраться на узкую кровать, накрыли покрывалом и закрепили ремнями безопасности. Бабушка Нэн обняла Лору Саттон, чем удивила ее, ведь женщины не знали друг друга, после чего Лора склонилась к Логану и тихо произнесла:

– Удачи, Логан. Я тебя не забуду. – Ее муж стоял у нее за спиной, но смотрел вовсе не на мальчика. Он не сводил глаз с супруги и был ошеломлен: как человек, который развернул подарок и обнаружил именно то, о чем так мечтал.

Пока прелестная женщина из скорой помощи по имени Жанин промывала ногу Логана антисептиком, Скотт и бабушка Нэн стояли в стороне.

– Вашего зятя нашли в лесу в яме у раздвоенного дерева, как и сказал Логан.

– Он мертв? – спросила бабушка, не совсем понимая, вопрос это или желание. Она прежде никому не желала смерти, но в данном случае такой конец ее бы не расстроил.

– Нет, – покачал Скотт головой. – Очень даже жив. Пьян как свинья, зол как черт, и похоже, у него сломана нога, но, судя по всему, он восстановится. – Он наклонился к ней поближе. – Но есть и хорошие новости. Женщина, на которую он напал, Джоанн Дембик, жива и в отличной форме. Сильно ударилась головой, когда ваш зять… – он сделал паузу и поправил себя, – ваш бывший зять ее толкнул. Она на время потеряла сознание. Есть подозрение на сотрясение.

– А бедный Логан думал, она умерла, – произнесла бабушка, бросая взгляд в сторону внука.

– Да, лучше рассказать ему об этом. Бедному ребенку наверняка станет легче, когда он узнает, что она в порядке.

Она кивнула. А Скотт продолжил:

– Роберт поедет в первой машине скорой. Логан и Джоанн займут вторую. Обе машины отъедут примерно в одно время. Согласно политике департамента, потерпевших не возят с нападавшими. Персонал больницы тоже в курсе, что их стоит положить порознь.

– Отлично. – Она сомневалась, что в присутствии Роберта сможет держать себя в руках. Она не замечала за собой жестокости, но сейчас хотела разодрать ему глотку. – Роберта арестуют? – Она снова глянула на Логана: мальчик вел себя отважно и хриплым голосом отвечал на все вопросы. – Он же не сможет снова забрать Логана?

На лице Скотта расплылась широкая улыбка:

– Об этом не беспокойтесь. Он арестован за взлом и проникновение, нападение и вторжение на чужую частную собственность. И это если брать в расчет только дом Дембик. Еще ему вменят вождение в нетрезвом виде, нападение на вас и порчу вашей шины, что доказать довольно легко благодаря видео с камер и показаниям Дэвана Маллика. Есть и другие новости. Когда мы провели проверку, то обнаружили, что у Роберта Уэбера до черта неисполненных ордеров в других штатах. Худшее обвинение выдвинуто Алисией Мендез, которую он избивал и чью машину поджег в Индиане. Нашли свидетеля, но он сбежал быстрее, чем его смогли арестовать.

– Кто такая Алисия Мендез?

– Честно говоря, не знаю, – пожал плечами Скотт. – Я бы предположил, несчастная женщина, связавшаяся не с тем мужчиной. Я к тому, что, по-моему, у вас более чем достаточно поводов отвоевать опеку над внуком.

– А что насчет признания Логана в том, что его отец столкнул его мать с лестницы? Ему смогут предъявить обвинение в убийстве?

– Если бы это зависело от меня, я бы сказал «да», но это решать не мне.

Она хотела задать еще столько вопросов, но тут ее позвал Логан.

– Бабушка! – И внук стал ее приоритетом номер один.

Она извинилась, поторопилась к Логану и находилась с ним все время, пока его укладывали на носилки. Бабушка Нэн в знак признательности обняла Лору, и пара попрощалась с Логаном.

