Блеск и нищета хулиганок Хрусталева Ирина

Глава 9

Семен с завидной прытью выскочил из дома и, сев в машину, с силой нажал на педаль газа. Охранник отскочил от ворот, когда мимо него пронесся автомобиль хозяина со скоростью сверхзвукового истребителя. Он вытер пот со лба и пробормотал:

– Гонится, что ли, за ним кто? Чуть не смел меня вместе с воротами.

Буквально за пять минут Семен долетел до края поселка и так резко затормозил у дома № 88, что завизжали тормоза. Джип с его охранниками, которым было дано задание найти Евгению хоть под землей, стоял недалеко от ворот, и Семен сразу же, как только вышел из машины, направился в их сторону. Из джипа выпрыгнул молодой парень и пошел навстречу хозяину.

– Ну, что здесь у вас происходит? – нетерпеливо поинтересовался Семен и угрюмо посмотрел на парня.

– Я и сам ничего понять не могу, Семен Константинович. Она через ворота говорит, что никакая она не Женя, что ее с кем-то спутали, а про вас она вообще никогда не слыхала.

– А это точно она, ты уверен? – нахмурился Семен.

– Вот, смотрите, – и парень вытащил из бокового кармана цифровой фотоаппарат. – Десять минут назад сфотографировал, когда она на верхней ступеньке лестницы стояла и с нами переговаривалась.

Семен взял в руки фотоаппарат и стал всматриваться в маленький монитор.

– Да, это она, никаких сомнений, – пробормотал он. – Что же она тогда голову морочит?

Мужчина резко развернулся и направился к воротам. Отыскав кнопку звонка, он с силой на нее нажал и не отпускал до тех пор, пока не услышал голос девушки.

– Хозяина нет дома, не звоните, – прокричала она.

– Евгения, немедленно выходи, – тоже прокричал из-за ворот Семен. – Ты что это вздумала шутки со мной шутить? Я тебе что, мальчик двадцатилетний? Немедленно открывай ворота.

– Кто вы такой и почему это я должна вам открывать? Мой хозяин будет на меня сердиться.

– Какой хозяин, твою мать? – взревел взбешенный Семен. – Это я твой хозяин и являюсь им уже девять лет. Если ты об этом забыла, то я тебе напомню, как только доберусь до тебя. Ты что там дурочку валяешь? А ну выходи немедленно, иначе я сейчас разнесу эти ворота к чертям собачьим, – и Семен со злостью стукнул по воротам ногой.

– Хулиган, – тявкнула девушка. – Я сейчас в милицию позвоню, – крикнула она и скрылась в доме.

Семен недоуменно хлопнул глазами.

– Что происходит, черт побери? – выругался он и растерянно оглянулся по сторонам. – Штурмом, что ли, мне брать этот дом? Что эта девка себе позволяет? Или у нее появился настолько крутой покровитель, что она уже ни в грош меня не ставит?

Семен повернулся к охраннику и сказал:

– Так, Володя, будьте с Сергеем здесь, и как только появится этот психолог хренов, сразу же сообщите мне на телефон. Я буду пока дома.

Мужчина резко развернулся и, скрипя от злости зубами, пошел к своему автомобилю. Сев за руль, он потер ладонями уставшие глаза.

– Или я дурак, или этот псих накачал Женьку какой-то дрянью, что она всех и все забыла. Если это так, в порошок сотру негодяя, – процедил он сквозь зубы и резко нажал на газ.

Тем временем Надя, притаившись у окна на втором этаже, наблюдала за действиями, которые происходили на улице.

– Чего им от меня надо? – пожала она плечами. – Какая я им Женя? Меня с рождения Надей зовут. И кто это вообще такая, Женя? Скорей бы Виктор приезжал, мне уже страшно, – подсматривая сквозь щелку в шторе, бормотала Надежда. – Похоже, этот тип, что так кричал, уезжает. А эти двое остались. Мамочки, что им от меня нужно? Может, это все тетка Маша? Господи, только не это, я лучше умру, чем вернусь к ней в дом, – подняв глаза вверх, прошептала Надежда.

Через десять минут она снова подошла к окну и увидела, что джипа нигде не видно.

– Наверно, тоже уехали. Наконец-то, – с облегчением вздохнула девушка.

Она спустилась на первый этаж и открыла дверь дома. Никого не увидев, она уже смелее прошла через двор и попыталась через забор заглянуть на улицу. Не получив результата от этой попытки, девушка осторожно отодвинула засов у калитки и высунула свой нос на улицу. И сразу ее рот зажала чья-то твердая рука, девушку выволокли наружу. Она болтала ногами, царапалась, как кошка, но все было бесполезно. Уже через тридцать секунд ее закинули на заднее сиденье джипа, и он, тут же сорвавшись с места, повез Надежду в неизвестном для нее направлении. Она вжалась в кресло и смотрела испуганными глазами на здорового парня, который сел с ней рядом.

– Что вам от меня нужно? – наконец еле слышно выдавила она. – Кто вы такие?

– Жень, может, хватит дурака валять? – сказал парень, который сидел за рулем. – Ты же прекрасно знаешь, кто мы такие. Я у Семена уже четвертый год служу.

Надежда притихла и начала размышлять.

«Похоже, я действительно страдаю провалами в памяти. Надо сделать вид, что я со всем согласна и все прекрасно помню, тогда мне наверняка удастся узнать о себе все. Самое главное, чтобы меня не вернули к моим родственникам, с остальным я уж как-нибудь попробую справиться».

Придя к такому выводу и решению, девушка повеселела и, лучезарно улыбнувшись, сказала:

– Ладно, больше не буду дурака валять. Это я так, подшутить над вами хотела. Все нормально, ребята. Куда едем?

– К Семену, куда же еще? Злой он на тебя, Жень, ты уж там с ним поаккуратней.

– А что на меня злиться? Могут у меня, в конце концов, быть свои личные дела? – пожала девушка плечами, решив, что если уж играть, то играть до конца.

– Это так, конечно, но ты же знаешь, что он не любит, когда самовольничают.

– Он мне что, папа родной, чтобы я перед ним отчитывалась за каждый свой шаг? – фыркнула Надежда и закатила глаза под лоб, соображая, правильно ли она сейчас себя ведет.

Парень, который сидел с ней рядом, посмотрел на нее недоуменным взглядом, но ничего не сказал, а лишь пожал плечами. Надежда, решив, что первый раунд она выиграла, немного повеселела и расправила плечи.

Через десять минут они подъехали к большому дому, и ворота тут же поехали в сторону, пропуская джип во двор. Надежда посмотрела в окошко.

«Да, похоже, этот Семен так же богат, как и Виктор. Домик что надо, последний писк архитектурной моды. Посмотрим, что будет дальше», – и она решительно выпрыгнула из машины.

– Куда идти-то? – повернувшись к водителю, спросила она.

– Ты что, не знаешь куда? Как обычно, – удивленно ответил тот.

– Как обычно? А подсказать не можешь, куда я обычно иду? – невинно хлопая глазами, спросила Надя.

– По лестнице вверх, потом направо, следующий поворот налево, а дальше по коридору, – с сарказмом, прищурив глаза, проинструктировал Надежду парень. – Надеюсь, запомнила и не заблудишься, – одарив ее уничтожающим взглядом, добавил он.

– Спасибо, дорогой, – улыбнулась Надя, показывая два ряда белых зубов.

Она послала парню воздушный поцелуй, быстро развернулась и поспешила к лестнице, которая вела к массивной дубовой двери. На ней висел инкрустированный молоточек рядом с такой же тарелкой.

– Ух ты, – выдохнула девушка, резко затормозив у двери и разглядывая изящную вещицу. Она осторожно взяла молоточек в руки, полюбовалась на затейливый рисунок и ударила им по тарелке. В глубине дома раздался мелодичный, очень приятный звук. – Надо же, – по-детски засмеялась Надя. – Техника на грани фантастики, – и она, еще раз ударив молоточком по тарелке, приложила ухо к двери, чтобы снова послушать, как там внутри дома звенит.

Девушка, не отрывая уха от двери, уже взялась за ручку, чтобы ее открыть, но в это самое мгновение дверь резко открылась, и Надя влетела внутрь дома. Ее ноги заскользили по лакированному паркету, и она, чтобы удержаться на ногах, схватилась за первое, что ей подвернулось под руку. А под руку подвернулась большая напольная ваза с китайским орнаментом. Ваза немного покачалась и благополучно свалилась на пол вместе с девушкой. Раздался треск, и ваза развалилась надвое. Надежда смотрела на дело рук своих широко раскрытыми глазами, сидя на полу. Подняв голову, она встретилась с холодными голубыми глазами мужчины и, нервно сглотнув, пролепетала:

– Я не нарочно, честное слово. Она сама мне под ноги попалась.

Семен резко развернулся и пошел к лестнице, ведущей на второй этаж. Уже подойдя к лестнице, он остановился и, увидев, что Надежда все еще продолжает сидеть на полу и таращить на него глаза, прорычал:

– Иди за мной, разговор есть.

– Уже бегу, – покладисто кивнув головой и поднимаясь на ноги, сказала девушка.

Она торопливо засеменила за мужчиной, несколько раз оглянувшись на разбитую вазу. «Дорогущая, наверное. А я ее на две половинки, одним махом, – закатывая глаза под лоб, сокрушалась Надежда. – Интересно, у меня хватит тех долларов, что в кошельке лежат, расплатиться?» – и она потрогала свой задний карман джинсов, чтобы проверить, на месте ли кошелек.

Когда она поднялась по лестнице, Семен уже стоял у двери, ведущей в комнату. Как только Надежда подошла к нему, он резко распахнул дверь и сделал приглашающий жест. Девушка прошла мимо него и замерла на пороге с раскрытым ртом. Комната потрясла ее своим великолепием. Повсюду на стенах висели картины, а массивный стеллаж из красного дерева от пола до потолка был заставлен книгами в золоченых переплетах. Не успев вволю налюбоваться комнатой, девушка получила ощутимый тычок в спину и, пролетев расстояние до кожаного дивана, приземлилась на него.

– Эй, вы, почему так грубо себя ведете? – возмутилась Надежда.

– Скажи спасибо, что я не прибил тебя еще внизу, прямо на пороге, – процедил сквозь зубы Семен и посмотрел на Надежду уничтожающим взглядом.

– Это вы из-за вазы, что ли, на меня так злитесь? Ничего страшного, я вам заплачу. Сколько она стоит? У меня есть деньги, – скороговоркой выпалила Надя и полезла в карман за кошельком.

– Ты что здесь комедию ломаешь? – взревел Семен. – Хочешь по рогам получить? Это я тебе вмиг устрою. В чем дело, Евгения? Почему я должен искать тебя по всему городу? Где ты пропадала двое суток?

– Я? – изумленно спросила Надя, тыкнув пальцем себе в грудь.

– Ты, ты! Не я же!

– Я была в гостях, – не очень уверенно ответила Надя и с опаской покосилась на огромные кулаки, которыми ей только что пообещали надавать по рогам. Она осторожно почесала свой затылок и уставилась на мужчину широко раскрытыми глазами.

– В гостях, говоришь? У этого психолога, что ли? Ты чего там забыла? И вообще, как ты попала к нему в дом? – нахмурился Семен.

– У какого психолога? – не поняла Надежда.

– Того самого, в доме которого ты сегодня была, – стараясь быть терпеливым, объяснял Семен, готовый вот-вот разразиться площадной бранью. Он едва сдерживал себя, чтобы не выполнить свою недавнюю угрозу и не надавать этой чертовой бабе по рогам, а заодно и по зубам. Семен несколько раз глубоко вдохнул и начал считать до десяти. Он прекрасно понимал, что срываться ему сейчас, то есть ссориться с Евгенией, никак нельзя. Эта непредсказуемая девка может запросто послать его к едрене Матрене, как уже делала не раз, и проигнорировать прием в доме Виталия Витальевича. Это значит, что договор тогда уплывет от него к другому человеку. Досчитав до десяти, он выдохнул и уже почти спокойно снова посмотрел на девушку. – Ты не ответила на мой вопрос, – напомнил о себе Семен.

– Точно, у него я и была в гостях, – обрадованно подтвердила Надя и заулыбалась. – Только я не знала, что он психолог.

– Ты уж не влюбилась ли в него? Может, уже замуж собралась? – вглядываясь в лицо девушки своими глазками-буравчиками, поинтересовался мужчина. – Ты знаешь, чем это чревато, моя девочка. Так что не советую тебе испытывать судьбу.

– Я? Влюбилась? – вскинула Надя брови. – Ха-ха-ха, – засмеялась она. – Нет, я на это не способна. И потом, Виктор мне совсем не пара, мы с ним с разных огородов.

– Не понял. Что значит, с разных огородов? – удивился Семен. – Говори по-человечески.

– А что здесь непонятного? – пожала девушка плечами. – Мы с ним не одного поля ягодки. Теперь понятно?

– Это и дураку понятно, что разного, – хмыкнул Семен.

Он внимательно посмотрел на девушку и нахмурился:

– Что за странный вид у тебя сегодня, Евгения? Лицо какое-то бледное, да и волосы как будто не мыла неделю. Откуда эти джинсы с футболкой, которым место на помойке? Ты что, на маскарад собралась? Или я настолько мало тебе плачу, что ты ходишь в подобных тряпках?

– А что, ты мне много платишь? – вытаращила Надежда глаза, моментально забыв о приличиях в чужом доме, обращаясь к хозяину на «ты». Семен по-своему понял ее вопрос и поднял руку:

– Но-но, милочка, не зарывайся. Ты получаешь чуть ли не в пять раз больше самого крутого менеджера в зарубежной компании. Я твои аппетиты прекрасно знаю, но, хоть тресни, ставку повышать не собираюсь. Я уже тебе говорил, если сумеешь влюбить в себя Виталия Витальевича и я получу договор, тогда и ты внакладе не останешься. Я умею быть благодарным, и тебе прекрасно об этом известно.

– Виталия Витальевича? А это еще кто такой? И почему, собственно, я должна его в себя влюблять? – изумилась Надежда.

– Хватит придуриваться, это уже не смешно. Ты прекрасно знаешь, о ком идет речь. Он от тебя без ума, между прочим, – хмыкнул Семен. – Видно, показала ты ему в ту ночь «высший пилотаж». Сейчас иди и прими душ, приведи себя в порядок. Смотреть на тебя не могу в таком виде, – брезгливо сморщился Семен и снова с удивлением посмотрел на девушку. – В комнате для гостей в шкафу висят два новых платья, примерь, их только сегодня привезли. Через два дня намечен прием у Виталия Витальевича, он пригласил нас с тобой. Для этого вечера я и заказал эти платья. Надень, я посмотрю, которое больше подойдет. Ты будешь на этом вечере гостеприимной хозяйкой в его доме, он так захотел. Ну а потом, естественно, останешься у него столько времени, сколько он пожелает.

– У него что, своей хозяйки в доме нет? – нахмурив брови, спросила Надя.

– Этот вопрос не обсуждается, – рявкнул Семен. – Тебе-то какая разница, есть у него хозяйка или нет? Ты выполняй свою работу, остальное тебя совершенно не касается. Не буду скрывать и повторюсь. Для меня этот человек очень важен. От него зависит очень многое. Так что ты уж там постарайся, а я, в свою очередь, постараюсь потом не обидеть тебя. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду?

– Не очень, – буркнула Надя, но, когда встретилась с удивленным взглядом Семена, тут же улыбнулась и закивала головой, невинно хлопая глазами: – Конечно, понимаю. Что здесь непонятного-то?

– Вот и хорошо. Иди тогда приводи себя в порядок и придешь уже в одном из платьев, чтобы я посмотрел. Ты сегодня прямо на чучело огородное похожа, – вновь с удивлением отметил он. – Давай топай, глаза б мои на тебя не смотрели.

Надежда вскочила с дивана и затравленно огляделась по сторонам.

«Тебе хорошо говорить, иди, – подумала про себя девушка. – Если бы ты мне еще подсказал, куда идти, я была бы тебе очень признательна».

Побоявшись, что снова вызовет нездоровый интерес к своей провалившейся неизвестно куда памяти, Надя вышла из кабинета и пошла по коридору, надеясь, что сумеет найти ту самую комнату для гостей. Она уже прошла половину коридора, как услышала за своей спиной голос Семена.

– Ты куда пошла? Я же сказал, что платья в комнате для гостей.

Надя повернулась на голос и, глупо хихикнув, пробормотала:

– Да я помню, просто задумалась и пошла не туда, куда нужно.

В это время открылась одна из дверей, и оттуда высунулась голова той самой девушки, которую Надя видела на фотографии рядом с собой.

– Ой, привет, – радостно подпрыгнула Надежда. – Ты тоже здесь?

– Женька, ну наконец-то, – подхватила радостное настроение подруги Елена и за руку втащила ее в комнату. У самых дверей Надя бросила счастливый взгляд на Семена и, помахав ему ручкой и улыбнувшись во весь рот, скрылась в комнате.

– Ты где была все это время, рассказывай, – подтолкнув Надю к креслу, возбужденно спросила Лена. – Я чуть не умерла от беспокойства после твоего звонка. Машину твою я отогнала, поставила недалеко от своего дома. Ну, рассказывай, чего молчишь?

– Что рассказывать-то? – осторожно поинтересовалась Надя.

– Как это что? Ты мне такое наплела, я чуть у телефона не рухнула.

Надежда сидела в кресле и глупо улыбалась, не зная, что ответить. Она начала лепетать что-то совершенно невразумительное.

– Я не помню, что я тебе наплела по телефону, знаю лишь одно, что мне нужно найти комнату для гостей, чтобы примерить платье. Мне так тот мужчина сказал. Ведь он хозяин этого дома?

Лена внимательно посмотрела на бледноватое лицо девушки, на ее волосы, пробежалась глазами по застиранной одежде, а потом перевела взгляд на руки. Она увидела, что вместо сногсшибательного маникюра, которым всегда так гордилась Евгения, на руках девушки, сидящей сейчас перед ней, аккуратно подстриженные ноготочки, совершенно лишенные какого-либо лака. Глаза Лены потихоньку расширились до критического размера, когда она наконец сообразила, кто перед ней сидит.

– Мать честная, – ахнула она. – Ты не Женя?

– Вообще-то меня Надей зовут, – смущенно улыбаясь, ответила девушка. – Но меня почему-то упорно все называют Женей. Я что, так сильно похожа на какую-то Женю? А попала я сюда совершенно случайно, меня привезли на машине какие-то два здоровенных парня, насильно вытащив из дома Виктора.

– О господи! – выдохнула Елена и заметалась по комнате. Потом резко остановилась и, посмотрев на Надежду серьезными глазами, проговорила: – Слушай, Надя, я тебе сейчас кое-что расскажу, только не падай, пожалуйста, в обморок.

Глава 10

Евгения лежала на кровати с открытыми глазами и старалась переварить ту информацию, которую с горем пополам ей удалось получить от «тыквы». Женя прокручивала в голове сказанные фразы. Картина вырисовывалась не очень приятная. Женя решила во что бы то ни стало узнать, что задумали ее псевдородственники и каким образом собираются от нее избавиться, если она даст согласие выйти замуж за этого дебила Геннадия. И вообще, зачем им это все нужно?

«Может быть, все дело в квартире? – размышляла Женя. – Или здесь дело посерьезнее? Ладно, поживем – увидим, – пришла к выводу девушка и повернулась на бок. – Что там теперь Семен поделывает? Небось всю свою свору на ноги поднял, чтобы меня искали, – усмехнулась Женя. – Даже если очень захочешь, Сеня, то в этой дыре ты меня никогда в жизни не найдешь. Прости, «дорогой», но мне сейчас не до тебя и твоих нужных людей. У меня сестренка в такой вертеп угодила, что даже я растерялась. А мне ли теряться? Я, можно сказать, прошла и огонь, и воду, и медные трубы…» – Евгения не заметила, как уснула, и проснулась оттого, что услышала странный скрежет у себя за окном. Сначала Женя резко села на кровати, не понимая, что происходит. Потом, когда окончательно проснулась, она сообразила, в чем дело, и, ехидно улыбнувшись, вновь улеглась на подушку. Она вспомнила о том, как ей удалось провернуть трюк с чаем, и затряслась от беззвучного смеха.

Вечером «тыква» вдруг предложила Жене выпить чая с тортом. Девушка сделала вид, что очень удивлена данным предложением, и даже попыталась отказаться. Тетка была сама любезность и практически насильно затащила Евгению на кухню. Та лихорадочно соображала, как ей сделать так, чтобы не пить этот проклятый чай, после которого, судя по подслушанному сегодня разговору, она должна будет уснуть, как убитая. Она медленно ела торт, отламывая ложечкой маленькие кусочки у себя на тарелке, напрочь игнорируя чай.

– Что же ты не пьешь чай, Наденька? – приторно улыбаясь, спрашивала «тыква». Женя, глядя на эту улыбку, отвечала:

– Сейчас торт съем, тогда и выпью.

В это время кот Тимофей прыгнул с окна на стол и опрокинул сахарницу.

– Ах ты, негодник, – замахнувшись на четвероногого проказника, заорала Марья Васильевна. – Что натворил, а? Нет, ты только посмотри, что он натворил, – сокрушенно качая головой, запричитала баба. Она начала ладонью сгребать сахарный песок со стола прямо в сахарницу и наткнулась на ошарашенный взгляд Евгении. – Не пропадать же добру, – пробормотала она, будто оправдываясь. Потом все же отставила сахарницу в сторону и отвернулась к раковине, чтобы взять тряпку и смахнуть все в помойное ведро. Этих мгновений Жене хватило для того, чтобы поменять чашки с чаем. Она осторожно выдохнула, сама удивляясь своей сообразительности. Когда тетка уже смахивала сахарный песок в ведро, Женя смело взяла в руки «свою» чашку и выпила содержимое. Немного погодя, она притворно зевнула и сказала тетке, что пойдет спать.

– Что-то глаза у меня слипаются, – пробормотала девушка и снова распахнула рот в зевке.

– Иди, иди, спи, – кивнула тетка головой и проводила «племянницу» многозначительным и хищным взглядом. Она снова присела к столу и, запихнув в рот кусок торта, запила его чаем, тоже из «своей» чашки. Через час Женя умирала со смеху, слушая рулады храпа, раздающиеся в соседней комнате.

А сейчас девушка лежала на подушке и, злорадно улыбаясь, слушала, как старательно сопит за окном прыщавый Геннадий. Парень, усердно работая отверткой, пытался отвинтить от решетки на окне заржавевшие от времени шурупы. Он вполголоса матерился, проклиная свою неугомонную мамашу.

– Тебя бы заставить здесь пыхтеть. Посмотрел бы я, как у тебя получилось бы. Сама спит без задних ног, аж дом от храпа трясется, а я тут надрывайся. И что неймется старой дуре? На хер мне все это нужно? Мне и так хорошо, – не переставая, ворчал он.

Наконец ему удалось отвинтить все шесть шурупов, на которых держалась решетка, и он, спрыгнув на землю, тихонько, стараясь не шуметь, снял ее с окна и прислонил к стене дома. Так же осторожно он подергал окно и, сообразив, что оно закрыто с внутренней стороны на шпингалет, злобно сплюнул:

– Тьфу ты, мать твою за ногу. Забыл с той стороны шпингалет открыть. Эта ведьма старая теперь съест меня заживо. И решетку так оставлять нельзя. Если Надька завтра увидит, что ее сняли, сразу догадается, для чего я это сделал.

Он взял решетку и снова приставил ее к окну.

– Может, так оставить? – пробормотал он и потрогал, хорошо ли решетка встала в пазы.

«Вроде держится, не упадет», – подумал Геннадий и успокоился. Только он сделал несколько шагов от окна, как решетка покачнулась и упала прямо ему на голову.

– У-уй-й, – взвыл бедолага, хватаясь за травмированное место, даже не заметив того, что окошко тихонечко кто-то прикрыл. Женя стояла в комнате у окна и загибалась от смеха. Когда она увидела, как парень пристраивает решетку, не привинчивая ее, у нее в мгновение ока в голове созрела идея, как можно наказать этого прыщавого негодяя. Она тихо открыла окно и толкнула решетку в его сторону. Как девушка и надеялась, та упала на голову ее «родственничку».

– Я вам здесь устрою, мерзавцы, – прошептала Женя и, закрыв окно на шпингалет, спокойно улеглась на кровать, чтобы продолжить прерванный сон.

На следующее утро, когда она проснулась и вышла из комнаты, чтобы умыться, она увидела сидящего в гостиной Геннадия с перевязанной головой.

– Что это с тобой, дружок? – всплеснула она руками, «заботливо» заглядывая парню в глаза. – Что-то случилось, Гена? – еле сдерживая смех, поинтересовалась девушка.

– Ничего не случилось, – буркнул Геннадий и потрогал бинт на голове. – Пошел в сарай, темно было, вот и ударился.

– На грабли, наверное, наступил? – уже не скрывая своего ехидства, спросила Женя.

– Не твое дело, на что я наступил. Иди куда шла, – огрызнулся парень, не замечая в словах девушки подтекста.

– Ну-ну, – хмыкнула Евгения и, перекинув через плечо полотенце, которое нашлось в Надином шкафу, прошла на кухню, где стоял умывальник. Она брезгливо посмотрела на две зубные щетки с вылезшей наполовину щетиной, которые стояли в граненом стакане. – Живут же люди, – сморщилась она и, выдавив на палец немного зубной пасты, почистила им зубы.

«Нужно как следует посмотреть у Нади в шкафу, может, у нее там есть средства личной гигиены. Не сидеть же мне здесь все время неумытой, как положено?» – подумала Женя и ополоснула лицо ледяной водой. Раньше она никогда этого не делала по утрам, а протирала лицо лосьоном. Лишь когда принимала ванну вечером, она сначала снимала макияж специальным косметическим молочком, а потом умывалась теплой водой без мыла. После того, как выходила из ванной, сразу же наносила на лицо ночной крем, который питал кожу. Сейчас, когда никаких кремов не было, Женя, тяжело вздохнув, вспомнила слова своего косметолога: «Кожу нужно беречь смолоду, чтобы потом не заглядывать в зеркало с ужасом».

– Да-а-а, – протянула девушка. – Я чувствую, что, если пробуду здесь больше недели, ужас мне обеспечен, как пить дать, – проворчала она, разглядывая свое лицо в маленьком зеркале, прикрепленном к умывальнику.

* * *

– Господи, неужели все это правда? – охнула Надежда, глядя испуганными глазами на Лену.

– Вот тебе крест, – размашисто перекрестившись, побожилась девушка.

– Но как же так? – растерянно бормотала Надя. – Я всегда была единственной дочерью у своих родителей.

– Ваша мама умерла, когда вам с Женей всего по пять лет было. А отец еще до этого погиб. После этого вас в детский дом определили.

– Значит, мои родители – это совсем не мои родители? Господи, что ни день, то новости, – простонала девушка.

– Выходит, что так. Тебя, наверное, удочерили после того, как детский дом сгорел, – кивнула головой Алена и посмотрела на девушку сочувственным взглядом.

– Ничего не помню, – нахмурилась Надя. – Значит, у меня есть сестра, близнец? – прошептала она бледными губами. – Я даже не подозревала о ее существовании, а она знала, что я есть? Почему же она не нашла меня? Почему мне пришлось столько времени жить с этими мерзкими людьми?

Елена смотрела на девушку глазами, полными слез, прекрасно понимая ее теперешнее состояние.

– Надь, ты не расстраивайся, это совсем не Женькина вина, так уж получилось. Она тебя искала, честное слово, искала. Вот вы когда встретитесь, она тебе обязательно все расскажет. А если хочешь, я тебе могу рассказать то, что мне известно?

– У меня есть сестра, – снова прошептала Надя, совершенно не обращая внимания на слова Елены. – «А я сошла с ума, а я сошла с ума, какая досада», – глупо хихикнула Надя, вспомнив домоправительницу фрекен Бок из мультика «Малыш и Карлсон».

Лена испуганно посмотрела на девушку и уже открыла рот, чтобы спросить, что с ней, но Надя вдруг заговорила совершенно нормальным голосом:

– А я все голову себе ломала. Почему мне снятся какие-то странные сны? Представляешь, совсем недавно мне приснилось, что я сплю с каким-то совершенно незнакомым мужчиной. Я даже в сонник заглядывала, все искала, к чему такое может привидеться, – рассказывала девушка, глядя на Лену по-детски наивными и чистыми глазами.

Та растерялась, не зная, что ответить, и вдруг задала вопрос, который первым пришел в голову:

– А ты что, еще ни с кем не спала?

– Не-а, – махнула Надя головой в знак отрицания.

– Ну, блин, дела-а-а, – закатила глаза под лоб Елена. – И что же нам теперь с этим делать? Семен ни в коем случае не должен узнать о тебе. Ну, что у Жени есть сестра, иначе… ой, даже не хочу об этом думать, – махнула девушка рукой. – Он тебя быстренько «приватизирует», не успеешь и охнуть. Что же нам придумать, чтобы он не догадался, что ты не Женька? Через два дня вечер в доме у Виталия, и ему вынь да положь непременно Женьку. Из телефонного разговора я поняла, что она сейчас разбирается, что к чему, в доме у твоих так называемых родственников. Ближайшую неделю ее ждать не стоит. Что же нам с тобой делать-то, Надь? – остановившись напротив девушки, задала вопрос Лена.

Надежда неуверенно пожала плечами.

– Не знаю. Можно было бы, конечно, поехать туда и незаметно поменяться с Женей местами, но я ни за что не соглашусь снова остаться в том доме даже на пару дней. Я их боюсь, – тихо добавила она.

– Нет, этого делать как раз и не нужно, пусть там Женька с ними разберется. Уж она-то это сделает как надо, будь уверена. Если ты туда приедешь, то можешь все испортить, – задумчиво проговорила Елена, постукивая себя пальчиком по носу. – Ладно, давай пока отложим все вопросы на потом, а сейчас сиди здесь и жди меня, – скороговоркой вдруг выпалила Елена и выскочила из комнаты с завидной скоростью. Она бегом промчалась по коридору и постучала в дверь.

– Ну кто там еще? Входи, – услышала Лена голос Семена и впорхнула в комнату.

– Семен, это я. Не помешала?

– Чего тебе?

– Мы с Женькой решили в салон красоты съездить, в косметический кабинет сходить, головы в порядок привести, руки, ну и все остальное, – засмеялась девушка, напряженно наблюдая за реакцией мужчины.

– Салон красоты ей действительно не помешает, – проворчал Семен. – Такое впечатление, что она эти двое суток на свалке провела или в мусорном бачке с дворовыми кошками. Езжайте, только телефоны свои не выключайте.

– Конечно, не выключим, не волнуйся. Правда, Женька свой потеряла, она мне сейчас об этом сообщила, когда я ругала ее за внезапное исчезновение. Но она все время рядом со мной будет, можешь не переживать, – улыбнулась Лена. – Я теперь с нее глаз не спущу, обещаю. Так мы поехали? – осторожно напомнила девушка.

– Валяйте, – махнул Семен рукой, и Лена мигом испарилась из комнаты, боясь, что он может передумать. Влетев, точно тайфун, в комнату, где оставалась Надежда, она схватила притихшую девушку за руку и выпалила:

– Поехали, будем приводить тебя в порядок, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что ты – это ты. Тьфу ты черт, совсем запуталась, – сплюнула Лена. – Я хотела сказать, что ты – это Женька.

– А куда ехать нужно? – поинтересовалась Надя.

– В салон красоты. Там из тебя сделают конфетку, и ты тогда совершенно станешь такой же, как твоя сестра.

– Зачем из меня конфетку делать? Мне и так хорошо, – нахмурилась Надежда и отступила на шаг назад. – Странно здесь все у вас как-то. Не поеду я никуда.

Лена, видя, каким настороженным взглядом смотрит на нее Надя, улыбнулась.

– Нет, Надя, ты меня совсем не так поняла. Я хотела сказать, что ты должна выглядеть так же хорошо, как и Женя, тогда никто не заподозрит, что это не она. Поняла?

– Угу, – буркнула Надежда. – Поняла.

– Тогда поехали быстрее, пока Семен не передумал, у него семь пятниц на неделе, а по дороге я тебе все популярно объясню, – таща все еще неуверенную и напуганную Надежду за руку к двери, тараторила девушка. Они вышли во двор, и Лена нажала на брелок сигнализации. Раздался пикающий звук, и хорошенькая «Хонда» приветливо мигнула фарами.

– Это твоя машина? – восхищенно спросила Надя, таращась во все глаза на красивую иномарку.

– Моя, моя, но у тебя еще лучше, – пропыхтела Елена и, открыв дверцу, подтолкнула к ней Надю. – Садись давай быстрее.

Надежда села в салон и потрогала кожу на сиденьях.

– Как здорово, – прошептала она, а потом, вспомнив слова Лены, повернула к ней удивленное лицо. – Лен, а что ты сейчас сказала про то, что моя машина еще лучше? У меня же сроду машины не было, да и водить я не умею.

– Придется научиться, – выруливая за ворота, ответила Лена. – Я, когда сказала, что твоя машина еще лучше, имела в виду Женькин «Патрол». Крутая тачка, и тебе придется научиться ее водить, она сейчас в одном укромном дворике стоит, тебя дожидается, – не отрывая взгляда от дороги, объясняла девушка. – Ты должна во всем соответствовать своей сестре, иначе ничего у нас с тобой не получится.

– А что у нас должно получиться?

– Да есть у меня один планчик, сегодня вечером расскажу, когда домой приедем. Кстати, заодно посмотришь, где твоя сестра обитает, мы после салона к ней поедем, – виртуозно объезжая впереди едущие машины, говорила Лена. – Хорошая у тебя сестра, вот увидишь. С ней можно и в огонь и в воду… Она знаешь, как долго тебя искала! А переживала за тебя как… словами и не передать.

– А вдруг я ей не понравлюсь? – наивно поинтересовалась Надя, и от ее вопроса Елена буквально зашлась в хохоте.

– Ты прелесть, Надюша. Я от тебя прямо балдею. Как ты можешь ей не понравиться, вы же с ней, как две горошины? Насколько мне известно, Женька ежедневно смотрится в зеркало, и не раз. По-моему, она в нем видит то, что ей очень даже нравится.

– А-а-а, ну да. Я совсем про это забыла, – кивнула Надя головой и слабо улыбнулась. – Неужели и правда на свете есть точно такая же девушка, как я? Мне даже не верится.

– Есть, есть, можешь не сомневаться, – подтвердила Алена. – Я живой тому свидетель. Ты знаешь, Надь, ближе Женьки на этом свете у меня никого нет, с некоторых пор. Мне самой не верится, что вас теперь двое. Надеюсь, что с тобой мы тоже обязательно подружимся.

– Надеюсь, – вздохнула Надя и прикрыла глаза. Она решила, что не стоит сейчас сопротивляться событиям, которые обрушились на нее, как снег на голову. – Что бог ни делает, все к лучшему, – прошептала она.

Глава 11

Марья Васильевна проснулась далеко за полдень и недоуменно посмотрела на часы.

– Что это я разоспалась так сегодня? – проворчала баба и смачно зевнула. Она еле-еле сползла с кровати, перенося на пол сначала одну ногу, а потом вторую. Уже сидя, она поправила свой необъятный живот и, хватаясь за спинку кровати, наконец встала. Взяв со стула безразмерный халат, она натянула его на себя и поплелась на кухню. Тетка буквально застыла на пороге, когда увидела сидящую за столом племянницу, которая с завидным аппетитом уплетала яичницу с ветчиной.

Раньше Надя никогда не позволяла себе таких вольностей. Тетка приучила девушку к тому, чтобы та ждала, пока она сама не позовет ее есть. Чаще всего она просто приносила девушке еду в комнату, чтобы та не таращилась, что она ест сама. А хорошо покушать Марья Васильевна любила и ни в чем себе не отказывала. Ветчинку, сырокопченую колбаску и рыбку горячего копчения она покупала исключительно для своей персоны, и даже Геннадий спрашивал разрешения на эти продукты. Сейчас, когда девушка с таким аппетитом уплетала ее ветчину, Марью Васильевну чуть родимчик не хватил от злости.

– Тебе кто разрешил брать мои продукты! – рявкнула она. – У меня желудок больной, у меня… специальная диета.

– Да ну? – округлила Женя глаза. – А я всегда думала, что с больным желудком положена молочная диета. Там в холодильнике каша стоит, вот и позавтракай. Очень полезно по утрам кашу есть.

– Это не твое дело, чем я буду завтракать. Ты что это себе позволяешь, Надька? Ты почему себя так ведешь? В психушку захотела?

– А не слишком ли часто ты пугаешь меня этим заведением? В чем дело? Я что, часто бываю пациенткой психушки? Что уставилась, как баран на новые ворота? – рявкнула Евгения на застывшую бабу. – Отвечай.