Невинная для древнего, или Танец на краю тьмы Чередий Галина

— Кать, не смеши, я подавлюсь.

— Да ладно тебе! Что тебе, вечной девственницей оставаться!

Алексей стал часто заходить к Александре. Иногда водил в кафе, настаивая на том, что бы она ела как можно больше. О Михаиле они не говорили, но девушка догадывалась, что он пока не уехал. На её приездах Алексей тоже не настаивал, хотя и говорил, что скучает, и руки чешутся затащить её в студию и раздеть. Шла неделя за неделей. Большая часть навязчивых поклонников отстали от Александры. Катька встречалась с парнем Никитой, высоким красавчиком со второго курса, из которого веревки вила. Александру же продолжал осаждать только один упертый парень с четвертого курса. Максим Берсень, неотразимый красавец и редкий говнюк, сынок богатеньких родителей на крутой спортивной тачке. Он поставил себе целью совращение всех привлекательных первокурсниц и несговорчивая Сашка была ему как кость в горле. Катька говорила, что в институте уже заключают пари, кто окажется упрямей — Сашка в деле забивания на ухаживания Макса, или Берсень в желании уложить её на спину. Берсень закусил не на шутку, появлялся рядом каждую свободную минуту, таскал цветы и конфеты. Пару раз пытался подарить Александре украшения, но она наотрез отказалась их брать, и тогда он демонстративно бросал их в мусорное ведро. Время пролетело быстро и вот уже и Новый Год. Мама звала Александру домой, но она сослалась на то, что уезжает за город с друзьями и не стала ехать. Отец ограничился сухим поздравлением и подарком в виде золотых серёжек. Алексей приехал тридцать первого днём.

— Лекси, мы с Мишей устраиваем вечеринку в загородном доме. Во сколько за тобой заехать?

Александра опустила глаза.

— Ты знаешь, у нас тут компания, Катька с Никитой и ещё ребята. У нас планы.

— Скажи, это правда, или ты не едешь из-за Мишки?

Девушка промолчала, не в силах скрыть вспыхнувшие щеки.

— Ле-е-екси! Ну как тебя угораздило! Я же предупреждал тебя!

— Предупреждал, Лёшик. Прости.

— За что ты просишь прощения? Это моя вина. Я вообще не должен был допускать вашей встречи. Я облажался, но я не знал, что он приедет. Его почти десять лет до этого не было в России.

— Да ладно, не парься. Переживу я это всё. Вот напьюсь на Новый год и подцеплю кого-нибудь и забуду его. Он-то обо мне не вспоминает.

— А тут ты, пожалуй, ошибаешься. Это он настаивал, чтобы я тебя позвал. Но теперь у меня есть уважительная причина — у тебя другие планы. Только прошу, Лекси, не делай никаких глупостей. Компания точно приличная? А то я ведь потом если что им всё ненужное пооткручиваю на хрен.

— Я им передам, Лёшик. Не волнуйся, я позвоню тебе, если что и ты примчишься и спасешь меня.

— Обязательно позвони. Я хочу все подробности.

— Лёшик, а ты не охамел? Ты мне не отец!

— Я твой парень. Был.

— Это всё вранье.

— А ты докажи! Жили у меня, и я тебя голой видел.

— Лёшик! Ты просто говнюк!

— Ладно, малявка. С наступающим тебя. Эй! Я завтра прям с утра позвоню!

Ближе к вечеру Александра с Катькой закончили строгать салаты. Ввалился Никита.

— Девчонки, я шампусик принес, — заявил он, внося ящик.

— Да ты обалдел? Куда столько?

— А что, гулять, так гулять. Лучше пусть останется. Тем более, вдруг еще кто-нибудь подтянется.

— Ладно. Только забирай его отсюда и свали сам, — велела Катька. — Мы с Сашкой щас поваляемся и начнем красоту наводить.

— Ладно, я пойду с Толиком и Антохой столы таскать. Думаю, мы тяпнем понемногу.

— Я тебе тяпну! А ночью будешь как варёный. А у меня, между прочим, планы на бурное продолжение вечера!

— Катюша, ты меня нарочно дразнишь? Может, ко мне прям сейчас пойдем?

— Иди ты к себе сам, озабоченный. И только нюхни — на неделю от тела отлучу, — Никита ушёл.

— Жёстко ты с ним, Катька. Не боишься, что сбежит?

