Блеск и нищета хулиганок Хрусталева Ирина

«Куда это она уходит?» – запаниковала Надя и уже хотела было ринуться за девушкой, но услышала голос Виталия:

– Я смотрю, ты уже заскучала, моя дорогая?

– Нет, мне совсем не скучно, – заверила она Виталия, не отрывая взгляда от оголенной спины Елены. На той было серебристое платье со смелым декольте, обтягивающее ее фигурку, как перчатка. Лена как будто почувствовала, что Надежда смотрит ей вслед, и оглянулась. Она загадочно ей улыбнулась и подмигнула, давая этим понять, чтобы та ни о чем не беспокоилась. У Нади немного отлегло от сердца, но тут Виталий шепнул ей на ухо слова, от которых внутри у нее все похолодело:

– Может быть, ты хочешь немного отдохнуть? Пойдем, я провожу тебя на второй этаж.

– Нет, – слишком громко выпалила Надя, на голос которой все гости, стоящие неподалеку, повернули головы. Девушка кисло улыбнулась и, чтобы скрыть конфуз, схватила с подноса еще один бокал шампанского. – Я совсем не устала, Виталий, честное слово, – нервно улыбнулась Надя и сделала опять слишком большой глоток. В носу моментально защипало, она закашлялась, и на глаза снова навернулись слезы.

– О боже, да что же это такое? – простонала Надя и ринулась к туалетной комнате. Перед тем, как сбежать, она сунула в руку Виталию бокал. – Подержи, пожалуйста, я сейчас.

– Тебя проводить? – спросил он. Она ничего не ответила, бежала сломя голову, потому что слезы уже потекли по щекам. Лавируя между гостями, она наконец добежала до нужного места и, включив кран с холодной водой, начала смывать черные потеки со щек.

– Как дела, подруга? – услышала она веселый голос и посмотрела в зеркало. Сзади нее стояла Елена и широко улыбалась.

Оторвав бумажное полотенце, Надя вытерла лицо и только потом повернулась к девушке.

– Я чуть с ума здесь не сошла, пока тебя не увидела. Думала, что ты не смогла пройти или еще что-нибудь случилось. Думаю, а вдруг охранник заметил, что твое приглашение фальшивое, скопировано на компьютере. Ну, в общем, какие только мысли в голову не лезли.

– Обижаешь, – засмеялась Елена. – Не забывай, что моей лучшей подругой является твоя родная сестра.

– И что из этого? – не поняла Надежда.

– Из этого следует, что для Женьки никогда и ни при каких обстоятельствах не существует преград. Я у нее научилась даже в игольное ушко пролезать, – снова весело засмеялась Лена. – Кстати, в котором часу вы собираетесь отдохнуть в спальне?

– Ой, не напоминай мне о предстоящем ужасе, – испуганно вытаращив глаза, зашептала Надя. – Он мне прямо сейчас предлагал пойти отдохнуть. Лен, ты меня не подведешь? Ты хоть знаешь, где его спальня?

– Я знаю все, – щелкнула пальчиками девушка. – Не переживай, все будет тип-топ, как любит говорить Женька.

– Слушай, а ты не боишься, что тебя Семен может увидеть? Он, между прочим, где-то здесь болтается, – снова зашептала Надя, при этом затравленно озираясь по сторонам, как будто Семен мог быть даже тут, в женской комнате.

– Уже не болтается, я видела, как отъезжала его машина, – махнула Лена рукой. – Поэтому и пришлось немного задержаться. Но все равно на всякий случай придумала кое-что.

– Что?

– Если бы он меня увидел, я бы нашла, что сказать. Здесь полно наших клиентов. Да не переживай ты так, все нормально. Лучше о главном думай, не исчезай из поля зрения, будь все время у меня на виду. А мне сейчас нужно будет испариться минут на пятнадцать.

– Куда испариться, зачем? – охнула Надя. – Не нужно никуда испаряться, я боюсь, что он меня снова начнет приглашать «отдохнуть». Что я тогда буду делать? Нет, Лен…

– Может, ты заткнешься на минуту? – перебила Надежду Лена. – Через пятнадцать минут я снова буду в зале, а ты тем временем отвлеки дорогого хозяина, чтобы он не вздумал подняться на второй этаж.

– Как мне его отвлечь?

– А ты его на танец пригласи, – засмеялась Лена. – Включи музыку поинтересней, и вперед. Дорогой Виталий, сегодняшний вечер доставил мне истинное удовольствие. Разрешите мне пригласить вас на танец, ну и т. д. и т. п.

– Т. д. и т. п. – это что? – спросила Надя, глупо хлопнув глазами.

– Господи, какая же ты бестолочь, – всплеснула Лена руками. – Я смотрю, у тебя от страха совсем с мозгами плохо стало.

– А тебя это удивляет? – ершилась Надежда. – Да, плохо у меня с мозгами. Ну и что? Да, боюсь я до обморока. Ну и что?

– Ладно, ладно, успокойся, – засмеялась Елена. – На-ка лучше губы накрась, ты их все съела, – и она, вытащив из крошечной дамской сумочки элегантный тюбик, подала его Наде. Та, все еще продолжая хмуриться, взяла помаду и начала краситься. – Ты комплименты умеешь говорить? – спросила вдруг Лена.

