Знаменитые полководцы Скляренко Валентина

Петр I Великий

(род. в 1672 г. – ум. в 1725 г.)

Настоящее имя – Петр Алексеевич Романов.

Последний русский царь и первый российский император.

Полководец, создатель новой регулярной русской армии и флота, основоположник русской военной школы. Участник Северной войны (1700–1721 гг.) и победитель Полтавского сражения (1709 г.).

Автор и редактор уставов («Книга Устав воинский», «Книга Устав морской», «Регламент о управлении Адмиралтейства и верфи…»), военно-теоретических и исторических трудов («Книга Марсова, или Воинских дел…»).

30 мая 1672 г. в семье царя Алексея Михайловича и его второй жены Натальи Кирилловны Нарышкиной родился сын, названный Петром. От первого брака с Марией Ильиничной Милославской царь имел 13 детей, но из сыновей выжили только двое – Федор и Иван. В 1676 г. Алексей Михайлович умер, и воспитание Петра проходило под присмотром старшего брата, царя Федора, который был его крестным отцом. Он выбрал для молодого царевича учителем Никиту Зотова, под влиянием которого тот пристрастился к книжкам, особенно к историческим сочинениям. Наставник много рассказывал ему о прошлом Отечества, славных деяниях предков, важных событиях во время правления Алексея Михайловича. Но основное внимание Петр в эти годы отдавал великим «потехам».

После смерти Федора в 1682 г. сторонники Нарышкиных провозгласили царем Петра. Однако Милославские спровоцировали стрелецкий бунт, во время которого погибли многие близкие ему люди. Это произвело неизгладимое впечатление на юного царя и положило начало его ненависти к стрельцам и всему роду Милославских. Результатом бунта был политический компромисс: на трон возвели двоих, от рода Милославских – Ивана, от рода Нарышкиных – Петра. Регентшей (правительницей) при малолетних царях провозгласили царевну Софью, умную и честолюбивую дочь Алексея Михайловича от первого брака. Петр и его мать никакой роли в жизни государства не играли. Они оказались в своего рода политической ссылке в селе Преображенском, которое стало резиденцией их двора. Только иногда Петр появлялся в Кремле, в основном для участия в посольских церемониях. В Преображенском и начались воинские «потехи», к которым царь привлек своих сверстников и ребят постарше, оставшихся ему от служб отца: сокольников, кречетников, конюхов. В «потешных» были и будущий фельдмаршал князь М. М. Голицын, и потомок знатного рода И. И. Бутурлин, и сын конюха А. Д. Меншиков. Сам Петр в «потешных» войсках прошел солдатские чины, начиная с барабанщика.

Недалеко от Преображенского находилась Немецкая слобода (Кокуй), где жили приглашенные еще при царе Алексее иноземцы: мастера, военные специалисты – зачастую искатели счастья и чинов. Петр, ломая косные традиции, делал иноземных офицеров полковниками, майорами, капитанами в своих «потешных» батальонах, которые к началу 1690-х гг. превратились в два полка: Преображенский и Семеновский. Под влиянием иностранцев и с их помощью он усваивал основы арифметики и геометрии, артиллерийской и фортификационной наук, правила возведения крепостей. Одновременно продолжались «потешные игры» в Преображенском: маневры, штурмы земляной крепости Пресбург.

Но летом 1689 г. обострилась борьба с Милославскими. Понимая, что царь Иван слаб здоровьем, а Петр становится взрослым и скоро возьмет бразды правления в свои руки, царевна Софья стала подбивать стрельцов во главе с Ф. Л. Шакловитым к бунту. Петр укрылся в Троицкой лавре. Попытки Софьи поднять стрельцов на бунт успехом не увенчались. Шакловитого сами стрельцы выдали царю, и он был казнен. Софью же Петр заточил в Новодевичий монастырь. Так началось его единоличное правление. Иван правил лишь номинально. А в 1696 г., когда он умер, Петр стал самодержцем.

Наряду с увеселениями молодой царь продолжал учиться у иностранцев кораблестроению и военному делу. Эти люди теперь из учителей превратились в друзей и сотрудников. Среди них выделялся Ф. Лефорт, внушавший царю мысль о необходимости выхода России к морям. На Балтике господствовали шведы, прибалтийские земли Россия потеряла еще при Иване Грозном; Черноморье находилось под властью Турции. В 1693 г. Петр совершил путешествие в Архангельск, где впервые увидел море, покорившее его навсегда. Там он заложил верфь, но понимал все неудобство северного Архангельска для обширной торговли.

Между тем осложнилось положение на юге из-за постоянных нападений татар, и царь замыслил поход к турецкой крепости Азову. В борьбе с Турцией у него были союзники – Польша и Австрия. Этот поход должен был показать, что военные потехи были не напрасны. В апреле 1695 г. 30-тысячное войско по Дону и Волге подступило к Азову. Началась осада. Войсками командовали Лефорт, Головин и Гордон. Они часто ссорились, враждовали между собой, и царь, находившийся в войске как бомбардир Петр Михайлов, стал проявлять нетерпение. Азов получал пополнения и провиант морем, а у русских флота не было. После двух штурмов и огромных потерь в сентябре началось отступление. Но Петр не опустил руки: понимая, что без флота Азов не взять, царь устроил в Воронеже верфи и сам, взяв в руки топор, участвовал в строительстве кораблей. В короткий срок были построены 23 галеры, 2 корабля, 4 брандера, 1300 стругов. С помощью этого флота летом 1696 г. Азов удалось взять. Но Петр понимал незначительность этого успеха и недостаточность сил для продолжения борьбы с Турцией. В связи с этим для укрепления союза против «неверных» за границу он направил «великое посольство», состоящее из 50 человек, во главе с Ф. Лефортом и Ф. А. Головиным. Инкогнито в посольстве ехал царь под видом урядника Преображенского полка Петра Михайлова. Попав в Голландию на верфи в г. Саардам, Петр там был плотником, а затем, переехав в Амстердам, учился кораблестроению на Ост-Индийской верфи. В январе 1698 г. он продолжил обучение в Англии на Дерптфордской верфи. Затем Петр посетил Вену. Здесь он потерпел свою первую дипломатическую неудачу. Европа готовилась к Войне за Испанское наследство и стремилась примирить Австрию и Турцию.

В Вене Петра застало известие о новом бунте стрельцов, и он поспешил домой. По дороге, в Польше, произошло свидание с польским королем Августом II. И тогда у Петра появилась идея создать вместо неудачного союза против Турции союз против Швеции, чтобы начать борьбу за выход в Балтийское море, за отвоевание земель, утерянных в ходе Ливонской войны. Уже в сентябре 1699 г. в Москве был заключен антишведский союз, куда вошли Россия, Польша и Дания. Но еще до этого события, годом раньше, Петр начал реформы. После подавления стрелецкого бунта и казни тысяч стрельцов Московское стрелецкое войско прекратило свое существование. Началось формирование полков регулярной армии. Петр лично изучал и поправлял уставы, подготовленные А. Вейде на основе изучения австрийской армии, следил за подготовкой войск. Из полков сформировали три дивизии под командованием Головина, Вейде и Репнина. Офицерами в них служили иностранцы, но были и русские из числа близких к царю людей.

Введены были и другие новшества. Обязательным для всех, кроме крестьян и духовенства, стало ношение иностранного платья, бритье бороды, поощрялось обучение ремеслам, создавались многочисленные мастерские, на учебу за границу отправлялись юноши из знатных семей, реорганизовывалось городское управление, была проведена реформа календаря, открылась Навигацкая школа, учрежден орден. Св. апостола Андрея Первозванного, после смерти в 1700 г. патриарха Адриана управление церковными делами перешло к специально созданному Синоду. Все эти преобразования проводились насильственными методами.

Союзники Петра уже воевали со Швецией, а он выжидал, когда будет заключен мир с Турцией, и только после получения известия об этом мире 19 августа 1700 г. объявил войну Швеции. Началась Северная война 1700–1721 гг.

С самого начала все пошло не так, как хотелось. Август II, действуя вяло и нерешительно, не смог взять Ригу; Дания капитулировала, когда там, используя английский и голландский флоты, высадились шведские войска Карла XII; русские войска потерпели поражение под Нарвой. Петру это поражение пошло впрок: ускорилось перевооружение армии, оружие закупалось за границей, поступало с новых русских оружейных заводов, на пушки было перелито много церковных колоколов, создавались новые регулярные полки. С помощью рекрутской повинности за 8 лет под ружье было поставлено 200 тыс. солдат. Пока Петр продолжал свои преобразования, Карл XII упустил возможность расправиться с Россией, гоняясь по Европе за Августом II. В 1701–1702 гг. русские войска подошли к важнейшим портам в восточной Балтике, в 1703 г. заняли Ингерманландию, где в устье Невы был заложен Санкт-Петербург. Там строились крепости, верфи. К 1707 г. Петр упрочил позиции в Прибалтике.

Только тогда Карл XII опомнился, перестал гоняться за Августом и вознамерился взять Москву. Поначалу его поход складывался удачно. Русские войска отступали, но 28 сентября 1708 г. Меншиков в присутствии царя в битве при Лесной разгромил 16-тысячный корпус Левенгаупта. Карл же пошел через Украину, надеясь на помощь гетмана И. Мазепы, который заключил с ним тайный договор. Для Петра переход на сторону врага одного из любимцев, которому он доверял, наделял богатствами и отличиями, был полной неожиданностью. Но за Мазепой, который в октябре 1708 г. присоединился к шведам, пошло лишь несколько старшин, 4 полковника и около 4 тыс. казаков. 27 июля 1709 г. состоялась знаменитая Полтавская битва, в ходе которой шведы были полностью разгромлены, а Карл и Мазепа успели уйти от погони и укрыться в турецких владениях. Но еще до этих событий Петр приказал Меншикову уничтожить столицу гетмана Батурин, что тот и сделал, перебив в городе все население. Вслед за этим на Украине был избран по приказу Петра новый гетман. Им стал Иван Скоропадский.