— Ой, да пусть бежит! Велика потеря. Я ж не замуж за него собралась!

— Но зачем тогда…

— Что, сплю с ним? А что мне, погибать во цвете лет в одиночестве? Когда еще замуж соберусь! Или думаешь, я не знаю, что он периодически к Аньке со второго этажа бегает?

— Но как? Вы же вместе!

— Ой, Сашка, ты вроде такая взрослая и умная, вот с вампами общаешься, а временами ну точно ребёнок. У тебя что, только черное и белое? С Никитой мне хорошо прям сейчас. Что дальше будет — кто знает?

— Катька, но если он тебе уже сейчас изменяет, то дальше что будет?

— Эх, Сашка, Сашка. Смешная ты такая. А ты думаешь, что от тебя муж гулять не будет?

— Ну, я… Мне кажется, я бы этого не смогла терпеть. Мне было бы слишком больно.

— Да всем больно, Сашка. Только изменить ничего нельзя. Мужики кобели. Не способны они с одной и той же всё время быть.

— А как же любовь, Катя? Ведь если любишь, то ни на кого больше смотреть не можешь.

— Дитё ты еще, в самом деле. Ладно, давай закроем тему, а то у тебя уже губы дрожат. Вырастешь, сама поймёшь.

Катька завалилась вздремнуть, а Александра так и лежала, глядя в потолок и думая над её словами. Может Катька и права — вон достаточно посмотреть на отца с матерью. Но девушке всегда казалось, что она не повторит судьбу матери, будет внимательней, не выйдет замуж за мужчину, который разлюбит её через пару лет. Но ведь то, что сказала Катька правда, и умом Александра это понимала. Но сердцем принять неотвратимость предательства любимого человека не могла. Хотя чего она грузится — у неё и любимого-то нет. Так, глупые фантазии перед сном о мужчине, который даже как на женщину, на неё ни разу не взглянул. Только как на любопытную зверюшку. Играл с ней, забавляясь её смущением и робостью. Александра тряхнула головой. Ну и пусть так. Ничего у них не будет, зато он и не изменит. И вообще, он старый. Она перевернулась на бок и решила поспать.

— Сашка, проснись! Вот задрыхла-то! Пора уже моську красить и одеваться. Бегом в душ!

Катька уже стояла в халате с полотенцем на волосах. Через час они красивые и чудно пахнущие вышли из комнаты и пошли к ребятам. В холле этажа установили столы и накрыли их. Всего компания должна быть человек двадцать, но, скорее всего, будет больше. Уселись проводить Старый год. Никита налил в бокал Александры шампанского.

— Нет, я пить не буду!

— Да ладно! — возмутилась Катька. — Ты что младенец, что бы и в Новый Год соком кишки полоскать. Выпей, расслабься. Перебрать с шампанским трудно. Но если даже развезёт — мы с Никитой тебя в комнату отопрём — оклемаешься.

— Правда, Сашка. Давай! Мы хоть на тебя на пьяненькую посмотрим, — поддержал свою девушку Никита. — А то вся такая правильная. Будь хоть раз просто человеком.

— Ладно, — сдалась Александра, — но если мне плохо будет — я с вас потом спрошу.

— Ты и в самом деле никогда не пробовала?

— Ну, у меня в школе, мой бывший парень пытался пивом напоить, но мне не понравился вкус, и я пить не стала.

— Ладно, пей давай. Пора большой девочкой становиться!

В голове скоро приятно зашумело. Стало весело, все пошли танцевать. Потом ближе к двенадцати вернулись за стол. В сумочке Александра почувствовала вибрацию телефона. Звонил Алексей.

— О привет, Лёшик! С Наступающим тебя!

— Лекси, ты пьяная?

— Не пьяная, а чуть выпившая.

— Лекси, я тебе задницу надеру!

— Да не будь занудой. Я уже взрослая!

— Да и поэтому надо сразу начинать синячить.

— Лёшик, ты грубиян! Ты меня поздравить не хочешь?

— Поздравляю. Я буду у тебя завтра утром и хорошо бы тебе быть в своей постели целой и невредимой. Иначе кому-то будет плохо.

— Ну ладно, Лёшик. Я благодарна за беспокойство, но всё со мной хорошо. И передай мои поздравления… Мише. У вас там весело?

— Да, и жаль, что тебя нет. Хотел бы станцевать с тобой еще разок.

— Пока, Лёшик.

