Прятки с тенью Александрова Наталья
– Ладно, я тогда попозже зайду.
Я закрыла дверь гримерной, развернулась…
И застыла на месте, не веря своим глазам.
Прямо передо мной с идиотской улыбкой стоял Генка.
Мой, с позволения сказать, муж. Я закрыла глаза и потрясла головой, чтобы видение исчезло. Ну, переутомилась, работала много, вот теперь и мерещится всякая гадость. Но когда я с осторожностью приоткрыла глаза, Генка никуда не делся.
– Жанночка! – проблеял он жалким, заискивающим голоском. – Как хорошо, что я тебя нашел! Какая удача!
– Не вижу в этом ничего хорошего, – ответила я, когда ко мне вернулся дар речи.
Я внимательно оглядела моего бывшего муженька.
Надо сказать, выглядел он не лучшим образом.
Весь какой-то помятый, потертый, небритый, костюм такой, как будто он спал в нем неделю не раздеваясь, а самое главное – в его взгляде не было обычной Генкиной самоуверенности. И наглости тоже не было. Но меня это не обрадовало.
– Что случилось? – осведомилась я холодно. – Почему ты вернулся из Америки?
– Ты понимаешь, Жанночка… – залепетал он и сделал робкий шажок в мою сторону, – я понял, что только ты по-настоящему понимала меня… то, что было у нас с тобой, – это подлинное, настоящее чувство, которым нельзя разбрасываться…
С каждым словом его голос креп, в глазах проступала прежняя уверенность. Он сделал еще один шаг ко мне, взял меня за руку, заглянул в глаза…
Говорить Гена всегда умел, этого у него не отнимешь, но только я теперь стала совершенно другим человеком. После графа Калиостро ни его льстивые слова, ни его взгляды на меня совершенно не действовали. Слабоват Гена по сравнению с графом Калиостро, уж это точно! Куда ему против старика!
– В чем дело? – спросила я сухо и сбросила его руку. – Что, твоя старая приятельница тебя бортанула?
– Ну, Жанночка, зачем ты так? – залепетал Гена, снова сникая, как проколотый воздушный шарик. – Зачем ты напоминаешь о ней в такой прекрасный миг? Мы снова с тобой, мы снова вместе, давай же забудем все недоразумения…
– Значит, бортанула, – уверилась я. – Прости, дорогой, но кто тебе сказал, что мы вместе? Разве мы можем быть вместе после того, как ты встретил меня в Америке?
– Ну, Жанночка, что было – то было, но это давнее дело, к чему его теперь вспоминать… знаешь, как говорят: кто старое помянет, тому глаз вон!
– А кто забудет – тому два! – вставила я. – Кстати, как ты меня нашел?
– Ну, я искал тебя по всем каналам… на твоем канале меня послали, на «Канале-плюс» Таня Бочкина сказала, что кто-то видел тебя здесь, на киностудии.
Опять эта Танька Бочкина. Ну вот что я ей плохого сделала? Зачем она напустила на меня Генку?
И тут мне пришло в голову, что бывший муженек появился на моем горизонте очень вовремя: я как раз думала о том, как бы получить развод, а тут такой удобный случай. Важно только не дать ему понять, что я от него завишу, а то он снова возьмется за старое…
А Генка тем временем не унимался:
– Это все она, Алиса! Она подчинила меня своему влиянию, обманула меня, выпотрошила и выбросила, как ненужную вещь, как стершийся коврик у двери! Она обещала мне златые горы, а сама оказалась совсем не той, за кого себя выдавала! Ты, только ты поймешь меня, потому что мы с тобой сейчас товарищи по несчастью…
– И почему мне тебя совершенно не жалко? – проговорила я и взглянула на часы. – Извини, Гена, но я тороплюсь.
Визит к Майке придется отложить, все равно этот урод поговорить не даст.
– Ну, зачем ты так? – повторил он обиженным тоном. – Жанночка, поедем к тебе, посидим, поговорим спокойно…
– Ко мне? – переспросила я. – Ко мне – это куда? Ты не забыл, дорогой, что по твоему наущению я продала квартиру – единственное, что у меня было ценного. И кстати, перевела тебе деньги, а куда они делись? Алиса уперла их у тебя или же ты сам вложил их в сомнительное предприятие и они пропали?
– Прошу тебя, не будем об этом! – простонал он. – Мне так плохо… Я устал от перелета и вообще… Поедем к тебе… – взмолился он, – ведь ты где-то живешь…
– Нет, Геночка, я теперь лицо без определенного места жительства! Короче – бомж! Живу под мостом, если очень повезет – ночую в теплом подвале… но там, знаешь, не всегда есть свободное место, бомжей много, а подвалов мало…
– Ты шутишь! – догадался Гена.
– Шучу? – я подняла брови. – Такими вещами не шутят! Ведь ты сам нашел ту тетю, которая купила мою квартиру, – кажется, это была твоя родственница? Она меня с деньгами нагрела, но и то, что мне удалось получить, я выслала тебе. Так что никаких шуток, Гена, – я теперь действительно бомж! Кстати, ты можешь попробовать поговорить с этой твоей родственницей, может быть, она к тебе будет более благосклонна и вернет квартиру…
– Нет, там ничего не выйдет… – пробормотал он, опустив взгляд.
Из чего я тут же сделала вывод, что там он уже побывал и эта Верка Карасева не стала с ним даже разговаривать. Что ж, Гена, тебе в жизни встретилась только одна идиотка, больше так не повезет…
– Ну так все же, – снова завел он, – ты не можешь меня просто так выставить на улицу… мы ведь с тобой женаты!
– Почему-то тебя это не остановило, когда ты выставил меня на улицу в Америке… а впрочем, ты прав: мы действительно пока женаты, и с этим что-то нужно делать! Поехали!
У него снова загорелись глазки, и он бодрым козликом поскакал за мной.
Через полчаса мы были все в той же квартире, куда меня пустил Федин шеф.
Увидев эту квартиру, Гена оживился. Он ее моментально обошел и, вернувшись на кухню, заявил, потирая руки:
– Ну, конечно, не дворец, но жить можно! Кое-где подремонтировать…
– Флаг в руки, барабан на шею! Только если ты думаешь, что я тебя пущу сюда просто так, то ты ошибаешься!
– Ты – моя жена, – тут же выпалил Гена, – и все имущество у нас общее! И вообще, неужели ты выгонишь меня на улицу?
– Да запросто! Но вообще, есть условие, при котором я тебе позволю здесь пожить. Потому что квартира съемная, но оплачена на год вперед, – на всякий случай соврала я.
– Какое?
– Подпишешь все документы, нужные для развода…
В Генкиных глазах появилось характерное выражение, какое бывало у него, когда он рассчитывал выгоды и потери. Что-то вроде встроенного калькулятора.
– А зачем тебе развод? – проговорил он после нескольких минут интенсивных подсчетов. – Тебе что, так плохо?
– Плохо, – ответила я, глядя ему прямо в глаза. – Так что имей в виду, если не подпишешь – на порог не пущу!
– Ну, прямо даже не знаю… – мялся он.
– Ну, тогда выметайся отсюда к чертовой матери!
– Нет… не надо… ладно, я все подпишу… при условии справедливого раздела совместно нажитого имущества! – и он незаметно окинул взглядом квартиру. Ничего не нашел для себя интересного, но все равно упрямо сжал рот.
– Ну, разумеется! – ответила я с широкой улыбкой, представив, как после моего отъезда сюда придут Федины коллеги и вышвырнут Генку.
Жаль, что я этого не увижу, – я в это время буду любоваться дельфинами с палубы яхты…
Генка получил от меня ключи и уехал за своим чемоданом, который он оставил в камере хранения. Я же наскоро собрала вещи и покинула квартиру, позвонив Феде и объяснив ему ситуацию.
Самолет на Дубровник улетает завтра, а нынче пускай Мегера Викторовна хоть лопнет со злости, но я переночую в особняке у Андрея.
