Человек из чужого времени Сидненко Борис

– Да, конечно, – жестко, но с дрожью в голосе соврал Михаил.

– Ну так покажите.

– Вы хотите меня дискредитировать или идентифицировать?

– Не надо выпендриваться. У меня на каждое ваше сопливое интеллигентное слово найдется десяток крепких мужских аргументов.

– Даже не сомневаюсь. Я юрист и лишь следую профессиональным навыкам.

– Я тоже почти юрист, но ведь не выпендриваюсь.

В этот момент в квартиру вошли Юля и другой милиционер. Они вошли так тихо, что их никто и не заметил.

– Все, Серега, пошли отсюда. По дороге расскажу.

– Ну что ж, будем полагать, что с документами у нас все нормально, – прищурив глаза и окинув Юлю взглядом, с пошловатой ухмылкой заявил Серега и направился к своему приятелю.

Они ушли.

Когда Юля закрыла дверь и вернулась в комнату, Михаил был ни жив ни мертв. Второй раз у него спрашивали документы, и второй раз доводили его этим вопросом до полного ужаса и безысходности. Его все еще продолжало трясти от пережитого страха. Чтобы как-то прийти в себя, Михаил подошел к Юле, очень осторожно усадил на прежнее место и ненавязчиво предложил:

– Никак не могу привыкнуть к порядкам нового времени. Такого количества стрессов и страха я еще никогда не испытывал. Хотите, я расскажу вам одну хорошую историю о себе и о вас?

Юля молчала.

– Нам надо успокоиться и немного отвлечься от происшедшего.

– Хорошо, рассказывайте.

– Сейчас, только приду в себя.

Михаил сел в свое кресло, затем встал, прошелся по комнате и снова сел в кресло. Сделав несколько глубоких вдохов, он начал свой рассказ.

– Это было давно, вас тогда еще не было. И все же вы были. Это был девятнадцатый век. Только не смейтесь и не сердитесь на меня, пожалуйста.

– Мы снова возвращаемся к вашей мечте?

– Как вы угадали? Да, именно об этом я и хочу вам рассказать.

– Итак, был девятнадцатый век…

– Да. Я потом вам все объясню. Шел третий год моей юридической деятельности на государственной службе. До этого у меня была частная практика и международная стажировка. И вот приходит как-то к нам в регистрационную палату министерства юстиции солидный мужчина из Австрии. По-русски двух слов связать не может. При нем переводчица, девушка, и приносит документы на регистрацию совместного предприятия в составе российской и австрийской финансовых компаний. Я как увидел ее, так обо всем на свете и позабыл.

– Вы всегда так молниеносно влюбляетесь?

– Это была не любовь. Это была шаровая молния. Она что-то спрашивает, а я смотрю на нее и на все вопросы тупо отвечаю: «Да». Как преданный пес, смотрю в ее огромные вишневые глаза, смотрю и ничего не могу с собой поделать. Это было сказочно красивое лицо. Это было ваше лицо. Это были вы, Юля. Я видел, что абсолютно безразличен ей, но ничего с собой поделать не мог и строил фантазии наших сказочных с ней отношений. Вот только фигура у нее была не как у вас. Скажем, не столь изящная, словно сделанная начерно. Она ушла, и больше я ее уже никогда не встречал, но ее восхитительный образ навсегда остался в моей памяти. А спустя какое-то время я знакомлюсь с другой девушкой.

– Она тоже была красивая?

– Конечно. Я убежден, что нет некрасивых девушек. И тут я говорю себе: «Вот она, та самая фигура, которая подходит к лицу той, первой девушки». Мое желание соединить двух человек воедино имело такую энергетическую силу, что судьба и таинственные силы забросили меня в новый, двадцатый век. И вот я попадаю в ту же квартиру, где жила моя знакомая, и вижу свершившееся чудо – вас, соединившую в себе мои желания: лицо и тело двух разных дам из далекого девятнадцатого века.

– Такие фантазии могут вас далеко завести.

– А теперь о вашей квартире. Две комнаты были закрыты на замок, и я туда не входил.

– Но все же попытались?

– Грешен, не удержался.

– Да, на время отъезда родителей я закрываю двери на ключ. Так у нас в семье заведено. Мама говорит, что эта привычка появилась еще до революции.

– И не удивительно. Хотите, я расскажу вам, как они выглядят и откуда появилась эта привычка?

– Интересно послушать.

Михаил в деталях описал обе комнаты, в которые он попасть не мог, так как они были заперты. Особое внимание он уделил лепнине и плафонам потолка, подробно описал все выступы, альков и изразцы на сохранившихся каминах. Юля была потрясена.

– Даже не знаю, что вам на это ответить. По-моему, это звучит как-то глупо. Вы уж не обижайтесь на меня, пожалуйста. Мне сейчас не очень хорошо и уж совсем не до лестных историй, поймите меня правильно. Чем ярче вы описываете мой образ, тем сильнее я начинаю себя жалеть. Чем больше вы рассказываете о прошлом, тем тревожнее становится у меня на душе.

– Ну вот вы и улыбнулись.

– Я хотела услышать романтическую историю про вас, а услышала какой-то мистический триллер. Еще не хватало узнать о таинственном привидении… Что с вашим лицом? Что, оно существует?

– Она.

– Женщина?

– Старуха… Я обязательно расскажу вам обо всем, но чуть позже…

– Достоевщина какая-то.

Наступила томительная тишина, и никто не желал первым нарушать ее. Наконец, глубоко и печально вздохнув, девушка продолжила прерванный разговор. За этот отрезок времени что-то в ней явно произошло.

– Надо жить реальной жизнью, Михаил.

Сразу было понятно, что девушка говорила совсем не то, что хотела сказать. Щеки выдавали ее. На них уже не было того первоначального румянца, с которым она встретила Михаила, они пылали пожаром.

– Скажите откровенно, Юля, разве вам никогда не хотелось что-нибудь исправить в любимом человеке?

– Вы имеете в виду моего мужа или вообще?

– Это как вы пожелаете.

– Нет, я приняла своего любимого человека таким, каким он был.

– Тогда давайте отвлечемся от конкретных персонажей. Вы только представьте: вдруг вам по непонятной причине довелось увидеть наяву собственного идеального мужа. Он тот же самый, но к его привлекательной внешности добавился удивительный характер другого мужчины. Пойдем дальше. Он стал обладать божественной фигурой третьего человека и с острым умом, успешностью и респектабельностью четвертого человека, преданностью и верностью пятого человека и так далее? Разве вы откажетесь от этого? Разве это плохо, когда сама судьба воплощает ваши мечты в реальность?

– Это один и тот же человек или это разные люди?

– Конечно, это разные люди. Они когда-то встречались вам в жизни и превращались в мимолетную мечту, которую неплохо было бы воплотить в тело вашего супруга. Вы лишь грустно улыбались и забывали о таких встречах и желаниях. Но однажды такой человек повстречался вам на пути, и проблема была лишь в одном – это не был ваш муж. Этот человек был просто похож на вашего мужа. Естественно, я говорю не про себя.

– Из этого я должна сделать вывод, который и так ясен: мой муж далеко не идеален, с кучей недостатков, да еще и мерзавец. Я это и так сегодня поняла.

– Нет-нет, вы не так все поняли. Я говорил о том, как проверить себя и свои чувства. Стоит только захотеть идеального – и любви конец.

Она грустно улыбнулась, но ничего не ответила.

– Все люди хотят идеала, но его не найти. Двойников много, похожих людей еще больше, и вся проблема лишь в том, что все они разные, потому как каждый человек неповторим.

– Связывая свою судьбу с судьбой другого человека, мы миримся с тем, что он не идеален.

– И тем не менее в нем есть то единственное, чего достаточно для настоящей любви.

– А если настоящей любви не было?

– Настоящая любовь или есть, или ее нет. Если мы ослеплены этим чувством, то все представляется идеальным. А если мы начинаем замечать недостатки и сравнивать своего избранника с идеальными людьми, значит, ослепление прошло. Значит, то была не любовь, а простая влюбленность. Это тоже красиво, но далеко от идеала.

– Нет ничего идеального. Нет и идеальных людей. А если подобные им и находятся, то они, увы, уже заняты, – с грустью в голосе заметила Юля.

– Ну да ладно, хватит о всякой ерунде. Вы правы. Надо жить реальной жизнью, – Михаил улыбнулся и решил поменять тему. – Давайте посмотрим, что вы мне принесли. Может быть, это отвлечет вас от грустных мыслей.

– Возвращаясь к вашей истории, Михаил. Как ни странно, она мне понравилась.

– Это чистая правда, вы уж извините меня.

– У этой истории, вероятно, есть и продолжение. Вы мне как-нибудь потом расскажете, что было дальше, хорошо?

– Хорошо.

– А пока что ж, давайте вскрывать пакет. Надо действительно, как говорят психологи, уметь переключаться.

В пакете оказались одежда, какие-то приборы и юридическая литература. В конверте лежали деньги.

– Юля, мне нужна ваша помощь. Расскажите, как всем этим надо пользоваться. В моем веке такого не было.

– Сейчас вы переоденетесь и снова вернетесь в двадцатый век. Ваша одежда, скажу вам откровенно, ввергла в замешательство даже милиционера. Лиза приготовила вам то, что действительно вам подойдет больше, чем этот театральный наряд.

– Это моя повседневная одежда из того века, откуда я здесь появился.

– Даже и не знаю, что на это ответить. Как-то все странно и немного забавно. Насчет другого века я ничего не поняла, но, вероятно, эта игра доставляет вам удовольствие. Пусть будет так.

– Договорились.

– Среди моих знакомых нет ни одного взрослого фантазера-сказочника.

– Значит, я буду первым.

– Если вам приятно, я поддержу вас. В наше грубое и циничное время немного добрых фантазий не будут лишними. А теперь идите переодевайтесь.

– Возвращаемся в нашу реальность. Я сейчас, я мигом.

– Хорошо, можете не торопиться, мне спешить некуда. Я уже всюду опоздала.

Михаил вышел в прихожую и там быстро переоделся, посмотрел на себя в зеркало и вернулся назад.

– Ну как?

Юля разглядывала молодого человека во все глаза и загадочно улыбалась.

– Прекрасно, Михаил. Эта одежда подходит вам гораздо больше. Она вам очень идет. Да, вы в ней смотритесь много лучше, чем в прежней. У Лизы этого не отнять, она умеет все подбирать со вкусом. Современно, стильно, солидно. Ее мужу явно повезло. Это она из него, можно сказать, из ничего, сделала звезду.

– Как это?

– Теперь моя очередь рассказывать вам истории. Лиза этого не сделает. Она вообще не любит говорить на эту тему.

– А это удобно?

– Лиза не любит тайн и сама попросила меня при случае поговорить с вами. Вот случай и представился.

– Ну, если так, я не против.

– Ее муж был обычным смазливым мальчиком с кавказскими корнями и замашками. Сокурсник. С третьего курса, где-то через месяц после свадьбы, ушел из института. Занялся то ли фарцовкой, то ли продажей наркотиков, то ли и тем и другим сразу. Лиза – полная его противоположность. Из интеллигентной семьи. В отличие от своего мужа она все же закончила ЛЭТИ. Кроме того, Лиза – очень талантливый художник. Помимо основной профессии она работает еще и дизайнером в Доме мод на Невском. Там она и предложила попробовать супруга в качестве модели. Он сразу же всем понравился. С того момента начался конец ее семейного счастья. Всему виной безденежье и тщеславие ничтожества. Подиум вскружил ему голову. За несколько лет он сильно изменился. Богемные тусовки, торговля, валюта, наркотики – в общем, ничего хорошего. Лиза мне сказала, что попросила вас вести ее бракоразводный процесс. Юрист, как священник, должен знать все о своем прихожанине.

– А теперь расскажите, пожалуйста, про современные деньги и как ими пользоваться.

– Это несложно.

Михаил впитывал новую информацию, как губка впитывает воду. Потом Юля сказала, что лучше всего теорию проверять на практике.

– Юля, вы, пожалуйста, простите меня, не знаю, уместно ли это сейчас, но я давно хочу сказать вам. Мне просто необходимо ваше общество. Только не обижайтесь на меня. Вам нельзя огорчаться. Я хочу, чтобы вы были счастливы. И хочу, чтобы вы знали, как я отношусь к вам, что чувствую и о чем думаю. Я готов защищать вас от всего плохого. И вот еще что, я… хочу чаще видеть вас, встречаться с вами. Мне просто необходимо ваше общество. Мне с вами очень уютно и легко.

– У вас уже есть недостающая нежная составляющая.

На ее щеках вновь появился румянец. Она долго и пристально смотрела Михаилу в глаза. Она понимала, что он куда-то спешит, чего-то боится и говорит то, что через минуту бы не сказал.

– Вы – моя потаенная мечта, и я не хочу от нее отказываться. Сейчас я сам не знаю, что верно, а что нет. Но быть верными друзьями мы можем, ведь так?

– А вы уверены, Михаил, что сможете?

– Время покажет. Скажу вам откровенно, я по-настоящему люблю Лизу. Она, может быть, даже сама не знает, как сильно я ее люблю.

– Не беспокойтесь, знает.

– Вы уверены?

– Уверена.

– Не буду скрывать, вы мне бесконечно дороги и переполняете мою душу самыми нежными чувствами, но я не стану вторгаться в ваши отношения с мужем, не стану пользоваться сложившейся ситуацией. Я просто хочу быть рядом, оберегать и защищать вас.

– Знаете, Михаил, несколько дней назад я загадала желание, чтобы неопределенность в моих семейных отношениях закончилась. Я даже не желала прежней любви и прежних отношений. Там все было не так, как хотелось бы. Я просто хотела ясности.

– Хорошее слово «ясность» – не точно, зато понятно.

– И вот она, эта ясность, наступила. Как ни странно, но в исполнении моего желания вы явились главным звеном. Мое желание исполнилось… Может, вы и есть исполнитель желаний?

За все последнее время он не видел такой обворожительной и искренней улыбки. Она была и нежной, и трогательной, и кроткой, и очень-очень доброй. Молодые люди сидели друг напротив друга. Они смотрели друг другу в глаза и думали об одном и том же. Михаилу казалось, что он берет ее за плечи и прижимает к себе. Ей виделось то же самое. Они чувствовали одно и то же, думали одинаково, и от этого в душе распускалось необыкновенной красоты чувство сказочного восторга и таинства. Они оба этого хотели и боялись своих чувств. К тому же они оба знали, что этого никогда не будет.

Михаил был в смятении. Только что он остро ощутил, что попал в две параллельные жизни. Что бы он ни предпринимал, они будут протекать самостоятельно, не мешая друг другу и не пересекаясь между собой.

Юля, казалось, увлекала его в прошлое столетие и собой создавала иллюзию прошлого времени. Именно с ее помощью он снова ощущал себя в привычном девятнадцатом веке. Там и с ней ему было хорошо и безопасно. С ней все было понятно. Он точно знал, что она нравится ему, и видел, что тоже нравится ей. Но было и новое чувство. Это стремительная влюбленность в новое время, в иную жизнь и в совершенно другую девушку, которую звали Лизой. Она ворвалась в его жизнь на скоростном автомобиле. Она вскружила ему голову. Она околдовала его. Она уверенно встала между ним и Юлей. Михаил понимал, что и он, и Юля в этот момент убегают от стресса и страха, от жестокого мира и от своей слабости перед ним. Они пытаются скрыться в далеком и безопасном, романтическом девятнадцатом веке. Они не такие сильные, как современные люди. Но в их слабости и заключалась сила. Им было комфортно и приятно в обществе друг друга. Если Лиза уверенно шагала через все штормы современного мира, то Юля и Михаил стремились укрыться от этой неразберихи, от этого хаоса. И в этом стремлении они были едины. Вот тут-то действительно и произошло чудо. Оба одновременно почувствовали, что стресс и страх куда-то подевались. Им на смену пришло новое чувство – безопасности, уверенности в себе, уюта и взаимного влечения. Это было благостное чувство. И они оба знали, что это такое.

Они продолжали сидеть друг напротив друга и с упоением смотреть друг другу в глаза, словно проверяя, правда это или нет, чувство это или что-то иное. Эта процедура была очень приятной. В платонической любви тоже есть своя прелесть.

– Мне пора.

– Я все время буду думать о вас.

– Завтра я снова приду, ненадолго. Просто узнать, как ваши дела, не случилось ли что. Что выкинет мой австралиец, предугадать невозможно.

Помяни черта, и он будет тут как тут. Дверь отворилась, и в квартиру влетел Юлин супруг.

– Меня за границу отправила, а сама здесь развратом занимаешься!

– Как вы смеете!

Юля и Михаил оба вскочили со своих мест.

– Заткнись, урод, с тобой я потом разберусь. А ты ведешь себя как гулящая девка!

– Вы… Вы – негодяй, – с негодованием вырвалось у Михаила. Он машинально перехватил руку Юлиного супруга, которой тот попытался то ли схватить Юлю, то ли дать ей пощечину. Михаил резко оттолкнул его от растерявшейся девушки. Юлин муж грязно выругался. И тотчас получил хлесткую пощечину от Михаила.

– Ты, сучок, напал на меня в моей же квартире? Да я тебя сейчас урою, гнида.

Он замахнулся, но ударить Михаила не решился. Михаил был и выше, и сильнее его. Да тут еще Юля вмешалась. Она встала между ними и спокойно произнесла:

– Ты ничего не сделаешь. Иначе твоей австралийской жизни конец. Это раз. Ты находишься в моей квартире. Это два. Сейчас ты отдашь ключи, извинишься перед человеком и навсегда позабудешь обо всем, что связано со мной. Это три. А если произнесешь еще хотя бы одно слово, то здесь же и сейчас напишешь согласие на развод. Это четыре. Мне хватит считать или продолжить?

– Юля, моя кроткая девочка, я тебя не узнаю. Хорошо, я был не прав. Извини. Пощечину я уже получил, что еще надо? Еще раз извини. Только как все это понимать?

– Тебя не было два года. Ты украдкой возвращаешься, силой врываешься в мою квартиру, вместо того чтобы появиться дома. Без «здравствуй» и поцелуев оскорбляешь меня и еще спрашиваешь, как все это понимать. У тебя вообще что с головой и с совестью? Словом, пару дней назад я сдала квартиру этому человеку. Или, может быть, ты считаешь, что я должна была сначала разыскать тебя в Австралии и спросить разрешения?

– Какой развод, о чем ты говоришь? Маленькое недоразумение – и сразу же «на развод»? Ладно, ты права. Я виноват, поступил нехорошо. Прежде чем появиться дома, хотел немного последить за тобой. Я неправ, но не надо горячиться. Давай все решим спокойно, по-семейному. Ты достаточно долго жила без меня. Я имею право на элементарную ревность.

– Нет у тебя такого права. Ты ведешь себя не по-мужски. Выкручиваешься, лжешь и еще при этом хочешь меня унизить. И знаешь что, ты только что сам и на всем поставил точку.

Юля посмотрела на супруга с болью и отчаянием, затем тихо произнесла:

– Я приняла решение.

– Подумай хорошенько.

– Говори это чаще самому себе, может быть, поможет.

– Успокойся, всякое бывает.

– Я уже не хочу всякого… Мое решение окончательное, я развожусь с тобой.

– Сперва посоветуйся с родителями и не горячись.

– Не волнуйся, твое согласие я не стану использовать тебе во вред. Это будет моя гарантия, моя защита от тебя. Ты уже был у Марины в ОВИРе? Ведь тебя сейчас больше всего беспокоит, получишь ты визу или нет. Не волнуйся, получишь. Уезжай как можно дальше и поскорее, я не желаю тебя видеть.

Наступила гнетущая тишина. Все трое молчали. Наконец на лице Юлиного мужа появилось некое подобие улыбки, и он спокойно произнес:

– Хорошо, я все сделаю так, как ты хочешь.

Он отдал Юле ключи и вышел из квартиры.

– Теперь, Михаил, вам не о чем волноваться. Все будет хорошо. Еще раз спасибо вам и до завтра.

– Я провожу вас.

– Нет, – с трудом сдерживая слезы, запротестовала Юля, – я поймаю такси. Спасибо и до свидания.

И она ушла. Так закончился третий день.

* * *

Майор Комитета госбезопасности снял трубку прямого телефона и четко доложил:

– Товарищ генерал, пропажа отыскалась. Сейчас он находится на Просвещения. Наблюдение установлено.

– Ваши люди уже дважды упускали его из-под контроля. Не упустите и на этот раз. Чья это квартира?

– Дочери главврача Монастырского.

– Срочно проверьте, нет ли какой связи между его исчезновением из клиники и главврачом Монастырским.

– Обязательно проверю. Только Монастырский вторую неделю находится в США на симпозиуме. Думаю, что он здесь ни при чем. Согласно докладам информаторов, мой подопечный совсем недавно познакомился с его дочерью, через ее подругу.

– Кто такая?

– Я отправлю вам всю имеющуюся о ней информацию. Мой подопечный знаком с ней всего несколько дней благодаря совершенно случайным обстоятельствам.

– Ничего совершенно случайного не бывает. Проверьте все до мелочей. Не мне вас учить. Помните, ваша карьера напрямую связана с бумагами его отца.

– Я все понял, товарищ генерал.

– Выполняйте. И вот еще что: к концу недели представьте мне подробный отчет.

– Будет исполнено, товарищ генерал.

– Не затягивайте с этим делом. Отсчет пошел уже не на месяцы, а на дни.

– Я знаю. Будет исполнено.

– Сегодня не он главная фигура, но по глупости вреда может наделать предостаточно. Большие силы не привлекайте. Все.

Глава 5. Великая сила пол-литра

Михаил плохо спал и всю ночь размышлял о том, что его ждет впереди. Предстоящее вообразимое и невообразимое будущее ничего хорошего ему не сулило. И тем не менее он понял одно: надо начинать жить реальной жизнью, используя новую возможностью, которую ему предоставила судьба. Однажды дядя сказал: «То, что ты не сделаешь сегодня, станет твоим сожалением завтра». Только сейчас Михаил понял, что означают эти слова. «Надо жить реальной жизнью и ничего не откладывать на потом!»

Рано утром приехала Лиза.

– Михаил, вы преображаетесь на глазах. Я чувствовала, что попаду в десятку.

– У вас все получается великолепно, даже стрельба.

– Надеюсь, именно это мне и не пригодится.

– Не зарекайтесь.

– Эта одежда вам очень идет. Я тут еще куртку для вас привезла, чтобы не замерзли. Все-таки апрель на дворе. И документы.

Она достала новый советский паспорт и протянула его Михаилу. Согласно данному документу он родился и жил в Петропавловске-Камчатском, на улице Ленина. Дата рождения: седьмое декабря 1961 года. Звали его Николай Владимирович Путников. Михаил изменился в лице. У него непроизвольно открылся рот и округлились глаза.

– Что-то не так, – робко поинтересовалась Лиза.

– Дело в том, что я родился именно 7 декабря, только 1861 года.

Лиза с подозрением посмотрела на Михаила, не понимая, разыгрывает он ее или нет. Наконец она энергично продолжила:

– Все-все-все. Никакой чертовщины. Простое совпадение. У нас нет времени на всякую ерунду.

– Вы правы, времени действительно в обрез.

– Вот доверенность на ведение моего дела. А вот доверенности на регистрацию юридических лиц – совместного предприятия и товарищества с ограниченной ответственностью.

– Такого не бывает. Есть либо товарищество, либо общество с ограниченной ответственностью. А смеси бульдога с носорогом не бывает.

– Это в ваше время не путали божий дар с яичницей, а в наше время – это норма культуры и новых юридических знаний. Поэтому регистрируем то, что просят и за что, кстати, платят деньги. Здесь остальные бумаги по моему делу. Суд находится на 10-й Красноармейской. Судья Романова Ольга Петровна.

– А где осуществляют регистрацию юридических лиц?

– В Смольном соборе.

– В самом соборе монастыре? – искренне удивился Михаил.

– В 6-м подъезде. Но сейчас меня больше волнует бракоразводный процесс. Запомните, Михаил, мой район Адмиралтейский.

– А сегодня мы можем это сделать?

– Сегодня? Кстати, да, сегодня у моего судьи приемный день с двух до пяти.

– А это что?

– Это я написала согласие на развод от имени мужа. Не хватает только подписи. У меня есть его паспорт, но нет владельца. Михаил, не смотрите на меня, как на преступника. Я предупреждала вас, что готова пойти на крайние меры. Вот я и дошла до крайности.

Михаил не знал, что ему делать. Лиза вновь ворвалась в его жизнь, как свежий ветер. Ее энергия и обаяние очаровали и увлекли его за собой. Лиза ошибалась, полагая, что этические нормы не позволят Михаилу пойти вместе с ней на подлог. Эту тему он закрыл еще вчера, сопоставляя все «за» и «против». Одно то, что он незаконно жил в новом времени и согласился на липовый паспорт, снимало все сомнения. «Это как на войне, – уговаривал себя Михаил, – невольно приходится переступать черту ради собственного спасения и браться за оружие. Никто не знает, на что он способен в минуту, когда его жизни станет угрожать смертельная опасность. Это не уголовщина, это самозащита. Но стоит этой войне закончиться, и вновь вступают в силу законы и этические нормы мирного времени. Главное, что сегодня никому нет никакого дела до соседа, никому нет никакого дела до отступлений от закона, если, конечно, нет вреда согражданам, власти и стране. Все остальное – косвенные доводы. Эти два отступления делаются лишь для того, чтобы отстоять и защитить свое право на нормальную человеческую жизнь. Это сделка? Да! Ей – свобода, и мне – свобода. И на эту свободу каждому нужен свой документ. Ей – справка о разводе, мне – паспорт». Но и разумом, и сердцем Михаил понимал, что даже без обмена принципов на паспорт он сделал бы все для этой внешне сильной, но по сути хрупкой и беззащитной девушки… Он готов был ради нее пойти куда угодно и на что угодно. Вот она – его настоящая любовь и воплощение реальности. Вот она – не надуманная фантазия, а страстно любимая девушка. Подспудно он понимал, что «куда угодно» и «что угодно» никак не связаны с преступлением, потому что этические, нравственные и гражданские устои Лизы были ничуть не ниже, чем у Михаила. Он понимал, что в минуту опасности Лиза, пожертвует собой. Он видел, он чувствовал, что Лиза не просто заботится о нем, она искренне и по-настоящему любит его. И еще он знал одну весьма существенную деталь: Лиза значительно сильнее его духом. Это задевало самолюбие и в то же время радовало Михаила. Правда, в настоящую минуту его волновало еще одно обстоятельство. Скоро должна была приехать Юля. Михаил очень ждал эту встречу, он готовился к ней. Его волнение было столь очевидно, что Лиза с подозрением спросила.

– Что-нибудь не так?

Надо было что-то отвечать.

– Его паспорт тоже не настоящий?

– Сегодня такое время, что даже про себя трудно сказать, настоящая я, или не настоящая.

– А можно посмотреть его документ?

– Пожалуйста.

Михаил открыл страницу с фотографией и увидел на ней своего знакомого со Смоленского кладбища. Точная копия. Поразительное сходство. У Михаила все было написано на лице.

– Да что вы меня все время пугаете? Это настоящий паспорт, а вот у моего мужа липовый, я при случае их поменяла. И кстати, он живет по нему уже полгода и никаких проблем.

– Я знаю, где найти вашего мужа, – прервал ее Михаил, – поехали. Я все объясню вам по дороге.

Через час они уже обходили на Смоленском кладбище могилу за могилой в поисках двойника. Но его нигде не было. И тут Михаил вспомнил.

– Он говорил, что живет на 5-й линии, неподалеку от бани. Да, там они еще эту, ну как ее… такое с разговором связанное название… покупают и пьют. Она еще по качеству хуже водки.

– Бормотуху, что ли?

– Да, конечно, ее. Как это я мог забыть!

– Да, Михаил-Николай, вы человек продвинутый, быстро вживаетесь в новую действительность.

Они поехали на 5-ю линию.

– Михаил, буду и впредь вас так называть, зайдите, пожалуйста, в этот дворик, если его там нет, надо будет зайти в соседний. Если и там его не будет…

– Вот он! – прервал ее Михаил. Они остановились. Михаил вышел из машины и не очень громко окликнул:

– Василий!

Оглянулись все, кроме Василия. Увидев «Боярского», они одновременно стали толкать своего приятеля – один в бок, другой в плечо – со словами:

– Васька, там тебя мужик с кладбища спрашивает. Короче, который на Боярского похожий.

Василий обернулся и стал внимательно разглядывать новый облик Михаила.

Страницы: «« « 12345678 » ... »»