Пока мальчика перевозили в машину скорой помощи, бабушка Нэн не отходила ни на шаг. И, если парамедиков ее постоянное присутствие и раздражало, они этого никак не показывали. Она отпустила руку внука единственный раз, потому что его поднимали в салон, но она забралась следом, встала рядом, и к моменту, когда каталку прикрепили к полу, они снова держались за руки.

– Есть хорошие новости, Логан, – произнесла бабушка Нэн. – Миссис Дембик жива и здорова. Помощник шерифа сказал, она сильно ударилась головой, поэтому ее осмотрит доктор, но все уверены, что она поправится.

Он кивнул, и его губы растянулись в улыбке.

– Она очень славная. Мне нравится ее собака. Его зовут Самсон.

– Я знала, что тебе полегчает. – Прежде чем продолжить, бабушка глубоко вздохнула. – Есть и другая новость. Твоего папу нашли в том месте, о котором ты говорил. Он поранился из-за падения. Думают, сломал ногу, но ничего неизлечимого. Ты никому не сделал плохо, Логан, и абсолютно ни в чем не виноват.

– Бабушка? – обратился он, сильнее стиснув ее руку. – А что теперь будет со мной?

Бабушка Нэн поймала взгляд парамедика, который сидел с ними в салоне, но юноша фиксировал манжету для измерения давления и не пытался вмешиваться в их личную беседу.

– Тебя осмотрят, позаботятся о порезах на руках и о поврежденной ноге. Я все время буду рядом, поэтому не переживай.

– Нет, что со мной будет после этого?

– Ох. – Она замолчала, размышляя, как утешить его, но при этом не солгать. – У твоего папы проблемы с законом, вообще-то куча проблем, а значит, ты очень долго не сможешь вернуться домой. Ты не будешь против пока пожить со мной?

– А можно? – Его глаза засияли.

– Конечно. Другого я и не хотела бы. – Бабушка Нэн про себя молилась, чтобы все сложилось так просто.

Она не представляла, чтобы какой-то родственник Роберта захотел бы побороться за опеку, а даже если стал бы, у них всех сомнительный образ жизни: постоянная смена работы, переезды, проблемы с деньгами, конфискации машин и прочие неурядицы подобного рода. Она выяснила все эти подробности, изучив их страницы на «Фэйсбуке». И знала, что на их фоне выгодно выделяется. Для бабушки она была относительно молода, владела домом и, что важнее всего, располагала каждой минутой каждого дня, чтобы заботиться о Логане. Если придется, она наймет лучшего адвоката, несмотря на цену, и докажет судебной системе, что лучше ее варианта не существует.

– Но потом папа сможет меня вернуть? – спросил Логан.

Бабушка Нэн не понимала, какого ответа он ждет. Роберт оказался чудовищным отцом, но он по-прежнему был ему отцом, и, помимо плохих времен в их жизни, случалось и нечто хорошее.

– Скорее всего, нет, родной. Не уверена, но, если я добьюсь опеки, а я на это надеюсь, ты застрянешь со мной до тех пор, пока не повзрослеешь. Ты сможешь поддерживать с ним связь, если захочешь. Созваниваться, писать ему и даже встречаться с ним. Но, если не захочешь, это тоже нормально. Все зависит только от тебя. – Ей не показалось, на его лице действительно отразилось облегчение. Он все еще не отпускал ее руку, но закрыл глаза. – Отдыхай, Логан. Я никуда не денусь. Мы обсудим все детали позже.

Когда бабушка Нэн попрощалась с Саттонами, то решила, что никогда их больше не увидит, поэтому удивилась, увидев в открытых дверях машины скорой помощи не только Джоанн Дембик, но и сопровождавшую ее Лору.

– И снова привет! – поздоровалась Лора.

Она ждала снаружи, пока каталку с Джоанн загружали в салон. Джоанн была закреплена ремнями, как и Логан: почти все ее тело укутали в покрывала, оставив открытым лишь небольшой участок шеи, и по торчавшему воротнику стало ясно, что она все еще в пижаме. Седые волосы коротко острижены, лицо изборождено морщинами, а дряблая кожа на ее шее напомнила бабушке Нэн об изменениях собственной кожи, которые она уже начала замечать (и ненавидеть). Джоанн вяло ей улыбнулась, и бабушка Нэн ответила на ее улыбку.