Геннадий Окунев вышел из ванной комнаты, благоухая одеколоном и лосьоном после бритья и насвистывая жизнерадостную песенку из детского мультфильма.
Жизнь уже не казалась ему такой ужасной, как накануне. Правда, в Америке у него ничего не вышло, но Россия – тоже страна больших возможностей. Самое главное – не унывать и не сдаваться. С Жанной они разводятся, но это не беда, это даже хорошо: в самолете Гена познакомился с одной очень симпатичной девушкой. То есть сама эта девушка была не то чтобы очень симпатичной, была она полновата и кривонога, но вот ее папаша, по самым достоверным сведениям, владел двумя автозаправками и станцией техобслуживания, а Гена теперь человек свободный, и при таком тесте он сможет неплохо устроиться…
Кажется, Карина – так зовут дочку потенциального тестя – запала на Гену, так что теперь главное – правильно сыграть свою партию. Карина взяла у него адрес этой квартиры, обещала сегодня заехать сюда за Геной, а тут уж – дело техники…
Геннадий взглянул на себя в зеркало и порадовался: выглядел он очень неплохо. Остался кое-какой загар, опять же зубы белые, и эта американская раскованность…
Вдруг в дверях заскрипел ключ.
Это еще что такое? Неужели Жанка вернулась? Она же укатила куда-то отдыхать… Сейчас ее появление в этой квартире крайне нежелательно, оно может разрушить все планы Геннадия.
Он шагнул к двери, собираясь как можно быстрее отделаться от бывшей жены…
Но на пороге квартиры он увидел не Жанну, а двух подтянутых молодых людей с каменными подбородками и непроницаемыми лицами. Они были чем-то неуловимо похожи, хотя один был блондин, а другой – ярко выраженный брюнет.
– Вы, блин, кто такие? – испуганно пробормотал Геннадий. – Вы чего это тут делаете?
– Нет, это ты, блин, кто такой и что тут делаешь? – удивленно и неприязненно осведомился блондин.
– А это Геннадий Андреевич Окунев, одна тысяча девятьсот семьдесят пятого года рождения, – отчеканил брюнет, словно читая по книге или, скорее, по компьютерной записи.
– Так пускай он отсюда валит, – предложил блондин, обращаясь то ли к Гене, то ли к своему напарнику.
– Пускай, – охотно согласился брюнет.
– Нет, простите… – горячо и хлопотливо забормотал Гена. – Что значит – валит? Меня сюда Жанна пустила, она сказала, что я могу тут пожить, пока не подыщу что-нибудь другое… Она сказала, что квартира оплачена…
– Жанна? – блондин переглянулся с брюнетом. – Кто такая Жанна?
– Жанна здесь больше не живет, – сказал всезнающий брюнет, – а ты тут никто и звать тебя никак! Так что освобождай квартиру, она нам нужна для другого дела!
– Но куда же мне деваться? – взмолился Гена, поняв по неопровержимым признакам, что качать права бесполезно, этот номер не пройдет, уж больно вызывающе смотрелись бицепсы у блондина и брюнета.
– Как – куда? – ледяным тоном ответил блондин. – По месту прописки, разумеется!
А брюнет добавил, словно снова читая по невидимой книге:
– Геннадий Андреевич Окунев прописан в поселке городского типа Кривые Котлы, Коряжменского района Архангельской области. Ближайший поезд до Архангельска отходит через два часа, ты еще успеешь. А от Архангельска – рейсовым автобусом…
– Кривые Котлы? – раздался за спиной у брюнета женский голос.
Гена перевел взгляд… и увидел на пороге квартиры Карину, кривоногую наследницу автосервиса и двух бензозаправок.
– Кариночка, ты приехала? – заквохтал Гена, натягивая на лицо приветливую улыбку. – Очень хорошо… а тут ко мне знакомые пришли, но мы с тобой все равно собирались уходить…
– Не напрягайся, – процедила Карина, – я все слышала. Так что можешь отправляться в свои Кривые Котлы, там тебе самое место!
Читать бесплатно другие книги:
