Князь Палаэль. Испытания для мага Снежкин Владимир
– Унизить? Он??? – отреагировала самая молоденькая из жриц, значившаяся у меня под четвертым номером.
– Я так и думала, что дело нечистое! – пробурчала первая. – Не может существо, обладающее хоть малейшим разумом, к какой бы расе оно ни принадлежало, столь спокойно соглашаться на поединок сразу с несколькими жрицами-дроу. Раксалона, кто он? Уровень? Архимаг ментала, коли может ауру подделывать?
Третья и четвертая жрицы в изумлении уставились на нее, не понимая, что именно смогла почуять первая. В глазах читался немой вопрос: «Подруга! Какой архимаг? Ты о чем?» Вторая же удивления не выказала – она, прищурившись, рассматривала Палаэля, явственно применяя для этого магическое зрение.
– Его имя уже поздно произносить, все равно поединок состоится, так как это он вас вызвал и вряд ли откажется… – Раксалона вопросительно посмотрела на Палаэля, но тот отрицательно покачал головой. – Я так и думала. Так вот, знайте, сестры, что противостоит вам архимаг-универсал.
Жрицы тихо ахнули и тут же разошлись полукругом, в центре которого оказался князь. Коллективное построение для борьбы с магом, превосходящим по уровню…
– Истамирэль, отойди, – коротко приказал он мне. – Раксалона, тебя это тоже касается. – После чего окутался защитой совершенно незнакомого мне типа. Жрицы поступили так же, создав защитные коконы, и начали готовить атакующие плетения. Глядя на скорость их создания, мне оставалось только молча завидовать – до такого мастерства расти и расти.
– Чего это я жду? – вдруг сам себя спросил Палаэль и взмахнул рукой. Тотчас все члены противостоящей стороны с криками провалились в щель, появившуюся в монолитной скале. Второй взмах руки заставил скальную породу «поплыть» и заключить жриц в плотные объятия. Их защитные коконы с хлопками полопались, не выдержав гигантского давления. Я успел подумать, что сейчас раздавит и самих жриц, но нет – скала «обтекла» их, приняв форму тел, оставив на поверхности лишь головы. Девушки активировали контрзаклинания, пытаясь разрушить почти невидимое плетение князя, но тщетно. Поняв это, жрицы начали воздействовать на саму скалу, но все то же плетение, почему-то не рассеявшееся после их пленения, не дало им освободиться.
– И еще… – добавил Палаэль, поведя при этом рукой вверх. Скала в четырех местах вспучилась, по ней со скрежетом пошли небольшие изломы, и в воздух взлетели четыре плети, принадлежащие жрицам.
– Вот теперь все, – рассеянно сказал Палаэль, разглядывая зависшие над землей атрибуты жриц.
– Оставь им плети, – подала голос Раксалона. – Жриц казнят, если ты их уничтожишь.
– Казнят? – удивился Палаэль. – А Сиралоса? Ее плеть я же развеял.
– Она твоя невеста. Если казнить ее, то Совет не выполнит указания… – Раксалона умолкла, поняв, что едва не сболтнула лишнего.
– Ллос, – закончил за нее мой друг, – Совет не выполнит указания Ллос, обязавший матерей выдать Сиралосу за меня замуж. Ладно, пусть живут. – Плети, повинуясь его воле, попадали наземь. – Но с одним условием.
– Каким?
– Будут прислуживать мне и Истамирэлю на приеме. Они же хотели, чтобы Я им напитки подносил? Пусть побудут теперь сами в шкуре местных мужчин.
Плененные жрицы ахнули, а Раксалона усмехнулась.
– Пусть я лучше умру… – начала было одна из девушек, но Раксалона ее перебила:
– Они согласны. – И, обернувшись к жрицам, добавила: – А вы будете прислуживать! Думаю, матери ваших домов поддержат меня в этом решении.
– Легко получилось, – отметил я вслух, имея в виду поражение жриц. Полное и безоговорочное.
Палаэль тем временем освободил их из каменной ловушки, вновь заставив скалу разойтись, после чего выдернул жриц, прихватив их аурными жгутами, и только потом скальная порода приняла свой первоначальный вид.
– Не у тебя! – фыркнула Раксалона, расслышавшая мою фразу. – А вызывал девчонок на поединок как раз ты. Так ведь? И уклонился, спрятавшись за спину архимага. Мне было бы стыдно на твоем месте.
– Раксалона, – тут же отозвался Палаэль, осматривавший в это время жриц, понуро стоявших и не поднимавших глаз от земли, – ты не права, поскольку они оскорбляли конкретно меня, а Истамирэль решил вступиться, не выдержав насмешек. Так было дело? – последний вопрос он адресовал девушкам.
– Так, – нестройным хором отозвались они.
– Можно плети забрать? – спросила Палаэля первая жрица.
– Забирайте да пойдем, – разрешил Палаэль. – Чувствую, прием уже начался, а нас нет.
Назад мы шли гораздо быстрей, почти не разговаривая между собой. Между тем Палаэль оказался прав лишь наполовину – время приема подошло, все гости уже собрались и расселись по отведенным местам, но Асутиролса, сидящая во главе П-образного стола, не объявляла о начале мероприятия, ожидая, пока не появятся виновники торжества, которых уже активно искали. Одна из таких поисковых групп, представленная парой слуг, роль которых исполняли мужчины-дроу, встретила нас у входа в дом и сопроводила до зала, где проводилось мероприятие.
При нашем появлении Асутиролса, до этого тихонько стучавшая маленькой ложечкой о бокал, привстала и, не дожидаясь, пока мы займем свои места возле нее, возвестила о начале приема.
Князь Палаэль
– Мы вас уже обыскались! – лучезарно улыбнулась нам Асутиролса, после того как один из слуг громко объявил наши имена, представив таким образом собравшейся общественности. Не представили только Седрика, которого хоть и посадили возле нас, но при этом старательно игнорировали, смотря на него как на пустое место. Его это пусть и нервировало, но несильно, внешне никак не проявляясь. Я сумел-таки сквозь ментальный щит, непрерывно удерживаемый им, уловить его эмоциональный фон – легкое внутреннее напряжение, несильный дискомфорт – и, пожалуй, все. Молодец. Сильный духом. Я на его месте, оказавшись в местном серпентарии, пусть и в сопровождении кого-то, волновался бы гораздо сильней.
– Мы разговаривали с этими девушками. – Я указал себе за спину, где стояли проигравшие поединок жрицы.
– О чем? – насторожилась мать Черного дома, обведя девушек беглым взглядом, от которого те поежились.
– Они мне рассказывали про быт, заведенный у вашего народа, – поведал я. – Раксалона не даст соврать, так как при том разговоре была вместе с нами.
– Агх-хм!!! – Упомянутая мной жрица подавилась вином, которое как раз в этот момент решила отведать из стоящего перед ней золотого кубка.
– Раксалона! – воскликнула Сиралоса, до этого молча сидевшая за столом напротив меня. – Ты мне ничего не рассказала!
– Когда? – отдышавшись, хриплым голосом спросила Раксалона. – Мы же только пришли!
– Так о чем был разговор? – настойчивым тоном начала допытываться Асутиролса, начисто проигнорировав стоящих рядом девушек, с которыми, собственно, разговор и состоялся.
– Да-да, разговор, – скривилась Раксалона, – думаю, Палаэль вам лучше сможет пересказать суть того разговора.
Взгляды присутствующих вновь устремились в мою сторону, заставив задуматься над ответом. Что мне им сказать? Лучше покажу.
– Девочки! – хлопнув в ладоши, чтобы привлечь внимание, я еще раз осмотрел стол. – Так-с! Что у нас здесь? Хочу во-о-он того блюда, а также вон, вон и вон от тех по несколько кусочков добавьте. – Поочередно ткнув пальцем в понравившиеся блюда, я расслабился на стуле и даже прикрыл глаза в ожидании, пока «девочки» организуют мне тарелку с выбранными яствами. В зале повисла тишина, нарушаемая только шарканьем штатных слуг, обслуживающих гостей. А моих что-то даже не слышно! Не меняя позы, поворачиваю голову… Так и есть! Стоят девицы. Очаровались звуками моего голоса.
– Девочки! – Укоризненно покачав головой, я поцокал языком. – Разве так можно! Заставлять дорогого гостя ждать. Работаем, работаем, работаем! – Я ритмично похлопал в ладоши, задавая воображаемый темп, в котором они должны были двигаться. И девочки задвигались. Вначале с трудом, точно на деревянных ногах, затем пободрее. А в зале так и стояла тишина. Даже слуги-мужчины остановились, в изумлении глядя на сюрреалистичную для них картину – жрицы, обслуживающие за столом какого-то там эльфа, пусть и княжеского рода.
– Ай, какие молодцы, девочки! – не удержался я от похвалы.
Сиралоса резко вскочила, опрокинув стул, и, задрав носик, вышла из зала.
– Это что было? – удивился я, не понимая, в чем же дело.
– Предположу, что она вспомнила, как ей повезло с будущим мужем, – выйдя из оцепенения, ответила Шилол, сидящая неподалеку. – Судьбу свою дальнейшую только что имела честь лицезреть. Не понравилось, расстроилась – и ушла.
– А-а-а…
Глава 7
Князь Палаэль
Стоя перед аркой портала, я еще раз оглядел отряд, собравшийся для путешествия в пещеру неизвестного человека. Несмотря на все мои увещевания, что чрезмерная охрана нам не нужна, Асутиролса выделила целое гвардейское подразделение из своего дома, к которому добавила десяток жриц. С учетом Сиралосы, меня, моих спутников и зачем-то увязавшейся за нами Раксалоны общая численность отряда составила, образно выражаясь, пятьдесят касок.
– Готовы? – негромко спросила нас жрица, ответственная за активацию портала. Она только-только закончила формирование всех подготовительных плетений и сейчас застыла в ожидании, пока мы дадим положительный ответ о готовности к путешествию.
– Готовы! – ответил я, на мгновение опередив Сиралосу, уже было открывшую рот.
– Начинаю! – Жрица положила одну руку на Хранилище Силы, закрепленное в специальной оправе на миниатюрном столике, стоящем рядом с порталом, а другую протянула к арке. Активация.
Через мгновение портал покрылся серой дымкой, говорившей о его полной готовности к работе. Кстати, по принципу действия он несколько отличался от того, что связывал Лес и Подземное королевство, будучи более простым. Точно такие же порталы, только на порядок менее мощные, соединяли у нас этажи в академии.
Не дожидаясь дополнительных команд, в портал вошли вначале жрицы, мягко оттеснив меня чуть в сторону, следом за ними последовал я. И оказался в небольшом гроте, тускло освещенном одним-единственным магическим светильником, находившимся на последнем издыхании. Очевидно, давненько его никто не подзаряжал.
– Прибыли! – нарушил тишину Истамирэль, вышедший из портала вместе с Сиралосой, сразу следом за мной.
– Теперь куда? – решил уточнить я, разглядывая две пещеры, отходившие от грота.
– Нам направо, – на ходу бросила Сиралоса, устремившись к правому отверстию, но, не дойдя буквально пары шагов, замерла на месте и подняла руку, приказывая всем остановиться. В чем дело? Перейдя на магозрение, я обнаружил в той пещере четыре слабо светящиеся ауры, явно прикрытые маскирующими заклинаниями, принадлежащие жрицам-дроу. Они стояли неподвижно, в явной готовности к боевому столкновению.
Сиралоса замысловато свистнула, и жрицы заметно расслабились, не сбросив при этом маскирующего плетения. Сиралоса еще раз свистнула, но уже чуть-чуть по-другому. Все четыре жрицы отошли в глубь пещеры, свернув в одно из примыкающих ответвлений. Мне вдруг стало интересно осмотреть всю структуру местных пещер. Ведомый любопытством, я развернул сканирующее заклинание, максимально прикрыв его от сторонних взглядов. Интересно, сработает ли? Ни разу не применял его для ориентирования под землей. Надо же! Сработало. Перед моими глазами появилась серая пелена, в которой разглядел красные полосы: пелена обозначала сплошную скальную породу, а полосы – пещеры. Плавно увеличил радиус заклинания и присвистнул от удивления. Ничего себе!
– Пойдем, путь свободен. – С этими словами Сиралоса вошла в пещеру.
– Зачем она свистела? – через некоторое время спросил меня идущий рядом Седрик. – Я никого не заметил.
– Там были четыре жрицы, исполняющие роль охраны, – пояснил я, заставив парочку жриц, вышагивающих впереди, обернуться и с удивлением посмотреть на меня.
– А я ничего не заметил, – расстроился Истамирэль. – А чего еще интересного ты заметил?
– Город, – равнодушным тоном отозвался я, внимательно наблюдая за реакцией спутников. – Причем не один. Один принадлежит дроу, а второй – гномам.
– Город? – тотчас взбудоражился Истамирэль, привлекая к нам внимание уже не только двух идущих впереди жриц, но и всех остальных, которые хоть и не обернулись в нашу сторону, но ушки навострили. – Точно, портал не может быть обустроен далеко от местного поселения. А где он? В какой стороне?
– В той, – махнул я рукой влево. – Если бы мы пошли по другому тоннелю, то приблизительно через четверть кварта подошли бы к его воротам. Странно, почему дроу не устроили портала прямо в пределах своего города?
– Там очень сильные токи магической энергии, идущей из недр планеты, – ответила на мой вопрос Сиралоса, неожиданно оказавшаяся рядом, вместе с Раксалоной. – Эти токи сбивают работу портала, делая его нестабильным, поэтому мы вынуждены были смонтировать арку в ближайшем месте, где это представилось возможным.
– По-моему, легче было блокировать токи сил в определенном месте, изменив их конфигурацию с помощью индифферентного поля, охватывающего нужный для арки объем. При этом часть линий силы вывести на границы поля, увязав их с узловыми точками, что позволило бы не питать его самостоятельно, а от поля запитать арку, сделав активирующие ее плетения стационарными, по типу артефактных. Данный вариант был бы для вас оптимальным решением, к тому же наиболее энергоэффективным, позволяющим не тратить лишних сил на поддержание работы поля и активацию портала.
Раксалона и Сиралоса многозначительно переглянулись, а Седрик посмотрел на меня с немым изумлением.
– Как красиво сказал! – восхитился Истамирэль, который, похоже, явился единственным присутствующим, мало чего понявшим из моего изречения. – А теперь поясни более простым языком, понятным для всех магов.
– Он хочет сказать, что можно выстроить портал в самом городе! – нетерпеливо пояснила ему Сиралоса. – Сделав его при этом постоянно действующим! Ничего не упустила?
– Ничего, – кивнул я.
– И это бы позволило нам решить проблему… – Сиралоса еще раз встретилась взглядом с Раксалоной.
– Много проблем удалось бы разом решить! – закончила та за нее начатую мысль. – Только осталось понять, насколько это возможно исполнить, – ведь до сих пор изменение конфигурации в пространстве мощных силовых линий не считалось возможным. Можешь нам продемонстрировать?
– Хорошо, – согласился я, выискивая глазами самую мощную силовую линию из тех, что нас окружали. Нашел таковую метрах в сорока от нас, проходившую через толщу камня. – Видите ту линию? – Я указал пальцем в том направлении. Весь отряд между тем остановился, и все, за исключением гвардейцев, сосредоточили на мне свое внимание.
– Видим, – Сиралоса первой нашла ее, – хоть и с трудом. Далековато она от нас находится, к тому же скала экранирует ее излучение, но линия действительно очень энергонасыщенная.
– Смотрите дальше. – Сказав это, я расправил ауру, максимально увеличив ее радиус, краем глаза при этом отметив, как все жрицы, вдруг очутившись среди моих энергоканалов, то и дело сверкающих всполохами накопленной энергии, резко побледнели. Даже лица Раксалоны и Сиралосы приобрели потерянный вид. Единственными из магов, кто никак не отреагировал, были Седрик с Истамирэлем. Первого понять можно – он считает себя смертником, а вот второго не понимаю. Такое впечатление, что ему совершенно все равно, какие способности приобрел его друг, которого он знал с раннего детства. Даже не насторожился, списав все на то злополучное падение со скалы. Чувствую, что, поставь перед ним крокодила и скажи: «Это Палаэль, резко эволюционировавший до подобного состояния», – он поверит и не задаст никаких вопросов! Скажет только: «Привет, Палаэль. Хорошо выглядишь».
Меньше чем за пару тим я изогнул линию, придав ей форму восьмерки и «вытянув» ее поближе к нам, чтобы зрителям было получше видно, после чего зафиксировал ее и свернул свою ауру в исходное состояние.
– Как-то так, – подвел я итог и обернулся к девушкам, коих нашел чрезвычайно шокированными. Рты открыты, лица вытянуты, глаза по пять рублей, выпущенных на Монетном дворе РФ.
– Вот это да!!! – Первой спустя некоторое время пришла в себя Раксалона. – Как ты смог ее оставить в измененном состоянии?
– Долго объяснять. – Тут я вспомнил о цели экспедиции: – Девушки, пойдемте, а то до вечера, как обещали матери Асутиролсе, не успеем обернуться.
– Пойдем, – с весьма задумчивым видом качнула головой Сиралоса. – На самом деле идти недалеко, так что не волнуйся, к вечеру возвернуться успеем.
С этими словами она прошла в авангард отряда, и мы проследовали дальше, петляя по темным пещерам, миновав несколько гротов, в одном из которых нам пришлось преодолеть мелкую речушку, мостик через которую оказался разрушен.
– Пещерные тролли! – недовольно скривилась в тот момент одна из жриц. – То и дело прорываются через кордоны, пользуясь тем, что шкуру трудно пробить. Теперь предстоит восстанавливать мост. Надо собраться и очистить пещеры от этого отродья!
– Ага, – согласилась другая жрица, явно разделяющая ее недовольство.
Периодически окидывая окружающую местность магическим взором, я то и дело подмечал тщательно замаскированные ловушки на основном пути и охранные посты, спрятанные, как правило, в ответвлениях. В каждом из таких постов находилось от пяти до десяти воинов дроу и одна-две жрицы. Они никак не реагировали на приближение нашего отряда, по всей видимости, предупрежденные о нем заранее.
– Город гномов далеко? – через некоторое время решил спросить меня Седрик.
– Нет, недалеко, если брать в расчет расстояние по прямой сквозь каменную породу. По пещерам путь гораздо больше.
– Подозреваю, что дроу обезопасились от гномов, если вдруг те решат сделать проходку напрямую, пытаясь атаковать неожиданно, и перекрыли весь тот участок защитными заклинаниями, снабженными ловушками.
– Правильно мыслишь, – подтвердил я его догадку. – Впрочем, в обратную сторону это утверждение тоже верно.
– А гномам зачем городить защиту в скале? Ведь дроу не были замечены в строительстве подземных проходов! – искренне удивился Седрик.
– Не знаю, – пожал я плечами. – Может быть, на всякий случай?
– Если только так. Не знаешь, далеко еще идти? Или сканирующее заклинание не берет одиночных целей?
Его просьба заставила меня присмотреться внимательнее к показаниям сканирующего плетения за пределы мысленно очерченного радиуса в пятьсот метров, внутри которого я тщательнейшим образом все мониторил.
– Вижу! Три одиночных живых объекта на расстоянии в полэхана от нас по прямой.
– Все правильно, человек и два гоблина. Значит, скоро познакомимся, – слабо улыбнулся Седрик. – Наконец увижу безумца, отважившегося на такой шаг.
– Сиралоса! – окликнул я старшую отряда, заметив на сканере еще кое-что, заставившее меня нахмуриться.
– Что? – отозвалась та, одновременно грациозно перепрыгнув через валун, попавшийся на пути.
А стоит ли говорить? Опасности вроде никакой, учитывая мои возможности. Другое дело, если бы отряд сунулся сейчас в то место без меня. При таком варианте с уверенностью могу сказать, что выживших среди дроу не осталось бы.
– Ничего, – решил я пока ни о чем не говорить. Пусть будет сюрпризом.
Сиралоса, получив такой ответ, даже обернулась на ходу, кинув на меня чуть удивленный взгляд, в котором читался немой вопрос: точно ли ничего?
Никак не отреагировав на ее красноречивый вопрос, я начал готовиться к предстоящей встрече, незаметно для окружающих развернув в своей ауре заготовку защитного плетения, способного при активации надежно укрыть весь отряд, а также несколько атакующих, при этом надеясь, что пользоваться последними мне не придется.
Подготовив все плетения, к которым добавил несколько содержащих ментальную составляющую, что давало мне большую вариативность в случае атакующих действий, я сосредоточил свое внимание на сканирующем плетении. До грота, в котором у меня на сканере было отмечено три точки, оставалось чуть более пятисот метров… четыреста метров… сто метров…
Вот уже в пределах видимости поворот, за которым скрывался вход в грот. Сиралоса подняла руку, призывая всех приготовиться, по пути разворачивая свое сканирующее плетение, уступающее на несколько порядков моему. Заметит посторонних, еще не достигших грота?
Не заметила. Такой вывод я сделал на основании того, что Сиралоса еще раз махнула рукой, на сей раз призывая двигаться за ней, и скрылась за поворотом.
Пройдя за нею, мы попали в еще одну большую подземную полость, мало чем отличающуюся от подобных ей, встреченных по пути. Отличия заключались в присутствии двух больших палаток, сделанных из шкур незнакомых мне животных, огромного гонга, непонятно как и для каких целей притащенного сюда, да небольшого пепелища, оставшегося от костра. Приглядевшись внимательнее, я обнаружил еще одну особенность данного грота – стены были испещрены письменами, с помощью какого-то инструмента выбитыми прямо на поверхности гранитной породы.
– Мы на месте, – констатировала очевидный факт Раксалона, оглядываясь по сторонам и выискивая обитателей пещеры.
– Здесь никого нет, – нашелся еще один «констататор», на сей раз в лице Истамирэля.
– Они… – попытался я пояснить окружающим, что человек с двумя гоблинами элементарно спрятались, каким-то образом заметив подступающую с двух сторон опасность. Нет, не так. Поодиночке мы не представляли для человека с гоблинами никакой опасности, ведь жил же он здесь как-то, у всех на виду и ни от кого особо не скрываясь, а вот встретившись!.. Наверняка он испугался, что его могут просто случайно пришибить, если будет иметь место вооруженное столкновение. И похоже, он нисколько не сомневался в том, что оно будет.
– На охоту отошли, – уверенно заявила Сиралоса, не дав мне закончить свою мысль, – предлагаю обождать, пока они не вернуться. Подождем? – Последний вопрос она адресовала мне, как основному инициатору похода. Из ее слов про охоту делаю предположение, что ее сканирующее плетение не то что на несколько порядков уступает моему – оно вообще до неприличия маломощно! Или же у спрятавшихся имеется в наличии маскирующий амулет, действия которого мой сканер даже не заметил. Скорее всего, так и есть.
– Подождем… – согласился я, – твою мать, – добавил, не удержавшись, слова из известной песни.
– Мою маму? – подняла бровь Сиралоса. Остальные тоже посмотрели на меня в явном недоумении.
– ТВОЮ МАТЬ!!! – в голос выругался я, глядя на то, как здоровенный кусок стены обвалился, чуть не придавив нескольких гвардейцев, подразделение которых разошлось и расположилось по всему периметру помещения. Из образовавшегося проема посыпались гномы, с ходу группирующиеся в боевое построение. Следовавшие вместе с ними маги, числом свыше десятка, моментально закрыли себя и своих воинов магическим щитом, обезопасившись от атак со стороны жриц. Гвардейцы дроу, почти мгновенно отошедшие от удивления, взяли отряд гномов в полукольцо, отгородив, таким образом, от жриц. Замечу, что гномов было в пять раз больше – двести бородачей! В аурах жриц уже пылали атакующие плетения, готовые в юбой момент сорваться и устремиться в сторону врага.
– Стоять!!! – взревел я, выступая вперед и с удивлением обнаруживая, как впереди меня, между мной и гномами, встал Седрик, покрывшийся защитным коконом. Дроу и гномы, уже было качнувшись вперед, навстречу друг другу, остановились.
– Ты чего? – тихонько спросил я Седрика.
– Я, конечно, понимаю, насколько ты силен, – так же тихо, не поворачивая головы, ответил он, – но все-таки уязвим, раз получил ранение и долго восстанавливался. А вдруг у них, – он качнул головой в сторону коротышек, – есть артефакты, способные пробить твою защиту? И если ты умрешь, то, боюсь, Ниберия не получит Слезы, так как обещал-то ее нам ты. Вот я и встал на их пути, чтобы дать тебе время подготовиться.
– Я давно готов. – И повысил голос, усилив его магически: – ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА СВОИХ МЕСТАХ!!!
– Ты кто таков? – раздалось из рядов гномов. – Эльф вроде, а ошиваешься вместе с тварями!
После этих слов со стороны жриц и гвардейцев раздались оскорбительные выкрики, поясняющие происхождение народа гномов.
– Хватит! – пришлось рявкнуть повторно. – Я князь Палаэль из дома Алмазной Короны. Прибыл в Подземное королевство по приглашению от матери Асутиролсы. Вы кто такие? И по какому праву нарушаете границы королевства дроу?
– Князь Палаэль? – ответствовал тот же голос. – Знаем такого. Эй! Постой! С каких это пор данная территория принадлежит дроу?
– Не принадлежит? – Я скосил глаза на Сиралосу, стоявшую от меня правее. Она заметила мой взгляд и отрицательно покачала головой.
– Нет! – убежденно заявил голос. – Попрошу вас, ваше высочество, покинуть данную территорию, и энтих… с собой заберите, а не то нашинкуем их! Хотя это можем сделать и при вас, коли не брезгуете видом крови, если она у дроу имеется. А то вдруг им ихняя богиня чего другого туда залила!
Несколько гномов расхохоталось, оценив шутку своего предводителя, вот только ни я, ни дроу ее не поняли.
– Мы никуда не пойдем, пока я не пообщаюсь с жильцом этой пещеры! – оповестил я гномов, не обратив на угрозу никакого внимания. – Придется вам обождать, хотите вы того или нет. Если вздумаете дергаться, то… – Я запнулся, решая про себя, стоит ли угрожать бородачам. Во-первых, они могут закусить удила и попереть вперед, даже если покажу им свои истинные возможности, скинув ограничители с ауры, так как ребята горячие. На меня не бросятся, в этом я уверен, но дроу будут атакованы однозначно. Придется их обезвреживать, стараясь не убить, ведь этим рискую обострить отношения между Лесом и Рубиновым королевством, у которого эльфы покупают различные минералы. Если сюда добавить, что убийство совершит сын великого князя, отношения не просто обострятся – они будут на какое-то время разорваны, пока жадность гномов не возьмет свое и они не возобновят торговых отношений. И бойкот на это время наверняка поддержит Железное королевство. Гадство! Как выкрутиться из положения? Придумал!
– Что «то»? – с подозрением спросил голос, видимо, ожидая услышать угрозы в свой адрес, что мы, собственно, и сделаем.
– Лес сменит поставщика камней, полностью перейдя на закупки у Железного королевства. Сейчас же у вас и у них берем поровну. Тем более что, как мне показалось, качество огранки рубинов, да и других драгоценных камней, у вас упало!
Секундное молчание, в течение которого гномы переваривали выдвинутое обвинение, закончилось возмущенными криками, разом перекрытыми басовитым голосом, преисполненным неподдельной ярости:
– ЧЕГО-О-О???
По рядам гномов словно прошла волна, и, расталкивая своих соплеменников, буквально расколов первые ряды бородачей, потрясающих зажатыми в руках секирами, наружу выскочил коренастый рыжий гном, обладающий роскошной бородой длиной чуть ли не до колена.
– Хреновая огранка минералов у вас пошла, – добил я его и добавил: – По моему мнению! Которое я обязательно донесу до великого князя. Пусть те горы золота, выплачиваемые Лесом за драгоценные камни, лучше получит Железное королевство. Еще не надо забывать, что часть оплаты производится лечебными травами, остро необходимыми вам здесь, в подземельях. Будете их закупать у Железных! И почему-то я уверен, что те сдерут с вас минимум тройную цену.
Гном ничего не ответил, лишь жадно хватал ртом воздух, руками схватившись за сердце. Лицо покраснело и весьма мне напоминало по цвету свеклу. Как я и рассчитывал, гномы в уме живо прикинули упущенную прибыль от торговли с Лесом, которую получат соперники, приплюсовали туда цены на травы и другие товары, поставляемые Лесом, которые придется закупать у Железных в случае обрыва прямой торговли с эльфами. И им стало дурно! Жадность громко квакала и душила гномов, заставив напрочь забыть о первоначальных целях, приведших их сюда. В пещере повисло гробовое молчание.
– И вместо того чтобы доказать мне обратное, – продолжил я вещание в тишине, – вы угрожаете, советуете убраться куда подальше! Что ж, – картинно поведя головой из стороны в сторону, я взмахнул рукой, – пожалуй, я так и поступлю! Пойдем, – скомандовал я дроу, сделав несколько шагов к выходу.
Еще несколько мгновений ничего не происходило, но потом у меня за спиной раздался рев раненого медведя:
– Стойте, ваше высочество!!! – раздался топот, и рыжебородый, прытко оббежав меня, встал на пути, имея чрезвычайно воинственный вид. – Ваше высочество, назовите род, изделия которого вам попались!
– С чего это? Да и не знаю я того рода, поскольку видел камни, покрутил их в руках и задал вопрос купцу, где же он их взял. На что тот ответил мне, что это творения знаменитых подгорных мастеров из Рубинового королевства, – продолжал я вдохновенно врать.
– Где тот купец??? – выкрикнуло сразу несколько глоток из общего строя.
– Был в империи, неподалеку от городка Лардин, а сейчас и не знаю где. Подозреваю, что понес славу о вас дальше, по просторам всего континента, если, конечно, разбойникам не попался. Охрана у него была слабая, состоящая всего из пары человек.
– Около Лардина с парой человек? – Рыжебородый удовлетворенно вздохнул. – Тогда можно не волноваться! Уверен, что людишки с большой дороги с ним покончили. А насчет камней, ваше высочество, могу сказать, что то была подделка под работу наших мастеров! У нас с халтурщиками того… Строго очень!
– Откуда мне знать? – пожал я плечами. – Может, вы заработать решили, увеличив объем отпускаемой продукции за счет снижения качества оной?
Мои слова вызвали очередной взрыв возмущения среди гномов, шумно доказывающих поклеп, возводимый на честные головы бедных тружеников.
– Мы готовы доказать вам, что качество наших товаров нисколько не упало! – заявил рыжебородый. – Хоть сейчас пройдемте в наши мастерские, и вы сами в этом убедитесь!
– Сейчас не могу, – вздохнул я с видимым огорчением.
– Почему?
– Хотел посмотреть на местного обитателя, поселившегося в этой пещере, а его нет. Сиралоса говорит, что на охоту ушел. – Я указал на девушку, враждебно и настороженно смотрящую на построение гномов, как, впрочем, и другие дроу, здесь присутствующие. – Хотел обождать, и вы пришли.
– А после?
– После того, как на него посмотрим?
– Да!
– В принципе почему бы и нет? – Неожиданно для дроу дал я свое согласие. – Ненадолго.
– Палаэль! – тут же взвилась Сиралоса. – Ты обещал вернуться к вечеру!
– Я не отказываюсь от своего обещания.
При этих словах рыжебородый с некоторым удивлением перевел взгляд с меня на Сиралосу.
– Кто она такая, чтобы указывать эльфийскому князю, когда стоит тому возвращаться? – задал он вполне логичный вопрос.
– Это долгая история, которая не будет вам интересна, уважаемый…
– Костикдор из рода Рыжебородов клана Кубикуса, – представился с легким поклоном гном. – Рад, ваше высочество, что вы приняли мое приглашение и воочию убедитесь, что мастера города Кубикуса, все жители которого являются членами нашего клана, халтуры никогда не делают! По поводу же обитателя пещеры…. МИЛОВ!!!
Из дальнего конца грота, где зиял темный зев одного из ответвлений пещеры, послышались шаркающие шаги, и нашему взгляду предстал тщедушный мужичок, сопровождаемый двумя гоблинами, испуганно вжимающими головы в узкие плечи. Что примечательно из его внешнего вида – на мужичке была белая рубаха, красная треуголка, и в руках он держал подзорную трубу! Здесь, глубоко под землей в недрах Каменного Хребта, откуда до моря была не одна тысяча километров! Также в глаза бросалась аккуратно выстриженная бородка, называемая, если память не изменяет, эспаньолкой.
Сия троица, боязливо косясь в сторону дроу, прошествовала было к нам, но, не доходя какого-то десятка шагов, мужичок заметил разрушенную стену пещеры, через которую вломились гномы, и бросился туда.
– О горе мне!!! – взвыл он, упав на колени перед обломками камней. – Труд всей моей жизни!!!
– Что это с ним? – озадачился я, глядя, как убивается мужичок.
– Эгхм! – крякнул Костикдор. – Это мы не подумали, делая проходку, что у него здеся письмена по всем стенам нацарапаны.
– Это он их делает?
– Ага! – подтвердил рыжебородый. – Каждый день здесь их долбит! И все бы ничего, если бы он каждую полночь не долбил еще и в гонг, объявляя об очередной порции своего творения!
– И чего в этом такого? – не понял я.
– Как чего такого? – взъярился рыжебородый. – Он же, гонг-то энтот, артехаткный! Как вдарит по нему разок – так по всему подземелью разносится, не давая спать никому!!! Спроси у этих, как им тута живется! – Он ткнул толстым пальцем в сторону жриц.
– Есть такая проблема, – кивнула Сиралоса на мой вопросительный взгляд. – Жители нашего приграничного города Темпо Турбилона тоже жалуются постоянно на невыносимый набат по ночам, но мать запретила трогать Милова, так как Ллос почему-то отнеслась к нему благосклонно. Видимо, потому что гномы больше от него страдают, находясь ближе.
– Во-во!!! – живо поддакнул Костикдор. – Вот мы и пришли сюда, чтобы предложить ему переселиться куда подальше от нас! А здеся уже вы посмотреть на реликвию явились.
– А почему вы изначально его не выселили, а терпели столько времени? – выказал я свое недоумение.
– Наш уважаемый глава города мастер Белогорн запретил его трогать и долгое время накладывал по данному вопросу вето в Совете города, которое мы смогли вчера преодолеть! И теперь наконец мы его выселим! – со стороны гномов донеслись одобрительные выкрики.
– Мое творение… Варвары… – не прекращал своих стенаний мужичок.
– Заглушить не пробовали? – подсказал я дельную мысль, впрочем, тут же отвергнутую:
– Как не пробовали! Пробовали!
– И мы тоже, – вставила Сиралоса.
– Не помогает?
– Звук гонга преодолевает любые препятствия, делая жизнь просто невыносимой! Изо дня в день ровно в полночь раздается БУ-У-УМ! Даже демоны из соприкасающейся области инферно разбежались! Мочи уже нашей нет.
– Демоны? Неужели звук разносится вплоть до инферно?
– Да! Невероятно, но да! Он это называет заумным словом, от которого язык кочергой выворачивается. Слышь, Милов, как то слово звучит?
– Самопиар, – отозвался мужичок, все еще созерцая кучу камней.
– Самопиар??? – не удержался я от восклицания, услышав это до боли знакомое слово. – А это, стало быть, пиар-менеджеры? – Я указал на двух гоблинов, стоявших рядом с Миловым и переминающихся с ноги на ногу.
– Я не знаю, что такое пиар-менеджер, – произнес мужичок, поднимаясь с колен, – но чувствую, что эльф вы образованный и умный, раз свободно оперируете такими словами! Позвольте представиться, – поклонился он, подойдя ко мне ближе. – Меня зовут Милов Князь! Наскальный писатель! Небось слыхали? – Зараза! Даже имени моего не удосужился уточнить!
– Да нет. Откуда я мог о вас узнать? Или вы уже претендуете на мировую славу?
– Слабый гонг, – заметно расстроился Милов Князь. – Все дело в слабом гонге. Будь он сильней – мировая известность пришла бы, а пока же только Кубикус да Темпо Турбилон обо мне знают. А заказывал-то мощный, – повысил он голос, – чтобы весь мир узнавал, когда можно приобщиться к свеженаписанным мною премудростям. Гонг, между прочим, с ментальной составляющей, и посему его звуки, помимо всего прочего, должны доносить имя мое до необразованных масс серых обывателей.
– Милов, позвольте задать вам вопрос? – Я проникся уважением к этому человеку, так как еще никогда не встречал настоящих писателей на своем жизненном пути, пусть и пишет он на скалах. Тем паче его труд ценнее, нежели у бумагомарателей, поскольку ЭТА нетленка действительно останется в веках.
– Пожалуйста, задавайте.
– Почему вы выбрали столь необычное место жительства? И зачем вам эти гоблины?
– Место жительства выбрано не случайно. – Милов театрально поднял вверх указательный палец. – Здесь я могу сосредоточиться, не отвлекаясь по мелочам на вечно донимающие со своими просьбами власти города, где я до этого жил. То с эльфийского им переведи, то с гномьего, а то и вообще каракули орков переводить заставляли! Никакого покоя не было.
– Переводчиком работать заставляли? – сочувственно поморщился Истамирэль, никогда не друживший с языками.
Милов развел руками – дескать, деваться некуда было, потому и переводил.
– А гоблины?
– Из людей никто не согласился спуститься сюда – все до ужаса боятся дроу. Пришлось обратиться к знакомому шаману племени гоблинов Итья, чтобы он выделил мне самых интеллектуально развитых представителей рода.
– Дармоедов то бишь, – пояснили из строя гномов.
– Петрухха! – неожиданно рявкнул в сторону своих Костикдор. – Сейчас предупреждение на тебя наложу! Будешь еще в разговоры встревать.
– И как с ними жить-то? – подал голос Седрик, внимательно вслушивавшийся в разговор. – Хоть разговаривают на твоем уровне? В смысле, диалог могут поддержать?
– Могут. И актеры неплохие. Я их иногда в эльфиек переодеваю, когда вдохновения не хватает и наступает скука.
– В эльфиек??? – У меня даже мурашки по коже побежали, когда я представил эту картину. Он что, извращенец?
– Ну да, – пожал плечами тот. – Вы не подумайте ничего такого, просто наблюдаю, как они начинают обсуждать наряды друг друга и в конце концов дерутся. Смешно. – При этом Милов грустно вздохнул, затем наклонился, поднял свою треуголку, отряхнул и водрузил на голову.
– Самому не страшно было переезжать сюда? – заинтересовался Седрик. – Гномы-то более спокойные, выслушали и разрешили поселиться около своих границ, а вот жрицы могли и прибить, не спрашивая, кто таков и зачем прибыл.
– Он у нас не спрашивал! – оповестил нас Костикдор. – Поселился, и все!
– Но вы же позволили? – заметил я.
– Нам интересно стало, что с ним сделают вот эти. – Он ткнул пальцем в сторону Сиралосы, что той не очень понравилось. Глаза сразу же засветились скрытой угрозой. – Мы даже ставки делали, каким способом они его убивать будут. А когда умудрился выжить, он заслужил наше уважение. Мы оценили его смелость.
– Дроу, спрашиваешь? – решил ответить Милов на вопрос Седрика. – Они явились сюда с недобрыми намерениями, и мне пришлось бежать. Оказалось, что здесь неподалеку живет семейство гигантских пауков, в пещеру которых я по незнанию и забежал, ища спасения. Они почему-то меня не тронули, только третьего гоблина сожрали.
– Получается, что гоблинов было изначально трое?
– Да. Третий был самый умный, но одновременно и самый зловредный. Поворчать любил, – еще более горестно завздыхал Милов. – Спесивым его звали, как сейчас помню. Вредный, всегда правильный, любил обсудить истории становления различных королевств. А уж как обожал советы давать! Мясом не корми, только выслушай совет! Единственный из всего племени, имевший усы. Видно, пауки ту вредность и чрезмерную правильность учуяли да и оприходовали его, дабы ворчанием своим он не нарушал здешнего покоя.
Читать бесплатно другие книги:
