Просто глоток кофе, или Беспощадная Милость Ренц Карл

Ты не можешь не реализовать себя

Берта: Чрезвычайно безнадёжно.

Карл: (со смехом) Разве же это не прикольно? Вообрази себе, если бы была надежда! Надежда — это ад. Всегда тут как тут этот дьявол, который хочет подцепить что-то и сказать: «Смотри, может быть, это поможет. Если ты будешь делать это, я обещаю тебе рай».

Берта: Из-за этого я тоже здесь сижу, не только потому, что ты отнимаешь надежду, но потому, что ты обладаешь способностью говорить о Том. Если в течение долгого времени я этого не слышу, — когда я встретила тебя, к тому моменту я не слушала никого около трёх лет, — то возникает ощущение, что я всё забыла. Я не могу получить это из книг или с кассет. Хоть ты и безнадёжность, надежда всё равно есть.

Тереза: Надеющаяся безнадёжность.

Карл: Надеющаяся безнадёжность! Всё равно остаётся надеющаяся безнадёжность.

Моника: Должно ведь быть что-то. Что-то, где-то должно что-то получать от этого, потому что, действительно, нет никакой логической причины для сидения здесь. (смех)

Карл: Ага, я — бегущая строка рекламы. «Посмотрите на меня. Я — самый разочаровавшийся человек на земле, потому что я сижу здесь и говорю с чем-то — с тенями, а они ничего не могут понять, и всё это не важно, не значит ничего, ничему не требуется помощь и т. д. Я абсолютно разочарован».

Моника: Да, это про нас. Я имею в виду, про меня. (смех)

Карл: Но говорю тебе, эта беспомощность, тотальная бесполезность — рай. Потому что это — свобода. Абсолютная свобода. Нечего извлекать из обстоятельств. Поэтому то, что я говорю или не говорю, абсолютно бесполезно. Это же абсолютная свобода — вопреки тому, что я говорю или не говорю, я есть то, что я есть.

Моника: Но это, можно сказать, сравнимо с неожиданием, неполучением…

Карл: Нет, это не «неожидание, неполучение». Я не говорю о «неожидании».

Моника: О'кей, ожидание, но неполучение.

Карл: Ожидания возможны, но кого это волнует?

Моника: В этом есть некая заслуга или что-то вроде того.

Карл: Возможно, нет.

Моника: Без разницы. Но я не понимаю.

Карл: Она думает: «Если этот немец может это сделать, то я тоже могу это сделать». Однако не существует того, кто сделал это. Говорю тебе снова и снова: я никогда ничего не достигал, поскольку я никогда ничего не покидал. Я не могу заново достигнуть то, чем я являюсь. Поэтому я ничего не достигал. Так что от меня, конечно, ничего не получить.

Франческо: Правда.

Карл: Ты ничего не можешь получить от пустоты.

Моника: Пустоты?

Карл: Возможно, То есть то, что есть ты, но ты не можешь достичь То. Потому что видя, что из пустоты ничего не появляется, что ты никогда не покидала пустоту и что ты есть То, ты понимаешь, что пустота не может быть дана. Ты и есть эта пустота. Это парадокс. Я указываю на него. Ты можешь увидеть, что из пустоты ничего не появляется и ничего не возвращается в пустоту.

Ты — сама эта пустота, которой нечего достигать, нечего получать посредством чего-либо. Поскольку ты никогда не покидала пустоту, ты не можешь получить её обратно. Этот указатель на то, что ты не можешь ничего получить от Того, которое есть я, являющийся пустотой, указывает на То, которое есть ты. Так что нагота разговаривает с наготой. Ты думаешь, что это заслуга.

Моника: Это указатель.

Карл: Иногда это называют «божественной свадьбой». Когда ты видишь, что возлюбленный — это пустота, и любящий — тоже пустота, то оба они исчезают в этой пустоте. Но это снова концепция.

Я всегда указываю на это «выхода нет». Никогда ничего не появлялось из того, что ты есть, и, поскольку ты никогда не покидала это, чем бы оно ни было, то к нему нет обратного пути. «Нет обратного пути» — возможно, это и есть обратный путь. Кто знает? Простое понимание, что ты никогда не уходила. Ты есть То, которое в любом случае является домом. Ты никогда не уходила из дома. Дома никого нет. Никого никогда не было дома, поскольку ты есть То, которое есть дом. Всё это — указатель. Возможно, в какой-то момент указание на То, которым ты абсолютно являешься, покажет на тебя.

Моника: И тогда я стану бесцельной.

Карл: Тогда ты будешь бесцельной целью. Ты не бесцельна; ты — бесцельная цель.

Моника: Но это было бессмысленно?

Карл: Раньше?

Моника: Раньше. (оба смеются)

Карл: У тебя есть указатель. Есть гвоздь и молоток, забивающий его. «Забивать нечего! Я забиваю, но забивать нечего. Даже молотка нет».

Томас: Мне интересно, как кто-то может принять эту расщеплённую секунду на свой счёт. Звучит бессмысленно.

Карл: Смысл есть.

Томас: Смысл есть?

Карл: Да, потому что это бессмысленно. Всё возможно. Поскольку никто никогда не мог пережить расщеплённую секунду.

Томас: Я это и имею в виду.

Карл: Личность всегда превратит это в переживание.

Томас: Но личность не может принять на свой счёт то, что он или она не переживала.

Карл: Говорю тебе, она всегда всё принимает на свой счёт, даже если на свой счёт принимать нечего. Что здесь есть? Всё есть… Здесь нет ничего личного, но ты всё равно принимаешь это на свой счёт. Поэтому даже расщеплённую секунду — это переживание или не переживание — ты примешь на свой счёт наверняка. Как ты можешь не принять её на свой счёт?

Томас: Ну, наверняка это не наверняка.

Карл: Не наверняка? Возможно. Возможно, нет.

Томас: Значит, это не наверняка.

Карл: Но это наверняка. (смех)

Томас: Значит, даже расщеплённая секунда — это не выход?

Карл: Нет.

Томас: Ну, я жду её, что бы ты ни говорил.

Карл: Да, ты пребываешь в ожидании Годо, но Годо никогда не придёт. Ты не можешь не ждать. Но ты можешь видеть, что Годо никогда не придёт, поэтому ты ждёшь, но без ожидания. Это медитация.

Когда ты медитируешь ради получения результата — знания того, чем ты являешься, — то это действие с намерением, которое делает его личным. Это как идея преимущества. «Я делаю что-то и хочу что-то получить из этого, даже знание самого себя».

Но когда ты видишь, что То, которое является тем, что есть ты, не может быть познано ни в чём, и продолжаешь медитировать без ожидания, то это действие без деятеля. Это действие без намерения. Нет того, кто действует. Действие есть, но нет действующего или недействующего. Для того, что ты есть, оно не может ничего дать. Оно разворачивается само по себе.

Бесконечная реализация того, что ты есть, в качестве Я-переживания, никогда не прекратится, ибо ты не можешь не переживать то, что ты есть. Поэтому даже непереживание является переживанием. Поскольку ты не можешь выйти из Того, которым ты являешься, ты не можешь выйти из Я-переживания. Путём Я-переживания ты реализуешь себя. И ты не можешь не реализовывать себя.

Любой аспект жизни, любой момент часть Я-реализации и Я-переживания. Этому никогда не будет конца. В этом есть все виды переживаний — жара, любых ощущений, которые может испытывать тело, — всё, что находится во временной рамке этого сна о переживаниях, может случится. Но в той же степени, в какой они могут случится, они нереальны.

В конечном счёте нет «конечного счёта»

Мужчина из Латинской Америки: У меня вопрос. Своего рода личный. Ты счастлив по жизни? У тебя есть страдания? Изменилась ли твоя жизнь после того, как ты пришёл к реализации своего истинного Я?

Карл: Я сижу здесь. Всё меняется постоянно. В этом теле изменения происходят каждую секунду, но не из-за расщеплённой секунды. В Том нет причины и следствия.

Мужчина: Мой вопрос…

Карл: Стал ли я счастливее после этого?

Мужчина: Просто счастлив ли ты?

Карл: Нет. Я понятия не имею о счастье.

Мужчина: У тебя есть представление о страдании? Ты плачешь?

Карл: Плачу? Я часто плачу. Если идёт грустный фильм, я плачу. Как я могу не плакать, когда идёт выжимающее слезу кино? (смех) Серьёзно. Оно сделано мной. Его называют «выжимающим слезу», так что я должен плакать.

Когда есть видение, сострадания невозможно избежать. Ты есть то. Всё, что ты видишь, является тобой. Не существует разницы между переживающим, переживанием и переживаемым. Любая грусть — это ты. Любое счастье — это ты. Всем, что ты можешь придумать, ты являешься. Как ты можешь не сострадать тому, что ты есть?

Мужчина: Давай возьмём большую шкалу — целую планету, человечество.

Карл: Человечество? Ох. Сначала тебе нужно найти человечество, и потом мы сможем о нём поговорить.

Мужчина: В любом случае, есть то, что есть. О'кей? Каждую неделю, каждый день люди причиняют всё больше боли друг другу.

Карл: С самого появления человечества существуют война, и боль, и страдание. Ты прав.

Мужчина: Но сейчас этого становится всё больше и больше.

Карл: Нет. Вспомни Средневековье, поверь, там было достаточно боли и страдания. Возможно, количество людей увеличивается, поэтому ты думаешь, что увеличилось количество боли и страдания.

Так в чём твой вопрос? Что нам делать с человечеством или что? Не трахайся больше, и тогда боли больше не будет, потому что не будет людей.

Моника: Брахмачарья!

Карл: Нет, если ты спросишь меня, что делать с человечеством, со всеми людьми, я скажу всем: «Не трахайтесь больше», тогда людей больше не будет, и страдания тоже не будет. Действуй самым радикальным путём.

Другой мужчина: Тогда у тебя будет другого рода страдание!

Карл: Ты пострадаешь какое-то время из-за отсутствия секса, до тех пор пока не умрёшь, но ведь ты остановишь популяцию. Прекрати совокупляться, и тогда не будет популяции. (смех)

Мужчина из Латинской Америки: Значит, ты говоришь, что страдание и боль будут всегда.

Карл: Нет, никогда не было никакого страдания и боли. С этим проблем нет. Ты не можешь остановить что-то, чего никогда не было.

Мужчина: Но ты видишь, как плачет эта женщина. Она будет плакать завтра и послезавтра.

Карл: Да, она всегда будет плакать; это её природа. (смех)

Мужчина: В чём конечная цель?

Карл: В том, что цели нет. Это конечная цель: цели нет. В конечном счёте нет «конечного счёта».

Мужчина: Но факт остаётся фактом…

Карл: Какой факт?

Мужчина: Факт…

Карл: Да, «фак-инг» по-прежнему здесь.

Мужчина: Мы несчастливы.

strong>Карл: Нет? Ты никогда не найдёшь того, кто счастлив. Ты прав. Потому что нет никого, кто может быть счастлив. Тебе никого не найти. Сначала найди кого-то, и тогда мы поговорим о счастье и несчастье.

Мужчина: Это зависит от определения счастья…

Карл: Одним определением ты создаёшь идею о ком-то, вот и всё. Если ты прекратишь давать определения, кто останется? Тебе нужно дать определение «человечеству», чтобы человечество было.

Мужчина: Будда, Кришна, Рама, Рамана Махарши — они говорили, что существовало очень немного, очень немного людей, которые стали просветлёнными.

Карл: Нет. Все они, кого ты только что назвал, говорили, что никогда не было никого, кто был бы просветлён. Будда в «Алмазной Сутре» сделал это предельно ясно. Он сказал, что никогда не было Будды, ходящего по земле, и никогда не будет. Так что никогда не будет никакого просветлённого. Он сказал, что проповедовал сорок лет и не сказал никому ни слова. Это Будда.

И это то, что говорил Рамана. То, что является Раманой, есть Я, и это Я извечно реализовано. То, что ты можешь назвать «Раманой», никогда не реализует Я, поскольку Я извечно реализовано.

Так что на земле никогда не было реализованной личности, как и вообще не было никакой личности, которая могла бы быть реализована. То, что является личностью, всегда есть То, которое есть Я, и оно извечно реализовано и не нуждается больше ни в какой реализации, которой уже обладает. Горшок никогда не реализует То, которое является горшком. Так что там про просветление? Сначала найди того, кто непросветлён, потом мы снова поговорим о просветлении.

Мужчина: Мы все непросветлённые.

Карл: А кто здесь вообще есть? Я не разговариваю с привидениями! Я никого здесь не вижу, ведь привидения никогда не могут быть просветлёнными или непросветлёнными. Я вижу Я, здесь и сейчас, как То, которое есть. Здесь нет никого, ни одного, кто просветлён или непросветлён. И я не разговариваю с тенями. Я не разговариваю с призраками, которые приходят и уходят. Я говорю с Тем, которым я являюсь.

Мужчина: Но…

Карл: Но? Да, «но» ведёт к «но».

Мужчина: Ты говорил, что существует эта броня, через которую мы не можем пройти на пути к реализации.

Карл: Нет, нет, я этого не говорил. Вопреки броне, ты есть то, что есть Я. Не благодаря какой-то броне, которая спадает. Ты не слушал тогда. Я никогда не говорил, что реализация придёт благодаря чему-то. Я всегда говорил, что реализация — это твоя природа. И к этой реализации ты ничего не можешь добавить. Так что, с бронёй или без неё, ты есть то, что ты есть. В каких бы обстоятельствах ты ни находился, обстоятельства существуют благодаря тебе, но ты не существуешь благодаря обстоятельствам. Так что, вопреки обстоятельствам брони или не брони, ты есть то, что ты есть. Броня — это часть реализации, и в ней нет ничего правильного или неправильного.

Мужчина: Значит, ты бы назвал какого-нибудь маньяка или массового убийцу…

Карл: Да, ты — это он. Ты это он! Из-за того, что ты думаешь, что живёшь, ты создаёшь шесть миллиардов других, и, делая их живыми, ты убиваешь себя. Ты — массовый убийца, когда говоришь, что существует шесть миллиардов людей. Ты — величайший массовый убийца, которого я знаю. Просто из-за того, что ты думаешь, что живёшь, ты убиваешь шесть миллиардов.

Мужчина: Я так не думаю.

Карл: Ты создаёшь их! Создавая их, ты их убиваешь.

Мужчина: И как «рассоздать» их?

Карл: Тебе не нужно рассоздавать их; просто перестань создавать. Будь тем, что ты есть, и никого не останется.

Мужчина: А как быть тем, что ты есть?

Карл: Как? Здесь нет «как».

Мужчина: Ты говоришь, что есть пустота пустоты и всё такое, но ты не говоришь, делай это или делай то. Почему?

Карл: Нет. Потому что ты не можешь стать более пустым, чем ты уже есть. Всё, что ты делаешь, — избегание этого. Любая техника или медитация, всё, что ты делаешь путём Я-исследования, направлено на избегание пустоты. И, видя тщетность всякой техники, видя, что ничто не может прийти с помощью техники, с помощью медитации, ничто не может добавить что-то к тому, что ты есть, ты не находишь себя ни в одних обстоятельствах. Ненахождение себя ни в одних обстоятельствах, ни путём поиска, ни путём исканий, может остановить это. В этой полной остановке ты увидишь, что никогда ничего не терял, и, поскольку ты никогда ничего не терял, тебе нечего возвращать.

Мужчина: То есть существует некое действие, которое называется «видением»…

Карл: Да, и ты видишь, может быть, путём действия, что получать нечего. Снова и снова я говорю тебе, что получать нечего.

Мужчина: Нечего изменять?

Карл: Сначала покажи мне что-то, что вообще есть. Весь научный мир, с самого начала научных опытов, — это желание доказать, что существует материя. До сих пор доказательств нет. Они не могут даже сказать, существует ли вообще что-то. Они могут только сказать: «О, есть квантовая физика. Есть волна и частица, но мы не знаем, что это такое. Оно всегда изменяется». И теперь все люди науки становятся буддистами, потому что не могут найти то, что является Богом. И они ищут в мистике, они все превратились в мистиков.

Тереза: И теперь они ищут техники, чтобы найти то, что они уже нашли.

Карл: Они ничего не нашли посредством чего-то. Ни один электронный микроскоп ничего не обнаружил, потому что всё всегда можно расщепить снова, мельче, мельче, мельче. Бесконечное «мельче».

Женщина: Бесконечные параллельные вселенные.

Карл: Что угодно, но ты не можешь найти ни одной. Так много параллельных вселенных, и ни одной не найти.

Мужчина из Латинской Америки: Так, Карл, ты сказал мне прекратить творить убийства?

Карл: Да. Прекрати творить убийства, воображая себе, что ты живёшь. Прекрати считать реальным то, что воображаешь себе. Ты воображаешь, что живёшь, и это концепция. Когда ты перестанешь принимать воображаемое за реальность, в этот момент, когда у тебя нет абсолютно никакой идеи, существуешь ты или нет, больше нет других. В тот самый момент, когда ты принимаешь воображаемого себя за реальность, ты создаёшь шесть миллиардов других, поэтому путём твоего прекращения, полной остановки, пребыванием Тем, которое существует до всякого воображения, больше нет тебя и других. Но в тот момент, когда появляешься ты, появляется шесть миллиардов других. Так ты создаёшь шесть миллиардов других. Так что ты — массовый убийца, здесь и сейчас.

Мужчина: Как и ты.

Карл: Нет, я — нет. Ты! Особенно ты. (смех) Нет общей взаимосвязи. Смотри только на то, что ты есть. Других всё равно нет. Я прошу тебя: смотри на то, что ты есть, а не на то, чем является кто-то ещё. Только ты имеешь значение. Других всё равно нет. Так будь абсолютно эгоистичным в этом. Моллюском[96]. (смех)

Попытайся поймать этого моллюска, которым ты являешься. Стань рыбаком, который пытается поймать моллюска, которым ты являешься. И поскольку ты не можешь поймать этого моллюска, которым являешься, ты становишься рыбаком, который не может выудить моллюска, которым является рыбак!

Мужчина: Вор не может поймать самого себя.

Карл: Да, но это то, чем ты пытаешься быть. Сначала ты вор, а затем ты становишься полицейским и говоришь: «Я знаю, вор должен исчезнуть». Ум сначала становится вором, ворующим твоё внимание, а потом, благодаря твоему нежеланию направлять внимание, он говорит: «О'кей, теперь я буду „не-умом“». «Я позабочусь о том, чтобы ума больше не было, — говорит ум, — так что тебя больше не побеспокоят, я больше не буду воровать твоё внимание».

Так, побывав вором, ворующим внимание, он затем становится полицейским, который говорит тебе: «Теперь я позабочусь о том, чтобы больше не было мыслей, которые тебя беспокоят». Так появляется «не-ум». Что делать?

Мужчина: Ничего.

Карл: Ничего — это довольно много, поверь. Даже ничего — это слишком много. (молчание)

Тереза: Так, Карл, насчёт квантовой физики: у них есть так называемые ответы.

Карл: Нет, у них нет ответов — это ответ.

Тереза: Но тогда они уходят в буддизм, чтобы понять, что они увидели или не увидели.

Карл: В первую очередь они погружаются в научные дела, в систему верований в научное доказательство, а потом уходят в противоположном направлении, к другой крайности другой системы верований в то, что есть — что? Так они приходят от чего-то к ничто. То есть это уже буддизм или ещё какая-нибудь религия.

Сначала ты идёшь в мир, наружу, ты хочешь найти материю или то, что имеет значение снаружи, счастье. Но ты не находишь материю, ты не можешь найти её, поэтому идёшь внутрь, идёшь к внутренней стороне, но там ты тоже её не находишь. И, не найдя ни снаружи, ни внутри то, что ты есть, ты полностью останавливаешься — точка. Не обнаружив бытие вовне, ты отбрасываешь идею «вовне», потом ты отправляешься внутрь, но, не найдя бытие внутри, ты делаешь полную остановку.

Сначала наружу, потом внутрь, но никоим образом ты не находишь себя. Ни внешним, ни внутренним. Нет ни внешнего, ни внутреннего Я. Нет даже внутреннего Я, поскольку для того, что ты есть, никогда никого не было ни снаружи, ни внутри. Так, путём абсолютного ненахождения того, чем ты являешься и чем не являешься, при любых обстоятельствах, ты успокаиваешься в этом «ненахождении». И, благодаря незнанию, ты знаешь, что ты не являешься чем-то, что ты можешь знать.

Это сам Абсолют. Это свобода от знающего, который знает или не знает. Потому что ты покоишься в абсолютном незнании того, что ты есть, в Том, которое есть, этом абсолютном знании, которое не может быть познано никаким относительным знанием или незнанием. И вопреки знанию или незнанию, ты есть тот Абсолют, которым ты являешься, который является самим знанием, но не благодаря знанию или незнанию. Ясно?

Георг: Молоток.

Карл: Бум, бум, бум. Ударная машина. Эта песня — хит. (смех) Ах, это не так тяжело. Это легко. Невыносимая лёгкость бытия.

Американец: Не бытия. Невыносимая лёгкость небытия.

Карл: Нет, бытия.

Американец: О'кей. Бытия и небытия.

Карл: Нет «небытия».

Американец: Нет бытия.

Карл: Но если нет «небытия», то есть бытие.

Американец: Есть небытие и есть не небытие?

Карл: Есть бытие. Даже когда нет никого, всё равно есть бытие. Ты не можешь выбраться из бытия. Попробуй-ка. (смех) Вот ещё один, который хочет приземлиться в стране «никогда».

Американец: (со смехом) Стране никогда-никогда.

Карл: В стране «небытия».

Американец: О'кей, значит, практиковать бытие?

Карл: Что хочешь. Ты можешь практиковать бытие? Практичное существо. Ты можешь заставить бытие практиковать? «Теперь я хочу научиться тому, как быть». Ты бы попросил этого? Бытие — это твоя природа. Она абсолютно естественна. Ты есть. Тебе не нужно практиковать То. Но тогда ты медитируешь на него. «Как мне быть Тем, которое есть я?»

А, о'кей. Большое спасибо.

Группа: Спасибо!

Тереза: Опять выжили!

Карл: Выжили снова. (поёт) «Это не в последний раз, это не в последний раз…»

(все смеются)

www.e-puzzle.ru