Знаменитые полководцы Скляренко Валентина

Кир II Великий

(? – ум. в 530 г. до н. э.)

Первый царь государства Ахеменидов. Завоевал Мидию, Парфию, Лидию, покорил значительную часть Малой и Средней Азии, Вавилон и Месопотамию. В течение полустолетия не знал ни одного поражения.

Кир был потомком Ахемения, вождя одного из персидских племен, пасаргадов, жившего в VIII в. до н. э. Геродот сообщает, что он был сыном персидского царя Камбиза и дочери мидийского царя Астиага, Манданы. Персы в то время находились в подчинении у мидийских царей. Подстрекаемый одним из приближенных деда, Гарпагом, примерно в 558 г. до н. э. Кир поднял восстание среди персов, подчиненных Мидии, и низложил Астиага. Мидийский царь был схвачен в столице Мидии Экбатане и закован в цепи, но перед этим успел казнить всех своих полководцев, видя в них причину поражения.

Геродот пишет, что Гарпаг с доверенным слугой, который выдавал себя за охотника, отправил Киру в Персию послание, зашитое во внутренности зайца. В том случае, если бы Кир согласился поднять восстание, ему была обещана поддержка большинства мидийских вельмож. Получив послание, Кир созвал народное собрание персидских племен, на котором был зачитан фальшивый указ о том, что Астиаг назначил его, Кира, своим военачальником. Устроив для собравшихся пир, когда все наелись и напились, царевич спросил присутствующих, хотят ли они трудиться в поте лица или проводить время в пирах и забавах. Получив заранее ожидаемый ответ, Кир призвал собравшихся идти войной на мидиян, которых персы ненавидели, видя в них чужеземных угнетателей.

Менее известный историк древности Ктезий, имевший доступ к архивам Персидского царства, однако, утверждает, что Кир не был родственником мидийского царя. Он якобы родился от брака вора Артадата и простолюдинки Аргосты, пасшей коз. Во время беременности той приснился сон, что ее сын займет самое высокое положение в стране. Действительно, через много лет Кир, оказав услугу одному из придворных, попал во дворец и вошел в милость к царю, который сделал его отца сатрапом (наместником) Персии. После этого Астиаг за что-то рассердился на Кира и велел умертвить его. Тот, однако, бежал в Персию, поднял восстание и в большом сражении победил войско Астиага. Войско провозгласило Кира царем Персии и Мидии. Однако сохранились надписи, сделанные по приказу нового царя, где значилось: «Я – Куруш,[10] царь из рода Ахеменидов… сын могущественного царя Камбиза». Так что версия Геродота, по-видимому, более близка к действительности.

У Геродота записана также любопытная легенда. Она гласит, что Астиагу однажды приснился странный сон. По толкованию магов-жрецов, у дочери царя Манданы должен был родиться сын, который свергнет деда с трона. Астиаг вызвал дочь из Персии, а когда она разрешилась от бремени, велел сановнику Гарпагу отнести ребенка в лес и бросить там. Тот перепоручил неприятное дело рабу-пастуху Митридату. Митридат принес Кира в свою хижину, расположенную в горах. В это время его жена Спако родила мертвого сына. Супруги решили оставить царевича себе, а мертвого ребенка обрядили в одежды Кира и показали его слугам Гарпага. Через десять лет во время игры дети выбрали Кира царем. Один из них, принадлежавший к знатному роду, отказался подчиняться сыну пастуха, за что Кир побил его. Пострадавший пожаловался, что раб бьет детей царских сановников. Кира привели к Астиагу, и тот, пораженный фамильным сходством, под угрозой пытки заставил Митридата рассказать правду. После этого царь пригласил Гарпага на пир и угостил его мясом собственного сына, а потом обратился к магам за советом. Те сказали, что мальчик больше не опасен, так как уже был избран царем. Так Кир остался в живых, а потом действительно свергнул деда и захватил трон.

Как бы то ни было, но на исторической арене Кир появился в 553 г. до н. э., именно с момента захвата Мидии, сразу выступив как талантливый военачальник, победивший опытных полководцев и сильное войско. Он быстро сумел создать мощную армию, состоящую в основном из свободных общинников. Недаром по-древнеперсидски войско и народ обозначались одним словом – «кара».

Под властью Кира оказались Персия и Мидия. Последняя была одним из самых сильных государств на востоке. Ее объединение с Персией вызвало тревогу со стороны соседних государств.

В это время зять Астиага, царь Лидии, знаменитый своими несметными богатствами Крез решил обуздать Кира. Он хотел вернуть на престол тестя и предупредить угрозу, которая может возникнуть со стороны опасного соседа. По обычаю того времени Крез обратился к богам за советом. В знаменитом святилище Аполлона в Дельфах предсказательница-пифия дала уклончивый ответ на вопрос, чем закончится война. Она сказала, что Крез сокрушит великое царство, если перейдет р. Галис, по которой с 608 г. до н. э. проходила восточная граница Лидии.

Крез решил, что предсказание благоприятно. Весной 554 г. до н. э. он перешел рубеж и начал разорять города Каппадокии, входившей в состав Мидии, и изгонять жителей, как было принято у многих восточных владык того времени. Однако в глубь чужой страны Крез заходить не торопился, ожидая подкрепления от союзников – вавилонян и лакедемонян (спартанцев). Их он так и не дождался. Осенью путь лидийцам преградили войска Кира. Исход сражения остался неопределенным, но Крез решил вернуться домой, так как приближалась зима. Перейдя границу, он распустил армию, приказав воинам вновь собраться весной, а сам отправился в свою столицу Сарды. Но вскоре стало известно, что персы вошли в Лидию и быстро движутся к столице. Крез спешно собрал войска. Он рассчитывал на конницу, которая считалась лучшей в Азии. Но Кир прибегнул к военной хитрости: он выставил впереди своей армии верблюдов, запах и вид которых испугали лидийских лошадей. Они вышли из повиновения и разбежались. Лидийцы были вынуждены спешиться. Несмотря на их отчаянное сопротивление, сражение было проиграно, и Крез отступил в Сарды.

Кир осадил город. Крез все еще надеялся на союзников, в число которых теперь вошли еще Вавилония и много греческих городов-полисов Малой Азии; но те, однако, явно не спешили на помощь. Только спартанцы снарядили несколько кораблей, но так и не отправили их, узнав, что Сарды захвачены персами. Город пал уже через 14 дней. Решающее сражение произошло неподалеку от столицы на равнине Тимбра. Здесь Кир, учитывая значительный количественный перевес лидийцев, впервые применил необычную для того времени тактику. Он построил войска не параллельно армии противника, а квадратом. Сильно выдающиеся вперед фланги были укреплены конницей и колесницами. Здесь же были сосредоточены отборная пехота и всадники на верблюдах. Внутри каре находились лучники и метатели дротиков. Это дезорганизовало атаку армии Креза. Крылья громадной лидийской армии, начавшей разворот, чтобы окружить персов, были разбиты флангами Кира. В образовавшиеся при повороте разрывы боевой линии противника прорвалась персидская конница. Лидийцы запаниковали и начали беспорядочно отступать. Воины Кира бросились за ними и штурмом взяли город.

По другой версии, войско Кира не было готово к длительной осаде. Возможно, персам пришлось бы уйти, но помог случай. Один из воинов Кира, принадлежащий к племени мардов, живших в горах, заметил, что лидийский воин спустился с акрополя по скале за упавшим шлемом и спокойно поднялся обратно. Мард и другие воины поднялись за ним и сумели проникнуть в город.

Примечательно, что царь-победитель отнесся к побежденным милостиво. Это было достаточно необычным для того времени. Он не позволил своим воинам грабить город, но забрал имущество у богатых граждан в пользу казны. По словам Геродота, сначала Кир хотел сжечь Креза, но потом сохранил ему жизнь. Он даже утверждает, что позже Кир сделал лидийского царя своим советником.

После захвата Лидийского царства персидский владыка направил одного из своих полководцев завершить завоевание Малой Азии и покорить греческие приморские города-полисы, сам же отправился в страны, лежащие на восток от Персии и Мидии. В течение 554–539 гг. до н. э., как свидетельствует все тот же Геродот, «Кир… подчинил своей власти всю Верхнюю Азию, не исключая ни одной страны».

В 539 г. до н. э. персидский царь устремился к Вавилону. Чтобы защититься от нашествия, вавилоняне укрепили оборонительные каналы, пересекавшие страну во всех направлениях. Но персов они не остановили, как не остановили Кира и гигантские стены Вавилона, построенные еще при Навуходоносоре.

Вавилоняне считали их неприступными. Не боялись они и голода, так как запасы провизии в городе были очень значительны. Однако Кир вновь проявил свой талант военачальника. Он приказал отвести течение Евфрата и проник в город по старому руслу. Впрочем, эта версия в настоящее время многими оспаривается. В конце XIX в. был найден летописный документ, в котором утверждается, что Вавилон сдался без боя.[11] В других источниках говорится, что царь Набонид и его сын Валтасар решили избежать открытого сражения. Стены Вавилона, знаменитые своими оборонительными сооружениями, показались им надежным убежищем. По непонятным причинам (скорее всего, в городе нашлись предатели) некоторые ворота оказались открытыми. Через них персы прорвались в Вавилон. Валтасар пал в бою, а Набонид был отправлен в ссылку. Он стал наместником Кармании – страны, расположенной к востоку от Персии.

Как повествуют вавилонские хроники, Кир освободил жителей страны от гнета Набонида. Вавилонские жрецы считали его посланником бога Мардука, а народ – освободителем. Примечательно также, что он разрешил всем чужеземцам, насильственно привезенным в Вавилонию, вернуться в родные места. Среди них были и израильтяне, уведенные в рабство еще Навуходоносором. Им было позволено вернуться в Иерусалим. Кир также распорядился, чтобы сирийские и финикийские наместники безвозмездно выделяли из государственной казны средства и материалы для восстановления Храма Соломона.

Взятие Вавилона сделало персидского царя властелином всего Халдейского царства, т. е. всей страны, лежащей в низовьях Евфрата и Тигра до Персидского залива, от Сирии до Средиземного моря и египетской границы.

После этого Кир прожил еще семь лет, но о последних годах его жизни мало что известно. Противоречивы и сведения о его смерти. Геродот утверждает, что Кир погиб в сражении с массагетами – кочевым народом, жившим в степях на восточном побережье Каспийского моря и за рекой Араксом. Тело его будто бы оставили в руках врага, и царица массагетов Томирис вложила его голову в мех, наполненный вином. Однако, по Ктезию, Кир погиб в борьбе против бербисов – народа, жившего на границе Индии. Рассказывают также легенду, изложенную древнегреческим писателем и историком Ксенофонтом в сочинении «Киропедия». По его словам, Кир, состарившись, увидел однажды во сне таинственное лицо, которое, как ему показалось, не может принадлежать смертному. Существо произнесло: «Приготовься, Кир, скоро ты пойдешь к богам». Царь после этого принес жертву богам, моля их даровать счастье детям, жене, друзьям, стране, а ему ниспослать конец, достойный его жизни. Затем он созвал своих сыновей, друзей и главных сатрапов Персии, к которым обратился с длинной и патетической речью. Кончив ее, он простился со всеми, пожал руку присутствующим, покрыл свое лицо и умер. Однако «Киропедия» считается художественным произведением, поэтому принято считать, что Кир все же погиб во время одного из походов.

Одиннадцатиметровая гробница Кира Великого сохранилась до сих пор. Она находится в Пасаргадах, первой столице Ахеменидов, расположенной в 80 км от Персеполя. Изображение солнечного диска на фронтоне здания позволило археологам предположить, что царь поклонялся Ахурамазде – верховному богу огнепоклонников-зороастрийцев, которые считали его воплощением доброго начала.

Когда-то в камере гробницы стоял золотой гроб с телом царя. Его видел Александр Македонский, пришедший поклониться праху великого полководца. В следующий свой приезд Александр нашел гробницу разграбленной. Жажда золота оказалась сильнее уважения и страха перед гневом призрака грозного завоевателя…

Конев Иван Степанович

(род. в 1897 г. – ум. в 1973 г.)

Маршал Советского Союза, участник Первой мировой, Гражданской и Великой Отечественной войн, заместитель министра обороны и Главнокомандующий Объединенными вооруженными силами государств-участников Варшавского договора (1956 г.).

Дважды Герой Советского Союза (1944, 1945 гг.), кавалер ордена «Победа».

Маршал И. С. Конев, несомненно, оказал большое влияние на ход Второй мировой войны. Не будь его и других подобных советских военачальников на Восточном фронте, вряд ли удалось бы добиться таких успехов. А в послевоенное время он сыграл такую же немаловажную роль в установлении советского диктата в странах Восточной Европы.

Его жизненный путь начался, как и у большинства советских полководцев, из низов общества. Родился он 28 декабря 1897 г. в бедной крестьянской семье в деревне Лодейно Вятской губернии. После окончания Инского училища работал табельщиком на лесоповалах. Во время Первой мировой войны, в 1916 г., его призвали в армию и направили в учебную команду для подготовки унтер-офицеров, после окончания которой он служил унтер-офицером 2-го отдельного артдивизиона на Юго-Западном фронте. После того как в 1917 г. к власти пришли большевики, Конев вступил в коммунистическую партию. Когда начался распад старой армии, он вернулся на родину и участвовал там в установлении новой власти. Его избрали членом Никольского уездного исполкома, а затем назначили военным комиссаром уезда. В 1918 г. он добровольцем пошел служить в Красную армию и навсегда связал свою жизнь с вооруженными силами страны. Начало его военной деятельности было чисто комиссарским. В этом качестве он сражался против колчаковцев, белогвардейцев, японцев. Был комиссаром бронепоезда, затем стрелковой бригады, дивизии, штаба Народно-революционной армии Дальневосточной республики, как делегат X съезда РКП (б) в 1921 г. участвовал в подавлении Кронштадтского мятежа.

На командные должности Конев пришел после Гражданской войны, окончив курсы усовершенствования высшего начальствующего состава. Быстрое продвижение по службе началось с середины 30-х гг., когда он, окончив в 1934 г. академию им. Фрунзе, был назначен командиром стрелковой дивизии. Ивану Степановичу удалось уцелеть во время сталинских чисток в армии, хотя человек, которого он считал своим учителем и который сыграл большую роль в его росте – И. П. Уборевич, погиб. В период 1937–1941 гг. Конев последовательно командовал особой группой войск в Монголии, 2-й Отдельной Краснознаменной Дальневосточной армией, войсками Забайкальского военного округа. За год до войны ему было присвоено звание генерал-лейтенанта. В это же время из войск округа ему приказали сформировать 19-ю армию, которую в мае 1941 г. начали перебрасывать в западные приграничные районы, но к началу боевых действий, 22 июня, полностью сосредоточить не успели.

19-армия вступила в бой с немцами в июле в районе Витебска, сумев задержать на несколько суток продвижение противника – 3-й танковой группы. Затем, когда развернулось Смоленское сражение, армия Конева наносила контрудары под Духовщиной. В сентябре его назначили командующим Западным фронтом и присвоили звание генерал-полковника. Этот фронт, протяженностью в 340 км, прикрывал московское направление от озера Селигер до Ельни. В эти же дни, в конце сентября, немцы, приведя в действие свой план «Тайфун», начали мощное наступление на Москву, прорвав в первые же дни оборону войск Западного, а также Резервного фронтов. Все попытки восстановить положение окончились неудачей. Кроме того, Сталин, запретив Коневу отойти на новую линию обороны, поставил его в еще более трудное положение. 7 октября в районе Вязьмы немцы окружили войска 4-х армий. Конев был снят с поста командующего. Ему грозил трибунал. Для расследования случившегося на фронт прибыли члены ГКО В. М. Молотов и К. Е. Ворошилов. Положение спас новый командующий Западным фронтом Г. К. Жуков, взявший Конева своим заместителем. В середине октября Конев провел в районе Торжка контрудар, в ходе которого была разгромлена танковая группировка противника. С этого началось соперничество между ним и Жуковым, которое в дальнейшем не прекращалось.

После успеха у Торжка Сталин назначил Ивана Степановича командующим Калининским фронтом. Войска этого фронта 5 декабря первыми начали контрнаступление под Москвой и, прорвав оборону противника, через 10 дней заняли г. Калинин.

После разгрома немцев под Москвой в районе Ржева образовался выступ, с которого они могли предпринять новое наступление на столицу. Именно против этого выступа большую часть 1942 г. действовал Калининский фронт, стремясь окружить противника, и хотя это сделать не удалось, немецкое командование вынуждено было перебрасывать туда войска с других направлений, что облегчало положение действующих там советских войск.

1943 г. начался с поражения немцев под Сталинградом. Они откатывались с Волги и Кавказа, в результате чего образовался выступ, получивший название Курская дуга. Здесь летом развернулось грандиозное сражение, в котором с обеих сторон участвовало свыше 4 млн человек, 12 тыс. самолетов, 13,2 тыс. танков, 69 тыс. орудий. Здесь немцы предприняли свое последнее крупное наступление, получившее название план «Цитадель». Сюда Гитлер направил новейшие танки «Тигр» и «Пантера». Немцы хотели срезать дугу, ударив под основания выступа. Но этот план стал известен советской разведке, и Жуков как заместитель Сталина руководящий боевыми действиями на этом участке фронта, приказал перейти к преднамеренной обороне. Конев на Курской дуге командовал Степным фронтом. Его войска должны были быть введены в действие на втором этапе сражения, во время контрнаступления. Но ему, по приказу Ставки, пришлось уже на первом этапе вводить в полосу Воронежского фронта 5-ю танковую армию, что и сыграло решающую роль в грандиозном танковом сражении под Прохоровкой. 13 августа войска Конева подошли к Харькову и охватили его почти со всех сторон, оставив немцам только один путь для отхода. 22 августа последовал штурм города, и на следующий день Харьков был освобожден.

В сентябре войска Конева освободили Полтаву и захватили плацдарм на Днепре в районе Днепродзержинска.

1944 г. начался с ряда операций войск 2-го Украинского фронта (так теперь именовался бывший Степной). 5–8 января в районе Кировограда окружили и разгромили противника, а затем взяли город. В конце января силами 1-го и 2-го Украинских фронтов Ватутина и Конева была проведена грандиозная Корсунь-Шевченковская операция, «второй Сталинград». В окружении очутилась 80-тысячная группировка немецкого генерала Штиммермана. Все попытки противника извне прийти на помощь окруженным пресекались войсками Конева. Также пресекались попытки прорваться изнутри. К 17 февраля группировка Штиммермана перестала существовать. Коневу же было присвоено звание Маршала Советского Союза. К концу марта его войска вышли на государственную границу с Румынией.

В мае 1944 г. последовало новое назначение – командующим 1-м Украинским фронтом. Перед Коневым ставилась задача разгромить немецкую группировку «Северная Украина» и освободить Западную Украину и юго-восточные районы Польши. Планируя Львовско-Сандомирскую операцию, Конев решил нанести два равных по мощности удара на разных направлениях и сумел отстоять свое мнение у Сталина, хотя тот был поначалу против. Операция проходила с 13 по 22 июля. Немцы не ожидали второго удара. В результате 8 дивизий под Бредами были окружены и ликвидированы, а в августе войска Конева форсировали Вислу и на ее берегу создали плацдарм для дальнейшего наступления. За эту операцию Ивану Степановичу было присвоено звание Героя Советского Союза.

В октябре последовала Карпатско-Дуклинская операция. Небольшая по размаху, она имела большое стратегическое и политическое значение. Операция была «неплановой», проводилась в горах и имела единственную цель: оказать помощь национальному восстанию в Словакии. Следующий год начался с проведения (12 января) грандиозной по своим масштабам Висло-Одерской операции, в ходе которой были разгромлены тактические и оперативные резервы немцев. Она началась раньше намеченного срока, поскольку в это время союзники по 2-му фронту терпели поражения в Арденнах и для спасения ситуации Сталин приказал наступать. Кроме того, он потребовал предотвратить разрушение немцами промышленного высокоразвитого Домбровско-Силезского района и сохранить Краков. Поэтому, пока Краков не был взят, артиллерия и авиация применялись ограниченно, а затем они заработали на полную мощность. В прорыв пошли танки, и для немцев создалась угроза окружения их 200-тысячной группировки. Это ускорило их отступление. В 20-х числах января 1-й Украинский фронт форсировал Одер. Создалась возможность совместно с 1-м Белорусским фронтом, которым командовал Жуков, начать наступление на Берлин. Но Жуков опасался возможности немцев нанести из Померании удар по его правому флангу. Поэтому по указанию Ставки наступление на Берлин было приостановлено. Кроме того, 1-й Украинский фронт оказался слишком растянут и нуждался в пополнении. В феврале наступление возобновилось. Началась Нижне-Силезская операция. В течение одного дня, 8 февраля, был прорван Одерский оборонительный рубеж противника, захвачены плацдармы на западном берегу р. Нейсе и к апрелю окружена в районе г. Бреслау 40-тысячная группировка немцев. Только теперь появилась возможность наступления на Берлин.

По плану Ставки Берлин в лоб должны были брать войска 1-го Белорусского фронта Жукова. Коневу же было поручено южнее Берлина выйти к Эльбе на соединение с союзниками. Наступление началось 16 апреля. Но с самого начала все пошло не так, как рассчитывали. Жуков не смог пробиться к городу через Зесловские высоты. Создавалась опасность, что союзники смогут занять Берлин раньше советских войск. Тогда Сталин приказал Коневу нанести танковыми армиями удар в обход Берлина, и 25 апреля войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов соединились западнее столицы Германии. Город был окружен и 2 мая капитулировал. Но перед Коневым Сталин сразу же поставил новую задачу: разгромить войска генерал-фельдмаршала Шернера и освободить Чехословакию, где в Праге началось восстание. Эта операция началась 6 мая, а 8-го Прага была освобождена, и группировка Шернера сложила оружие.

За годы войны Конев был дважды удостоен звания Героя Советского Союза, награжден 6-ю орденами Ленина и орденом «Победы» с бриллиантами.

В 1946 г. Иван Степанович командовал Центральной группой войск и являлся Верховным комиссаром по Австрии, а после смещения г. К. Жукова был назначен Главкомом сухопутными восками и заместителем министра обороны. В период с 1950 г. по 1955 г. он командовал Прикарпатским военным округом, а затем стал первым Главкомом объединенными войсками Варшавского договора, одновременно являясь первым замом министра обороны (министром был Жуков) и главкомом сухопутными войсками. В 1956 г. Конев руководил подавлением Венгерского восстания, и оно было подавлено очень жестоко. Через пять лет он находился на посту главкома Группой советских войск в Германии и принимал участие в «берлинском кризисе» 1961 г. В том же году последовало новое, на сей раз последнее назначение – Генеральный инспектор Министерства обороны. На этом посту он находился до самой смерти, последовавшей 21 мая 1973 г.

Безусловно, Конев был личностью неординарной. Об этом свидетельствуют не только боевой путь, но и созданные им «Записки командующего фронтом», вошедшие в золотой фонд исторических источников о Второй мировой войне.

Ксеркс I

(род. ок. 519 г. до н. э. – ум. в 465 г. до н. э.)

Царь государства Ахеменидов (486 г. до н. э.). Возглавлял поход персов в Грецию (480–479 гг. до н. э.), окончившийся поражением и ознаменовавший окончание первого этапа греко-персидских войн.

После смерти Дария I Гистаспа трон Ахеменидов унаследовал его сын, Ксеркс I. Новый царь царей сразу же столкнулся с военными проблемами. В огромном государстве было неспокойно. Некоторые провинции выходили из повиновения. В 484 г. до н. э. царь был вынужден идти усмирять мятежный Египет. Потом пришло известие о восстании в Вавилоне. Персидская армия вторглась в пределы Междуречья, разрушила укрепления древнего города, разграбила храмы и уничтожила главную святыню вавилонян – статую бога Мардука.

Успешное усмирение непокорных, вероятно, вскружило голову Ксерксу, и он начал подумывать о захвате новых территорий. Царь царей в полной мере унаследовал ненависть отца к грекам. Однако, помня неудачи Дария и будучи довольно осмотрительным, не стал торопиться. Царь долго размышлял, а его приближенные недоумевали: они были уверены, что маленькая Эллада, на территории которой располагалось много городов-государств, не сможет противостоять мощи огромного персидского войска.

Наконец Ксеркс призвал приближенных на совет. Он изложил им свою идею о строительстве огромного понтонного моста через Геллеспонт (совр. Дарданеллы). Царь намеревался не только исполнить завет отца и захватить Грецию. Он стремился превратить все государства в одно, т. е. прийти к мировому господству. Военачальники не могли не поддержать идею царя. В восточной деспотии, каковой являлось государство Ахеменидов, не принято было противоречить владыке. Имевшие свое мнение легко могли распроститься не только с положением, но и с жизнью.

Четыре года длилась подготовка к походу. Наконец, титаническая работа по возведению моста была закончена. Войска уже были готовы переправиться в Европу. Но страшная буря разрушила гигантское сооружение. Тогда грозный властитель приказал отрубить головы строителям, среди которых основную массу составляли подвластные персам финикияне и египтяне. Кроме того, пролив был высечен кнутом, а в море были опущены оковы. В те далекие времена люди еще не распростились с одушевлением природных объектов, и царь искренне считал, что непокорный пролив после наказания почувствует всю силу гнева великого Ксеркса.

Мост был сооружен заново. Кроме того, что корабли могли теперь спокойно обойти опасное место в проливе, был вырыт канал. Для этого пришлось перекопать целую гору. Человеческих ресурсов у царя царей было сколько угодно: 20 сатрапий-провинций исправно поставляли рабочую силу.

В августе 480 г. до н. э. войска благополучно переправились в Европу. Семь дней и ночей шли отряды по мосту. Персы, ассирийцы, парфяне, хорезмийцы, согдийцы, бактрийцы, индийцы, арабы, эфиопы, египтяне, фракийцы, ливийцы, фригийцы, каппадокийцы, жители Кавказа – вот неполный перечень народов, которые находились в составе войска Ксеркса. По словам Геродота, в армии Ксеркса находились 1700 тыс. пехотинцев, 80 тыс. всадников на конях и 20 тыс. на верблюдах, вспомогательные войска. Общее число воинов, по его мнению, достигало 5 283 220 человек. На самом деле, как считают ученые, численность войска не превышала 100 тыс., но и эта цифра по тем временам может считаться огромной. Кроме того, сухопутные войска поддерживал флот из 700–800 кораблей.

Царь не сомневался в победе. Ну что могли противопоставить греки его военной мощи? Самодовольно улыбаясь, он заявил: «В моей армии все подвластны одному человеку. Кнут погонит их в битву, страх передо мной сделает их храбрецами. Если я прикажу, каждый совершит невозможное. Способны ли на это греки, болтающие о свободе?» Но именно это стремление к свободе и помогло эллинам выстоять в жестокой борьбе с самой могущественной империей той эпохи.

Вступив на землю Эллады, Ксеркс первым делом постарался, чтобы вести о его продвижении как можно быстрее достигли греческих городов. Для этого первых пойманных греческих лазутчиков не казнили, а отпустили, показав войско и флот. В полисы были направлены послы с требованием «земли и воды». Однако в ненавистные Афины и Спарту Ксеркс никого не посылал, давая понять их жителям, что уж им-то пощады не будет. Однако ожидания царя не оправдались: признать его власть согласились только Фессалия и Беотия. Остальные начали готовиться к отпору.

Афинский стратег Фемистокл, избранный в 482 г. до н. э., в короткое время сумел создать мощный флот. Он же, как писал Плутарх, «положил конец междоусобным войнам в Элладе и примирил отдельные государства между собой, убедив их отложить вражду ввиду войны с Персией».

По плану союзников решено было дать бой противнику на суше и на море. К мысу Артемисию на побережье Эвбеи было направлено 300 кораблей-триер, а войско во главе со спартанским царем Леонидом двинулось в Фессалию. Здесь в ущелье Фермопилы греки ожидали грозного врага.

Царь четыре дня прождал известий о морском сражении. Когда стало известно, что половина его флота была разметана бурей, а оставшаяся часть понесла большие потери и не сумела прорваться к побережью, Ксеркс послал разведчиков, чтобы выяснить, что делают греки. Он надеялся, что те, увидев превосходство противника, отступят. Но греки упорно оставались на месте. Тогда Ксеркс двинул войско. Сидя в кресле, он с вершины горы наблюдал за ходом сражения. Греки продолжали стоять. В бой были брошены «бессмертные», но и они не достигли успеха.

Стало ясно, что позиция греков чрезвычайно выигрышна, а мужество их не имеет границ. Возможно, Ксерксу пришлось бы искать другой путь, но среди местных жителей нашелся предатель, который показал персам обходную тропу. Защитники ущелья заметили, что их окружают. Командующий греками спартанский царь Леонид отпустил союзников. С ним остались 300 спартанцев, 400 фиванцев и 700 феспиян. После жестокой схватки все они погибли. Разъяренный Ксеркс приказал отыскать труп Леонида. Его обезглавили, а голову насадили на копье.

Персидское войско двинулось к Афинам. Фемистокл убедил сограждан покинуть город. Он был уверен, что афиняне возьмут реванш не на суше, а на море. Однако не все союзники были согласны с мнением своего командира. Начались бесконечные препирательства. Тогда стратег направил своего раба к персидскому царю, который опять выжидал, надеясь на разногласия в лагере противника. Раб передал Ксерксу, что эллины ночью собираются отступить, а Фемистокл хочет перейти на сторону персов и советует сейчас же ночью начать наступление.

Ксеркс проявил непростительную доверчивость. Видимо, он был так уверен в собственной силе, что даже не подумал о возможной ловушке. Царь приказал флоту закрыть все выходы из Саламинского пролива, чтобы ни один корабль противника не ускользнул от него. Фемистокл этого и добивался: теперь корабли спартанцев и коринфян не могли покинуть афинян. Решено было дать сражение.

В Саламинской битве (480 г. до н. э.) приняло участие 1000 персидских судов и 180 греческих кораблей. На берегу под раззолоченным балдахином восседал на троне Ксеркс, наблюдая за ходом сражения. Рядом находились придворные и писцы, которые должны были описать великую победу персов. Но неповоротливые персидские суда, вынужденные действовать в узком проливе, сильно уступали быстроходным греческим триерам. Последние шли на таран и легко увертывались от неприятеля. В результате большая часть флота Ксеркса была потоплена. Основная масса не умевших плавать персов утонула. Добравшихся до берега истребила греческая пехота. В конце концов персы обратились в бегство. Уцелевшие корабли были уничтожены жителями Эгины, устроившими засаду.

Остатки армии Ксеркса двинулись к мосту через Геллеспонт. Фемистокл хотел разрушить его, но прислушался к совету бывшего стратега Афин Аристида. Тот считал, что оказавшиеся в ловушке персидские воины будут отчаянно сражаться и много греков погибнет.

Рассказывают, что домой Ксеркс возвращался на корабле, который был донельзя переполнен. Во время сильного шторма кормчий обратился к царю: «Господин! Надо облегчить корабль!» – и царь отдал приказ подданным покинуть судно. Те сами начали бросаться за борт, где их, не умеющих плавать, ждала неминуемая гибель. Благополучно добравшись до берега, Ксеркс пожаловал кормчему золотой перстень за спасение своей жизни и тут же… приказал отрубить спасителю голову за то, что тот погубил так много персов.

Но не вся персидская армия покинула Элладу. По приказу Ксеркса в Фессалии были оставлены войска, которые должны были перезимовать, а весной продолжить войну. В 479 г. до н. э. у г. Платеи в Беотии произошло крупное сражение. В нем пал известный персидский полководец Мардоний[12], с гибелью которого персы окончательно были сломлены и покинули пределы Пелопонесского полуострова. Первый этап греко-персидских войн был окончательно завершен.

С мечтами о мировом господстве Ксерксу пришлось расстаться навсегда. Его уделом стало возвеличивание столицы Персеполиса. Было закончено строительство дворца, начатое еще при Дарии, и построен новый, начато возведение тронного зала ста колонн.

Между тем при дворе шла неустанная борьба за влияние. Придворные и даже члены семьи Ксеркса постоянно плели интриги. Царь становился все более подозрительным. Однажды, когда царица донесла, что его брат готовит покушение, Ксеркс приказал уничтожить всю его семью. Придворные тем более не могли рассчитывать на жалость повелителя. Видимо, поэтому летом 465 г. до н. э. царь царей и его старший сын были убиты заговорщиками во главе с министром Артабаном. На престол взошел другой сын царя, Артаксеркс I, однако золотой век династии Ахеменидов ушел в прошлое вместе с прочно вошедшим в историю воинственным Ксерксом I.

Кутузов Михаил Илларионович

(род. в 1745 г. – ум. в 1813 г.)

Великий русский полководец, генерал-фельдмаршал. Участник трех русско-турецких и Отечественной войн, главнокомандующий всеми русскими армиями (1812–1813 гг.).

Утвержден орден Кутузова трех степеней.

Велика роль и ответственность полководца на войне. Его воля и решение воплощаются в действия войск. От этого во многом зависит успех или поражение в сражении, а то и в войне в целом. М. И. Кутузов был не только великим полководцем, но и крупнейшим военным мыслителем.

Михаил Илларионович родился в Петербурге 16 сентября 1745 г. Род его известен с XV в. Отец будущего полководца был крупнейшим военным инженером, разносторонне развитым человеком. Мать Миши умерла вскоре после рождения, и заботу о нем взяла на себя бабушка. После возвращения отца в Петербург из командировки воспитание сына полностью перешло в его руки. Илларион Матвеевич, будучи человеком образованным и деятельным, обладающим серьезным подходом к жизни, сумел лучшие свои качества передать сыну. Но самая значительная роль в воспитании будущего полководца принадлежала родственнику по отцовской линии, адмиралу Ивану Логиновичу Голенищеву-Кутузову. В его доме мальчик встречался с учеными и писателями, армейскими и флотскими офицерами. К военной службе Михаила готовили с раннего возраста и в 12 лет отдали в Инженерную школу – тогдашний центр инженерной мысли в России. Мальчик отлично преуспевал в науках, много читал. В 1759 г. он досрочно закончил курс обучения и затем полтора года сам обучал математике кадетов в Артиллерийской и Инженерной школе. Но в 1761 г. по его настоятельной просьбе Михаил был направлен на строевую службу – командиром роты в Астраханский пехотный полк, стоявший под Петербургом, а в следующем году назначен адъютантом к Ревельскому губернатору принцу Гольштейн-Бекскому и произведен в капитаны. Затем было недолгое пребывание с войсками в Польше, а с 1767 г. – работа в комиссии по составлению нового Уложения – проекта новых законов государства, вместо устаревшего Соборного уложения. В 1769 г. молодой офицер участвовал в борьбе с польскими конфедератами, потом была почти двадцатилетняя служба на южных границах, участие в русско-турецких войнах. Все это оказало значительное влияние на формирование Кутузова как полководца.

В русско-турецкую войну 1768–1772 гг. Кутузов поначалу служил в армии П. А. Румянцева. В первом же своем сражении у Рябой Могилы в июне 1770 г. он показал себя храбрым, инициативным офицером, получил высокую оценку командира и был замечен самим командующим. Отличился Кутузов и в сражениях у Ларги и Кагула, командуя гренадерским батальоном. Его произвели в обер-квартирмейстеры, но из-за несогласия с насаждением в русской армии прусских порядков по представлению начальника штаба армии перевели в Смоленский пехотный полк. В 1772–1774 гг. Кутузов находился в Крымской армии В. М. Долгорукова, в отдельном отряде, действовавшем против турецкой крепости Кинбурн. В бою у деревни Шумы, где высадился турецкий десант, он со знаменем в руках повел батальон в атаку и был тяжело ранен. Пуля попала ему в левый висок и вылетела у правого глаза. Но Кутузов выжил. По приказу Екатерины II его отправили за границу лечиться. Императрица знала Кутузова лично и считала, что он «будет великим генералом». Находясь на лечении в Германии, Англии, Австрии, Михаил Илларионович внимательно знакомился с состоянием военного искусства западноевропейских армий, встречался с Фридрихом II, прусскими полководцами Ласси и Лаудоном. По возвращении он получил назначение в войска А. В. Суворова, где в течение шести лет был его деятельным помощником и учеником. Суворов ценил талантливого полководца, поручал ему ответственные задачи. По его ходатайству Кутузов был произведен в полковники и назначен командиром Луганского, а затем Мариупольского легкоконного полка.

В это время произошли изменения в личной жизни Михаила Илларионовича: в мае 1778 г. он женился на дочери известного генерала-поручика И. А. Бибикова – Екатерине Ильиничне. Жена часто сопровождала мужа в походах, была другом и советчиком. У них было шестеро детей: пять дочерей и сын, умерший в младенчестве. Основой счастливого брака послужили общие интересы супругов: оба были весьма начитанными, любили театр и искусство.

В 1784 г. Кутузов – уже генерал-майор, командир Бугского егерского корпуса. В суворовском духе он занимался обучением солдат действиям в рассыпном строю, стрельбе; много внимания уделял быту и здоровью подчиненных; строго взыскивал за нерадивость и поощрял за добросовестное выполнение обязанностей.

В этот период произошло знакомство Кутузова с героем национально-освободительного движения в Латинской Америке Франсиско Мирандой.

В 1787 г. разразилась новая русско-турецкая война. Корпус Кутузова входил в состав Екатеринославской армии Г. А. Потемкина. В 1788 г. его перебросили под Кинбурн, где действовали войска А. В. Суворова. Со своими егерями генерал участвовал в штурме Очакова и получил вторую рану – в то же место, что и при первом ранении. Врачи не надеялись на то, что полководец выживет. Но он одолел смерть, хотя и ослеп на правый глаз. Вскоре после выздоровления Кутузов уже командовал войсками, расположенными между Бугом и Днестром. Здесь он участвовал в бою под Каушанами, в штурме Аккермана и Бендер. В заключительный период войны Кутузов стал одним из виднейших военачальников русской армии. Способности полководца особенно проявились во время взятия крепости Измаил. Он участвовал в разработке плана штурма, в подготовке войск и их материально-техническом обеспечении, командовал шестой колонной при самом взятии города. Эта победа во многом определила исход всей войны. Кутузов был произведен в генерал-поручики, получил орден Георгия 3-й степени и был назначен комендантом Измаила. Теперь ему подчинялись войска, расположенные между Днестром и Прутом.

14 июня 1791 г. армия под командованием Кутузова разгромила турок у Бабадача, а 9 июля – у Мачина. Турция признала себя побежденной и подписала Ясский мирный договор.

В 1792 г. Кутузов, командуя корпусом, участвовал в походе в Польшу, а затем по указу Екатерины II был направлен чрезвычайным и полномочным послом в Турцию. По возвращении оттуда в 1794 г. он был назначен главным директором сухопутного кадетского корпуса, но в 1797 г. Павел I направил его с дипломатической миссией в Берлин, а затем приказал генералу от инфантерии Кутузову сформировать одну из двух армий на западной границе. В июне 1801 г. новый император Александр I назначил его военным губернатором Петербурга. Одновременно Кутузов работал в Воинской комиссии по улучшению организационной структуры армии. Но затем неожиданно на него обрушился гнев царя. В сентябре 1801 г. Кутузова сняли с должности генерал-губернатора и отправили в отставку по явно надуманной причине – из-за болезни. На самом деле царь догадывался, что генерал осведомлен об истинной причине смерти Павла I и о причастности к заговору Александра. Осенью 1802 г. Кутузов без жены и детей отправился в деревню Горошки, где жил больше трех лет. Это было, по сути, изгнание.

Но вскоре стало неспокойно в Европе. Стремление Наполеона к мировому господству привело к целой полосе войн. Сложилась антифранцузская коалиция в составе Англии, России, Австрии, Швеции и Неаполитанского королевства. Основная тяжесть борьбы ложилась на Австрию и Россию. Русская армия была направлена в Австрию как вспомогательная. Командование ею Александр I вынужден был поручить опальному генералу, поскольку при дворе не нашел никого, кто смог бы исполнить такое ответственное дело.

Кутузов стал первым русским полководцем, который возглавил армию, боровшуюся с Наполеоном. Но он очутился в тройном подчинении: русского и австрийского императоров и австрийского главнокомандующего. Русская армия только входила в Австрию, когда стало известно, что Наполеон разбил австрийцев. Соединяться уже было не с кем, резервов не существовало, и только теперь Кутузову разрешили действовать самостоятельно. Опасаясь окружения, ведя арьергардные бои, русская армия отходила. Для ее спасения возле деревни Шенграбен Кутузов оставил заслон – 5-тысячный корпус под командованием Багратиона. Выдержав удар 30-тысячной французской армии, отряд выстоял и позволил своим войскам выйти из окружения. А из России в это время уже шли свежие силы. Русский и австрийский императоры настаивали на немедленном наступлении, но Кутузов был против. В ноябре 1805 г. в сражении под Аустерлицем, где в основном распоряжался Александр I, русско-австрийские войска потерпели поражение. Однако всю вину за это возложили на Кутузова. Его отстранили от командования и назначили военным губернатором в Киев.

Тем временем в 1806 г. войну против России начала Турция. За годы войны сменилось несколько командующих, но серьезных результатов не было. В 1811 г. царю снова пришлось предоставить командование Кутузову. Уже в июне 1811 г. ему удалось под крепостью Рущук разбить турок, несмотря на их четырехкратное численное превосходство, а в октябре там же окончательно их разгромить. После этого Кутузов в Бухаресте заключил выгодный мир – в случае нападения на Россию Наполеона Турция не смогла бы выступить на его стороне.

12 июня 1812 г. Наполеон начал войну с Россией. 24 июля на Кутузова возложили обязанность готовить Петербург к обороне, и одновременно он был избран начальником Петербургского ополчения. Но угнетающее отступление русской армии, отсутствие главнокомандующего, распри между командующими 1-й и 2-й армиями Барклаем-де-Толли и Багратионом по поводу того, кто должен руководить войсками, обвинения Барклая в измене – все это привело к тому, что Александр I, уступая желанию дворянства и купечества, опять-таки вынужденно назначил Кутузова главнокомандующим.

14 августа, прибыв в Царево-Займище и увидев, в каком состоянии находятся войска – усталость, отсутствие резервов, – Кутузов приказал отступать. На Бородинском поле армия остановилась. Здесь было решено дать Наполеону генеральное сражение. 120-тысячная русская армия располагалась следующим образом: на правом фланге стояла 1-я армия Барклая, на левом – 2-я армия Багратиона. В центре – батареи войск генерала Раевского. Кроме того, 40-тысячная армия была выведена в резерв. Позиции оборудовались в инженерном плане. На правом фланге было создано несколько редутов и люнетов, на левом – флеши, у деревни Шевардино – редут. 24 августа до самой темноты французы штурмовали редут. 26 августа 130-тысячная армия Наполеона начала сражение у Бородино. После отвлекающего удара на правом фланге французы основной удар нанесли по левому, восемь атак отбил Багратион. В одной из контратак он был смертельно ранен. Не добившись здесь успеха, Наполеон перенес удар в центр. Именно в это время Кутузов бросил в обход левого фланга французов, конницу Платова и Уварова. Это спасло ситуацию. С наступлением темноты сражение завершилось. Потери Наполеона составили 44 % личного состава, Кутузова – 36 %. «Русские стяжали право быть непобедимыми», – сказал после сражения Наполеон.

После подсчета потерь Кутузов не решился продолжить сражение и отступил к Москве. 1 сентября в деревне Фили состоялся военный совет. Главный вопрос – давать ли сражение под Москвой? Барклай был против, большинство – за. Кутузов поддержал Барклая. Прикрываясь частями Платова и Милорадовича, Кутузов совершил фланговый марш-маневр и ушел в деревню Тарутино. Наполеон на две недели потерял из виду русскую армию. «Хитрая лиса – Кутузов – меня сильно подвел своим фланговым маршем», – признал император. От него теперь были отрезаны богатые, не разоренные войной южные районы. Французы попали в кольцо, образованное русской армией и партизанскими отрядами. Тарутино превратилось в укрепленный лагерь. Сюда стягивались пополнения, вооружение. Армия обучалась только самому необходимому: стрельбе, преодолению препятствий, маршам. Кутузов способствовал созданию партизанских отрядов и ополчения.

6 октября французы, уйдя из Москвы, пошли на Малоярославец, намереваясь пробиться в южные районы. В ожесточенном сражении 12 октября русские войска не допустили прорыва, и Наполеон вынужден был отступать по старой Смоленской дороге. С этого сражения началось контрнаступление русской армии. Кутузов организовал параллельное преследование Наполеона, идя по новой Смоленской дороге. С флангов и тыла французов громили казаки и партизаны. В ряде сражений французская армия была сокрушена, а при переправе через р. Березину – окончательно разгромлена. Переправиться удалось только 9 тыс. человек. 6 января Александр I издал манифест об окончании Отечественной войны.

В конце декабря 1812 г. русская армия перешла границу. Ее союзниками стали прусская и австрийская армии, прежде шедшие вместе с Наполеоном. В конце февраля были освобождены Берлин и Гамбург. Но чрезмерное напряжение сил, походная жизнь окончательно подорвали здоровье Кутузова. 16 апреля 1813 г. он скончался в г. Бунцлау. Тело его было забальзамировано и положено в цинковый гроб. В изголовье установили серебряный сосуд с набальзамированным сердцем. 25 июля 1813 г. М. И. Кутузов был похоронен в Казанском соборе в Петербурге. В 1821 г. в Бунцлау открылся обелиск фельдмаршалу. Надпись на нем гласит: «До сих мест довел князь Кутузов-Смоленский победоносные российские войска, но здесь положила смерть предел славным дням его. Он спас отечество свое, он открыл путь к избавлению народов. Да будет благословенна память героя».

Мазепа Иван Степанович

(род. в 1639 г. – ум. в 1709 г.)

Видный украинский государственный и военный деятель, гетман Украины, дипломат. Участник Турецких (1677 г.), Чигиринских (1678 г.), Крымских (1689 г.), Таванских (1696 г.) походов и Северной войны.

Награжден орденом Андрея Первозванного.

Жизнь этого человека похожа на увлекательный роман. Личность Мазепы окутана романтикой и таинственностью. Он один из тех, кого любили и ненавидели, отвергали и возвеличивали, посвящая ему литературные и музыкальные произведения, рисуя его портреты. Дж. Байрон, А. С. Пушкин, П. И. Чайковский, В. Гюго, Ф. Лист, И. Е. Репин – вот лишь несколько имен из длинного списка великих, которые пытались разобраться в загадках жизни, любви и карьеры Мазепы.

Точная дата его рождения неизвестна. Историки расходятся во мнениях и считают, что это произошло в период с 1629-го по 1644 г. Но большинство называет датой рождения 20 марта 1639 г. Будущий гетман появился на свет в семейном поместье Мазепинцы, недалеко от Белой Церкви на Киевщине. Отец его, Степан-Адам Мазепа, происходил из известного православного шляхетского рода Мазеп-Калединских, был человеком весьма обеспеченным и образованным. Он принимал активное участие в Освободительной войне под руководством Богдана Хмельницкого, хотя не поддерживал его сближения с Россией и слыл сторонником пропольской ориентации. Мать, Марина, высокообразованная женщина из украинского шляхетского рода Мокиевских, овдовев в 1665 г., посвятила свою жизнь служению церкви. Она приняла монашество под именем Марии Магдалины и с 1686-го по 1707 г. была игуменьей женского Печерского Вознесенского монастыря.

Родители постарались дать сыну хорошее образование, готовя его к придворной карьере. Сначала он обучался в Киево-Могилянской коллегии, а затем в Иезуитском коллегиуме в Варшаве, где был представлен ко двору польского короля Яна Казимира. Юный Иван обладал приятной внешностью и природным красноречием, чем привлек внимание монарха, у которого некоторое время служил пажем. Ян Казимир ежегодно отсылал на обучение в Западную Европу троих талантливых юношей, среди них оказался и Мазепа. В 1656–1659 гг. он прослушал лекции в лучших университетах Германии, Италии, Франции и Нидерландов. Там в дополнение к польскому, украинскому, русскому и латинскому (язык дипломатии того времени) Мазепа овладел итальянским и немецким языками.

По возвращении в Варшаву перед юношей открылись блестящие перспективы придворной карьеры. В сложной международной обстановке того времени он неоднократно выполнял секретные и деликатные дипломатические поручения короля в разных европейских странах. Мазепа научился использовать природную хитрость и тонкий расчет в достижении поставленной цели, а привлекательная внешность и изысканность манер влекли к нему женщин разных возрастов. Он умело заводил любовные связи и пользовался ими для решения доверенных ему политических проблем. Но порой такие романтические увлечения серьезно мешали Мазепе. Так, история с женой польского магната Фальбовского поставила крест на его карьере в Польше. В мемуарах современника Мазепы рассказывается, что обманутый супруг пани Фальбовской приказал раздеть молодого ловеласа и привязать его к коню, посадив лицом к хвосту, после чего прострелил бедному животному ухо. Очумев от боли и страха, конь унесся в лес и лишь через несколько дней местные жители нашли измученного Ивана и выходили его. Именно этот эпизод (достоверность которого, к слову, вызывает некоторые сомнения) вдохновил английского поэта лорда Байрона, а вслед за ним и великого французского писателя Виктора Гюго на создание поэм с одинаковым названием «Мазепа».

Утратив все перспективы и не имея выбора, Иван Степанович отправился на Правобережье, где с 1669 г. мы видим его в Чигирине, в окружении гетмана Петра Дорошенко. Здесь он женится на дочери генерального обозного Семена Половца Анне, весьма обеспеченной вдове белоцерковского полковника Самуила Фридрикевича. В Чигирине Мазепа начал службу в должности ротмистра надворной хоругви (командира личной гетманской гвардии), а вскоре ему доверили одну из высших в казацком войске должностей – генерального есаула. Вместе с П. Дорошенко, в союзе с войсками правителя Османской империи Мухаммеда IV, Иван Мазепа командовал казацкими полками во время похода на Каменец-Подольский и Львов в 1672 г. Но основным его заданием является дипломатия. Он возглавляет посольства к крымскому хану Селим-Гирею в 1673 г., а в начале 1674 г. – к гетману Левобережья Ивану Самойловичу, с которым устанавливает дружеские отношения. Выполняя очередное поручение Дорошенко к крымскому хану, Мазепа в 1674 г. попадает в плен к запорожскому атаману Ивану Серко (Сирко), не разделяющему турецкой ориентации гетмана Правобережья. Серко передает Мазепу со всем посольством в руки Самойловича. Тот, помня приятное впечатление, произведенное на него молодым дипломатом, предлагает ему службу, а Иван Степанович, зная сложную ситуацию Дорошенко и предчувствуя его скорое падение, соглашается. У Самойловича он также занимается дипломатической работой, ведет все переговоры с Москвой, заводит нужные знакомства среди бояр, входит в доверие царевны Софьи и ее фаворита князя Василия Голицына. Не избегает он и военных обязанностей, в частности участвует в маневрах казацко-российских войск во время турецких чигиринских походов 1677-го и 1678 г. В 1682 г. Мазепа, теперь уже на Левобережье, получает ответственный пост генерального есаула. Один из походов гетмана Самойловича против Крымского ханства в мае-июне 1687 г. закончился неудачей. По официальной версии, это стало причиной его смещения. А по не подтвержденным документально данным, Самойлович стал жертвой доноса казацкой старши5ны при участии Мазепы, стремившегося к гетманской булаве.

Ловкий в делах как государственных, так и личных, Иван Степанович никогда не упускал возможности позаботиться и о своем материальном благополучии. Вскоре он стал одним из богатейших людей Украины того времени. О его якобы несметных сокровищах, бесследно исчезнувших после смерти, ходили легенды. В частности, по преданию, часть своих сокровищ он якобы приказал во время переправы бросить в Днепр близ села Мишурны Рог, другую – зарыл в Батурине. До сих пор некоторые оптимисты-кладоискатели надеются найти этот «тайник Мазепы», пока, правда, безуспешно.

Многие исследователи отмечают, что возможность делать московскому двору дорогие подношения благоприятно влияла на исход всех миссий и на будущую карьеру Мазепы. Это, как и популярность Ивана Степановича среди деятелей Левобережья в 1680-х гг., предопределило его избрание 26 июня 1687 г. гетманом. В частности, когда казацкая рада рекомендовала его В. Голицыну в качестве нового правителя Украины, Мазепа подкрепил ее решение щедрым подношением временщику. С помощью своей личной охраны он привез в шатер Голицына бочонок золота. 11 тысяч золотых рублей и более трех пудов серебряной посуды стали не последними аргументами в пользу его кандидатуры.

В день избрания на гетманство Мазепа подписал так называемые Коломакские статьи, которые ограничивали самоуправление Украины. Так, казацкий реестр определялся в 30 тысяч, запрещалось снимать полковников без царского указа и поддерживать самостоятельные дипломатические связи с другими государствами. Эти статьи ставили Украину в еще большую зависимость от Москвы. Но Мазепа вынашивал планы объединения украинских земель под своей булавой.

Приход к власти Петра I и свержение Софьи пошли только на пользу Ивану Степановичу. Он покорил молодого царя своей образованностью, европейским лоском и дорогими подношениями, быстро вошел в доверие к самодержцу, давая дельные советы относительно стабильности ситуации на всем пространстве от Днепра до Дона. А во время Крымского похода объединенной российско-украинской армии 1698 г. Мазепа выдвинул стратегический план, принесший войску победу. Он предложил вести наступление постепенно, строя по мере продвижения укрепления-базы, а также захватить нижнеднепровские крепости, укрепив этим свой правый фланг. Под руководством Мазепы украинская армия в 1695 г. овладела Казикерманом, принимала участие в осаде и взятии Азова в 1696 г. и в последующих Таманских походах II половины 1690-х гг.

Но не только воинскими победами было отмечено правление гетмана. Будучи человеком высокообразованным и обладающим незаурядными способностями к музыке и литературе, Мазепа многое делал для развития украинской культуры и просвещения. Он оказывал материальную поддержку деятелям науки, искусства, литераторам. Много внимания гетман уделял церкви, особенно возрождению старых храмов и строительству новых: на его деньги отстроили монастырь в Лавре, церковь Святого Николая, возродили собор в Переяславле. В период мазепинского правления Киев превратился в большой церковный и образовательный центр. Единственное, что мало заботило гетмана, жизнь трудового люда.

Между тем бесконечные войны истощали украинские земли, не давали развиваться экономике, росло недовольство простых людей – все это только подталкивало Мазепу к скорейшему решению проблемы объединения Украины. Он мыслил Украину как аристократическое государство с абсолютным монархом, где аристократы – представители старшины, а монарх – он сам. Для достижения поставленной цели Мазепе понадобился союзник, причем, желательно, не из его приверженцев, а из противоположного лагеря. Ведь для того, чтобы править, нужно будет потом избавиться от всех возможных конкурентов. Таким союзником стал Семен Палий, который, в отличие от Мазепы, опирался на народные массы. Теперь проблема была лишь в том, как обойти мирный договор Польши с Россией, согласно которому ни одна из сторон не могла претендовать на чужой кусок Украины. Решение пришло само собой. Речь Посполитая терпела жестокие поражения в начавшейся в 1700 г. Северной войне. Поэтому ввиду усилившейся на польской территории анархии И. Мазепа по приказу Петра I весной 1704 г. выступил на Правобережье, а уж тут его союзник Палий помог гетману с захватом власти. Палия почти сразу же обвинили в сношениях с врагами России и Польши – шведами – и после обычного для петровских времен жестокого дознания сослали в Сибирь.

Таким образом, летом 1704 г. Мазепа объединил под своей булавой Левобережье и Правобережье, причем вассалом России он был лишь на Левом берегу, а на Правом – вполне самостоятельным правителем. Частично гетманские надежды на создание монархии осуществились. Теперь оставалось отвоевать себе Левобережье, не возбуждая подозрений у Петра I. Мазепа продолжал слать царю щедрые подарки и бесконечные уверения в преданности, часто в виде доносов на неугодных ему людей. Не скупился на знаки внимания и Петр: в 1705 г. Мазепа был удостоен ордена Андрея Первозванного, ему пожаловали во владение Крупицкую волость и Севский уезд. В этом же году гетман передал царю присланное ему письмо шведского ставленника на польском престоле Станислава Лещинского, в котором тот убеждал Мазепу перейти на его сторону. После этого Петр I уже не верил никаким доносам на гетмана, хотя их количество с каждым годом увеличивалось. А жалобщики подвергались со стороны самодержца жестоким наказаниям. Именно такая участь постигла генерального судью Василия Кочубея, казненного по решению войскового суда.

Это трагическое событие произошло из-за страстного чувства, вспыхнувшего между 68-летним Мазепой и семнадцатилетней дочерью Кочубея Мотрей. Гетмана покорили молодость и красота, а девушку – тонкость его натуры, одаренность и европейский шарм. К тому же жена Мазепы умерла в 1702 г., не оставив ему детей. А ведь он собирался стать монархом и передать власть по наследству. Эту проблему мог решить брак с новой, молодой женой. И в 1707 г. Иван Степанович попросил руки Мотри. Но ему отказали по причине церковного запрета на браки между крестным и крестницей. Мотря бежала из родного дома к любимому, но он, как истинный дворянин, вернул ее родителям. О любовных переживаниях Мазепы многое рассказывают его нежные, поэтичные письма к девушке, которые сохранила история. Как сохранила и жалобу, посланную на него царю разгневанным Кочубеем. Она содержала 33 пункта, доказывавших неверность гетмана русскому царю.

Но несмотря на явную опасность, Мазепа все же поддерживал связь с Лещинским, вуалируя при этом истинного адресата переговоров – Карла XII. Исход Северной войны был неизвестен, а гетман хотел прикрыть свои тылы. В случае явного превосходства и победы шведов он мог рассчитывать на создание независимой Украины в стратегическом союзе с Карлом XII. Однако сразу в открытую выступить против русского царя Мазепа не решался, а тот настойчиво требовал помощи казацкого войска.

Разгром корпуса генерала Левенгаупта в сражении при Лесной 8 сентября 1708 г. изменил планы шведского короля. Вместо предполагаемого маршрута через Смоленск или Брянск армия Карла XII вынуждена была свернуть на Украину, где, по заверениям Мазепы, их ждали запасы продовольствия и боеприпасов. В сложившейся ситуации у гетмана не было времени на раздумье. Поэтому 24 октября 1708 г. с пятитысячным отрядом и частью верной старшины Мазепа переправился через Десну и открыто пошел на соединение с Карлом, надеясь на поддержку всего казачества и мирного населения, мотивируя свой переход восстанием против гнета российского государства. Находившийся возле украинских границ Александр Меншиков быстро отреагировал, перекрыв переправы через Десну и выпустив 28 октября манифест к украинскому народу. В нем он заклеймил гетмана как изменника родины и веры, который хотел отдать православную паству униатам. 2 ноября Меншиков захватил Батурин и устроил там страшный погром, уничтожив все население городка, а через четыре дня в Глухове на место низложенного Мазепы гетманом избрали И. Скоропадского.

Между тем военные действия продолжались и казалось, что не все еще потеряно для Мазепы, хотя положение становилось все тяжелее. 27 июня 1709 г. произошло решающее сражение под Полтавой, в котором от гетмана уже ничего не зависело. Карл был разбит и вынужден бежать с остатками армии в Турцию. Мазепе пришлось следовать за ним.

Испытания последних месяцев резко подкосили здоровье пожилого гетмана, и в ночь с 21 на 22 сентября 1709 г. он скончался в селе Варницы близ Бендер. Затем покойного перевезли в Галац и похоронили там в древнем монастыре Святого Юрия.

Перипетии жизненного пути Мазепы призывают не давать ему однозначных оценок. Он был человеком своей эпохи, прекрасно знающим уязвимые места противников и пользующимся хитростью и расчетом, а не напускным героизмом. Все это позволяет считать его одной из знаковых фигур в украинской истории.

Джон Черчилл (герцог Мальборо)

(род. в 1650 г. – ум. в 1722 г.)

«… Ни одна победа больше

не принесет нам славы,

Потому что мы потеряли

нашего Мальборо…»

Английский полководец и политический деятель, генерал (1702 г.).

Это слова из песни, которую сложили солдаты после ухода любимого полководца. Джон Черчилл обладал многими достоинствами военачальника, но в сердцах людей наибольший отклик нашло его отношение к тем, кто отдавал жизнь за родную страну.

С самого начала Черчиллу сопутствовала удача. В 17 лет он поступил на службу в качестве пажа герцога Йоркского, любовницей которого являлась сестра Джона Арабелла. За короткий срок благодаря яркой внешности, хорошему происхождению, изысканным манерам и остроумию он стал любимцем многих великосветских дам. Одна из них – герцогиня Кливлендская, любовница Карла II – в знак особого расположения к своему возлюбленному Джону наградила его 4500 фунтами стерлингов, которые обеспечили ловкому юноше более или менее стабильный доход.

В 1668 г. Черчилл приобрел первый военный опыт, сражаясь против мавров в Северной Африке. По возвращении в Англию он принял участие в битве в Соул Бэй, а в 1673 г. под командованием герцога Монмаута воевал против голландцев во время третьей голландской войны (1672–1674 гг.). В боях при Зинухайме и Энцхайме Джон проявил мужество и неплохие военные навыки, что привлекло к нему внимание великого Тюренна, который предсказал «красивому англичанину» прекрасное будущее.

В 1677 г. Черчилл очень выгодно женился на 18-летней Саре Дженнингс, которая отличалась редкой красотой и умом, а кроме того, была близкой подругой принцессы Анны, дочери герцога Йоркского. Через некоторое время последний взошел на престол и стал королем Яковом II. Он очень многое сделал для Черчилла: Джон получил чин полковника сначала в королевском драгунском полку, а потом в личной гвардии Его Величества. Черчилл служил своему покровителю верой и правдой, но когда в результате государственного переворота в 1688 г. на престол взошел Вильгельм Оранский, он предпочел оставить Якова II и примкнуть к победителю. Надо сказать, полководцу были свойственны беспринципность и корыстолюбие – ради денег и титулов, а также в целях самосохранения он легко менял свои политические позиции.

Отношения Черчилла с новым правителем складывались непросто. Прежде всего это происходило в силу двурушничества Джона: с одной стороны, он поддерживал Вильгельма, но вместе с тем не забывал и о находящемся в изгнании Якове II. Однако Черчилл оказал новому королю немаловажную услугу: убедил свою старую знакомую принцессу Анну признать весьма спорные права Вильгельма Оранского на престол. Благодарность короля не заставила себя долго ждать – полководец получил титул герцога Мальборо и был назначен командующим британскими войсками на континенте. В кампании 1689 г. во Фландрии он проявил блестящий талант военачальника. В этом же году Мальборо повел свое войско в Ирландию и взял крепости Корк и Кинсейл.

Но несмотря на военные успехи, полководец оказался в опале. Этому в немалой степени способствовала королева Мэри, которая никогда до конца не доверяла герцогу. В 1692 г. его отправили в Тауэр. Вернуться ко двору военачальник смог только через три года, после смерти королевы. В мае 1701 г. Англии потребовались услуги Мальборо-политика. Он был назначен чрезвычайным послом в Гааге, где должен был, пустив в ход все свои дипломатические хитрости, добиться выдворения вторгшихся в Нидерланды французов. Дебаты не принесли ожидаемого результата. Но в этом же городе родился Большой альянс – Англия и Голландия заключили союз с императором Священной Римской империи Леопольдом I.

В начале 1702 г. в жизни Мальборо произошли серьезные перемены. В результате несчастного случая погиб Вильгельм Оранский, и на престол взошла королева Анна, давний друг семьи герцога. Последующие 9 лет оказались для полководца звездными: став генералом, он управлял армией и решал многие политические вопросы страны. Герцог обладал немаловажной для государственного деятеля особенностью: занимаясь глобальными вопросами международной политики, он никогда не забывал о «мелочах», например о солдатском рационе, о состоянии снаряжения.

Полководческий талант Мальборо получил заслуженное признание во время Войны за Испанское наследство (1701–1714 гг.). Он широко применял два излюбленных принципа ведения боя: «наступать» – чтобы заставить противника бояться, и «планировать» – чтобы самому не бояться случая. По воспоминаниям современников, полководец всегда тщательно продумывал и разрабатывал операции, не желая попусту рисковать жизнями вверенных ему людей. Так, капитан Паркер писал о нем: «Невзирая ни на что, он настолько тщательно взвешивал все за и против, что… никогда не проводил битву, которую не выигрывал, и никогда не устраивал осаду города, который не мог бы взять». В течение 9 лет войны Мальборо выиграл четыре великие битвы – под Бленхаймом (1704 г.), Гамийе (1703 г.), Ауденардом (1708 г.) и Мальплаке (1709 г.) – и удачно провел 26 осад городов. Особого внимания заслуживает битва при Бленхайме. Для того чтобы выиграть это сражение, Мальборо прошагал со своим войском 250 миль через Германию. Операция, как обычно, была тщательно спланирована, а техническая сторона замечательно подготовлена. Чтобы воины после долгого похода были полны сил и энергии, генерал приказал сконструировать специальные повозки для снаряжения. Таким образом, солдаты шли налегке. Кроме того, в пути каждый из них получил новую пару башмаков. Для армии заранее готовились лагеря, прибыв в которые солдаты только ели и ложились отдохнуть. Благодаря всем этим мерам войска могли подниматься в три утра и идти до девяти. Утренняя полутьма скрывала передвижение армии Мальборо от противника. Тактика, которой генерал придерживался в битве при Бленхайме, заключалась в том, чтобы, надавив на фланг противника, нанести сокрушительный удар по центру. С помощью этого обманного маневра он дезориентировал врагов и одержал блестящую победу.

Следует отметить, что Мальборо очень отличался от полководцев своей эпохи умением нанести противнику решительный, ошеломляющий удар. В те времена наступательные действия не пользовались популярностью – их не считали удобными. Мальборо же очень много времени и энергии тратил на то, чтобы убедить противника, что шанс на его стороне, вызвать на открытый бой и сокрушить.

Однако спустя некоторое время французы научились избегать столкновений, что существенно усложнило проведение разработанных герцогом операций. Много проблем возникало с союзниками, не понимавшими тактики Мальборо. Последняя великая победа герцога под Мальплаке (1709 г.) стоила огромного числа человеческих жизней.

С 1711 г. для талантливого полководца наступили тяжелые времена: многие политики на родине перестали его поддерживать. Мальборо больше не принимал участия ни в одном сражении. Герцога обвинили в неправильном использовании государственных средств (в связи со строительством дворца) и отправили в отставку. В 1714 г., когда на престол вступил Георг I, Мальборо были возвращены все чины и права. Но герцог уже не вернулся к исполнению обязанностей. Его здоровье было расшатано, и 16 июня 1722 г. знаменитый полководец скончался.

Мальборо, без сомнения, является одной из ярких личностей в военной истории Британии. Он умел планировать великие стратегии, учитывая при этом мельчайшие детали, быть может, незаметные для других полководцев. Ради достижения своей цели или какой-нибудь политической выгоды он мог польстить или прибегнуть к хитроумной уловке. Кроме того, Мальборо был великолепным организатором и администратором. Он прекрасно понимал необходимость экономической подпитки войны и прямую связь между регулярно выплачиваемым жалованьем и моральным духом солдат. Полководец никогда не заставлял подчиненных выполнять задачи, которые были выше их реальных возможностей. В благодарность за это он всегда мог рассчитывать на мужество и упорство своих воинов. За Капралом Джоном (как называли Мальборо солдаты) шли, ему верили. В уважении каждого солдата таится секрет успехов великого полководца, победы которого сделали Англию одной из великих держав мира.

Маннергейм Карл Густав Эмиль

(род. в 1867 г. – ум. в 1951 г.)

Выдающийся финский полководец, маршал (1933 г.), Главнокомандующий финской армией в войнах против СССР (1939–1940 и 1941–1944 гг.), президент Финляндии (1944–1946 гг.).

Исторический портрет этого человека сложен и противоречив. Отношение к нему было неоднозначным как на родине, так и за рубежами Финляндии. Соотечественники не любили его и в то же время пользовались авторитетом и талантом этого государственного и военного руководителя в наиболее трагические моменты истории. Носитель презрительной клички «росси» (т. е. русский) и национальный герой, памятник которому потомки воздвигли в центре Хельсинки, это один и тот же Маннергейм.

В советской историографии за ним прочно закрепилось определение «реакционный государственный деятель Финляндии», а в учебниках имя его упоминалось только в связи с линией обороны, которую прорвали советские войска в Финскую войну 1939–1940 гг.

Однако интерес к маршалу Маннергейму во всем мире до сих пор не ослабевает. Нам же он интересен вдвойне – как незаурядная личность и как человек, судьба которого накрепко связана с Россией. Достаточно сказать, что Маннергейм служил при дворе и даже участвовал в коронации Николая II. Практически все белые генералы были его знакомыми: с гетманом Украины Скоропадским он служил в кавалергардах; руководителя казачьего восстания на Дону генерала Каледина он сменил некогда на посту командира дивизии; генерал Краснов занял этот пост после Маннергейма, а до того был в его подчинении; с Деникиным они командовали на фронте соседними дивизиями; когда в июле 1919 г. адмирал Колчак шел из Сибири на Москву, Маннергейм вел с ним переговоры, намереваясь согласовать действия…

Да, он одерживал победы в грандиозных сражениях. Но всю жизнь выдвигал великие идеи и замыслы, главным из которых был захват Петербурга и восстановление монархии в России. Он мечтал быть освободителем России и одновременно был патриотом маленькой и беззащитной родины. Хотя вторую ипостась ему пришлось обрести как бы поневоле…

Происходил Карл Густав из старинного рода, уходящего корнями в Голландию и отчасти Германию. В XVII в. предки его перебрались в Швецию, их фамилия Мархейн стала звучать как Маннергейм, а затем переехали в Финляндию, где шведы в силу продолжительного владычества сохраняли ключевые позиции в экономической и культурной сферах.

Семья Маннергеймов занимала довольно заметное положение в обществе. Многие из них были не только образованны, но и даровиты. Отец Густава окончил университет Гельсингфорса, коллекционировал произведения искусства, имел музыкальную подготовку, пел в национальной опере, писал стихи, занимался переводами, так как владел несколькими языками. И при всем этом любил жить широко и весело, поэтому женился на дочери крупного финского магната. Один из гостей на их свадьбе точно подметил, что Хелен фон Юлин стала графиней Маннергейм, а Карл Роберт Маннергейм – богатым человеком.

Однако женитьба не повлияла на привычки графа, который сумел растранжирить и свое наследство, и приданое жены. После восемнадцати лет супружества он сбежал в Париж с очередной любовницей, оставив жену и семерых детей без средств к существованию. Не выдержав положения брошенной и неимущей, а главное, отвергнутой обществом, Хелен через год умерла от сердечного приступа. Детей разобрали родственники.

Густава решено было отправить во Фредриксхамн, в дешевый кадетский корпус. Два года он проучился в лицее, чтобы освоить русский язык, а затем на положении казеннокоштного стал кадетом. Жизнь в казарме, недоедание, суровая дисциплина были для мальчика тяжелым испытанием, и он бунтовал, вел себя вызывающе, стремился всеми командовать. За один из проступков его выгнали. Родственники стали подыскивать ему другое поприще. Но неожиданно сам Густав вдруг переменился и вопреки всему решил сделать военную карьеру, избрав для этого Николаевскую кавалерийскую школу в Петербурге.

В 20 лет Маннергейм взял свою судьбу в собственные руки, стал собранным и целеустремленным, умело использовал родственные и дружеские связи. Чтобы лучше познакомиться с армейской жизнью, он дважды предпринял поездки к своим крестным родителям в Курскую и Харьковскую губернии и провел некоторое время в Чугуевском военном лагере. Сделав, таким образом, осознанный выбор, Густав 16 сентября 1887 г. принес присягу в облюбованном училище. С этого дня началась его служба в русской армии, продлившаяся тридцать лет.

Честолюбивый юноша уже тогда спланировал свою карьеру: гвардейский полк, потом академия и Генеральный штаб. Среди гвардейских полков первое место занимал кавалергардский – единственный придворный полк, почетным командиром которого была сама императрица. Отбор туда был очень строгим, но успешная учеба, красивая внешность при росте 194 см и определенные старания сделали мечты реальными. Правда, после выпуска молодой офицер два года прослужил в Польше, но затем получил-таки перевод в кавалергарды в Петербург. Столичная жизнь сыграла решающее значение в будущности Маннергейма, ибо здесь он приобрел друзей и знакомых на всю жизнь, приобщился к высшему обществу и научился использовать связи, действовать продуманно и дальновидно, был приближен ко двору. Получив назначение в Конюшенное управление, он ездил по всей Европе, приобретал лошадей для дворцовых конюшен.

На петербургский период жизни приходится брак удачливого аристократа с Анастасией Араповой. В 1892 г. Густав точь-в-точь повторил «брачный маневр» отца – взял некрасивую, но очень богатую сироту, которая жила в Петербурге у дяди, была образованна и «вполне европейка». Но их союз тоже не был счастливым. Супруг вел довольно свободный образ жизни, Анастасия в отместку демонстративно флиртовала, а в 1901 г. и вовсе сбежала. Она оказалась на Дальнем Востоке, работала в военных госпиталях Читы и Хабаровска. Вернулась через год, забрала дочерей и уехала во Францию навсегда. Развелись они гораздо позже, в 1919 г., когда брак с православной был нежелателен для государственной карьеры Маннергейма в Финляндии. И хотя в его жизни были увлечения и продолжительные связи с женщинами, он уже никогда больше не пытался обзавестись семьей.

Итак, в 37 лет барон Маннергейм оказался в тяжелом положении – распалась семья, рухнули планы строительства собственного конного завода, не стало двух шикарных квартир в Петербурге и Царском Селе, начали расстраиваться все сделки, а долги (в том числе и карточные) росли. Блистательный завсегдатай светских салонов и манежа начал стареть и утратил желание поступать в академию. Фортуна отвернулась от Маннергейма, он был близок к отчаянию. Спасением для него стала русско-японская война, которая круто переменила жизнь Густава и, как он сам писал потом в биографии, помогла похоронить прошлое.

В качестве подполковника Нежинского драгунского полка Маннергейм отправился на Дальний Восток. Впервые после 17 лет военной службы он участвовал в боевых действиях, приобрел не только опыт, но и уверенность в себе. Ко времени возвращения в Петербург (1905 г.) он был в состоянии упорядочить свои финансовые дела, а затем уехал лечиться в Финляндию.

1906–1908 гг. ознаменовались для Маннергейма очень интересным путешествием по Китаю, но не в качестве праздного созерцателя, а по заданию Генштаба России. Провожал его в Ташкент и встречал через два года «тот самый» генерал Корнилов. Это была шпионская деятельность, выдаваемая за научную работу. «Шведский подданный» по заранее составленному маршруту совершал экспедицию, в которой должен был определить готовность малых народностей к сотрудничеству с российской армией. А проделав верхом путь протяженностью 3 тыс. км, до самого Пекина, лжеученый в тяжелейших условиях не только выполнил задание, но и увлекся научной деятельностью. Его наблюдения, записки, карты, фотографии (а их было сделано более полутора тысяч), измерения, скопированные наскальные рисунки, собранные старинные рукописи, книги сделали бы честь любому исследователю, поскольку в них содержались сведения по географии, истории, этнографии, антропологии, культуре и другим наукам. Например, отрывок текста на одном из древних североиранских наречий обошел все университеты европейских стран, а буддийский текст, написанный квадратным монгольским письмом XIII – середины XVI вв., так и остался уникальным.

Доклад об этой экспедиции Маннергейм представил лично царю, в награду же получил чин генерал-майора и полк под Варшавой. Он очень гордился своей научной работой и отчет о ней окончательно оформил в 1940 г.

Вот так и вышло, что к 1914 г. Маннергейм обошел своих сверстников. Он принял командование кавалерийской бригадой в составе знаменитых лейб-гвардии уланского (личной гвардии императора) и Гродненского полков. В Варшаве его принимали в лучших домах, жизнь снова стала великосветской. Там, на границе, и застала его 1 августа весть об объявлении войны Германией. Через шесть дней в войну вступила Австро-Венгрия. Вскоре Маннергейм стал командиром элитной 12-й кавалерийской дивизии, а через три года принял командование армейским корпусом и был произведен в генерал-лейтенанты. За это время он получил представление о европейской войне, научился управлять многонациональными войсковыми соединениями, осуществлять крупномасштабные операции – иными словами, стал полководцем.

В начале 1917 г. Маннергейм находился в отпуске. Как генерал свиты, он нанес визиты государю и императрице, затем отдохнул в Финляндии, повидался в Гельсингфорсе с дочерью Софи, снова приехал в Петербург и попал в самый водоворот революционных событий. Выходя из крайне опасных ситуаций, он добрался до Москвы, потом побывал в Киеве и Одессе, но там увидел то же самое – красные флаги, демонстрации, беспорядки. Конечно, отношение Маннергейма к революции было враждебным, а падение монархии стало страшным ударом. Присягать Временному правительству он отказался, потому что уже присягнул на верность царю и Отечеству (и сохранил ее до конца как честный человек: невзирая ни на какие перемены, держал на своем письменном столе портрет Николая II).

Октябрьский переворот 1917 г. стал для Маннергейма личной трагедией. Реально оценив всю глубину происходящего, осознавая неспособность большинства высокопоставленных военных повлиять на события, он принял решение покинуть Россию. Опытный генерал, достигший высокого положения, вернулся на родину, как он потом написал – в историю.

В Финляндии тоже все бурлило, страна поднялась на борьбу за независимость от России. Суверенитет ее был подтвержден 31 декабря 1917 г. Совнаркомом во главе с Лениным. Но назревала гражданская война. С одной стороны, были левые силы – отряды красногвардейцев и находящиеся в Финляндии части русской армии, с другой – буржуазия, защищавшие ее интересы шюцкоровские формирования (финская белая гвардия) и примкнувшие к ним беглецы из России.

В этой ситуации регент страны Свинхувуд поручил Маннергейму создать регулярную армию и навести порядок. И он справился с задачей в кратчайший срок. На основе шюцкора были сформированы вооруженные силы, в состав которых вошли также добровольцы из России и Швеции, оружие пришло из Германии. 27 января 1918 г. начались боевые действия. К весне главнокомандующий, генерал от кавалерии Маннергейм разгромил красные силы, не считаясь с огромными для такого государства жертвами. При этом десятки тысяч людей погибли не в сражениях, а в концлагерях (даже дети и женщины), чего ему долго не мог простить народ.

Но профессиональный военный не ограничивался только финской картой, он ставил перед собой масштабную задачу – взятие Петербурга. Он был уверен, что большевики победили только потому, что никто не вступил с ними в настоящую борьбу. Однако сенат не поддержал своего главнокомандующего. В стране уже хозяйничали немцы, Маннергейму оставалось только подписывать их приказы. Не желая быть марионеткой, он подал прошение об отставке и уехал в Стокгольм. Человек, который за семь месяцев стал известен всему миру как решительный борец с большевизмом и избавил от него целое государство, пускай и небольшое, оказался этому государству ненужным.

В Швеции Маннергейм перенес испанку, но после длительного лечения поправился. А тем временем Германия и ее союзница Финляндия проиграли войну. По предложению премьер-министра Паасикиви сенат пригласил Маннергейма для важной миссии – снова спасать родину. Он отправился в Англию и, сыграв на ее страхе перед Россией, выдвинул ряд требований: признать независимость своей страны, предоставить эскадру для защиты Финского залива, направить голодающим финнам 30 тыс. тонн зерна и… дать согласие на штурм Петербурга. И всего этого он добился. В знак признательности 12 декабря 1918 г. риксдаг избрал Маннергейма регентом Финляндии.

Одним из первых новый глава государства издал постановление о шюцкорах – личной армии Маннергейма, существовавшей наряду с государственной. Эти добровольческие силы наделялись широкими полномочиями по поддержанию порядка. Началась и разработка оборонительной системы страны, которую впоследствии назвали именем ее создателя. Хотя сам Маннергейм любил повторять: «Моя линия обороны – это финские солдаты».

К концу 1918 г. идея о взятии Петербурга уже не могла быть реализована. Планировалось подписание договора о дружбе между Россией и Финляндией, которая обязывалась не пропускать через свою территорию иностранные войска, целью которых было нападение на Россию. Да и желающих было много – Англия, Франция, Япония. К тому же финские политические партии не поддержали затею Маннергейма, а на президентских выборах сограждане отдали предпочтение осторожному Стольбергу. Тот предложил Маннергейму пост главнокомандующего. Но общего языка они не нашли, и отказавшийся от предложения Маннергейм снова уехал из страны. Правда, когда Юденич во второй раз пошел на Петербург, он обратился с открытым письмом к Стольбергу, в котором призывал поддержать белого генерала. После этого, уже в декабре, Маннергейм дважды встречался с маршалом Пилсудским, чтобы обсудить план нового, совместного похода на Россию. Те же вопросы обсуждал он и в Лондоне с Черчиллем. Это была задача всей жизни Маннергейма, которой, однако, не суждено было осуществиться. И он снова ушел – и из политики, и из армии.

Целое десятилетие Маннергейм занимался делами, далекими от государственных. Путешествовал по миру, охотился на тигров в джунглях Непала, изучал культуру Индии, составлял план поездки на Аляску (пострелять медведей), любовался Каиром и Венецией, вкушал редкие вина и яства и прослыл настоящим гурманом. И в то же время (в начале 1920-х гг.) он возглавил Красный Крест Финляндии, организовал два комитета – один для работы в мирное время, другой – на случай войны, с целой системой полевых госпиталей, оборудованием, медицинским резервом и т. п.

Кроме того, обеспокоенный разделением народа на красных и белых, Маннергейм организовал Союз защиты детей, призывая тем самым забыть прошлое и заняться будущим нации. В результате по всей Финляндии появилась сеть детских яслей, садов, консультаций, система подготовки патронажных сестер, в школах детям выдавались обеды, большое внимание уделялось развитию школьников. (Впоследствии это дало свои плоды – к началу войны здоровье призывников было отменным.) Помощницей и вдохновительницей Маннергейма в этой деятельности была сестра Софи, самый близкий ему человек. В общем, медленно и обстоятельно, находясь якобы не у дел, полководец готовился к войне.

Когда в начале 1930-х гг. возникло полуфашистское лапуаское движение, многие считали его вдохновителем именно Маннергейма. Хотя он нигде открыто не проявлял своих симпатий, но был одним из кандидатов в диктаторы, выдвинутым «людьми действия».

Официальная Финляндия все это время обходилась без Маннергейма, и только в связи с серьезными изменениями в 1931 г. президент Свинхувуд назначил его председателем Совета обороны, пообещав в случае войны пост главнокомандующего. Но генерал не стал ожидать милостей и, к удивлению многих, маловажную должность быстро превратил в руководящую, делая вид, что недопонимает свои функции. Даже открытые выпады и намеки на то, что он сел не в свои сани, умный Маннергейм пропускал мимо ушей. В результате он получил право отдавать приказы вооруженным силам и в 1933 г. стал фельдмаршалом.

Празднуя свое семидесятилетие, Маннергейм принимал почести как национальный герой. Пользуясь огромным авторитетом, он вел планомерную работу по укреплению обороноспособности Финляндии, понимая, что мир стоит на пороге войны. Для этого изучал технические проблемы армии, последние новинки в области вооружения, лично участвовал в приобретении самолетов для военно-воздушных сил и даже в конструировании носилок для санитарных машин. Как грамотный военный, еще в октябре 1938 г. он сказал, что мировая война началась с вооружения Германии. С 1934 г. он был дружен с Герингом, охотился в его угодьях в Баварии, а также не раз встречался с Черчиллем и потому был хорошо осведомлен о происходящем. За границей понимали, что Маннергейм в Финляндии – фигура № 1. Но многие финские политики считали его опасения старческими страхами. А Маннергейм оказался дальновиднее всех: уже через 3–4 года Германия проглотила Австрию и Чехословакию, Италия – Албанию.

Большие опасения вызывал у Маннергейма советский Балтийский флот, да и вообще он высоко ценил русское воинство. Именно с востока ожидал он главную опасность для своей страны. С лета 1938-го Москва требовала в аренду четыре самых крупных острова Финского залива, но правительство не пошло на территориальные уступки, как ни убеждал Маннергейм в необходимости такого шага. А через год Молотов и Риббентроп заключили договор о ненападении. В нем существовал секретный протокол, отдававший прибалтийские государства, в том числе и Финляндию, на милость СССР.

26 ноября 1939 г. произошел так называемый «инцидент в Майнила» – обстрел приграничной советской деревни. Советский Союз обвинил Финляндию, разорвал договор о ненападении, а через три дня начал бомбить финскую территорию. Маннергейма начало войны застало по дороге на работу. Автоматически он стал главнокомандующим. 72-летний старик превращается в энергичного командира, он как будто даже рад, что его пророчества сбылись, и переезжает в Миккели, где будет пять лет размещаться его штаб.

Оборонительная тактика Маннергейма на Карельском перешейке оказалась действенной. Укрепления протяженностью почти в 150 км представляли собой почти непрерывную цепь траншей и блиндажей, защищенных противотанковыми рвами, каменными глыбами и колючей проволокой. Они создавались с 1920 г. Второй ряд укреплений строился уже перед войной в лихорадочной спешке и только благодаря настойчивости Маннергейма. В общем-то, их мощь была преувеличена советской пропагандой, поскольку наступление захлебнулось. Еще одним страшным врагом русских оказалась стужа.

Исход Зимней войны был предрешен, очень уж неравные силы столкнулись в ней. Потеряв 23 тыс. павшими в боях и пропавшими без вести, Финляндия 13 марта 1940 г. подписала мир. Ей пришлось отдать требуемые четыре острова и сдать в аренду на 30 лет полуостров Ханко; 10 процентов территории отошло к СССР. И все-таки моральная победа осталась за финнами, которых не удалось поработить.

Маннергейму после окончания Зимней войны надлежало передать полномочия главнокомандующего новому президенту Каллио, но он этого не сделал. Более того, под его влиянием министрами обороны и иностранных дел становятся близкие люди – Вальден и Гиттинг. Сообща они ищут пути сохранения суверенитета Финляндии и решают, что существует один-единственный – сближение с Германией. Гитлер, со своей стороны, интересовался рудниками Петсамо и включал Финляндию в планы войны против СССР. Он пообещал вернуть финнам утраченные земли, а также Восточную Карелию. И хотя официального договора не было, с января финские и немецкие военные начинают разрабатывать совместные операции в этом регионе. А 22 июня германская авиация нанесла удары по СССР с территории Финляндии. Финны вступили в войну только 25-го, подчеркивая, что она является оборонительной, отдельной от Германии. Большинство финнов действительно сражалось за восстановление справедливости, т. е. возвращение прежних границ. Они достаточно продвинулись, чтобы обеспечить свою безопасность.

Сталин потребовал от стран антигитлеровской коалиции объявления войны Финляндии. В декабре Англия сделала это, но военных действий не предпринимала, поскольку Маннергейм, предупрежденный по-дружески Черчиллем, остановился на Карельском перешейке. Благодаря этому разумному шагу он избежал скамьи подсудимых в послевоенном процессе над нацистами.

До 1944 г. положение на финском фронте практически не менялось, политические цели были для Маннергейма важнее стратегических. Он стал большим дипломатом и пользовался огромным влиянием. Ведь неспроста на празднование 75-летия маршала прилетел сам Гитлер и провел в его обществе более шести часов, а во время ответного визита прислал за ним свой личный самолет. С другой стороны, через финскую территорию пролегала дорога, по которой шла помощь Запада СССР. Маннергейм лавировал и выжидал.

После Сталинградской битвы Финляндия при посредничестве США начинает искать контакта с Москвой, секретные переговоры ведет через посла СССР в Швеции Александру Коллонтай, а затем отправляет в Москву ответственных политиков Паасикиви и Энкеля. Но переговоры закончились безрезультатно. Вернее, результатом было массированное наступление советских войск на Карельском перешейке. Неуступчивых финнов было решено поставить на колени.

Маннергейму ничего не оставалось, как просить Германию о возобновлении поставок оружия, в ответ Риббентроп потребовал подчинения Финляндии Третьему рейху. В конце концов Гитлер оружие дал. Тактика Маннергейма оказалось верной: финны выиграли время, получили оружие и подкрепление, а в июле, после взятия Выборга, наступление советских войск прекратилось, они были нужнее на германском направлении. О капитуляции речь больше не шла. Несмотря на личную антипатию, Сталин считал Маннергейма единственным среди финских политических деятелей, с которым можно вести переговоры.

В самой Финляндии пришли к тому же мнению, и в конце июля Маннергейм дал согласие принять президентские полномочия. Начинается заключительный этап служения родине: и военная, и политическая власть сосредоточилась в одних руках. Несмотря на уже почтенный возраст, подорванное здоровье (его мучили последствия многочисленных переломов после падения с лошади, язва желудка, экзема и другие старческие недуги), Маннергейм сохранял ясный ум, ведя переговоры с Москвой. Он снова старался сохранить целостность и суверенитет своей страны. 19 сентября 1944 г. договор о перемирии был подписан. А война для Финляндии закончилась лишь в апреле 1945 г., когда из Лапландии были выбиты последние немецкие горные егеря. Это был единственный случай, когда Маннергейм нарушил кодекс чести и повернул оружие против бывших союзников, но прежде он написал об этом Гитлеру и объяснился. Однако военными действиями руководил уже генерал Хайндрикс, принявший пост главнокомандующего.

Маннергейму принадлежит честь установления в тот период добрососедских отношений с Советским Союзом. Правда, он считал, что мир и добрососедство сохранять нужно, но коммунистов ни в коем случае нельзя допускать к руководству страной. Маршал не раз повторял, что перед лицом русских финляндцам надо сидеть в седле. Однако в ноябре 1944 г. и эта «линия обороны» маршала была прорвана. Повторилась ситуация лета 1919 г., за президентом не стояла ни одна партия. Риксдаг избрал на пост премьер-министра Паасикиви, а после длительной болезни Маннергейма и последовавшей просьбе об отставке тот занял его место.

С марта 1946 г. для Маннергейма началась жизнь обыкновенного гражданина. Свое 80-летие он уже встречал только в кругу друзей, без церемоний и торжеств. Но близких оставалось все меньше, а болезней и разочарований все больше. Некоторое время Маннергейм прожил в поместье Киркнес с огромным участком земли в полторы тысячи гектаров и двухэтажным домом, но после операции на желудке поселился в Швейцарии. Профессор Нанна Шварц, сделавшая операцию, следила за здоровьем своего пациента. К тому же у него поселилась и графиня Гертруд Арко-Валлей, с которой он уже не расставался. Вместе они совершали путешествия, принимали у себя дочерей Маннергейма. Старик по-прежнему увлекался лошадьми и охотой, начал писать мемуары «Воспоминания маршала Финляндии» и интенсивно работал над ними в течение двух лет, считая этот труд итогом своей жизни и своеобразным завещанием народу, которому он служил.

Свое последнее Рождество Карл Густав Маннергейм провел в Лозанне с Гертруд Арко. Там же его и прооперировали ввиду обострения болезни. Приехавшая позже Нанна Шварц утверждала, что делать этого не следовало. Но было уже поздно, через четыре дня после оперативного вмешательства, 28 января 1951 г. Маннергейм скончался. Он сам предчувствовал это, когда говорил врачу: «Я участвовал за всю мою жизнь во многих сражениях, но думаю, что эту схватку я проиграю». В тот самый день, тридцать два года назад, он возглавил Белую армию и, став первым солдатом Финляндии, трижды отстаивал ее независимость. Маршал Маннергейм стал легендой при жизни, а после смерти остался символом самоотверженного служения родине, одним из выдающихся людей ушедшего столетия.

Манштейн Эрих фон

(род. в 1887 г. – ум. в 1973 г.)

Генерал-фельдмаршал германской армии, один из теоретиков и практиков блицкрига. Участник Первой и Второй мировых войн, осужден как военный преступник.

Автор книг мемуаров «Утраченные победы» и «Из солдатской жизни».

24 ноября 1887 г. в Берлине в аристократической семье генерала артиллерии Эдуарда фон Левински родился десятый ребенок, которому дали имя Фридрих. После смерти родителей его усыновили бездетная сестра матери и ее муж – богатый землевладелец, генерал от инфантерии Георг фон Манштейн. С раннего детства мальчик, получивший теперь имя Эрих, воспитывался в традициях старой прусской военной касты. Эмоциональный от природы, он научился держать чувства под контролем. Манштейна всегда отличали подчеркнутая корректность и строгое соблюдение норм поведения и этикета. Он бывал высокомерен, строг, временами нетерпелив, но сила характера позволяла ему иметь собственную точку зрения и отстаивать ее перед кем бы то ни было, включая и самого Гитлера.

Когда Эриху исполнилось 12 лет, его приписали к престижному 3-му гвардейскому пехотному полку. Здесь проходили службу и Гинденбург (будущий президент Германии), и его сын, и фон Браухич (будущий главком германской армии), и будущие генералы Шлейхер и Хаммер-Экворд. В 1900 г., окончив Страсбургский лицей, Эрих поступил в кадетский корпус. По окончании корпуса он семь лет служил в полку, а в 1913 г. стал учиться в военной академии. Но тут началась Первая мировая война.

За всю войну Манштейну ни разу не удалось покомандовать войсками. Вначале он был назначен адъютантом 2-го гвардейского резервного полка, но был серьезно ранен на Восточном фронте. После выздоровления служил в оперативных отделах штабов армий – сначала на Восточном, а затем на Западном фронте. Некоторое время он был начальником оперативного отдела кавалерийской дивизии на Восточном фронте, а затем – начальником штаба пехотной дивизии на Западном.

После окончания войны Манштейна оставили в урезанной армии. Он, как и многие офицеры, был уверен, что армия является гарантом сохранения единства нации и грядущего воскрешения великодержавной Германии, и с презрением относился к набирающим силу национал-социалистам, считая их безродными выскочками. В силу этого Манштейн поддержал решение своих начальников о противодействии нацистскому путчу в 1920 г. В этом же году Эрих женился на дочери помещика из Силезии Ютте Сибилле. По Версальскому договору земли тестя отошли к Польше, что во многом повлияло на позицию Манштейна в восточном вопросе.

До 1938 г. должности, занимаемые в армии Манштейном, были незначительными, в основном штабными; правда, трижды, с 1921-го по 1923 г., он командовал ротой пехоты, в 1933 г. – егерским батальоном, а в 1938 г. – пехотной дивизией, но всего несколько месяцев. В то же время по штабной лестнице он поднимался значительно быстрее. В 1935 г. Манштейн – начальник оперативного отдела генштаба, через год – заместитель начальника генштаба Бека, 1-й оберквартимейстер, подчиняющийся непосредственно главкому сухопутных войск Фричу. Находясь на этих должностях, Манштейн участвовал в разработке плана реоккупации и ремилитаризации Рейнской зоны, планов войн с Францией, Чехословакией, захвата Австрии.

Не симпатизируя нацизму, он тем не менее уважал Гитлера за быстроту ума, цепкую память и энергию, но недолюбливал за безмерное самомнение, критиковал за нежелание идти на риск в нужный момент, за непонимание многого в военных вопросах. У Гитлера, неприязненно относящегося к Фричу, их дружба с Манштейном вызывала подозрение. Поэтому когда в 1936 г. Фрича убрали с поста главкома, то со своими постами расстался и Манштейн. Его направили в Силезию командовать 18-й дивизией. В 1938 г., перед вторжением в Чехословакию, он находился на посту начальника штаба армии фон Лееба, а в следующем – перед польской кампанией – был назначен начальником штаба группы армий «Юг» фон Рундштедта. Они быстро нашли общий язык и великолепно дополняли друг друга в разработке тактических и стратегических вопросов. Зачастую командующий защищал своего начальника штаба при стычках с берлинским начальством. Так случилось в сентябре 1939 г., когда Гитлер на совещании объявил о намерении напасть на Францию через нейтральные страны – Голландию, Бельгию и Люксембург. План кампании, составленный главкомом сухопутных войск фон Браухичем и начальником генштаба Гальдером, являлся повторением плана Шлиффена от 1914 г. Манштейн выступил против этого, считая, что надо вынудить англичан и французов первыми нарушить нейтралитет Голландии, Бельгии и Люксембурга. Он предложил свой план, основанный на применении глубоких охватывающих ударов, который поддержали Гудериан и фон Рундштедт. И Гитлер согласился. С небольшими изменениями план Манштейна был принят, что дало ошеломляющий результат в блицкриге в мае-июне 1940 г. Но успех Манштейна имел и оборотную сторону: его самого назначили командиром 38-го корпуса, которому в этой кампании отводилась лишь вспомогательная роль.

В момент нападения Германии на СССР в июне 1941 г. Манштейн командовал 56-м танковым корпусом, наступавшим из Восточной Пруссии. Его корпус в первые же дни войны вырвался вперед, опережая другие части 4-й танковой группы генерала Хёппнера на 80—120 км. Это заставляло Хёппнера, опасавшегося фланговых ударов противника, постоянно сдерживать Манштейна. Вскоре началось наступление на Ленинград. 56-й корпус двигался через леса и болота. В июле он попал в окружение, но Манштейну удалось вывести его из критической ситуации. Ленинград с ходу взять не удалось. Тогда Манштейн вновь стал критиковать Верховное командование, предлагая все силы бросить на взятие Москвы. После этого его самого в сентябре 1941 г. срочно перевели на другой край фронта – в группу «Юг» Рундштедта, командующим 11-й армией. В ее состав входили два немецких корпуса и румынская армия. Целью его армии было взятие Крыма. После ожесточенных боев немцы через Перекопский перешеек ворвались в Крым.

После этого 11-я армия стала проводить очистку захваченной территории от войск противника. Эти действия в 1949 г. стали предметом разбирательства Британского военного суда. Вопрос стоял об обращении с советскими военнопленными и о деятельности эйнзацкоманд, занимавшихся на основании приказа Гитлера уничтожением евреев. Хотя в ходе разбирательства с Манштейна сняли обвинение в причастности к нарушению Женевской конвенции о допустимых нормах ведения войны, но признали виновным в использовании русских военнопленных для строительства фортификационных сооружений и очистки минных полей, в попустительстве депортации гражданского населения на работы в Германию и непринятии мер для пресечения беспорядков в зоне его командования.

Весной 1942 г., отразив контрудар Красной армии на Керченском полуострове, Манштейн сосредоточил усилия на взятии Севастополя. Сюда было стянуто большое количество тяжелой артиллерии, включая 600-мм мортиру «Карл» и 800-мм пушку «Дора». 4 июля Севастополь пал. Вскоре Манштейн был произведен в фельдмаршалы.

С августа по ноябрь 1942 г. полководец руководил боевыми действиями под Ленинградом. Здесь его застало известие о гибели сына, который воевал в соседней армии. В ноябре резко обострилась обстановка на южном фланге Восточного фронта. В окружение попали 6-я полевая армия Паулюса и 4-я танковая – Гота. Манштейну поручили создать группу армий «Дон», чтобы пробиться к армии Паулюса. Вот здесь и разгорелся спор между Гитлером и Манштейном по поводу целей этой операции. Фюрер даже слушать не хотел об оставлении Сталинграда, а фельдмаршал считал, что 6-я армия должна уйти и прорываться навстречу группе «Дон», чтобы ее в дальнейшем можно было использовать на других направлениях. Ведь если этого не сделать, могут быть отрезаны немецкие войска на Северном Кавказе и в Крыму. Манштейн отдал Паулюсу приказ прорываться навстречу группе «Дон», но тот, ссылаясь на решение Гитлера, отказался это сделать. В январе 1943 г. Манштейн предложил фюреру отвести войска группы армий «А» с Кавказа и часть их перебросить под Сталинград. Он докладывал, что если ему не будут даны резервы, может случиться катастрофа. И вновь получил отказ Гитлера. Столкновения между ними по поводу стратегии не прекращались вплоть до отставки Манштейна в марте 1944 г.

В феврале 1943 г. Манштейн был назначен командующим группой армий «Юг». В это время он стремился, сократив линию фронта, создать необходимые резервы и подготовиться к наступлению из района Харькова. Для этого необходимо было вывести войска с Кавказа. Но Гитлер стремился к захвату кавказской нефти и ничего не хотел слушать об отступлении. Однако отходить все равно пришлось. Мало того, советские войска неожиданно взяли Харьков. Только с помощью дивизии СС «Мертвая голова» немцам удалось вновь овладеть городом. В результате всех этих действий на фронте образовался выступ, получивший название Курская дуга. Манштейн предложил силами групп «Юг» и «Центр» срезать эту дугу под основание. Операция получила кодовое название «Цитадель». Провести ее намечалось в мае, но Гитлер решил отложить операцию до июня, чтобы усилить войска новыми танками «Тигр» и «Пантера». Задержка имела фатальные последствия: начавшаяся только 5 июля, после восьми дней ожесточенных боев операция закончилась провалом. Манштейн понимал, что последний шанс успешного наступления на Восточном фронте окончательно упущен. Только после случившегося Гитлер разрешил ему отвести войска к линии Днепра. Но Советская армия продолжала натиск, и 6 ноября немцы сдали Киев.