— Пока, малявка.

Бокал Александры опять наполнили. Выпили под бой курантов, поглазели в окна на фейерверк и пошли опять танцевать. Александра и не заметила, как в холле появился Берсень с двумя бутылками дорогого коньяка в руках. Он быстро влился в толпу. Потом увидел её и пошёл к ней через толпу как ледокол.

— О, что я вижу! Сашенька решила выпить и повеселиться как нормальный человечек! Я так рад, малыш. Даже не ожидал, что в этой общаге меня такой приятный сюрприз будет ждать.

— А я тебя и не ждала! Вот что ты тут делаешь, у тебя же квартира в городе?

— Да вот, зашёл выпить с друзьями, а тут ты. Потанцуешь со мной?

— Извини, я немного устала.

— Ну тогда пойдем за стол, посидим, и ты хоть разок выпьешь со мной.

— Не очень хочется за стол.

— Да ладно, Сашенька, давай я твой бокал сюда принесу. Просто выпей со мной, и я домой поеду. Руки обещаю держать при себе.

Максим ушёл и вскоре вернулся с двумя бокалами.

— Ну давай, за Новый год и за то, что бы ты стала взрослой! — выпили. Ну, потанцуй со мной, Сашенька. Обещаю вести себя прилично.

Александра почему-то в этот раз согласилась. Вдруг стало всё равно. Во время танца всё стало плыть перед глазами девушки, и она была вынуждена буквально повиснуть на Максиме.

— Сашенька, тебе плохо? — заботливо спросил Берсень. Давай, я тебя уведу воздухом подышать, тебе полегчает. Пойдем, малыш.

Александра не знала, почему повинуется его голосу, но покорно пошла, крепко прижатая к его телу. Паника метнулась в голове, когда вместо того чтобы пойти к выходу, Берсень повернул в сторону комнат.

— Что ты делаешь? — язык плохо слушался девушку. — Куда ты меня ведешь?

— Тихо, Сашенька. Теперь уже поздно дергаться, — Александра хотела вырваться, но тело не слушалось. — Не дергайся, сучка. У тебя была возможность сделать это по-хорошему. Я бы даже сделал так, что бы тебе понравилось. Думаю, мы бы даже недельку повстречались. Но ты ведь дура, Сашенька, уперлась. Думала, я позволю тебе сделать из себя посмешище? Ты ошиблась, сучка. Я поимею тебя, и вскоре об этом будут знать все.

Берсень втащил почти бесчувственную Александру в их с Катькой комнату и швырнул на кровать. Комната кружилась. Берсень стал стягивать с девушки платье, бесстыдно лапая её. Слёзы покатились из глаз.

— Давай плачь, Сашенька. Плачь. Это даже заводит, — и он сорвал с неё лифчик и стал мять её грудь. — Ты и правда хороша, черт, сиськи просто супер, — и он наклонился и стал целовать грудь девушки жесткими, оставляющими на нежной коже следы поцелуями. В коридоре послышался какой-то шум, и кто-то позвал Берсеня по имени.

— Какого хрена! — захрипел Максим. — Лежи тут, я сейчас вернусь, и мы продолжим.

Максим вышел. Александра собрала ускользающее сознание и свалилась, перекатившись с кровати. Перед глазами всё мутилось. Катька оставляла телефон на тумбочке. Александра ползла, стараясь не упустить, сохранить сознание. Привалившись к тумбочке, нащупала наверху телефон. Цифры плыли и перескакивали, слезы застилали глаза. Александра молилась, чтобы суметь правильно набрать номер Алексея. В трубке раздались гудки.

— Алло, кто это? почему-то ответил Михаил. Но Александре уже было всё равно.

— Помоги мне, — прошептала она

— Лекси! Лекси, что с тобой? Где ты, Лекси? — отчаянный крик Михаила доносился из трубки. Но рука уже не могла удержать телефон. Дверь открылась, и вернулся Берсень.

— И куда это мы поползли, Сашенька? Ты еще не поняла, что для тебя уже без вариантов. Я поимею тебя, и не стоит дергаться. Расслабься, Сашенька, — Максим бесцеремонно стал стягивать с неё трусики.

— А ты не боишься, ублюдок, что поимеют тебя, — раздался сзади тихий и яростный голос Михаила. В следующее мгновенье Максима подняло над ней и швырнуло с ужасной силой об стену. Раздался отвратительный хруст костей. Перед мутнеющим взором Александры появилось лицо Михаила.