– Не думала, что увижу вас еще раз, – обратилась бабушка к Лоре.

– У Джоанн нет родни поблизости, поэтому я решила побыть ее почетной дочерью. Пол останется дома и присмотрит за Самсоном.

– Это ее собака, – вмешался Логан, поднявший голову, чтобы посмотреть на нее.

– Точно, – подтвердила Лора. – Я поеду спереди с водителем. Увидимся со всеми на месте. – Она постучала по двери. – Вы в порядке, Джоанн?

– Бывало и лучше, но спасибо. – Голос женщины звучал слабо.

– Позаботься о ней, Дин! – крикнула Лора.

– Обязательно! – Только двери закрылись, и парамедик Дин произнес с довольным видом: – Я не был в курсе, что она знает мое имя. – Он продолжил, ни к кому конкретно не обращаясь: – Мой младший брат учится в старшей школе, где мистер Саттон – директор.

Бабушка Нэн посмотрела на его милое, серьезное, юное лицо и не смогла отмахнуться от мысли, что теперь миром правят дети.

Когда машина отъехала от дома, Дин наклонился над Джоанн.

– До больницы примерно полтора часа. Мы позвоним, вас уже будут ждать. Если голова заболит сильнее, сразу дайте знать.

Джоанн почти всю дорогу лежала с закрытыми глазами, положив руку рядом с головой. Уже практически в больнице, на въезде для машин скорой помощи, она как будто только заметила Логана. Вытянув руку и преодолев расстояние между их каталками, она ткнула мальчика в руку пальцем.

– Ну, привет, – произнесла она мягко.

Логан повернулся к ней лицом.

– Привет.

– Ты можешь говорить. – Она утверждала, а не спрашивала. Джоанн не казалась шокированной. Вероятно, после всего случившегося ее ничто не могло удивить.

– Да.

– Рада видеть тебя снова, Логан, ведь я хотела тебя поблагодарить.

– За что? – Логан наградил ее озадаченным взглядом.

– За то, что вернулся помочь. Ты повел себя очень храбро. Спасибо тебе.

– Пожалуйста. – Он улыбнулся – скромно, но удовлетворенно.

Глава 42

Два месяца спустя

Когда Джоанн говорила, что придет в половине седьмого утра, она не шутила. Дверной звонок зазвенел минута в минуту, и, хотя, как позже пробрюзжал Пол, на улице стояла «возмутительная рань», Лора была собрана. Она этой ночью почти не спала, мысленно прогоняя детали грядущего дня. Подбросить Джоанн в аэропорт по дороге в больницу, где она проконтролирует установку мобиля, не составляло труда, учитывая, что по времени все укладывалось идеально, не считая того, что в насыщенном графике появился дополнительный пункт. Утешало одно: все части скульптуры они отвезли заранее, и она убедилась, что детали доставлены без повреждений.

Вот только гарантии, что проблем не возникнет, это не давало. Всю ночь она представляла, что во время поездки в Милуоки может пойти не так: они попадут в аварию, рейс Джоанн отменят, мобиль в установленном положении окажется кучей мусора, напоминающей неумелую поделку третьеклассника из вешалок (и как ей будет стыдно, когда персонал прикажет снять уродство, после чего закроет для нее навсегда свои двери).

Лора пыталась отмести беспокойные мысли, концентрируясь на счастливых моментах и дыхании, но стоило ей расслабиться, и в голове возникало очередное безумное предположение. В итоге в четыре часа, смирившись с победой бессонницы, она решила принять душ. И пока она терзалась тревогами, Пол спокойно спал, но теперь проснулся и потягивал кофе за кухонным столом.

Открыв дверь, Лора встретила Джоанн, лицо которой раскраснелось, и заметила по одну сторону от нее огромный чемодан, а по другую – Самсона, неустанно вилявшего хвостом. Она впустила их обоих, помогла Джоанн протащить тяжеленный багаж через вход и с удовольствием потрепала собаку по голове.