После этих событий продолжилась борьба в Прибалтике, русские войска вошли в Польшу, к антишведскому союзу примкнул король Пруссии. В 1710 г. к России отошли Лифляндия и Эстляндия. Но в октябре турки, подстрекаемые Карлом XII, начали войну против России. Эта война 1710–1713 гг. сложилась для Петра неудачно. В Прутском походе 1711 г. русская армия, в которой находился и сам царь, попала в окружение. В результате мирного договора Россия потеряла все свои завоевания на юге. Тем временем война на севере продолжалась. В 1713 г. союзники разгромили шведскую армию Штейнбаха, в 1714 г. русский флот разбил шведскую эскадру у мыса Гангут, а затем захватил остров Аланд в 15 милях от Стокгольма. 30 августа 1721 г. был подписан Ништадский мир, по которому Россия получила Лифляндию, Эстляндию, часть Карелии и ряд других территорий.

С окончанием Северной войны Россия была провозглашена империей, сенат удостоил Петра титулом «Отец Отечества», «Император» и «Великий».

Насколько Петр оказался удачлив на политическом и военном поприще, настолько он был несчастен в личной жизни. Чтобы остепенить его и отвадить от Немецкой слободы, мать женила его в 16-летнем возрасте на Евдокии Лопухиной, которую он не любил. От этого брака появилось двое сыновей: Александр, умерший в младенчестве, и Алексей, как оказалось, рожденный под несчастливой звездой. После смерти Натальи Кирилловны отношения между супругами резко ухудшились. У Петра в Немецкой слободе появились две любовницы: дочь серебряника Беттихера и дочь виноторговца Монса – Анна. В 1698 г. Петр отправил жену в Суздаль, в Покровский девичий монастырь. Ей было тогда 26 лет. А первой титулованной фавориткой стала Анна Монс. Ей Петр дарил дворцы, поместья, но верностью она не отличалась. Вначале ее любовником был саксонский посланник Кенигсек, затем прусский посланник Кейзерлинг, который впоследствии на ней женился. Петр долго мстил Анне, отобрал почти все, что ей дарил, и даже некоторое время держал в тюрьме. Он был злопамятный, но не безутешный любовник: любил женщин, но никогда не увлекался ими больше чем на полчаса. Среди его фавориток были в одно время и Анисия Толстая, и Варвара Арсеньева, и ряд других представительниц знатных родов. Но нередко его выбор останавливался и на простых служанках. А в 1703 г. появилась еще одна женщина, сыгравшая особую роль в жизни монарха, – Марта Скавронская, ставшая впоследствии под именем Екатерины Алексеевны женой Петра. Вопрос о ее происхождении не выяснен. В 1702 г., когда русские войска заняли Мариенбург, она была служанкой, а затем любовницей фельдмаршала Б. Шереметева, потом А. Меншикова, который и представил ее царю. Марта приняла православие, родила Петру трех дочерей, одной из которых была будущая царица Елизавета, и сына, Петра Петровича, умершего в 1719 г. Короновал свою жену Петр лишь в 1724 г.

Трагична судьба сына Петра от Евдокии – Алексея. Он очень боялся отца и даже по совету друзей хотел отказаться от наследства. Петр усмотрел в этом заговор и пригрозил Алексею упечь его в монастырь. После этого царевич бежал и укрылся со своей любовницей сначала в Вене, затем в Неаполе. Но их обнаружили и выманили в Россию. Затем были следствие, допросы, пытки. Верховный суд, состоявший из 127 человек, приговорил Алексея к смерти. Выбор казни был отдан на усмотрение отца. О том, как погиб царевич, известно мало: то ли от яда, то ли от удушения, то ли ему отрубили голову, то ли он умер под пыткой. Это событие произошло в 1718 г.

Казалось, после этого в семье Петра наступил покой, но в 1724 г. разразился новый скандал. Царю стало известно о любовной связи Екатерины и Виллинга Монса, брата его бывшей фаворитки. В ноябре Монс был казнен, и его голова в банке со спиртом несколько дней находилась в спальне Екатерины.

Но здоровье императора к этому времени резко ухудшилось. Он страдал от уремии, болезни почек. Приступы учащались, и 28 января 1725 г. Петр скончался в страшных мучениях. Завещания о наследнике найдено не было, а благодаря стараниям Меншикова и при помощи гвардии на трон была возведена жена Петра, ставшая Екатериной I. Но истинным наследием первого российского императора стало экономически сильное государство с европейской системой административного управления, с развитой внешней торговлей и образцово организованной, хорошо вооруженной и многочисленной армией.

ПОМПЕЙ ГНЕЙ

(род. в 106 г. до н. э. – ум. в 48 г. до н. э.)

Римский полководец и политический деятель. Главнокомандующий в войне против Лепида (77 г. до н. э.), участник подавления восстания Спартака (71 г. до н. э.).

С 66 г. до н. э. командовал римскими войсками в войне против Митридата VI Евпатора (74–63 гг. до н. э.), которая закончилась победой римлян. Трижды избирался на должность консула (70, 55, 52 гг. до н. э.).

В 60 г. до н. э. вошел в союз с Крассом и Цезарем (1-й триумвират).

«Любимый нами сын враждебного отца», – так, по преданию, когда-то сказал Прометей своему спасителю Гераклу. Эту фразу в полной мере можно отнести и к Помпею, ибо ни к одному полководцу римляне не испытывали столь сильной ненависти, какую питали они к его отцу Страбону. В то же время любовь и преданность соотечественников сопутствовали Помпею на протяжении всей его жизни, наполненной многочисленными взлетами и падениями.

Помпей родился в 106 г. до н. э. в знатной римской семье. С ранних лет он под руководством отца развивал военные и дипломатические способности. Приятная наружность юноши сочеталась со многими достойными качествами характера. Как отмечает Плутарх: «для любви к [Помпею] было много оснований: умеренный образ жизни… убедительность в речах, честный характер, приветливое обхождение, так что никто не был менее его назойливым в своих домогательствах, никто не умел более приятно оказывать услуги нуждающемуся в них. К тому же, когда он что-нибудь давал, то делал это непринужденно, а принимал дары с достоинством…» Если добавить к этому описанию величие и человеколюбие Помпея, то создается весьма благоприятное впечатление о нем. Однако это только одна сторона его характера. Кроме всего прочего, Помпей был хитер, честолюбив; не всегда заслуживали похвалы средства, при помощи которых полководец добивался поставленных целей.

Первым серьезным опытом Помпея было участие в Союзнической войне (91–87 гг. до н. э.). В 83 г. до н. э. он примкнул к Сулле, оказав последнему множество услуг. В 23 года молодой человек сам провозгласил себя полководцем, набрал в Пицене три легиона, запасся продовольствием, вьючными животными, повозками. Все это дало ему возможность одержать несколько побед над полководцами партии Мария.

Встреча с Суллой сыграла важную роль в судьбе Помпея. Сулла восхищался воинской доблестью и отвагой молодого человека и даже провозгласил его императором (победоносным полководцем). Кроме того, он выдал за Помпея замуж свою падчерицу Эмилию, считая, что, породнившись со столь блестящим воином, укрепит свою власть.

В ходе военных действий в Италии против приверженцев Мария Помпей проявил себя как талантливый, но жестокий военачальник. Он беспощадно казнил всех, кто ему сдавался, за что его прозвали Мясником. Закончив все дела в Италии, Помпей был вынужден отправиться в Африку для изгнания из нее Домиция. В жестоком сражении войско последнего было разбито, а лагерь разрушен. После этого Помпей вторгся в Нумидию. Для ее подчинения 24-летнему полководцу потребовалось всего лишь 40 дней.

Рим с радостью встретил победителя. Сулла, несмотря на то, что в его душу закрались сомнения и недоверие к Помпею, сам встретил его за городом и назвал Великим. Тем не менее он отказал полководцу в триумфе, которого тот настойчиво добивался. Тогда Помпей дерзко ответил, что больше людей поклоняется восходящему солнцу, чем заходящему, намекая на свое возрастающее могущество. Сулле пришлось соглашаться. Без сомнения, он в любой момент мог стать сенатором, но триумф человека, не облеченного высокой должностью, был большей честью. Следует отметить, что Помпей хотел прийти к славе необычным путем. Ему была свойственна некоторая оригинальность и игра на публику. Так, народу чрезвычайно понравилось, что после триумфа полководец участвовал в смотре наряду с прочими всадниками.

Неприязнь Суллы к Помпею усилилась после того, как последний помог Лепиду стать консулом. Диктатор до самой смерти не забывал нанесенной ему обиды и обошел Помпея в своем завещании. Впрочем, полководец не придал этому большого значения и похоронил Суллу со всеми почестями. Лепид не оправдал доверия Помпея, пытаясь присвоить себе власть умершего диктатора. Поэтому ему была объявлена война, и в 77 г. до н. э. полководец разделался с войсками неблагодарного консула.

В это время Квинт Серторий завладел Испанией и воевал с Метеллом Пием. Помпей добился того, чтобы его назначили главнокомандующим и в этой войне. Но действия его на этот раз были не очень удачны, и неизвестно, чем бы закончилось дело, если бы Серторий не был предательски убит своими друзьями. Один из них – Перперна – продолжил войну, но Помпею удалось разбить врага.

После этого он переправил свои войска в Италию, где под руководством Красса шла усиленная борьба с восставшими рабами. Красс смело сражался, но лавры победителя ему не достались: пять тысяч беглецов попались в руки Помпею. Он казнил их и спешно написал сенату, что «вырвал войну с корнем».

После второго триумфа Помпей в 70 г. до н. э. был избран консулом. По иронии судьбы его соперник Красс стал его напарником. Взгляды обоих сразу же разошлись, несмотря на то, что полководец поддерживал кандидатуру Красса на выборах. Последний, богатый и знатный человек, имел большое влияние в сенате, а сила Помпея заключалась в любви народа, так как он восстановил власть народных трибунов.

Тем временем над римлянами нависла новая угроза: на Средиземном море хозяйничали пираты, и оно стало опасным для мореходства и торговли. Опасаясь голода, соотечественники послали Помпея разгромить вооруженные банды. Сенат был вынужден утвердить закон о чрезвычайных полномочиях полководца, предоставляя ему всю полноту власти на море и на суше. В борьбе с пиратами Помпей в очередной раз проявил талант выдающегося военачальника. Он разделил море на тринадцать частей, сосредоточив в каждой определенное количество кораблей во главе с начальником. Таким образом, множество пиратских кораблей попало в своеобразную сеть. Против них выступил сам Помпей с 60 кораблями и нанес поражение. Те пираты, которым удалось скрыться, были выслежены и казнены.

На этом список славных деяний Помпея не оканчивается. Судьба не давала полководцу отдыха, бросая его из одной войны в другую. С 66 г. до н. э. военачальник приступил к командованию армией в борьбе против Митридата VI Евпатора, вытеснив Лукулла с этой должности и получив почти неограниченную власть в государстве. Как отмечает Плутарх, узнав о своем утверждении на пост главнокомандующего, Помпей воскликнул: «Увы, что за бесконечная борьба! Насколько лучше было бы остаться одним из незаметных людей – ведь я теперь никогда не избавлюсь от войн, никогда не спасусь от зависти, не смогу мирно жить в деревне с женой!» Подобное лицемерное заявление не понравилось даже друзьям Помпея: они-то прекрасно знали, что тот был совсем не против назначения, даже сам добивался его, предвкушая возможность обидеть Лукулла, который при встрече упрекнул Помпея в присвоении чужих побед.

Война закончилась победой римлян. Митридат покончил с собой, узнав об измене своего сына Фарнака. В 62 г. до н. э. состоялся третий триумф Помпея, который вместе с тем стал переломным моментом в его жизни. Добившись огромной власти в государстве, он получил почет, но и зависть; победив во многих сражениях, стал объектом сплетен и интриг. Сенат боялся и ненавидел полководца, завидуя его успехам. Даже народ, искренне любивший своего героя, опасался его колоссального влияния на армию.

На фоне всех этих событий все более видной фигурой в политике становился Цезарь. Он заручился поддержкой Помпея, стал консулом и начал проводить всевозможные законы, направленные на улучшение жизни бедняков, чем снискал себе популярность в народе. В 60 г. до н. э. был организован политический союз между Цезарем, Крассом и Помпеем, который вошел в историю как первый триумвират. Этот альянс был скреплен браком Помпея с дочерью Цезаря Юлией, которая, однако, стала любимой женой великого полководца. Содружество трех видных политиков с самого начала оправдало себя: каждый из них получил все те должности и награды, которых добивался.

В 55 г. до н. э. Помпей совместно с Крассом получил должность консула. Затем оба были назначены наместниками в провинции: Красс – в Сирию, Помпей – в Испанию. Однако полководец не покинул Италии, а доверил управление провинциями своим заместителям. Самой главной причиной, побудившей Помпея так поступить, была любовь к Юлии. Он проводил с молодой женой все время, переезжая из одного имения в другое.

После смерти Юлии в 54 г. до н. э. и гибели на войне Красса в 53 г. до н. э. триумвират распался: ни Помпей, ни Цезарь больше не скрывали своих властолюбивых замыслов, и их соперничество сделалось открытым. В то время как Цезарь завоевал богатство и славу в Галлии, Помпей стал единоличным консулом (52 г. до н. э.) и самым могущественным человеком в Риме.

На требование Помпея подчиниться ему вместе с армией Цезарь ответил отказом. Таким образом было положено начало новой гражданской войне. В очередной раз Помпей возглавил войска и даже одержал небольшую победу под Диррахием (Диррахии). Но в решающей Фарсальской битве в Фессалии войска Цезаря наголову разгромили силы соперника (48 г. до н. э.). Самой главной ошибкой Помпея стало то, что битва разыгралась на суше, без участия морских сил, в которых он обладал бесспорным перевесом.

Как бы там ни было, в жизни великого полководца наступила черная полоса. Он был вынужден скрываться и искать пристанища. Выбор его пал на Египет. Но дни Помпея были сочтены: опасаясь могущества Цезаря, советники египетского царя Птолемея XIII решили убить полководца.

«Когда к тирану в дом войдет свободный муж, он в тот же самый миг становится рабом», – эти строки Софокла стали последними словами военачальника. Он принял смерть мужественно и с достоинством.

Убийц Помпея Цезарь приказал казнить и горько заплакал над его печаткой, на которой был вырезан лев, держащий меч, – своеобразный символ блестящего и удачливого полководца.

Останки Помпея были переданы его последней жене Корнелии, которая похоронила их в Альбанском имении.

Жизнь Помпея была очень сложна: с одной стороны, победы и высокие должности, а с другой – постоянная необходимость балансировать между своими же законами и обязанностью их выполнять. Добившись всего своим трудом и отвагой, полководец часто покрывал друзей, которые не умели ценить оказанного им доверия и приносили Помпею множество неприятностей. Обеспечивая стабильность своего положения в государстве, военачальник часто забывал о зависти сената и злорадстве интриганов, которые, словно паутиной, опутывали его заговорами, втягивая в ненужное соперничество.

Несмотря на то что последняя битва в жизни Помпея была проиграна, а сам он предательски убит, в истории государства военачальник остался яркой фигурой, заслуживающей искреннего уважения сограждан.

Потемкин Григорий Александрович

(род. в 1739 г. – ум. в 1791 г.)

Русский генерал-фельдмаршал, светлейший князь Таврический. Участник дворцового переворота, двух русско-турецких войн (1768–1774 гг. и 1787–1791 гг.). Президент Военной коллегии (1784 г.). Дипломат.

Несомненно, Г. А. Потемкин был самым способным администратором Екатерининской эпохи. Созданные им города на юге России (теперь Украины) являются и сегодня важными населенными пунктами. Но и воинские заслуги его были немалыми.

Родился Потемкин 13 сентября 1739 г. в семье мелкопоместного дворянина отставного армейского полковника в селе Чижове около Смоленска. Отец его умер рано, и мать, бывшая на тридцать лет моложе мужа, растила сына одна. Но уже на пятом году Григория взял на воспитание крестный отец и двоюродный брат отца Г. М. Кисловский, президент Камер-коллегии. Вскоре в Москву переселилась и мать с пятью дочерьми.

Учился Григорий сначала в заведении Литкена в Немецкой слободе, потом – в Московском университете. Его с детства отличали любознательность и честолюбие. Потемкин любил во всем состязаться со сверстниками, очень ценил знания. Любимыми его предметами были поэзия и философия, богословие, латинский и греческий языки. В 1755 г. юношу записали в рейтары конной гвардии, через два года произвели в капралы, а еще через два года – в каптенармусы. Но на службу он не являлся, поскольку тогда разрешалось так делать до окончания учебы. Поначалу Григорий учился прилежно и получил даже золотую медаль. В числе 12 лучших студентов он ездил в Петербург для представления императрице Елизавете Петровне, но по возвращении заленился и был исключен из университета.

Вскоре Потемкина в чине вахмистра взяли ординарцем к принцу Голштинскому. Во время дворцового переворота 28 июня 1762 г. Григорий был замечен Екатериной II. Она наградила его чином камер-юнкера, четырьмястами душ крестьян и серебряным сервизом. Кроме того, он по армии получил чин подпоручика и стал часто бывать при дворе. Карьера складывалась удачно: в 1763 г. молодой человек стал помощником обер-прокурора Синода, а через два года занимал казначейскую должность и наблюдал за шитьем мундиров для армии. Во время работы екатерининской Уложенной комиссии 1767 Г. Потемкин стал своего рода опекуном делегатов от иноверческих народов, а в следующем году получил чин камергера и был отчислен из конной гвардии как состоящий при дворе.

Но отсутствие его в армии было недолгим. С началом русско-турецкой войны 1768–1771 гг. Григорий Александрович отпросился в действующую армию «волонтером». Сначала он находился в армии князя А. М. Голицына, затем – в армии П. А. Румянцева. Потемкин отличился в битве под Хотином в 1770 г., командуя кавалерийским отрядом, совместно с генералом Подгоричани под Фокшанами разгромил 10-тысячный турецкий отряд, участвовал во взятии Журжи на Дунае. Хотя эти сражения не являлись громкими, имя Потемкина становилось все более известным. После сражения у Рябой Могилы он преследовал разбитых турок, участвовал в битве при Ларге, а под Кагулом отбивал попытки крымцев ударить в тыл русской армии. В письме Екатерине II Румянцев очень хвалил его за храбрость и умелые действия. В награду Григорий Александрович получил орден Анны и орден Св. Георгия 3-й степени.

В 1771 г. Потемкин выбил турок из г. Цимбры, а сам город сжег, затем на р. Олте разбил четырехтысячный турецкий отряд, осадил крепость Турку и с небольшой флотилией действовал по Дунаю вплоть до Силистрии. За эти действия он был произведен в генерал-поручики. В это же время началась переписка между ним и императрицей. В письмах Екатерина II просила Григория Александровича понапрасну не рисковать жизнью, но он все время находился в боях. В 1773 г. Потемкин у Силистрии участвовал в битве с Осман-пашой, громил здесь турецкую конницу. Однако в январе 1774 г. Екатерина вызвала его в Петербург. С этого момента начался его фавор при дворе. Императрица сделала Потемкина генерал-адъютантом, подполковником Преображенского полка (полковником которого числилась сама Екатерина), членом Государственного Совета, что делало его одним из самых влиятельных людей в России. Милости продолжали сыпаться: ордена Александра Невского и Андрея Первозванного, чин генерал-аншефа и должность вице-президента Военной коллегии, а после подписания в 1774 г. мира с Турцией – титул графа. Кроме того, он получил орден Св. Георгия 2-й степени, шпагу с бриллиантами и портрет императрицы для ношения на груди.

В делах Потемкин не отличался склонностью к порядку, был размашист, даже неряшлив, но обладал умом и энергией, твердостью и преданностью, и императрица, восхищаясь его военными подвигами, не скрывала симпатии к нему и одобрения его действий. Окружающим приходилось с этим считаться. По воле Екатерины II он принимал меры по подавлению Пугачевского восстания, разгрому Запорожской Сечи, стал наместником Новороссийской, Азовской, Астраханской губерний, командующим легкой конницей и иррегулярными войсками империи. Кроме того, по ее ходатайству Иосиф II пожаловал ему звание светлейшего князя Священной Римской империи, а из европейских столиц он получал высшие ордена.

В последующие годы Потемкин много времени уделял государственным делам и устройству вверенных ему территорий Новороссии. Их заселяли крестьянами, мещанами, мастеровыми и военными людьми. Строились города Херсон, Николаев, Екатеринослав, Севастополь, пристани и верфи, административные и общественные здания. Закладывались виноградники, поощрялось шелководство, учреждались школы, фабрики и типографии. По его инициативе новые территории заселялись выходцами из других земель: албанцами, сербами, немцами, болгарами, волохами. Все это делалось с размахом – денег Потемкин не жалел. К его заслугам можно отнести и создание Черноморского флота, сыгравшего большую роль в борьбе с Турцией. По инициативе Потемкина в 1782 г. был принят секретный план присоединения Крыма к России, что и было осуществлено в следующем году.

Несмотря на появление у императрицы новых фаворитов, влияние Григория Александровича не уменьшалось. В 1784 г. он стал президентом Военной коллегии (военным министром), генерал-фельдмаршалом, шефом Кавалергардского полка. Ему подчинили Черноморское адмиралтейство и Черноморский флот. Он стал организатором Кавказских и Сибирских войск. В военном деле Потемкин провел ряд рациональных реформ: были уничтожены букли, косички, пудра, тяжелые сапоги заменены на легкие. В армии вводилась строгая дисциплина как в отношении солдат, так и в отношении начальников, проявлялась забота о санитарном состоянии войск, о питании и одежде. Изменился состав войск, увеличилась численность армии. Потемкин внес свой вклад и в создание служебных уставов, в способы обучения солдат, в формирование у них сознательного отношения к своим обязанностям, воинскому долгу. Население Новороссии вовлекалось в службу по охране границ, участвовало в операциях действующей армии во время второй русско-турецкой войны. Заслугой Григория Александровича было и то, что он умел собирать вокруг себя талантливых людей, таких как Суворов и Ушаков.

Незадолго до войны с Турцией, в 1787 г., Екатерина II предприняла путешествие на юг. Потемкину удалось скрыть слабые стороны своей деятельности и выставить на вид успехи, которые удивили даже иностранцев. Это и Херсон со своей крепостью, и черноморская эскадра, состоявшая из 15 больших и 20 мелких судов. При прощании с императрицей в Харькове Потемкин получил к своему имени почетную приставку – Таврический.

Через три недели после этого путешествия, в августе 1787 г. Турция объявила войну России. Потемкин командовал екатеринославской армией. Один из 5 корпусов возглавлял А. Суворов. Но в целом армия к этой войне была недостаточно подготовлена. В начальный период военных действий лишь Суворов успешно действовал на Кинбурнской косе, громя турецкий десант. Неудача постигла русский флот, попавший в жестокую бурю у Варны. И Потемкин, вынужденный перейти к оборонительной тактике, сильно пал духом, даже думал об уступках Турции. Императрице в письмах приходилось подбадривать его. Только после разгрома Суворовым турок у Кинбурна Потемкин успокоился и взял себя в руки. Он усилил флот, переформировал пехоту, ввел новый вид кавалерии (военно-егерские части), увеличил на 20 тыс. численность казачьей конницы, усилил артиллерию.

Весной 1788 г. началась осада Очакова, гарнизон которого насчитывал 20 тыс. человек при 330 орудиях. Потемкин не принял план Суворова о немедленном штурме, и осада затянулась. Много солдат погибло от болезней, стужи, нужды в необходимом. Лишь осенью по диспозиции, составленной самим Потемкиным, начался штурм. Крепость была взята. Турки потеряли более 9 тыс. убитыми, 4 тыс. ранеными и пленными, 310 пушек. Русские потери составили менее 1 тыс. убитыми и около 3 тыс. ранеными. Взятие Очакова – триумф Потемкина как полководца. За эту победу Екатерина II пожаловала ему орден Св. Георгия 1-й степени, сто тысяч рублей, осыпанную бриллиантами шпагу с надписью «За храбрость». Дождь наград сыпался на него до самой кончины.

В 1789 г. Потемкин взял Аккерман и Бендеры. Удачно действовал Черноморский флот. Суворов разгромил турок при Фокшанах и Рымнике, и Потемкин настоял, чтобы Екатерина II дала ему титул графа Рымникского и орден Св. Георгия 1-й степени. Сам же Потемкин по указанию императрицы заменил Румянцева и возглавил две армии, а вскоре стал верховным начальником всех войск на юге. В 1790 г. он получил титул гетмана казацких екатеринославских и черноморских войск.

В январе 1791 г. Потемкин в последний раз прибыл в Петербург. К этому времени отношение к нему Екатерины изменилось к худшему: появился новый фаворит – Зубов. Наладить прежние отношения Григорию Александровичу не удалось, и он вынужден был уехать из столицы.

По возвращении на юг, в Яссы, он вел мирные переговоры с турками, но почувствовав приближение смерти, велел везти себя в основанный им Николаев. По дороге, в степи, 5 октября 1791 г. Потемкин умер от лихорадки. Похоронили его в Херсоне. Екатерина II, искренне оплакивая уход из жизни этого незаурядного человека, великого государственного деятеля и полководца, говорила: «Теперь вся тяжесть правления лежит на мне одной».

Несмотря на неоспоримые заслуги перед Отечеством, личность Г. А. Потемкина и современниками, и последующими поколениями оценивалась неоднозначно. Ибо, как справедливо отмечал В. И. Соловьев, в этом полководце соединялись «натура богато одаренная, но неуравновешенная, возвышенная и мелочная, могучий ум и неровный характер, в котором творческое вдохновение чередовалось с периодами полной прострации». Но главное, по мнению того же историка, заключалось в том, что, «делая быструю и блистательную карьеру, он стремился не только к удовлетворению своего тщеславия и личному обогащению, но и к укреплению международных позиций государства, к развитию его экономики, армии и флота».

Птолемей I Сотер

(род. ок. 367 или 360 г. до н. э. – ум. в 283 или 282 г. до н. э.)

Правитель и царь Египта в 324–283 гг. до н. э. Основатель египетской династии. Полководец Александра Македонского, бывший некоторое время его соматофилаком (телохранителем). Один из диадохов – преемников Александра Македонского, разделивших после смерти великого завоевателя его империю.

Имя человека, ставшего основателем династии, более 260 лет правившей Египтом, вполне отвечает характеру этого незаурядного человека. «Птолемей» в переводе с греческого означает «воинственный».

Обстоятельства жизни Птолемея позволяют судить о нем как о человеке выдающемся, своей выдержанностью резко выделяющемся на фоне многих спутников Александра Македонского. В сущности, его можно считать одним из главных продолжателей дела великого завоевателя, хотя масштабы приложения сил Птолемея были несравненно меньшими. Поэтому историческая наука считает его лишь диадохом (преемником) или эпигоном (последователем) гения, стремившегося распространить эллинистическую культуру на страны Ойкумены – известной эллинам (грекам) части мира с центром в Элладе.

Конечно, не ему, пусть даже отличному воину, было равняться с Александром Великим. Да он и не стремился к этому. Птолемей просто хотел в меру своих сил продолжить дело Александра в стране, откуда был начат великий поход на завоевание Ойкумены. Храбрый воин, талантливый полководец, мудрый политик, щедрый, справедливый и внимательный к друзьям – так характеризуют его немногочисленные исследователи, и древние, и современные. Его биография, собранная по кусочкам из древних источников, – свидетельство правильности такой точки зрения.

Будущий царь Египта, единственный из всех диадохов, умерший в преклонном возрасте, да еще своей смертью, был сыном знатной македонянки Арсинои и менее знатного, но почтенного македонянина Лага. Существует легенда о том, что Арсиноя была возлюбленной отца Александра Македонского, царя Филиппа II, поэтому Птолемей якобы является сводным братом Александра. Однако эта версия, скорее всего, возникла уже в период царствования Птолемея, дабы укрепить его власть и приоритет над остальными диадохами.

Зато сомнения не вызывает то, что юный Птолемей входил в число близких друзей юного Александра. Именно поэтому его и будущего знаменитого флотоводца Неарха, наряду с другими приятелями Александра, царь Филипп изгнал из Македонии, когда непослушный Александр вознамерился жениться против желания родителей.[21]

В 336 г. до н. э. Филипп был заколот офицером Павсанием, возможно, при подстрекательстве Олимпиады. Александр и его друзья, в том числе Птолемей, вернулись в Македонию.

Если бы Александр, унаследовавший власть, был обычным, пусть даже незаурядным правителем, Птолемей так и остался бы одним из его верных приближенных. Но Александр был гением. Он стремился распространить эллинскую культуру на весь известный грекам мир. На этой волне Птолемей, обладавший достаточным умом и образованием, чтобы понять идеи Александра, после его смерти сумел выдвинуться на первый план и добиться значительных результатов.

Конечно, его военный талант проявился еще во время походов Александра. В 333 г. до н. э. Птолемей в числе других полководцев участвовал в битве при Иссе, в сражении у Ворот Персеиды, в битве при Гавгамелах. Именно его Александр направил в погоню за персидским царем Дарием III. В результате Птолемей пленил персидского сатрапа Бесса, зарезавшего своего повелителя, чтобы тот живым не попал в руки врага.

Во время индийского похода македонский военачальник сам сразился с индийским царем (или князем). Противник ударил македонца в грудь копьем, но броня спасла Птолемея от смерти. Он пронзил индусу бедро, свалил его на землю и снял с противника доспехи. Потом будущий властитель Египта по приказу Александра захватил крепость Пир-Осап (Аорн), участвовал во множестве других опасных эпизодов индийской кампании македонцев.

Однако руководящей роли при Александре Лагид не играл, да, по-видимому, и не стремился к этому. Тем не менее в числе приближенных царя он все же состоял. Недаром во время легендарной массовой свадьбы в Сузах, когда Александр попытался связать родственными узами македонцев и персиян, в числе новобрачных находился и Птолемей. Его супругой стала знатная персиянка Артакама.

Об обстоятельствах этого брака источники хранят молчание. Более известна связь Птолемея с афинской гетерой Таис, которую историки подозревают также в близких отношениях с самим Александром. Легенда гласит, что именно по ее требованию великий завоеватель отдал приказ о сожжении персидской столицы Персеполиса. Таис якобы мстила за сожженные персами Афины и другие греческие города. Скорее всего, это не более чем легенда. Биографы Александра Македонского Г. Лэмб и А. Боннар утверждают, что Таис «играла роль императрицы в Мемфисе». Достоверно известно, что у нее от Птолемея были дети: сыновья Леонтиск и Лаг, а также дочь Эйрена. Судьба сыновей неизвестна. Дочь же со временем была выдана замуж за Эвноста, царя г. Солы на Кипре.

Александр умер 10 июня 323 г. до н. э. Смерть его не была неожиданной для приближенных царя. Однако для людей, искренне любивших Александра – среди них был и Птолемей, – это, несомненно, было жестоким потрясением. Однако жизнь продолжалась, и нужно было решать судьбу завоеваний великого македонца.

Срочно было собрано македонское войсковое собрание. Среди немногих, отстаивающих идею единой сильной власти над завоеванными землями, был Птолемей. Он и его единомышленники предлагали выбрать царя из числа сподвижников Александра, пользовавшихся наибольшим авторитетом. Судя по положению среди ближайших военачальников, Птолемей явно не имел в виду лично себя. Однако собрание решило временно возвести на освободившийся престол сводного брата Александра, слабоумного Филиппа III Арридея. Позже его должен был сменить еще не родившийся сын персидской жены умершего, Роксаны.

Было ясно, что оба кандидата, один из которых, кстати, мог и не появиться на свет (Роксана могла родить девочку), не в состоянии обеспечить порядок в империи таких размеров, которых до той поры история не знала. Выборы определенно были фикцией: диадохи боролись за власть, и каждый стремился ухватить кусочек пожирнее.

В этой ситуации Птолемей проявил недюжинные политические способности. Раздел империи, пока предусматривающий создание сатрапий, произошел в Вавилонии, находившейся под контролем Пердикки, наиболее авторитетного из диадохов, ставшего великим визирем (регентом). Трудно сказать, как именно Птолемей вошел к нему в доверие. Но если бы они не поладили, Лагид вряд ли получил бы такой лакомый кусок, как Египет, хорошо известный ему еще по александровскому походу 332–331 гг. до н. э.

В то же время положение Птолемея в качестве египетского сатрапа было не слишком прочным. В стране существовала греческая колония Навкратис. Ее гражданин Клеомен уже осуществлял, причем довольно неплохо, управление провинцией. Военного столкновения между двумя правителями не произошло – Клеомен подчинился Птолемею. Однако тому стало известно, что грек поддерживает связь с Пердиккой. Чтобы устранить угрозу предательства (а также ликвидировать соперничество), Птолемей велел убить Клеомена, что, впрочем, не произвело особого впечатления ни на македонцев, ни на египтян. Дело по тем временам было вполне понятным и заурядным.

Следуя традициям Александра, Птолемей проявил большую терпимость к чуждой ему религии египтян. Он восстановил множество храмов египетских богов, но одновременно попытался создать некий синтез эллинской и египетской религий – культ бога Сераписа (Сораписа, Сараписа)[22], в наши дни очень почитаемого поклонниками эзотерических учений. Для египтян он был Осирисом, иногда Аписом, для македонцев и греков – Зевсом.

В то же время новый сатрап быстро сумел наладить контроль над доходами с сельского хозяйства Египта, поставив во главе всей хозяйственной деятельности этой, в основном аграрной страны, диойкета – своего рода министра финансов и экономики.

Главным делом Птолемея в этот период стало обустройство сатрапии. Будучи реалистически мыслящим человеком, вполне отдающим отчет в собственных возможностях, он не стремился захватить власть над всем наследием Александра. С него было довольно и Египта, где диадох всеми силами стремился воссоздать мечту покойного друга о распространении эллинской культуры среди «варварских» народов.

К военной силе Птолемей прибегал только в тех случаях, когда считал, что это необходимо для укрепления его трона в Египте. В поход он отправлялся, хорошо взвесив все обстоятельства, поэтому почти не знал поражений. Бывали случаи, когда Птолемей прекращал кампанию тогда, когда надежда на победу еще была. Из-за этого современники обвиняли владыку Египта в нерешительности; на самом же деле это был трезвый расчет осторожного военачальника. Личная храбрость Птолемея хорошо известна по походам Александра, но рисковать своим положением и страной он не любил и не хотел.

Тем не менее почти весь период своего правления, особенно вначале, первый из Птолемеев воевал. Известны его походы в Кирену, Келесирию, на Кипр, в Грецию. Кроме того, египтянам пришлось отражать вторжение армий других диадохов, в частности Пердикки и Антигона Одноглазого.

Впервые Птолемей отправил свои войска за пределы Египта уже в 322 г. до н. э. по просьбе олигархов, чтобы помочь им справиться с внутренней смутой. Однако армию вел не сам сатрап, а военачальник Офелла. Он сумел разгромить войско смутьянов во главе со спартанцем Фиброном. Земли богатой Киренаики перешли под власть Египта, и Лагид сразу же явился туда, чтобы навести порядок. Управлять колонией стали доверенные лица Птолемея, однако их права были ограничены диаграммой – законом, составленным египетским властителем.

В это время Пердикка решил разделаться с самым значительным, по его мнению, противником в борьбе за первенство среди диадохов. Кроме того, Египет был несомненно лакомым кусочком. Воспользовавшись тем, что Птолемей примкнул к его врагам, Пердикка в 321 г. до н. э. вторгся в пределы страны.

Обстоятельства этой войны известны недостаточно, а имеющиеся данные довольно противоречивы. Неоспоримым фактом является то, что войска Пердикки не смогли взять крепость Камелонтейхос. В ее защите принимал участие сам Птолемей. Легенда гласит, что он собственноручно длинным копьем ослепил одного из боевых слонов, убил многих вражеских воинов и сбросил их со стены. Армия Пердикки понесла большие потери при переправе через Нил. Множество воинов было растерзано крокодилами. Эти неудачи возбудили в войске сильное недовольство военачальником. В конце концов он был убит в собственном шатре бывшим телохранителем Александра Пифоном, которого Птолемей наверняка хорошо знал.

В первые годы после смерти Александра формально его империя еще существовала. Напомним, что диадохи лишь считались сатрапами вверенных им территорий. Главным среди них был регент, избиравшийся с согласия остальных. Первым регентом стал Пердикка. После его смерти Птолемею было предложено это место, но он отказался. Прозорливый правитель понимал, что империя вот-вот окончательно распадется.

В это время Птолемея больше заботило укрепление границ Египта со стороны Палестины. Щитом против нашествий отсюда могла стать Сирия. Птолемей действовал быстро и решительно. В короткое время его военачальник Никанор захватил страну, пленил ее царя Лаомедонта и оставил там египетские гарнизоны. Сам же Птолемей двинулся на Иерусалим. Воспользовавшись тем, что религия евреев запрещала им предпринимать что-либо в субботу, сатрап Египта назначил штурм именно на этот день и легко овладел городом.

Между тем противоречия между диадохами нарастали. Антигон, прежний союзник Птолемея по борьбе с Пердиккой, вместе со своим сыном Деметрием Полиоркетом сумел захватить всю Азию и начал угрожать благополучию и власти остальных диадохов. Он стремился к воссозданию единой империи, во главе которой, естественно, видел только себя. Тогда Птолемей заключил союз с Кассандром и Лисимахом, правителями Македонии и Фракии, а также с Селевком, бежавшим в Египет. К Антигону было направлено посольство с требованием уступить часть завоеванных земель. Тот заявил, что давно готов к войне с Птолемеем, и послы уехали ни с чем.

В 314 г. до н. э. Антигон напал на подвластные Египту Финикию и Сирию. Египет мог потерять не только зарубежные владения, но и собственную независимость. В 312 г. до н. э. на Кипре, до сих пор не проявлявшем недовольства, вспыхнуло восстание против власти Египта. Есть предположение, что местные царьки действовали по наущению Антигона. Птолемей во главе большого войска переправился на остров. Расправившись с мятежниками, он перебрался в Карию, дошел до Киликии, в этот момент отпавшей от Египта, разграбил страну и вновь вернулся на Кипр, а потом отправился в Египет, чтобы сразиться с противником.

Решающее сражение между войсками Птолемея и Селевка, с одной стороны, и Деметрия – с другой, произошло в этом же 312 г. до н. э., под Газой. Здесь египетский и вавилонский цари одержали впечатляющую победу. Было захвачено множество пленных, часть которых была поселена в Египте. Сирия и Финикия были возвращены под власть Лагида.

Однако на этом война не закончилась. В 306 г. до н. э. флот Птолемея возле Кипра вступил в сражение с кораблями Деметрия. Результатом стало страшное поражение египтян. Господство на море на долгие годы перешло к Деметрию. Воодушевленные победой, Антигон и Деметрий провозгласили себя царями. Их примеру срочно последовали и остальные диадохи. Птолемей сделал это, скорее всего, уже в 305 г. до н. э., стремясь подчеркнуть свое независимое положение.

А в это время Антигон собирался к походу на Египет. Огромное войско было готово переправиться через Нил. Однако Птолемей сосредоточил на противоположном берегу многочисленные войска и катапульты. Врагу не удалось высадить даже десант. Вскоре из-за недостатка продовольствия вражеская армия вынуждена была уйти ни с чем.

Вероятно, эта борьба не на жизнь, а на смерть длилась бы еще многие годы. Однако в 301 г. до н. э. Антигон пал в битве при Ипсе (совр. Сипсин), сражаясь против объединенных войск диадохов. Птолемей в ней участия не принимал. По известным ему одному причинам из Сирии он вернулся в Египет, а на упреки союзников ответил, что до него дошли слухи об их поражении.

Шли годы. Границам Египта больше ничего не угрожало, поэтому последний период жизни царя оказался сравнительно спокойным. Пора было подводить итоги, которые были достаточно впечатляющими.

По отношению к своим подданным, чуждым ему по обычаям и по крови, Птолемей стремился реализовать эллинский идеал царя-правителя. В представлении греков идеальный царь должен был стать благодетелем, спасителем и защитником своих подданных. По мере сил царь Египта стремился выглядеть именно так. Во всяком случае, никакого различия между греками и варварами он не делал. Поэтому как в самом государстве, так и на подвластных Египту территориях было сравнительно спокойно.

Мистическим покровителем своей державы Птолемей сделал самого Александра Македонского, подчеркивая этим свое право считаться первым духовным наследником великого завоевателя. После длительной борьбы Птолемея с диадохами в Египет было доставлено забальзамированное тело Александра. Сначала оно было помещено в древнем коронационном центре в Мемфисе. Позже тело было погребено в специально построенной гробнице – Севе, в Александрии. Птолемей считал, что Александр должен быть погребен в городе, лично им основанном.

Стремясь к распространению эллинской культуры, царь перенес столицу из древнего Мемфиса, где были сильны египетские традиции, в основанную Македонским Александрию. Здесь он воздвиг лучший памятник себе и своему времени – знаменитый Музей, ставший главным центром развития науки и культуры того времени. Сюда съезжались ученые со всех концов эллинистического мира, чтоб приобщиться к сокровищнице научных знаний – Александрийской библиотеке. Лагид и сам был не чужд учености и обладал несомненным литературным талантом. Его перу принадлежит труд об Александре, к сожалению, дошедший до нас лишь во фрагментах.

Известно, что Птолемей несколько раз женился, преследуя при этим чисто политические цели. О судьбе его первой жены, персиянки Артакамы, ничего не известно. Чтобы подчеркнуть и упрочить свое положение главного идейного наследника Александра, Птолемей, еще будучи сатрапом, пытался жениться на его 47-летней сестре Клеопатре, но та была убита по приказу Антигона, и свадьба не состоялась. Во второй раз царь заключил брачный союз с дочерью диадоха Антипатра, Эвридикой, что связало его родственными узами с другими «наследниками» Александра, многие из которых тоже приходились Антипатру зятьями. Эвридика родила много дочерей, а также сыновей Мелеагра и Птолемея Керавна. Последний одно время считался будущим наследником трона египетских царей. Однако с Эвридикой Птолемей расстался и в 317 г. до н. э., по обычаю фараонов, женился на своей сводной сестре Беренике. Своим наследником он сделал ее сына Птолемея Филадельфа.

Основатель династии умер в 283 г. или в начале 282 г. до н. э. За два года до этого он, чтобы предотвратить свары между претендентами на престол, прозорливо сделал своим соправителем Филадельфа. Птолемей заявил, что быть отцом царя лучше, чем быть царем самому. Птолемей II Филадельф стал достойным преемником отца, значительно укрепив славу дома Птолемеев.

Пэн Дэхуай

(род. в 1898 г. – ум. в 1974 г.)

Китайский военный и политический деятель, маршал КНР (1955 г.). Участник Северного похода (1926–1927 гг.), трех гражданских, Национально-освободительной (1937–1945 гг.) и Корейской (1950–1953 гг.) войн, министр обороны КНР (1954–1959 гг.).

Жизненным кредо видного военного и политического деятеля Китая Пэн Дэхуая было служение партии и народу. Истинный коммунист, он включился в революционную борьбу, отдавая себя делу без остатка. Никогда, даже во время тюремного заключения, допросов и пыток полководец не отрекался от своих взглядов. «Я несу ответственность перед народом. Коммунист должен помнить о своих обязанностях… Я уже не боюсь смерти, чего бояться?..» – говорил маршал.

Пэн Дэхуай родился 24 октября 1898 г. в семье обедневших середняков в деревне Шисян уезда Сянтань провинции Хунань. В 6 лет его отдали в частную школу традиционного китайского типа, где мальчик штудировал грамматику и древние конфуцианские книги. Через 2 года умерла мать, тяжело заболел отец. Пэн Дэхуай был вынужден бросить учебу, чтобы как-то помочь совершенно обнищавшей семье. Спустя много лет маршал так вспоминал свое голодное и холодное детство: «В суровые зимние месяцы, когда другие надевали ватные халаты и чулки, мы с братьями носили соломенные сандалии на босую ногу и накидки из пальмовых листьев, напоминая своим видом первобытных людей». Несколько лет мальчик попрошайничал, но это было ему не по нутру, и Дэхуай решил, что никогда больше этого делать не станет. Он поступил на службу к богатому крестьянину и с утра до вечера пас скотину. С 13 лет стал работать на угольных копях. Дэхуай брался за любое дело – рубил дрова, ловил рыбу на продажу, был поваром, подсобным рабочим. Тяжелая жизнь закалила характер молодого человека, он был готов к любым испытаниям, которые посылала судьба.

В марте 1916 г. Пэн Дэхуай вступил в хунаньгуансийскую армию. Некоторое время он служил под началом Линь Сюмэя, который был братом известного китайского революционера Линь Боцюя, разделявшего идеи социалистов-утопистов. Блестящие организаторские способности Пэна, твердый волевой характер, неплохое знание военного дела способствовали тому, что за несколько лет службы он из простого солдата превратился в командира взвода. В это время его серьезно интересовала Октябрьская революция в России. Он вместе с другими китайскими солдатами полностью поддерживал перемены, которые она несла трудовому народу, и мечтал о том, чтобы в Китае тоже произошли подобные преобразования.

Летом 1922 г. Пэн Дэхуай поступил на офицерские курсы в Хунани. За год он успешно закончил обучение и вернулся в Национально-революционную армию, вначале в качестве командира роты, в мае 1926 г. стал командиром батальона, а через год – командиром полка.

Поражение китайской революции 1925–1927 гг. не изменило взглядов Пэна. Он тайно поддерживал революционную деятельность профсоюзов, крестьянских и студенческих союзов. Несмотря на тяжелую жизнь в условиях белого террора, офицер в апреле 1928 г. вступил в Коммунистическую партию Китая (КПК) и создал в своем подразделении коммунистическую ячейку.

В июле 1928 г. Пэн Дэхуай стал во главе восстания в Пинцзяне, в результате победы которого из тюрем было выпущено более тысячи политзаключенных, а местных реакционеров подвергли аресту. После этого события дивизия Пэна была превращена в 5-й корпус Рабоче-крестьянской Красной армии Китая. Кроме того, он способствовал созданию революционной опорной базы на границе провинций Хунань, Хубэй, Цзянси.

В январе 1929 г. 5-му корпусу было приказано оборонять Узинганшань. После упорных боев с превосходящими силами противника Пэн Дэхуай решил оставить эту базу. Весной этого же года он занял город Жуйцзинь, который через несколько лет стал столицей Центрального советского района.

Благодаря мужеству, героизму и справедливому отношению к подчиненным Пэн стал чрезвычайно популярным среди солдат и простого народа. Он, будучи настоящим коммунистом, беспрекословно выполнял приказы партии. Обладая талантом полководца и незаурядными способностями тактика, Пэн Дэхуай разработал множество операций по отражению карательных походов Чан Кайши против советских районов. Авторитет военачальника еще больше укрепился во время Великого похода, в ходе которого он руководил многими боями. Вот как писал о китайском полководце бывший военный советник при ЦК КПК Отто Браун: «Одинаково активный в политике и в военном деле, он не молчал, считая нужным выступать с критикой. Пэн Дэхуай резко обрушился на тактику позиционных боев, стоившую многих жертв, и на разрозненные партизанские действия. Его корпус, единственный, в составе которого имелось три дивизии, был самым многочисленным, сильным и прекрасно подготовленным к ведению регулярных боевых действий, поэтому на него возлагались самые трудные задачи. Несколько раз Пэн Дэхуай оказывался в опасных ситуациях, но всегда с честью из них выходил».

В период антияпонской войны 1937–1945 гг. Дэхуай стал заместителем командующего 8-й армией. Он активно участвовал в создании обширных опорных баз сопротивления японским захватчикам в Северном Китае. Наибольшую известность в этой войне приобрела операция 3-й армии, названная «битвой ста полков», в которой участвовало 115 полков этого подразделения общей численностью 400 тыс. человек.

«Битва ста полков» имела целью внезапным одновременным ударом по гарнизонам противника дезорганизовать его тылы, связь, разрушить шоссейные и железные дороги, расширить территорию партизанских баз. За время операции, длившейся более 3 месяцев, 8-я армия провела 1824 боя, в результате которых было убито и ранено свыше 20600 японских солдат и офицеров. Хотя потери китайской стороны превысили 20 тыс. человек, Пэну все же удалось установить постоянный контроль над 26 уездами, а население освобожденной территории составило 5 млн человек.

Во время войны против режима Чан Кайши в 1945–1949 гг. Пэн Дэхуай командовал сначала Северо-Западной армией, а затем 1-й Полевой армией Народно-освободительной армии Китая, солдаты которой мужественно сражались на поле боя и освободили северо-западную часть Китая.

После образования Китайской Народной Республики в 1949 г. полководец занимал высокие государственные должности: был членом Центрального народного правительства, заместителем председателя Народно-революционного совета КНР, первым секретарем Северо-западного бюро ЦК КПК, председателем Военно-административного совета Северо-Западного Китая. Корейская война 1950–1953 гг. принесла Пэну новое назначение – на должность командующего частями китайских народных добровольев на корейском фронте. Войска под его командованием участвовали во всех крупнейших наступательных и оборонительных операциях этой войны, одержали ряд блестящих побед в районе Унсана, в Пхеньян-Хыннамской операции. В благодарность за помощь в войне корейское правительство наградило Пэна орденом «Национальный флаг» 1-й степени, кроме того, он заслуженно получил звание Героя КНДР.

По возвращении на родину полководец посвятил себя оборонному и хозяйственному строительству. В 1954 г. он стал членом Политбюро ЦК КПК, а через несколько месяцев был назначен министром обороны КНР. Через год Пэн Дэхуай был удостоен великой для военного почести – получил звание маршала КНР. Находясь на посту министра обороны, он выступал за модернизацию армии и повышение ее профессионального уровня, неоднократно встречался со знаменитыми советскими военачальниками – Г. К. Жуковым, К. К. Рокоссовским, Р. Я. Малиновским. По инициативе Пэн Дэхуая в армии была проведена реформа: установлена обязательность военной службы, введена новая форма и т. д.

Как отмечают сотоварищи Пэн Дэхуая, он был разносторонним человеком: любил читать, путешествовать, смотреть кинофильмы. Маршал был справедлив, скромен и предельно честен как по отношению к себе, так и по отношению к своим сослуживцам. Преданность делу и правду он ценил больше всего на свете. Именно эти качества и привели полководца к катастрофе, которая разразилась после того, как на Лушаньском (8-м) пленуме ЦК КПК он выступил против внутренней политики Мао Цзэдуна, его авантюристического курса и культа личности. В ответ маршала обвинили в «антипартийной деятельности» и сняли со всех постов. Он был вынужден перебраться в полуразрушенный домик, где жил в бедности до своего ареста в 1966 г. В тюрьме с помощью допросов и пыток его заставляли подписать отречение от своих взглядов и признание в «антипартийной деятельности». «Не будет этого, хоть голову отрежьте! Я не желаю писать, я ничего не боюсь и буду твердо стоять за правду!» – крикнул военачальник своим мучителем.

Моральные и физические истязания подорвали здоровье великого полководца. В 1973 г. у него было обнаружено раковое заболевание, и 29 ноября 1974 г. Пэн Дэхуай скончался. На его похоронах не было ни души, а имя и фамилию Героя Китая изменили.

Однажды Пэн Дэхуай сказал, что только история может дать ему справедливую оценку. Эти слова оказались пророческими. Через 4 года после смерти он был реабилитирован. Мужественному и талантливому человеку вернули доброе имя настоящего сына народа и борца за его свободу и процветание.

Ричард I Львиное Сердце

(род. в 1157 г. – ум. в 1199 г.)

Король Англии и герцог Нормандии. Большую часть жизни провел в военных походах вне Англии. Одна из самых романтических фигур Средневековья. Долгое время считался образцом рыцаря.

Целую эпоху в истории Средневековья составили крестовые походы, которые, несмотря на отдаленность событий, продолжают привлекать внимание историков и участников движений, объединенных в различные клубы под условным названием «клубы исторической реконструкции».

Король Англии Ричард I по прозвищу Львиное Сердце является одной из самых известных, ярких и противоречивых фигур этой своеобразной эпохи, наложившей значительный отпечаток на процессы взаимоотношений христианства и мусульманства, противоборство между которыми не прекращается по сей день.

Первые два Крестовых похода, несмотря на определенные успехи христианского Запада, не увенчались полной победой христианства над мусульманами. Визирь Юсуф Салах-ад-дин (Саладин), в 1171 г. захвативший верховную власть в Египте, сумел объединить в одно целое Египет, часть Сирии и Месопотамию и все силы направил на борьбу с крестоносцами. Его главная цель состояла в уничтожении Иерусалимского королевства, которое возникло после захвата крестоносцами 15 июля 1099 г. Иерусалима, уже почти 100 лет находившегося в руках христиан.

Усилия Салах-ад-дина увенчались успехом: 2 октября 1187 г. после месячной осады ворота Иерусалима открылись перед мусульманами. Известие о падении Иерусалима произвело в Европе шоковое впечатление. Папа Урбан III умер от удара. Его преемник, Григорий VIII, призвал христиан к новому Крестовому походу для «возвращения Гроба Господня» и захваченных сарацинами[23] земель.

Третий Крестовый поход, в отличие от двух предшествующих, можно считать походом рыцарей. На этот раз крестьяне, разочарованные предыдущими результатами, не откликнулись на призыв папы. Дело в том, что никто из выживших не получил обещанных земельных наделов. Тем не менее государи трех стран – Англии, Франции и Германии – начали готовиться к походу.

Особенно охотно идею нового Крестового похода воспринял король Англии, Генрих II Плантагенет, крупнейший из европейских государей того времени, одержимый идеей «мирового владычества». Однако в июне 1189 г. Генрих умер и на престол взошел его сын Ричард, которому предстояло стать главной фигурой Третьего крестового похода.

Ричард родился 8 сентября 1157 г. в Оксфорде. Он был вторым сыном в семье и не мог претендовать на корону Англии. Однако в наследство от матери, Алиеноры (Элеоноры) Аквитанской, ему досталась Аквитания. В пятнадцать лет он надел герцогскую корону, но несколько лет был вынужден бороться за свое герцогство с оружием в руках.

В 1183 г. Генрих II потребовал, чтобы Ричард принес ленную присягу старшему брату, объявленному королем Генрихом III. Поскольку раньше такой практики не было, герцог Аквитании наотрез отказался. Старший брат пошел на непокорного войной, но вскоре умер от лихорадки. Таким образом, Ричард стал прямым наследником корон Англии, Нормандии и Анжу.

Но, судя по всему, Генрих II не любил сына и не видел в нем способностей к государственной деятельности. Он решил передать Аквитанию младшему сыну Иоанну – будущему королю-реформатору Иоанну Безземельному. Король два раза ходил походом в Аквитанию, и Ричард вынужден был смириться, однако Аквитания осталась в руках его матери.

Генрих II продолжал настаивать на передаче герцогства Иоанну. Сомнительным было и то, что он оставит английский трон Ричарду. Кроме того, герцог узнал, что отец просил для Иоанна у французского короля Филиппа II Августа руку его сестры Алисы. Это глубоко оскорбило Ричарда, поскольку Алиса в то время была с ним обручена. Тогда герцог пошел на крайний шаг. Он вступил в союз с Филиппом. Вместе они выступили против Генриха. В этой борьбе английский король проиграл, за несколько дней до смерти вынужден был признать Ричарда своим наследником и подтвердил его права на Аквитанию.

3 сентября 1189 г. герцог Аквитании был коронован в Вестминстере и стал королем Англии. Прожив в стране лишь 4 месяца, он вернулся на материк и еще раз побывал в своем королевстве только в 1194 г., да и то задержался там всего на 2 месяца.

Еще при жизни отца Ричард дал обет принять участие в Крестовом походе. Теперь, когда руки у него были развязаны, он смог его исполнить. В это время молодой король уже был хорошо известен как доблестный рыцарь, не раз доказывавший свое ратное искусство в битве и на турнирах. Его считали образцом рыцаря, и он, несомненно, заслужил это безукоризненным исполнением всех правил, предписанных куртуазным поведением. Недаром в числе достоинств Ричарда было и умение слагать стихи, за что современники часто называли его «королем трубадуров». И конечно, этот рыцарь из рыцарей с огромным воодушевлением принял идею Крестового похода. Как пишет известный немецкий историк Б. Куглер, «Ричард, сильный, как немец, воинственный, как норманн, и фантаст, как провансалец, кумир странствующего рыцарства, жаждал прежде всего чудесных подвигов, величайшей собственной славы».

Однако личное мужество, ловкость в бою и физическая сила еще не делают из воина полководца. Поэтому Ричарда Львиное Сердце многие исследователи представляют с прямо противоположных позиций. Ряд историков считает его величайшим военачальником Средневековья, другие же не находят у него ни малейших проявлений таланта полководца – ведь Третий крестовый поход, одним из главных руководителей которого был король, полностью провалился. Но почти все сходятся во мнении, что Ричард был весьма посредственным правителем. Правда, это очень трудно доказать или опровергнуть, ведь почти вся его взрослая жизнь прошла в походах.

К лету 1190 г. стараниями молодого короля подготовка к походу была закончена. При этом историки отмечают «исключительную неразборчивость, с которой […] Ричард изыскивал средства для “священной войны”».

Подтверждением тому служит не только так называемая «Саладинова десятина» – взимание десятой части дохода и имущества у тех, кто в походе не участвовал. При этом особенно пострадали евреи, у которых под угрозой физической расправы было отобрано почти все имущество. Король продавал за бесценок различные должности, в том числе епископские, права, замки, села. За 100 тыс. марок он уступил королю Шотландии свои феодальные права в этой стране. Известно высказывание Ричарда о том, что он продал бы даже Лондон, если бы нашел подходящего покупателя.

В начале лета 1190 г. английские войска переправились через Ла-Манш и двинулись к Марселю, где их ожидал флот из 200 судов, обогнувший Францию и Испанию. К сентябрю они были уже на Сицилии, где предполагалось перезимовать, чтобы избежать опасностей мореплавания в это время года.

В тот момент на острове шла борьба баронских партий, вспыхнувшая после смерти короля Вильгельма II. Следуя стремлениям своего отца, планировавшего захват Сицилии, Ричард воспользовался ситуацией и выступил на стороне «законных прав» вдовы покойного короля, своей сестры Иоанны. Поводом для военных действий послужила стычка одного из английских наемников с мессинской торговкой хлебом, переросшая в драку крестоносцев с горожанами, которые закрыли городские ворота и приготовились к осаде. Ричард штурмовал Мессину, захватил город и отдал его на разграбление. Именно здесь он получил прозвище Львиное Сердце, которое, судя по кровавым результатам, вовсе не свидетельствует о благородстве, а подчеркивает кровожадность завоевателя. Правда, традиция уверяет, что это прозвище ему дали сами мессинцы, помирившиеся с королем и восхищенные его военной доблестью.

В искусстве наживать врагов Ричард не знал соперников. Уже на первом этапе похода, в Сицилии, против его действий выступил Филипп II Август Французский. Хроники говорят о том, что во время захвата Мессины король-союзник пытался сорвать штурм и даже самолично стрелял из лука в английских гребцов. По преданию, ненависть Ричарда к французам была основана на эпизоде, связанном с тем, что короля, гордившегося своей физической силой, сбросил с коня на турнире какой-то французский рыцарь. Имели место трения между монархами и на личной почве: Ричард отказывался жениться на Алисе, которую подозревали в связи с его отцом, и предпочел Беренгарию Наваррскую, которая вскоре вместе с Алиенорой Аквитанской прибыла на Сицилию, чтобы обвенчаться с женихом.

В скором времени Ричарду все же пришлось уладить конфликт с правителем Сицилии, Танкредом Лечче. Последний остался при власти, но выплатил королю Англии 20 тыс. золотых унций. Когда же Филипп II потребовал, согласно договоренности, половину суммы, Ричард отдал ему всего одну треть, чем вызвал ненависть союзника.

Раздоры между двумя главными вождями Крестового похода привели к тому, что оба покинули Сицилию в разное время. Цель у обоих была одна – Акра (совр. Акко), осаждаемая прибывшими ранее итальянскими и фламандскими рыцарями, а также сирийскими франками. Однако вышедший из Мессины на 10 дней позже соперника Ричард по дороге захватил о. Кипр, получил богатую добычу и там женился на Беренгарии. Известно, что король сражался в первых рядах, сам захватил знамя противника и сбил копьем с коня правившего Кипром императора Исаака Комнина. Кипрского правителя Ричард, не уступая в лукавстве восточным владыкам, велел заковать в серебряные цепи, так как тот при сдаче выдвинул условие, чтобы на него не были наложены железные оковы. Пленника отправили в один из сирийских замков, где он и умер в заточении.

Несмотря на то что захват Кипра был делом случая[24], он стал весьма удачным приобретением со стратегической точки зрения. Английский король сделал остров важной опорной базой крестоносцев. Позже через Кипр он наладил бесперебойное снабжение войска морем, избежав ошибок военачальников Первого и Второго крестовых походов, загубивших много людей именно благодаря отсутствию достаточных припасов и невозможности их пополнения.

Между тем в Акре шла борьба за первенство между вождями, прибывшими из Европы, и теми, кто уже давно обосновался на «священной» для христиан земле. За право на престол Иерусалима, который, кстати, находился в руках Салах-ад-дина, боролись Гвидо Лузиньян и Конрад Монферратский. Прибыв в Акру, Ричард принял сторону своего родственника Лузиньяна, а Филипп – маркиза Монферратского. В результате противоречия еще более усилились. А успех Ричарда в качестве военного вождя крестоносцев довел ситуацию до максимального накала.

Прибыв в Акру, Ричард на военном совете настоял на немедленном штурме города. Филипп был против, но мнение англичанина возобладало. Спешно были подготовлены осадные башни, тараны, катапульты. Штурм осуществлялся под защитными крышами. Кроме того, было сделано несколько подкопов. В результате 11 июля 1191 г. Акра пала. Униженный Филипп под предлогом болезни покинул крестоносцев, вернулся во Францию и, пока английский король находился в «святой земле», напал на его владения на материке, а также заключил союз с Иоанном, правившим Англией в отсутствие старшего брата. Кроме того, французский король договорился с императором Священной Римской империи Генрихом VI о пленении английского короля, если тот будет возвращаться из Палестины через подвластные императору земли.

В это время Ричард был занят совсем другими проблемами. Первым делом он жестоко расправился с жителями Акры. По его приказу крестоносцы зарезали 2700 заложников, не получив вовремя от Салах-ад-дина выкуп за них. Сумма выкупа составляла 200 тыс. золотых, и предводитель мусульман просто не успел собрать их. При этом следует заметить, что сарацины не стали мстить и не тронули никого из христианских пленников.

После этого король Англии в глазах мусульман стал настоящим пугалом. Недаром матери в Палестине стращали капризных детей, приговаривая: «Не плачь, не плачь, вот король Ричард идет», – а всадники упрекали шарахнувшихся коней: «Разве ты увидел короля Ричарда?» Во время похода король не раз подтверждал мнение о своей воинственности и кровожадности, возвращаясь из очередной операции с ожерельем из голов противников, украшавшим шею его коня, и со щитом, утыканным мусульманскими стрелами. А однажды, когда какой-то эмир, слывший среди мусульман удивительным силачом, вызвал короля на поединок, англичанин одним ударом отрубил сарацину голову и плечо с правой рукой.

Английского короля противники не только боялись: из-за непоследовательности в принятии решений, нарушения собственных указаний он заслужил у мусульман репутацию нездорового человека.

Под Акрой Львиное Сердце приобрел еще одного врага. Им стал один из вождей крестоносцев – герцог Леопольд Австрийский. Во время взятия города он поспешил водрузить свое знамя. Ричард же приказал его сорвать и бросить в грязь. Позже это оскорбление Леопольд припомнил, сыграв главную роль в захвате короля по дороге в Англию.

После взятия Акры крестоносцы устремились к Иерусалиму. Ведущую роль в этой кампании опять сыграл Ричард. Ему удалось преодолеть амбиции остальных руководителей похода и баронов, собрать воедино разрозненные силы европейцев. Однако попытки взять Яффу и Аскалон окончились бесславно. Салах-ад-дин, понимая невозможность защитить города, просто приказал разрушить оба, так что крестоносцам достались лишь развалины.

Тогда пятидесятитысячное войско христиан двинулось вдоль берега короткими переходами. Английский король не хотел раньше времени утомлять воинов, кторым предстояла длительная осада под палящим солнцем. Ричард сумел наладить штабную службу и регулярное снабжение армии. Он также осуществил некоторые нововведения, незнакомые средневековым военачальникам. В частности, в армии во избежание эпидемий действовали походные прачечные.

Армия Салах-ад-Дина сопровождала войско крестоносцев, но в битву с ним не вступала, ограничиваясь мелкими стычками на флангах. Ричард велел не обращать на них внимания, накапливая силы для сражения под Иерусалимом. Он понимал, что мусульмане хотят спровоцировать расчленение войска, чтобы сделать тяжеловооруженных рыцарей легкой добычей стремительных мусульманских всадников. По приказу короля атаки отбивали арбалетчики, расставленные по краям всего войска.

Но Салах-ад-Дин не оставлял своих попыток: в начале сентября неподалеку от Арсуфа он устроил засаду, и тыл крестоносцев был подвергнут мощной атаке. Султан надеялся, что арьергард все-таки ввяжется в бой и будет уничтожен, прежде чем передовые отряды развернутся и смогут помочь единоверцам. Однако Ричард приказал не обращать внимания и идти вперед. Сам же распланировал контратаку. Только тогда, когда сарацины совсем осмелели и подошли вплотную, был дан заранее обусловленный сигнал, по которому готовые к этому крестоносцы повернулись и бросились в контратаку. Сарацины в несколько минут были рассеяны. Они потеряли около 7 тыс. убитыми, остальные разбежались. Отбив атаку, опять-таки по приказу Ричарда, крестоносцы не стали преследовать врага. Король понимал, что увлеченные боем рыцари, рассеявшись по пустыне, станут легкой добычей сарацинов.

Больше Салах-ад-Дин не осмеливался открыто тревожить войско крестоносцев, ограничиваясь отдельными вылазками. Армия благополучно добралась до Аскалона (совр. Ашкелон), здесь перезимовала, а весной двинулась на Иерусалим.

Султан, не имея сил встретиться с крестоносцами в открытом бою, как мог сдерживал вражеское войско, оставляя впереди него выжженную землю. Его тактика увенчалась успехом. На подходах к вожделенному городу Ричард понял, что кормить и поить войско будет нечем: все посевы вокруг были уничтожены, а большинство колодцев засыпано. Он принял решение отказаться от осады, чтобы не погубить все войско. 2 сентября 1192 г. между крестоносцами и Салах-ад-дином был заключен мир. За христианами сохранялась узкая прибрежная полоса от Тира до Яффы. Главная же цель крестового похода – Иерусалим – оставалась за сарацинами; но в течение трех лет христианские паломники могли беспрепятственно посещать священный город. Святого Креста христиане не получили, не были освобождены и христианские пленники.

Не последнюю роль в том, что Ричард покинул Палестину, сыграли слухи, что его младший брат Иоанн стремится занять английский престол. Поэтому король хотел как можно скорее попасть в Англию. Однако на обратном пути буря занесла его корабль в Адриатический залив. Отсюда ему пришлось ехать через Германию. Ричарда, переодетого купцом, опознал Леопольд Австрийский, не забывший оскорбления при взятии Акры. 21 декабря 1192 г. в деревне Эрдберге под Веной короля схватили и заключили в замок Дюренштейн на Дунае.

В Англии о судьбе Ричарда долгое время ничего не было известно. По преданию, один из его друзей, трубадур Блондель, отправился на поиски. Будучи в Германии, он узнал, что неподалеку от Вены в замке содержится какой-то знатный пленник. Блондель отправился туда и услышал доносившуюся из окна замка песню, которую когда-то они сочинили вместе с королем. Но это не помогло Ричарду обрести свободу. Герцог Австрийский передал короля в руки императора Генриха VI, заявившего, что король не может находиться в плену у герцога, ибо эта честь подобает только ему, императору. На самом деле Генрих хотел получить богатый выкуп. Но и Леопольд согласился отдать пленника только после выплаты отступного в размере 50 тыс. марок серебра.

Два года пробыл Ричард у императора. Пришлось вмешаться папе Целестину III, обеспокоенному народными волнениями в Англии. Ричарду пришлось принести ленную присягу императору и выплатить 150 тыс. марок серебром. 1 февраля 1194 г. король был освобожден и поспешил в Англию, где народ принял его с восторгом. Сторонники принца Иоанна вскоре сложили оружие. Ричард простил брата, отплыл в Нормандию и больше никогда не бывал в своем королевстве.