— Миша, — только и смогла прошептать девушка, прежде чем погрузиться во тьму.

Очнулась Александра в незнакомой комнате. Зрение всё ещё подводило её и сильно тошнило. Застонав, она перевернулась на бок.

— Опять тошнит? — раздался за спиной голос Михаила.

— Да, — горло драло, как от сильной ангины. — Что случилось? Я где?

— Там же, где и я, Лекси. В моей спальне в городской квартире. Я перенес тебя, — Александра хотела вскочить. — Да не дергайся ты уже. И так с тобой всю ночь промучился.

В затуманенном дурнотой мозгу девушки всплыли картинки прошлого вечера.

— О господи! Максим, он же хотел…

— Да, Лекси. Он собирался тебя трахнуть, заснять тебя такую на видео и показывать друзьям в доказательство своей победы. Не плачь. Всё уже закончилось.

— Это отвратительно, — девушку трясло, и слёзы лились сами собой.

— Хватит, Лекси. Игры закончились! Я терпел достаточно!

— О чём ты, Миша?!

— О том, что ты возвращаешься домой. Сюда, к нам. Алексей говорил, что ты умная и рассудительная девушка, что можешь постоять за себя, и что тебе надо дать пожить, как взрослой, дать тебе свободу. Но мой брат как был, так и остался безответственным раздолбаем, а ты безмозглая дура! Я сам стану возить тебя каждый день на занятия и забирать.

Александра резко развернулась к Михаилу. Он лежал в одних низко сидящих на бедрах джинсах, закинув одну руку за голову, а вторую положив на свой рельефный пресс. Несмотря на все переживания и дурноту, девушке становилось жарко от одного взгляда на него. Глаза Михаила, не отрываясь, смотрели на Александру из-под нахмуренных бровей.

— Ты позволила какому-то ублюдку опоить тебя, и если бы не смогла добраться до телефона и набрать Алексея, то завтра уже бы весь институт знал, как и сколько раз он поимел тебя.

— Я же не знала!

— Что ты не знала?!! — Михаил приподнялся и навис над её лицом.

— Ты слепая и не видела, что он хотел тебя? Ты дура? Я ведь предупреждал тебя! Говорил, что для многих мужчин ты можешь стать непреодолимым искушением?! Когда мужчина хочет так сильно, он по правилам играть не будет!

— Не кричи на меня. Я хочу уйти отсюда!

— Ни хрена подобного! Поиграла в свободу и хватит! Я не собираюсь больше сходить с ума, думая, где ты и какие глупости творишь!

— Это не твоё дело!

Михаил вдруг прижал её к матрасу своим телом.

— ЭТО. МОЁ. ДЕЛО!!

Александра задрожала под его сильным телом, и жар бросился ей в лицо и почему-то в низ живота.

— Почему? — прошептала она. Михаил опустил лицо к её шее и со стоном вдохнул запах её тела, прямо там, где бешено бился пульс. Затем оттолкнулся и встал с постели.

— Спи, вечером мы едем в общагу собирать твои вещи.

Михаил вышел из комнаты, а Александра осталась лежать растерянная и странно взволнованная. Внизу живота было горячо и немного болело. Девушка, осмотрев себя, поняла, что на ней надета рубашка Михаила, да ещё и на голое тело. И она пахла Михаилом, значит, он снял её прямо со своего тела. Боже, он ведь видел её там, в комнате, лежащей на полу в разорванном платье и без лифчика, одурманенную и пьяную. Стыд скрутил Александру, она обхватила себя руками. Так и лежала, пока все же не заснула. Вечером Михаил опять вошёл в комнату.

— Уже не спишь? Я принес тебе вещи. Не пойдешь же ты голой в свою общагу. Иди в душ и одевайся, жду на кухне.

Александра приняла душ, вытерла волосы и вытряхнула содержимое пакета на кровать. Там действительно было черное платье из нежнейшего трикотажа. А еще там было очень красивое бельё и чулки. Александра просто вспыхнула при мысли, что Михаил прикасался к этому. Одевшись, подошла к зеркалу. Перед ней стояла красивая, хотя очень бледная, изящная девушка в длинном черном платье, облегающем, как вторая кожа, закрытом по самое горло. Смотреть на себя в этом было как-то непривычно. Выйдя на кухню, Александра увидела Михаила, стоящего к ней спиной и смотревшего в огромное окно. Почувствовав её присутствие, он обернулся, ноздри его дернулись, ловя её запах, и глаза скользили по телу девушки снова и снова. Александра вдруг почувствовала себя так, как будто стояла в одном сексуальном белье, и щеки её вспыхнули. Михаил подошел вплотную.

