Ты и только ты Хисамова Лилия
— На колени! — повторяет команду с нажимом.
Я стою как парализованная. Хочется возразить что-то, но я не могу. Я превратилась в безвольную куклу. Именно так на меня действует страх. Больше не геройствую и, смотря исключительно в пол, опускаюсь на колени. Проходит секунда, вторая. Тишина давит на меня, невидимыми щупальцами скручивая всё внутри. Замираю от звука тяжёлых приближающихся шагов, как узник перед казнью.
— Сделай мне минет, — встаёт рядом, и я теряюсь под его всепоглощающей энергетикой.
Сначала подумала, что мне послышалось! Нет, не могло! Это слово ни с чем нельзя спутать! Он что, действительно хочет, чтобы я сделала это?..
— Медленно соображаешь?
Каждая его фраза действует на меня, как удар плёткой.
Жёсткий тон! Ледяная интонация! Это тебе не Артур с его пропитым писклявым голосочком. Со сводным братом я никогда подобного страха не испытывала. А стоит Рафу заговорить со мной, ужас моментально продирает до костей.
Не произнося ни звука, стягиваю ему брюки до колен и дрожащими пальцами касаюсь твёрдого члена. А затем растерянно замираю.
Нужно было как-то подготовиться. Я ведь не думала, что придётся брать в рот. Я, конечно, про минет раньше слышала. Не из леса же вышла. И фильмы смотрела, и книжки читала, и одноклассницы на переменах о своих первых сексуальных похождениях рассказывали. Но никогда даже в своих самых откровенных фантазиях не представляла, что однажды мне придётся делать что-то подобное с мужским органом.
Раф одобрительно гладит меня по волосам и понижает голос до шёпота.
— Возьми его крепко в руку и для начала просто оближи, — проговаривает спокойным ровным тоном.
Не сопротивляюсь и послушно обнимаю ладонью его член.
— Оближи, — повторяет уже грубее.
Член в моей руке дёргается, и я стискиваю его сильнее. Облизываю крупную головку бледно-розового цвета, затем прохожусь языком по всей длине твёрдой мужской плоти. Нежно ласкаю каждый сантиметр его ствола и ощущаю, как он продолжает увеличиваться в размерах. Только я подумала, что делаю всё правильно, как Раф грубо забирает член из моих рук и начинает водить им по моим губам. А затем, как будто подразнивая, бьёт меня ставшим уже на ощупь каменным пенисом по обеим щекам.
Это так странно и необычно. Абсолютно новые для меня ощущения.
— Возьми глубоко в рот, — даёт новый приказ.
На багровой головке блестят крупные прозрачные капли. Неторопливо губами прикасаюсь к ней, языком слизывая соки его возбуждения, а затем, осмелев, вбираю в себя и ствол.
— Хорошо, — слышу, как мужское дыхание утяжеляется, — дальше я сам.
Не дав мне привыкнуть, Раф начинает ритмично двигаться, проникая с каждым толчком всё глубже, доставая до самого горла. У меня моментально появляется рвотный рефлекс, и я кашляю. Он тут же вытаскивает член из моего рта и даёт мне отдышаться.
— Раньше брала в рот? — в грубом голосе слышится эхо цинизма.
Отрицательно мотаю головой.
За кого он меня принимает? Сам же заказывал девственницу! Неужели наивно ожидал получить невинную девушку, которая умеет идеально делать минет и при этом осталась нетронутой?
— Оближи мне яйца, — грубо хрипит сверху.
И я вновь бесприкословно повинуюсь. Крепко сцепляю пальцы у основания твердого ствола, приподнимая его вверх. Вбираю в себя одно яичко и перекатываю его на языке. Затем интенсивно облизываю, покрывая своей слюной. Мои движения кажутся неуверенными и неловкими. Но Раф стоит неподвижно. Поэтому я принимаю его молчание за одобрение. Если не ворчит, значит я всё делаю правильно. Осмелев, беру в рот второе яичко и повторяю те же движения.
Решаюсь быстро взглянуть на его реакцию. Любопытство съедает меня изнутри. Трудно понять, о чём думает этот человек. Краем глаза, стараясь оставаться незамеченной, вижу, как он запрокинул голову вверх, а его ноздри тяжело вздымаются при дыхании.