– Ну, разве ты не прелесть? – засюсюкала она.

– Как только я начала паковать вещи, он понял, что-то происходит, – пояснила Джоанн. – Он умница. – Она улыбнулась Самсону. – Это всего на неделю, малыш. На одну неделю.

– Вы же помните, что я собиралась вас забрать, – уточнила Лора.

Джоанн просто отмахнулась.

– Мне было несложно пройтись по своей подъездной дороге и подняться по вашей, тем более что к вам идти проще. Нам с Самсоном упражнения не навредят.

Пол поднялся из-за стола и уже наклонялся к Самсону.

– Вот мы повеселимся, да, дружище? – Пес дрожал от удовольствия, танцевал и носился от одного человека к другому, счастливый от того, что получает столько внимания.

– Мы с радостью за ним присмотрим, – сказала Лора.

– Без проблем, – подтвердил Пол. – Мы справимся.

Лора схватила ноутбук. Собрала сумку с вещами для ночевки на случай, если придется задержаться и остановиться в отеле, но надеялась, что та ей не понадобится. Пол взял чемодан Джоанн, и они все вместе вышли на улицу загружать вещи в машину Лоры. Пол закрыл багажник двумя руками.

– Приятной поездки, дамы, – пожелал он, поцеловав жену на прощание. – Позвони, когда доберешься и держи меня в курсе.

Лора заметила, что присутствие Джоанн в машине уменьшало стресс от вождения. Лето давно кончилось, но октябрь баловал теплыми деньками. Движение на шоссе субботним утром оказалось на удивление не оживленным. Вбитый в навигатор адрес не оставил им и шанса заблудиться. И с Джоанн было легко говорить, благодаря чему поездка проходила быстрее.

Джоанн упомянула, что не летала к сыну и его семье как будто вечность.

– Мы общаемся по телефону, но это не то же самое. Девочки взрослеют. Старшенькая, Серена, перешла в старшую школу и уже задумывается о колледже.

– Поездка по какому-то поводу? – поинтересовалась Лора. – День рождения или юбилей?

– Нет. Просто пора бы. – Она мягко усмехнулась. – Хотя это не совсем правда. Я еду из-за Логана.

– Логана Уэбера?

– Да. Встреча с этим мальчиком изменила мой взгляд на мир. Я была так тронута, увидев его воссоединение с бабушкой и услышав о том, как долго она его искала. Я поняла, что у меня самой есть семья, которая желает проводить со мной время, а я так с ними поступаю. – Она изобразила рукой жест «стоп». – Я наладила быт и вполне счастливо жила, но после нападения отца Логана почувствовала себя уязвимой. С твоей стороны, было мило сопроводить меня в больницу, но подобным должна заниматься семья.

– Мне было несложно, – возразила Лора. – Правда, я только рада.

– Ты прекрасная соседка и подруга. Я благодарна, что ты оказалась рядом, когда была нужна, но вся эта ситуация открыла мне глаза, это точно. Я вдруг осознала, что у меня поблизости нет ни одного родного человека. У дома моего сына, Гленна, есть пристройка для свекрови, и он просит меня переехать к ним жить. Говорит, я могу взять Самсона и оставить машину. Мне даже разрешат выпотрошить их лужайку, чтобы засадить сад.

– Звучит здорово, – произнесла Лора, бросив взгляд на собеседницу.

– Вот именно. Но сколько бы раз он не заводил эту тему, я отказывала. Была непоколебима. Мне казалось, наступит начало конца, понимаешь? Я продам дом, перееду к другим людям, а дальше – дом престарелых. И в итоге я буду шаркать по коридору с остальными стариками.

– Вы не похожи на ту, кто шаркает.

– Это пока, – улыбнулась Джоанн. – Но то ли еще будет. Знаешь, я всегда гордилась своей независимостью, тем, что ни на кого не нужно полагаться, но начинаю думать, что подобное поведение не идет мне на пользу. Поэтому я еду посмотреть пристройку и хорошененько поразмышлять. Наверное, приятно будет снова оказаться частью семьи. То есть они и сейчас моя семья, но живи я там, то находилась бы в гуще событий. Ты понимаешь.

Лора и правда понимала.

– Вам действительно стоит подумать, но, чтобы вы знали, нам будет не хватать такой хорошей соседки.

– Спасибо за это, – снова улыбнулась Джоанн. – Я никогда не забуду этого мальчонку Логана. Вот бы знать, что у него все хорошо.

– Я вроде упоминала, что мы с его бабушкой стали друзьями на «Фэйсбуке». Похоже, ему отлично с ней живется. Когда вернетесь из Сиэтла, я покажу, что она выкладывала. Она запостила несколько их фотографий, и он стал будто другим ребенком.

Они приехали в аэропорт, как и планировали. Лора припарковалась, и проводила Джоанн до регистрационной стойки, где ей распечатали билет, и помогла сдать багаж. Оттуда они двинулись в сторону линии безопасности. Обнялись, обменялись быстрыми «Бон вояж» и разошлись.

Позже, размышляя об инсталляции, она вспомнила слова, сказанные Джоанн в машине. «Встреча с этим мальчиком изменила мой взгляд на мир». Она хотела сказать, что Логан повлиял и на ее жизнь тоже, но, откровенно говоря, это была не ее история, а Пола. Когда она вернулась домой из больницы, Пол, ее невероятно практичный, скептически настроенный к знакам муж сказал ей, что должен признаться.

– Я слушаю, – произнесла она. Само слово «признаться» чуть не сбило ее с ног. До нее оно ассоциировалось с интрижками или растратами, что никак не вязалось с Полом.

– Это прозвучит нелепо, – начал он. – Даже для меня.

И он поведал ей о беседе с матерью, во время которой та предложила дождаться знака. Лора любила свою свекровь, но немного обиделась на то, что Пол обсуждал с ней их личную жизнь. Мгновением позже, осознав, что его мать вставала на ее сторону, она чуть смягчилась. Он продолжал:

– Я думал, искать знаки глупо, но, знаешь, когда Логан объявился на нашем пороге, до меня дошло, что, если бы не его бабушка, он, скорее всего, очутился бы в детском доме. И, похоже, он чудесный ребенок, который просто оказался в ужасной ситуации. Тогда я осознал, что все мои размышления были ошибочны. Этим детям нужны любящие дома, а у нас как раз есть такой. Я видел, как ты вела себя с Логаном, очень по-матерински: как говорила с ним и промывала его порезы. Ты все это делала так естественно. И я понял, что это мой знак. Мы должны стать опекунами.

На следующий день они заполнили бумаги и согласились пройти необходимую подготовку. Социальная работница поделилась предчувствием, что их одобрят без проблем. Особенно она радовалась, узнав, что они заинтересованы в детях школьного возраста и, возможно, даже в паре.

Лора понимала: приемные дети станут для них испытанием, и не раз придется столкнуться со сложностями, но верила, что они выбрали правильный путь, и с нетерпением ждала, когда им подберут подходящих кандидатов.

Хотя Лора не бывала в Милуоки, больницу она отыскала без проблем. Она боялась потеряться или не найти место для парковки, но везде стояли указатели, и у них работали парковщики – еще одно чудо современности, второе после навигатора. В течение долгих лет у Лоры частенько могло ничего не складываться, что бы она ни предпринимала. Но плохие дни чередовались с хорошими, когда казалось, что небо над головой прояснилось и путь подсвечен лучами солнца. Сегодня, она решила, второй вариант.

Войдя в больницу, она дала о себе знать у стойки администратора и направилась во внутренний дворик, где команда из трех мужчин уже осторожно распаковала все детали и начала установку мобиля. Механическая платформа, напоминавшая люльку подъемника, поднимала одного работника вверх, пока куратор, Мэтт, снизу выкрикивал, в каком направлении нужно двигаться. Третий мужчина изучал диаграмму, которую она отправляла вместе с частями скульптуры.

– Вы начали без меня? – спросила она с наигранным возмущением, после того как представилась.

