Минута до полуночи Болдаччи Дэвид

Глава 57

Куорлсы оказались очень славной семьей – таким было первое впечатление Пайн.

Им принадлежал большой, старый, не слишком прочный дом с огромным двором, где можно было бегать и играть, и полно детей для компании. Здесь также жили две вислоухие собаки, три кошки – во всяком случае, их Пайн успела увидеть – свинья по имени Ойнкс и длиннохвостый попугай в клетке, стоявшей в гостиной.

Тед Куорлс и его жена Эмма приветствовали их у двери и пригласили войти. Пайн видела взятый напрокат внедорожник и знала, что Блюм уже здесь. Таннер по предложению Пайн приехал вместе с ними в «Краун Виктории» Уоллиса.

Когда Таннер опустился на колени, чтобы вручить сделанную им для Дженни куклу, Пайн наблюдала за Блюм. Ее помощница выглядела так, словно с трудом сдерживала слезы. Пайн незаметно к ней подошла и шепотом рассказала о том, что они узнали от свидетельницы и обнаружили у Таннера.

Нужно отдать должное Блюм: ее лицо практически не изменилось. Она посмотрела на Пайн, затем перевела взгляд на Ларедо, и лишь после этого ее глаза обратились к Таннеру, которого обнимала Дженни.

– Ты не против, если я кое-что попробую? – спросила Блюм у Пайн.

– Например, что?

– Ты мне доверяешь?

– Да.

– Вот и хорошо.

Немного поболтав с дедом, Дженни побежала показать куклу остальным детям, а Блюм подошла к Таннеру, который взял стакан лимонада у Эммы Куорлс.

– Дженни выглядит по-настоящему счастливой, – сказала Блюм Таннеру.

Тот кивнул, хотя на его лице появилось печальное выражение.

– Проблема в том, что я ее дед, и должен уметь приглядывать за своей семьей.

– Но вы ведь сможете с ней встречаться, Сай. Приходить сюда так часто, как только захотите. Я уверена, Куорлсы не станут возражать.

– Да, наверное. Но я бы с радостью им платил. Или хотя бы починил какие-то вещи, в виде бартера. Я бы не хотел, чтобы это было милостыней.

– Не сомневаюсь, что вы сможете с ними договориться.

– Ну тогда все в порядке.

– Но ведь хорошо, что они согласились присмотреть за Дженни?

– Что вы хотите сказать?

– Вы же наверняка захотите навестить дочь в клинике.

– О да, конечно. Я планировал отправиться туда на следующей неделе. Я хочу убедиться, что у Линды все в порядке. Она собирается провести там около двух месяцев. Так сказал ее приятель.

– И вы поедете туда на своем пикапе?

– Ну да, пешком до Таскалусы я не дойду. Конечно, грузовичок не слишком надежен, но ничего другого у меня нет.

– Вы ведь в тот вечер ездили в город и были в «Темнице», верно? Когда я там ужинала, я видела, как вы с Агнес вошли. В тот вечер, когда обнаружили тело женщины.

Таннер покачал головой.

– На самом деле я не приехал в город на своей машине.

– В каком смысле? Не поверю, что вы пришли в город пешком. Это довольно далеко.

Пайн стояла в нескольких футах у них за спиной и внимательно слушала разговор.

– Проклятый пикап не хотел заводиться.

– Не стал заводиться? У вас и прежде возникали такие проблемы?

– Нет. У проклятой штуки полно проблем, но только не с зажиганием. Во всяком случае, до того вечера их не было.

– И как же вы добрались до города?

– Я дошел до Агнес, сел за руль ее машины, и мы приехали вместе. Она редко водит, и ее автомобиль находится в идеальном состоянии. Он принадлежал ее мужу. «Бьюик». Отличная машина. И не важно, что регистрация давно просрочена: какого черта?

Блюм бросила незаметный взгляд на Пайн.

– Значит, вы пришли вместе именно по этой причине? Буду иметь в виду.

– Верно. А с моей машиной произошла какая-то дьявольщина.

– В каком смысле?

– С моим грузовиком. На следующее утро я решил его тщательно проверить, но стоило мне повернуть ключ, как двигатель заработал.

Блюм бросила еще один взгляд на Пайн.

– Что ж, чудесам нет конца, – заявила она.

– Здесь нельзя без машины. Только так я могу работать. Как правило, клиенты хотят, чтобы я к ним приезжал. Или мне приходится отвозить испорченную вещь в свою мастерскую.

– А когда вы вернулись домой из ресторана в тот вечер?

– Что? Я отвез Агнес домой, и мы немного поговорили. Она сварила кофе. Потом я пошел домой. Что-то около одиннадцати. Проклятый Роско спал на моем мешке, поэтому мне пришлось провести ночь на полу. И, поверьте, моей спине это совсем не понравилось.

Блюм не сдержала улыбки.

– Вы любите своего пса, – сказала она.

На глазах у Таннера появились слезы.

– Больше у меня никого не было, пока не появилась Дженни.

Блюм погладила его по плечу.

– Ну теперь вам нужно присматривать за обоими, – сказала она и подошла к Пайн.

– Хорошая работа, Кэрол, – похвалила ее Пайн.

– Мне кажется, кто-то очень старается подставить Сая Таннера.

Пайн резко выдохнула.

– Думаю, ты права, – сказала она. – Из Таннера получился бы отличный обвиняемый. Преступник мог испортить зажигание пикапа в тот вечер, чтобы потом им воспользоваться. Затем он переоделся, чтобы походить на Таннера и встретиться с Фрэнки Гомесом, рассчитывая, что кто-то его увидит.

– Из чего следует, что настоящий убийца все еще на свободе и пытается нами манипулировать.

– Парень в «Пагани»? Ты думаешь, это объясняет, зачем он следил за домом Сая?

– Чтобы узнать его привычки и все такое? Весьма вероятно.

– Мы должны показать снимок Сая нашему свидетелю.

– Я понимаю, что это необходимо. Но ты, как и я, знаешь, что показания свидетелей часто оказываются ложными.

– И все равно. Кроме того, мы обнаружили еще одну улику.

– Ты думаешь, у Сая нашлись бы деньги на фату, смокинг и букет? А после того как мы видели, как он относится к внучке, неужели он способен убить маленького мальчика?

– Я не стану опровергать твои вполне разумные доводы. Но не могу исключить Таннера из списка подозреваемых из-за чувств, которые я к нему испытываю. Я должна учитывать улики.

– А что ты будешь делать, если свидетель его узнает?

Пайн посмотрела на Таннера, который ласково поглаживал по голове одну из собак Куорлсов.

– Я не знаю, Кэрол. Правда не знаю.

Глава 58

– Сара не уверена, – сказал Ларедо Пайн по телефону. Дело происходило на следующий день после того, как он вернулся в Колумбус, чтобы показать фотографию Таннера Саре. – Она видела его только со спины.

– Ладно, – ответила Пайн, сидевшая в арендованном внедорожнике возле своего старого дома. – И что это нам дает?

– Получается, что мы на ничейной земле. Однако нам необходимо проверить ДНК на свитере, найденном в бочке, а также сделать слепок болтов в кузове грузовичка, чтобы сравнить его со следами на теле Ханны Ребане.

– Для этого нам потребуется ордер на обыск.

– Тут у нас проблем не будет. Уоллис этим уже занимается. У нас более чем достаточно резонных оснований.

Пайн не ответила.

– Что? – нетерпеливо спросил он.

– Я не думаю, что он на это способен. Я провела все утро рядом с домом Таннера и дважды его проверяла. Он крепко спал вместе с Роско на своей огромной подушке с пластиковыми шариками, а вокруг валялись пять банок от пива. Портативный радиоприемник без остановки играл Чарли Дэниелса [39]. И ты хочешь сказать, что он убил четырех человек и переодел каждого? А мы все это время не могли его отыскать? Но потом он принялся сжигать улики рядом со своим домом в бочке для мусора и не позаботился о том, чтобы завернуть во что-то тело, чтобы на нем не осталось отпечатков болтов?

Ларедо вздохнул.