– Нет. Я же не мужчина, – еще больше нахмурилась Надя.

– При чем здесь твой пол? Мужики, между прочим, комплименты любят больше, чем женщины. А когда им поют дифирамбы об их неотразимости, об их сногсшибательной сексуальности, они тут же тупеют прямо на глазах. Я же тебе все это уже говорила, всему учила. Неужели все зря?

– Нет, нет, ничего не зря, я все помню, – поторопилась оправдаться Надежда.

– Вот и постарайся запудрить мозги своему Виталию, пока я снова не появлюсь в зале. Побольше говори о его сексуальности, он и растает. Поняла?

– Про какую сексуальность я могу ему говорить, когда я в принципе не знаю, что это такое, тем более с ним? Мы же еще не были в постели. Или были? – она вопросительно посмотрела на Елену. Та захохотала от души.

– Ой, я сейчас скончаюсь. Ты прелесть, подружка. Были вы с ним уже в постели. Бы-ли, – по слогам повторила она. – У тебя что же, от страха еще и склероз начался? Я же тебе уже рассказывала все, что касается Женьки и этого Виталия Витальевича.

– Нечего смеяться, – снова обиделась Надя. – У меня не то что склероз, у меня, по-моему, тяжелейшая форма амнезии на нервной почве. Все вихрем вылетает из головы, стоит мне только подумать про спальню.

– Нашла чего бояться, – засмеялась Елена и, хитро прищурившись, начала подшучивать над Надеждой: – Ну подумаешь, лишишься невинности, эка невидаль. Как поймешь, что это такое, сразу же начнешь жалеть, что столько времени упущено.

– Лена, очень тебя прошу, не надо, – предостерегающе остановила девушку Надя. – Еще одно такое слово, и меня отсюда сдует случайным порывом ветра.

– Шучу, шучу, – снова засмеялась Елена. – Все будет нормально. Ты только сделай сейчас, как я тебе сказала. Пригласи Виталия на танец и по возможности задержи в зале как можно дольше. Мне нужно кое-что подготовить. Давай топай, – подтолкнула она девушку в спину и, повернувшись к зеркалу, тоже начала красить губы бордовой помадой. Надежда прошла к двери, несколько раз оглянулась на Елену и, глубоко вздохнув, вышла. При этом она незаметно перекрестилась три раза.

Надя прошла в зал и увидела, что гостей заметно поубавилось. Потихоньку то одна, то другая пара уезжала, не забыв поблагодарить хозяина дома за прекрасный вечер. Девушка подошла к Виталию и натянуто улыбнулась.

– Потанцевать не хочешь? – спросила она, в душе надеясь, что тот откажется. Надя практически не умела танцевать и поэтому боялась сейчас опозориться. Да и где ей было учиться этому, если всю свою юность она провела в четырех стенах за высоким забором? Лишь дорога до школы и обратно была ее развлечением. Одноклассники к ней относились неплохо, но и дружить с ней не торопились. Все знали о несчастье с ее родителями и про то, что она сама чудом осталась жива. Ее жалели, никогда не дразнили, но одновременно не допускали в свои компании. Когда она подросла, все ее сверстницы бегали на дискотеки. Она никогда не бывала ни на одной, но не потому, что не хотела, а потому, что ей было не в чем пойти. Тетка ее не баловала, и Надя не помнит дня, когда бы та не пожаловалась на нехватку денег в семейном бюджете. По этой причине Надежда совершенно не умела танцевать, и сейчас, когда пригласила Виталия на танец, очень надеялась, что он откажется.

К ее великому облегчению, Виталий так и сделал, отказался. Он лишь улыбнулся и сказал:

– Нет, танцевать мы с тобой не будем, я вижу, как ты устала. Я бы на твоем месте сел бы сейчас вон на тот уютный диванчик и отдохнул. Осталось совсем немного гостей. Скоро уедут последние, и тогда я буду в полном твоем распоряжении. Хорошо?

– Хорошо, – ответила Надя, и в горле у нее моментально пересохло. «Господи, скоро уедут последние гости, и он пригласит меня в спальню, – с ужасом подумала она и от одной только мысли об этом уже готова была бежать отсюда куда глаза глядят. Она начала озираться по сторонам, надеясь увидеть Елену, но той нигде не было. – Нужно успокоиться, – сама себя начала уговаривать девушка и провела руками по своим бедрам, чтобы вытереть вспотевшие ладони. – Лена где-то наверху, она мне говорила, чтобы я отвлекла Виталия. Пойду к нему…»

Только она сделала пару шагов, как почувствовала, что кто-то берет ее за руку. Она обернулась и увидела перед собой молодого, очень симпатичного мужчину.

– Привет, Женечка, – поздоровался он, и его рот скривила насмешливая улыбка. – Что-то давно тебя не было видно. Где пропадаешь? – игриво поинтересовался он.

– Там же, где и всегда, – нахмурилась Надя, соображая, как вести себя с этим мужчиной.

– Я звонил тебе несколько раз. Ты что, сменила номер мобильного?

Надя растерялась окончательно, не зная, что ей делать и что отвечать. На выручку поспешила Елена, вовремя появившаяся в зале. Она подлетела к мужчине и стукнула его по плечу.

– Костик, привет. Какими судьбами в здешние края? – улыбалась она как можно лучезарнее.