Мужчины извинились, а тот, что стоял в люльке, застыл с поднятой рукой, будто его поймали за чем-то предосудительным.

– Простите! – крикнул он.

– Мы только начали, – сообщил Мэтт.

– Ничего, – ответила она, понадеявшись, что звучит уверенно.

Затем они советовались с ней перед креплением каждой детали. Однако, откровенно говоря, им не требовалась ее помощь, но она была рада наблюдать за тем, как ее творение добирается до финишной прямой. Завершив установку и убедившись, что скульптура подвешена как следует, они включили прожекторы. Подсвеченный мобиль выглядел захватывающе. В последнюю очередь работники прикрутили у основания табличку с надписью «Эта штука под названием жизнь», Лора Саттон», и она не смогла сдержаться. Увидев свое имя, она осознала, что все происходит на самом деле. Она могла называться художницей, создавшей нечто стоящее. Лора глядела на мобиль, и слезы текли по ее щекам, отчего рабочие сильно встревожились.

– Все в порядке? – уточнил Мэтт, указывая на скульптуру. – Можно внести изменения.

– Нет, все идеально, – успокоила она его, роясь в сумочке в поисках платка. – Просто расчувствовалась.

Она сомневалась, что он понял, но куратор кивнул со знанием дела. После того как мужчины собрали все свое оборудование и покинули дворик, Лора по-прежнему сидела на скамейке и восхищалась собственной работой. Она сделала несколько фотографий и сняла видео, которое отправила Полу. И тот ответил: «Восторг! Поразительно!» – а потом дописал еще одно сообщение: «Когда вернешься домой?»

Лора ответила: «Выеду через полчаса».

Завораживающая – вот какое слово пришло ей в голову, пока она смотрела на вращающуюся и рассеивавшую свет скульптуру. Она представляла ее, мечтала о ней и вынесла ее на бумагу, а теперь плод ее воображения превратился в реальность и отражал лучи во всех направлениях. Мечта, воплотившаяся в жизнь.

Забывшись, Лора не сразу заметила девушку, которая бродила по дворику, а потом присела рядом. Она даже без косметики поражала своей красотой, а ее волосы были собраны в небрежный пучок. Она не носила форму или бейджик, а значит, в больнице не работала. Лора решила, это мамочка одного из детей, находившегося в отделении интенсивной терапии.

Женщина не сводила глаз с инсталляции.

– Что-то новенькое. – Она откинулась на спинку скамейки, чтобы рассмотреть скульптуру получше.

– Установили сегодня, – кивнула Лора. – Вам нравится? – Ей очень сильно хотелось объявить, что это она художница, и потом объяснить значение мобиля, но она придержала язык за зубами, желая, чтобы работа говорила сама за себя.

– Я в восторге, – призналась девушка, и на ее уставшем и бледном лице появилась слабая улыбка. – Есть в ней что-то успокаивающее. Утешающее. – Даже говоря, она не переставала смотреть на мобиль. – Моя дочь, Фиона, в интенсивной терапии.

– Фиона – красивое имя. Уверена, она очаровательная.

– О да. Все так говорят. – В ее голосе слышалась материнская гордость. – Сестры были шокированы, увидев, сколько волос на ее крошечной головке. Вот, посмотрите. – Она приподнялась, села поближе к Лоре и протянула ей телефон.

– Она красавица, – сказала Лора, восхищаясь фотографией прелестной малышки со сморщенным личиком и черными блестящими волосами.

– Фиона – чудесный ребенок. Никто не знал, выживет ли она, но она боец. И сможет уехать домой уже через несколько дней.

– Я рада. Вы наверняка невероятно рады.

Словно осознав, что беседа получалась односторонней, мать Фионы повернулась к Лоре.

– А у вас есть дети?

Она заколебалась, прежде чем ответить.

– Еще нет, но мы с мужем подали заявление, чтобы стать приемными родителями, и надеемся, что нам найдут ребенка уже к концу года. С нетерпением жду, когда стану приемной мамой. – Лора ощутила, как покраснела из-за того, что делилась настолько личной информацией с незнакомкой. Вдруг эта женщина, только что родившая сама, решит, что приемные дети не считаются?