— Ждёшь своего наказания? — фраза бьет кувалдой по голове.
Забываю, как дышать.
Раф заметил! Увидел, что я подглядываю за ним. И сейчас на меня обрушится кара небесная.
Он берёт член в свою ладонь и, не дав мне опомниться, второй рукой давит мне на щёки, заставляя раскрыть рот шире. А затем сразу резко проталкивается внутрь. Огромная головка упирается мне прямо в горло. Становится трудно дышать. От испуга я громко вскрикиваю. Но Раф не обращает внимания и, вцепившись мёртвой хваткой в мои волосы, полностью обездвиживает, а потом начинает таранить мой рот своим огромным фаллосом.
Слюна вытекает изо рта, не переставая и падая мне на грудь. С каждой моей попыткой отклониться силач только крепче прижимает меня к себе. Из глаз брызгают слёзы, дышать становится всё труднее. Раф это замечает и даёт очередную команду:
— Дыши носом.
Он и не думает сдерживаться: берёт меня, как желает. Хочется вскрикнуть, но все попытки заглушаются влажными хлопающими звуками, с которыми его член скользит во мне. Я пытаюсь указать на свои предпочтения и показать, что мне нужно больше времени, чтобы привыкнуть. Но мужчина не понимает моих намёков или просто не хочет, продолжая грубо вбивать член мне в рот. Твердый, жеский, как будто это не живая плоть, а настоящий металл.
Пальцами цепляюсь ему в бёдра, чтобы не потерять равновесие, и позволяю трахать себя в рот. Сопротивление бесполезно. Остаётся только терпеть, когда это истязание закончится.
Проходит минута, другая. Время тянется как резиновое. И в один момент я вдруг чувствую тёплую влагу во рту, которая струёй проникает мне до самого горла. Мощное тело вибрирует, и я слышу громкий животноподобный рык.
— Глотай всё до последней капли, — шепчет он, сбивчиво дыша.
Его хватка ослабляется, и я, наконец, могу нормально дышать. Послушно всё проглатываю. Вязкая жидкость имеет солоноватый привкус. Мне хочется поморщиться от неприязни, но я из последних сил сдерживаю эмоции, боясь разозлить и без того разъярённого зверя.
Осторожно вытаскиваю уже обмякший член изо рта, испытывая жуткий дискомфорт. Впервые за весь вечер мне не хочется больше смотреть на этого мужчину. На душе мерзко и противно. Была бы возможность, я бы, не думая, тут же сбежала, чтобы больше никогда не видеть Рафа и стереть из памяти эти жуткие воспоминания.
— Встань.
Медленно поднимаюсь, глядя исключительно на кончики пальцев своих ног. На какое-то мгновение мы замираем друг напротив друга. Я слышу его дыхание прямо над собой, но он молчит и абсолютно ничего не делает. Интуитивно догадываюсь, что Раф с интересом рассматривает моё тело. Потому что в следующий миг его горячие ладони опускаются на мои плечи, и он медленно снимает с меня платье, оставляя в одном белье.
— На кровать, — тон его голоса остаётся жёстким и повелительным.
Мои ноги как ватные. Тело до сих пор дрожит, а голова кружится, как будто я только что проехала круг на американских горках. Но быстро собираюсь и делаю шаг, чтобы оказаться возле огромного ложа, где аккуратно заправлено белое постельное бельё.
— Ложись.
Согласно киваю. Ни о чём не думаю и действую как автомат. Сначала настороженно присаживаюсь на край, а затем медленно опускаю голову на подушки. Мягкая ткань шёлкового белья приятно ласкает моё оголённое тело. На миг с наслаждением прикрываю глаза. Но Раф не даёт мне возможности расслабиться. Не терпящий промедления, он сразу же устраивается рядом. Матрас проседает под его немалым весом, и я, ощутив жар мужского тела, съёживаюсь от нашей близости.
Мужчина широко раздвигает мне бёдра таким хозяйским жестом, словно я безоговорочно принадлежу только ему. Я моментально краснею от стыда и закрываю глаза.
Собственно, чего мне ожидать от этого варвара? Он явно не привык церемониться с женщинами. И берёт всё, что хочет, с видом повелителя жизни.
Его рука уверенно скользит по моему бедру и останавливается на эластичной материи трусиков. Огромной ладонью Раф накрывает всю мою промежность и начинает грубо сжимать половые губы. Я издаю что-то среднее между стоном и криком. Мне больно, но в тоже время я чувствую отголоски какого-то сладкого ощущения внутри живота. Никогда раньше я ничего подобного не испытывала. Мне хочется, чтобы он продолжал эту пытку, потому что она предвещает нечто очень приятное.
Отодвинув узкую кромку стрингов, мужские пальцы скользят внутрь и пощипывают меня за клитор. Перед глазами всё темнеет, и я уплываю в бездну, ощущая необъяснимую дрожь во всём теле. Разум полностью отключается. Мною начинают руководить какие-то животные инстинкты. Забыв, где и с кем нахожусь, я просто получаю удовольствие. Но где-то в глубине сознания внутренний голос шепчет, что это лишь приманка, которая загонит антилопу прямо в лапы к голодному льву.
Глава 10. Раф
Бокс научил меня смирению.
Я выбрал один из самых жёстких видов спорта, который больше всего похож на реальную жизнь.
Ринг не прощает ленивых и слабых, он их сурово наказывает!
Моё паршивое детство закончилось, когда отец практически у меня на глазах убил мать и сестру. Я вырос в детдоме, где каждый день был наполнен борьбою за жизнь.
Я боролся с собственными демонами. С детьми, которые находили забавным травить забитого мальчугана. С воспитателями, которые пытались меня сломать и подстроить под их грёбаную систему.
В моём сердце обосновалась пустота, и я постоянно искал способ заполнить её, наделить её смыслом и чувственностью. А когда не получал ожидаемого результата, взрывался и выпускал наружу свой бурный темперамент.
Из-за моих постоянных неконтролируемых вспышек агрессии меня отдали в бокс. Тренер настоял. Сказал, что обуздает дикую энергию, направив её в нужное русло, и научит меня самоконтролю.
Говорят, человек может испытывать только один вид боли за раз. Гнетущая пустота в моём сердце от потери близких убивала меня изнутри, а тренировки, за которыми следовали гематомы, растяжения, а зачастую и переломы костей, помогали мне забыться. Физическая боль перекрывала душевную. Но ненадолго. Она постоянно возвращалась и тенью следовала за мной по пятам.
Поначалу я доводил себя до изнеможения, позволяя соперникам молотить моё тело до потери чувствительности. Моя кожа стала твёрдая, как броня, и я перестал ощущать боль. Но удовлетворение всё никак не приходило.
Однажды на тренировке мне дали новичка. Хилый дрыщ решил заняться спортом для крутых парней. Как самого слабого его отправили на ринг ко мне, посчитав, что наши силы равны. Но с первого же моего апперкота дохляк, кривясь от боли, грохнулся на пол.
И это стало для меня переломным моментом!
Я увидел его боль. Почувствовав её буквально физически, я ощутил, как внутри меня что-то взорвалось и разнеслось теплом по кровеносным сосудам. На короткий миг тело накрыла блаженная эйфория, заставив забыться.
Со временем, подавив в себе человечность, я стал профессионально ставить защиту и отправлять соперников в нокаут с одного меткого удара. Бокс научил меня не только бить, он научил меня правильно держать удар.
Во мне не было ни капли жалости. Вкладывая всю свою долбанную агрессию в боксёрскую грушу, я нарастил мускулы и отработал чёткие профессиональные удары. Победа шла за победой. Сам не заметил, как взлетел. Подписал контракт с агентством, попал в руки к профессиональному тренеру, и вот я уже звезда, мать вашу. Развлекаю публику, молотя кулаками перед камерами.
Теперь у меня бабла немерено, жируй, как хочешь.
Я изменился до неузнаваемости. И эти изменения не сделали меня лучше.
Я чёртов садист и получаю кайф, только когда наблюдаю за чужими страданиями. И мне наплевать, что об этом думают остальные.
Это мой грёбаный фетиш! И я живу ради этих моментов.
Но квасить профессионального боксера, всё равно что бить безжизненный мешок. В ответ не получишь никаких эмоций. Мы роботы с чётко отработанными движениями, как в танце.