— Странно, ты позировала моему брату голой и не особо смущалась, а стоит мне остановить на тебе взгляд — ты дрожишь, зажимаешься и вспыхиваешь. В чем причина, Лекси.?

Александра не хотела отвечать на его вопрос. Он ведь и сам знал ответ.

— Чья это одежда? — на красивых губах появилась усмешка.

— Твоя, Лекси.

— Но сегодня все магазины закрыты, — Михаил отвернулся.

— Ты есть хочешь, или мы сразу поедем? — он явно не собирался ей ничего объяснять.

— У меня нет обуви и верхней одежды.

— Есть.

Потом смутное беспокойство посетило Александру.

— А как я попала сюда без одежды?

— Ты задаешь много вопросов, Лекси.

— А отвечать мне ты не собираешься?

— Не сегодня. Когда-нибудь позже. Ты будешь есть?

— Нет, меня еще подташнивает.

Александра вышла вслед за Михаилом в большую прихожую.

— Сядь, — он указал на стул.

Когда девушка села, открыл большую коробку явно из какого-то дорогущего бутика и вытащил сапоги на высоком каблуке. Михаил неожиданно опустился на колени перед ней.

— Дай ногу, — он очень аккуратно надел ей на ногу сапог и застегнул молнию.

— Я не могу в таком ходить. Просто не умею, — опять насмешливый взгляд.

— Пора учиться. Ты ведь взрослая, — он обул её во второй сапог и помог подняться. — Ну как?

— Как-то странно, точно где-нибудь навернусь.

— Я буду рядом, подберу, — Михаил откатил зеркальную дверь шкафа и достал длинную до пола шубку из красивого меха. Такая должна стоить целое состояние.

— Я не ношу мех животных, — уперлась Александра. По лицу Михаила пробежала гримаса, и он опять ей нахально улыбнулся.

— Я учту это на будущее. А сейчас одевайся. На улице мороз.

Он предложил ей руку для опоры и вывел из квартиры.

— Не нужно со мной так обращаться.

— Как, Лекси?

— Как будто я тупая кукла.

Михаил не замедлил шаг и не повернулся к ней.

— Ты ошибаешься. Я не считаю тебя куклой.

Войдя в свою комнату в общаге, Александра застала там заплаканную Катьку и обнимающего её Никиту в одних джинсах. Михаил, даже не здороваясь, прорычал Никите:

— Оденься. Быстро, — парень быстро натянул футболку.

— Боже, Сашка! Ты выглядишь так… — воскликнула Катька и, покосившись на Михаила, — …по-другому. Куда ты вчера пропала? Мы обыскались тебя.

Александра только открыла рот, но за неё ответил Михаил.

— Лекси соскучилась по старым друзьям, позвонила нам, и мы её забрали.

— Могла бы хоть сказать! Мы же волновались!

— Извини, — пробормотала Александра, покосившись на вампа, стоящего в дверях.

Михаил помог ей снять шубу и теперь стоял, выжидательно глядя на неё.

— Почему ты плакала, Кать?

— Да у нас тут такое! Ты же видела вчера Максима Берсеня? Он же вчера крутился около тебя какое-то время, — Александра задрожала. — Так вот, его нашли под утро мертвым — он выпал из окна! — Катька опять стала всхлипывать, а Александра порывисто обернулась к Михаилу и натолкнулась на абсолютно спокойный холодный взгляд. — Только ушли полицейские, допрашивали всех. Тебя они тоже хотели видеть.

Михаил шагнул вперед и положил на тумбочку визитку.

— Пусть позвонят. Лекси, поторопись.

— Сашка, ты что, уезжаешь?

И опять за неё ответил Михаил.

— Просто Лекси возвращается домой. Вы будете видеться на занятиях.

Глаза у Катьки были круглые от удивления.

— А твои родители знают?

— Конечно, её родители всё знают.

Дальнейшие сборы проходили в тягостной тишине. Набив кое-как сумки трясущимися руками, Александра едгив повернулась к двери. Михаил без усилия подхватил её сумки одной рукой и схватил девушку за руку, потащил на выход.

