Искупление Болдаччи Дэвид

Глава 69

— Не люблю, когда мной играют, — покривился Декер.

Вместе с Ланкастер и Марсом они сидели в приемном покое больницы Траммела, где Митци Гардинер поместили в интенсивную терапию. Как и в случае с Рэйчел Кац, у ее комнаты круглосуточно дежурила вооруженная охрана.

Надежда на поправку соседствовала у врачей с беспокойством, каково будет ее психическое состояние после прихода в себя. Один из них сказал:

— Препарат, который она приняла, при передозировке может крайне разрушительно подействовать на определенные участки мозга, связанные с памятью.

— Прекрасно, — мрачно усмехнулся Декер. — Особенно учитывая, насколько для нас важно именно это свойство.

Ланкастер сообщила:

— Брошенную машину Брэда Гардинера мы нашли примерно в трех километрах от его дома. Вероятно, его там подхватили и повезли куда-то еще.

— Мне и в голову не приходило, что ее муж может быть ко всему этому причастен! — горестно воскликнул Декер.

— Все эти годы играть роль? — подивился Марс. — Вот это постоянство, скажу я вам.

— Соглашусь, — отозвалась Ланкастер. — И это при общем ребенке.

— Нельзя сказать, что этот парень не любил ее или не хотел на ней жениться и завести ребенка, — сказал Декер. — Но никакая другая причина исчезновения, кроме страха быть разоблаченным, мне не идет в голову.

— Тут уже пахнет не просто отмыванием денег, — сказала Ланкастер.

— Надо разузнать о Брэде Гардинере по максимуму.

— Я уже начала копать, — сказала Ланкастер. — Получил образование в Иллинойсе. Сюда переехал лет пятнадцать назад. Сменил ряд работ, но все в финансовом секторе. Сейчас специализируется на элитном рынке размещения акций.

— Митци мне об этом немного рассказывала. Она называла это хайэндовской платформой трудоустройства.

— Совершенно верно, — подтвердила Ланкастер. — Очевидно, он не делает ставку на людей с низкими доходами. А фокусируется на финансах, юриспруденции, хайтеке, производстве, энергетике и тому подобных областях. Там крутятся большие деньги, а он собирает большие комиссионные.

— Удивительно, как он зацепился с Митци, — сказал Декер.

— Ты в самом деле полагаешь, что все это было подстроено после тех убийств тринадцать лет назад?

— Тринадцать лет назад она за него замуж не вышла. Ей нужно было пройти через свой большой передел. Она призналась, что в этом ей помогла Кац. А затем появляется Гардинер, женится на Митци, у них рождается ребенок, и все в шоколаде.

— Кстати, Гардинер прибыл в этот район примерно в то время, когда Дэвид Кац открывал свой «Американский Гриль», — указала Ланкастер.

— Верно. Митци говорила, что о ее прошлом муж ничего не ведает. Получается, она или лгала, или не знала, что ее брак мог быть подстроен.

— Если так, то зачем было идти на все эти ухищрения, давать Мици шанс на другую жизнь? — недоуменно спросила Ланкастер.

— Она им помогла, обвинив своего отца в злодеяниях. И ее решили взять в обойму, а заодно и в узду.

Ланкастер с сомнением покачала головой.

— Если они боялись, что она может заговорить, то почему нельзя было просто от нее избавиться? Эти люди, похоже, запросто решают свои проблемы через насилие. К тому же не похоже, чтобы она была заметным игроком в том, что они делают.

— Возможно, они боялись, что еще одно скорое убийство вызовет подозрение; люди почуют неладное и начнут копать. Ну а поскольку убийцей назначили Мерила, никто никуда больше не смотрел. Я знаю это лучше других.

— И это, по всей видимости, до сих пор работало, — сказал Марс.

Декер задумчиво отметил:

— И вот теперь, с Гардинер и Кац в загоне, мы можем узнать, что же действительно происходит.

— Хотя Кац, несмотря на заверения врачей, все еще не очнулась, а Гардинер до сих пор в опасности, — сказала Ланкастер. — К тому же доктор откровенно сказал о состоянии ее памяти, если она придет в себя. Неизвестно, можем ли мы положиться хотя бы на одну из них.

— Согласен, — ответил Декер. — Сейчас эпицентр для нас — это «Гриль». Мы должны выяснить, что там внутри.

— Это прекрасно, но к поиску этого подземелья нас никто на дух не подпустит, да и оснований никаких нет, — заметила Ланкастер.

— Можно вежливо, по-доброму попросить, — предложил Марс.

Декер покачал головой:

— На это Билл Пейтон будет вправе сказать, что единственный человек, который может должным образом удовлетворить эту просьбу, сейчас лежит без сознания в больнице. Если же мы дадим такую наводку, он будет в курсе всех наших намерений, что крайне нежелательно. Этот парень показался мне весьма скрытным.

— Так что же делать? — спросил Марс.

Декер посмотрел на Ланкастер.

