Искупление Болдаччи Дэвид

Глава 67

Декер с Ланкастер сидели напротив Билла Пейтона в его тесном кабинетике в «Американ Гриле». Пейтон был мужчиной дюжим, под метр девяносто, с широкими плечами и мускулистыми руками. Седой «ежик» на висках отливал серебром. Разменяв седьмой десяток, по виду он тем не менее мог жимом лежа приподнять грузовик.

— Спасибо, что согласились с нами встретиться, — поблагодарила Ланкастер.

— Не проблема. Как там мисс Кац?

— Еще не пришла в сознание, — ответила Ланкастер. — Но врачи не теряют надежды.

Декер вытащил из файлика фото и протянул Пейтону.

— Вам знаком этот человек?

Пейтон пальцем прижал снимок к столешнице.

— Нет, а кто это?

— Человек, стрелявший в вашего босса. Ликвидирован при задержании. Звать Эрик Тайсон. Бывший военный.

— Нет, никогда раньше не видел, и уж точно не здесь. Могу поспрашивать у персонала, кто что знает. Хотя надо сказать, что мисс Кац бывала здесь редко.

— Тем не менее она по-прежнему владелица этого заведения, — заметила Ланкастер.

— Да, конечно. Правда, в великих владениях ее империи мы здесь мелочь. — Он скупо усмехнулся. — Мне же она доверила управлять этим местом, как в свое время ее муж.

— Вы здесь, я слышал, с первого дня, — сказал Декер.

— Верно. Нанят еще Дэвидом Кацем.

— Я так понимаю, вы и прежде заведовали ресторанами?

— В этом бизнесе ориентируюсь неплохо.

— Бывает ведь и непросто. Многие рестораны не удерживаются на плаву.

— Тут дело такое. Да и конкуренция давит, уже новое поколение. Но ничего, держимся.

— Вы были в досягаемости и тогда, когда ресторан еще строился? — спросил Декер.

— Да, так и было. Дэвид привлек меня на достаточно ранней стадии, дал внести свою лепту в этот процесс.

— А каков был Дэвид Кац в работе?

— Я всегда считал его человеком профессиональным и верным делу. Позже я обнаружил, что и жена у него такого же склада. — Он взглянул на часы. — Еще что-нибудь?

— Что будет с бизнесом, если Рэйчел Кац не поправится? — откровенно спросил Декер.

— Понятия не имею, — пожал плечами Пейтон. — Думаю, это зависит от того, что у нее написано в завещании и как захотят поступить ее родственники. Но, надеюсь, что до этого дело не дойдет.

— Да-да, безусловно, — горячо согласился Декер. — Ну ладно, спасибо вам за ваше время. — Из кармана он вытащил еще одно фото Эрика Тайсона и протянул его Пейтону. — Дайте нам знать, если кто-нибудь вспомнит, что видел этого парня где-то здесь.

Пейтон взял снимок, даже не взглянув:

— Посмотрим.

Они встали и вышли из ресторана на улицу.

— И что? — спросила Ланкастер с ожиданием.

Декер достал файлик с фотоснимком внутри.

— Скажу одно: отпечаток на снимке получился красивый. Мы проверим его и поглядим, насколько мистер Пейтон тот, за кого себя выдает.

* * *

Высадив Ланкастер с фото возле участка, Декер проехал в больницу, где Марс так и пребывал в палате Рэйчел Кац.

— Совсем ничего? — спросил Декер, усаживаясь с ним рядом.

Марс безмолвно покачал головой.

— А у меня для тебя что-то есть.

И Декер поведал о своей версии насчет отмывания денег.

— То есть ты думаешь, что она была с этим сопричастна? — спросил Марс, задумчиво поглядев на Кац.

— Точно не знаю, но можно лишь с натяжкой утверждать, что она об этом не знала. У нее есть финансовые покровители, которых не может пробить даже ФБР.

Марс медленно кивнул.

— Возможно, это и есть причина ее нечистой совести и всех тех странностей, которые она мне наговорила.

— Вполне вероятно. Мы встретились с парнем, который заправляет «Грилем». С помощью небольшой ловкости рук мы заполучили его отпечатки, и Мэри сейчас прогоняет их по базе данных.

— И что это может дать?

— Я не думаю, что дело здесь только в отмывании денег. Происходит что-то еще. Для операций по отмывке нет нужды сооружать под рестораном подвал. Нужен просто законный бизнес, чтобы прокачивать плохие деньги, отмывать и превращать их в другие активы и чистый денежный поток. Это как раз то, что могли позволять все эти новаторские предприятия Кац.

— Но ты не думаешь, что это все. Тогда что еще там может быть?

Декер пожал плечами:

— Не знаю. Но чувствую, что Дэвид Кац и Дон Ричардс могли быть убиты, потому что что-то пошло не так.

— Пошло не так. Например, что?

— Что-то в бизнесе. Кто-то неким образом почувствовал угрозу, исходящую от одного из них или обоих. Тогда их убили, а вину повесили на Мерила Хокинса с помощью его дочери.

— А ее награда?

— Полное преображение, новая жизнь, новое все. Снизу доверху, в мгновение ока.

— Как Одри Хепберн в «Моей прекрасной леди»[31]. Один из моих любимых фильмов.

Декер посмотрел удивленно:

— Ну ты даешь. Уж чего-чего, а поклонника «Моей прекрасной леди» я в тебе точно не подозревал.

— Черт возьми, Декер, кто как не я могу в это въехать. Мне приходилось переделывать себя каждую секунду каждого дня, когда я рос в Западном Техасе, а потом сидел в тюрьме. И когда из нее вышел.

— Вот те раз. Почему бы просто не быть самим собой?

— Легко тебе говорить.

Декер отстранился:

— А ведь, пожалуй, ты прав.

— Еще бы! Я ведь был звездой студенческого спорта. Весь этот чертов штат признавался мне в любви. Я был героем. Но боже упаси мне было сидеть за их столом. Или встречаться с их дочерьми.

Декер с внезапной остротой поглядел на неподвижную Рэйчел Кац.

— Постой. Дженни Маркс говорила, что Кац была для нее настоящим наставником. Показывала ей все тонкости ведения бизнеса.

— Да, я это слышал. И что?

— А вот что. Кац хотя и сказала, что ее не знает, но не могла ли она проделать то же самое… с Митци Гардинер?

— Опаньки. Ты думаешь, что Гардинер — это Хепберн?

— В таком случае Рэйчел Кац могла выступить в роли, сыгранной Рексом Харрисоном.

Глава 68

— Мы… У нас, э-э-э… Кажется, у нас проблема.

Декер смотрел на Брэда Гардинера — бледного, дрожащего на пороге своего дома. Дверь на стук он не открыл, а с силой размахнул наружу.

— Что за проблема? — жестко спросил Декер.

— Митци… Она… заперлась в спальне и не хочет открывать. И… и кажется, у нее там пистолет. Она угрожает застрелиться и убить любого, кто туда зайдет.

— В полицию звонили?

— Не… нет. Я не знаю, что мне делать.

— С ней в комнате кто-нибудь есть? Ваш сын?

— Нет, слава богу, он в школе.

— Еще кто-нибудь?

— Горничную я отправил, когда здесь началось.

— Почему вы дома в это время дня?

— Я забыл кое-что из бумаг. Вернулся за ними. И когда я попытался открыть дверь спальни, Митци на меня закричала.

— Понятно. Она там на каких-то веществах? Может, пила?

Гардинер, похоже, был на грани слез.

— Не знаю, ничего не знаю. Что, черт возьми, происходит?

— Проводите меня к спальне.

Декер последовал за ним по коридору, и вместе они подошли к двери.

— Дорогая, со мной здесь мистер Декер.

— Гони его на хер из моего дома! — завопила из-за двери Митци.

— Миссис Гардинер? — подал голос Декер.

В следующее мгновение оба отскочили: она выстрелила прямо в дверное полотно. Пуля прошла мимо и застряла в дальней стене.

— Господи Иисусе! — воскликнул Гардинер, упав на пол и дрожа всем телом.

Декер осмотрительно подобрался к нему.

— Какой у нее пистолет?

— «Зиг-зауэр». Я его ей купил. А выбирала она.

— Модель?

— Э-э…

— Живее!

— P 238.

— Как выглядит?

— Компактный. Можно носить в сумочке.

— Р 238, компакт, патрон девять на семнадцать?

— Да, точно.

— Магазин стандартный или увеличенный?

— Стандартный.

Декер кивнул:

— Вызывайте полицию, ждите у входной двери.

— Что вы там вдвоем делаете? — крикнула Митци, и в дверь жахнул еще один выстрел.

Растерянно оглянувшись на дверь, Гардинер подчинился и, пробравшись по коридору на четвереньках, опрометью кинулся за угол. Декер выпрямился и, держась от двери в сторонке, сказал:

— Митци, это Амос Декер.

— Я сказала, пшел вон из моего дома, ублюдок.

— Нам нужно поговорить.

— Ты разрушил мне жизнь. Тебе мало? О чем еще нам можно говорить, говнюк ты сраный!

— Как же я это сделал?

Еще одна пуля пробила дверь и впилась в противоположную стену сантиметров на тридцать ниже двух других.

— Ты прекрасно знаешь как. Ты просто… Тебе просто край как надо было разворошить все то дерьмо, да? Столько уже времени прошло. Но тебе наплевать, как это может отразиться на людях. Как может повлиять на меня! Подонок, мразь! — взвизгнула она.

Снова выстрел. Удар в дерево заставил Декера поежиться, но с места не сдвинул.

— Это не входило в мои намерения.

— Не смей меня дурить, подлюка. Именно этого ты хотел!

Она выстрелила еще раз, и в двери образовалась солидная брешь из-за куска, выщербленного несколькими отверстиями.

— Послушай, если ты прекратишь стрелять, мы сможем поговорить.

— Разговаривать с тобой я не буду. Я собираюсь убить себя.

— Зачем все это?

— Потому что жизнь моя кончена!

— Твой муж так не считает. Твой сын тоже.

— Не смей говорить о моем сыне, мерзавец! Он единственное хорошее, что у меня было в моей гнусной потуге на жизнь.

— Значит, нам нужно поговорить о нем, если ты безжалостно задумала оставить его без матери.

Послышались надсадные стенания. Митци за дверью рыдала обрывающимися, задушенными всхлипами.

Декер рискнул заглянуть в одно из отверстий. Она распласталась на кровати в одной длинной футболке, вытянув длинные бледные ноги. В правой руке зажат пистолет.

— Митци, я могу помочь, если ты мне это позволишь.

— Никто мне не поможет. Никто.

— Я смотрю на это иначе.

— Тебе сказано убираться.

Выстрел пришелся не в дверь, а в стену. Пуля, должно быть, попала в гвоздь под гипсокартоном, и тот вылетел в коридор под странным углом, чуть не чиркнув Декеру по лицу.

Декер успел пригнуться и затих, тяжело переводя дух и гадая, где же, черт возьми, копы.

— Я не могу оставить тебя в таком состоянии. Боюсь, что ты себе навредишь.

— В точку, Шерлок. Я себе не только наврежу, кретин, а сделаю кое-что пострашнее.

— Митци, Рэйчел Кац бы этого не одобрила. Ведь она столько сил потратила, чтобы тебе помочь, круто повернуть твою жизнь. А теперь сама борется, в шаге от смерти.

В ответ тишина.

Прошло с полминуты.

— Да что ты вообще знаешь?

— Многое, Митци, очень многое. И хотел бы знать больше.

— Ты сюда приперся и… и обвинил меня в том, что я подставила собственного отца.

— Тогда обоснуй, что ты этого не делала, что ты невиновна.

— Ты бы мне не поверил, даже если б я это сделала.

— А ты попробуй.

Сдавленным голосом она произнесла:

— Это… так сложно.

— Поверь, я это понимаю. Но почему все происшедшее стало сюрпризом для Рэйчел Кац? И ты тоже не знала, как все обернется, разве нет? Я думаю, вас обеих использовали. И вы обе решили, что у вас нет иного выхода.

— Я… не желаю об этом разговаривать.

— Тем не менее настала пора это сделать.

— Да пошел ты!

Декер припал к полу за миг до того, как пуля вжикнула над головой. В следующую секунду он уже был на ногах и плечом высадил дверь.

Изумленная Митци оцепенело уставилась, не успев воспрепятствовать. Лишь когда Декер был уже рядом, она направила на него ствол и…

Щелк. Щелк.

Декер выхватил у нее пистолет и сунул себе в карман.

— P 238 компакт, стандартный боекомплект из семи патронов, — объявил он ей сверху вниз. — Только что был израсходован последний.

Он оглянулся на изрешеченную пулями дверь и стену.

Митци тем временем закрылась простыней.

— Пошел вон! Прочь! — отчаянно прокричала она.

— Не могу. Сюда едет полиция.

— Как? Зачем? — переспросила она упавшим голосом.

— Для начала, ты пыталась убить меня и своего мужа.

— Ничего я не пыталась. Я просто хотела, чтобы вы оставили меня в покое.

— Не думаю, что так решит суд. Ты стреляла в людей с четким намерением совершить убийство.

Ее губы задрожали.

— Вы хотите сказать, что я могу попасть в тюрьму? Но я невиновна.

— Невиновен был твой отец. Но все равно попал. А потом кто-то всадил ему пулю в лоб. Не дали даже спокойно умереть.

Декер присел на край кровати, неотрывно глядя на нее.

— Вот он, тот самый момент, Митци. Перепутье. Настала минута, когда ты можешь принять правильное, а не шкурное решение. Можешь исправить множество ошибок. Ты сделаешь это? У тебя хватит на это смелости?

— А что, если нет? — спросила она, подтягивая ноги и укутываясь в покрывало.

— Тогда ты отправишься в тюрьму. Все очень просто.

— Так мне все равно туда дорога.

— Не факт. Можешь остаться болтаться здесь, пока кто-нибудь не попытается тебя убить, как поступили с Рэйчел Кац.

Декер посмотрел на ее прикроватную тумбочку и вздрогнул, заметив там полупустой пузырек с таблетками.

— Сколько ты их приняла? — бросил он.

— Да не так уж и много, — сказала она нетвердо.

— «Немного» это сколько?

— Четыре, пять.

Декер схватил пузырек и прочел этикетку.

— Боже, Митци…

Он набрал 911 и вызвал «скорую»: срочно, возможная передозировка наркотиков.

Митци тем временем откинулась на спинку кровати и оглядела спальню с бессмысленным блаженством.

— А знаешь, все-таки у меня завидная жизнь.

— Расскажи мне о ней.