– Да вот, заехал за своими родителями, они здесь, на приеме у Виталия Витальевича. А тебя-то каким ветром сюда занесло? Или хозяин заказал девочек для своих гостей? Тогда я первый на очереди, – и он подмигнул Алене. – Помнишь, Леночка, как мы хорошо проводили с тобой время?

Надя бросила на Лену испуганный взгляд. Та не растерялась и зачирикала прямо на ухо мужчине:

– Костик, сегодня ничего не получится, меня уже ангажировали.

– Кто?

– Не старайся узнать, испугаешься, – улыбнулась Лена и «многозначительно» закатила глазки.

– Что ж, значит, не судьба, – покладисто согласился Константин и поторопился откланяться.

– Фу-у-у, кажется, пронесло, – облегченно выдохнула Елена.

– А кто это? – спросила Надя.

– Один Женькин знакомый, это она меня с ним познакомила. Честно могу сказать, очень выгодный клиент, и приятный к тому же. Я не один раз кувыркалась с ним в постели. Он, правда, к Жене клеился одно время, а когда понял, что ему ничего не светит, переключился на меня. Да не смотри ты так на меня, – засмеялась Лена. – Я догадываюсь, о чем ты сейчас подумала. Ведь я же путана. Правильно угадала?

– Ну вроде того, – смущенно подтвердила Надя.

– У этого мальчика такое достоинство… Короче, с ним девушки долго не встречаются, хоть и деньги у парня водятся. Пару раз от силы и… «мы странно встретились и странно разошлись». А мне без разницы, какой у него «там» размер, лишь бы платил исправно.

– Что за размер? – не поняла Надежда.

– Все, подруга, проехали, – оборвала разговор Алена. – Давай-ка лучше шампусика тяпнем, для храбрости.

– Нет, я больше не буду, – буркнула Надя. – Не умею я пить, нечего и браться. Ты же видела, что из этого получается. Чуть не опозорилась здесь.

– На нет и суда нет, – покладисто согласилась девушка. – Я испаряюсь, – вдруг зашептала она.

– Почему? – тоже шепотом спросила Надя.

– Вон твой Виталий сюда чешет. Не переживай и действуй строго по нашему с тобой плану, – быстро проговорила Алена и поспешно скрылась за одной из колонн. Надя посмотрела на приближающегося Виталия и поняла по его улыбке, что «час расплаты» настал.

* * *

Виктор Орлов уверенно вел машину, сверяясь по карте.

– Кажется, все верно? – бормотал он, заглядывая в карту и не забывая при этом следить за дорогой. – Еще двадцать километров, и я буду на месте. Интересно, она там? Что я должен ей сказать? В принципе, я не имею никакого права ограничивать ее передвижения. Кто я для нее такой, в конце концов? Всего лишь случайный знакомый, который однажды пригласил ее к себе в дом, и она воспользовалась этим приглашением. И в то же время она уехала так внезапно. Оставила мой дом нараспашку, а так делать нехорошо. Вот об этом я и должен ей сказать. И ничего здесь нет такого, что для этого мне пришлось вспомнить адрес ее тетки и приехать, – сам себя успокаивал мужчина.

На самом деле он очень нервничал по этому поводу. Еще не было ни одной женщины, за которой он бы бегал, как влюбленный подросток. Он сам до конца еще не мог разобраться, почему не оставит все, как есть, а несется сломя голову к черту на рога. То ли это чувство обиды, что его так нагло оставили? То ли это были какие-то доселе неведомые ему чувства? Он не знал. У него было достаточно женщин, ведь он прожил на свете уже почти тридцать два года. Но ни одна из них не вызывала в нем таких эмоций, как Надежда. Ему хотелось защитить ее, и он сам не знал, от чего. Ему хотелось помочь ей справиться с ее болезнью, и он не мог сказать точно, что его больше интересует. Его диссертация или что-то другое? Он злился на себя за то, что впервые не мог объяснить своего поступка, и еще резче нажимал на газ.

Виктор подъехал к дому двадцать пять, который стоял за высоким коричневым забором. Остановившись у обочины, он не спеша вышел из машины и огляделся по сторонам. Это был поселок деревенского типа, с буйной растительностью. Все дома утопали в зелени фруктовых деревьев. Запах скошенного сена вперемешку с цветочным сразу же ударил в нос, и Виктор с удовольствием вдохнул его полной грудью.

– Хорошо-то как, – улыбнулся он. – Такой запах был всегда в деревне у бабушки, когда я туда ездил на каникулы. Как же давно это было, и как недавно. Обидно, что так быстро кончается детство.

Виктор подошел к калитке и только хотел протянуть руку к кнопке звонка, как увидел, что калитка приоткрыта. Он опустил руку и задумался. «Это будет приличным, если я зайду сам, без звонка? Или лучше позвонить? Нет, пойду так, пусть для нее будет эффект неожиданности. Заодно посмотрю на ее реакцию, – решил он и быстро шагнул в калитку. Перед ним открылись большой двор и добротный дом из бревен. Виктор заметил, что на одном окне, расположенном на первом этаже, есть решетка. – Ого, в этом доме, оказывается, и камера есть? Похоже, все, что мне рассказала Надя, правда», – подумал он и огляделся. Недалеко от дома, в саду, он увидел скамейку, на которой сидела девушка со знакомой копной рыжих волос. Она читала какой-то журнал и не замечала, что в калитку кто-то вошел. Виктор решительно шагнул в сторону скамейки. Немного не доходя, он остановился и громко произнес:

– Ну, здравствуй.

Девушка вздрогнула и, повернув голову в его сторону, выронила журнал. Она ничего не говорила, а лишь таращилась на Орлова, как на привидение. Взяв себя в руки, она наконец смогла выговорить:

– Что вы здесь делаете?

– Тебя ищу, – коротко ответил Орлов.

– Зачем?

– Почему ты сбежала от меня? – заговорил Виктор, решив сразу брать «быка за рога».

– Что значит сбежала? Я же объяснила вам русским языком, что не люблю случайных знакомств, – нахмурилась Женя. – И как вообще вы меня разыскали? Вы что, следили за мной?

Виктор смотрел на нее, раскрыв рот, ничего не понимая.

– Ну, знаешь, это уже слишком, – выдохнул он. – Я не собирался ни за кем следить, тем более за тобой. Ты сбежала из моего дома, не предупредив меня о своем намерении. К тому же оставила дом открытым. Как это прикажешь понимать?

– Какой дом? – удивленно спросила Женя и еще с большим удивлением посмотрела на мужчину.

– Как это какой? Мой, конечно. То, что ты решила уехать к себе, это твое личное дело. Но то, что ты оставила мой дом раскрытым нараспашку, это уже выходит за рамки всяческих приличий. Я разве заслужил, чтобы ты вот таким некрасивым способом «отблагодарила» меня?

– А за что я должна вас благодарить? – нервно сглотнув, поинтересовалась Евгения. Она решительно ничего не понимала.

«Как этот человек оказался здесь? И вообще, откуда он узнал этот адрес? Я его видела всего один раз, да и то мельком. Случайное знакомство на дороге. Вернее, это даже и знакомством назвать нельзя. Мы ведь не представились друг другу. Нет, кажется, он говорил свое имя, но оно напрочь вылетело у меня из головы, – проносились у Жени в голове лихорадочные мысли. – Что ему от меня надо?»

– Мне не нужна твоя благодарность, – тем временем продолжал говорить Орлов. – Я просто не могу понять, почему ты так сделала, – пожал он плечами.

– Да что я сделала, вы можете мне объяснить? Я ничего не понимаю, – повысила Женя голос.

– Как это что? Ты сбежала из моего дома.

– Когда?

– Ну это уже слишком, – покачал Виктор головой. – Ты что, не знаешь, когда это сделала?

– Представьте себе, не имею ни малейшего представления, – прищурилась Евгения. – Кстати, мы что, с вами на «ты»? – с вызовом задала она вопрос.

– Давно, а ты не заметила? – с таким же вызовом ответил Виктор.

Он пристально вглядывался в глаза девушки, и до него начало доходить, что это снова не Надя. Это та самая надменная девица, которую он однажды встретил на дороге. Вернее, это Надя, только, видно, она снова превратилась в свое второе Я.

«И что же мне теперь делать? Как вести себя с ней?» – подумал Орлов и даже закусил губу от досады, что ничего не может придумать. Из затруднительного положения его вывела сама Евгения. Пока он раздумывал, она прокрутила его ответы в голове и сообразила, что в его доме, скорее всего, была Надя, ее сестра.

«Что, интересно, она там делала и как попала туда?» – подумала Женя. Она уже открыла рот, чтобы задать эти вопросы мужчине, но вовремя прикусила язык и ляпнула первое, что пришло в голову:

– Извини, у меня, кажется, опять что-то с памятью.

– Значит, я был прав, – облегченно вздохнул Виктор. Он довольно улыбался, как будто девушка сказала ему не о потере памяти, а о том, что он получил Нобелевскую премию. Женя кисло улыбнулась, глядя на довольное лицо Орлова, а потом спросила:

– В чем ты был прав? В том, что я ненормальная, с провалами в памяти?

– Нет, конечно, нет, – замахал Виктор руками. – Я прав в том, что ты не могла так поступить со мной. Что в этом виновата твоя болезнь.

– А какая у меня болезнь? – ухватилась за слово Евгения и с нетерпением посмотрела на мужчину.

– Я неправильно выразился, это вовсе не болезнь, это… – попробовал выкрутиться Орлов. «Я же психолог, черт меня возьми, – тем временем сам себя ругал Виктор. – Почему при виде этой улыбки у меня язык становится, как пудовая гиря? Я даже не могу вразумительно ответить на вопрос».

– Итак?.. – поторопила девушка и снова вопросительно взглянула на него.

– Я не могу тебе сейчас этого объяснить, – откровенно признался Орлов и посмотрел на Женю. Она в свою очередь тоже внимательно разглядывала Виктора и вдруг тихонько хихикнула.

«Он влюблен в Надю, – пришла она к выводу, продолжая молча улыбаться и разглядывать Орлова. – Ай да сестренка, ай да молодец. И когда только успела охмурить такого мужика?»

– Почему ты смеешься? – услышала она вопрос, обращенный к ней.

– Ничего, просто хорошее настроение, – сказала Евгения и замолчала. Когда пауза слишком затянулась, мужчина обвел взглядом сад и пробормотал:

– Здесь красиво, и сад хороший.