– Ну, если посмотреть на дело так… – сказал он.

– Есть еще кое-что, – продолжала Пайн.

– Что?

– Роско.

– Кто? – не понял Ларедо.

– Пес Таннера, – объяснила Пайн. – Сколько ты знаешь серийных убийц с домашними животными, о которых они бы так заботились?

Ларедо ответил далеко не сразу.

– Ну, сейчас не могу назвать ни одного.

– Серийные убийцы обычно начинают свою карьеру, мучая и убивая животных, а не окружают старых псов заботой.

– Ты права, однако из каждого правила есть исключения.

– Тем не менее, я не могу представить, чтобы наш убийца оказался любителем собак. В особенности если речь идет о старом псе с больными почками, который мочится по всему дому. Вот почему я считаю, что нам пока не стоит использовать ордер на обыск, нужно продолжить наблюдать за Саем, одновременно изучая другие ниточки.

– Ты о чем?

– Я дам тебе знать, как только у меня что-то появится.

Она закончила разговор, завела авто и уехала, предоставив Таннеру и дальше спать под мелодии Чарли Дэниелса.

Дьявол и в самом деле нагрянул в Джорджию [40]. Мне лишь осталось его отыскать. И я совершенно уверена, что не он спит сейчас в этом доме.

Повинуясь импульсу, она поехала к Джеку Лайнберри и обнаружила, что по какой-то причине ворота открыты, и сразу подъехала к главному дому. Как только она выбралась из внедорожника, к ней подошел Джерри, не самый дружелюбный охранник. Он был одет в темный костюм, белую рубашку и галстук, а из его правого уха торчал коммуникатор.

– Что вы хотите? – резко спросил он.

– Повидать Джека.

– А вы договорились о встрече с мистером Лайнберри?

– Нет, я просто решила нанести ему дружеский визит. Он дома?

– У вас нет никаких причин знать это.

Пайн сделала шаг назад и оценивающе посмотрела на охранника.

– Как ваша фамилия? – спросила она.

– А вам зачем?

– Неужели на все должна быть причина?

– Когда я работаю, да.

– Какую должность вы занимали в Секретной службе?

– Это вас не касается.

– Вы имели отношение к охране президента?

– Ответ тот же.

Пайн кивнула и с улыбкой на него посмотрела.

– Ладно, Джерри. Подожди минутку.

Она достала телефон и набрала номер.

– Привет, Джек, это Этли. Да, я перед вашим домом. Но Джерри нужна причина, чтобы разрешить мне с вами встретиться. Что? О да, конечно. С удовольствием.

Она протянула телефон Джерри.

– Он хочет с вами поговорить.

Джерри посмотрел на телефон так, словно перед ним появилась кобра, приготовившаяся нанести удар.

– Да, сэр? – он послушал и кивнул. – Да, сэр, – повторил он и вернул телефон Пайн.

– Ну?

– Проходите.

Джерри повернулся и зашагал в сторону дома, Пайн следовала за ним, даже не пытаясь спрятать довольное выражение, появившееся у нее на лице.

Лайнберри встретил ее у входной двери и сразу провел в свой кабинет.

Он был в синих брюках, белой рубашке с пуговицами и расстегнутым воротом и мокасинах с кисточками. Пайн вновь отметила, что он очень красивый мужчина. Однако какая-то тайна скрывалась за сильными чертами; она не была уверена, но ей показалось, что он полон всепроникающей печали.

– Приношу свои извинения из-за Джерри, временами он демонстрирует чрезмерное усердие, – сказал Лайнберри.

– А как его фамилия?

– Джерри? Дэнверс. Джерри Дэнверс.

– Вы сказали, что он работал в Секретной службе?

– Да. И какова причина вашего визита?

Пайн посмотрела на стопки бумаг на столе.

– Я вижу, вы заняты.

– Ничего такого, что не могло бы подождать. Пожалуйста, садитесь. Не хотите чего-нибудь выпить?

– Нет, не стоит, спасибо.

Они сели, и он вопросительно на нее посмотрел.

– У вас есть «Пагани»? – поинтересовалась она.