– Как чудесно! Вы делаете хорошее дело, – произнесла она взволнованно. – Я сама была в системе. Меня отправляли к двум семьям, с которыми я не ужилась, но последняя семья меня удочерила. О лучших маме и папе я и не мечтала. Они приходят проведать Фиону в больницу каждый день. Они так рады стать бабушкой и дедушкой.

– Вот как, – выдавила Лора, не понимая, что еще сказать.

Ей словно было необходимо услышать подобную реакцию. Она ощутила, как по телу растеклось приятное тепло – так же свет, отражавшийся от мобиля, покрывал лучами весь дворик. Она так давно и так сильно хотела стать матерью, и скоро в их доме появится ребенок. Желание и мечта никуда не девались. На протяжении долгого времени она думала, что стоит смириться, но теперь понимала, что все надежды вели ее к этому моменту. Она представляла свою жизнь не такой. Привести приемного ребенка в свой дом не самый простой путь, но эта женщина доказала, что и у родителей, и у похожих на нее детей может быть счастливый конец.

Лора получила добрый знак. И оказалось, что его мог получить не только Пол.

Глава 43

Логан просил встретиться с ней много-много раз, но бабушка Нэн сомневалась, что это хорошая идея, пока задумку не одобрил его психотерапевт.

– Он далеко продвинулся, – сказал доктор Мэйер. – Стал увереннее и поработал над самоуважением. Учитывая, через что он прошел, он справляется удивительно хорошо. Если ему хочется с ней увидеться, я даже рекомендую. Он выстроит мостик между прежней жизнью и нынешней и обретет чувство завершенности. Думаю, ему это пойдет на пользу.

Пока доктор Мэйер говорил все это его бабушке, Логан находился рядом и сверлил ее жалостливым взглядом. Он обрадовался, когда бабушка согласилась, и они решили устроить поездку в его первый выходной от школы, в пятницу октября – день повышения квалификации для учителей. Выехав накануне, они по пути остановились в отеле.

– Найдем отель с бассейном. Что скажешь? – спросила она.

– Ура! – выкрикнул он, вскинув в воздух кулак.

– Не в «Дисней Уорлд», – сообщила она, дразня его.

Но, насколько Логан знал, с таким же успехом мог быть и «Дисней Уорлд».

За последние восемь недель очень многое изменилось. Он снова начал посещать школу – ту же, куда ходил в садик и в первый класс. Психотерапевт научил его, что отвечать детям и взрослым, если те спросят, почему он вернулся и теперь живет со своей бабушкой. Бабушка Нэн гордилась его прогрессом, и Логан тоже его замечал. Глядя в зеркало, он видел совершенно другого мальчика. Во-первых, он набрал вес. Много веса. Даже нельзя было рассмотреть его ребра. Во-вторых, новая одежда и новая прическа сильно изменили его внешний облик.

Доктор Мэйер первым сообщил ему, что отец признался в том, что столкнул его мать с лестницы и подтвердил версию Логана.

– То есть тебе не придется давать показания, – сказал он. – Отец просил передать, что он просит прощения.

Логан никогда не слышал, чтобы его папа просил прощения, а потому усомнился в его искренности.

– Он останется в тюрьме? – спросил Логан.

– Он пробудет в тюрьме очень долго, – кивнув, ответил доктор Мэйер. – Если хочешь, можешь написать ему письмо, но это необязательно.

– Я не хочу.

– Решать тебе. Ты можешь передумать, но, даже если не передумаешь, в этом нет ничего плохого.

Когда он только приехал к бабушке Нэн, то был поражен, что она сохранила все его старые игрушки, которыми он играл много лет назад, пока родители ходили на работу. И его Тигра, и плюшевый мишка, бита с мячиками, настольные игры и даже древняя «Нинтендо» с картриджами.

– Ты их сохранила? – спросил он пораженно.

– Естественно. Я бы не выбросила твои вещи. Я рассчитывала, что ты вернешься ко мне.