– Да, неплохой, – подтвердила Женя и снова замолчала. Ей было очень интересно, что же будет дальше.

– А где твои родственники? – спросил Виктор.

– Понятия не имею, смылись куда-то, – пожала Евгения плечами. – Они не докладывают мне о своих передвижениях. Да, признаться, мне это совсем и неинтересно. Даже если совсем провалятся, я это как-нибудь переживу, – усмехнулась она.

– Ты останешься здесь? – был следующий вопрос.

– А ты хочешь предложить мне что-нибудь другое? – вскинула девушка брови.

– Нуу-у, – замялся Виктор. – Я не знаю. Ты же сама просила, чтобы я помог тебе и разрешил остаться в своем доме. Если тебе тут плохо, то ты можешь вернуться в мой дом.

– Спасибо, – улыбнулась Женя. – Я непременно воспользуюсь твоим гостеприимством, как только решу кое-какие проблемы.

Она увидела, как на лице Виктора мимолетно, лишь на несколько секунд, отразилось разочарование, но ей этого было достаточно, чтобы убедиться в своей догадке. «Молодец сестренка, – еще раз мысленно похвалила она Надежду. – Ни за что не упустим такой шанс и сделаем все для того, чтобы этот мужчина был нашим… в смысле твоим».

Вслух же Евгения произнесла:

– Я обязательно приеду, даю честное благородное слово.

– Когда? – оживился Орлов.

– Скоро, очень скоро, клянусь, – как можно убедительнее сказала Женя и улыбнулась так красиво и загадочно, что Виктор даже отвел глаза.

– Я тогда поеду? – неуверенно проговорил он.

– Я провожу тебя до машины, – улыбнулась Женя и вскочила со скамейки. – Это ничего, что я так фамильярно? Вроде было сказано, что мы давно на «ты»?

– Все нормально, мы действительно на «ты», – улыбнулся в ответ Виктор. – Может быть, ты все же вернешься прямо сейчас? Ты же говорила, что не хочешь тут оставаться, – с надеждой в голосе спросил он.

– Обстоятельства изменились, и я должна пока быть здесь, – неопределенно ответила Женя.

– В лучшую или в худшую сторону изменились обстоятельства?

– Думаю, что в лучшую.

Евгении очень хотелось расспросить Виктора о том, что ему говорила Надя, и вообще узнать все-все, что с ней произошло и как она попала к нему в дом. И что случилось и почему она ушла от него? Эти вопросы так и вертелись у девушки на языке, но она промолчала, боясь, что может этим все испортить.

– Я сейчас приехал сюда и как будто вернулся в свое детство, – заговорил Виктор. – Моя бабушка тоже жила в деревне, и я все летние каникулы проводил у нее. Очень любил рыбачить, там был большой пруд, и в нем водились караси.

– Здесь тоже есть пруд, – сказала Женя, чтобы поддержать разговор.

– Надя, почему ты так внезапно уехала? – вдруг спросил Виктор. – Неужели не могла хотя бы записку оставить? Приезжаю, а тебя и след простыл.

– Все получилось совершенно неожиданно, извини, – пробормотала Женя, чтобы хоть что-то ответить. – Я не могу тебе сейчас всего объяснить. Но поверь, наступит момент, когда ты все узнаешь.

– Хорошо, – тихо ответил тот. – Надеюсь, что пойму тебя правильно. Ты запиши мой номер мобильного телефона, на всякий случай. Если тебе вдруг срочно понадобится моя помощь… смело звони.

– Спасибо, – улыбнулась Женя. – Непременно воспользуюсь твоим предложением… если действительно возникнет такая необходимость. – «Молодец, сестренка», – снова подумала она и бросила хитрый взгляд в сторону Виктора. Хорошо, что тот его не заметил, иначе сразу бы понял: здесь явно что-то не так.

Глава 16

Когда Семен получил наконец в свои руки вожделенный договор, его радости не было предела. С той самой минуты он все время посматривал на часы, нетерпеливо дожидаясь подходящего момента, когда можно будет покинуть дом Виталия Витальевича и уехать к себе. Он бы убежал отсюда прямо сейчас, но правила приличия не позволяли сделать этого сразу. Здесь было скучно и неинтересно, по крайней мере, для него. Все эти светские разговоры, которые он совсем не умел поддерживать, его откровенно раздражали. Мужчины в смокингах и дамы в вечерних туалетах вели нудные, совершенно никому не нужные беседы. Семен сегодня тоже был в смокинге, который ужасно его раздражал, а уж галстук-бабочка вообще выводил из себя. Тут он практически никого не знал, за некоторым исключением, поэтому весь вечер только и делал, что прикладывался к шампанскому. Семен был здоровым и крепким мужчиной, поэтому редко пьянел. А уж от нескольких бокалов шампанского тем более. Выдержав еще немного времени, он решил, что пробыл здесь достаточно, и начал не спеша продвигаться к выходу.

«Уйду по-английски, не прощаясь, – подумал он. – Да мне тут и прощаться-то не с кем. С Виталием Витальевичем мы все уже обговорили, так что, думаю, он даже и не заметит моего отсутствия». Семен торопливо вышел из дома и сел в свою машину. Рядом с собой на сиденье он бросил кейс, в котором лежала папка с выстраданным договором. Этот договор он ждал очень долго и наконец дождался. Он сулил баснословные прибыли, и теперь он, Семен, будет иметь от этих прибылей пятьдесят процентов. Один процент из этих пятидесяти он станет отдавать Виталию. По договору, правда, он должен отдавать ему десять, но это официально. А Семен считал неофициальные доходы, о которых Виталий даже не подозревает, и на поверку выходит, что это будет всего один процент. Еще двадцать процентов уйдет на текущие расходы, значит, ему будет оставаться двадцать девять. И это, ой, как немало!

«Все, теперь наконец исполнится моя заветная мечта и я куплю себе дом на островах. Как странно себя ведет сегодня Евгения, – вдруг совсем не к месту вспомнил он. – Как она сегодня смотрела на меня. Какой испуганный взгляд. Я такого у нее никогда еще не видел. С ней явно что-то произошло за то время, пока ее не было. Но все равно она молодец. Можно сказать, благодаря ей мне удалось заполучить этот вожделенный договор. Видно, здорово втюрился в нее Виталий Витальевич. Не зря я ее столько лет воспитывал, и деньги, которые тогда потратил, чтобы выкупить, не пропали даром. Нужно будет ей подарок купить, она давно мечтает о швейцарских часах с бриллиантами. О, женщины, и чего только вы не добиваетесь от нас, мужчин, когда очень сильно этого хотите», – усмехнулся Семен и включил радио.

– Сегодня ГУВД Северного района Москвы удалось обезвредить группу наркодельцов. Было изъято двести шестьдесят килограммов героина, – послышался голос диктора, передающего городские новости. – Это одна из крупнейших партий за текущий год, – продолжал говорить он.

Семен нервно крутанул ручку настройки.

– Тьфу, зараза, чтоб вы провалились, – сплюнул он на пол, а потом, суеверно прикрыв глаза, еще три раза через левое плечо. – Не дай бог, – пробормотал мужчина. – Надеюсь, сия неудача меня минует. Все тщательно продумано, комар носа не подточит.

Семен вновь бросил взгляд на кейс и довольно улыбнулся.

«Наконец-то я почувствую себя человеком в полной мере. Уеду куда-нибудь на Канары, куплю себе виллу и яхту, а здесь оставлю вместо себя доверенного и надежного человека. Каналы, отработанные мной, надежные. Вон сколько времени их проверяли и пришли к выводу, что меня можно брать в долю. Наконец-то, – снова удовлетворенно вздохнул он и погрузился в свои фантазии. Когда его занесло до «неимоверных высот», Семен сам себя оборвал: – Все это, конечно, замечательно, только не говори гоп, пока не перепрыгнул. Уже завтра можно будет звонить и подтверждать, что дело сделано, надо запускать «деловую машину». И только когда у меня в руках окажутся хрустящие купюры, вот тогда и можно будет помечтать».

* * *

Пройдя через первую комнату, Виталий распахнул дверь в следующую и немного отступил.

– Проходи, дорогая, – загадочно улыбаясь, проговорил он и пропустил Надежду вперед себя. Она прошла в спальню и остановилась у порога. Почти половину комнаты занимала огромных размеров кровать, накрытая атласным ярким покрывалом.

«Здесь человек десять поместятся, – подумала Надежда. – Зачем ему такая кровать?»

– Тебе нравится? – спросил Виталий и, подойдя к кровати, развалился на ней.

– Да, нравится, – кивнула Надя головой и не сдвинулась с места, застыв у порога. В руках она нервно мяла свою сумочку, совершенно забыв, как нужно вести себя в подобной ситуации. Напрасно Елена вбивала эту науку Надежде в голову. Ее старания пропали даром. Надина голова в данную минуту совершенно опустела, а в ушах что-то свистело.

– Иди ко мне, дорогая, – похлопав по месту рядом с собой, позвал ее Виталий. – Мне будет очень приятно, если ты поможешь мне раздеться.

– Что сделать? – вытаращилась девушка, а потом, сообразив, что не должна задавать таких глупых вопросов, нервно хихикнула. – Извини, кажется, я что-то не то сказала. Конечно, я сейчас помогу тебе раздеться, только сначала сама… в другой комнате, – и она уже развернулась, чтобы смыться. Но не тут-то было.

– Никаких сама, – поднял руку Виталий, останавливая девушку. – Ты поможешь раздеться мне, а потом я раздену тебя… тоже сам. Поверь, мне это доставит настоящее наслаждение. У тебя потрясающая фигура, и открывать ее, участок за участком, это что-то… – закатил мужчина глаза и причмокнул языком.

– Да? – через силу кисло улыбнулась Надежда и чуть не грохнулась в обморок от ужаса. – Можно я схожу в туалет, что-то мне нехорошо, – простонала она. – Я совсем не умею пить шампанское, у меня от него бурчит в животе.

Виталий захохотал сочным басом:

– Ты неподражаема, Женечка, просто прелесть. Как в тебе одновременно уживаются светская львица с непосредственным ребенком? Ты меня возбуждаешь так сильно, как ни одна другая женщина. А их у меня побывало немало, поверь.

– Я тебе верю, только разреши мне уйти наконец в туалет, – нетерпеливо проговорила Надежда и переступила с ноги на ногу. Ей и вправду очень сильно захотелось писать.

«От страха, наверное», – подумала она.

– Господи, что за глупые вопросы, Женечка? – всплеснул руками Виталий. – Я тебя совершенно перестаю узнавать. Иди себе на здоровье, только быстрее возвращайся, я уже…

Надя не стала дальше слушать откровенные признания, а выскочила за дверь с такой поспешностью, что зацепилась за что-то каблуком и еле удержалась, чтобы не растянуться на полу во весь рост. Преодолев первую комнату в два прыжка, она выбежала в коридор и заметалась, разыскивая дверь, которая ей была нужна. От ужаса она напрочь забыла, за какой из них они должны встретиться с Леной. Одна из дверей приоткрылась, и оттуда показалась Елена. Она посмотрела на обезумевшую Надежду, которая бегала по коридору от двери к двери, и закатила глаза под лоб.

– Псс, – издала она тихий звук. Надя резко остановилась и, увидев девушку, ринулась к ней, как утопающий к спасательному кругу. Влетев в помещение, она прислонилась спиной к двери и перевела дух.

– Ой, мамочки, сейчас сердце остановится, – выдохнула она и схватилась руками за грудь. – Он мне предложил раздеть его.

– Надеюсь, ты выполнила его просьбу? – спросила шепотом Елена.

– Ты что, с ума сошла? Хочешь, чтобы у меня прямо там разрыв сердца случился? – вытаращила глаза Надя. – Я сказала, что в туалет хочу, и побежала тебя искать.

– Надь, ты совсем дура? – спросила Лена и подбоченилась, уперев руки в бока.

– Не поняла. Что ты хочешь этим сказать? – испуганно спросила Надя, глядя на воинственную позу подруги. – Я опять что-то сделала не так?

– Делать что-то так – это, по-моему, не про тебя, – съязвила Елена. – Мы с тобой сколько раз обсуждали весь план? Что ты должна была сделать, прежде чем идти сюда?

– Ой, – пискнула Надежда и зажала рот руками. – Я от страха все забыла. По-моему, у меня в голове сейчас пусто, как у новорожденного младенца.

– Вот теперь вспоминай и иди обратно в спальню, а я пока здесь подготовлюсь, – подталкивая девушку к дверям, прошипела Елена.

Надя попробовала упираться, но Лена чуть ли не пинками вытолкала ее за дверь и закрылась на щеколду изнутри. Надежда постояла несколько секунд в коридоре и снова, завывая от ужаса, начала ломиться обратно. Она дергала дверь с таким остервенением, что еще немного, и бронзовая ручка осталась бы у нее в руках.

– Лена, открой, очень тебя прошу, иначе я сейчас умру от страха, – тихонько заскулила Надя, присев на корточки и приложив свои губы к замочной скважине. – И мы с Женей никогда не увидимся. По твоей вине, между прочим, – всхлипнула она.

«Железобетонная» Алена, естественно, ей не открыла, а лишь пригрозила из-за двери:

– Ты доиграешься, и я уйду отсюда к чертям собачьим. Как хочешь, так и расхлебывай тогда всю эту кашу одна. Вот тебе Женька спасибо за это скажет. А уж Семен-то как обрадуется… я себе представляю, – для большей убедительности добавила она.

Угроза возымела действие, и Надя, вдохнув в грудь побольше воздуха, пошла в спальню, где оставила Виталия. Открыв по дороге пудреницу, она посмотрела на свой макияж, немного припудрила носик и, нацепив на лицо лучезарную улыбку, шагнула в комнату. Виталий стоял у небольшого журнального столика и наливал в бокал вино. Другой рукой он отщипывал от грозди виноградины и отправлял их себе в рот. Надя обратила внимание, что здесь появилась большая ваза с фруктами, которая занимала половину этого стола.

– Вот и я, – пропищала Надежда и, поняв, что ее голос совсем сел, закашлялась. Прочистив горло, девушка смущенно улыбнулась. – Извини. Надеюсь, ты не успел соскучиться?

– Успел, – ответил ей мужчина и улыбнулся так, что по спине у девушки побежали мурашки. Она постаралась взять себя в руки и еще раз улыбнуться в ответ.

«Что я трясусь-то так, дура бестолковая? – про себя ругалась Надя. – Лена же мне сказала, что все будет нормально. Сейчас главное, чтобы я не подвела и сделала все так, как мы и наметили. Лена предупредила, что если Семен узнает, что я Женькина сестра, тогда пиши пропало. Из своих лап он меня уже не выпустит, как и Женю. Я же этого не хочу? Естественно, не хочу. А это значит, нужно в первую очередь успокоиться, здесь не место панике. Так, Надежда, вспомни все, чему тебя учила Алена, и вперед. Представь, что ты действительно Женя. Как бы она вела себя в такой ситуации? Думаю, что именно так, как надо».

Мысли о сестре немного ее успокоили и даже придали смелости. Надя подошла к Виталию, и он, отщипнув от веточки виноградину, поднес ее ко рту девушки. Она приняла сочную ягоду и, раскусив ее, облизнула губы язычком.

– Ммм, как вкусно, – промурлыкала девушка. Виталий взял ее за руку и повел в сторону ложа. По инерции она хотела возразить, но потом махнула на все рукой и безропотно подчинилась. Мужчина присел на кровать и посадил рядом с собой Надю. Он начал неторопливо снимать с себя бабочку, а затем и смокинг.

«Надеюсь, он не станет снимать брюки прямо сейчас?» – подумала Надежда и, подавив очередной приступ паники, снова улыбнулась. Если честно, ей за этот вечер уже до чертиков надоело держать губы врастяжку и скалиться по любому поводу. Надя, пересилив свой страх, промурлыкала как можно интимнее:

– У меня для тебя кое-что приготовлено, – и полезла в свою сумочку.

– Очень интересно, что же? – спросил Виталий, продолжая разоблачаться. К ее огромной радости, он взялся не за брюки, а начал снимать свои ботинки из крокодиловой кожи. Девушка тем временем достала из сумочки две пары наручников и, засмеявшись, позвенела ими, приподняв их до уровня глаз мужчины.

– Как тебе это? – кокетливо спросила она.

Идея с наручниками принадлежала Елене, потому что она была в курсе «маленьких слабостей» Виталия. Об этом ей рассказала Женя после той ночи, которую она провела с Виталием в доме у Семена.

– Виталий экстремал и очень любит неординарный секс, насколько я успела понять, – рассказывала подруге Женя. – Он, конечно же, не носит с собой всякие там «примочки» в виде наручников, но был бы не прочь, если бы они случайно оказались тогда у меня, – смеялась она.

Когда Лена с Надей обсуждали план своих действий в доме у Виталия, главную роль в «спектакле» должны были сыграть именно наручники, которые сейчас Надежда и вытащила из своей сумочки.

– О-о-о, вот это сюрприз, – засмеялся Виталий. – Я знал, дорогая, что ты меня удивишь сегодняшней ночью, – с придыханием произнес он и обнял девушку за талию.

– Еще как удивлю, – тоже засмеялась Надя и вскочила с кровати. Она встала перед ним, выставив одну ногу вперед, отчего разрез на платье оголил ногу почти до самого бедра.

– Давай сегодня немного поиграем, милый, – предложила она и вновь зазвенела наручниками.

– Я весь в предвкушении, дорогая, – с горящими глазами сказал Виталий и начал стягивать с себя брюки.

– Ты пока раздевайся и ложись, а я сейчас вернусь, – прощебетала Надя и пошла к двери, сексуально покачивая бедрами, как и учила Елена.

– Ты куда? – нетерпеливо спросил Виталий.

– Сейчас вернусь, ты меня жди, – обернувшись, ответила Надежда и кокетливо сверкнула глазками. – Не медли, раздевайся и ложись, я мигом. Тебя ждет еще один сюрприз.

Она выскочила за дверь спальни, снова пересекла первую комнату и коридор на сверхзвуковой скорости и ворвалась к Елене.

– Ты уже готова? – выдохнула Надя.

– Как видишь, – лениво пожав плечами, ответила Лена, которая спокойно сидела в кресле и не спеша потягивала из высокого бокала апельсиновый сок. На ней был наряд – «упасть, умереть и не воскреснуть». На голове был парик точно такой же, как у Нади волосы. – Давай, переодевайся и ты, – махнула Елена головой в сторону другого кресла, на котором лежал такой же прикид, как и на ней. – Как там твой Виталий, готов к «труду и обороне»? – усмехнулась она.

– По-моему, готов. Боюсь, что мы не успеем с тобой поменяться местами, – ответила Надя, торопливо стягивая с себя платье трясущимися руками. – Ест меня глазами, как голодный крокодил зазевавшуюся жертву, а «молния» на его брюках вот-вот разорвется. Я в панике, я в такой панике, что… ой, мамочки, я сейчас умру, – на одном дыхании выпалила Надежда и посмотрела на Елену безумными глазами. – Лен, что мне делать, если мы не успеем поменяться? – снова задала она вопрос, который волновал ее больше всего остального.

– Не трясись ты так, все мы успеем. Для чего же мы тогда с тобой придумали трюк с наручниками? – успокоила подругу Елена.

– Ах, да, совсем про это забыла, мозги отключились окончательно. Он же будет пристегнут. Господи, неужели это сейчас происходит именно со мной? – заскулила Надя, надевая на себя черный пояс и черные ажурные чулки. – Как это вообще носится? Лен, ну помоги же мне, я совсем запуталась в этих застежках, – взвыла Надя, вертя в руках боди черного цвета, такой же ажурный, как и чулки.

Лена поднялась с кресла и подошла к Надежде.

– Горе ты мое луковое, – вздохнула она. – За что бы ты ни взялась, из всего у тебя проблема получается. Не можешь разобраться в том, что женщина должна уметь надевать с закрытыми глазами? Это нонсенс, Надежда.

– Лен, ну откуда же мне уметь? Я нормальных трусов не носила, не то что это… И потом, разве нормальные девушки надевают такое белье? Как это вообще носить можно? – снова повторила она.

– Что значит нормальные? А я что же, по-твоему, ненормальная? – с сарказмом поинтересовалась Елена и прищурила глаза.

– Нет, ты меня не поняла. Я совсем не это имела в виду, – отмахнулась девушка, сосредоточив свое внимание на подвязочках.

– А что же ты имела в виду? – не сдалась Лена.

Страницы: «« « 345678910 » »»