В его взгляде появилось недоумение.

– Что это?

– Автомобиль. Очень дорогой. Стоит около трех миллионов долларов.

– У меня нет «Пагани», – сказал Лайнберри.

– Не считайте меня слишком любопытной, но вы могли бы позволить себе такой автомобиль?

– Да, однако это значительная сумма денег, а как только автомобиль покидает салон, его стоимость сразу падает.

– Понятно.

– Для протокола: обычно я езжу на «Ягуаре». Темно-зеленом.

– А других машин у вас нет?

– У меня есть еще внедорожник «Порше», на котором вы недавно со мной ездили. И еще «Астон Мартин» с поднимающимся верхом. А почему вы спрашиваете?

– Просто интересно.

Он оценивающе на нее посмотрел.

– И почему у меня появились сомнения в правдивости вашего ответа?

– А вы знаете человека, который жил здесь когда-то? – спросила Пайн. – Его звали Барри Винсент. Кажется, он был знаком с моими родителями.

Выражение лица Лайнберри стало более жестким, и он откинулся на спинку стула.

– Барри Винсент? – повторил он. – Кажется, я помню это имя.

Пайн рассказала ему, что Майрон Прингл разнял Винсента и ее отца, которые подрались в тот день, когда исчезла Мерси.

– Да-да, я что-то такое помню. Кажется, Майрон тогда упоминал про драку. Но я не был лично знаком с Винсентом. Не уверен, но, как мне кажется, он недолго прожил в городе.

– А почему он вообще здесь оказался? И откуда приехал?

– По этому поводу я ничего не могу вам сказать.

– Складывается впечатление, что у него были какие-то проблемы с моим отцом. Он прожил в городе совсем недолго и не работал на шахте – в таком случае что они могли не поделить?

– Я полагаю, вам лучше задать этот вопрос Винсенту.

– Я бы так и поступила, если бы знала, где его найти. С тех пор прошло почти тридцать лет.

– Да уж, загадка.

Он замолчал, и они несколько мгновений смотрели друг на друга.

– Знаете, вы очень похожи на вашу мать, – неожиданно сказал Лайнберри.

– Я принимаю ваши слова за комплимент.

– Вы правильно меня поняли.

Неловкость прошла.

– Вы не против поужинать со мной сегодня вечером? – предложил он. – В Атланте.

– Ехать туда целый час. Не слишком ли долгая поездка, чтобы просто поесть?

– Сегодня отличный день, а вечером обещают чистое небо. К тому же я давно не ездил на «Астоне Мартине». Мы можем стартовать в шесть и вернуться к одиннадцати или полуночи. Я могу за вами заехать.

Она обдумала его предложение.

– Хорошо. Но я приеду сюда. Это будет по дороге. И для полной ясности должна вас предупредить, что у меня есть для вас новые вопросы.

– А я надеюсь, что у меня найдутся более достойные ответы, чем сейчас.

Пайн ушла. На пути к внедорожнику она прошла мимо Джерри; второй охранник повернулся и внимательно на нее посмотрел.

– Мистер Дэнверс, рада снова вас видеть.

Джерри сразу ощетинился.

– Ясно.

Пайн посмотрела на второго охранника.

– А вас зовут Тайлер, верно?

Он улыбнулся и протянул ей руку.

– Тайлер Страуб, рад с вами познакомиться, агент Пайн.

Пайн пожала ему руку.

– Приятно видеть, что один из вас хорошо воспитан.

– Вы уезжаете?

– Да, сейчас. Но вечером вернусь. Я отправляюсь на ужин с вашим боссом в Атланту.

Он окинул ее взглядом.

– Надеюсь, у вас есть другая одежда. Мистер Лайнберри посещает только лучшие заведения.

– Послушай, Джер, – нахмурившись, сказал Страуб. – Давай сбавим обороты. Нет никакой причины так себя вести. Она классная. И дружит с боссом. Так что прекрати раскачивать лодку.

Пайн посмотрела на Страуба.

– Хороший совет, – сказала она. – Я никому здесь не враг.

Страуб задумчиво кивнул.