Поэтому садизм перешёл в мою сексуальную жизнь.
Нет, я не избиваю женщин. Никогда не поднимал на них руку. Но я кончаю, как обдолбанный наркоман, при виде боли на лицах шлюх.
Завожу себе временных кукол, вожу их в БДСМ-клубы, где жёстко прописаны правила, и каждый, кто туда приходит, соглашается играть по ним. Там я и трахаюсь себе в удовольствие, исповедуя садо-мазохистский секс.
Обычный трах меня не вставляет. Я даже кончить не могу нормально.
Какое-то время Дэн поставлял мне элитных шлюх, а узнав о моих наклонностях, жадный до денег ушлёпок предложил девственниц за двойную цену. Я взял одну, потом другую. Но кайфа не получил. Да, им больно при первом проникновении, но эта боль не длится долго. Крутясь своими узкими щелками на моём члене, они начинают получать кайф и стонут от восторга, моля о добавке.
Возможно, я долбаный уёбок, но я ненавижу женский оргазм. Потому что это пик наивысшего телесного наслаждения. А я трахаю баб не ради их удовольствия.
Послал Дэна и его тупых шлюх на хер. Вернулся в клуб, где легко найти “нижних”, знающих в чём смысл БДСМ и играющих свою роль по правилам.
Но эта целочка меня чем-то зацепила. Её образ обёрнут в мантию какой-то тайны, а бездонные голубые глаза укрывает пелена волнения и испуга. Глядя в них, я вижу перманентный страх и боль.
А это именно то, что я ищу и с нетерпением жажду вобрать в себя без остатка, до самой мелкой капли. Как голодный вампир высасывает жизненную энергию из своей жертвы.
Она сказала, её зовут Ева.
Ева…
Пробую имя на вкус, мысленно повторяя его несколько раз.
При виде лежащей полуголой девчонки меня моментально накрывает бешеное желание трахаться.
Но Ева слабая. Из-за своего страха она постоянно забывает о правилах. И мне, блядь, придётся напомнить ей, за что она сегодня получила деньги.
Я поднимаюсь с кровати и иду к трюмо.
Эта спальня — место, куда я привожу одноразовых шлюх. И здесь же храню все принадлежности для хорошего садо-мазохистского траха.
— Сними с себя бельё.
Девчонка вздрагивает от каждой моей фразы, но тут же подчиняется. Я достаю из верхнего ящика насадку на член в виде кольца с шипами и иголками из твёрдого пластика и тонкую красную ленту. Избавляюсь от футболки и возвращаюсь к кровати.
Ева лежит неподвижно. При виде идеального обнажённого женского тела на белом белье член начинает разбухать от возбуждения. Пальцами дотрагиваюсь до её тонкой лодыжки и чувствую, как хрупкое тело покрывает лёгкая дрожь. Девчонка, с силой зажмурившись, кусает губы, пытаясь побороть свой испуг. А я с наслаждением прикрываю глаза и шумно втягиваю воздух.
Страх…
Дикий ураган разрастается внутри грудной клетки. Сердце бьётся как ошалелое. Резким движением хватаю стройные ножки шлюхи, заставляя её широко раздвинуть колени в стороны. Кожа девчонки на ощупь как арктический лёд, а миловидное личико уже белее мела.
Устраиваюсь между её бёдер и даю команду:
— Подними руки.
Завязываю тонкие запястья крепким узлом. Опустив её руки на подушку, замечаю, как она сжала их в маленькие кулачки. Девчонка будто не дышит совсем. Замерла в напряжении.
Глядя на её гладко выбритую киску, я натягиваю кольцо до основания. Опытным шлюхам оно может доставить крышесносный оргазм, массируя стенки влагалища при проникновении. В то же время для девственницы это кольцо станет орудием пыток. Острые зубчики будут натирать края кровоточащих ран после разрыва плевы и усиливать болевые ощущения.
Начинаю надрачивать себе член, ощущая, как ствол в моей руке быстро становится твёрдым. Предвкушая момент блаженства, опускаюсь ниже. Стальными пальцами, как клещами, вцепляюсь в её лодыжки, заставляя обвить ноги вокруг себя. Останавливаюсь на секунду, перед тем как вонзить член в девственную вагину.