— Ты проверила отпечатки Пейтона?

— Да. Результат нулевой. В системе его нет.

— То, что за ним нет криминального прошлого, еще ничего не значит. Мы можем копнуть его глубже? Попытаться выяснить его прошлое. Чем он занимался до приезда сюда.

— Можем. Только не знаю, куда это нас выведет. Если его нет в системе, то составить профиль будет трудновато. По стране Биллов Пейтонов знаешь сколько?

— Да, сам недавно поискал в Сети и утомился. Но мы должны как-то найти ту тайную комнату, — сказал Декер.

— Согласна. Только не знаю, как это можно сделать.

— Если очнется Кац, можно будет получить ее согласие.

— Можно-то можно, но когда? — усмехнулась напарница.

— Тогда нужно попробовать что-то еще, — упорствовал Декер.

— Это понятно, но что именно?

— До этого момента мы только реагировали. А нас водили за нос. Мне это порядком надоело.

— Тогда что?

— Давай-ка хоть раз дернем их за цепь.

Глава 70

Звонок поступил в час ночи — сильное задымление в «Американ Гриль»; очевидно, пожар. Выехали два пожарных расчета и машина полиции.

Декер, Марс и Ланкастер прибыли к окутанному дымом ресторану буквально следом. Пожарные сообщили, что это всего лишь дым и никакого пожара.

Логично, исходя из того, что помещенные на крыше и в мусорном баке дымовые шашки огня вызвать не могли.

Декер посмотрел на старшего бригады Чака Уолтерса:

— Все это очень подозрительно, Чак. Не мешает заглянуть внутрь в поисках исходной точки. А то вдруг какой-нибудь финт и настоящий пожар вспыхнет с нашим отъездом?

Надежда была хлипкая, но Чак кивнул и сказал:

— Одобряю, идея хорошая. Черт знает, что там может быть внутри.

— Точно, только черт и знает, — согласился Декер.

«Вот мы и поможем выяснить».

Взлом входной двери тут же активировал сигнализацию. Один из пожарных поспешил ее отключить посредством спецкода, введенного в панель.

— Сигнал поступит тому, кто в списке уведомления, — тихо сказала Ланкастер.

— На это и расчет, — ответил Декер.

Пожарные вошли первыми и минут через двадцать дали сигнал, что все чисто.

— О’кей, — сказал Декер, включая освещение. — Теперь нужно обыскать это место на предмет источников возгорания. Смотреть в каждой щели! Пошли.

Офицеры рассеялись по зданию.

Декер тут же отправился в кухонную зону, Ланкастер и Марс за ним.

Здесь было просторно, до стерильности чисто и организованно; вид такой, будто она целиком сделана из нержавеющей стали. В скрупулезных, дюйм за дюймом, поисках прошел уже целый час.

Наконец Декер устало присел на один из разделочных столов и огляделся, скрестив на груди руки.

— Вот же задачка, нахрапом не решишь, — пробурчала Мэри Ланкастер.

— Сюда много кто заходит и выходит, прежде всего те, кто не имеет к тайнику никакого отношения. Так что на виду дверь быть не может. Но даже в этом случае к ней должен быть какой-то доступ.

Ланкастер огляделась.

— Не вижу ничего, хоть отдаленно на него похожего. Разве что, может, какой-нибудь люк в полу.

Марс посмотрел вниз.

— Пол кафельный. Сплошной. Люк сразу бы угадывался.

Декер толчком встал и повторно зашел в большую морозильную камеру, примерно три на два с половиной метра. Зябко подрагивая, он прошелся вдоль полок с продуктами, внимательно их оглядывая. Затем вернулся и посмотрел на нее снаружи.

— У кого-нибудь есть рулетка? — спросил он.

Ни у Ланкастер, ни у Марса ее не оказалось, но у одного из копов в багажнике лежал измеритель дистанций при ДТП.

Декер взял его и промерил глубину камеры, пробравшись между стеллажами до задней стенки. Затем промерил ширину.

Пометив показания прибора, вышел и измерил расстояние от передней стенки морозильника до задней стены кухни. А затем от его края до дальней стены.

— На шестьдесят сантиметров короче, — доложил он, сопоставив длины. — Эта стена снаружи на шестьдесят сантиметров длиннее, чем глубина морозильника внутри. А в ширине разница около полуметра.

— Как такое может быть? — удивилась Ланкастер. — Может, сзади или сбоку несущая стена?

— И почему только в морозилке, а не здесь? — спросил Марс.

Декер заторопился обратно в камеру, прямиком к ее задней стенке. Сюда же подошли Ланкастер с Марсом.

— Мелвин, помоги мне с этими полками. Раз, два, взяли!

Поднатужившись, вдвоем они сдвинули тяжелый, загруженный провизией стеллаж. За ним открылась вроде как сплошная стена.

Декер посветил фонариком во все углы и стены. Опустившись на четвереньки, ощупал дно, где стена соприкасалась с полом.

Ланкастер знобко дрожала.

— Можно поторопиться, пока у меня не началось переохлаждение?

Декер встал и еще раз осмотрел стену.

— Что-то ни кнопки, ни чего-нибудь еще. Хотя понятно: риск. Вдруг кто-нибудь влезет, увидит и нажмет просто так, из любопытства. И твой секрет раскрыт.

— Как и с полом, не вижу в стене никаких зазоров, — заметил Марс. — Если даже дверь сокрыта здесь, то я ее просто не различаю.

Декер поглядел на отодвинутый стеллаж.

— С этими полками и грузом на них к стене никто не сможет даже подобраться.

— И что с того?

Декер уперся ладонями в стену.

— А то, что, возможно, стена и есть дверь.

Напружинив ноги, он толкнул. С неожиданной легкостью вся стена подалась назад. Чуть левее обнаружилась дверь. Декер открыл ее: вниз загадочно уходили узкие ступени.

— Ух ты. Сезам, откройся, — растерянно пошутил Марс.

Они гуськом спустились по лестнице и вошли в темное помещение, чертя лучами фонариков.

Здесь громоздились столы, висели карты; везде компьютеры, телефоны, вешалки с одеждой, толстые папки и всякое оборудование. Угол помещения, примерно два на три, был задернут длинным занавесом. Внезапно зажегся свет, и Марс с Декером, сощурясь, оглянулись на Ланкастер, стоящую возле выключателя.

— Не люблю темноты, — сказала она, выключая фонарик.

Марс с Декером сделали то же самое и стояли, озираясь.

— Ешь твою медь, это что за место? — выдохнул Марс.

Декер подошел к офисному столу и посмотрел на предметы, лежащие там рядом с каким-то механизмом.

— Здесь, как видно, штампуют удостоверения.

Он поднял одно, с которого дерзко смотрел темноглазый молодой человек. Водительское удостоверение на имя некоего Фрэнка Сондерса, 1993 года рождения, жителя Маклина, штат Вирджиния.

— Кажется, этого парня я видел. В ресторане ходил как официант-стажер. Только мне его представили как Дэниела, а не Фрэнка.

Марс в одной руке держал пачку кредиток, в другой — стопку американских паспортов и свидетельств о рождении.

— Хм. Я не специалист, но эти ксивы смахивают на настоящие.

Ланкастер раздвинула занавес, за которым открылось что-то вроде примитивной операционной с каталкой. Мэри указала на набор хирургических инструментов, разложенных на столе. Сверху над ними сгибался штатив мощного светильника. По соседству стояли кислородные баллоны и капельница с висящими пустыми пакетами. Вдоль стены выстроились разнообразные медицинские мониторы.

— Ого, — воскликнула Ланкастер, — это еще что? Они тут, в подвале, оперируют людей? — Она указала на большую раковину у стены. — А здесь дезинфицируются перед тем, как приступить к своему эскулапству?

Марс смотрел на вешалки с одеждой.

— У них здесь есть все, и мужское, и женское. — Он взял в руки парик. — В том числе и это.

На каждом столе стояли компьютеры, а рядом топорщились стопки бумаг. С одной такой Декер взял верхний лист.

К столу подступила Ланкастер:

— Это, интересно, что?

— Перечень из сорока городов по всей стране. Каждый город помечен крестиком. — Он указал на стенные карты. — Эти документы, видимо, соответствуют красным и зеленым значкам на тех картах. Впечатление такое, что у них охвачены районы почти всех основных мегаполисов.

Он взял еще один лист.

— Похоже на чьи-то анкетные данные. Дата рождения, образование. Опыт работы. Семейное положение. — Внизу листа он вслух прочел: — Гардинер и партнеры.

— Брэд Гардинер? — переспросила Ланкастер.

— А что, у него же фирма по кадрам.

— Но то законный бизнес, — конкретизировал Марс, обводя помещение глазами. — А здесь реальная нелегальщина.

— Нелегальщина или нет, это зависит от того, кого ставят на эти должности, — сказал Декер.

Он посмотрел на каталку и хирургические инструменты.

— Это явно для того, чтобы изменять чью-то внешность. Одежда, парики, липовые удостоверения личности, кредитные карты, паспорта, свидетельства о рождении и образовании — все это действует на создание новой личности, тоже сфабрикованной. А потом Брэд Гардинер расставляет этих людей по стране. И не какими-нибудь официантами или горничными. А в сфере финансов, высоких технологий, в госаппарате и других секторах. Вот что имела в виду Митци.

— Да, но что это за люди? — ошарашенно спросила Ланкастер, оглядывая подвал. — Люди, созданные здесь?

— У них же должен быть какой-то опыт, — подал голос Марс, тоже с долей растерянности. — То есть нельзя же вот так взять и влезть в «Голдман Сакс», «Гугл», «Дженерал электрик» или аппарат правительства, ничего не смысля в этих областях. Этим же надо уметь заниматься.