— Всего хорошего, — насмешливо произнес он, закрывая дверь.

Всю обратную дорогу ехали молча, Александра будто окаменела. Михаил сам разул её и снял шубу, отнёс в её комнату вещи. Александра так и сидела на стуле в прихожей. Михаил вернулся и несколько минут смотрел на девушку.

— Скажи что-нибудь, Лекси.

— Ты убил его.

— Да. Он был тварью. Изнасиловал и унизил много девушек. И он хотел изнасиловать тебя.

— Но ты убил его! Он умер! S! Насовсем! — тело Александра стали сотрясать рыданья. — Он был плохим человеком, но он был живым! А сейчас он мертв.

Михаил безразлично пожал плечами.

— Он тебе нравился? Была влюблена в говнюка?

— Нет! Но это не значит, что можно убить!

— Это бессмысленный разговор.

— Ты же слышал, Катька сказала, что всех опрашивают. Что я скажу, когда придут полицейские! Я не умею врать!

— Вот и чудно. Я буду говорить, а ты молчать.

— Да как ты смеешь! Кто дал тебе право лезть в мою жизнь! — Александра вскочила и понеслась на кухню. Подбежав к огромному окну, прижалась лбом к холодному стеклу. — У тебя нет такого права! Я не давала его тебе!

— А я взял его сам, — раздался холодный насмешливый голос прямо за спиной, и дыхание Михаила коснулось затылка.

И, несмотря на всё, что творилось в душе, тело девушки моментально отреагировало на его близость, становясь горячее. Александра обернулась. Михаил стоял так близко, что она всем телом ощущала силу и жар его тела. Глаза светились мрачной решимостью.

— Ты не смеешь… — девушка задрожала, теряя контроль над телом. — Ты не посмеешь меня тронуть… Я не давала тебе такого права — хриплым шёпотом сказала она.

— Не смею, Лекси? — Михаил приблизил лицо вплотную, и их дыхание стало общим. — Спроси себя, Лекси, сколько мне понадобится времени, чтобы получить от тебя это право, прямо сейчас? — его губы почти касались губ девушки. — Пять минут? А может и двух достаточно? Не лги ни себе, ни мне, сладкая Лекси. У меня уже давно есть это право. Но я пока не стану этого делать, потому что одного прикосновения мне будет мало.

Александра слышала его слова, но в мозгу билась одна отчаянная мысль: "Поцелуй меня, поцелуй меня, пожалуйста!" Сердце ломало ребра, разбиваясь об них. Губы просто саднили, желая почувствовать его прикосновение. Александра не могла оторвать взгляд от мрачного темно-синего пламени, бушующего в обычно голубых глазах Михаила. Девушка уже была готова сама поцеловать его, но Михаил неожиданно отстранился и быстро ушёл из кухни. Сразу же там появился Алексей. Александра даже не слышала, когда он вернулся в квартиру.

— Лекси! Ты дома! Я рад тебя видеть!

— Это не мой дом, Лёшик!

— Конечно же и твой тоже. Ведь тебе тут рады. Ты давно пришла?

— Ещё вчера. Михаил забрал меня из общаги.

Радость сошла с лица Алексея.

— Забрал?

Едва девушка открыла рот, чтобы рассказать Алексею всё, у него за спиной появился Михаил.

— Видишь ли, братец, Лекси позвонила вчера, решив всё же порадовать нас своим присутствием. Но так как ты был уже занят наверху, ответил я. И решил, что учитывая образовавшееся общество, привозить Лекси в дом не стоит. Зачем ей травмировать психику твоими извращениями.

— Да иди ты, Михаил! Я, между прочим, за двоих отдувался. Завел девушек и исчез незнамо куда.

— Я им ничего не обещал. Но уверен, что ты справился, и дамы остались довольны.

Во время всего обмена взаимными колкостями, оба вампа, не отрываясь, смотрели в её лицо.

— Пойду я в свою комнату, а вы тут обсуждайте свои сексуальные похождения, — Александра, уже выходя, услышала голос Михаила.

— У тебя реально длинный язык, братец.

— А мне бы хотелось знать, что это значит? Ты ведь обещал!

— Я не нарушил обещания! Просто жить теперь она будет здесь. И поверь, так будет лучше. Я иду спать. Придут полицейские — разбуди.

— Что? Что ты успел натворить?