Глава 11. Ева
У меня очень низкий порог чувствительности. Порой я могу расплакаться, лишь слегка уколовшись острым предметом. Мама долго этого не признавала, считая, что я всё преувеличиваю и просто ищу жалости, разводя истерики на ровном месте. Но со временем поняла, что я не вру, и стала заботливо ограждать меня от всего.
Я тяжело переношу боль.
Поэтому всегда стараюсь быть излишне осторожной, чтобы ненароком не удариться. Когда отчим бил меня ремнём, каждый его удар был сравним с прикосновением раскалённой стали. Моя кожа пылала, как в аду. Я мысленно погружалась в себя, стараясь не думать о том, что происходит. Теряла связь с реальностью, чтобы хоть как-то пережить лютый кошмар.
И сейчас, когда огромное мужское тело, состоящее из тонны железобетонных мышц, опускается всё ниже, я чувствую, как меня накрывает паника. Не успеваю моргнуть, как Раф тут же нависает и вновь внимательно разглядывает меня. Его тяжёлое дыхание на моём лице. Его жар опаляет мне кожу как пламя огня. Тело напрягается, и я непроизвольно обхватываю мощный торс ногами ещё крепче.
Зажмуриваюсь сильнее, потому что не хочу больше видеть этого мужчину. Мне кажется, если я полностью отключу своё зрение, то мне удастся исчезнуть отсюда. Испариться. И тогда этот страшный сон наконец закончится.
Находясь под действием паники, моё тело активизирует все свои защитные функции. А интуиция громкой сиреной вопит о надвигающейся опасности.
Ведь я видела!
Краем глаза снова подглядывала за ним.
Когда буквально на долю секунды я приоткрыла глаза, то заметила, как Раф, открыв один из ящиков трюмо, достал оттуда помимо ленты какой-то круглый предмет, обрамлённый острыми шипами. С виду он похож на массажёр для рук. У меня был такой в старших классах. Когда пальцы уставали много писать, я сжимала его в ладони, давая пластиковым шипам впиться в кожу для снятия напряжения.
Но вряд ли предмет на теле Рафа является обычным массажёром. Боюсь даже представить, для чего он собирается использовать эту круглую штуку.
Раф шлёпает уже ставшим твёрдым членом по моему подрагивающему животу, и я вскрикиваю от неожиданности.
— Трахать буду жёстко, — предупреждает.
Мои конечности леденеют от страха. Вдохнуть не успеваю, как его огромный член оказывается возле моей промежности.
Замираю. Сейчас это случится…
Пульсирующая головка оказывается у самого входа. Раф не спешит и сначала надавливает ею, растягивая вход. Плавно, не торопясь, вводит член внутрь. Спустя мучительно долгое мгновение продвигается ещё глубже.
В какой-то момент меня пронзает адская боль, словно моё нутро насадили на острый осиновый кол. Внутри всё простреливает опаляющим огнём. От дикой боли я начинаю безудержно орать, надрывая связки.
Раф делает резкий толчок и окончательно рвёт мою девственную плеву в клочья. Твёрдый стержень, будто сделанный из стали, растягивает стенки моего влагалища до предела. На короткий миг он выходит, а потом снова удар бёдрами, после которого следует новая волна пронизывающей боли.
Вся скопившаяся за эти дни тревога вкупе с невыносимой болью вырываются разом из груди нечеловеческим криком. Я ору так, что у меня режет глотку, но как ни пытайся, не могу остановится. Раф продолжает долбиться в меня, набирая скорость. И где-то на подсознании проскальзывает мысль: чем больше я корчусь от боли, тем твёрже становится его орудие и тем сильнее он вонзается в меня.
Слёзы градом катятся по щекам. Моё лицо мокрое, словно на него вылили ведро воды. Глаза щиплет. Делаю попытку раскрыть опухшие веки, но перед глазами всё размазывается от слез.
Невозможность видеть усиливает мой страх. Внутри всё горит адской болью. И только мне кажется, что хуже уже быть не может, как приступ усиливается и огненным смерчем проносится по телу, прожигая все мои внутренности. Ещё чуть-чуть, и я просто потеряю сознание от болевого шока.
Тело больше не подчиняется разуму. Инстинкты берут вверх, и я отчаянно бросаюсь в борьбу за выживание. Делаю попытку опустить связанные руки, чтобы оттолкнуть от себя насильника, но Раф реагирует молниеносно: ловит мои руки и прижимает их обратно к подушке.
— Не смей! — заявляет железным тоном и держит мои руки в стальном захвате.
А я радуюсь передышке: на короткий миг изверг остановился, а его орудие пыток покинуло моё тело. С закрытыми глазами поворачиваю голову в сторону и вновь сжимаюсь. Раф злится и в этот раз входит одним резким толчком. Не выпуская мои руки из своего плена, продолжает таранить меня, вбивая со всей силы в матрас.
Я давлюсь всхлипом и опять плачу. В этот раз не кричу, а просто жалобно скулю. Как маленький зверёк, попавший в лапы хищника, из последних сил умоляя о пощаде. Моё тело колотит, а кожа покрылась холодным потом.
Эти страшные муки бесконечны.
Но Раф, как сошедший с катушек, продолжает вдалбливаться в меня, ритмично ускоряясь. Мужчина тяжело дышит и громко стонет. И стоны его красноречиво выражают удовольствие. Понимаю, что оказалась в ловушке настоящего садиста.
Он монстр! Извращенец! Чудовище!
Секс с ним — это адская пытка.
Страдания и боль вихрями крутятся перед глазами, затягивая меня в омут беспросветного ужаса. Сердце от безысходности разрывается на части.
Сколько мне ещё терпеть?
Как можно остаться в здравом уме, пережив такое?
Но ничего уже не изменить и время вспять не повернуть, остаётся только ждать. Ведь у всего есть конец. И издевательства этого безумца над моим телом должны скоро прекратиться.
Раф делает мощный толчок, после которого мою промежность начинают резать острые шипы. Ещё один удар, и рваный всхлип вырывается из сухого горла. Кажется, что меня режут изнутри ножом. Никогда мне не приходилось испытывать боль такой силы.
Влагалище горит, словно меня одновременно протыкают тысячами иголок. Тело чудовищно ломит. Я больше не могу бороться. Ресурсы моего организма иссякли. Меня выпили до дна, и жизнь покинула немощное тело. Конечности немеют, судороги сковывают мышцы, и я чувствую, как падаю в спасительную темноту, теряя сознание от болевого шока.
Глава 12. Раф
Ритмично долблю узкую киску, испытывая неземной кайф.
Эта девчонка — нечто!
Я уже давно не видел такой охренительной реакции на боль. На прекрасном личике застыл панический ужас. А её крики ласкают мой извращённый слух.
Хрупкое тело подо мной страдает от грёбаной адской боли.
Как же хорошо…
Да…
Сердце в груди забилось, наполняя меня жизнью. Приятное сладкое томительное тепло разносится по сосудам.
Счастье… Блаженство…Экстаз…
Ещё…
Хочу ещё…
Дурею от кайфа.
Эйфория растекается по всему телу.
Балдею. Насаживаю её маленькую щёлку на свой член и тону в райском океане счастья.
Хочу ещё.
Мне мало.
Вхожу до предела и кольцо на основании ствола начинает потрошить кровоточащие раны у входа.
Крик ужаса застывает в моих ушах.
Да…
Да…
Ещё…
Буду драть шлюху, пока не кончу. Жёстко. Беспощадно. Дико.
Чувствую, как мощный оргазм подступает к концу члена. Долблюсь сильнее. Теряю связь с реальностью. Мне так кайфово, что я отпускаю себя и просто, блядь, улетаю в космос.
В последний момент успеваю вытащить член и направляю густую струю на плоский животик шлюшки. Сжимаю ствол, усиливая оргазм. Глаза сами закатываются от удовольствия.
Да…
Охереть, как круто.
Проходит миг, другой.
Нехотя открываю глаза и делаю глубокий вдох.
Меня вновь накрывает пустота и одиночество. Вот она, мать вашу, реальность.
Упираю свой влажный лоб в Евин и сдавленно шепчу:
— Хорошая девочка.
Она лежит безвольной куклой подо мной. Никак не реагирует.
Блядь, отключилась, что ли?
Проглатываю маты и сжимаю кулаки. Доигрался, блин. С неподготовленными нужно быть мягче. Думал, она, как остальные, быстро привыкнет к большому размеру и кончит с диким оргазмом. Но Ева оказалась мягкотелой.
Прикасаюсь к сонной артерии на тонкой шее. Прощупываю пульс. Есть, но слабый.
Выдыхаю. Девчонка, значит, в обмороке. Ладно хоть живая.
Чувство, будто я надругался над ангелом. Испортил невинное создание, вонзив в неё свой член. Но, бля, как же это было круто.
Неподдельные эмоции подкупают. Давно я такого не видел. Да и видел ли вообще?
Ева — моя бесценная находка.
Садист во мне ликует.
Какое-то время сижу неподвижно и любуюсь красивой куклой, лежащей без сознания. От зародившейся мысли в моей обдолбанной башке сам не заметил, как расплылся в улыбке.
* * *
Спал как младенец. Будто пилюлю проглотил для расслабления. После секса напряжение как рукой сняло. Хотелось, конечно, продолжения, но думаю, что Еве впечатлений для одной ночи было предостаточно.
С утра энергии во мне хоть ложками черпай. Через час Борзой ждёт на тренировку. Поэтому надо уладить всё с Евой как можно скорее и выезжать.
Открываю дверь в спальню и натыкаюсь на полнейшую тишину.
Сажусь на край кровати. Замираю и молча наблюдаю, как Ева спит. Взгляд опускается на бордовые следы крови на белой простыне. Жёстко я вчера разорвал её целку. Взял как шлюху матёрую, забыв, что она была не тронутая.
Вытрахал грубо. Но по-другому я и не умею.
А девка слабая совсем.
Мысли вихрятся в голове. Правильным поступком было бы вызвать ей врача, а потом отвезти обратно. Но, блядь, я никогда не поступаю правильно. А Ева вчера меня поразила. Поэтому отпускать её пока не хочу.
Чудеса прямо. Не помню, чтобы такой кайф от секса испытывал раньше. Она уделала всех опытных шлюх, в которых побывал мой член.
Маленькая хрупкая девственница. Подумать только!
Хочу снова завалить её и трахнуть.
Пусть только очухается, и обсудим с ней все условия.
Опять её разглядываю.
Миниатюрная тоненькая фигурка будто из хрусталя литая. Круглое личико, ровный носик, розовые губы… Этому пухлому ротику в моём развратном воображении я уже ни раз за прошлую ночь дал хорошее применение.
Её грудь опускается и поднимается в такт дыханию. Тонкая ткань, которая служит одеялом, приспустилась и открыла передо мной сочные вершинки соблазнительных упругих титечек.
Член в штанах начинает твердеть. Опять секса жажду. Бля, как не вовремя.
— Ева, просыпайся! — приказываю резко.
Её веки дёргаются, будто она силится их открыть.
— Просыпайся! — повторяю.
Для пущего эффекта кладу руку на её оголённую грудь и с силой сжимаю мягкое полушарие. От моего жеста она резко распахивает глаза.
Ну слава небесам.
— Так лучше. Вставай.
Еле в себя приходит. Часто ресничками хлопает.
Глядя на её хилое состояние, понимаю, что рано ещё трахаться. Ева не готова. Надо дать девчонке время, чтобы оклемалась. А то взгляд стеклянный, будто направлен в никуда. Если я сейчас спущу штаны и покажу ей свой стояк, она опять в обморок грохнется.
— Душ за соседней дверью. Потом сразу спускайся вниз. Вопросы есть?
Зыркает на меня с таким видом, будто я ей предложил переехать жить на северный полюс.
Девчонка в полном ступоре!
Может, пытается вспомнить, кто я и как она здесь со мной оказалась? Прищуривается. Взглядом по мне скользит. Вверх, вниз. Косится на мой пах, который уже нещадно так набух и стал выше Эвереста. За секунду выражение её лица меняется, и в нежных голубых омутах начинает полыхать страх.
— Два раза повторять не буду, — добавил с угрозой в голосе. — Через двадцать минут чтобы была внизу. Разговор есть…
Убедившись, что она согласно кивнула, поднимаюсь и покидаю комнату.
Глава 13. Ева
Прихожу в себя мучительно долго.
Читать бесплатно другие книги:
